- -
- 100%
- +
Еще один недостаток в том, что, при отсутствии одного или нескольких крупных владельцев акций, компания обычно больше тратит на выплаты акционерам, чем на капиталовложения. Но чудес не бывает, и такой «коммунистический» подход подрывает ее успех в будущем.
Несмотря на уверенность бизнесменов, что лучше них никто с руководством их бизнеса не справится, что заставляет их работать до самой смерти, у успешных компаний есть еще одна опасность. Их руководители обычно думают, будто лишь их гениальность привела к удаче, и поэтому они, гении, заслуживают того, чтобы делать все, что хотят. Им не хватает самоконтроля. Они буквально верят в то, что не могут ошибиться. Тот, кто осмеливался не согласиться с их мнением, оказывался уволенным, или был подвергнут преследованию. Такие основатели приписывают успех компании только себе, и довольно часто совершают ошибки. А подобная «звездная болезнь» уже привела многих «больных» к тюремному заключению или даже к смерти от рук властей или конкурентов.
Около 70 % богатых семей теряют все свое состояние после того, как управлять активами начинают дети богатых родителей. Об этом пишет американский журнал Time со ссылкой на исследование консалтинговой компании Williams Group. Около 90 % внуков просаживают все семейное состояние, если этого не сделали их родители. 78 % родителей не верят в то, что их дети достаточно ответственные, чтобы справиться с наследством», – отмечает один из опрошенных гендиректоров инвестиционной компании, которая занимается управлением семейными активами. 64 % из них признают, что они зачастую не рассказывают своим детям об источниках семейного состояния, а также о бизнесе, который ведет семья. Видимо, это бывает из-за того, что с их бизнесом «не все чисто».
Согласно опросу родителей, большинство из них считают ключевыми проблемами лень и некомпетентность собственных детей. «Статистика мрачная: в среднем состояние детей миллионеров держится в течение 19 дней – пока наследник не купит новую машину», – отмечают аналитики.
Эксперты рекомендуют миллионерам проводить с детьми частые беседы о деньгах, расходах и семейном бизнесе, да и просто приучать их к труду за деньги. Причем, чем раньше начнутся подобные беседы, тем выше вероятность сохранения семейного состояния в будущих поколениях. Поскольку капиталом, под угрозой его потери, всегда необходимо управлять, капиталисты должны учить управлению своих наследников, детей или родственников. Только так можно сохранить наследственное имущество в будущем. Видимо, учить придется не только соблюдению всех законов, но и возможностям их обойти. Ведь конкуренция почти никогда не бывает честной.
Для облегчения смены собственника или выхода компании на биржу полезно создать инструкции, которые бы в общих чертах описывали управленческие, культурные, стилистические, юридические, этические правила, и изменения, необходимые для публичной компании. Эти инструкции помогут всем руководителям корпораций, которые собираются совершить либо смену собственника, либо выход на биржу.
В законодательстве многих развитых стран сейчас появились нормы о создании наследственных фондов, когда владелец бизнеса при жизни поручает ведение дел своей компании после смерти определенным специалистам, которые не являются наследниками. Это позволяет сохранить его бизнес и имущество после смерти, и не разорить компанию (компании).
Чего боится каждый человек? Ответ на этот вопрос несколько неожиданный. Как уже говорилось, каждый боится неизвестности. Поэтому самое неприятное для работника – это заняться новым, неизвестным, незнакомым делом. Люди скорее будут выполнять непрестижную, тяжелую, но привычную работу, чем попытаются решить нестандартную задачу, выйти за круг обычных обязанностей и целей, даже для того чтобы увеличить свой заработок. Поскольку работа предпринимателя постоянно связана с неопределенностью, риском, решением новых задач, неизвестными и плохо предсказуемыми факторами, она пугает большинство граждан. Именно поэтому среди крупных бизнесменов нет робких и трусливых.
Но как бороться с неизвестностью и ее боязнью? Надо ее ликвидировать, уничтожить, прояснить любую неясность и неопределенность, разобраться в ситуации. В любой ясной ситуации, даже не очень хорошей и благоприятной, человек уже не будет бояться, и сможет принять более удачное и грамотное решение проблемы, найти хороший выход.
Для современного производства необходимы не только рабочие и капиталисты, но также сотрудники, осуществляющие отдельные их функции: технологи, организаторы производства, управленцы, специалисты по изучению рынка, по сбыту, прогнозисты, аналитики, бухгалтеры, аудиторы, IT-специалисты, инвесторы, кадровые службы, службы безопасности, кредитные и страховые организации, биржи, налоговые и регистрирующие органы, службы стандартизации, статистики, полиция, суды, парламенты, министерства, органы муниципального и городского управления, Интернет, малый бизнес, где трудно провести различие между рабочим и капиталистом, антимонопольные службы, метеорологи, агентства по экспорту, поддержке сельского хозяйства и др. Из теории марксизма непонятно, создают ли такие работники ПС, или, вместе с капиталистами, эксплуатируют рабочих. В целом, необходимо эффективно работающее государство.
Два основных класса, в соответствии с идущим разделением труда, тоже разделились на более мелкие группы. Причем, не всегда ясно, к какому классу их следует отнести: рабочих или капиталистов.
В бедных странах эти структуры и функции капитала работают плохо. Сумма сбережений неимущих в них огромна: во много раз больше всей иностранной помощи и иностранных инвестиций, полученных после 1945 г. Этого вполне достаточно, чтобы успешно участвовать в капиталистическом развитии. Почему же эти страны так неразвиты? Почему они не в состоянии обратить эту собственность в ликвидный капитал? Для перуанского экономиста, Эрнандо де Сото, в этом и заключается «загадка капитала». Де Сото считает, что мир переживает кризис, через который прошли ныне развитые страны в эпоху промышленной революции, когда они сами еще были странами «третьего мира», с «черными рынками», мафиозными организациями, массовой нищетой и вопиющим неуважением к законам. Западные страны, доказывает де Сото, нашли выход из положения около 150 лет назад, и стали богатеть, изменив законы о собственности, а также добившись хорошего правоприменения.
В бедной стране сложнее продать даже успешный бизнес, недвижимость и другие активы. Бизнес там обычно работает не по законам, а на основании неформальных договоренностей. Распределение доходов и собственность также обусловлены личными связями и обязательствами. И если в богатой стране новый владелец ясно понимает, что он приобрел, и как все это будет работать, в бедном государстве новому владельцу будет намного сложнее восстановить эти неформальные отношения, использовать, развивать купленную собственность, и извлекать доход.
В своей работе «Критика гегелевской философии права» Маркс утверждал: «Бюрократия имеет в своем обладании государство… Авторитет есть принцип ее знания. Ее иерархия есть иерархия знаний… как руководить людьми».
Плохое государственное управление может сильно испортить жизнь как руководителей бизнеса, так и простых рабочих. Многие деятели, даже в руководстве государства, считают, что рыночная экономика сама все отрегулирует. К сожалению, это не так. Плохая политика может довести государство даже до войны, не говоря уже о беззаконии, и бедной, бесправной жизни большинства населения. Марксисты недооценивали роль государства в развитии народного хозяйства. Из-за этого они и предлагали его упразднить, постоянно говорили об отмирании государства.
Однако, чем больше развивается товарное производство, тем более требуется регулирование его условий. Все больше вопросов решается на местном, региональном, или даже мировом уровне, даже без участия формальной государственной власти. Рабовладельческое и феодальное государство почти не влияет на жизнь своих подданных. Больше влияют отдельные рабовладельцы и феодалы, имеющие собственные армии и т. д. Буржуазные государства уже имеют развитое законодательство, правоохранительную и судебную системы. В них упрощается визовый режим и получение гражданства иностранцами, приобретение ими собственности в том или ином государстве, регистрация компаний, инвестирование и движение капиталов, растет торговля. Развивается международное право. Раньше преступник мог скрыться от правосудия на территории иностранного государства, теперь же его выдаст на родину Интерпол. Все больше вопросов регулируется на международном уровне: экология, торговля, инвестиции, миграция, отношения собственности, военные союзы и объединения государств.
Если эти вопросы не регулировать, собственность защищается плохо, договоры часто не соблюдаются, доступ к правосудию не обеспечивается, процессы обмена и распределения товаров нарушаются, из-за чего производство падает или не растет. Все это тормозит развитие народного хозяйства и ухудшает моральный климат, вызывает протесты населения, люди и капиталы бегут в более успешные страны.
Маркс не понимал, что максимизация ПС важна не только для капиталистов, но и для наемных работников. Ведь чем больше ПС, тем больше обычно и зарплата рабочих. Но главная его ошибка в «безвозмездности присвоения ПС» капиталистами. Если ПС можно присваивать безвозмездно и на законном основании, буквально каждый готов будет бросить работу, чтобы стать капиталистом, не занимаясь никаким трудом. К большому сожалению для капиталистов, так не бывает. Действительно, любой товар в рыночной экономике продается с прибылью. Но рабочая сила – тоже товар. Какова же ее цена? «Средняя цена наемного труда есть минимум заработной платы, т. е. сумма жизненных средств, необходимых для сохранения жизни рабочего как рабочего. Следовательно, того, что наемный рабочий присваивает в результате своей деятельности, едва хватает для воспроизводства его жизни» (Манифест Коммунистической партии, гл. II). Или «рабочий в продолжение одной части процесса труда производит только стоимость своей рабочей силы, т. е. стоимость необходимых ему жизненных средств» (ч. 1, гл. 7, I том «Капитала»). Все произведенное сверх этого якобы присваивается капиталистом.
Поскольку заработная плата наемных работников равной квалификации, в зависимости от места и времени их работы, может отличаться в несколько раз при примерно равной стоимости их жизни, понятно, что ни наименьшей, ни средней заработной платы не может «едва хватать» для воспроизводства их жизни. И даже минимальный для данной профессии заработок допускает ее расширенное воспроизводство.
Вторая причина, по которой это утверждение «Манифеста» не выдерживает критики, в том, что во всем мире идет именно расширенное воспроизводство. Каждый год увеличивается рождаемость, протяженность автодорог, количество жилья, больниц, спортзалов, офисов и магазинов, количество изобретений, патентов и технологий, мощность компьютеров, растет интеллектуальная собственность и искусственный интеллект, численность населения. Растет также сумма цен товаров, потребляемых как обществом в целом, так и отдельным гражданином. Об этом нам говорит ежегодная статистика. Если растет население, растет численность рабочих и служащих. Но при недостаточности их зарплат для расширенного воспроизводства она расти не будет. Если растет потребление, значит, должны расти и средняя, и минимальная зарплата. И при расширенном воспроизводстве она должна включать в себя часть ПС.
Рабочая сила, за редкими исключениями, воспроизводится расширенно. Это доказывается тем, что дети рабочих часто получают хорошее образование, становятся интеллигенцией, руководителями и даже предпринимателями. Да и общее количество трудящихся растет. В богатом государстве намного лучше отбор и ротация кадров, чем в бедном, поэтому у талантливых детей из бедных слоев населения больше возможностей сделать карьеру, чем даже в «социалистической» стране, где отбор и ротация кадров слабые. Карьера, в основном, все больше зависит от характера и способностей человека, а не от его родителей, родственных и клановых связей.
Еще одним косвенным доказательством превышения средней заработной платы рабочего над минимальным уровнем поддержания его жизни является, как ни странно, сам тезис марксизма о переходе общества к коммунизму. При нем потребление рабочих, да и всех трудящихся, значительно превысит уровень их простого воспроизводства. Поэтому оно и при капитализме должно его сильно превышать, иначе такой большой скачок в потреблении просто невозможен, для него нет предпосылок. Видимо, даже и капиталисты будут не против перехода к коммунизму, ведь при нем они тоже, как и рабочие, станут трудиться по своим способностям, а получать по потребностям. Зачем тогда вообще надо было бороться с капиталистами, тем более насильственными методами? Ведь они, капиталисты, создают предпосылки для перехода к коммунизму, увеличивают общественное богатство. Следовательно, для такого переустройства общества не нужно никакого насилия, а достаточно простой агитации, и развития производительных сил. Насилие, как и теория марксизма, обычно использовалось нелегитимными проходимцами для достижения неограниченной неконтролируемой власти.
Если рабочие, крестьяне, служащие получают не только заработную плату, но и часть ПС, а капиталисты присваивают не только часть ПС, но также еще и зарплату за анализ ниш на рынке, накопление капитала, управление производством и сбытом товаров и услуг, для чего нужна пролетарская революция? Что она может улучшить в этом стихийно сложившемся разделении труда?
Рассматривая классовую структуру общества, марксизм не придавал большого значения паразитическим классам. Это тунеядцы, преступники, безработные, больные люди, и в какой-то степени учащиеся. Их денежное содержание всегда было меньше уровня трудящихся классов. По мере развития производительных сил этот разрыв только увеличивался. К сожалению, марксизм не объясняет, когда он начнет сокращаться. Если он сравняется после перехода к коммунизму, то за счет чего? Не уменьшит ли в будущем возможность для большого количества людей не работать долю производительных классов и размер валового внутреннего продукта (ВВП)?
Доходами от производства, хотя не все они ему принадлежат, как правило, распоряжается капиталист, организатор производства. Это результат разделения труда, поскольку крестьянин, ремесленник, индивидуальный предприниматель, находящиеся на менее развитой стадии товарного производства, обычно сами все производят, продают, и распоряжаются своим доходом. Врач, например, тоже распоряжается телом пациента, которое ему не принадлежит. Но вот присвоение ПС, как мы видим, происходит всеми участниками процесса производства и обмена товаров и услуг. Никакого особого противоречия здесь нет.
С развитием экономики постоянно обособляются новые функции производства и управления. Для любой профессии существует среднерыночная заработная плата. Если капиталист не будет ее платить, его работник станет хуже работать, меньше производить, уйдет к другому капиталисту. Работники меньше следят за рынком, чем капиталисты, но за условиями оплаты в своей профессии они обычно следят хорошо. И, как только где-то появляются более выгодные условия труда, работники, как правило, стараются перейти на новую, лучшую работу.
Еще одну ошибку делает Маркс, решая следующую задачу: – Если богатство создается трудом, а труд обменивается по эквивалентной цене, то откуда взяться доходу капиталиста? – Действительно, капиталист анализирует рынок, изучает спрос, покупает сырье, средства производства и технологии, нанимает рабочих, производящих товар, управляет производством, сбытом, авансирует и распределяет прибыль после продажи товара. Маркс полагал, что эта умственная и невидимая деятельность не является работой, и капиталист-бездельник эксплуатирует рабочих, так как присваивает себе полагающуюся якобы им прибыль. Но рабочие, получив за труд среднюю по отрасли зарплату, «в расчете», ничего сверх нее от капиталиста не требуют.
И если капиталист вдруг захочет, чтобы рабочие получали «справедливую» зарплату, то сколько он должен им доплатить? Всю прибыль, или только часть? А если у него не останется прибыли, на какие деньги он будет расширять производство, нанимая новых рабочих? За счет чего он сам будет существовать? Ведь никакой зарплаты, в отличие от рабочих, он не получает. И если он отдаст рабочим всю прибыль, то сам умрет с голоду, как ни странно это выглядит. Это еще одна причина, чтобы поставить под сомнение довод марксистов о «грабеже» капиталистами рабочих.
Спрос на товары постоянно меняется. Вместе с ним меняется и прибыль компании. Иногда она терпит убытки. У капиталиста должны быть накопления, чтобы их компенсировать. Но откуда возьмутся накопления, если он всю прибыль израсходует на выплаты рабочим? В этом случае, даже при небольшом падении спроса, компания разорится, и рабочие останутся без работы, а капиталист лишится собственности. В целом в таком государстве вообще прекратится экономический рост. Далее. Определить общественную потребность в товаре, купить факторы производства, организовать само производство и сбыт товара – это точно такой же труд, как и труд наемных работников (но не организаторов производства, а исполнителей). За этот труд так же полагается заработная плата и часть ПС. И кто кого эксплуатирует?
Марксизм не утверждал, что капиталисты вообще ничего не делают. Но он практически не исследовал характер, содержание и особенности труда капиталистов. Согласно теории марксизма, различие между капиталистами и рабочими в том, что первые трудятся, и присваивают себе ПС, а вторые – трудятся, но не присваивают. Как будет показано в данной работе, все не так просто. Являются они классовыми противниками или нет, вопрос спорный. Но труд у них разный. Капиталист анализирует, объясняет, воодушевляет, хвалит, просит, настаивает, шутит, иронизирует, критикует, возмущается, угрожает, распоряжается, рассуждает, уступает, убеждает, уговаривает и добивается. У рабочего спектр действий и эмоций обычно меньше.
Паразитические классы потребляют больше, чем зарабатывают, дают обществу. Рабочий класс потребляет примерно столько же, сколько и зарабатывает. Сколько же тратят на себя капиталисты? Намного меньше своих возможностей. Они накапливают капитал, а тратят его, в основном, на производство товаров и услуг. Лишь малая часть у них тратится на удовлетворение личных потребностей. Вывод этот несложен, но у марксистов, видимо, вызывает настоящее отвращение, так как он явно в пользу капиталистов.
Можно утверждать только о существовании разделения труда, на разные профессии, а также на умственный и физический. Труд должен удовлетворять общественные потребности. Поэтому любой труд, заложенный в товаре или услуге, должен состоять из труда по изучению общественной потребности в них, ниши на рынке, учета платежеспособного спроса на них, труда по созданию товара, организации и управлению его производством, труда по его сбыту. В любом товаре, как правило, содержится овеществленный, старый труд, который был на него перенесен. Обычно организаторы производства товара или создания услуги эти составляющие, пропорции труда анализируют и контролируют, иначе их стоимость и ПС могут уменьшиться, иногда даже до нуля. Так же и наемный работник всегда должен заботиться о том, чтобы его профессия была востребована на рынке, чтобы она хорошо оплачивалась, после этого он должен приобрести навыки своей профессии, и приложить усилия, чтобы найти выгодное и комфортное место работы. Это может быть не постоянным местом работы, а работой по заказам, фриланс.
«Сейчас сложно представить, что какой-либо серьезный бизнесмен не потратил бы некоторое время на размышления о том, какие возможности открывает этот рынок», – заявлял, например, еще в 2015 году Трой Дейтон, генеральный директор американской компании ArcView Group, специализирующейся на исследовании марихуановой индустрии (https://lenta.ru/articles/2017/10/07/usamatihuana/). Одновременно нет доказательств, что о развитии этого и других рынков размышляют рабочие, или, скажем, военные. У них на работе совсем другие обязанности.
Более мелкие предприниматели анализируют потребности в производимых ими товарах или услугах для своего города или района, крупные – для своей страны или мирового рынка. Таким образом, анализ рынка товаров и услуг – важнейшая часть труда любого капиталиста. В интересах рабочих и служащих также постоянный анализ ими рынка труда, во всяком случае, в отношении их профессии.
«Как ни вертись, а факт остаётся фактом: если обмениваются эквиваленты, то не возникает никакой прибавочной стоимости, и если обмениваются не эквиваленты, тоже не возникает никакой прибавочной стоимости. Обращение, или товарообмен, не создаёт никакой стоимости». (К. Маркс, «Капитал», т. 1, гл. 4, ч. 2). Это еще одна из ошибок Маркса. Обмен выгоден обеим сторонам, продавцу и покупателю, иначе им бы никто не занимался. Если бы обращение не создавало никакой стоимости и ПС, у торговых компаний не было бы прибыли, продавцы не получали бы зарплату и часть ПС, а любой товар не нуждался бы в труде по его продаже. Для единственного товара, который теоретически способен сам себя продать, – рабочей силы, – тоже существует много организаций, которые содействуют его продаже: рекламные и кадровые агентства, службы занятости, учебные заведения, и т. п. Поскольку ни товар, ни услуга не способны сами себя продать, в каждом товаре содержится труд по его сбыту. Точно так же у разных людей и компаний разные способности и возможности в области продаж, поэтому кто-то из них больше выигрывает от такого обмена, кто-то меньше.
Наглядным примером прибыльности операций по обмену являются пункты обмена валют, дорожных чеков, и т. п. Это проверенный, надежный и доходный бизнес.
Но даже самый плохой продавец товара или услуги должен получать ПС от их продажи, иначе такой обмен, такая продажа не давали бы ему никакого выигрыша. Это хорошо видно на примере оптовых и розничных цен, торговых надбавок, цен в интернет-торговле. Оптовые цены обычно ниже розничных, в интернет-магазинах они, как и торговые издержки, тоже ниже обычных розничных цен, так как цены с учетом затрат на поиск значительно отличаются от тех, которые получились бы при использовании классической модели конкурентного равновесия. Для интернет-торговли поиск товаров или услуг значительно дешевле. В то же время, эти новые методы торговли увеличивают производительность труда по сбыту товаров и услуг, повышая богатство общества.
Многие магазины и торговые сети давно освоили не только доставку товара, но также не характерные для них ранее переработку сырья и изготовление полуфабрикатов, как, например, выпечку хлеба. Эти сопутствующие операции также увеличивают их прибыль, так как создают добавленную стоимость.
Можно ли говорить о том, труд какого вида содержится в каждом товаре, абстрактный или конкретный? Предыдущий труд, перенесенный на новый товар, – это труд абстрактный. Участников производства интересует только его величина, стоимость. Для товаров с высокой долей старого труда принято говорить, что это товары с низкой добавленной стоимостью, невысокого передела, а с небольшой долей – товары с высокой добавленной стоимостью, высокого передела. Труд по анализу общественной потребности в товаре тоже, в основном, абстрактный.
В простейшем примере капиталист (организатор производства) можетходить по рынку и интересоваться, как и по какой цене продается каждый товар, есть ли потребность в новом товаре, сколько нового товара можно продать. Сложнее рассчитать, как изменится спрос с течением времени, как на него повлияют другие товары, увеличение/уменьшение предложения данного товара или услуги. При этом конкретная потребность, вид нового товара, мало влияют на характер этого труда. Компании, занимающиеся рекламой и продвижением товаров в Интернете, отмечают, что спрос на новый товар можно выяснить за несколько часов, после того как информация о нем появляется на популярном сайте. Если товар хороший, через 2-3 часа на сайт уже приходят десятки, а то и тысячи положительных откликов.
Часто появление нового товара порождает спрос на сопутствующие товары и услуги. Так, например, появление самолетов вызвало потребность в аэропортах, электромобилей – в зарядных станциях и аккумуляторах повышенной емкости.
Труд по непосредственному производству товара или созданию услуги – и абстрактный, и конкретный. Труд по сбыту товара, его рекламе, в основном, абстрактный, так как продажи любого товара или услуги происходят, как правило, одинаково. Это типовые процессы. Труд по организации и управлению производством тоже, как правило, абстрактный.
Таким образом, ярко выраженную двойственную природу, как конкретного и абстрактного, имеет только физический труд по созданию товара или услуги. Остальные виды труда, – прошлый труд, определение потребности в товаре, организация производства и управления товаром, его сбыт, – это труд, в основном, абстрактный и, за исключением прошлого труда, умственный. Иногда непросто провести грань между умственным и физическим трудом. Например, труд охранника или контролера трудно назвать физическим. Однако больших умственных усилий он тоже не требует.