- -
- 100%
- +
Пролог
В свой тридцать восьмой день рождения я гадала, какой сюрприз подготовит мне муж, но то, что он сделал, перевернуло мою жизнь с ног на голову.
Вместо теплых поздравлений, воздушных шаров и букетов из роз, я получила лишь холодное безразличие, граничащее с жестокостью. Кто будет ожидать такое от самого близкого человека?
В дверь позвонили, и я поспешила открыть, на секунду задержавшись у зеркала, чтобы поправить прическу.
Мимоходом я отметила, что хорошо выгляжу, а посещение косметолога и занятия спортом дают свои плоды – мне можно было дать лет на пять меньше возраста. В глазах плескался огонь, волосы каскадом спускались на плечи, подчеркивая утонченные черты лица.
На пороге стоял муж. С каким-то отрешенным видом он прошел в квартиру, даже не разуваясь.
– Что-то случилось? – испугалась я.
Такое поведение было несвойственно для Виктора, хоть он и отличался некоторой рассеянностью.
– Анютка, – сказал он, но в голосе его не было ни капли теплоты, – я ухожу от тебя.
Мое сердце пропустило удар, а потом зашлось в бешеном ритме.
– Что? – прошептала я одними губами, чувствуя, как рыдания уже начинают подниматься к горлу.
Сейчас он пояснит, что это значит. Может быть, это часть розыгрыша или сюрприза в честь праздника. Но по глазам, по всей позе мужа я видела, что то, что он сейчас скажет, разобьет мое сердце.
– У меня есть другая, – продолжал Витя, глаза его были жесткими, безжалостными, – вчера она родила мне сына. Прости, что я говорю тебе это в твой день рождения, но для таких новостей не бывает подходящего времени.
Слова ударили наотмашь, я физически почувствовала резкую боль в солнечном сплетении. Мой муж, моя любовь, моя жизнь – все обрушилось в одно мгновение. Колени подкосились, стало больно дышать, но я сдержала себя, не позволяя ему видеть мою слабость.
– Виктор, что ты такое говоришь? – голос дрожал от шока. Я не могла поверить в то, что слышала.
– Ань, я встретил ту, которая смогла дать мне то, что ты не можешь… у меня родился сын, а ты… – в его голосе звучал металл, и ни капли сожаления за измену и предательство.
– Ты хочешь сказать, что это моя вина? Что я не могу дать тебе ребенка? Ты же говорил, что это не важно! Даже на ЭКО не согласился! – мой голос сорвался на крик, разрезав тишину.
Виктор опустил глаза.
– Ты… просто не предназначена для того, чтобы стать матерью. Слишком активная, слишком целеустремленная и амбициозная. Я не видел тебя в роли матери своих детей.
– Ты ведь клялся мне в любви! Говорил, что дети нам только помешают. Я думала, что мы будем вместе, несмотря ни на что. А теперь бросаешь меня, высосав все соки. Словно пустую упаковку, – я готова была разрыдаться, но изо всех сил сдерживалась.
Витя вздрогнул, но в его глазах все также не было сочувствия.
– Я думал, что мне это не нужно. А теперь у меня есть сын, наследник. Ты просто не понимаешь, – оправдывался он.
Мой день рождения превратился в день, когда мир рухнул. Но на лице не было слез. Жжение в груди нарастало. Каждое сказанное слово жалило, как десятки маленьких уколов.
– Я пойду. Мне нужно быть с ними, – сказал Витя холодно, стараясь не смотреть мне в глаза.
Каждое его слово отдавалось глухим ударом, оглушая и изматывая.
– Уходи, – тихо сказала я, не желая еще больше унижаться.
Виктор молча прошел к выходу и совершенно буднично покинул нашу квартиру и мою жизнь.
Сердце рвалось из груди. В этот день я ждала ласковых и нежных слов, но услышала то, что ранило мое беззащитное сердце. Я никогда не думала, что слова могут причинить такую боль, они врезались в душу, оставив там глубокие шрамы.
Весь мир разрушался, в глазах темнело, и сердце бешено стучало. Я сорвала с шеи колье, подаренное мужем на позапрошлый день рождения и бросила в стену. Тонкая нитка порвалась и по полу весело рассыпались сотни жемчужин.
Он ушел, оставив меня в полном отчаянии, и день рождения превратился в самый тяжелый день в моей жизни. И что самое поганое, он ни капли не сожалел о том, что сделал!
Оставшись одна, я ощутила, как мир вокруг начал искажаться и медленно распадаться на мельчайшие фрагменты. Звуки улицы вонзались в уши, превращаясь в бесформенный шум, и каждый новый звук вызывал отторжение.
Всё, что я могла видеть, воспринималось как блеклое, не несущее в себе прежней радости и счастья. Дом, который был моим убежищем, превратился в мрачную камеру, наполненную обманом и предательством.
Я чувствовала, как тону в потоке своих мыслей. Виктор, тот человек, которому я доверяла больше всего на свете, предал. И не просто предал – унизил, отвергнув мою женскую сущность, даже не дав права попытаться родить.
Его слова о том, что я не предназначена для того, чтобы стать матерью, звучали в голове как безжалостный приговор.
Я все еще смотрела на дверь, через которую он ушел, как будто ожидая, что он вернется, извинится, скажет, что всё это было злой шуткой. Но дверь оставалась закрытой, а воздух наполнился тяжёлой тишиной.
Мое сердце разрывалось на куски, и каждое мгновение тянулось мучительно долго.
Бессознательно я подошла к зеркалу, в которое смотрелась несколько минут назад. Отражение в нём показывало женщину, которую я едва узнавала. Глаза, обычно искрящиеся жизнелюбием, теперь были пустыми и печальными.
Я посмотрела на свое отражение, словно искала в нем ответы. Но вместо них я увидела лишь боль и разрушение.
Я позволила слезам беспрепятственно стекать по лицу, не пытаясь их скрыть. Мир вокруг был пуст, и никто их не видел. И это, пожалуй, было самое больное. Я была совсем одна.
Я закрыла глаза и вдохнула глубоко. Я чувствовала, что дышать становится труднее, будто воздух вокруг стал вязким, но я упорно продолжала делать глубокие вдохи и выдохи.
"Сегодня мой день рождения," – прошептала я себе под нос. "Сегодня я начинаю новую жизнь."
Мне отчаянно захотелось загадать желание как в детстве и всей душой верить в то, что оно исполнится.
Я представила другой, счастливый мир, в котором могла бы стать матерью, где любовь была бы вечной и непререкаемой, где никто не мог бы меня предать.
– Я хочу жить в мире, где нет измен и предательства. Где браки, заключенные однажды, крепки и надежны. И где я смогу родить ребенка, – тихо произнесла я желание, глядя на свое заплаканное отражение.
Боль вдруг ударила сильнее, подобно жестокому ветру. Я стиснула грудь руками, пытаясь сдержать эту непрошеную боль, которая безжалостно ворвалась в мое тело. Поверхность зеркала пошла рябью, а мое отражение пропало.
В глазах помутнело, а сердце бешено стучало, словно хотело выбиться наружу. Я стала тяжело дышать, пытаясь усиленно втянуть воздух в легкие.
В квартире потемнело, я потерялась где-то во тьме сознания. А потом свет вспыхнул с новой силой, он заполнил все вокруг, проникал под сомкнутые веки.
Паника охватила меня.
– Это конец? – прошептала себе под нос. Казалось, что каждая клеточка в моем теле взывала о помощи.
Мысли прыгали в голове, как жемчужины из разорванного ожерелья, перемешиваясь и усугубляя страх. Я вспоминала свою жизнь, свою любовь, свои мечты, и все это казалось таким далеким, словно произошло в другой жизни. Я не могла поверить, что все это может закончиться так внезапно!
Свет постепенно становился менее ярким, и вот я уже могла видеть окружающую обстановку. Я с удивлением обнаружила, что нахожусь в чужом доме и сижу в мягком глубоком кресле, слегка откинувшись на спинку.
Несмотря на то, что все вокруг казалось чужим и незнакомым, я не почувствовала паники. Хотя и не помнила, как здесь оказалась.
Я осмотрела комнату, пытаясь хоть как-то осознать, что произошло. Вот Витя ушел, мне стало плохо, а в следующее мгновение я уже сижу в чужой комнате. Может, у соседей?
Комната поражала богатством и роскошью – высокие потолки, бархатные шторы, антикварная мебель, тяжелые золотые рамы вокруг висящих на стенах полотен. Большой камин намекал, что я уже не в хрущевке. Все это было так далеко от моего привычного мира, что я почувствовала себя почти призраком, неуместным элементом в этом богатом интерьере.
В центре комнаты стояла высокая статная брюнетка. Немного старше меня. Ее строгий взгляд словно оценивал, я даже смутилась, вспомнив, в каком я сейчас виде. Наверняка макияж потек от слез.
Прическа и платье незнакомки, хоть и были старомодными, но придавали ей особое величие. Она смотрела на меня снисходительно, словно делая одолжение.
– Кто вы? – прошептала я и удивилась тому, каким тихим и дрожащим стал мой голос.
Незнакомка не ответила сразу. Она продолжала изучать меня, как будто пыталась прочитать мысли. Наконец, она слегка улыбнулась, но ее взгляд не стал теплее. Она подошла ближе и села в соседнее кресло.
– Я та, кто может помочь тебе, – сказала она, ее голос звучал уверенно и мягко, – но сперва ты должна ответить на мой вопрос: действительно ли ты готова изменить свою судьбу?
Я замерла, глядя на эту странную женщину. Что ей ответить?
Все, чего я сейчас хотела – вернуться домой, к своей привычной жизни. Но моя прежняя жизнь была разрушена, и мне было страшно представить, что ждет впереди. Развод? Раздел имущества и скандалы?
Я покачала головой.
– Никто не может мне помочь, – ответила я.
Женщина улыбнулась, ее глаза заблестели призрачным светом.
– У каждого есть своя цена, милая, – сказала она, – могу предложить тебе то, что ты всегда хотела: молодость, здоровье, верного мужа, ребенка. Подумай только, все это может быть твоим.
Я ощутила, как сердце забилось быстрее.
– Что мне нужно будет сделать взамен? – спросила, боясь услышать ответ.
Женщина наклонилась ко мне, и в ее глазах заблестела искра.
– Сущий пустяк, – прошептала она, – ты должны занять место моей дочери.
Я почувствовала, как кровь стынет в жилах. Кажется, бред продолжался.
– Что?.. Что вы имеете в виду? – пролепетала я едва слышно.
Женщина откинулась на спинку кресла, ее взгляд стал жестким.
– Ты получишь все, что так хотела, – сказала она, – но тебе придется забыть о своей прошлой жизни и стать моей дочерью. Разумеется, фиктивно. Ты сможешь прожить жизнь заново, встретишь мужчину своей мечты и обретешь счастье.
Последние слова женщины повисли в воздухе, словно стальные цепи, приковав меня к креслу этим невероятным предложением. Я понимала, что это безумно, но в то же время чувствовала, что терять мне нечего. Так почему бы не принять предложение незнакомки?
Глава 1
– Лория, – представилась женщина, улыбка едва тронула ее губы, – Анна, я хочу предложить сделку.
– О чем вы говорите? – на самом деле мне было почти все равно, настолько растоптанной я себя чувствовала.
Мне хотелось начать жизнь заново. В принципе, в моем возрасте я ещё многое могу и готова попробовать сначала.
– Ты очень похожа на мою дочь, у вас обеих сходные показатели крови и одинаковый дар. И я хочу, чтобы ты отправилась в академию истинных вместо нее.
– Дар? Академия истинных? – повторила я в недоумении. – Не поздновато ли мне для учебы? Не думаю, что получится выдать взрослую женщину за студентку.
– Ты действительно на двадцать лет старше Аниши. Заметь, у вас даже имена похожи – идеальный двойник, – Лория радовалась, как ребенок, который нашел потерянную игрушку.
– Я, конечно, неплохо выгляжу и слежу за собой, но на восемнадцатилетнюю девочку не тяну, – я развела руками, – но за комплимент спасибо.
Я поднялась, пытаясь припомнить, как попала в этот дом и где здесь выход.
– Анна, неужели ты ничего не помнишь? – слова женщины заставили меня замереть.
Я обернулась. Ее взгляд и голос напугали меня. Словно она увидела что-то и вот-вот закричит от ужаса.
– А что именно должна? – уточнила я, отмечая, как вмиг похолодели мои конечности.
– Ты загадала желание. Последнее. Я его услышала и готова исполнить в точности: муж, ребенок, отсутствие измен.
– Но это же нереально, – протестовала я.
Может быть, я брежу? Ударилась головой при падении, а теперь лежу в коме, и мне видится всякое.
– В твоем мире – нет. А в нашем – да, – женщина обвела комнату рукой, как бы показывая, что это немного другая реальность.
– Вы меня разыгрываете, – наконец, дошло до меня.
Ну конечно! Мой муж придумал эту дурацкую шутку, а на самом деле никуда не уходил. С чувством юмора у него всегда было не очень.
– Виктор! Выходи, это несмешной розыгрыш! – крикнула я, но по лицу женщины поняла, что это не шутка, и Вити здесь нет.
Она смотрела на меня с каким-то сочувствием, почти скорбно.
– Анна, послушай, – женщина говорила ласково, – ты не сможешь вернуться в свой мир. Тебя там больше нет, ты умерла.
Слова Лории набатом отдались в ушах. В каком смысле умерла? От страха я оцепенела. В памяти я прокручивала последние секунды, которые мне запомнились, и, кажется, ее слова действительно могли быть правдой.
– А здесь ты можешь начать жизнь с начала, закончить академию истинных, встретить своего суженого и прожить с ним до самой старости. Родить ребенка, которого ты не могла иметь в прошлом, – перечисляла собеседница все прелести новой реальности. – Разве не этого ты хотела?
– Этого, – кивнула я, стараясь не думать о том, что я действительно могла умереть где-то там далеко, одна в своей квартире.
И откуда эта женщина так много обо мне знает?
– Если ты согласишься на сделку, то я помогу тебе омолодиться, подготовлю все документы. Ты получишь от нашей семьи хорошее содержание и приданое к свадьбе, – разливалась соловьем Лория.
– Зачем это нужно вам? – я стремительно подошла к ней, заглянула в глаза, стараясь уловить любую эмоцию.
– Моя дочь влюблена, у нее есть жених. Уже и дата свадьбы назначена. Но на днях ей пришло письмо о зачислении в академию истинных. Это престижное учебное заведение для магов, вот только…
– Только что? – напряглась я.
– По окончании академии все выпускники находят истинную пару и женятся. Обрести истинного – величайший дар для того, чье сердце свободно и ужасное проклятье для того, у кого уже есть любимый. Моя дочь против воли пойдет под венец с тем, кого не любит. И тут же забудет своего суженого. А он ее – нет.
Забыть того, по кому болит сердце, и никогда не думать о нем. Разве не этого я сейчас хочу? Чтобы больше не вспоминать Витю и его предательство, чтобы сердце не разрывалось от боли.
– Что я получу, если соглашусь? – я присела на кресло.
– Документы на имя Аниши Брамс. Тело юной девушки, приятную внешность, усиление магического потенциала, – Лория начала загибать пальцы, перечисляя те щедрые дары, которые собралась преподнести мне.
– Но у меня нет магии, – опустила взгляд я.
Кажется, меня сейчас отправят назад в мою реальность. Умирать.
– У тебя есть дар, – с нажимом сказала она, – просто ваш мир глушит магию, и ты не могла развивать свои природные возможности. Но он у тебя определенно есть, иначе ты не смогла бы откликнуться на мой призыв и загадать желание, которое начало тут же сбываться.
Голова шла кругом, но я пыталась не потеряться в веренице новых фактов.
– Моя дочь останется дома под другим именем, тихо выйдет замуж. А ты поступишь в академию, пройдешь обучение, обретешь истинного и после выпуска отправишься жить к мужу, который с тебя будет пылинки сдувать.
– Слишком красиво звучит, но я не пойму, в чем подвох, – насторожилась я.
– Что ж, ты права, – согласилась собеседница, – не все так просто. Ты обязана будешь выйти замуж по окончании академии. И ты не сможешь расторгнуть брак с истинным.
– А что, если я откажусь от сделки? – уточнила я.
– Вернешься домой. В тот самый миг, который станет для тебя последним, – отстраненно сказала Лория.
– Получается, что выбора у меня нет, – подытожила я.
Женщина лишь улыбнулась. Холодно, хищно. Она понимала, что я соглашусь на предложенную сделку на любых условиях.
– Я согласна, – проговорила я пересохшими губами.
– Прекрасно, я сейчас все подготовлю, – обрадовалась Лория, – пойдем в мой кабинет.
За плотной шторой в стене скрывалась скромная дверь. Женщина легонько толкнула ее и провела меня в маленький кабинет. Здесь все было дорого, но элегантно.
Лакированный секретер из красного дерева, стул с гнутыми ножками, пара мягких кресел у окна, свежие розы в вазе. Босые ноги утонули в пушистом ковре. Действительно, у нас же не принято по дому в обуви ходить. Здесь же хозяйка щеголяла элегантными лодочками. Стало немного неловко за свой внешний вид, который так контрастировал с окружающей обстановкой.
Лория откинула крышку секретера и, порывшись в бумагах, нашла чистый плотный лист и пару документов, которые она решила взять за образец. Из резной шкатулки, украшенной самоцветами, она достала перьевую ручку. И вместо того, чтобы взять ее в руки и начать писать, она просто стала диктовать, а ручка взмыла вверх и начала сама быстро конспектировать, шустро выводя ровные красивые буквы.
– Настоящий договор заключен между баронессой Лорией Вальпургой Брамс и Анной Васильевой, – диктовала женщина, а я завороженно смотрела на движения ручки.
– Исполнитель обязуется полностью заменить дочь заказчика в академии истинных, принять на себя все ее права и обязанности… держать суть соглашения в секрете и не раскрывать свою настоящую личность… сделка будет считаться завершенной после окончания академии и обретения исполнителем истинной пары.
Суть договора была понятной.
– А если ваша дочь передумает, расстанется с женихом и захочет сама учиться в академии? – спросила я.
– Да, это дельное замечание, – кивнула Лория и ручка добавила еще пару абзацев.
Документ получился внушительным.
– Ознакомься, потом сделаем второй экземпляр и подпишем, – сказала женщина и протянула мне бумагу.
Я взяла в руки плотный лист и вгляделась в строчки. К сожалению, этого языка я не знала. Я недоуменно посмотрела на баронессу.
Она не сразу поняла причину моего замешательства. Затем, спохватившись, достала из секретера еще один ящичек. На бархатной подушечке внутри него лежал круглый камень, испещренный различными символами.
Женщина приложила кругляш к моему лбу. Сначала я почувствовала лишь холод, но спустя несколько секунд он сменился приятным теплом, словно проникающим в каждую клеточку мозга.
– Готово, – сказала Лория, убирая камень на место.
Действительно, теперь язык казался мне знакомым и понятным. Думаю, я смогу на нем не только читать, но и писать. Интересно, что еще можно здесь изучить с помощью подобных артефактов?
Пробежалась глазами по договору. Нашла даже ответственность сторон за неисполнение взятых на себя обязательств. Если нарушу я, то вернусь в свой мир, в ту самую минуту, когда должна была умереть. Если же передумает баронесса или ее дочь, то я получу огромные отступные, за мной останется дом и титул. Тут же появился рядом и дубликат.
Как мне казалось, расписана была каждая мелочь. Перечитав два раза, я удовлетворенно кивнула.
– Подписывать будем по старинке, обычной ручкой, – сказала Лория, убирая волшебный пишущий инструмент.
– Кровью? – спросила я.
Баронесса посмотрела на меня с недоверием, словно дивясь, откуда я знаю про такой варварский метод заключения договора.
Дрожащей рукой я подписала оба экземпляра договора. Еще какой-то час назад я думала, что все это ужасный розыгрыш или сон, а сейчас у меня в руках был документ, скрепляющий тайный сговор и предопределяющий мою жизнь на ближайшие годы.
Лория спрятала свой экземпляр в секретер, а мой положила в плотный конверт, запечатала сургучом и посоветовала понадежнее спрятать в вещах. Когда они у меня будут.
– Осталось последнее и самое важное. Преображение, – сказала Лория и достала из недр секретера очередную шкатулку.
Там обнаружился пузырек с зельем. Пробка запечатана сургучом, сквозь темное стекло непонятно, что там внутри за жидкость.
– Выпьешь перед сном, – сказала женщина, – а теперь тебе пора занять комнату наследницы этого дома.
– А ваша дочь?
– Моя дочь сегодня выпьет свою порцию зелья, которое изменит ее внешность. И с завтрашнего дня она будет для тебя кузиной Танишей. А ты займешь ее место, никто не должен будет знать о подмене, кроме нас с тобой, Аниши и моей секретарши.
– Хорошо, – кивнула я.
– Можешь называть меня “матушка”, – буднично бросила баронесса.
– Хорошо, матушка, – слова дались с трудом, все же собеседница была ненамного старше меня.
Она удовлетворенно кивнула.
– А теперь пойдем, пока слуги ужинают, ты сможешь незаметно занять покои Аниши, а она перейдет в гостевые.
Вслед за баронессой я вернулась в гостиную. Она позвонила в серебряный колокольчик, стоявший на камине.
Спустя минуту в комнате появилась женщина лет сорока. Собранная, одетая в закрытое строгое платье. Волосы убраны под чепец, лицо не выражает ничего, кроме абсолютной невозмутимости.
– Ханна, проводи нашу гостью в покои Аниши и подай ей ужин, – велела баронесса.
Секретарша лишь кивнула и повела меня прочь из комнаты. Ни единый мускул на ее лице не дрогнул, когда она увидела в хозяйской гостиной зареванную босоногую женщину, одетую не по моде. Идеальная прислуга.
Шли молча. Я лишь дивилась необычной обстановке. Она была богатой: дорогие ковры, на стенах картины в позолоченных рамах, в нишах скульптуры и вазы с живыми цветами. Однако, хоть все и напоминало дом богатого европейца века эдак девятнадцатого, но чувствовалась некая чужеродность в обстановке.
Покои Аниши располагались на верхнем этаже и занимали мансардный этаж. Бывшей хозяйки комнат уже не было, но все вещи были оставлены на своих местах. Казалось, она просто вышла на пару минут. От этого мне стало ужасно неловко, словно я, как вор, пробралась в чужое жилище. Я в нерешительности мялась на пороге.
– Осваивайтесь, госпожа, скоро я подам ужин, – сухо сказала служанка и покинула комнату.
Меня неприятно царапнуло что после того, как она закрыла дверь, в замке провернулся ключ. Меня заперли!
Неприятное предчувствие шелохнулось в груди. Я почти была уверена, что при заключении сделки меня обманули. Но я уже поняла, что выбора мне и не давали.
Я задумчиво осмотрелась. Выделенные мне покои состояли из нескольких комнат. Первая – вполне официальная. В центре стоял диванчик с забытым рукоделием и пара кресел с пуфиками, письменный стол со всеми принадлежностями, небольшой шкаф-горка с безделушками и распашные окна в пол, за которыми обнаружился маленький уютный балкончик. Я не стала выходить, но вид оценила. Внизу простиралась очаровательная деревушка, а дальше вилась синяя лента реки, теряющаяся среди отдаленных холмов.
Задернув штору, я продолжила изучать свои новые владения. Во второй комнате я обнаружила не застеленную кровать, одежду на вешалке, забытую на столике у окна чашку. У окна стол с зеркалом и косметикой.
Не скажу, что я брезглива, но спать в чужой постели и одеваться в ношеное платье мне не хотелось. Ни к чему не притрагиваясь, я прошла в следующую комнату, которая оказалась уборной.
Здесь все казалось идеально чистым: белоснежная ванна на позолоченных ножках, раковина, словно левитирующая в воздухе, а за ширмой обнаружился унитаз вполне привычного вида. Банные принадлежности, полотенца, всевозможные баночки и пушистый халат ждали своего часа на деревянных полочках. И неизменная ваза со свежими цветами. А самое удивительное то, что в ванной был стеклянный купол вместо потолка.
Мне ужасно захотелось принять ванну, использовать все эти средства из загадочных баночек и вспомнить, наконец, что у меня сегодня день рождения. И, кажется, в этот день я умудрилась родиться дважды.
Вдоволь нанежившись в ванной и налюбовавшись на незнакомые звезды прямо через крышу, я вернулась в спальню. Здесь все изменилось: постель перестелена, личных вещей предыдущей хозяйки комнаты стало меньше.
На вешалке висело чистое шелковое платье. Я рассмотрела его внимательно. Явно, приготовили для меня, да вот только размерчик не мой. Этот воздушный наряд был для тонкой и звонкой юной нимфы, а не дамы средних лет с приличным багажом жизненного опыта за плечами.
Я вздохнула и решила остаться пока в халате. В моей персональной гостиной на столике стоял поднос с легким ужином. Если я буду так питаться, то, непременно похудею. Но не к утру. Закончить трапезу я решила зельем из маленького пузырька, который вручила мне “матушка”.
Кое-как отковыряв сургучную пробку, я залпом выпила напиток. Я ожидала, что это непременно будет какая-то гадость. Но оказалось, что это тягучая жидкость с ароматом сладкой мяты и еще каких-то трав. Больше похоже на сироп от кашля.