Практическое руководство по оборотничеству

– Можно? – приоткрыв дверь, Никита заглянул в кабинет.

– О, привет! Заходи, ты как раз вовремя.

Ник присел на стул с этой стороны стола и взглянул в глаза командующему.

– Рассказывай! – жизнерадостно сказал Виктор.

Катя сразу довольно серьезно взялась за исследования, поэтому энергетический потенциал ее тела начал стремительно расти вверх. Оба мужчины прекрасно понимали, к чему это ведет.

– Думаю, на следующей неделе вы можете начинать переселения. – Подтвердил Виктор после отчета. – Тебе что-нибудь нужно?

– Еще несколько хомяков.

– Они все еще мрут?

– Я уже вплотную подобрался к решению этого вопроса. – Немного отчаянно заявил юноша. Витя видел, в каком состоянии находится парень. Он сам был виноват в том, что загнал парнишку так сильно. Неровен час, и этот близнец свалится замертво от инфаркта или инсульта. Этого Виктор допустить не мог. Но и сделать что-нибудь, чтобы облегчить жизнь юноши, он тоже не мог. Не уменьшать же ему нагрузку! Тем более сейчас, когда парень так близок к прорыву, который отделяет его от реального овладения оборотничеством.

Они обговорили еще кое-какие мелочи, и Ник ушел. Сегодня у него было еще три лекции, после которых оставалось десять минут на личные занятия, перед тем как к нему придет Катя.

Во время занятий с ней Ник не мог позволить себе даже немного расслабиться. Развитие девушки шло семимильными шагами. Один лишний подход мог стоить ей недель времени, которые она потратит на восстановление вместо занятий. Впрочем, ему было приятно наблюдать за тем, как его подопечная с легкостью справлялась с его сложными заданиями. Приятно и обидно, что сам он не мог похвастаться таким проворством в своем развитии.

После серьезных энергетических нагрузок куратор решил дать им обоим небольшой перерыв, во время которого между ними завязался разговор.

– Скажи, Никита, ты же умеешь видеть? – вдруг спросила его ученица. Парень понял, что речь шла не об обычном зрении, а о ясновидении. Такое давали специальные приспособления типа шлема Виктора или очков.

Начиная с конца первого курса каждый ученик осваивал азы ясновидения. Без использования посторонних инструментов. Кате еще предстояло это узнать.

– Да, умею.

– Для этого нужны какие-то посторонние махинации?

– Ты о чем?

– Свечи, ножи, курения? Это все необходимые атрибуты ясновиденья?

Ник ухмыльнулся.

– Нет. Грамотному специалисту не нужны даже глаза.

– Тогда почему ты проводил все эти странные манипуляции? – как-то грустно спросила девушка.

Сердце пропустило удар. Он чуть не сдал себя. Восстановив дыхание и ясность сознания, Ник сделал вид, что задумался.

– Катя, после того раза мне отшибло память. – Начал он, сложив руки в замок. – Мой организм едва пережил стресс, так что заблокировал часть воспоминаний о том дне. Ты… не могла бы мне рассказать?

От его слов девушку передернуло. Она по-прежнему болезненно воспринимала тот случай. Любое воспоминание о нем физически бередило рану в ее сердце. Впрочем, как и у Ника.

Ученица рассказала ему про шерстяное покрывало, про свечи и сигарету, про кинжал и таинственность, которая окутывала весь процесс.

Никита пытался понять, для чего это делал. Взгляд наткнулся на собаку, бегающую рядом с Катей. Парень, хмыкнув, понял большую часть проведенных манипуляций. Оставалось надеяться, что, в силу своей неопытности, девушка не станет задавать лишних вопросов.

– Сначала про одеяло: это реальный магический атрибут. Обычно его используют, чтобы защититься от воздействия сущностей, о которых ты ничего не знаешь, но на которых хочешь посмотреть. Свойства разных материалов и их исторически сложившиеся магические способности тебе будут рассказывать курсе на втором.

– А остальное?

– Атрибуты для мистицизма. – Пожал плечами Ник. – Это необходимо, чтобы заставить человека поверить в то, что перед тобой маг. Они облегчают работу с чужим сознанием. Не подумай, что это просто так, – сразу же осекся он, – работа с чужим сознанием – очень важный элемент ритуала!

Девушка ненадолго задумалась, что-то припоминая.

– Если они были так неважны, тогда почему Виктор заставил тебя выкинуть кинжал?

Это стало настоящим ударом для Никиты. «Витя действительно сделал это?» – вонзилась в его голову предательская мысль. Увидев шокированное лицо парня, Катя перепугалась:

– С тобой все хорошо?

– Кать, ты прости, но эти воспоминания причиняют мне физическую боль. Давай пока не будем? Когда я смогу проще к этому относиться, мы поговорим, хорошо?

– Да, конечно! – быстро согласилась девушка. – Извини!

– Ты ни в чем не виновата. – Помотал головой парень.

С трудом завершив занятия, Ник ворвался в кабинет начальства. Он был слегка обескуражен, найдя там не только Виктора, но и группу хлопочущих медсестер. Кажется, мужчина только что вернулся с задания, на котором не все прошло гладко. Ник заметил пару тазов с мокрыми от крови бинтами и капельницу. Это слегка остудило пыл школьника, но не остановило его.

Заметив состояние подчиненного, Витя взмахом руки попросил весь персонал удалиться ненадолго. Оставшись наедине с другом, командующий немного дрожащим от слабости голосом спросил:

– Что случилось?

– Ты убил его! Сука, это был ты!

Виктор просто молча смотрел на парня.

– Ты заставил его выкинуть клинок! Скотина, ты заставил его выбросить оружие, которое могло его спасти! – ярость Никиты рвала его глотку, изрыгая в сторону Вити новые ругательства и оскорбления. Дыхания в легких едва хватало, чтобы выразить все свое отношение к сложившейся ситуации и к командиру в целом. Ник едва сдерживал себя от того, чтобы прописать этому самодовольному подлецу в челюсть. Впрочем, мужчина и так осознавал это желание, заметив, как побелели костяшки на плотно сжатых кулаках парня.

Виктор молча слушал, позволяя человеку выговориться. Когда парень наконец-то остановился, мужчина тяжело вздохнул и тихо спросил:

– Ты закончил?

Ник чуть не плюнул с досады.

– А теперь подумай внимательно своей умной головушкой, – начал немного язвительно Витя, – знал ли об этом сам Ник?

– Ты загипнотизировал его! Ты заставил его поверить, что так он сможет выжить! – не успокаивался близнец.

– Ник первый позвонил мне и сам сказал, что умирает. – Сказал как отрезал мужчина. В его дрожащем голосе чувствовалась сталь и… боль?

– У тебя был шанс его спасти!

– Был, – подтвердил мужчина, – ценой жизни той девчонки и ее собаки.

– Это малая цена за такого человека, как мой брат! – Ник дрогнул, произнося эти слова, однако любовь к мертвому брату была в нем сильнее, чем к той девчушке.

– Согласен. Их жизни по ценности вообще не сопоставимы. – И глазом не моргнув кивнул Виктор. – Однако у девушки было одно важное преимущество, которое заставило твоего мертвого брата отбросить оружие.

– Какое?

– Она оборотень.

– И что, твою мать?!

– Твой брат, как никто другой, знал, насколько такой человек был ценен для меня. Если бы он хотел жить, вряд ли он бы позвонил мне. – Честно ответил мужчина. – Или ты думаешь, что такой человек, как твой брат, не смог бы найти выход из подобной ситуации? – вскинул брови Виктор. – Впрочем, частично ты прав. Я виновен в смерти твоего брата. Своим звонком он дал мне выбор: или он, или оборотень. И как бы сильно я ни любил твоего брата, оборотень был нужен мне больше. И я сделал свой выбор. Я сообщил об этом ему, заставив выкинуть клинок.

– Я ненавижу тебя! – продолжал рычать Ник. Он подошел к столу, ударил по нему своими руками и вновь прорычал: – Я ненавижу тебя!

Парень больше не смог сдерживать злые слезы. Он прекрасно понимал все «зачем», «для чего» и «почему». Он также прекрасно осознавал, что его брат не был идиотом. Все, что произошло, было лишь случайным стечением обстоятельств. В заданных рамках и вынуждены были действовать его брат и Виктор. И они сделали свою ставку.

Даже не пытаясь сдерживать себя, школьник тихим злым голосом спросил:

– Другого выбора точно не было? – ему все еще не верилось. Вряд ли ему вообще когда-нибудь поверится.

– Я до сих пор его не вижу, – тихо подтвердил мужчина, пожимая плечами.

Они недолго помолчали в гнетущем настроении злости и отчаянья.

– У тебя все? – спустя какое-то время уточнил командующий.

– Да. – Бесцветно ответил ему Ник, не рискуя глядеть тому в глаза.

– Тогда свободен.

Ник вышел и выдохнул. Еще один этап тяжелого и продолжительного сегодня завершен. Дальше по плану пришло время рассинхронизации.

Эти занятия подразумевали более тяжелые психофизические нагрузки, нежели обычные альфа-ритмы. Представьте, что вы можете чувствовать, на какой частоте вибрирует весь ваш организм, отдельные органы или даже клетки. А теперь представьте, что вы можете управлять этой частотой.

На занятиях рассинхронизацией учеников заставляли выводить свои органы и системы из привычного ритма, чтобы натренировать организм на подобные перепады. Одним из последствий подобных занятий была профилактика кессонной болезни. Отличников по рассинхронизации невозможно было утопить или задушить. Хотя это и достигалось годами практики.

Однако после подобных занятий людей обычно сильно мутило. Никита не был исключением, но у него не было времени на отдых.

Благо его снова ждали лекции, затем несколько часов на практику переселения и тридцать минут перед сном для подготовки к приближающимся экзаменам. И еще час в середине ночи, чтобы перенастроить сбившиеся за день параметры своего энергетического тела. Миша был мертв, и Нику ни к чему было фонить энергетикой трупа в пространстве.

Естественно, что в процессе столь насыщенного дня он совершенно забывал о таких мелочах, как еда. И когда вечером он сидел перед третьей клеткой с хомяком, он думал скорее о том, что с радостью сожрет это животное, а не переселится в него.

Глубоко вдохнув, парень решил ненадолго прерваться. Он встал в удобную позицию, чтобы не уснуть, и попытался привести свой мозг к тета-ритмам – более глубокому состоянию расслабления мозга. В процессе стояния столбом он старался ни о чем не думать, но тревожные мысли все равно находили его.

«Все получалось намного легче, когда пес был у меня».

«Я, наверное, не справлюсь!»

«Я же всех подведу».

«Я не успею разобраться с этим за два дня».

«Я устал».

«Мне плохо».

Из-за мыслей, которые он воспринимал слишком близко, из его глаз второй раз за день потекли слезы. Стоя сейчас здесь, он ощущал, будто держит небосвод на своих плечах. И если он не удержит, мир определенно рухнет! Он с грустью взглянул на хомяка.

«Эй, приятель. Как ты там? Не знаю, сколько еще ты проживешь. На самом деле я бы не хотел твоей смерти, но я слишком глуп, чтобы не допустить ее. Прости меня заранее».

Уплывая все дальше в пучины отчаяния, парень не заметил заполонивших голову идей.

«Эх, было бы здорово на мгновение расслабиться и просто поменяться с тобой местами. Наверное, хомячья жизнь не сахар, но уж точно проще, чем моя. Хотя, вероятно, тебя просто разорвет от такого количества эмоций», – усмехнулся Ник.

И тут его осенило. Парень вдруг задумался, почему хомяки умирали. Что происходило с их телами такого, что они просто прекращали жить? Не откладывая мысль в долгий ящик, Никита достал телефон, с которым с некоторых пор никогда не расставался, и нажал на кнопку вызова.

С той стороны послышался гул вертолетных лопастей и низкое хрипучее:

– Что случилось, Ник?

– Ты в школе?

– Буду через пятнадцать минут. Что произошло? – тревожно уточнил Виктор.

– Мне нужен видящий. Мне не к кому обратиться, кроме тебя. Это связано с оборотничеством.

– Понял, буду через… семь минут. – Послышались короткие гудки.

Через семь с половиной минут запыхавшийся Виктор стоял в дверях зала, в котором тренировался Ник. Парень не сразу понял, как Витя нашел его, впрочем, он сам сказал, куда доставить хомяков.

– Говори, что нужно делать. – Виктор натянул на голову шлем и сел на свободный стул. Кажется, ранение все еще беспокоило его, потому что он сидел в достаточно неестественной позе, завалившись на один бок.

– Сейчас я попытаюсь переселиться. Мне нужно знать, что в этот момент случается с сутью хомяка: куда, как, почему и что дальше.

– Понял. Начинай.

Ник отставил клетку с третьим хомяком, решив использовать его в самый последний момент. В конце концов, именно этот хомяк стал для него прорывным, ему явно полагались привилегии.

Спустя двадцать минут и четыре невинные жертвы Ник и Виктор поняли, в чем соль и почему животные умирали: оборотень буквально вселялся в тела хомяков, выдворяя крохотную суть из ее дома. А так как оборотень не знал, как функционирует тело, не умел с ним обращаться, он нечаянно убивал животное и, надо сказать, чуть не умирал сам. Задачей же Ника была отработка именно внедрения кусочка себя в тело зверька, чтобы наблюдать за его жизнью как бы со стороны и изнутри одновременно.

Предполагалось, что со временем оборотень научится чувствовать себя хомяком и полностью контролировать все его функции, как человеческие. Тогда и только тогда и могло произойти подавление сущности самого хомяка. Причем именно подавление, а не вытеснение. Сознание хомяка как бы засыпало, в то время как сознание оборотня брало верх над телом животного. В противном случае, если бы хомяк вытеснялся, он, по прочно образованной связи, мог бы перетечь в тело оборотня и умереть от переизбытка эмоций, убив тем самым и самого оборотня.

Однако теория немного отличалась от практики. Стоило Никите чуть сильнее внедриться в хомяка, как того почти сразу убивало. Но чем нежнее он прикасался к животному, тем дольше оно жило до отказа всех органов.

У них остался последний хомяк, чтобы отработать это внедрение. Это должно было быть похоже на легкое прикосновение к зверьку, просто чтобы смочь ощутить себя чуть больше хомяком. Никита с улыбкой посмотрел на хомяка-озарение. Ему нравился этот шерстяной комок, и честно говоря, он вообще не хотел его смерти. Так что парень визуализировал свое сознание как маленькое щупальце, которое нежно касается хомячка за самым ушком. Когда контакт случился, у Ника перехватило дыхание. Снова.

Он чертыхнулся и открыл глаза, как вдруг осознал, что видит себя сидящим на стуле сквозь узкую решетку клетки.

Катя не знала ясновидения, так что было решено позволить ей пользоваться очками.

– Но только во время наших занятий и только под моим присмотром!

– Хорошо.

Девушка нацепила очки и села напротив клетки со щенком.

– Ты все детство неосознанно шлялась в собаке, так что Витя сказал начинать сразу с них. – Он кивнул в сторону небольшого манежа, где спали шестеро щенков. – Я сказал ему, что это довольно жестоко, но он мне не поверил. – Тяжело выдохнул парень.

– Что жестоко? – непонимающе нахмурилась Катя.

– Я надеюсь, что ты не узнаешь. Итак, давай попробуем. Войди в альфа-ритмы, в самый низкий порог, до которого доберешься.

Девушка выполнила приказ. Она сидела на стуле и расслабленно пялилась перед собой, стараясь не провалиться в сон.

– Вспомни, пожалуйста, те ощущения, которые ты испытывала, когда бегала собакой.

Девушка невольно скривилась от нахлынувших воспоминаний. Перед глазами начали проноситься картинки леса и ночных бдений в теле пса. Пес без команды, послушно улегся рядом с ее ногами. Катя мысленно погладила собаку. К удивлению девушки, она действительно увидела едва различимую серебристую руку, которая погладила пса по макушке.

– Оу, это даже лучше, чем я предполагал!

Катя взглянула на парня и увидела на его глазах темную вуаль, прикрывающую горящие огни глаз. Он Смотрел на ее пса и Видел его.

– А теперь протяни свою руку к тому щенку. – Указал Ник.

Катя послушно потянула руку, но настолько увлеклась, что не заметила, как вышла из своего тела. Она просто шла вперед, к щенку. Пес все это время шел рядом с ней, присматривая, не позволяя провалиться в сон. Девушка подошла к щенку, наклонилась и попыталась открыть клетку, но вместо этого ее рука прошла сквозь прутья. Щенок сначала обеспокоенно зарычал на невидимую угрозу, но когда рука Кати коснулась его, он успокоился и даже завилял хвостом.

– Хорошо, а теперь аккуратно коснись его сознания.

Ник все это время неотрывно наблюдал за всем, что происходит: за состоянием тела Кати, за ее отделившимся от тела сознанием, за псом, за щенком и их взаимодействием. Он был напряжен, как струна, готовый в любой момент среагировать на любую непредвиденность.

Девушка не поняла слов Никиты, но она каким-то неведомым чувством ощутила, что от нее хотят. Пес донес до нее это знание. Свернувшись калачиком, девушка нырнула внутрь маленького щеночка. Здесь было шумно и ярко. А еще было так много новых и непонятных запахов, что ее чуть не вышибло из этого тела. Это позволило Кате осознать, что сейчас она не в себе. Девушка находилась в щенке. Маленький комочек шерсти немного трясся от страха и не знал, что делать. Этот страх передавался девушке.

– Ничего не бойся. Постарайся просто наблюдать. Вспомни, каково это – быть собакой, но не мешай щенку. Пусть он сам двигается, ты просто наблюдай и вспоминай.

Никита был поражен результатами девушки. Он, конечно, понимал, что у нее за плечами огромное количество часов практики, но чтобы вот так хорошо, да еще и с первого раза! Его самолюбие было уязвлено, хотя он и старался отодвинуть это чувство на второй план.

Девушка послушалась наставника, пусть и ощущала в себе явное умение обращаться с этим телом. Если оборотень захочет, щенок будет беспрекословно слушаться ее.

– Так, теперь осторожно выходи. Не прихлопни щенка, будь бережна с его сутью.

Девушка не понимала: как вообще можно прихлопнуть эту суть? Щенок же прочно сидит в своем теле. Да, она может его пододвинуть и взять управление на себя. Она может попросить щеночка делать так, как она захочет. Но прихлопнуть? Для этого нужно постараться.

Катя сделала шаг назад и оказалась вне щенка. Здесь было довольно темно и серо. На самом деле, она даже растерялась чуть-чуть, но нащупав под рукой своего верного пса, она сразу улыбнулась.

– Возвращайся.

Пес послушно довел ее до человеческого тела, и она с громким вдохом вернулась обратно. Ее тут же вышибло из альфа-ритмов, и девушка едва не навернулась со стула.

– Можешь снимать очки. – Сказал Ник. – Расскажи мне о своих впечатлениях.

Девушка поведала ему все, что сумела зафиксировать.

– Если бы не пес, я бы не нашла свое тело.

– Хорошо, что мы вернули его, – констатировал парень. – Если ты обещаешь с той же интенсивностью заниматься своей энергетикой, я позволю тебе найти репетитора по ясновиденью, чтобы ты смогла тренировать его без использования очков.

Такое позволяли очень редко, Катя знала об этом. Именно поэтому девушка не сдержала порыв обнять парня:

– Спасибо тебе огромное! Я правда-правда буду много и хорошо тренироваться! – не отдавая себе отчета, она с детской непосредственностью отскочила от Ника и крикнула в пространство:

– Слышишь, песик? Я скоро снова начну с тобой заниматься!

Ник же, в отличие от девушки, был более взрослым, осознанным и видящим человеком. Этот случайный порыв эмоций тронул его чуть глубже, чем следовало бы. Пес тоже заметил и сделал все, чтобы Ник увидел, что пес заметил. Загородив собой свою хозяйку, сущность оскалилась на него, хотя и не выражала желания напасть.

«Эй, мы были командой! И вообще, ты должен быть мне благодарен, что я даю вам возможность чаще общаться!» – подумал Ник, глядя на собаку.

«Только поэтому я тебя еще не сожрал, близнец», – рыкнул ему в ответ пес.

Никиту передернуло. Псина, которой обычно прикидывалась эта сущность, изменилась. Теперь, когда Катя его не видела, он был собой настоящим – огромным серым лохматым волком Фенриром.

«Прям как в легендах», – подумал парень, едва скрывая дрожь в ногах. «Что ж ты за мной таким не стоял?» – чисто из интереса уточнил Ник.

«Если бы я встал, ты бы лег. Как твой брат».

Больше говорить было не о чем. Никита перестал ясновидеть и весело улыбнулся Кате:

– А теперь за работу. Эта практика отнимает много энергии, так что сейчас мы будем ее восполнять!

Катя действительно очень старалась, но у нее не получалось Увидеть. Это бесило ее и не давало сосредоточиться на маленьких победах. А победы были: она уже умела перемещаться не только в собак, но и в хомяков, попугаев, рыбок, змей и пауков. Кошки пока давались ей не очень хорошо, но она работала над этим. Ник уже разрешал ей недолго побегать в теле щенка, но после таких занятий у Кати все болело.

– Не представляю, почему я не умерла от этого в детстве?! – возмущалась девушка, всеми правдами и неправдами борясь с усталостью.

«Она делала это неосознанно, ей не требовалась энергия на управление. Ну и, естественно, ей помогал я», – ответил на ее вопрос Фенрир. Ник вслух воспроизвел ответ для Кати.

С некоторых пор парень частенько пользовался услугами волка, для того чтобы развивать ученицу. Это было намного проще, чем пытаться докопаться до правды самому. И от волчьих советов Никита и сам учился быстрее. Это было на руку всем, вероятно, даже Фенриру, потому что иначе столь мощная сущность вряд ли согласилась бы помогать. Но мотивов волка парень по-прежнему не знал.

– Как твои занятия ясновиденьем?

– Спасибо, паршиво! – девушка закончила упражнение и нахмурилась. – Не могу понять: что я делаю не так? Почему у меня не получается?

Парень усмехнулся и припомнил кое-что из своего прошлого.

– Ну, я в свое время тоже долго на этом сидел. – Невзначай кинул он.

– Расскажи! – ее подкупающая непосредственность все больнее и больнее капала на мозг парня. И если он в ближайшее время не решит этот вопрос, вероятно, все выйдет из-под контроля, а это не было нужно никому.

– Я барахтался в самом начале. Не знал, с какого края вообще подступиться. Я знал, как должно быть – моим примером были очки, но я не представлял, как этого достичь. Мне тогда брат подсказал одно средство.

Ник слишком поздно осознал, какую глупость он только что совершил.

– У тебя есть брат? – удивленно уставилась на него Катя.

– Был, – пытаясь не выдать своей паники, отвел глаза парень, – умер. И не будем об этом, ладно?

– Соболезную. – Тихо прошептала девушка и тоже умолкла.

Глубоко вздохнув, парень мысленно перекрестился и продолжил:

– Так вот, пока он был жив, он успел показать мне одну хитрость.

– Что за хитрость? – неуверенно поинтересовалась Катя.

– Я тогда не был особым сенсетивом, чувствовал что-то по мелочи, но в целом середнячок. Лучше всего у меня шли тактильные ощущения. – Он поднял свою пятерню. – Я всем хвастался, что могу ощутить, что человек таскает под комбинезоном.

– И ты действительно мог?

– Я и сейчас могу. – Пожал плечами парень. – Тогда, конечно, похуже, но тоже мог.

Ник взглянул на девушку, которая, к его удивлению, отвернулась и немного покраснела. Парень мысленно отвесил себе подзатыльник за сообразительность, извинился перед Фенриром за нелепый казус и продолжил:

– Так вот, брат посоветовал мне не ясновидеть, а яснощупать. – Он сделал паузу, позволяя информации дойти до хмурой девушки. – Я сначала отбрыкивался, мол, фу, какая чушь, но потом разок попробовал и втянулся. У меня действительно очень хорошо получалось ощущать невидимый мир: шероховатости, тепло-холодности и прочее-прочее. Потом, сообразно своему опыту, я стал прибавлять зрение.

– Как?

– Стал представлять себе, как должна выглядеть поверхность с такой структурой. Ну и постепенно мой тактильный мир наполнился красками, звуками, вкусами и даже запахами. Сейчас я могу учуять твоего пса с той стороны зала.

– Вау, круто! – искренне поразилась девушка. – Но… как это можно применить ко мне?

– Ты смеешься? – вздернул бровь парень. – Это же до рези в носу очевидно.

– Как можно различать тонкий мир по запаху? Это же уму непостижимо! Я даже не буду знать расстояния! И мне никак не проверить, реальный это запах или тонкий!

– А тебе и не нужны такие подробности. – Пожал плечами Ник. – Главная задача сейчас – научиться хоть как-то ориентироваться в тонком мире. Плотный ты и так знаешь, так что просто обращай внимание на то, что чувствуешь, но чего не видишь. Чуешь запах – иди в его сторону. Рано или поздно упрешься куда нужно. Да и к тому же у тебя есть пес. Можешь идти на его запах, он точно приведет тебя куда нужно.

Катя немного поникла. Это действительно казалось довольно очевидным решением.

– Ну и чего ты расстроилась?

– Глупая потому что. – Стукнув себя по голове, грустно улыбнулась девушка.