Рокх. Том II. Нейтральный мир

Другое — к гному.

Третье уходило под город.

Было и четвёртое: прямо вверх, через зал, в котором стояла Эрса.

Маг выругался.

Он успел перехватить только ближайший узел. Свет замедлился, но продолжал подниматься. Кожа на ладони стала горячей, словно под неё вдавливали раскалённую монету.

Ромгар пытался вернуть мостик на опоры. Камень послушался не сразу. Один край просел ещё ниже, и гном резко отдёрнул руку.

— Здесь пусто, — сказал он.

— Под кладкой? — Эрса добралась до площадки. — Там облицовка. Старый камень ниже! Я говорила, шов разойдётся!

Рокх увидел ошибку: гном принял толстый верхний слой за часть основания. Под светом и горячей водой тот держался хуже, чем показывала поверхность.

Ромгар не стал повторять движение. Перенёс опору к стене, положил топор поперёк трещины и сам опустился на колено, удерживая край мостика, пока последний рабочий перебирался на площадку.

Правую руку он прижал к камню левой. Из-под пальцев потекла кровь.

— Уходите наверх, — сказал он людям. — По одному. Не бегом.

Охранник возле лестницы поднял копьё.

Рокх повернул к нему голову.

— Ещё одно движение не в сторону выхода — и останешься здесь.

Человек посмотрел на то, что осталось от печатника, бросил копьё и отступил к лестнице.

Младший печатник лежал возле треноги. Правая нога подвернулась под него, на губах была кровь. Он пытался отползти, не сводя глаз с чёрной руки мага.

Печатник уже отпустил устройство, а разделитель продолжал выполнять последний приказ. Живой хозяин ему больше не требовался.

— Ромгар. Здесь есть старый выход. Под треногой.

Гном не повернул головы.

— Вижу шов. Что тебе нужно?

— Снять нагрузку с нижнего кольца. Не со всего зала. С кольца.

— Если отпущу мост, он ляжет поперёк лестницы.

Эрса сорвала с пояса связку ключей.

— Два рабочих уже наверху. Поднимут противовес. Я покажу, где зацепить.

Она не стала ждать согласия. Ушла к лестнице, перешагнув через выброшенное копьё.

Рокх посмотрел вниз.

Под ногами медной треноги открывалось то, чего он не заметил сразу: огромная круглая плита, разбитая на отдельные сектора. Новое устройство было поставлено поверх старого. В его прорезях сквозь воду проступали знаки, похожие на встреченные среди развалин после падения в Илий.

Правую ладонь кольнуло.

Короткий золотой зубец загорелся и погас. На древней плите ответила одна линия.

Зал словно повернулся, хотя камень остался на месте.

Рокх увидел пространство под ним. Вернее, возможность пространства: узкую сухую дорогу, уходящую в сторону башни, ряд стоящих на боку колец и пустой промежуток между ними. Пристальный взгляд делал очертания яснее. За первым кольцом было что-то ещё — большое, неподвижное, до боли напоминавшее карту звёздных путей.

Он мог дотянуться.

Не пройти целиком. Пока только сцепить собственное зрение с открывшимся направлением, закрепить его, сохранить до следующей попытки.

Для этого требовалось отпустить перехваченный узел.

Белый поток немедленно пошёл бы вниз.

Рокх удержал руку на месте.

— Что нашёл? — спросил Ромгар.

Маг не ответил сразу. Дорога была так близко, что остальной зал стал досадной помехой. Можно было сказать гному, что нужно ещё мгновение. Можно было назвать движение проверкой.

Из глубины донёсся глухой удар. На дальнем краю плиты откололся кусок камня. За ним темнела щель, из которой поднимался пар.

— Путь к башне, — сказал Рокх. — И, возможно, запись других дорог. Если удержу открытым, поток пойдёт к эльфам.

Ромгар посмотрел на него.

— Надолго?

— Не знаю.

Сверху заскрежетал противовес. Мостик поднялся на несколько пальцев.

Гном медленно освободил правую ладонь.

— Могу снять нагрузку сейчас. Потом обойма треснет.

Рокх ещё раз посмотрел на дорогу. Она не обещала ни свободы, ни нового ключа. Всего лишь была видна. Этого оказалось достаточно, чтобы отказ ощущался потерей.

— Снимай.

Ромгар перенёс силу вниз.

На этот раз он нашёл настоящий камень под облицовкой. Старое кольцо дрогнуло, приподнялось одним краем. Рокх разглядел узкий промежуток между ним и медным основанием разделителя.

Туда он и направил тьму.

Не против света. Между двумя устройствами.

Фиолетовые нити растянули соединения. Белый поток выгнулся, пытаясь удержаться в прежнем русле. Рокх почувствовал, как заклинание тянет из него больше, чем он рассчитывал. Перед глазами вспыхнули чёрные точки.

— Ещё палец, — сказал он.

— Не могу.

Гном произнёс это спокойно. Рокх видел его руку, дрожащую на рукояти топора, видел, как гаснет тёплый запас возле плеч. Можно было ворваться в открытые потоки и взять движение на себя — вместе с тем, что ещё оставалось в теле Ромгара.

Вместо этого маг посмотрел на три медные ноги.

Он до сих пор старался сохранить устройство. Для вопросов. Для исследования. Для себя.

— Отойди от правой, — сказал он.

Тёмная полоса ударила в медь.

Первая нога переломилась. Тренога накренилась. Вторая вырвалась из крепления. Рокх толкнул основание в сторону щели, и всё устройство обрушилось на древнюю плиту.

Белый камень разлетелся.

Удар выбросил мага на край площадки. Ромгар перехватил его за пояс левой рукой, сам едва удержался, но не отпустил. Рокх вцепился в каменный выступ. Вода снизу хлынула вверх, холодная, тяжёлая, уже без белого сияния.

Путь к башне исчез.

Сектора древней плиты один за другим сомкнулись. Один застрял, скрежетнул и раскололся от собственного веса. В провале мелькнула последняя золотая линия, и её поглотила вода.

Рокх долго смотрел в пустое место.

Потом поднялся на четвереньки и выкашлял воду.

— Замок, — сказал Ромгар после паузы, — действительно пригодится.

Маг повернул к нему мокрое лицо.

— Для чего?

— Чтобы запереть тебя подальше от устройств, которые хочется сохранить целыми.

Рокх хотел ответить. Вместо этого снова закашлялся.

К полудню вода в верхних чашах остыла.

Эрса проверяла её железным прутом, затем собственной ладонью. Рабочие таскали деревянные щиты к нижней лестнице: автоматические заслонки больше не держали прежнего напора, и на ночь водосборник предстояло перевести на ручной отвод.

На дороге сидели четверо разоружённых охранников и младший печатник. Одному Ромгар перевязал бедро. Другому Эрса сама вправила вывихнутый палец, выслушав столько ругани, что велела впредь ломать что-нибудь молча.

Рокх снял с печатника сумку.

Внутри оказались пропуск, складская отметка и приказ, выданный три дня назад.

Ромгар прочёл его, сидя на ступенях. На виске у гнома выступили крупные капли пота. Мокрая ткань на правой ладони понемногу краснела.

— «Прекратить самовольное пользование нижними ответвлениями», — произнёс он. — «Избыточное сияние отвести в исключаемую часть сети до прекращения обратного сопротивления».

— Перевод нужен? — спросил Рокх.

— Нет.

Гном положил лист на камень и прижал краем родовой пластины, чтобы его не унёс ветер.

Младший печатник смотрел на бумагу.

— Я не составлял.

— Зато поворачивал, — сказала Эрса.

— Мне сказали, внизу пусто.

Она опустилась перед ним на корточки.

— Я утром тебе сказала, что внизу люди.

Он отвернулся.

Рокх забрал приказ. Дата имела значение. Удар по нижним ходам готовили до встречи у ручья, до отказа Ромгара, до их нового союза. Теперь прежней охоте просто дали ещё одну удобную цель.

— Они вернутся, — сказала Эрса, глядя на охранников.

— Сюда больше нечего ставить, — ответил маг.

— Есть я. Есть мои люди. Найдут, за что спросить.

Ромгар поднял голову.

— Можешь уйти к переправе. Серет там. Я напишу, что видел.

— А воду кто даст верхним дворам? Твоя бумага?

Гном помолчал.

— Тогда напишу, где ты осталась. И почему.

Она кивнула. Это предложение ей подошло больше.

Рокх вернулся к разбитому устройству, когда низкий зал уже наполовину осушили. Большая часть белых пластин превратилась в крошево. Древнее основание исчезло под сомкнувшимися секторами. Он осторожно провёл по ним силой и отступил: открывать снова означало разрушить всё, что удерживало воду.

С края площадки удалось снять только узкую металлическую накладку, сорванную при ударе.

Она лежала под медной ногой разделителя, но принадлежала не ему. На внутренней стороне сохранилась схема: две чаши, вертикальный порог между ними, три короткие линии под основанием. Рядом была вырезана вытянутая ладонь с шестью пальцами.

Рокх обтёр металл.

Один край накладки износился от множества касаний. Другой сохранил ровную выемку — слишком точную для грубой меди, которой накладку недавно прижали.

Находка не заменяла утраченной дороги.

Он всё равно убрал её под плащ. Несколько осколков белой пластины завернул отдельно. На одном сохранился край нанесённого сверху знака.

Когда маг поднялся, Ромгар разговаривал с Эрсой у маленькой ниши в стене. В нише стояла чаша с тремя носиками. Женщина переливала воду из одного в другой, следя за тонким костяным поплавком.

— Нижние слышат? — спросил Рокх.

— Если кто-то остался у приёмной чаши. Мы так сообщаем, когда закрываем воду. Голос хуже проходит, чем удары, но обычно разбирают.

Она повернула один носик к стене.

Вода в чаше потемнела. Несколько мгновений был слышен только плеск, затем сквозь него пробился чужой голос.

— Третий? Отвечайте. Что у вас происходит?

Рокх наклонился ближе.

— Передайте Иллису. Здесь Рокх.

На другом конце замолчали.

— Повторите.

— Передайте Иллису. Пока мне не захотелось искать его обычным способом.

Эрса посмотрела на гнома.

— Всегда так?

— Сегодня довольно вежливо.

Ответа пришлось ждать. Ромгар успел дописать сообщение Серету и отдельно несколько строк для Кхаз-Руна. Эрса обещала передать их с вечерним возом к переправе. Попросил назвать возчика и сделал пометку на собственной копии.

Рокх тем временем отпустил охранников. Оружие осталось у Эрсы, документы — у него. Младшего печатника товарищи унесли на снятой двери. Маг проводил их взглядом, различая следы силы, идущие к заставе.

Уничтожить всех было бы проще, чем потом ждать новых донесений.

Но кто-то должен был рассказать, что произошло с разделителем. Желательно подробно.

Наконец чаша заговорила голосом Иллиса.

— У западной цистерны обожгло двоих. Нижний шлюз треснул. Сейчас давление падает.

— Мы сняли устройство. Оно гнало свет в вашу сторону.

— От башни?

— Из сети. Откуда в неё приходит всё остальное, ещё не разобрались. Есть приказ. И деталь, которую я хочу показать твоим мастерам.

Пауза. Затем голос князя:

— Ты ещё в долине, Рокх.

— Помню, что обещал.

— Тогда возвращайся.

Маг взглянул на тёмную башню над холмами. В солнечном просвете были видны три нижних кольца. Выше мешали облака.

Служебный путь, по которому они собирались приблизиться к ней, остался под водой и обломками. Другого он пока не знал.

— Приду с Ромгаром.

— Это я услышал ещё вчера.

— Вчера ты услышал намерение. Сегодня я спрашиваю о входе.

Долго было слышно только воду.

— До внешнего моста, — ответил Ваэль. — Дальше я встречу вас сам. Оружие открыто не несите. Нижних опор не касайтесь. Мои люди сейчас держат их без помощи Кхаз-Руна.

— Передам.

Ромгар стоял достаточно близко, чтобы слышать каждое слово.

Связь оборвалась. Эрса вернула носик чаши на место.

— Верхнюю дверь за собой закройте, — сказала она. — Замок оставьте здесь.

Рокх посмотрел на гнома.

— Не повезло.

— Переживу. Не последний замок на этой дороге.

К вечеру в Светограде знали, что Ромгар отказался от приказа.

Лиор доставил донесение в приёмную учёной службы и потребовал отметить время. Принимавший бумаги служитель дважды объяснил, что прелат занят. Лиор дождался отметки, только после этого отдал первый экземпляр. Второй остался у него под одеждой.

Сейр прочёл донесение раньше Варна.

Когда прелат вошёл, магистр стоял у окна. На столе лежали две бумаги: рассказ о событиях у «Медного порога» и свежая запись, переданная с восточной заставы через зеркало.

— Водосборник повреждён, — сказал Сейр. — Один печатник погиб. Разделитель уничтожен.

Варн взял первый лист.

— Значит, гном уже участвует в нападениях.

— Приказ о нижних ответвлениях вы подписали три дня назад.

— Я помню, что подписываю.

Сейр не ответил. Варн дочитал до описания фонаря и задержался на строках о накладных из башенных мастерских.

— Оригиналы у кого?

— Согласно донесению, у Серета.

— Потребуйте передать.

— Он пришлёт копии.

Прелат положил лист.

На другом краю стола лежали письма из человеческих земель. Два правителя уже соглашались закрыть свои перевалы для людей, не имевших церковного пропуска. В третьем письме обещали всадников, но требовали взамен отсрочить выплату долга храмовой казне.

Варн придвинул это письмо.

— Подготовьте отсрочку. На время похода.

— Казначеи возразят.

— Пусть напишут возражение. Всадники нужны раньше.

Он позвал секретаря и продиктовал новое уведомление: Ромгар из Кхаз-Руна самовольно прекратил исполнение поручения и ушёл вместе с разыскиваемым магом. До выяснения обстоятельств не оказывать им содействия в передвижении, не выдавать карты служебных ходов, сообщать о появлении обоих ближайшей заставе.

В тексте не было ничего о раненых у таверны. Не было и требования проверить записи Башни Круга.

— Приложение о водосборнике? — спросил секретарь.

— Отдельно. Для правителей — ущерб дороге и смерть печатника. Для дорожных служб — номера утраченных пластин.

Сейр посмотрел на него.

— А приказ, из-за которого их туда поставили?

— Во внутреннее дело.

Секретарь продолжал писать.

Варн развернул карту восточных земель. За границами человеческих владений на ней оставалось много пустого места. Несколько речных изгибов, знаки зимовий, названия, написанные разными руками. Там начинались земли орочьих родов.

— Послы готовы?

— Ждут проводников, — ответил секретарь. — Купеческий двор отказался посылать прежних. Не уплачено за прошлую поездку.

Прелат некоторое время смотрел на карту.

— Уплатить.

— Из походной казны?

— Из моей.

Сейр впервые за весь разговор повернулся к нему полностью.

Варн накрыл ладонью пустое место за восточной границей.

— Письма верховным шаманам переписать. Не требование присоединиться. Приглашение обсудить общую опасность. Послы повезут сведения о некроманте и предложение охраны торговых путей.

— И сведения о Кхаз-Руне? — спросил магистр.

— О Ромгаре. Пока только о нём.

Секретарь кивнул и забрал бумаги.

Ни один орочий род ещё не обещал Варну людей. На карте не появилось ни нового знака, ни новой дороги. Прелат оставил рядом с пустой областью две незапечатанные грамоты и вернулся к письму о всадниках.

Иллис встретил путников у старого слива, уже в сумерках.

От третьего водосборника они шли вдоль подземных отводов, затем свернули к лесу. Ромгар дважды просил остановиться. Во второй раз просто сел у стены, вытянул ноги и закрыл глаза. Рокх ждал, следя за проходом. Он не предлагал взять гнома в тень: после зала с зеркалом собственные переходы всё ещё отзывались болью под рёбрами.

Теперь разведчик молча рассматривал Ромгара.

— Топор заверни.

Гном снял оружие, достал из мешка полосу плотной ткани. Пришлось помогать себе подбородком. Иллис наблюдал, пока оба лезвия не исчезли под обмоткой.

— Свет не гаси, — добавил эльф. — Просто не направляй в стены.

— Не собирался.

— Многие не собираются.

Рокх вошёл в слив первым.

Здесь он уже знал дорогу: низкий поворот, четыре чаши у ниши, проход между корнями. Он показал Ромгару, где пригнуться, и задержался на скользком уступе, пока тот не переставил топор. Иллис шёл сзади. На этот раз разведчик следил не за тем, куда идёт Рокх, а за тем, кого он привёл.

За последней лестницей открылась пещера.

Гном остановился.

Столица Тёмного Дома висела над синей рекой. Серебряные мосты уходили от одной стены к другой, проходя между домами, выросшими из чёрного кристалла. Под потолком раскрывались бледные цветы. Их свет ложился на крыши мягче, чем свет больной звезды, и впервые за день Рокх увидел на лице спутника цвет, не тронутый зеленью.

Но город изменился со вчерашнего утра.

Два нижних моста были пусты. Под одним стояли лодки с длинными шестами. Возле западной цистерны на камне белел свежий налёт, а мастер в кожаном капюшоне счищал его скребком в закрытый сосуд. Несколько окон затянули мокрой тканью.

Ромгар посмотрел на повреждённую опору. Левая рука чуть поднялась.

— Не здесь, — тихо сказал Рокх.

Гном опустил её.

На внешнем мосту ждали лучники.

Они не направляли стрелы, но расстояние между стоящими позволяло каждому выстрелить, не задев соседа. Ваэль Тарисс стоял перед ними. Рядом находилась старшая советница, ещё вчера не скрывавшая недоверия к новому союзнику.

Князь посмотрел сначала на мага, потом на гнома.

— Ты вернулся не один.

— Это Ромгар из Кхаз-Руна, — сказал Рокх. — Мой спутник. Служебное полномочие Престолу он вернул. У третьего водосборника помог остановить поток, который шёл в ваш город.

Он повернулся к гному.

— Ваэль Тарисс. Князь Тёмного Дома. Я заключил с ним союз до нашей встречи. Моей силой — против похода. Его знаниями — к дорогам из этого мира. Наш с тобой договор этого не отменил.

— Мне известно об обязательстве, — сказал Ромгар. — За помощь у водосборника отдельной платы не прошу. За себя отвечу сам.

Советница перевела взгляд на обмотанные лезвия.

— Твой знак уже бывал у наших выходов.

— Мой знак — раскрытая ладонь. Но я пришёл сюда из войска Престола. Этого отрицать не стану.

— И теперь считаешь, что достаточно вернуть грамоту?

— Для входа — нет. Поэтому стою здесь.

За лучниками собрались люди. Рокх заметил женщину с мальчиком, которую видел вчера у лодок. На этот раз корзина была у неё в руках. Ребёнок смотрел на кольца в бороде гнома, пока мать не увела его за плечо.

Ваэль протянул руку.

— Приказ.

Рокх отдал лист.

Князь прочёл его, не меняясь в лице. Передал советнице. Та пробежала глазами строки и позвала одного из мастеров у цистерны.

— Здесь та же последовательность отсечения, — сказала она, показывая ему нижнюю часть.

Мастер посмотрел на печать, но коснулся пальцем не её, а двух коротких слов в середине текста.

— Обратное сопротивление. Мы его слышали. Держали шлюз, а снаружи прибавляли.

Ромгар спросил:

— Где пострадавшие?

Советница резко подняла голову.

— Наши лекари работают.

— Хорошо. Тогда скажите им: свет шёл через белый камень с новым рисунком поверх старого. Если в ранах остался налёт, у нас есть часть устройства для сравнения.

Рокх вынул металлическую накладку.

Мастер взял её осторожно, за края. Перевернул. Его лицо изменилось.

Ваэль заметил это прежде, чем он успел заговорить.

— Знаешь?

— Нижняя разметка, князь. Из старого города. У нас такая же на пороге под третьим садом.

Рокх посмотрел на него.

— На каком пороге?

Князь протянул руку за накладкой.

— Об этом поговорим внутри.

Он отступил на шаг, освобождая мост.

Лучники остались на местах. Когда Ромгар проходил между ними, никто не отвёл глаз.

За княжеским столом Рокху снова хотелось стоять.

Карту, на которой они заключили союз, убрали; стол вымыли. Ромгар сел на низкую скамью сбоку и положил топор так, чтобы до него можно было дотянуться левой рукой. Советница проводила оружие взглядом.

Им принесли воду, густой грибной отвар и хлеб с тёмной коркой.

Рокх не притронулся к еде.

— Покажи вторую разметку, — потребовал он.

Ваэль уселся напротив.

— Ты даже здесь торопишься уйти.

— За утро я уничтожил единственную дорогу, которую смог увидеть ясно. Предпочёл бы не тратить вечер на выяснение, зачем она мне нужна.

Князь некоторое время смотрел на него. Затем сделал знак советнице.

Та принесла плоский футляр. Внутри лежали тонкие листы серой ткани с угольными оттисками. На одном действительно повторялся рисунок накладки: две чаши, порог, три линии под основанием. Только здесь изображение продолжалось дальше.

По обе стороны порога стояли вытянутые фигуры. На сохранившихся руках было по шесть пальцев.

Ромгар отложил чашку.

— Те, о которых ты рассказывал?

Рокх наклонился ближе.

— Похожи. Где это?

Ваэль указал вниз.

— Под нами.

Из бокового прохода доносились шаги. Кто-то передавал распоряжения о лодках у западной цистерны. Рокх дождался, пока голос стихнет.

— Ты говорил, что ваши знания заканчиваются возле третьего водосборника.

— О дороге оттуда к Башне — заканчиваются. О том, на чём стоит мой город, я знаю больше.

— И не сказал.

— Вчера ты попросил безопасный путь к водосборнику. Получил всё, что мы могли подтвердить. Если бы у меня был безопасный путь через нижние пороги, разведчики не исчезали бы в галерее у башни.

Князь не повышал голоса. Рокх чувствовал, как легко спор можно превратить в обвинение, а обвинение — в повод потребовать всё сразу.

Но накладка не доказывала, что Ваэль знал выход из мира. Только то, что у него были похожие знаки.

— Тогда рассказывай о небезопасных.

Ваэль повернул оттиск.

— Мы пришли в эти пещеры после тех, кто их выстроил. Не после людей. И не после другого эльфийского Дома. Их нижние улицы слишком высоки, лестницы слишком широки. Некоторые двери открываются там, где за стеной должна быть сплошная порода.

— Открываются? — спросил Ромгар.

— Несколько открывались. До моего правления. Есть записи смотрителей, не только сказки.

Советница положила рядом второй лист.

На нём был изображён зал. Через середину проходила линия воды, но у самой арки она разделялась и обходила сухую площадку.

Рокх узнал устройство.

Во время боя он видел ту же площадку под разделителем. Рабочее место, которое они приняли за основание водяного механизма, было сделано так, чтобы на нём кто-то стоял.

— Приёмный порог, — сказал он.

— Ты умеешь читать? — спросила советница.

— Не надпись. Рисунок. Вода окружает место, но не входит в него. Канал переносит не всё содержимое.

Он провёл пальцем, не касаясь ткани.

— Здесь должен быть второй край. Куда он выходил?

— В одной записи — в сухое помещение с красным песком за дверью, — ответил Ваэль. — В другой — в зал с двумя рядами чёрных столбов. На старых планах пещер таких мест нет. Называть их другими мирами я не стану. Наши предки тоже умели ошибаться.

Ромгар наклонился над листом.

— А вода нужна для самой работы или только для отвода?

— Этого мы не выяснили. Пороги перестали отвечать ещё до рождения многих здешних мастеров. Последние попытки закончились потерями.

Рокх развернул собственную ладонь.

Знака не было.

Он поднёс её к оттиску. Ладонь не отозвалась ни на уголь, ни на старую ткань.

— Мне нужен настоящий порог.

— Тебе нужны мои проводники, мастера, записи и доступ под жилые своды, — сказал Ваэль. —А мне нужно, чтобы ты помог сохранить всё это до конца твоих поисков.

Ромгар спокойно продолжал есть. Он не собирался объяснять князю, как следует доверять некроманту.

Ваэль придвинул другую карту.

На ней были три выхода на поверхность. У двух стояли свежие отметки.

— Поход ждёт разрешения двигаться дальше. У северной просеки собирают новые зеркальные рамы. С третьего водосборника нас уже попробовали достать. Если они замкнут выходы, мы сможем ещё какое-то время жить здесь. Торговать — нет. Выводить раненых — нет. Искать твои двери — тоже нет.

— Ты хочешь, чтобы я уничтожил поход.

— Я хочу, чтобы у моих людей оставалась дорога. Не прошу обещать мне смерть каждого человека под белым знаменем.

Рокх посмотрел на две свежие отметки.

— Что взамен, кроме оттисков?

— Все сохранившиеся сведения о древних порталах под городом. Не слухи о том, что я когда-нибудь разрешу их посмотреть. Сами записи. Проводник к порогам. Наши наблюдения за нижними галереями и всё, что удастся установить по детали, которую ты принёс. В обмен — твоя помощь против инквизиции и тех сил Престола, которые перекрывают наши выходы.

— До моего ухода из Илия или до конца ваших войн?

— Обсудим конкретные действия. Начнём с этих двух мест.

Рокх поднял глаза.

— Один проход надо оставить свободным для людей, уходящих к переправе. Белый плащ сам по себе не цель. Среди них работают спутники Ромгара.