Покорись нам, ведьма
- -
- 100%
- +
– Не трогай меня! – я прекрасно понимала, как бессмысленно просить его об этом.
– Сопротивляешься мне? – в тихом шепоте появились рычащие нотки.
– Не надо! – прошептала, в ужасе глядя на сгущающуюся тьму перед собой, постепенно принимающую очертания высокого мужчины.
– Значит, готова принять наказание?
Я сжалась, понимая, что мне не оставили выбора. Вернее, он был, но какой?
– Так что ты выбираешь, жемчужина? Наслаждение или страдание? Я могу подарить тебе то и другое.
Я молчала, не в силах сама подписать себе окончательный приговор.
– Решай… – я скорее почувствовала, что тьма колыхнулась, вновь с жадностью потянувшись ко мне.
– Страдание! Я выбираю его!
*****
– Мади, я скоро вернусь! – мама мягко мне улыбнулась – так, как это умела делать только она. Я, пятилетняя малышка, прижалась к ее ногам, не желая отпускать: моя магия просыпалась, и мама была нужна мне сейчас особенно сильно, как глоток свежего воздуха. Такова была особенность принятия нашей силы из поколения в поколение.
– Ну, будет! – мама опустилась на колени, крепко прижимая меня к себе, баюкая в кольце своих рук. – Я только продам зелья на рынке и вернусь, а после мы продолжим наши занятия, хорошо? – на меня смотрели изумрудные глаза, в точности такие же, как мои. Мама звонко чмокнула меня в щеку, накинула плащ с глубоким капюшоном и, подхватив плетеную корзиночку со склянками, вышла за дверь.
Маленькая я осталась стоять у окна, улыбаясь и весело махая ей рукой на прощание, еще не зная, что видит маму в последний раз. Взрослая я невидимой тенью последовала за красивой молодой ведьмой, что сейчас торопливо шла по улице, спеша поскорее добраться до рынка.
Торговля шла бойко: Ксандру на рынке знали, как талантливого зельевара, чьи целебные отвары и мази неизменно давали хороший эффект. К тому же, молодая женщина была очень красива – высокая, стройная, с волнистыми волосами цвета воронова крыла, обрамляющими нежное лицо с тонкими чертами лица и выразительными глазами. Возможно, кто-то из горожан догадывался, кто она на самом деле, но кричать об этом на каждом шагу не спешил – лекарей на всех не хватало, а услуги тех, что были, стоили очень дорого.
Я стояла на противоположной стороне улицы, не видимая никем, жадно всматриваясь в ее черты после стольких лет разлуки. Впитывая в себя каждое движение изящных маленьких рук, каждую искреннюю улыбку, что она дарила покупателям, вместе с неизменным пожеланием скорейшего выздоровления.
Вскоре корзинка опустела, и мама начала продвигаться к выходу, ненадолго задержавшись у лотка, где продавали деревянных кукол. Вырезанные из белоснежного дерева, с ножками и ручками на шарнирах, с длинными волосами, сделанными из конского волоса, они выглядели необычайно трогательно. Ксандра о чем-то спросила торговку, и та протянула ей очаровательную куколку со светлыми волосами, наряженную в пышное белое платьице, украшенное бантом на поясе.
Рассчитавшись и положив подарок в корзину, молодая ведьма пошла по одной из улиц, улыбаясь чему-то своему. Сердце вдруг резко сжалось от плохого предчувствия. Почему я вижу… это? Разве я не выбрала страдание?
Это случилось внезапно. Стоило маме завернуть за угол, как из узкого темного переулка появились чьи-то руки, зажимая ей рот и утягивая внутрь.
– Отпустите ее! – невидимая я метнулась следом, успевая заметить, как двое в черных плащах, с накинутыми на головы капюшонами, затаскивают ее внутрь внезапно открывшегося портала. Мама отчаянно сопротивлялась, упираясь ногами, но все было бесполезно – на ее руках уже были надеты наручники, сковывающие магию. Корзинка упала, покатившись по земле, и куколка в белоснежном платьице выпала из нее.
– Стойте! – в последний момент я все же успела влететь в портал, и он мгновенно схлопнулся за нами, не оставляя после себя ничего, кроме сломанной игрушки, втоптанной тяжелым мужским каблуком прямо в грязь.
*****
Я оказалась в очень странном месте, больше всего похожем на огромный мрачный ритуальный зал. Судя по отсутствию окон и давящему камню вокруг, он находился глубоко под землей, возможно, в горах. Об этом говорила необработанная горная порода с вкраплениями матово-блестящего черного шерла* (*он же черный турмалин, он же камень ведьм).
Крик, полный боли, раздался где-то впереди, и я бросилась вперед, так быстро, как позволяло мое призрачное тело. Мама лежала на огромном каменном алтаре странной формы, похожем на круг с нанесенными на него незнакомыми мне письменами. Хотя нет, где-то я уже видела подобные… Ну точно, на дверях бального зала в замке у высших! Не ее руках и ногах были надеты тяжелые кандалы, цепи от которых тянулись в разные стороны, делая ее абсолютно открытой – распятой перед теми, кто собрался здесь, образуя ритуальный замкнутый круг.
– Где он? – один из собравшихся, скрывавший лицо глубоким капюшоном, направил узкий поток своей магии на кандалы, и я с ужасом увидела, что они начинают раскаляться, причиняя маме неимоверную боль.
– Я не знаю, у меня его нет! – мамин истошный крик ворвался в сознание, взорвавшись в нем болью. Так, будто мы были с ней все еще связаны, и сейчас делили эту боль одну на двоих. Я дергала кандалы в попытке освободить ее, даже зная, что все усилия тщетны. Мои руки проходили сквозь них, я была просто воздухом. Воздухом, который мог видеть, слышать и чувствовать, но не мог ничем помочь самому близкому, самому родному для меня человеку.
– Лжешь! – инквизитор начертал в воздухе круг, заискрившийся разрядом тысяч маленьких молний, и направил его прямо на нее. Женский крик, полный невыносимой боли, заполнил собой все подземелье, многократно отразившись от сводов.
– Говори, или я продолжу! – в голосе инквизитора не было ничего, кроме злобы. Он просто стоял и смотрел на несчастную, по телу которой, оставляя черные дымящиеся следы, пробегали остатки магических молний, похожих на змей.
– У меня… его нет, – с трудом выговорила мама, глядя на него глазами, в которых застыла мука.
– Что ж… Я знал, что ты скажешь именно так, – инквизитор вновь воздел руки, призывая свою ужасную магию, и новые смертоносные молнии засверкали в воздухе, стремительно устремляясь вниз…
Мама корчилась от боли и кричала без остановки, пока молнии били в ее красивое нежное тело снова и снова, выжигая в нем черные дыры. И я кричала вместе с ней – до хрипов, задыхаясь от жуткой, убивающей тело боли, проникающей внутрь все сильнее. До поломанных пальцев, бессильно царапающих древний зловещий алтарь, принимающий новую жертву. Лежа рядом с ней, прижавшись в попытке закрыть, защитить, мечтая лишь об одном – забрать ее боль себе – всю, до последней капли.
– Довольно, – вперед вышел еще один из собравшихся.
– Ведьма, – он обратился к маме, одна сторона лица которой теперь представляла из себя жуткую обугленную рану, – ты умрешь быстро, если отдашь его нам, если же нет… Ты знаешь, что будет.
Мама вдруг засмеялась страшным, булькающим смехом. Зубы ее покраснели от крови, но она с ненавистью смотрела на инквизитора единственным уцелевшим глазом, мерцающим сейчас как изумруд.
– У тебя ведь осталась дочь, не так ли? – вкрадчиво спросил мужчина.
– Ты не посмеешь, ты знаешь закон!
– Уверена?
– Да, – выплюнула она зло. – Ты ничего не получишь. Вы все, слышите? – Она обвела взглядом стоявших вокруг нее мужчин. – Жалкие трусы, что даже не открывают нам лиц. Вам все равно не победить! Рано или поздно вас уничтожат!
– Ты сделала свой выбор, – инквизитор отошел назад, вновь замыкая круг, и вскинул вверх руки, призывая магию.
– А-аа!! – новый крик, полный жуткой боли, больше похожий на вой, разнесся по подземелью. Он все длился и длился, заполняя собой каждую клеточку моего тела. Я бы давно потеряла голос, если бы он у меня был, но я могла лишь беззвучно кричать, подползая к маме еще ближе, накрывая ее своим призрачным телом, беря ее маленькую ладошку в свою, тоже призрачную.
Вместе. Вдвоем. Мы умирали снова и снова. До хрипоты. До истерзанной пытками плоти. До собственной магии, сейчас выжигающей нас изнутри, беснуясь в попытке вырваться на свободу, не желая исчезнуть навеки. До измученных душ, что боялись не за себя – за любимых. Только вдвоем. Навсегда.
«Мама!» – в последний раз я взглянула на родное лицо, глаза на котором закрылись навечно. «Мамочка! Не-еет!!» – я падала, падала и падала куда-то в беспросветную бездну отчаяния и боли.
И не было ей конца до того момента, пока она не сомкнулась над моей головой, поглотив без остатка.
Глава 9
Когда я пришла в себя, то обнаружила, что нахожусь в собственной комнате и лежу на ненавистной огромной кровати, а рядом со мной, спрятав лицо в ладонях, сидит Марта.
– Марта? – тихонько позвала я, боясь, что ей тоже могло достаться из-за меня.
– Наконец-то! – ведьма, уронив руки на колени, внимательно вглядывалась в мое лицо. – Как ты себя чувствуешь?
– Пока не знаю, – я попыталась обратиться к собственной силе, и с ужасом поняла, что она не отзывается. – Моя магия, она…
– Вернется, – Марта сжала мою руку. – Такое бывает после их наказаний, – она отвела глаза в сторону.
– Ты ведь знаешь, что они не люди, а высшие демоны?
– Да, – Марта посмотрела на меня тоскливыми пустыми глазами, а я только сейчас поняла, что она достаточно молода, просто выглядит так, как будто из нее выкачали всю жизнь.
– Скажи, эта Ивона… Кто она и почему помогает им?
– Ты задаешь опасные вопросы, Мадлен. Лучше не связывайся с ней, она очень мстительная.
Я с признательностью кивнула. Мне тоже показалось, что Ивона по какой-то причине ненавидит нас, собственных сестер. А меня и Кору она, кажется, и так уже выделяет особенно.
– А ты давно в этом замке? – я решила воспользоваться случаем, и разговорить ведьму.
– Достаточно.
– И это они… сделали с тобой… – я замялась, не зная, как продолжить.
– Они? – Марта горько усмехнулась. – Нет, Мадлен, не те, что находятся здесь сейчас, другие.
Видя непонимание на моем лице, она добавила:
– Они меняются. Раз в несколько лет, когда проходит подобный отбор. Одни появляются, другие уходят, и больше никогда не возвращаются, – Марта поднялась и начала расставлять на столе мой завтрак, тем самым показав, что большего я от нее сейчас не добьюсь.
Я же лежала, прокручивая в голове все, что случилось. Судя по тому, что никаких жутких ран на моем теле не было, их наказание – не физическое, они просто достают из глубин души самые страшные, самые болезненные воспоминания. Или страхи. Заставляя переживать их снова и снова – так, будто это происходит на самом деле.
Но в моем случае они пошли еще дальше – показали то, о чем я могла лишь догадываться. Смерть моей мамы. Которую я разделила с ней на двоих, потому что наша связь была не разорвана на момент ее исчезновения. Зато теперь я знала точно – ее убили инквизиторы, замучив до смерти. Мои руки сами собой сжались в кулаки до впившихся в кожу ногтей, оставляя на ней кровавые борозды. Я обязательно выясню, что они от нее требовали, и отомщу. Клянусь.
*****
Со своими сестрами я встретилась уже днем, гуляя по парку. Кора и Мина тут же подхватили меня под руки, увлекая в беседку, укрытую густыми зарослями кустов, и я, не таясь, рассказала им все, что случилось. Обе ведьмочки долго молчали, но я чувствовала, что мой рассказ потряс их до глубины души.
– Это… просто ужасно, – наконец, произнесла Кора. – Если я попаду туда, и они заставят меня пережить собственные страхи, я… – она отвернулась, глядя куда-то вдаль заблестевшими от невыплаканных слез глазами, и я ободряюще сжала ей руку. Я знала, о чем она сейчас думает: о своей маленькой дочке и о страхах за собственное дитя, свойственных любой матери.
– Может, есть другой способ… – заговорила я неуверенно…
– Вряд ли, – Кора горько усмехнулась, – Гавар вчера ясно дал мне понять, что не отступится.
– А что было после того, как меня увели? – я решила немного отвлечь ее от грустных мыслей.
– К Кайдену подошел Геральд, и они долго о чем-то говорили, – встряла Мина, – а потом Кайден ушел и, кажется, не один…
– С Луизой? – догадалась я.
– Да, – Мина виновато смотрела на меня.
– Так это же чудесно! Может он, наконец-то, от меня отстанет!?
Кора лишь покачала головой. Впрочем, я сама не верила в то, что говорила. А еще… если Кайден ушел с Луизой, то кто же тогда приходил ко мне в камеру?? Или он закончил с ней раньше, а после пошел ко мне?
*****
Этой ночью мне не спалось – сказывалось то, что я выспалась утром, поэтому сейчас я лежала на жестком неудобном диванчике и бездумно смотрела на темный потолок, на котором плавали тени от трепещущих свечей в канделябрах.
Что же такого инквизиторы требовали отдать им? Мы жили очень бедно, практически не общались с сестрами, не состояли в ковене, а, значит, не были посвящены ни в какие дела ведьм. Моя мама не являлась хранительницей артефактов или чего-то подобного, у нее не было тайн… Если только…
Я резко села на диване, осененная внезапной догадкой: если только тайна не была связана с ее исчезновением перед моим рождением. Бабушка никогда не рассказывала мне об этом, кроме того случая, когда передавала…
Медальон! Ну конечно же! Я сняла с шеи украшение на цепочке и по-новому вгляделась в него, хотя за эти годы успела выучить на нем каждую деталь, вплоть до мельчайших царапинок. Выпуклый, овальной формы, очень старый на вид, он должен был, по идее, открываться, распадаясь на две половинки. Вот только замка на нем не было. Я помнила, как еще в детстве безуспешно пыталась разгадать его тайну. Но, может, получится сейчас?
– Откройся! – я вложила в слова толику магии, что уже потихоньку начала ко мне возвращаться, но ожидаемо, ничего не произошло.
Тогда я попробовала нажать на округлый переливчатый камень, украшавший его – странно теплый, гладкий, как шелк. Но и это не возымело никакого действия. Поднеся украшение ближе к свету, я задумчиво разглядывала причудливую игру света, заключенную внутри камня – как будто там танцевали всполохи пламени – алого, оранжевого, медового, и даже зеленого цветов.
«Странный камень, – подумала я. – Может ли это украшение быть тем, что требовали отдать инквизиторы?» Ответа пока не было.
Еще какое-то время я сидела, задумчиво глядя на пламя свечи, а потом решительно поднялась и направилась к двери. Нет смысла сидеть и ждать, пока всех нас сломают, как Марту. Нужно действовать, и как можно быстрее. Как минимум осмотреться в замке, пока все спят, и, как знать, может я найду что-то интересное? Что-то, что поможет мне спастись? Всем нам?
Рисковала ли я? Да, очевидно. Но я также знала одно: высшие не берут ведьм силой, им нужно, чтобы мы покорились им добровольно, даря свою страсть. А их жалкие шавки не посмеют тронуть меня без приказа. Как это ни парадоксально, больше всего сейчас я опасалась Ивону, свою же сестру. Вот она действительно может доставить проблем. Впрочем, я надеялась, что с ней я сегодня не встречусь.
*****
Замок спал, убаюканный темной бархатной ночью. Ароматические свечи таяли в канделябрах, и их свет танцевал на старинных картинах, мимо которых я бесшумно кралась, отчего казалось, что люди на них оживают. Безмолвные залы, все как один, роскошно обставленные, навевающие определенные мысли. Лунные лучи, настойчиво проникавшие сквозь высокие витражные окна, то и дело зажигавшие серебристо-голубым светом отдельные предметы интерьера.
Мне казалось, что я брожу вот так, совершенно одна, уже очень долго, когда впереди послышался тихий женский смех, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков. Она часть меня молила тотчас же убраться подальше отсюда, но вторая часть – любопытная, новая для меня, настойчиво толкала вперед – посмотреть, что происходит там, в следующем зале. Ноги сами понесли меня вперед – тихо, незаметно прикрывшись магией.
На пороге зала я замерла, боясь как-то выдать себя, во все глаза смотря на то, что происходило внутри. Геральд, в одних лишь кожаных брюках и сапогах, стоял у камина, подсвеченный его алым пламенем. Взгляд сам собой прикипел к сильному загорелому телу – широким плечам, на одном из которых была татуировка с каким-то опасным на вид существом, литым пластинам мышц груди, идеальному прессу, сильным рукам, с перевитыми канатами мышц… Рукам, в которых, прикрыв глаза, сейчас тихо постанывала от наслаждения черноволосая ведьма.
Ивона! Демон с жаром целовал свою любовницу, в то время как его руки умело ласкали ее красивое тело.
Застыв каменным изваянием, я смотрела, как длинные сильные пальцы демона плавно спускались по женской оголенной спине, заставляя ведьму выгибаться навстречу чувственной ласке. Ее платье болталось в районе талии, и сейчас Ивона прижималась возбужденными сосками к мужчине, потираясь о него, как блудливая кошка. В воздухе словно сгущалось возбуждение – сладкое и вязкое, как мед. Я буквально чувствовала эмоции, переполнявшие любовников, их неконтролируемую страсть и дикое желание.
Брана! Надо уходить отсюда! Срочно! Зачем я смотрю??
– Гаральд, прошу… – Ивона была уже на пределе, и даже я, ничего не смыслившая в подобных вещах, понимала это слишком отчетливо.
– Мне кажется, с тебя пока хватит, – демон вдруг резко вскинул голову, и взгляд серебристых мерцающих глаз ввинтился прямо в меня. Он что, с самого начала чувствовал мое присутствие здесь? Пронзительный, завораживающий, слегка насмешливый, он поверг меня в ступор, но лишь на мгновение. А затем я тихо отступила на шаг назад, и еще на шаг, а следом развернулась и бросилась бежать.
«Что, Мади, нашла для себя что-то интересное ночью?» – язвительно сказала я себе, влетая в свою комнату и тут же подпирая дверь стулом, как будто он мог остановить демона, реши он пойти за мной. Подумав, для верности добавила к нему еще и столик. Защитить не защитят, но шума наделают, если кто-то захочет войти. Надеюсь.
«Демонам не нужны двери», – шепнул кто-то мрачно в моей голове, но я лишь отмахнулась от внутреннего голоса. И все же… Что имел ввиду высший, говоря, что с Ивоны пока хватит? Странно, почему он не взял ее там? Она явно была не против. Может, был уже сыт?
В эту ночь мне вновь снился он – тот, кто приходил ко мне уже не единожды. Тихие стоны и бархатный шепот. Нежное касание губ – к волосам, щекам, шее. Губам. Поцелуй – сначала напоминающий порхание крылышек бабочки. Дразнящий, искушающий. Приглашающий. Мои полуоткрытые губы в ответ. Поцелуй стал глубже, увлекая меня в пучину чувственной страсти. Умелые пальцы каждым касанием зажигали в теле огонь. Все сильнее, все ярче. Казалось, я плавлюсь в нем без остатка. И этот взгляд, что я чувствовала даже с закрытыми глазами – соблазняющий, покоряющий, полыхающий страстью. «Моя жемчужина» – то ли вздох, то ли шепот раздался на грани сознания, и дальше я спокойно спала до утра.
Проснувшись утром, я вновь обнаружила себя на кровати. Перевела взгляд на по-прежнему забаррикадированную дверь и горько усмехнулась. Демонам не нужны двери, чтобы явиться ночью, да? Интересно, почему он приходит ко мне лишь во сне? Я судорожно ощупала себя, но нет – одежда была в полном порядке. Физически он меня не тронул, но мысли…
«Кажется, я недооценила высших, – подумала я. – Они могут управлять нашими эмоциями даже во сне. Особенно во сне, когда мы беззащитны, и наша магия спит».
Я соскочила было с кровати, но тут мой взгляд зацепился за маленькую бархатную коробочку, лежащую рядом с подушкой. Дрожащими пальцами, даже не дыша, я потянулась к ней и отщелкнула крышку. На черном бархате лежала изящная подвеска с редкой золотисто-медовой жемчужиной, окруженной лепестками, усыпанными бриллиантами. Оцепенело я смотрела на этот подарок, пытаясь понять, осознать. А потом зло рассмеялась. Получается, высшие тоже остались мною довольны?
Глава 10
Если я думала, что инквизиторы будут держать своих пленниц исключительно в замке, то я ошиблась. Сегодня Ивона, собрав нас всех в своей личной гостиной, объявила, что мы едем горы. Зачем – ведьма, конечно же, умолчала, лишь недовольно сверкнула глазами, когда одна из сестер спросила ее. А я отчего-то втайне порадовалась, подумав о том, что кто-то, кажется, остался вчера не у дел.
Всех ведьм собрали во дворе замка и, окружив плотным кольцом, состоявшим исключительно из высших, повели рассаживаться по двум крытым экипажам, каждый из которых сопровождали семь верховых. Увидев это, я скрипнула с досады зубами: признаться, я надеялась, что мне удастся как-то сбежать по пути.
– Вы заметили, – прошептала кареглазая ведьмочка, которую звали Агата, севшая с нами в один экипаж, – с нами поехали только высшие инквизиторы, остальные остались в замке.
– Возможно, это какое-то тайное место, – неуверенно возразила еще одна ведьма по имени Хильда, с миловидным веснушчатым личиком.
Мы с Корой обеспокоенно переглянулись, но промолчали. С чего бы им в принципе куда-то нас вывозить и, главное, зачем? Не на прогулку же. Да и то, что своих прислужников они оставили в замке, а сами выехали в полном составе, навевало отнюдь не радостные мысли.
– Наверняка нам хотят показать что-нибудь интересное, – Кора постаралась отвлечь сестер от тягостных мыслей, и на время ей это удалось – девушки переключились на обсуждение местности, по которой мы сейчас проезжали.
– Мина, – я обратилась к девушке, которая этим утром была странно задумчива. – У тебя все хорошо?
– А? Да, конечно, Мадлен, все хорошо! – Мина мне улыбнулась, вот только я ей ничуть не поверила. «С ней что-то происходит, – подумалось мне. – Нужно обязательно с ней позже поговорить».
Экипажи, меж тем, объехали замок, оказавшись с той его стороны, где я еще не была, и я потрясенно прильнула к окошку – оказывается, замок стоял на огромном горном плато, густо покрытом лесом, и сейчас мы спускались с него, петляя на крутых поворотах. Горные сосны, огромные серые валуны, пролежавшие здесь многие тысячи лет – неужели мы едем в каньон?
Но нет, я вновь ошиблась: на развилке дороги мы повернули направо, и спустя еще полчаса приехали к высокому, узкому зеву… пещеры?
*****
Да, это была именно она – огромная, с вкраплениями непонятной породы на каменных сводах, дававшими слабое голубоватое мерцание, и с удивительно светлым, для такого места, круглым подземным озером, блики воды от которого танцевали потусторонними тенями на стенах вокруг.
– Ведьмы, – вперед вышел Геральд, не сводящий с нас, столпившихся у входа, леденящего взгляда. По холодному отстраненному выражению лица высшего инквизитора нельзя было что-то прочесть, и я невольно передернула плечами. Зачем они нас сюда привезли?
– Это озеро – один из последних древних источников магии. Сейчас вы войдете в него, чтобы подпитать свои силы, – прозвучало как приказ, не подлежащий обсуждению, и это невольно вызвало бурю протеста внутри. Что-то произошло со мной после их наказания. Что-то настолько серьезное, что мне все сложнее становилось удерживать внутри ненависть к ним.
Серебристый взгляд тут же безошибочно выделил меня в толпе, и я постаралась взять себя в руки. «Помни о том, что они легко считывают эмоции, думай о чем-нибудь отстраненном», – напомнила себе, замечая, что демон сразу же равнодушно отвернулся. От нечего делать я стала рассматривать его собратьев и вновь напряглась: все они зашли вместе с нами и теперь рассредоточивались вдоль озера, беря его в кольцо. Окружая то ли нас, то ли… «Неужели ритуал?» – я и так не горела желанием идти в холодную воду, а сейчас и подавно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.