Элика Хаденс. Путь к смерти

– Теперь, думаю, что могу вас представить друг другу. Фотель, это леди Элика Хаденс, – на этих словах магистр судорожно вздохнула. – Леди Хаденс, это моя хорошая подруга, невероятно талантливый маг и ученый, магистр Фотель Эссан.

– Приятно познакомиться, магистр Эссан, – я откинула капюшон и сняла маску. Ее взгляд буквально пожирал меня, теперь она не казалась мне такой милой, да, все еще красивой, но взгляд заставлял насторожиться. Такой взгляд, будто она уже препарировала мою тушку и изучает внутренности.

Неуверенно глянула на лорда: он ободряюще улыбнулся мне, и стало как-то спокойнее от того, что хоть один человек в здравом уме здесь есть.

– Тель, мне нужно подтверждение моих догадок, не могла бы ты обследовать леди? Я пытался, но моих знаний в этой области недостаточно.

Девушка с готовностью кивнула. Было четкое ощущение, что она пытается сдержаться, но фанатичный блеск в глазах выдавал ее. Она глубоко вдохнула и обратилась ко мне:

– Леди Хаденс, мне нужно многое у вас спросить, но для начала убедимся в том, что Аен не напрасно вас сюда привел, для этого мне нужно будет взять вас за руку. – Наши кресла стояли напротив, поэтому она поднялась и подошла ко мне, мягко пресекла мою попытку встать, взяла за запястье. – Прошу вас сообщать о неприятных ощущениях. Как только вам станет больно или некомфортно, то говорите сразу, хорошо?

Я совсем не понимала, что они хотят от меня, но послушно кивнула. Как ни посмотри, но выбора у меня не было. Прекрасно понимая, что вежливость этих людей лишь прихоть и маска, но она слетит сразу, как только стану делать то, что будет препятствовать их планам.

Руки магистра Эссан были мягкими и прохладными, но для меня все равно хоть сколько-то теплыми. Магистр подвинула чайный столик и присела на него, одна рука обвила мое правое запястье, а вторая осторожно начала опускаться на открытую ладошку. В комнате стало будто темней, воздух начал вибрировать, медленный вдох и медленный выдох. Мои ладони не представляли больше для меня интереса, а вот сама магистр… Из-под полуприкрытых глаз девушки лился сиреневый свет, платиновые волосы приобрели сияющий белый свет, отчего ее лицо больше напоминало лицо призрака или сирены, настолько нечеловеческим казалось оно.

Слабая вибрация между нашими ладонями усилилась и внезапно оборвалась, когда девушка соединила свою руку с моей. По коже поползли сияющие ленты рунических вязей, в ушах зазвенело, по глазам ударила вспышка. Звон достиг своего пика и резко оборвался… А потом что-то взорвалось. Меня откинуло назад, с силой вжимая в кресло. Магистру Эссан повезло меньше: ее отбросило к стене. Но приложило не так сильно, как предполагалось: вспыхнуло сразу несколько магических щитов и леди приземлилась на ноги. А вот общей обстановке повезло меньше…

– Что это было?.. – я в шоке осматривала оставшиеся щепки от стола, обломки кресла перед щитами леди Эссан.

– Аен, ты в порядке?

Он был не в порядке. Несмотря на искры перед глазами и гул в ушах, я была в норме, магистр была в норме и только у лорда Аенэра шла кровь. Она залила всю правую сторону лица, стекала по подбородку и капала вниз темными густыми каплями. Время замедлилось, все ощущения сконцентрировались на его ране. Вот кровь течет по виску, спускается к уху, дальше по подбородку и в конце срывается бордовой сверкающей каплей на воротник. С огромным усилием перевела взгляд на пол перед собой сжимая руки. Тяжело сглотнула. Закатное солнце окрасило комнату в кровавые цвета. Как тогда…

« …Элия, мечта моя…»

***

Дикий крик раздался в пятой переговорной. Элика Хаденс кричала, будто ее внутренности разрывали на кусочки и одновременно сжигали. Кричала так сильно, что скоро охрипла. Она прижала голову к коленям, держась за волосы на голове, смотрела сумасшедшими глазами в пол перед собой, дышала с хрипами, шептала что-то. Она почти сошла с ума.

Воспоминания врывались в ее голову, разрывали ее душу, слезами стекали на пол, тяжелым дыханием растворялись в пространстве…

Последний взгляд в зеркало… сегодня все изменится. Навсегда. Руку холодила кожаная рукоять огнестрела, для Эвиша он был самым ценным и любимым из всей его многочисленной коллекции. Рубашка и брюки сменили привычные для нее платья, ведь женщинам Эургана запрещено надевать «мужскую» одежду. Но сейчас это было неважно. Глоток долгожданной свободы отдавал горечью в горле. Шаги гулко разносились по пустому коридору пустого дома. Она позаботилась о том, чтобы здесь никого не было в этот день и в этот час. Шла с легкой душой, не скрываясь. Слабый стук в дверь был подобен грому в тишине.

– Мечта моя, ты же знаешь – для тебя открыты все мои двери…

Он сидел в кресле, ждал ее. Рядом, на столике лежала книга, его рубашка была полурастегнута, а он, как всегда, смотрел на нее с доброй улыбкой в сверкающих карих почти черных глазах.

– Проходи же, Элия.

Она вошла, не скрывая огнестрела в руке. Села напротив него, положив оружие на колени.

– Любовь моя, тебе так понравилась эта игрушка? После свадьбы ты можешь играть со всей моей коллекцией…

– Ты не передумаешь?

На волевом мужском лице отразилось недоумение. Но это просто игра. Он всегда играл с ней, как с котенком. Маленький и милый, домашний, не имеющий собственной воли, котенок – такой была Элика Хаденс для Эвиша Эсахоре.

Он улыбался, даже когда она наставила на него дуло огнестрела, улыбался, когда сняла предохранитель, улыбался и смотрел в ее глаза, из которых лились крупные слезы. Она даже не подозревала, что он убьет весь мир, лишь бы видеть ее слезы, ее страдания, для того, чтобы быть ее единственным в мире утешением…

Звук выстрела разорвал звенящую тишину. Стекла панорамных окон возмущенно зазвенели. Закат окрасил комнату в багряный цвет.

– Элия, мечта моя?..

Он прижимал к своей груди руку и не понимал почему на ней кровь, почему ему так больно, почему в глазах плывет, почему ни один из его щитов не сработал? Почему она улыбается…

***

Вокруг девушки колыхалась чистая энергия, плотным прозрачным коконом окутывая ее, не давая даже возможности подойти ближе. Ей было плохо, но сознание не покидало ее. Двум магам пришлось отступить к стене, чтобы это буйство не затронуло их.

– Что случилось? Ты что-то видела?

– Да, это определенно [соуко-шахти]. Оно пытается защитить ее?..

– Я пробовал просканировать, но такого сильного сопротивления не было.

– Она была в сознании?

– Нет.

– Тогда все ясно. Расскажу тебе свои догадки в скором времени, если она выживет. Надо успокоить ее.

Полный страдания стон прервал их разговор, голова девушки упала на колени, и в то же время кокон чистой энергии распался. Амио Аенер даже не понял, как он оказался рядом с ней. Осторожно отвел от головы сведенные в судороге пальцы, к счастью, ногти на руках Элики Хаденс были короткими – это позволило избежать еще больше травм. Чистым платком вытер кровь с ее лица – из-за высокого давления капилляры в носу просто не выдержали.

«Хесс, насколько же ей было больно?..» – пронеслось в мыслях.

– Накину на нас иллюзию, отнесем ее в лазарет. Вот только к порталу будет трудно подобраться: много народа прибежало на такое зрелище, – Фотель нервно оглянулась на дверь.

– Нет, – он больше не хотел причинять ей боль, – через портал ей нельзя.

– Что?! Ей надо к лекарю, Аенэр, поверхностный анализ ничего тебе не покажет!..

– Тель, она слишком известная персона, представь, что будет, если о нашей маленькой авантюре кто-то узнает… – Он поднял Элику на руки и добавил, – но ты права, ей нужно лечение. Сможешь создать устойчивый морок?

– С ума сошел? А если у меня не получится? Хочешь, чтобы весь отдел узнал о том, что ты свободно шляешься под ручку с убийцей магов? Жить надоело? Если станет известно, что она побывала в Институте… – Фотель говорила еще много чего, бурчала, но послушно шла за ним, на ходу создавая свой самый лучший морок. Первое сообщение о тревоге она не успела перехватить, но последующие отменить получилось. Хотя безопасников скорее всего уже послали сюда, на всякий случай, так что народ точно не разбежится по другим корпусам, ведь это вполне себе законная возможность отдохнуть от кучи бумаг и даже развлечься. Будь Фотель на месте своих коллег, то точно бы никуда не ушла, но сейчас ее все это сильно бесило.

Когда они вышли, на руках Аенэр нес девушку, полностью скрытую мантией и с маской на лице, хотя все эти предметы истлели в кабинете при взрыве. Вокруг рабочей зоны сиял защитный купол, перед ним стояли коллеги, с интересом поглядывая в их сторону через спины пятерых безопасников с желтыми нарукавными повязками третьего оперативного отряда на плечах. Магистр отчаянно надеялась на то, что начальница СБ института сейчас очень занята, и не явится, как только ей скажут о том, что здесь ее старый знакомый.

– Лорд Аенэр, попрошу вас пройти за мной, для выяснения случившегося – высокий мускулистый безопасник встал на пути Аенэра. Его команда уже вовсю исследовала пятую переговорную, так что присутствие командира им не требовалось

– Лорд Тьешь-ра, девушке нужна медицинская помощь, уступите дорогу.

Личный советник императора был зол. Тьешь-ра предусмотрительно отступил и склонил голову: сияющие глаза лорда были холодны, словно алхимический лед. Безопасник никак не мог задержать Аенэра, поэтому маленькая искра вестника улетела прямиком к Главе: лишь она вправе допрашивать настолько высокопоставленных аристократов.

Аенэр направился к лестнице, чувствуя на себе множество любопытных взглядов. Он еще не знал, как будет отбиваться от назойливого и опасного интереса Главы безопасников, но даже не думал использовать телепорт, хотя сомнения крутились в его голове. Мантра «она всего лишь заключенная» не работала, что раздражало. Не оглядывайся он на ее чувства, то решил бы себя многих проблем сейчас, но… Дознаватели КРИА не принимали в счет этот фактор, поэтому ни один из них не добился и крупицы хоть сколько-нибудь значимой информации.

Мужчина спешил как мог, плавно двигаясь по лестничным пролетам. Он умел оказывать первую помощь раненым, мог залечить раны на теле, но что делать с ранами магического характера он не знал. И это стоило исправить.

Оставался один поворот до лазарета, как девушка на его руках распахнула глаза.

– Не… не надо туда, – она напряженно смотрела в сторону лазарета, – не надо, я в порядке, правда…

Он смотрел на нее и не понимал, как она так быстро очнулась, но внутри все отпустило от облегчения. Амио Аенэр был рад даже такому ее странному поведению, лишь бы она снова не закрывала глаза.

– Элика, тебе нужно в лазарет, у тебя голос сорван и множественные микротравмы. Надо обработать раны, понимаешь? – Аенэр старался говорить мягко и спокойно.

Она лишь посмотрела на него с отчаянием, но видя, что он не понимает, на секунду закрыла глаза и что-то решила для себя:

– Прошу прощения… – резкий рывок, девушка прижалась к нему всем телом, обняв за шею. Аенэр потрясенно застыл, сердце пропустило удар.

Вокруг них загудела чистая сила, чужая энергия, ломая пространство и перенося их в другое место. Все что мог он сделать в этой ситуации, так это обнять ее крепче и постараться устоять на ногах: магия Элики конфликтовала с магией башни, поэтому он даже вмешаться не мог в это противостояние двух энергий. Хотя…

Но воронка пространственной магии уже заглотила их.

***

Магистр Эссан прибыла в лазарет первой, воспользовавшись стационарным порталом. В светлом помещении с рядами кроватей было пусто. Обычно лазарет использовался как комната отдыха для валившихся с ног от усталости сотрудников, но конец квартала поднял бы даже мертвецов, поэтому в лазарете не было никого, кроме старенькой медсестры в соседнем кабинете-приемной.

– Магистр Эссан, какая встреча… – за спиной раздался женский томный голос и сразу же змеиное шипение. Девушка от досады помянула Хесс, сжав зубы от досады. Но, взяв себя в руки, повернулась и со всем уважением поклонилась.

– Приветствую Главу безопасности.

– Ну что же так официально, обращайся ко мне просто Даная, моя сладкая…

Красные глаза блестели за черными стеклами круглых очков. «Издевается» – подумала Фотель и поспешила перевести тему.

– Что вас привело в лазарет, леди Мелиф?

Змеиная ведьма откинула прядь совершенно белых волос за спину: длинные и прямые, они подчеркивали ее высокую фигуру, контрастируя с черной формой безопасников. Ведьма-альбинос с такой же странной змеей-фамильяром, которая висела на плечах.

Ведьма провела рукой по деревянной спинке ближайшей кровати, задумчиво растерла между пальцами несуществующую пыль.

– Что ж… Давай разговаривать серьезно, раз таково твое желание. Присядь.

Магистра Эссан сковало чужой волей. Противный скрип волокущегося по полу стула ударил по ушам, и Фотель, подвластная чужой воле, вынуждена была сесть. Ядовитая самодовольная улыбка змеиной ведьмы взбесила магистра, но она постаралась сделать вид, что все в порядке. Фотель Эссан слишком хорошо знала, что в таких ситуациях сопротивляться нельзя.

Ведьма подхватила ближайший стул и поставила напротив Фотель так, что их колени могли соприкоснуться, и все равно их лица были не на одном уровне: магистр Эссан чувствовала превосходство змеиной ведьмы, смотрящей на нее сверху вниз.

– Итак, начнем с того, что ты делаешь тут одна, и почему мой сладкий мальчик до сих пор не здесь? – Глаза ведьмы были скрыты под черными стеклами непроницаемых очков, что давало некую защищенность, поэтому можно было соврать, но как только Фотель попыталась сказать: «Я ничего не знаю», ее рот просто не открылся. С замиранием сердца девушка смотрела, как ведьма медленным жестом сняла очки, с жуткой улыбкой взглянув на магистра Эссан. Зрачок в пугающе красных глазах, до этого обычный человеческий, медленно вытянулся в ниточку. «Мне конец…» – мысль пронеслась в голове и Фотель по-детски зажмурилась.

Пару секунд она ждала дальнейших действий Главы, в мыслях проклиная сегодняшний день. Но тихий смех разрушил гнетущую атмосферу: ведьма откинулась на спинку стула и засмеялась, прикрыв глаза рукой. Этот смех насторожил и одновременно порадовал магистра Эссан: «Пусть смеется, главное, чтобы дальше не цеплялась ко мне».

– Ты очень забавная, Фотель Эссан. Эта попытка защитить Аенэра очень трогательна, моя сладкая, но к твоему сведению, я не просто так являюсь Главой службы безопасности, – она наклонилась ближе к лицу Фотель и прошептала, – я знаю абсолютно обо всем, что происходит в Институте. Абсолютно. Обо всем.

Ведьма оглянулась на входную дверь, будто ожидая что-то. Дверь не представляла ничего интересного, светлая древесина никак не поменялась за время их разговора. «Скорее монолога, я даже слова сказать не могу, » – подумала Фотель.

– Не фыркай, Аенэр почти пришел. Хорошая иллюзия, ты постаралась?

Фотель кивнула, и мысленно сжалась от осознания, что ведьма действительно знает обо всем. Мысли о полузаконных экспериментах, которые она теплила на задворках сознания, пришлось похоронить. Фотель печально вздохнула, сколько замечательных открытий она могла сделать!

Змея на шее ведьмы, до этого болтавшаяся безвольным белым шнурком, молниеносно соскользнула на пол и через мгновение уже громадной змеей с силой врезалась в двери, снеся их с петель. Фотель впервые видела боевую трансформацию фамильяра. Ведьма вскочила со стула, отчего он опрокинулся на спинку, и побежала за змеей, на ходу активируя щиты и отдавая команды по внутренней связи. Секундой позже сработала тревога – спокойный голос просил покинуть здание, соблюдая технику безопасности. У каждого сотрудника загорелись рабочие браслеты, указывая направление безопасного движения. Все это произошло в один момент, так что Фотель даже не смогла ничего толком понять, но чувство тревоги заставило сердце биться в разы быстрее, поэтому она побежала за змеиной ведьмой.

Примечания