Я принесла тебе Бога

Глава 1

80-й год истинной эры. Столица мира Феникс. Восточная Сибирь.

На безлюдную ночную школьную стоянку почти бесшумно въехал черный электробайк, на корпусе которого заиграли отражения желтых фонарей периметра территории школы. Байк остановился на самом близком к входу парковочном месте, чем вызвал моментальную реакцию пожилого охранника школы в караульном помещении. Тот бросил развлекательный журнал на стол, заложил за ухо сигарету, которую собирался прикурить, второпях снял очки и вгляделся в мониторы видеонаблюдения, увеличивая то одно, то другое изображение с камер.

В мерцающем свете тусклого люминофорного фонаря едва проглядывалась худенькая фигурка женщины, снимающей в этот момент защитный мотоциклетный шлем. Она повесила шлем на руль и встряхнула голову, распрямляя длинные черные волосы. Вытащила из нагрудного кармана обтекаемые очки с желтыми стеклами, надела их и направилась к стеклянным дверям главного входа школы номер сто двадцать один, как гласила табличка на фасаде. Она подошла так близко к объективу камеры видеонаблюдения, что уже можно было подробнее разглядеть детали ее внешности: женщина лет сорока около пяти футов ростом, одетая в обтягивающий костюм темно-серого, почти черного цвета, на всей поверхности которого проглядывались молнии, различные карманы, цепочки и клепки. На ногах плотно прилегающие сапоги из композитного латекса, подчеркивающие ее спортивные икры. Женщина фланировала в сторону дверей школы легкой и наглой походкой. Слегка раскосые глаза и черные волосы выдавали в ней азиатские корни. И она была отлично вооружена. На бедрах располагались две тяжелые кобуры с полуавтоматическими береттами. На поясе висели четыре запасных магазина и несколько гранат различного назначения. Из специального кармашка на правом сапоге торчала ручка ножа со встроенным светодиодным дисплеем. А из-за спины виднелась черная рукоять японской катаны. Дужки очков заканчивались миниатюрными наушниками.

Она на мгновение вытянула губы в трубочку, и все ее лицо покрылось переливающимися разноцветными пятнами, которые тут же начали упорядоченно двигаться по коже лица и менять цвет, образуя кривые полосы в виде стрелок. Через секунду движение рисунка прекратилось, и лицо женщины уже покрывали черные кривые полосы, идущие от глаз и заканчивающиеся стрелками в виде загнутых птичьих когтей, напоминая древние узоры наскальной живописи.

Тук… Тук…Тук… Постучала она дверь твердыми костяшками составной перчатки.

– Кто в теремочке живет? Кто в невысоком умрет?

Она терпеливо подождала, пока в вестибюле школы зажжется свет. К двери изнутри подошел молодой охранник с фонариком, и направил его луч прямо в лицо ночной посетительнице. Улыбаясь, женщина позволила себя осмотреть под ярким светом.

– Мы закрыты, – сказал охранник. – Вы что-то хотели?

Женщина, явно ожидая другого приема, повернула голову в сторону камеры видеонаблюдения, висевшей под козырьком здания.

Через несколько секунд послышались звуки приближающихся шагов бегущего человека.

Из коридора, ведущего в правое крыло здания школы, выбежал пожилой охранник с сигаретой за ухом. Громко гремя связкой многочисленных ключей, спотыкаясь, направился к входу.

– Простите, простите нас, – задыхаясь, кричал мужчина. Он резко оттолкнул юношу рукой и, перебирая трясущимися руками ключи, выбрал нужный и сунул его в замочную скважину.

Женщина терпеливо наблюдала на всеми этими действиями, не скрывая довольной улыбки.

Дверь отворилась.

– Простите его, пожалуйста, он совсем юн. Еще школу не окончил. Он вас не знает, – заикаясь, прохрипел пожилой мужчина.

– А ты знаешь? – спросила женщина хриплым бархатно-низким голосом.

– Конечно! – ответил мужчина, немного успокаиваясь. – Конечно, знаю! Вы – ведьма Ковена.

Женщина наклонилась к щеке охранника и демонстративно принюхалась.

– Ладаном пахнет от тебя, старик, – прошептала она и перевела взгляд на молодого охранника. – Какой красивый мальчик! – сказала она, снимая с правой руки черную прорезиненную перчатку, утяжеленную свинцовыми вкладками на костяшках. – Сколько тебе?

– Восемнадцать исполнилось, – спокойно ответил парень.

Кисть её покрывала полупрозрачная темная ткань, словно еще одна перчатка поверх кожи. Затем гостья тонкими пальцами провела по лицу охранника, остановившись на щеке.

– Щетины еще нет, – она начала вертеть кисть перед глазами парня, демонстрируя пальцами материал покрытия. – Знаешь, что это? – увидев отрицательный молчаливый ответ, ведьма продолжила. – Это паутина – материал в девяносто раз прочнее стали и примерно во столько же раз ее легче. Я покрыта ею вся, кроме головы. Это моя броня. Паутина не спасает от переломов и гематом, но прекрасно защищает меня от любого проникновения любых инородных предметов в мое тело. Она останавливает любые пули и любую сталь любого клинка. Какой красивый мальчик, – прошептала она медленно. Глаза блестели в нескрываемом предвкушении, – кстати, насчет проникновения, хочешь с меня снять всю паутину? Потрясающее зрелище, скажу тебе. А потом мы с тобой…

– Простите его, – перебил, уже немного успокоившийся пожилой охранник, – он совсем юн для такого.

– Не беда, – протянула она и потянулась губами к его щекам. – Если только в этом проблема, мы откорректируем возраст, – ведьма коснулась губами щеки подростка и обнажила язык, на котором сидел темно зеленый, почти черный паук. Он переполз на лицо юноши, и резко вонзил жвала ему в щеку, впрыскивая темный секрет под молодую кожу. Парня парализовало. Волосы молодого охранника почти мгновенно поседели, а лицо продавили неглубокие морщины. Юноша постарел на глазах.

– Ну вот, другое дело! – прошипела ведьма, снимая увлеченного паука со щеки, – даже щетина появилась. На вид тебе уже лет сорок! Матерый! Красавчик! Кстати, это Митсу, – она гладила паука по спинке, – очень послушный мальчик. Это он плетёт мне лучший в мире бронежилет, – ведьма отпустила паука, и тот ловко забрался по одежде и юркнул в ноздрю хозяйки. Она надела перчатку и посмотрела на старшего охранника, – где фанатики?

– Здесь нет фанатиков, – прошептал дрожащим голосом старик, ошарашенный от увиденного, – религия вне закона. Нам не нужны неприятности.

– Видишь мой браслет? – она подняла левую руку прямо к лицу охранника. – Какого оттенка свечение?

– Желтого, – пропищал он, не отрывая взгляда от пожелтевшего матового браслета.

–Это значит, что ты обманываешь тётю Тамуру, – она погрозила ему пальцем.

– Я не обманываю, возможно, ваш браслет неисправен, – старик перешел на визг.

– Ты эксперт в электронных спич-анализаторах?

– Нет, – затрясся, – пожалуйста, прошу вас. Пожалуйста.

– Да, ты не готов умереть мучеником за святую веру? Надо же! А ведь Митсу может подарить тебе особую смерть, изящную, как раз для мученика. Он парализует тебя, затем через нос проникнет в твой мозг, активирует болевой центр и наградит тебя такой болью, что ты будешь умолять его убить тебя, – прошипела ведьма. – Бесплатный пропуск прямо в рай! Как тебе?

– Нет. Простите меня. Пожалуйста, – завыл охранник, – я скажу. Они здесь. Они в подвале правого крыла. Простите. Я все скажу. Человек шестьдесят. Они закрылись. Они знают, что вы здесь. Они подготовились. Там есть дети.

– Конечно! Молодец! ЧПСУ! – сказала женщина, затем резко вытащила нож из сапога и быстрым движением снизу вверх воткнула его в горло пожилому охраннику по самую рукоятку, которая мгновенно запекла кровь вокруг раны, не дав ей выйти. Дисплей на рукоятке засветился и выдал полную информацию об умирающем.

– Йохан Бильба. Шестьдесят семь лет. Ранее привлекался за пособничество религиозным террористам, – она вновь взглянула на постаревшего юношу. – Это стандартный нож ведьмы. Умеет проводить анализ ДНК жертвы и делать запрос в базы данных Ковена. Денег стоит, как печень единорога. Но Прайд не экономит на ведьмах. Как тебя зовут, красавчик?

– Бату, – выдали пересохшие голосовые связки.

– Какое мощное и емкое монгольское имя! Никуда не уходи, Бату, – её глаза вновь заблестели, а губы расплылись в блуждающей улыбке. – У нас еще секс с тобой по списку, – она чуть провернула лезвие на пол оборота, ускоряя умерщвление. – Нравится такая смерть? Меня это дико возбуждает. И вот еще что. Сбежишь – я дам Митсу закончить прерванную процедуру. Ты же меня не бросишь? Не бросишь? – парень сначала еле заметно кивнул, а затем замотал головой. – Умный, послушный мальчик.

Ведьма вытащила нож из горла убитого и вернула его в сапог. Затем аккуратно вынула сигарету из-под уха мертвого Йохана и переложила ее за своё ухо. Нажала кнопку рации на груди.

– Тамура – верховной ведьме. Я внутри. Штурм не потребуется, – громко сказала она.

– Эйра на связи. Почему не дождалась нас? – ответил звонкий голос из динамика рации.

– Да я хотела возле двери подождать. Но тут такая красота нарисовалась, – ответила Тамура и, улыбаясь, посмотрела на свой трофей. – Больше полусотни фанатиков в подвале правого крыла. Осведомлены об облаве. И, у меня один казненный.

– Кадык? – спросил голос.

– Подбородок, ротовая полость, носовая и мозг. А еще у меня тут мальчик сорокалетний. Такая лапка! – Тамура начала строить глазки застывшему от ужаса происходящего охраннику.

– Знаешь, почему тебе никогда не быть верховной ведьмой?

– Знаю. Потому что больная на всю голову. Но мне плевать. Как Макс?

– Рядом, выспался, готов убивать. Мы будем через три минуты.

– А ты никуда не уходи, вон, на стульчике, посиди, – Тамура взяла за руку Бату, – столько пережил сегодня. Я и тебя тоже казнить обязана, как-никак. Ты ведь тоже знал про фанатиков? Знал же?

Парень кивнул.

– Сейчас девочки подъедут, – продолжила ведьма, – не понравится им это. А они обе позлее меня будут. Один Макс чего стоит. Сиди молча. Никуда не звони, никому не отвечай. Я приду за тобой, когда все закончится. Потом заберу к себе. Давай! – Тамура легонько шлепнула охранника по ягодице и проводила взглядом. – А я пойду девочек встречу, – уже сама себе прошептала Тамура.

Она вышла на улицу, достала сигарету из-под уха, прикурила, глубоко затянулась и тут же откашлялась. Паук мгновенно выскочил из сапога на брусчатку, развернулся и встал в боевую позу.

– Да, сама чувствую, что сигареты – дрянь! – ухмыльнулась ведьма и затянулась еще сильнее. Паук зашипел. – Ну, нет у меня другой, – ответила ведьма и затянулась, на этот раз, глубоко. Задержала дыхание и выбросила окурок в сторону урны. – Все, все! Докурила. Запрыгивай обратно на мамочку. Обещаю, что больше не буду стрелять паршивые сигареты.

Её монолог прервал шум автобуса, подъехавшего к автостоянке. Из него вышла высокая русая женщина с короткой стрижкой в легком кевларовом бронежилете, надетом поверх офицерской светло-серой формы спецназа. Из-за спины торчал приклад штурмовой винтовки. Она бегло осмотрела здание и щелкнула пальцами.

Следом за ней высыпались несколько десятков бойцов в черных формах и шлемах.

– Первая группа – двадцатиметровая зона периметра! – повертела она пальцем небо. – Цель – окна! – скомандовала женщина-командир. – Вторая группа – крыша, прикрываем первую! Третья за мной!

– А ты чего без шлема? – спросила Тамура. – Боишься, в шлеме Макс не узнает? – и засмеялась сквозь кашель.

– Тебе было велено не входить! Судя по данным разведки, тут мегасхрон оружия. Стволов хватит, чтоб вооружить небольшую армию, а гидрозита – чтоб здесь тридцатиметровый кратер оставить.

– И что? Они со мной воевать будут что ли? Или у них суицидальная миссия? И потом, меня охранники сами впустили. Что мне им нужно было сказать: «Я тут на улице спецназ подожду, а вы пока своих предупредите?» А если и они вооружены? К тому же у меня было видение!

– Галатею будут звать Лоренцией? – пошутила командир. – У тебя хотя бы одно исполнилось? Видение, я имею в виду.

– Не ёрничай! – Тамура демонстративно надула губы. – Духи во сне мне жениха набурханили. Я должна сегодня его встретить! Кстати, а где Рута?

– Лежит на заднем сидении автобуса и всю дорогу трещит по телефону. Сама, между прочим, себе жениха набурханила. Что там у тебя? Докладывай.

– Мальчик у меня трофейный, – прошептала Тамура – Эйра, у меня личная просьба: не заноси его в отчет.

– Это мы позже обсудим. Он здесь ориентируется?

– Конечно! Это же ученик этой самой школы. Он тут все знает, – она взяла за руку Эйру и повела внутрь.

– Это мальчик? – удивилась Эйра. – Да это дядька под полтос!

– Ну ладно тебе. Учился неважно, на второй год оставили пару раз, вот и выглядит постарше на пару лет. Не передергивай.

– Показывай нам, где взрослые дяденьки и тетеньки с крестиками на шеях прячутся, мальчик, – съёрничала командир. – У них много оружия? Тебя не обижают?

– У нас есть спортзал в подвале, – дрожащим голосом начал Бату, – пойдемте, покажу. Они там. Вниз по лестнице.

Они спустились и подошли к массивным металлическим дверям.

– Это бункер времен войны, – сказала молодая худощавая девушка-альбинос, появившаяся из-за спины командира. Короткое синее платье и военные берцы, надетые на босую ногу, – мы в таких прятались. Четыре метра сплава титана и свинца на случай превентивного эпицентрического ядерного удара. Бункер заперт изнутри, и внутрь мы не попадем. Полностью автономная система как на космических кораблях. Была бы вентиляция, можно было бы послать Макса на разведку.

– Рута! Привет, белая ведьма! – улыбнулась Тамура, – с кем по телефону всю дорогу трещала?

– Я влюбилась! – кокетливо ответила девушка.

– Твою ж мать! Да ты же «Синяя Борода»!

– Неее.… В этот раз все по-настоящему, – прошептала девушка. – Бабочки живот разрывают. Кровь гормонами переполнена. А сердечко – тук-тук. Меня аж на стихи пробило.

– Да ладно! Про любовь? Прочти.

– Слушай. – Рута подняла глаза вверх и начала: – Когда потрескаются воды Ангары, а звезды выпьют золото из солнца. Когда расплавленный металл из кобуры сквозь ребра сердца моего коснется…

– У нас внутри несколько десятков вооруженных фанатиков, – резко прервала Эйра, – свинцово-титановый сплав и сила молитвы вряд ли позволят нам попасть вовнутрь. Они умрут от голода и станут мучениками. А смерть свою будут транслировать по своим видеоканалам. И вы прекрасно знаете, к чему это приведет. Так что, закончили трёп. Давайте попробуем разрезать металл дверей. Резак из автобуса пригоните кто-нибудь.

Через несколько минут к двери бункера подкатили лазерный резак. Инженер группы сняла с крепления дистанционный пульт управления, нажала несколько кнопок, чем привела устройство в действие. Из сопла вырвался широкий луч, который тут же сфокусировался в узкий пучок. Струя ядовито синего света тут же оставила след на поверхности дверей. Оператор толкнула пальцем джойстик, и луч медленно заскользил вниз по металлу, оставляя глубокую борозду, которая к общему изумлению тут же затянулась. Инженер вопросительно взглянула на Эйру. Командир, молча, отобрала пульт у девушки и повысила интенсивность излучения до максимума. Борозда стала глубже на несколько сантиметров, но опять затянулась.

– Мне вот интересно, – прошептала Тамура, – это компоненты сплава фокусничают или сила молитвы фанатиков?

– Есть другие варианты? – сердито спросила верховная ведьма.

– В зале есть видеонаблюдение? – обратилась к охраннику Тамура.

– Нет, еще не поставили, – виновато ответил Бату. – Денег у школы нет.

– В бункере должна быть система оповещения, – сказала Рута, – причем, не отключаемая. Требования к военным объектам Третьей Мировой. Я права?

– Есть такая, – подтвердил парень. – Микрофон на охране.

– И что она нам даст? – спросила Тамура. – Музычку им сатанинскую включим?

– Я могу попробовать «шепот», – ответила белая ведьма.

– «Шепот»? Там полсотни религиозных фанатиков, объединенные слепой верой, желающие умереть мучениками и полностью лишенные страха. И что же ты им нашепчешь? Сим салабим ахалай махалай?

– Подберу тональность, леденящие рифмы, подключу стагнум, выберу нужные слова, в общем, я пошла шептать. Стишок им какой-нибудь сочиню. Начну с руны Фар, поиграю с тональностью. Попробую открыть дверь изнутри. Из шестидесяти хоть один слабенький найдется. А вы пока думайте другие варианты. Просьба – без меня в бой не вступать. Тяните время и дождитесь меня.

– Она права, – поддержала белую ведьму командир, – если у нее получится открыть дверь, вырубайте свет. Будем надеяться, что у них нет тепловизоров. – Давай, ведьма, нагони там страху.

Глава 2

– «…не бойся ничего, что тебе надо будет претерпеть. Диавол будет ввергать вас из среды в темницу, дабы искусить вас, и будете иметь скорбь десять дней. Будь верен мне до смерти, и дам тебе венец Жизни…» – процитировал Откровение седой старик. Он окинул присутствующих взглядом, пытаясь всмотреться в глаза каждому. Дети, на удивление, казались гораздо спокойнее многих родителей. Глаза женщин наполнились слезами. Многие сомневались, переживали. Нужно было всех успокоить. – Снаружи нас ждут вооруженные до зубов исчадья ада, – продолжил он. – Они зовут себя ведьмами. И в них давно уже нет ничего живого. Единственное предназначение тварей – служить дьяволу. Знаете, что ведьмы хотят сделать с нами? Большинство сподвижников останутся здесь, умерев за веру. Самых сильных же будут изощренно пытать физически и психически, дабы мы отреклись от веры. Дабы показать, что наш Бог слаб. Что нашего Бога вовсе нет! Что распятие убило нашего Бога! Что не было никакого распятия вообще! – священник старался делать паузы, подчеркивая глубокую сакральность своей, словно последней, проповеди. – Но эти твари ничего не получат. Ведьмы сами предстанут рядом с нами плечом к плечу на суде Господнем. А мы больше не воюем. Мы будем ждать десять дней, как сказано в откровении. Десять дней для того, чтобы укрепить нашу веру. Десять дней, чтобы ни у кого из нас не осталось и капли сомнения в нашей вере. Я знаю, что сковывает вас. Самое мощное орудие дьявола, посох сатаны, третья грань люцифера – страх перед смертью. Страх сгинуть в пустоту, в небытие. Но разве Христос, Господь наш, не показал нам, что смерти нет? Её нет! – прошептал он. – Я процитирую Павла, который изначально был врагом христиан: «А ежели Он не воскрес, то вера ваша тщетна: вы еще во грехах ваших. Поэтому и умершие во Христе погибли. И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков.» Сейчас Павел самый почитаемый из апостолов, потому что уверовал вопреки, а не благодаря. И мы уверуем также. Уверуем не перед страхом судного дня, который уже близок. Уверуем вопреки страху перед смертью. Потому, что Господь с нами! Десять дней мы будем поститься и молиться. И сила нашей веры не даст сломать стены вокруг нас. А как же ведьмы? – спросите вы. Ведьмы бессильны против этой силы. Они ничего не могут сделать. Ничего! А когда мы сами откроем им двери и впустим демонов в нашу обитель, мы откроем ворота вечной жизни для нас и геенну огненную для них! Я лично нажму кнопку детонатора и дам вам обещанный венец жизни, билет в Царствие Божье. Мы все умрем за веру, и в вере будем жить дальше! – пастырь облизал пересохшие губы. Глоток воды сейчас бы не помешал. Но пастырь не хотел показывать слабость. – Грядет Мессия. Он уже рожден и близок. Он уже сильнее всех нас вместе взятых. И если Иисус Христос непорочным зачатием рожден был сыном Бога и земной Девы Марии, то новый мессия – человек, такой же, как каждый из нас. По образу и подобию. И, этот человек способен исполнить пророчество Откровения. Способен стать с Богом единым целым и привести нас к долгожданному Апокалипсису. Тогда любой и каждый, живой и мертвый предстанет перед Создателем. Праведники обретут по вере своей и станут ангелами на Небесах, а грешники, демоны и сам дьявол будут повержены навсегда. Хотите стать частью замысла Господнего? – старик закрыл глаза, чтобы с удовлетворением услышать всеобщее согласие.

– Хотим! – почти шепотом ответила община.

– Хотите встать рядом с Иисусом Христом?

Одобрительные возгласы усиливались.

– Да хотите же наконец коснуться самого Бога? – для убедительности он обратил взор на собравшихся и поднял руки к иконе, изображающей Создателя, окруженного серафимами.

Толпа загудела во всеобщем ликовании. Один пожилой коренастый мужчина, стоявший ближе всех к пастырю, повернулся к толпе и поднял ладонь вверх. Люди затихли.

– Что нам нужно делать, владыка? – спросил он.

– Не убояться! – пастырь вновь сделал длительную паузу. – Знаете в чем особая ценность Откровения? Там с нами говорит сам Бог! Говорит о последних наших днях перед судом. О днях, которые уже грянули: «И видел я выходящих из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам: это – бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на брань в оный великий день Бога Вседержителя» Жабы ждут нас за этой дверью. Бесовские духи в образе падших женщин. Ведьмы Ковена! Они поклонились зверю, который обрел новое имя себе – «Прайд», и зверь наделил их силой и властью. Но у них нет смысла жизни! Нет веры! А нашу веру они зовут богомерзким научным термином «стагнум». Феникс – вавилонская блудница на красном драконе превратится в пепел. В пепел нашего откровения. И мы станем частью откровения. Каждый из нас в муках своих укрепляет веру друг друга. А вместе, смертью своей мы укрепим веру мессии, дабы…

– Фааааааа, фееееееее, фууууууууу, фаааааааар! – раздалось громкое шипение в воздухе. – ффффффффффффа, фффффффффффе, ффффффффффффу, фффффффффар!

Так продолжалось еще несколько минут, пока шипение не перешло в шепот.

– Нерожденное, – голосок ребенка и хрип старухи в унисон раздались прямо из стен.

– Нераспятое. – Вдруг стало невыносимо холодно.

– Невоскресшее, – каждый тянущий слог пронизывал тело.

– Неосвятое, – продолжала шептать ведьма в систему оповещения, – в тухлом чреве… дохлой шлюхи… зубы… черви… плач старухи… тело девы не тревожь пока…в теле девы… мертвый боженька…

Стало невыносимо страшно. Дети прижались изо всех сил к матерям. А лица взрослых перекосил ужас.

– Мертвый боженька…в корнях дерева… листья черные… сохнут ангелы… на ветвях висит моей веры смраааааад… Фаааааааааааааа! Фееееееееееее…

Началась паника. Кто-то пытался зажать ладонями уши. Другие просто орали, в надежде заглушить ведьмин шепот. Один из присутствующих достал пистолет, и выстрелил себе в ухо.

Голос не утихал. Помещение наполнилось криком, который только усиливал эффективность воздействия шепота. Люди сходили с ума на глазах друг у друга.

Некоторые пытались скрыться в спальных комнатах бомбоубежища, другие побежали в туалеты. Но ретрансляторы системы оповещения шептали и там.

Рута не видела и не слышала, того что происходит, но явно наслаждалась. На шее пульсировал светящийся знак в виде руны Инг, который помогал шептать правильно.

Меньше остальных влиянию шепота был подвержен проповедник. Он словно и не слышал шепота вообще. Просто стоял и растерянно смотрел на ужас, который начался практически мгновенно. После нескольких тщетных попыток докричаться до прихожан он просто закрыл глаза и погрузился в «Отче наш»

Выстрелы звучали все чаще. Суицид был единственным способом избавиться от дикого ужаса и неконтролируемого страха.

Несколько женщин и мужчин бросились к панели электронного замка центрального входа.

– Засовы в движении, – прошептала Эйра. – Свет! Макс, пошел! Тамура, на позицию. Рации в минимум. Встречаем фанатиков. Всем отойти от входа. У них гидрозит. Подрывник с детонатором. Палец на кнопке. Максимальная тишина. Очки в режим «ночь».

Тамура надела очки, включила функцию ночного видения и бесшумно оголила катану.

Тяжелая дверь пришла в движение, и сквозь увеличивающуюся щель доносились крики. Первым выбежал молодой человек, которому Тамура молниеносно проткнула клинком горло. Затем появились две женщины, которые были вскрыты подобным образом.

– Рута, заткнись! – скомандовала командир. – У нас контакт. Бегом сюда.

Крики за дверью начали утихать. Из приоткрытой двери больше никто не появлялся. Изнутри пробивались лучи искусственного освещения.

– Макс? – спросила только что пришедшая молодая ведьма.

– Внутри, – прошептала Эйра, – гасит автономное освещение. Старик в правом дальнем углу на детонаторе. Вокруг него собираются вооруженные фанатики. А двое сразу за входом. У всех винтовки. ПНВ нет ни у кого.

– Чего ждет старик?

– Конечно же «Плеть Ковена», – улыбнулась Эйра. – Какая будет шикарная смерть. Он ждет нас, – она посмотрела в сторону двери. – Макс не может подойти ближе. У старика очень сильный стагнум. Макс боится.