Мы - Живые. Часть первая - Вспышка

Глава 2.

Итан вел машину предельно аккуратно, насколько это вообще было возможно, учитывая текущую ситуацию. Чем ближе они подбирались к центру, тем больше рос хаос вокруг. Вокруг мелькали другие автомобили – в основном, навстречу, все пытались выбраться подальше от центра, по улицам носились люди и преследовавшие их зараженные. Полицейские продолжали передвигаться на вертолетах, время от времени открывая огонь по мечущимся внизу монстрам. Это был жуткий звук – громкий, пронзительный треск пулемета, похожий на саранчу и безумные, агонизирующие вопли.

"А ведь это человеческое тело издает такие звуки." -почему-то подумалось Оливии. -"Никакой вирус не влияет на голосовые связки…Это все – люди. Боже, как же они орут!"

При виде того, в каком состоянии был город, у нее начиналось мерзкое чувство в животе, будто туда целиком затолкали огромную глыбу льда и начали ворочать вдоль и поперек, скребя кожу изнутри и расталкивая органы. Улицы погрузились в беспощадный, массовый погром – повсюду кровь, трупы, выбитые окна, перевернутые машины, какие-то наиболее отчаянные люди уже даже принялись разбивать витрины и забираться в магазины, стараясь унести все, что плохо лежит, зараженные – вслед за ними, загоняя неудачливых мародеров в помещения и там с ними расправляясь…

Доувинд старалась хоть как-то успокоиться и выдохнуть, но при виде всего этого кошмара она не могла позволить себе даже моргнуть, намертво вцепившись пальцами в ручку двери. Ее глаза тщательно следили за всем вокруг, словно она могла что-то сделать, если бы вдруг их машина во что-то или в кого-то врезалась. Впрочем, Айронхеджу каким-то неведомым образом пока что удавалось уклоняться от всех препятствий на пути, и продолжать двигаться, несмотря ни на что.

Параллельно с этим Оливия напряженно пыталась продумать план хоть каких-то дальнейших действий, несмотря на то, как сложно было на этом сосредоточиться. Сейчас они подберут Алису и эвакуируются. Точнее, они могут попытаться, но только как им прорваться через всю вакханалию, творящуюся вокруг? К тому же, большинство людей наверняка хлынуло в сторону городского порта, а значит, и большинство инфицированных тоже. Там наверняка образовалась давка, так как же им предстоит пробиться, вместе с раненым-то человеком на руках? Череда этих, и множества других, порой бессвязных вопросов мучали ее, всплывая один за другим в наболевшей за день голове. За этими мыслями она даже не заметила, как они выехали на ее родную, восьмую авеню.

–Надо же. -пробормотал Итан, останавливая машину. -Нда, дальше мы тут не проедем. Придется идти пешком.

Улицу было не узнать – на ней был целый завал из брошенных автомобилей. Судя по всему, сегодня был как обычно очень плотный трафик, в котором все машины двигались, словно как желе, и в итоге образовалась страшная толкучка, и когда вырвался вирус, это только усугубило ситуацию…Дальше думать она не захотела. Снова брызги крови повсюду, какие-то люди лежат на земле, совершенно неподвижно, и даже нет возможности получше рассмотреть их лица, по тротуарам и между машин снова бегают силуэты…Определенно, здесь тоже творилась бойня, но теперь постепенно перетекала в другую часть города, ближе к порту. Это играло им на руку.

Айронхедж запарковал свой ауди в одном из переулков, за мусорными баками и заглушил машину, после чего повернулся к ней, тихо, вкрадчиво говоря.

–Так, слушайте внимательно. Снаружи сейчас творится полная жесть, надо действовать предельно аккуратно. Двигаемся как можно тише, и пригнувшись. И держитесь поближе ко мне.

–Да, я понимаю. -быстро кивнула Оливия.

Выбравшись из автомобиля, они прижались к стене и направились в сторону ее дома. Звуки на улицы ощущались куда острее – вдалеке слышалась стрельба, наверняка с точки эвакуации. Можно было только представлять, с каким ужасом приходилось справляться военным…Зараженные при каждом выстреле резко дергались, и начинали бежать в их направлении, не обращая внимания на парочку крадущихся людей, словно их тут и не было. Несколько раз чудища пробегали совсем рядом, и в груди Оливии что-то замирало, но пока что им везло – то ли из-за страшного везения, то ли из-за чего-то еще ОНИ даже не поворачивали головы в их сторону. Каким-то чудом оставшись незамеченными, пара наконец смогла добраться до подъезда девушки, расположенном в кирпичной многоэтажке с множеством выцветших граффити на каменных боках и чудными, старинными окнами в мраморном обрамлении.

Стоило им только проскользнуть внутрь, и Айронхедж тут же закрыл за ними входную дверь, и они оба застыли, прислушиваясь. К счастью, все было по мертвому тихо, и подъезд совершенно пустовал – то ли все прятались по своим квартирам, то ли уже покинули здание. Разве что валялось на полу несколько забытых окурков, прямо около у лестницы, поднимавшейся наверх.

–Кажется, тихо. -прошептал учитель. -…Вы это заметили, Доувинд?

–Да. -она кивнула. -Они очень сильно реагируют на громкие звуки. Может быть, это какой-то естественный раздражитель, или вирус заставляет их так вести себя…

–Нам все равно очень повезло, что по пути нас не разорвали в клочья. -покачал головой Итан. -Ладно, давайте заберем вашу сестру побыстрее. Где квартира?

–На четвертом. Давайте за мной.

Они быстрым шагом стали подниматься вверх по лестнице. Оливия чувствовала себя, как в тумане – ей до сих пор было сложно поверить, что у них получилось проскользнуть и выжить. Оставалось только повторить тот же подвиг на обратном пути…Параллельно с этим она пыталась вспомнить, что у них вообще есть в домашней аптечке, и сможет ли она хоть как-то помочь сестре с ногой. Перелом…Это очень плохо. В теории можно было бы попробовать наложить шину, но только чем? Бинтами и веревками? И как в итоге Алисе придется передвигаться? Самой ходить ей будет явно крайне затруднительно, а на руках Оливия вряд ли смогла бы ее унести – сестра была и выше, и весила больше. Оставалось разве что рассчитывать на помощь Айронхеджа.

Наконец, они добрались до нужного этажа. Доувинд подошла к двери в свою квартиру, нашарила в нагрудном кармане пиджака ключ, быстро отперла ее и вошла внутрь. Итан скользнул вслед за ней.

–Алиса..? -негромко позвала она. -Ты тут?

Тишина. Мрачная, зловонная тишина…Физрук нарушил ее, повернув защелку на входной двери. Щелчок замка почему-то показался Оливии оглушительно громким, будто выстрел из пушки под самое ухо.

–Алиса? -она прошла в коридор. Никого.

–Алиса, отзовись! -уже немного громче позвала младшая Доувинд, и в этот миг, повернув голову в сторону родительской спальни, заметила знакомый силуэт, стоящий в глубине комнаты.

–Алиса, вот ты..! -однако, внезапно она поняла, что что-то было не так, и оборвала предложение на полуслове. Хоть фигура сестры и была знакомым, но что-то в ней заставляло Оливию насторожиться – голова как-то странно повернута на бок, спина слишком сутулая, руки, точно плети, висят по бокам, и вся она как-то неестественно покачивается из стороны в сторону. Да и как вообще у нее получалось стоять? Разве ей не сломало ногу..?

–У-А-Р-Р-Г-Х-Х!!! -неожиданно, пронзительно взвыла Алиса, и ринулась вперед, протягиваясь к младшей сестре скрюченными, ломкими пальцами. Лицо девушки приобрело серый цвет, а из рта обрывистыми клочьями свешивалась белая пена…Одна из ее ног была резко свернута в сторону, и нелепо сгибалась и разгибалась вверх и вниз при попытке бежать – у нее явно были сломаны кости. Впрочем, ни это, ни даже жуткая боль, которую она должна была испытывать от подобной травмы, совершенно ее не смущали.

–АЛИСА! СТОЙ! ЭТО Я! -завопила Оливия, выставив руки перед собой. Однако даже ее отчаянный крик не смог достучаться до старшей сестры. Та, совершенно обезумев, летела вперед, нацелясь младшей прямо в горло. Если бы не Айронхедж, схвативший первое, что попалось ему под руку: металлическую ложку для обуви, то ее бы уже через мгновение не стало. Коротко размахнувшись, учитель врезал зараженной прямо по лицу, отбрасывая ее назад. Во все стороны брызнула черная кровь, вырвавшись вместе с тошнотворным хрустом сломанного носа, и она упала на спину, дрыгая ногами.

–Спрячься за меня! -крикнул Итан, замахиваясь во второй раз. От этой картины у Оливии внутри все похолодело.

–НЕТ! -вскрикнула она, сбивая физрука собой. Удар пришелся в стену, и ложка, отскочив, улетела куда-то в сторону. Они оба повалились на пол, в падении чуть не сбив стойку для обуви.

–С ума сошла?! -процедил он, резким рывком поднимая себя на ноги.

–Мистер Айронхедж, не надо! Это моя сестра!

–Это больше не твоя сестра! Теперь она – одна из них! Не мешайся, или нас обоих растерзают!

–Ни за что. -Оливия встала между ним и обратившейся сестрой, стараясь одновременно не пустить его к ней, и не быть к зараженной слишком близко. -Посмотрите, она даже толком двигаться не может!

В самом деле, Алиса не могла даже подняться. При падении сломанные кости окончательно вышли со своего места, и теперь, пробив кожу, торчали наружу двумя белыми, острыми кончиками. Зараженная пыталась встать, но раз за разом падала, не находя должной опоры.

–Помогите связать ее!

–Чего..?

–Надо ее обездвижить и перевязать рану…иначе она себе еще больше навредит. У нас есть веревка в кладовой, ну же!

То ли все-таки решив послушать, то ли растерявшись от ее приказного тона, Айронхедж зашел в кладовую, и спустя минуту вышел с мотком паракорда: отец Оливии активно занимался скалолазанием в зале, и у них хранился его инвентарь: обвязка, карабины и прочие принадлежности. Затем учитель попытался было стянуть Алису веревкой, однако та на удивление проворно ринулась на него, оттолкнувшись от пола одними локтями, и чуть не укусила. Благо, Итан успел отпрыгнуть в сторону, и зомби просто упала на живот, начиная ползти на одних руках по паркету. Каждое ее движение оставляло после себя черный, кровавый шлейф.

–Надо бы ее обездвижить…Мистер Айронхедж, сядьте ей на спину и подержите ее пожалуйста, а я попробую связать!

Вместо ответа он внезапно схватил младшую Доувинд за локоть и затолкал на кухню, закрывая дверь за собой.

–Мне кажется, ты забываешь, что эта дрянь может и при физическом контакте передаться. -хмуро заметил учитель, и судя по тону и мрачному взгляду, едва не удавшаяся попытка Алисы укусить его заставила Итана быть куда осторожней. -Это во первых. Во вторых – объясни, зачем ты хочешь ее связать?

–Ну…чтобы взять с собой. -промямлила Оливия. Взгляд Айронхеджа ей кардинально не понравился: несмотря на то, что его лицо оставалось таким же каменным, как и обычно, а голос таким же ровным и спокойным, что-то в нем выдавало раздраженность, и очевидное нежелание возиться с ее сестрой. То ли испугался, то ли еще что-то, но было ясно одно – Итан резко передумал.

–То есть ты хочешь взять инфицированного человека и эвакуироваться вместе с ним?

–Н-ну…

–Отвечай на вопрос.

–Да. -она кивнула.

–Давай я тебе кое-что разъясню. -промолвил Итан. -Во-первых, если мы потащим ее с собой, то наш и без того небольшой шанс выжить очень резко приблизиться к нулю, и я объясню, почему. Мало того, что она будет нас замедлять – она будет постоянно брыкаться, шуметь и привлекать других зараженных. Во-вторых: ты думаешь военные пропустят нашу чудную компанию? -в его голосе послышался явный сарказм. -Ага, конечно. Для них любые из этих…чудовищ – это прежде всего угроза. Нам однозначно дадут от ворот поворот. Даже если мы не бросим ее сейчас, то нам придется сделать это потом. Так в чем смысл?

–… -Доувинд прослушала все это молча, не говоря ни слова. Лицо ее сменило окраску несколько раз: побледнело, покраснело, и снова побледнело. Наконец, она очень тихо ответила. -Мистер Айронхедж, если бы кто-то из дорогих вам людей оказался в таком положении…Ваш брат, например. Вы бы его бросили?

–К, несчастью, у меня нет брата. -сухо ответил Итан. -И если мы как можно скорее не уберемся и не эвакуируемся, то наше положение станет совсем печальным. Так что извините, но сейчас у нас нету времени на эмоции.

–Тогда на хрена вы все еще тут?! -внезапно взорвалась Оливия. -Зачем вы вообще таскаетесь за мной, "пытаясь помочь"?! Эвакуируйтесь сами, скатертью дорога! А я останусь с сестрой, потому что я не брошу ее!

–Я все еще с вами. -спокойно начал физрук. -Потому что я ваш учитель, и это моя обязанность – защищать моих студентов. Если с вами что-то случится, то это будет на мне.

–Да вы, черт возьми, гоните! -огрызнулась девушка. -Какая сейчас к дьяволу школа, Мистер Айронхедж?!

–Выбирайте выражения, Доувинд! -тоже начиная терять самообладание, воскликнул он.

Ответа не последовало, но чистая, дикая злоба в ее взгляде говорили сами за себя.

–Нравится вам это или нет, но я остаюсь. -процедила Оливия. -И без сестры я никуда не уйду.

Схватив паракорд, она выбежала с кухни, оставив учителя одного. Теперь надо было как-то придумать, как связать Алису…Она плохо представляла, как это правильно делалось – да, отец и Оливию тоже брал с собой на скалодром и показывал разные узлы, но вязать восьмерки, и вязать человека – вещи совершенно разные. Наверно, нужно было обездвижить зараженной ноги и руки, и как-то заткнуть рот, чтобы та не кусалась и не выла, пришло ей в голову. Тогда у них бы появился шанс нормально доставить ее к пункту эвакуации, а там уже как-нибудь попробовать договориться с военными…

И хоть на словах план звучал просто, на деле он оказался практически невыполнимым. Алиса постоянно ворочалась, брыкалась и пыталась ее укусить, лязгая зубами, от чего попытки связать ее превратились в бесконечную догонялку, в попытке зайти к ней со спины и не дать себя поймать. Наконец, спустя добрые три часа страданий, ей Оливии удалось прижать свою сестру к полу и затолкать кусок веревки в рот. Дальше дело пошло значительно быстрее. Первым делом она стянула ей запястья за спиной, затем – связала ей ноги, скрепив их вместе одним большим, жестким узлом в области коленей.

–Фух… -младшая Доувинд шумно выдохнула. -Ну-с, как-то так. Теперь, давай пойдем…

Взяв Алису за плечи, она попыталась поднять ее, однако зараженная внезапно резким рывком подалась вперед, сбивая Оливию с ног. Из ее горла послышался яростный, утробный рык, а черные зубы бессильно вцепились в затолканный в рот паракорд, отчаянно стараясь перекусить его и вцепиться девушке в горло.

–Алиса, это я!!! -закричала она, стараясь оттолкнуть атакующую от себя, однако, безрезультатно. На секунду они столкнулись глазами – и Оливия не смогла узнать свою сестру. Эти покрасневшие, свирепые глаза не могли принадлежать ее нежной, доброй сестренке…

Чудовищным усилием ей удалось выбраться из под нее и запрыгнуть на диван, стоящий посередине гостиной. Алиса поползла за ней, извиваясь как какой-то червяк, измазывая кровью паркетный пол.

–Алиса, пожалуйста… -прошептала она. -Это же я. Оливия. Ты меня узнаешь? Помнишь, я же твоя младшая сестренка.

На мгновение инфицированная прекратила возню, и затихла, смотря на младшую Доувинд тупым, бессмысленным взглядом. Однако, даже это вселило в нее небольшую надежду. Быть может, Канаэ все-таки ее узнает?

–А помнишь…помнишь, как ты меня везешь в школу на своей машине каждый день? Помнишь…помнишь что мы любим гулять в парке? У тебя любимое мороженое – ванильное, а у меня – крем-брюле. -она попыталась улыбнуться, но вышло криво. -А еще у нас есть мама и папа. Представляешь? И ты учишься на окулиста в университете. А помнишь, как мы росли вместе? Как мы играли в кукол? Помнишь, как ты пела мне колыбельные, когда мы были совсем детьми? Мы ведь так близки, Алиса. Ближе всех на свете. -Оливия осторожно протянула руку, пытаясь погладить сестру по голове. -Так ты помнишь, меня, родимая?

Однако та в ответ лишь глухо зарычала и снова попыталась порвать кляп зубами. Девушка инстинктивно отдернула руку. Нет, все без толку. Ее явно не узнают. Черт, и что же делать..? Тащить себя Алиса явно не дала бы, она и раньше была физически сильнее своей младшей сестры, а теперь, под действием инфекции она стала какой-то вообще нереально мощной, и это со сломанной ногой!

–Как же все задолбало… -прошептала Оливия. Ее плечи опустились вниз, и она понуро вышла из гостиной, направившись к себе в комнату. Там она упала на кровать, уткнувшись лицом вниз и стараясь сдержать злые, беспомощные слезы. Господи, ну почему все это не может быть кошмарный сон..? Почему все пошло вот так? Откуда эта ерунда вообще взялась, откуда этот вирус? Что, черт побери, ей с этим делать?! Даже непонятно, есть ли какое-то лекарство, или нет…Да конечно же нет. Не могли они его так быстро сделать. И как же тогда поступать с Алисой..? И куда подевались родители? Она вытащила из кармана телефон и проверила входящие сообщения. Пусто. Ни мама, ни папа так и не ответили. Хотя, не стоит спрашивать, почему…Наверняка и они тоже погибли или обратились в этих чудовищ…От бессилия Доувинд ударила кулаком по подушке, яростно, бесцельно, в попытке хоть как-то выпустить накопившиеся злость, страх и отчаяние. Сдерживать слезы было практически невыносимо, и они против воли падали из глаз крупными градинами, монотонно и не прекращая. Голова отказывалась о чем либо думать или что-то планировать – хотелось просто взять и исчезнуть, только бы все это прекратилось.

В таком состоянии, будучи в оцепенении, она и пролежала еще какое-то неопределенное время, десять минут, час, или даже несколько часов. Дыра внутри будто с каждой секундой разрасталась все сильнее, поглощая все на своем пути, и от этого не было спасения…Однако, в конце концов изнеможение взяло свое. Конечности онемели, горло чем-то сдавило, все ощущения стали замедленными, вязкими, заторможенными…Истощенный и физически, и морально организм, требовавший хоть какого-то отдыха, незаметно для нее отключился, и Оливия даже не заметила, как погрузилась в сон.

---------------------------------------------------------------------------------------

Ее разбудил шипящий, теплый запах: такой аромат можно услышать, когда добротный, жирный кусок бекон шкворчит на сковородке, время от времени постреливая брызгами жира в разные стороны. Он был ей хорошо знаком – мама часто готовила завтрак “по-английски”. Оливия попыталась было абстрагироваться и оставить глаза закрытыми, но сила запаха и внезапное урчание в животе не дали ей этого сделать. Тогда она окончательно проснулась и распахнула глаза. Первым ее встретили знакомый, белый потолок и стена справа от кровати, полностью завешанная постерами с ее любимыми группами: Babymetal, Bring me the horizon, Set it off, Arctic Monkeys…Очевидно, она была дома, у себя в комнате. Однако, местами испачканная странной, черной кровью одежда и мертвая тишина, нарушаемая шкворчанием бекона, что было необычно, ведь обычно она могла слышать как ее родные говорят друг с другом на кухне, давали понять, что вчерашнее ей не привиделось в дурном сне, и все это было взаправду.

Однако, ни энергии, ни желания поддаваться сейчас каким либо эмоциям у нее попросту не было. Из ощутимого только немного хотелось есть, и все – в остальном Оливию охватила какая-то апатия. В остальном же девушка ощущала себя, как безмозглая, бесцельная сомнамбула – тело вроде и существует, но у разума сил на это нет. Поднявшись с кровати, она отправилась на кухню. Проходя мимо гостиной, услышала очередной жуткий вопль зараженного человека…Алиса все еще была там.

На кухне ее ждала весьма необычная картина – Айронхедж, так и не покинувший квартиры, стоял у плиты и с совершенно невозмутимым видом жарил яичницу с беконом, время от времени посматривая то на часы, то на улицу через окно. Шторы на нем были распахнуты, и комнату заливал теплый, мягкий солнечный свет, какой бывает как раз часов в девять утра.

–Проснулись? -не оборачиваясь, произнес Итан. -Садитесь. Надо позавтракать.

–Вы все еще тут? -вяло спросила Доувинд, усаживаясь за стол.

–Да.

–…Зачем?

–Я уже объяснял вам. -он пожал плечами.

Оливия промолчала. Говорить совершенно не хотелось. Не хотелось вообще ничего…

Меж тем, Айронхедж поставил перед ней тарелку с яичницей. Выглядела она до ужаса аппетитно – ничуть не подгоревшая, с румяной, золотистой корочкой и блестящим от жира белком. Умопомрачительный запах бекона лишь усиливал общий эффект, однако Доувинд лишь невыразительно поковыряла ее вилкой. Есть тоже не хотелось.

–…Вам правда лучше поесть. Предстоит длинная дорога.

–Зачем?

–В каком смысле "зачем"? -его брови удивленно поднялись. -Убраться из города. Или вы планировали что-то другое?

–Мистер Айронхедж. -медленно протянула она, вставая со стула. -Я не знаю, что мне делать. Все накрылось медным тазом. Все мои друзья и родители – наиболее вероятно мертвы, город, в котором я жила всю жизнь – разгромлен, а моя сестра превратилась…в эту срань. Что я могу тут сделать?

–… -Итан промолчал, но внезапно в его лице что-то слегка дернулось, как от неконтролируемого нервного тика. Он медленно поднял свои глаза и уставился ей в лицо с тяжелым, но вместе с этим, не настолько каменным, как обычно, выражением. Что-то в его мимике выдавало, что он понимал, о чем она говорит, и ему от этого тоже неприятно и больно.

–Я не думаю что в чем либо остался смысл. -сказала Оливия. -И я не знаю, зачем мне больше жить. Ради кого? Ради чего? Простите, мистер Айронхедж. Если хотите эвакуироваться, то эвакуируйтесь сами…

Она развернулась и попыталась выйти из кухни, однако внезапно ее поймали за руку.

–Мистер Айронхедж..?

–Доувинд. -тихо произнес он. -Скажите, если бы вы умерли, вы бы хотели, чтобы те, кто вам дорог, продолжили жить?

–…Да. Наверно да. -она растерянно пожала плечами. -Почему вы спрашиваете?

–Как думаете, ваша сестра хотела бы, чтобы вы умерли? Или ваши родители?

Оливия не ответила ничего, но ее взгляд потупился, явно избегая зрительного контакта, вся она сжалась, плечи ссутулились…Меж тем, Итан продолжал.

–Вы не должны умирать, Доувинд. Иначе и в смерти тех, кто был…кто вам дорог, не будет никакого смысла. Вы должны жить, ради них, вы понимаете? Ведь они бы никогда не хотели, чтобы вы умерли вот так. Они бы хотели, чтобы вы жили. Если вы правда любите кого-то – то вы бы никогда не желали ему умереть. И вместе с тем, вы бы никогда не желали ранить его своей смертью. Ведь даже когда мы уходим – смысл не в том, что мы уйдем, а в том – как именно. Наша смерть не должна быть бессмысленной, ведь если нет никого, кто продолжил бы жить и помнить нас, если мы после себя ничего не оставили, то тогда какой был смысл в этой жизни? И как бы посмотрели на вас те, кто уже умер, но всегда желал вам самого лучшего? Не умирайте, Оливия. У вас нету права на это. Боритесь. Вы ведь так молоды, у вас все еще впереди. Ваши родители и сестра хотели бы, чтобы вы пережили этот кошмар, а потом прожили лучшую жизнь. Так продолжайте жить, хотя бы ради памяти о них, ведь если уйдете и вы, то больше никто о них и не сможет вспомнить. Именно поэтому вам и нельзя сдаваться. Понимаете, о чем я?