- -
- 100%
- +
Глава I
На улице стояла тишина. Только иногда взрывались крики ночных кутил и визги дерущихся кошек. Плечо намокло от братишкиных слез, он сам спал у меня на спине. Я отвлекала себя от опасностей, окружающих нас, заевшей на языке песней. Мне все мерещился звук битого над головой стекла. Телефон молчал и не вибрировал, видимо, отец еще не добрался до сотового. Все тело затекло, мышцы ног ныли после долгой пробежки. Наконец показался нужный поворот и небольшой частный дом. Я проглотила чувство стыда и, занеся кулак, постучала. Через несколько минут отчаянного стука послышались шаги и ворота открыл невысокий заспанный мужчина за 40. Увидев нас, злость на его лице сменилась удивлением.
– Аелет? Что вы тут делаете, в такой час?..
Аарон проснулся и заворочался.
– Простите пожалуйста, что разбудила. Я поругалась с отцом и… Я искала место, где мы можем переночевать…
Он не заставил меня продолжать.
– Проходите, проходите быстрей.
Мы пересекли их двор и, зайдя в дом, оказались на кухне. Ее отец посадил нас за стол.
– Аелет? Где мы? – еще не разлепив глаза, спросил братишка.
– У Камилы дома.
Во всем доме загорелся свет. Ее мать, красивая высокая женщина, зевая вышла из спальни.
– Что проис… Аелет?
– Здравствуйте. Извините, что так врываюсь, мне очень стыдно…
– О, ничего, ничего, но что…
Ее прервал стук двери. Из детской вышла Камила собственной персоной – среднего роста, худая, светлая, симпатичная девушка 15,5 лет. Моя одноклассница.
– Привет, – сказала я.
– Что случилось? – Она нахмурилась, убирая растрепанные длинные волосы с лица.
– Да так, – отмахнулась я. – Извините, что разбудила.
– Не извиняйся, – поспешила уверить ее мать. – В чем дело, где ваш папа?
Я отвела взгляд.
– Понимаете, мы поругались, и я…
– Папа опять напился и стал кричать. – Вдруг встрял Аарон, прижимаясь ко мне. У меня внутри все похолодело. – Аелет взяла меня и мы…
– Ты руки помыл? – перебила я. – По-моему, нет. Быстро иди.
Братишка слез со стула и пошел в ванную. Боясь поднять на них глаза, я прикусила свой кулак. Все молчали.
– Мы утром уйдем, – хрипло пообещала я.
– Ничего, ничего, оставайтесь, – сказала ее мать.
– Ложитесь все спать. Завтра разберемся, – заключил ее отец.
– Перенесешь свою постель на диван? – Это обращено к Камиле. – Я уложу их у тебя. И дай ей что-нибудь из своего, наверно.
– Ага.
Она махнула мне в сторону своей комнаты. Глядя как Камила ворошит свое барахло, я неловко рассмеялась.
– Надеюсь, тебе завтра никуда не надо? Ну, получается, что уже сегодня. – Она не ответила. – Извиняй. Я куплю тебе шоколадку.
Из ванной вернулся братишка и скромно встал у меня за спиной. Камила бросила мне пижаму и махнула Аарону в сторону стола.
– Ты видел, какая у меня есть коллекция солдатиков? – спросила его Камила. – Хочешь поиграть перед сном?
Мальчик неуверенно, но заинтригованно взялся за игрушки. Когда до нас уже вполне четко стало доноситься “пиу-пиу”, одноклассница спросила:
– Такое уже было?
– Каждый Божий день, его герой только тем и занимается, что стреляется с кем-то…
– Аль, я про вашего отца.
Будто я не поняла. Вздохнув, я закинула пижаму на плечо.
– Нет. То есть, да, но… – Я улыбнулась во весь рот. – Забей.
– Забить? – Она подошла ко мне. Я невольно отступила. – Ты приходишь посреди ночи, потому что ваш отец напился и…
– И что? Это взрослые, они любят этим заниматься. Ничего такого, у него был плохой день. – Я отвернулась и пошла в ванную.
– То есть, такое уже было.
Это прозвучало больше как утверждение, чем вопрос, и я не стала отвечать.
– Почему ты мне не говорила?
– Зачем? Что бы ты сделала?
– Знала бы.
Я пошла в ванную и бросила:
– Спокойной ночи.
– Спокойной.
Ее пижама была мне почти как раз, только слегка давила в плечах. Выйдя в коридор, я услышала их голоса в родительской спальне. Я подкралась на цыпочках и наклонилась у двери.
– … не опекуны, не родственники, вообще никакого отношения к ним не имеем. Где их мать?
– Их родители развелись. – Говорит Камила. – Их оставили у отца.
– Ну вот. Раз родной матери их не отдали, как могут нам?
– Это правда, доченька, – грустно подтвердила ее мать. – Но ничего. Мало ли таких детей?
Какое-то время одноклассница ничего не говорила.
– Но нельзя же… – Она замолчала.
– Иди спать. – Заключил ее отец. – Уже поздно. Завтра виднее станет.
Я прислонилась к стене. Конечно, что они могли сделать? Родители, ни ее, ни мои, не всемогущи. Не надо было приходить, я только принесла им хлопот. Как всегда… Я зашла в детскую. Мне на глаза попался Камилин рюкзак. Она обычно брала его на прогулки. В голове выстроился план. Я уложила брата спать и выключила свет. Аарон по-детски обнял меня. Я дождалась, пока он уснет, и, сев на кровати, включила телефон. Время шло бесконечно долго. Через 3 часа я переоделась, на ощупь нашла вещи, которые могли пригодиться больше всего, и разбудила братишку.
– Аль, ну куда мы опять… – захныкал он.
Я шикнула на него и вытащила его из комнаты. Непривычно громко тикали настенные часы. Я шевельнула стопой, чтобы убедиться, что пол не скрипит, и прошла к столу мимо кухонного дивана. Краем глаза я заметила движение, но было поздно.
– Аелет?
Я замерла. Камила встала.
– Что вы делаете?..
Я обернулась и, сняв со спины ее рюкзак, шуточно подняла руки.
– О нет, ты меня словила! Прошу, не вызывай полицию, я же еще так молода…
– Аелет, что происходит?
Не сработало. Я вздохнула.
– Говори потише. Аарон тебя разбудил? – Братишка скукожился под моим взглядом.
– Я и не засыпала. Куда вы собрались?
– Назад. Не хотела вас напрягать. Одумалась, зачем так поддаваться эмоциям…
– Рюкзак для этого собрала?
– Проголодалась, извини. Надо же было куда-то все запихнуть. Я собиралась все вернуть.
Нахмурившись, одноклассница скрестила руки.
– Значит, если я сейчас разбужу родителей и попрошу их отвезти тебя, ты возражать не будешь?
– Не надо, я и так уже их разбудила…
– Ничего страшного. Па… – Она повернулась к их спальне. Скрипнув зубами, я схватила ее за плечо.
– Не буди.
– Тогда скажи правду.
Я опустила глаза. До невозможности прямой взгляд одноклассницы мог прожечь у меня во лбу дырку.
– Если скажу, обещаешь им не говорить?
– Обещаю. Так?
Я огляделась и затащила ее на кухню. С этой стороны уличный фонарь не светил, свет падал только из соседней комнаты на ее лицо. Я неохотно сказала:
– Мы собирались уехать к матери. Вот и все.
– Она же живет в другом городе.
– Ну и что, тут недалеко…
– Мама живет в Имадэме, – успел вставить Аарон, прежде чем я заткнула ему рот.
– Имадэм?! – переспросила Камила, вздернув брови. – Это тысячи километров отсюда.
– Сядем на самолет.
– Тебе даже 15 еще нет, и денег, судя по всему, тоже.
– На поезд.
– То же самое.
– Автостоп, – упрямо сказала я.
– Аелет, ты с ума сошла? Ты собираешься преодолеть пару тысяч километров, без денег, документов и взрослых, зато с маленьким ребенком?
– Что мне остается делать?? – спросила я громче, чем собиралась.
Аарон испуганно смотрел на меня. Почувствовав это, я добавила:
– Прости. Ты права, это дурацкая затея. Ложись спать, утром мы поедем домой.
Я хотела обойти ее, но она задержала меня, взяв за предплечье.
– Погоди. Я пойду с вами.
– Что?
Она спокойно повторила:
– Я пойду с тобой. Втроем лучше, чем вдвоем, да? И деньги у меня есть.
Я покачала головой.
– Не нужно. Это только моя проблема.
– Ну, раз ты пришла сюда, значит не только твоя.
– Родители тебе не разрешат.
– Я не собираюсь их спрашивать.
Я уставилась на нее.
– Ты серьезно?
– Ну да.
– Почему?
Посмотрев на меня с недоумением, Камила ненадолго замолчала. Наконец она выдала:
– Потому что мне казалось, что мы друзья.
Я не ответила, только молча кивнула. Одноклассница отвернулась и, выйдя из кухни, собрала вещи. Мы выскользнули из дома, окунувшись в теплую летнюю ночь.
Глава II
Кроме нас на слабо освещенной улице никого не было. Шевелились только наши тени в окружении света от фонарей, раздавались лишь наши шаркающие шаги и болтовня Аарона.
– Куда мы опять идем? – спросил малыш, еле поспевая за нами.
– Помнишь, ты говорил, что хочешь к маме? – уставшим, но мягким тоном спросила Аелет. – Мы поедем к ней.
Аарон издал дикий клич радости, постепенно перетекший в зевок.
– А через сколько часов мы придем?
– Через много.
– Сколько точно?
– 525, – бросила Аелет через пару секунд раздумий.
Братишка разинул рот.
– Это же даже больше, чем 12!
– Абсолютно верно.
– Я хочу спать, – заявил наконец малыш.
Его сестра вздохнула и водрузила его себе на спину. Аарон уткнулся щекой в ее кофту и мгновенно заснул. Я посмотрела на наручные часы.
– Вокзал откроется только часа через 3. Надо сесть и отдохнуть где-нибудь.
Выбор пал на парк. Он был недалеко от моего дома, и мы дошли быстро. Просочившись через высокий узорчатый забор, мы начали искать, где прикорнуть. Так как парк у нас был под стать городу – полудикий и никому не нужный, мы быстро нашли себе подходящую лавочку под сенью деревьев. Положили беспробудного Аарона себе на колени и наконец выдохнули. Скоро глаза привыкли к полутьме и я узнала полянку, на которой мы с братом гуляли иногда. Кажется, в тот его день рождения мы даже сидели на этой самой лавочке. Он пошел гулять с одноклассниками, и взял меня заодно. Его приятели, дети старше меня на 3 года, решили пойти на какой-то страшный аттракцион. Ему хотелось, я видела. Они и меня уговаривали пойти, но я испугалась. Камиль не мог оставить меня, ребенка, одну. “Ладно, ребята, идите. Я посижу”. Они не заставили просить себя дважды. Их радостные крики долго доносились до нас. Я ничего ему не сказала, но он почувствовал. “Что с тобой, шкет? Я все равно не хотел идти. Представляешь, что было бы, если бы после торта меня начало швырять туда-сюда?” Я засмеялась, и стало легче.
… Воспоминания будто унесли в детство, но один взгляд на дремлющую рядом Аелет вернул к реальности. Под опухшими темными глазами круги, видные даже сквозь смуглую и загорелую кожу. По простой, скорее всего, домашней одежде видно, что выбирать времени не было. Короткие черные волосы выбились из хвостика. Одноклассница никогда особо не следила за своим внешним видом, но сейчас от нее и Аарона за километр несло потерянностью и брошенностью. Пожалуй, единственное, что ей не удалось подделать. В голове не переставая крутилась мысль: я не заметила. Мы виделись каждый день, часами сидели бок о бок и обходили все закоулки города, и ничего не было. Ни страха, ни злости, ничего. Возможно, поэтому я не задумываясь пошла с ними – чтобы не чувствовать себя таким плохим другом. Неважно, считает ли она меня им вообще, я не могу иначе. Но что теперь будет? Мы спим на скамейке в парке, родители об этом не знают и никакого плана у нас нет. Страх перед неизвестностью сгустил темноту вокруг. Все больше никогда не будет как раньше. И мы тоже. Я думала, что хорошо ее знаю.
В половину 6 утра я растормошила их и мы пошли дальше. На востоке забрезжил рассвет, заездили машины, люди торопились на работу. В кармане сумки зазвенел мой телефон. Папа. Я покосилась на Аелет. Не обратила внимания, или, по крайней мере, не подала виду. Я сбросила вызов. Она остановилась:
– Камил, хватит. Проводи нас до вокзала и иди домой. Ты проявила заботу, я оценила. Спасибо. Но я не хочу втягивать тебя в это.
– Думаешь, я ради демонстрации это делаю? – Я повернулась к ней. – Аль, я хочу помочь. Что ты будешь делать одна? Даже если я дам тебе денег на билеты, куда ты без документов денешься?
– А твое присутствие как поможет?
Аарон, сонно зевая, по дороге подбирал уже подернутые желтизной листочки. Я ответила не сразу.
– Ну, во всяком случае, если что-то случится, то случится с обоими.
Она молча кивнула и пошла дальше.
– Так что будем делать?
Одноклассница пожала плечами.
– Я думала, получится пройти зайцами.
– Как это – зайцами? – поинтересовался Аарон.
– Выражение такое, – отмахнулась Аелет.
– Можно, конечно, но… – протянула я. – Вряд ли получится. Рискованно как-то.
Аелет прищурилась.
– Знаю.
У нее на душе стало тяжело, и я почувствовала. Я пожалела, что заговорила об этом. Что ж, потом виднее станет. Мало ли, что может случиться. А пока мне захотелось ее отвлечь.
– Ну и ладно, выкрутимся, да? – Я обхватила ее рукой за шею. – Выкрутились же, когда язычница нашла мою тетрадь у тебя. Помнишь?
Одноклассница улыбнулась.
– Да. Что я тогда сказала? “Она попросила меня передать, а у меня времени не было”? Думаешь, она поверила?
– Навряд ли. Ну и пускай. Главное, не влетело.
– Да, повезло. А то у тебя видон такой был, как будто ты вот-вот откинешься.
– Не беси. – Засмеявшись, я толкнула ее в бок.
– Ты что, это же мой священный долг.
Медленным шагом, избегая столпотворений, мы добрались до противоположной стороны нашего городка. Здешние многоэтажки переплюнули бы возрастом самого старого горожанина, и это чувствовалось. Тем не менее, большинство детей из нашей школы жили здесь. Решив сократить путь, мы свернули в захламленные дворы с заржавевшими детскими каруселями. Мимо прошел какой-то парень, я повела плечом, чтобы не стукнуться с ним, и спросила:
– Ты когда ела в последний раз? Перекусить не хочешь?
– Камила? – Голос сзади.
Мы обернулись. Парень откинул капюшон легкой кофты. Фарид прищурился и, узнав, тихо произнес имя Аелет. Наш одноклассник, симпатичный брюнет на пару месяцев старше меня. Высокий, скуластый, по подростковому неловкий.
– Что вы тут делаете?
– А… ты что тут делаешь? – растерялась я.
– Я тут живу. – Одноклассник шокировано подошел.
Я не нашлась, что сказать. Аелет с усмешкой спросила:
– Да ну? Прямо тут? Таки вытурили тебя родители, да?
Фарид посмотрел ей в глаза и быстро отвел взгляд.
– Ты поняла, о чем я… Я собирался сдавать тест в колледж.
– А мы гуляем.
– В 6 утра? С пятилетним ребенком? – уточнил он, кивая головой на мальчика.
– Мне шесть!
Ребята нагло проигнорировали его.
– Именно.
– Что-то не верится.
– Тебя не…
– Ладно, хватит, – перебила я. – Мы ушли из дома.
– Что? Почему?
– Хотим выбраться на озеро, решили искупаться. – Аелет потянула меня прочь. Я отстранилась.
– У нее проблемы в семье. Мы хотим добраться в Имадэм, где живет их мама.
Я почувствовала насупленный взгляд одноклассницы на себе. Фарид вздернул брови.
– Серьезно?
– Нет, конечно. Ты так легко всему веришь. Пойдем, Аарон. – Она взяла братишку за руку и отвернулась.
– Погодите. – Фарид подался вперед и схватил ее за ткань кофты. Аелет порывисто отмахнулась. – Как вы собираетесь добраться туда?
– На поезде.
– Вам еще нет 16, кто вас туда пустит? Без документов?
– Запрыгнем зайцами.
– Это выражение такое, – пояснил Аарон.
Фарид покачал головой.
– Вы вместе с Аароном свалитесь под колеса и превратитесь в лепешку.
– Мне на могилу цитрус не садите, у меня на них аллергия, – отозвалась одноклассница.
– И все-таки мы попробуем, – сказала я, не обращая внимания на ее замечания.
Одноклассник с сомнением посмотрел на нас.
– То есть, вы пойдете, несмотря ни на что?
– То и есть.
– Тогда я пойду с вами.
Аелет засмеялась.
– Давайте вообще всем классом соберемся, потусуемся.
– Это может быть опасно, Фарид.
– А ты?
– Ее не жалко. – Аелет со смешком положила локоть мне на плечо.
– Нет, – тихо, но твердо возразил он. – Или я с вами, или…
– Или что? Не пустишь? Камила, подхватывай юбки, бежим!
Она шутя рванула прочь, Аарон припустил за ней. Я задержала ее за плечо и тут мне пришла идея.
– Фарид, у тебя же уже есть удостоверение?
– Да. А что?
– Ты можешь купить себе билет – у меня есть деньги – а мы пройдем как провожающие…
В карих глазах зажглась искра.
– И спрячетесь.
– Ага.
– Раз так, придется тебе потерпеть меня, Аелет.
Расслабившись, она улыбнулась.
– Такую милую мордашку терпеть нужды нет.
Глава III
Вырвавшись из многоэтажных районов, мы дошли до вокзала. Пройдя пустынную парковку, я дал им знак не входить, чтобы не возникло вопросов, и углубился в находящуюся в постоянном движении толпу. На табло высветился подходящий поезд и время отхода. Я сообщил об этом одноклассникам и мы без проблем, с деловым видом прошли на людную станцию и сквозь чемоданный поток нашли наш вагон. Никто из нас особо взросло не выглядел, поэтому проводник таки остановил подозрительную толпу подростков с дошкольником вместе. Мы вздрогнули. Вдруг родители объявили нас в розыск?..
– Вы с родителями? – нахмурившись, спросила женщина средних лет в форме служебной но не физической.
Мы с Камилой растерялись.
– Нет. Мы провожаем брата на поезд. – Аелет показала на меня. – Он едет в колледж.
Я, проморгавшись, показал билет и проводник, с явным неодобрением наших родителей, пропустила нас внутрь. Сумка у нас с собой была только одна, поэтому мы шустро юркнули в узкий проход и нашли мою койку. Оставалось самое сложное – остаться там. Одноклассники и Аарон, не теряя времени заперлись в туалете. Мой билет проверили и минут через 20, когда все улеглось, они вышли. Получилось!
Свист, стук колес. Поезд медленно, тяжело срывался с места. Нам повезло – рядом с нами никого не оказалось. Теперь можно было наконец нормально отдохнуть. Мы разделили с одноклассниками вынесенные из дома Камилы булочки и воду. За окном проносились редкие в степи кусты и деревья, облака повисли в ярком летнем небе. “Зайцы” на верхних этажах устроились спать. Аелет ушла в фазу медленного сна, кажется, еще до того, как коснулась подушки. Я смотрел, как она вздрагивает и ее губы шевелятся, бормоча что-то.
Аелет легко влилась в наш коллектив. Умная, но не зануда, веселая, но не надоедливая, спортивная без понтов, красивая без всякого маникюра или макияжа, она нравилась всем и ей нравились все. Как-то она находила подход и к школьным “клоунам”, и к замкнутым тихоням. И оттого ее отношение ко мне вводило меня в замешательство. Я чувствовал симпатию с ее стороны, но она никак ее не выдавала и вела себя со мной так же, как со всеми. Обычно девчонки, которым я нравился, или строили из себя недоступных, чтобы набить себе цену, или “тонко” подталкивали меня к ухаживаниям за ними. Аелет ничем таким не занималась, и мне не хватало этого толчка. Я пытался внести ясность, когда мы оставались одни, но натыкался на все ту же дружескую непосредственность. Теперь стало ясно, почему.
Поезд, покачиваясь, мерным стуком отмерял пройденное расстояние и с каждой секундой уносил нас все дальше от дома.
– Аль? Ну Аль, я хочу кушать.
Возня Аарона разбудила нас с Камилой, но не сестру. Я протер глаза и спустил мальчика. Был примерно полдень.
– Есть перекусить? – Зевая, Камила спрыгнула с верхней койки.
– Пока есть, но скоро кончится, – сказал я, вытаскивая Аарону булочку. – Надо сходить в вагон-ресторан.
– Ага. – Подруга достала деньги из внутреннего кармана сумки. – Пойдешь со мной?
Я поморщился и лег обратно.
– Ленивая задница, – шутя заявила Камила. – Ладно, Аарон, пойдем с тобой. Наберем себе вкусняшек, пока Аелет спит. Хочешь?
Мальчик захлопал в ладошки и поскакал за ней. Их шаги стихли в коридоре. Мне не то чтобы было лень идти с ними, просто хотелось побыть одному. Там, на улице, это был импульс. Времени подумать они мне не дали, а не мог же я вцепиться в них и начать звать кого-то. Но теперь… Что именно случилось? Аелет жила в более чем благополучной семье, и никогда и не заикалась о каких-то проблемах. Камила, может, и была в курсе, но Камилу я знаю давно, хранить секреты она не умеет. А так было ли вообще что-то? Аелет как раз входила в среднюю стадию юношеского максимализма, да и дромомания ей вполне свойственна. На Камилу надеяться не приходится, она в 6 классе абсолютно серьезно затирала мне про существование драконов. Меня мало интересовали заскоки моих одноклассников, и не жалко было пару дней своего времени, но это может быть опасно для нас, что уж говорить про 6 летнего мальчика. Меньше всего на свете мне хотелось собирать по степи их конечности, и объясняться с родителями… Они ждут меня, подавшего документы в колледж, дома. И что я им скажу? Почему я пошел с ними, особенно если ничего страшного не случилось? Как отвечу на вопрос, на который сам не знаю ответа?..
Периферическим зрением я заметил свой мобильник. Позвоню – ребята меня не простят. Не позвоню – испугаю родителей, и того хуже, одобрю опасную авантюру одноклассников. Так может, пускай обижаются? Зато останутся живыми…
– Что делаешь?
Я отдернул руку. Со слипающимися глазами Аелет слезла и села напротив меня.
– Проверял, не звонили ли родители, – пробормотал я.
Аелет пристально посмотрела на меня, а потом взяла воду и спросила:
– Где все?
– В вагон-ресторан пошли. Ты ничего не хочешь?
Она покачала головой и опрокинула бутылку.
– Устала вчера?
То же движение.
– Я – нет, а вот Аарон – да. В кои то веки дал мне поспать, нельзя было не воспользоваться.
Я улыбнулся. Она протянула руку вперед, чтобы положить бутылку обратно и закатанный рукав ее кофты съехал наверх. Тут я заметил синяк у нее на плече. Она, кажется, не заметила мой ужаснувшийся взгляд.
– Аелет?
– М?
– Вы так и не сказали, что… у тебя там случилось.
Одноклассница безмятежно передернула плечами.
– Да ничего. Поругались с отцом, это мой способ протеста.
– Протеста против чего?
– Против печени каждый день на ужин. Я ее так объелась, что, кажется, кроме своей еще вторая вырастет.
Она засмеялась, я ее не поддержал.
– Аелет, мне кажется, я заслужил узнать правду.
Одноклассница посерьезнела.
– Ладно. Отец каждый день избивает нас до полусмерти, держит в подвале на цепи и кормит сырыми мышами. Это ты хотел услышать?
– Нет, я…
Наш разговор прервался прыжками моего телефона из-за вибрации. Я отключил его, чувствуя внимательный взгляд девушки на себе.
– Ты, наверно, еще можешь вернуться. Сойдешь тут, сядешь на попутку…
– Я с вами, я же сказал.
– Почему? С Камилой все ясно, она типа герой, втюхала себе в башку, что должна помогать всем нуждающимся. А ты?
– А что я? Разве я не похож на героя с жеребцом?
– Похож, только вот из меня принцесса не очень.
Я опустил взгляд. По легкому покалыванию в щеках я понял, что кровь прильнула к лицу.
– Да пойдет.
Она прикрыла глаза и покачала головой.
– На-по-вал. Ты полегче, а то придется меня, припадочную, с пола поднимать.
Я засмеялся. Она улыбнулась и откинулась назад. Поезд все нес нас вперед, степь за окном пролетала мимо, а облака висели там же, где и были.
Глава IV
Я посмотрела на парня. Красавчик, умный как черт, и товарищ хороший. Не представляю, чтобы я так же бескорыстно копалась в чужих мозгах, как они с Камилой. Но что я могу им сказать? Что наша семья развалилась гораздо раньше развода? Что отец подкупил всех в суде, чтобы мы остались у него, да еще и увез нас в другой город? Не потому, что подохнуть как хотел проводить с нами время, а потому, что… Даже не знаю, зачем. Из принципа, наверное. Мать бросила ему вызов – он его принял, и победил. А может, чтобы не отстегивать нам деньги каждый месяц. Кто его знает. В любом случае, ему этого, очевидно, было мало, раз он налег на бутылку еще больше, и теперь мамы не было рядом, чтобы его остановить. Он стал редко появляться дома, а когда приходил, был нередко пьян и в компании каких-то женщин. Повезло, что у меня всегда был доступ к его деньгам и возможность шататься по магазинам. Тем более, что никому, кроме братишки, дела не было, где я.
Фарид посмотрел на меня. Я подмигнула и улыбнулась, он вспыхнул. Нет. Они не поймут. Но тогда почему они пошли за мной? Даже не зная, что случилось, не зная, не обычный ли это подростковый бойкот. Откуда такая вера в мои слова? Пуститься в путешествие длиной в 3000 километров не то же самое, что взять меня с собой погулять и “одолжить” немного денег по пути. Одноклассники думали, я не замечаю, как они любят отцовские карточки, и удивились бы, если б узнали, как мало это меня беспокоит. Хотя, скорее всего, сначала бы построили оскорбленную мину, как Камила. “Почему?” – спросила она, шагая рядом, когда я сказала, что на мели сегодня и гулять не пойду. – “Не обязательно же куда-то заходить, можно просто пройтись”. “Как будто я вам нужна в таком случае”. “Что?” – Одноклассница остановилась. “Да брось, Камил, я же не вчера родилась. Все в порядке. До завтра”. Я ускорила шаг, избавляя ее от необходимости выкручиваться. Больше она ни копейки у меня не взяла. Забавно, видимо, теперь пришел ее черед возвращать долг.