- -
- 100%
- +
Глава 1. С поличным
Оксана
Я села за свой любимый столик в кофейне около офиса. Рабочий день закончен, можно спокойно выпить кофе. Муж уехал в командировку, и не обязательно спешить домой, чтобы готовить ужин. Я люблю Вадика, но иногда очень полезно отдохнуть от рутинной обыденности и его вечно недовольного тона.
Красивая чашка горячего капучино грела руки. Я мечтала, как закажу роллов. Не очень дорогих. И завтра нужно вынести мусор, чтобы не злить Вадима. Он фанат пиццы, и мои ролльные предпочтения его всегда бесили.
Отогнав подальше эти мысли, я листала ленту, выбирая сериал на вечер.
– Добрый вечер, Оксана, – услышала я бархатный баритон напротив.
Подняла глаза и увидела, что за мой стол подсел мужчина. Красная рубашка в клетку, модные очки, аккуратная стрижка. Типичный айтишник.
Ладно, не очень типичный. Но в моей версии именно так должен был выглядеть типичный горячий айтишник. До свадьбы я западала на таких вот гламурных ботаников.
– Добрый, – аккуратно ответила я.
Мужчину я не помнила, но он знал мое имя. Может, кто-то из удаленных сотрудников или сосед по офису?
– Я Павел Скобелев. Вы меня не знаете, – сразу пояснил он и протянул мне визитку.
Я автоматически сгребла ее со стола в карман, не взглянув. Уточнила:
– Откуда вам известно мое имя?
– Ваш муж спит с моей женой, – сообщил Павел очень спокойно.
Как будто говорил о погоде на завтра. Я, наверное, ослышалась.
– Простите?
– Ваш муж, Вадим Головин, любовник моей жены, – продолжал вещать о своей идиотской «погоде» Павел.
– Вы с ума сошли?
– К сожалению, нет. Или к счастью.
Мужчина рассмеялся, выдавая волнение.
Он достал телефон и показал мне на экране фото. Мой муж гуляет в обнимку с тюнингованной брюнеткой. Мне сразу бросились в глаза алые губы и смоки-глаза.
Сердце взорвалось и залило все мои органы обжигающей кровью.
Я с трудом подавила крик, но с губ все равно сорвался жалкий стон.
– Листайте, – велел мне Павел, положив телефон рядом с капучино.
Я послушно прикоснулась к экрану пальцем. Мне хватило трех картинок, чтобы откинуть от себя мобильный. Как будто это была мерзкая дохлая крыса или тухлая помидорина.
Верить глазам я не желала.
– Это какая-то ошибка, – накинулась я на хозяина телефона. – Не может быть. Вы слепили эти картинки. Я прекрасно знаю, как красиво можно нарисовать в фотошопе. В любом редакторе. Идите отсюда, Павел Скобелев!
– Понимаю, – тихо проговорил он, убирая телефон в карман. – Я тоже не верил, но потом увидел их своими глазами.
– Врете! Все вы врете, – выкрикнула я, вставая с дивана.
Я выбежала из кофейни, но отделаться от Павла не получилось. Он быстро догнал меня на улице и преградил путь.
– Оксана, вы все равно не убежите от правды. Он прямо сейчас с ней.
Я рассмеялась ему в лицо громко и истерично.
– Прямо сейчас мой муж в Краснодаре на форуме.
– Нет. Он выехал вчера из дома и отправился не в аэропорт, а в Подмосковье на базу отдыха с моей женой. Как и две недели назад, когда он с ней проводил выходные в Калуге. Вот.
И Павел еще раз ткнул мне в лицо телефон. Вадим был на видео в этот раз. С ней снова. В другой одежде. Именно в той одежде, которую я лично нагладила и сложила ему в чемодан. Если фото можно легко подделать, то видео уже другая история. Мимика, жесты и даже походку я сразу узнала.
Слов у меня не осталось. Я стояла посреди улицы и качала головой, не веря. Оставались еще какие-то программы с вклеиванием лица. Но зачем?
– Хотите, я отвезу вас туда? – предложил Павел. – Посмотрите вживую.
Я подняла голову и взглянула на него. Мужчина не шутил. Он смотрел очень серьезно. Я поняла, что его лицо напряжено. Как будто он с трудом сдерживает эмоции. Как и я.
– А везите! – выпалила я яростно.
Думала, он даст заднюю и начнет юлить. Ведь все увиденное и сказанное – это неправда. Просто не может быть правдой.
– Пойдемте, – уверенно сказал Павел и взял меня за локоть.
Мы прошли к парковке. Блестящая черная машина мигнула фарами и пискнула, приглашая сесть внутрь. Я по старой привычке запомнила номер.
Павел открыл мне дверь и усадил на пассажирское сидение.
Я достала телефон и отправила сестре сообщение с номером машины и маркой авто.
Мы выехали с парковки, и Павел повез меня черт знает куда.
Настя позвонила мне через минуту.
– Это чего такое, систер? Список подарков на Новый год? Сразу предупреждаю, что даже за пять лет я не накоплю на ауди.
Я засмеялась сквозь слезы.
– Нет, это номер машины Павла Скобелева. Он везет меня в Подмосковье, где мой муж спит с его женой, – выдала я всю правду матку. – Если не позвоню через час, значит, он маньяк, вызывай полицию.
Павел рассмеялся, выворачивая руль, чтобы перестроиться.
– Куда вызывать, Окс? Ты с ума сошла?
– Нет, к сожалению. Или к счастью, – повторила я слова Павла. Говорить с Настей сейчас не хотелось совсем. – Давай позже. Мы в пути.
Я скинула звонок и бросила мобильник в сумочку, уставилась в окно.
– Вы не подозревали, да? – спросил Павел через несколько минут мучительного молчания.
Болтать мне не хотелось.
– Ведите машину, Павел Скобелев, – рявкнула я.
Он не стал спорить. Я смотрела то в окно, то на его руки, чтобы не вспоминать фото мужа с брюнеткой. Ком стоял в горле, но я запретила себе плакать.
Павел вез нас за МКАД. Я с трудом сдерживалась, чтобы не попросить его достать телефон и посмотреть фото еще раз. Вместо этого стала украдкой рассматривать самого Скобелева.
Он был очень симпатичным на самом деле. Алая рубашка выгодно подчеркивала темные волосы и широкие плечи. Он точно качался в отличие от моего мужа, который был просто худой. Мужчина за рулем вообще излучал спокойствие и уверенность в отличие от немного дерганного Вадика.
Я могла допустить мысль, что муж мне изменяет. Наши отношения давно утратили пыл и страсть, секс стал механическим, Вадим часто жаловался, что я холодна. Но зачем та шикарная брюнетка проводит время с моим супругом, имея вот это? Вот что странно. Кто будет гулять от такого красавца в здравом уме?
Павел глянул на меня, поймав на подсматривании.
– Ищете во мне черты маньяка? – спросил он, дернув уголком рта.
Наверное, пытался пошутить и улыбнуться, но вышло у него и то, и то кривовато. Он точно нервничал не меньше меня. Хотя, может, и меньше. В конце концов, я не смогу на него напасть где-то в Истринских лесах.
– Ищу в вас изъяны, – зачем-то честно сказала я.
Обычно я никогда не была столь прямолинейна в общении даже с близкими людьми. Не то что с незнакомыми мужчинами.
Я сразу пожалела о сказанном и надеялась, Павел не станет уточнять. Но он зацепился.
– Какие изъяны, Оксана?
– Любые. Вы, видимо, деспот и абьюзер.
Скобелев хохотнул.
– Если не маньяк, то сразу абьюзер. Откуда вы взяли второй диагноз? С потолка?
– Жена вам изменяет, – выпалила я.
Павел сжал губы и слишком резко свернул с трассы. Я схватилась за ручку.
– Может, поискать проблему в моей жене? – спросил он резковато. – Если она мне изменяет, то это с ней что-то не так. Я не стану копаться в себе, оправдывая неверность.
Сказал как отрезал.
Я закусила губу и замолчала.
Мне бы хоть каплю такой уверенности в себе. Наверное, я бы не сидела сейчас в этой машине, а уже собирала Вадькины вещи.
Как ни крути, а на фото и видео был он. Я могла сколько угодно оправдывать мужа, но факты – вещь упрямая. Мне очень захотелось отменить поездку, но было поздно. Павел остановил машину на парковке. Я выпрыгнула из нее, как черт из коробки. Хотела попросить увезти меня назад, но Павел сразу взял меня за локоть и набрал кого-то в телефоне.
– Где они сейчас? – спросил он в трубку.
Три раза покивал ответам от невидимки, поблагодарил и отключился.
Мы прошли мимо уютных коттеджей к реке. Я больше ничего не спрашивала и не сопротивлялась. Из-за деревьев стало видно пляж и немногочисленных посетителей. Я сразу узнала мужа. Он сидел на широкой скамейке и обнимал ту самую брюнетку. Она закинула на него ноги, развернулась и впилась поцелуем в губы Вадима.
Они как будто специально устроили для меня показательное выступление. Я почувствовала, как рука Павла сдавила мой локоть сильнее.
– Больно, – шепнула я.
– Знаю, – выдохнул он тихо.
– Нет, вы делаете мне больно.
Я высвободила локоть и подняла глаза, полные слез, на своего брата по несчастью. Думала почему-то, что увижу в отражении отчаяние и боль, но нашла там только досаду и каплю злости.
– Простите, – проговорил Павел. – Я не хотел.
Он моргнул и каким-то волшебным образом выразил лицом и глазами тонну сожаления и поддержки. Чуть дернул губами, склонил голову и пожал плечами. Этого хватило, чтобы доконать меня.
Кивнув ему, я побежала обратно к машине. Слезы лились по лицу. Мне было больно, противно, страшно. Я мечтала вернуться и устроить разборки. Чтобы пух и перья летели. Наорать на Вадима и повыдергать черные космы чужой жены.
Но ноги уносили меня подальше от сладкой парочки. Я боялась, что умру прямо там на пляже, если Вадим меня заметит. Я трусиха. Ничего не могу с этим поделать. Когда мне страшно – убегаю.
Павел следовал за мной широкими шагами. Он открыл машину, и я скорее спряталась в салоне, чтобы разрыдаться.
Не спрашивая ни о чем, чужой и такой же обманутый муж повёз меня обратно в Москву. Я плакала тихонько, стараясь не упасть в отчаяние и истерику. Очень не хотелось быть такой слабой перед Павлом. Но я была. Совсем непросто изображать хладнокровие, когда сердце разбито.
Вспомнив о сестре, я скорее написала ей сообщение, и она, конечно, снова мне позвонила. Голос Насти придал мне сил. Ради нее я смогла сдержать рыдания и слезы. Иначе сестрица приедет, все бросив, и не слезет с меня, пока не расскажу.
– Нет, я в порядке. Он не маньяк. Давай потом позвоню. Дела. И я тебя люблю, – говорила я в трубку.
Настя, слава богу, была занята и не стала ко мне цепляться. Едва я сбросила звонок, то сразу пожалела.
Может, и надо сейчас выговориться, проплакаться на родном плече?
Я привыкла быть удобной для всех: для родителей, сестры, мужа, друзей. Вот и сейчас не хотела нагружать Настю своей бедой.
Павел не сказал мне ни слова за всю дорогу. Он привез меня к дому, хотя я не называла адрес.
Я вспомнила, как он созванивался с кем-то в Истре, и догадалась, откуда Павел знал так много.
– Знаете, где Вадим и ваша жена, привезли меня домой, не спрашивая адрес. Вы кого-то наняли, да?
– Да, детектив предоставил мне исчерпывающий отчет о вашем муже и его отношениях с моей женой.
– Давно у них роман?
– Несколько месяцев.
– Три командировки и несколько встреч с друзьями с ночёвкой, – проговорила я вслух.
– Да. Он был с ней. Мне очень жаль, Оксана.
От его жалости меня как кипятком ошпарило.
– Вам жаль? Неужели? А зачем вы тогда вообще явились ко мне? Страдали бы в одиночестве со своими рогами!
Я начала кричать на него, разозлившись.
– А вам, значит, было бы нормально жить рогатой и не знать об этом? – поинтересовался Скобелев, приподняв бровь.
– Да! Нормально, представьте себе. Какого черта вы решили оказать мне медвежью услугу?
– Вы сейчас на эмоциях, Оксана. Пройдет время, вы поймете, что я поступил правильно. Мне тоже было сложно принять правду.
– Мне плевать на ваши сложности, Павел! Вы мой брак разрушили и глумитесь еще.
Он покачал головой, не соглашаясь.
– Опять валите с больной головы на здоровую. Ваш брак разрушил ваш муж. Вы точно не заслужили измену и предательство, Оксана.
От его слов мне снова стало плохо. Я не смогла сдержать всхлип. Слезинка сорвалась с ресниц и скатилась по щеке.
Павел протянул руку и стер ее с моего лица. Я тотчас перестала плакать.
Его жест не был похож на участие или поддержку. Даже не жалость, от которой у меня тотчас бы встали иглы. Он прикоснулся ко мне чувственно, интимно.
Павел придвинулся ближе и, почти касаясь моих губ, прошептал:
– Мы с вами не виноваты. Это они ведут себя, как похотливые твари. Можете отомстить им прямо сейчас. Со мной.
Я вдохнула и почувствовала аромат его кожи с каплей парфюма.
Как ни крути, а Павел был очень хорош собой и обладал тем самым пацанским обаянием, которое мужчины за тридцать чаще всего теряют навсегда. Он был в моем вкусе. Его недвусмысленное предложение неожиданно вызвало у меня прилив желания согласиться.
Я заерзала на сидении, отодвигаясь назад. Здравый смысл победил. Я выставила руку вперед, заставляя его остановиться.
– Значит, не хотите отомстить? – продолжал соблазнять меня чужой муж.
– А вы хотите тоже превратиться в похотливую тварь? – ответила я вопросом на вопрос.
Павел откинулся на сидении и закрыл лицо руками.
– Черт, – пробормотал он, опуская руки на руль. – Я сам не понимаю, что творю. Может, хоть кофе выпьем? Хотите?
Я снова почувствовала бурление злости и процедила сквозь зубы:
– Прямо сейчас я хочу убить Вадима, вашу жену и вас в придачу.
– А меня за что? – обиделся и удивился Павел.
– Да просто так: за компанию, за безобразное предложение. Горите вы все в аду с вашими изменами и местью.
Я выскочила из его машины и помчалась к дому. Уже в квартире я сунула руки в карманы пиджака и нащупала карточку.
Визитка, которую дал мне Павел. Я скомкала ее в кулаке, но… не выбросила, а вернула обратно в карман. Сама не знаю, почему так сделала.
Глава 2. Скучная
Дома меня обняли оцепенение и отчаяние. Я понятия не имела, как жить дальше. Очень хотелось вернуться в Истру, найти Вадика и потребовать объяснений. Я стала придумывать их сама, оправдывая его измену. Даже к зеркалу подошла и отметила свою вовсе не лучшую форму.
«Мы с вами не виноваты. Это они ведут себя, как похотливые твари», – вспомнила я слова Павла Скобелева.
Он тысячу раз прав.
Я не сделала ничего плохого. Наоборот. Все время пыталась угодить мужу, наступала на горло своим желаниям. И к чему пришла?
Сижу дома в соплях, пока Вадик развлекается.
И мне не остается ничего. Только ждать, когда он вернётся.
Если вернётся, конечно. Вдруг ему понравится с любовницей, и он бросит меня. Развод оформим, не встречаясь. Вещи он тоже заберет, когда меня не будет дома.
Такой расклад мне нравился намного меньше. Я начала плакать. Мы были женаты три года. Вадим был центром моего мира. Многое меня в нем раздражало, но и хорошее тоже было.
Я долго пыталась вспомнить, что же у нас было хорошего. На ум приходили странные вещи.
Вот квартира у нас хорошая, хоть и съемная. Семья у Вадика хорошая. Отец играет на гитаре и поет душевно, мать очень интеллигентная.
Работа у Вадика хорошая. Мы почти накопили на первый взнос по ипотеке.
Друзья у нас хорошие.
Что хорошего было в этой жизни для меня, я никак не могла придумать.
Почему-то в голове крутилось, что отношения у Вадима ко мне давно потребительское. Секс быстрый, поцелуи редкие, внимание и нежность отсутствовали.
Как я раньше не поняла, что он охладел ко мне? Как не заметила?
Скобелев вон быстро сообразил и нанял детектива. А я, наверное, так и куковала бы с рогами сто лет. Надо же быть такой дурой.
Теперь я ужасно злилась на себя.
Мои планы на вино и роллы рухнули. Я горько усмехнулась. Вадим был бы доволен. Я сэкономлю денег.
Даже после всего увиденного я пыталась быть хорошей для него.
Я злилась сама на себя, но никак не могла отключить функцию удобства в своей голове. Мне придется принять решение. Я уже его приняла, но сама себе еще боялась признаться.
Спасать наш брак у меня не было никакого желания.
Я моталась по квартире до ночи и в конце концов просто легла спать. Разумеется, глаза у меня не закрывались.
Дурные мысли лезли в голову. Я то собиралась встать и собрать вещи Вадима, то пыталась копаться в себе, то думала о Павле Скобелеве.
Как легко этот мужчина взял на себя ответственность и рассказал мне. Я бы никогда не смогла подойти к чужому человеку с такими новостями. Хотел он помочь мне или навредить Вадику? Черт знает.
Но ближе к утру я дошла до того, что начала жалеть об упущенной мести.
Ну а что? Этот Павел горяч, как сам ад.
Уснуть получилось под рассвет. Подремав несколько часов, я встала с решительным настроем.
Первое решение самое верное. Достав из шкафа чемодан, я стала собирать вещи мужа.
Вадим за все это время не позвонил мне, не написал. Видимо, был очень занят.
Он вернулся в полдень. К тому времени я уже собрала все его шмотки и выкатила чемодан к двери.
Муж вошел в квартиру. Я успела заметить, что он свеженький, отдохнувший и веселый.
– Хорошо выглядишь, – сказала я вместо приветствия.
– Привет, Оксанчик.
Вадик потянулся ко мне, но я отпрянула и кивнула на чемодан.
– Привет и пока. Забирай свои вещи и вали отсюда, – выпалила я, стараясь быть грозной.
Но голос сорвался. Я не готова стать роковой королевой жизни.
Улыбка сползла с лица Вадима. Он глянул на меня, на чемодан и спросил:
– Что все это значит?
– Значит, что тебе придется вернуться к любовнице, Вадик. Не благодари за вещи.
Благодарить он и не думал. Вадим разулся и вошел в квартиру, игнорируя чемодан и мой посыл.
– Откуда ты узнала? – спросил он.
– От верблюда. Какая разница?
– В общем, действительно никакой.
Вадим сел в кресло, перекинул ногу на ногу.
– И что теперь?
Я с минуту стояла столбом и смотрела на него.
– Что теперь? – переспросила я, очнувшись. – Ты не слышал, что я сказала? Уходи, Вадик. Я не хочу жить с тобой.
– Ты не хочешь – вот и уходи сама. Меня все устраивает.
– Если тебя все устраивает, зачем ты врал мне и спал с другой? – выкрикнула я.
Вадим поморщился.
– Не ори, Окс. Тебе не идет эта драма. Мне нужно в душ. Ты остынь пока, подумай.
– О чем мне думать?
Муж снял майку и кинул на кресло. Обычно я сразу забирала ее и относила в корзину для белья. Но в этот раз и не думала двинуться.
– О чем мне думать, Вадим? – проговорила я с вызовом.
– Кому ты нужна, например?
От его холодного тона мое сердце сжалось. Вадим знал мои слабые места и не стеснялся колоть именно туда.
Пока вода шумела в ванной, я так и стояла около кресла, стараясь не плакать.
Муж вышел после душа, благоухая одеколоном.
– Наверное, хорошо, что ты узнала, – начал Вадим убийственно спокойно. – Мне было жаль тебя, но на этом семью не построишь.
Я сжала кулаки и зажмурилась. Как он может такое говорить?
– Хорошо, что у нас не получилось ребенка родить, – добавил Вадик.
– Хорошо? – переспросила я. – Полагаешь, выкидыш – это хорошо?
– А что бы ты сейчас делала одна с ребенком? – рассуждал вслух муж. – Хотя, может, не шпионила бы за мной. Но тебе же хуже.
Я рассмеялась специально громко, с издевкой.
– Ох, Вадим, да мне намного лучше будет без тебя. Не убирать за тобой, не готовить каждый день, не отчитываться за каждую копейку, не трахаться с тобой две минуты.
Вадик пересек комнату и схватил меня за волосы. Я толкнула его в грудь.
– Отпусти.
Но он больно сжал волосы у меня на затылке и проговорил мне в лицо, брызгая слюнями:
– Это я с тобой две минуты, потому что скучно до одури. Странно, что встает на тебя вообще. Посмотри в зеркало, Оксана. Ты толстая, немытая, занудная клуша. С тобой и рядом быть противно. Я терпел твою посредственность, надеялся, что ты изменишься.
Я ударила его в грудь кулаками, и Вадим отпустил. Мне показалось этого мало, и я влепила ему пощечину.
– Вали к ней.
– С удовольствием, – процедил муж, потирая щеку. – Но ты пожалеешь, Оксана.
Вадик быстро оделся, забрал вещи и вышел из квартиры, хлопнув дверью.
Даже спасибо не сказал за собранный чемодан. Сволочь.
Но как только он ушел, боль стала нестерпимой. В глубине души я надеялась, что Вадим попросит прощения, будет клясться в любви и валяться у меня в ногах.
Я верила, что он меня любит. Именно поэтому хотела быть лучше для него, помогать ему.
Оказалось, что любовь, семья и брак были иллюзией.
Все выходные я пыталась взять себя в руки, но тщетно.
Пришло с полсотни сообщений от сестры. Я написала ей, что развожусь и не хочу пока общаться.
Думала, что разговоры с Настей добьют меня.
Но я ошиблась. Добило меня заявление начальника отдела в понедельник утром. Я приехала на работу опухшая и вялая от бессонных ночей. Полагала, что именно мой вид и вызвал недовольство. Но дела обстояли намного хуже.
– Оксана, я слышал про вас с Вадимом, – огорошил меня босс.
В нашем милом коллективе слухи были обычным делом, но я никогда не думала, что они распространяются так быстро.
– От кого вы слышали? – спросила я.
– От него самого.
– О, вот как.
– Да, мне очень жаль, что между вами возникло недопонимание, – продолжал шеф, очень осторожно подбирая слова.
У меня такого желания не было. Я решила называть вещи своими именами.
– Недопонимания как раз не было. Он мне изменил, Виктор Федорович.
– Мне очень жаль, – повторил он.
Кроме липкой жалости в глазах начальника было что-то еще. Он испытывал неудобство, общаясь со мной на эту тему. Я вообще не понимала, зачем он меня позвал.
– Боюсь, ваши отношения будут мешать работе, Оксаночка.
Ах, вот оно что.
– Не бойтесь, – заверила я босса. – Не будут. Я вполне могу контролировать эмоции.
Виктор Федорович приподнял бровь. Не верил он мне и что-то уже решил.
– Я почти десять лет во главе отдела, Оксана. И точно знаю, что бывшие супруги не умеют работать вместе.
– Я училась в школе, где директор развелся с учительницей пения и женился на географичке. Никому ничего не мешало. Их дети учились в этой же школе.
– Не стоит сравнивать с нашей фирмой. Я уже все решил, – отрезал Виктор Фёдорович.
– Что вы решили?
– Вам стоит написать по собственному.
Все к этому и шло, но, как и с изменой Вадима, я не верила до конца.
– Да как вы смеете? – выкрикнула я, теряя самообладание.
Мне кажется, я никогда не кричала до всех этих событий. Сначала наорала на Павла, потом на Вадима и теперь на босса гавкаю, как бешеная собака.
– Вы не имеете права мне такое предлагать, – продолжала возмущаться я.
Виктор Фёдорович кивал на каждое мое слово.
– Не имею, Оксана. Но вам тоже будет не очень комфортно в коллективе теперь. Все узнают, будут шептаться. Представьте… Станете, как та учительница пения. Вам это надо?
– Да мне плевать. Я здесь четвертый год работаю. С какой стати мне увольняться? Почему вы вообще со мной об этом говорите? Вадим мне изменил. Это он разрушил наши отношения. Почему я должна уйти?
– Он ведущий архитектор, а вы…
– Рядовой дизайнер, – закончила я сама. – А еще он мужчина, как и вы. Правильно?
Виктор Федорович развел руками и забормотал что-то невнятное про ценного сотрудника, завязанных заказчиков, жестокости корпоративной иерархии.
Но мне уже было плевать на работу. Я поняла, что мой босс – скотина не хуже Вадика. И сразу родилось предположение.
– Так это вы устраивали ему командировки, – догадалась я.
Начальник не стал отрицать.
– Из солидарности, что ли, прикрывали, Виктор Федорович? Смотрели мне в глаза и хлопали по плечу, когда отправляли Вадика в «командировку».
Босс даже не отнекивался. Глаза забегали, и он попытался что-то невнятно возразить:
– Оксана, ты все не так поняла.
– Я поняла все про вас. Пожалуй, я теперь точно не смогу с вами работать.
Выйдя из кабинета, я сразу прошла в кадровый и написала заявление. Главный HR охала и ахала, пока я дрожащей рукой царапала буквы на лиcтке.
– Как же так, Оксана? Что случилось? – причитала она. – Меня Виктор Фёдорович убьет.
– Скорее выпишет премию, – мрачно буркнула я.
– Неужели из-за мужа уходишь?
Я резко подняла глаза и уставилась на кадровичку. Та вспыхнула и отвернулась.
– А вы откуда знаете? – процедила я сквозь зубы.
Остальные сотрудники отдела кадров уставились в мониторы, изображая разгар трудового дня.
– Ничего я не знаю, Оксаночка. Просто предположила.
– Сейчас скорее предполагают харассмент. А с мужем у меня все прекрасно.