- -
- 100%
- +
Ну почему в моей жизни так много курьезных моментов? Они будто преследуют меня. Куда бы я ни пошла, кого бы ни встретила, в какие просто неловкие ситуации я не попадала…
От этих мыслей неприятно сдавливает грудь.
Я откидываю голову назад, чтобы посмотреть в потолок. Длинные блондинистые локоны сползают на затылок. Тишина наполняется только звуками телевизора позади меня.
Я чувствую себя дурой, именно так я себя сейчас ощущаю.
Теперь понятно, почему я не могу понравиться Пономарёву. Что он вообще увидеть в такой тупице, как я?
Пономарев.
Припаркованный «БМВ» с открытым капотом, запах моющего средства и кофе из стаканчиков. Серый что-то бурчит про свечи зажигания, а я отвернулся к стойке – протираю руки тряпкой, когда дверь стучит.
– О, – Ренат сразу выпрямляется, увидев Полину.
Макс уже идёт к ней, оставляя гаечный ключ на капоте. А я просто смотрю. И вспоминаю Успенскую утром: с перевёрнутыми рукавами, глупой улыбкой.
– Сань, ты че застыл? – Гора тычет мне в бок.
Я резко отворачиваюсь, хватаю баллончик с полиролью.
– Да фигня. Кому тут колеса подкачать?
Серый всё ещё возится с мотором машины и время от времени выкрикивает что-то про замыкание и аккумулятор. Макс всё ещё стоит с Полиной. Гора и Ренат продолжают спор. Я возвращаюсь к чистке колес. Я и забыл, как это всё утомительно. Рука уже устала держать тряпку, а колеса всё ещё блестят не так, как надо. Я бросаю недовольный взгляд в сторону Полины и Макса.
– Макс, харе целоваться со своей, иди помогай.
Он наконец отрывается от Полины и посмеиваясь идёт к нам.
– Ладно.
Он забирает у меня тряпку и принимается чистить колесо. Ренат хмыкает и кидает в меня тряпку:
– А ты не завидуй.
Тряпка шлепается мне в лицо, влажная и пахнущая автошампунем. Я срываю её и бросаю обратно в Рената.
– Да я ж не завистливый!
Все ржут. Даже Серый, который обычно молчит как рыба. А Полина хихикает, облокотившись на капот.
– Ему просто самому свою девчонку хочется, – вставляет свою реплику Гора.
– Какая девчонка? – фыркаю. – На фига она мне?
Я указываю пальцем на Рената с Максом.
– Девчонки – это ерунда. Не надо вестись на них, но эти двое повелись.
Ренат и Макс наконец приходят в себя, отвлекаясь от своих мыслей и смотря на меня. Гора прыскает, Серый хмыкает и Макс наконец-то подаёт голос.
– Это кто, блять, ерунда? – усмехается Макс, вынимая сигарету изо рта.
Я незаметно киваю на обоих Ренат с Максом нападают на меня, и мы вдвоем падаем на песок, устроив потасовку прямо около машин. Гора и Серый смеются на заднем фоне. Я пытаюсь отбиться от Рената, а он запрыгивает на спину, удерживая мои руки. Макс держит мои ноги.
– Теперь говори, что девочки – это брехня, щенок!
Я резко дергаю ногой и Макс с удивлением отпускает мою ногу, когда мой ботинок случайно попадает ему в живот. Он закатывается со смехом, отпуская меня, а Ренат всё ещё висит на спине.
– Ой, сорян, Макс! – я кричу, но сам смеюсь.
Потому что он сам дурак – полез в драку, вот и получил.
Все теперь ржут, включая и Макса, который корчится на песке, но всё равно улыбается.
Ну может, девчонки и не совсем ерунда. Но не мое это.
Ладно, девчонка симпатичная, ну и? Стоит ли вся эта возня с цветами, смс-ками и 'давай поговорим'? Мне и так норм – гоняю, бухаю с пацанами, живу как хочу.
Даже если представить… Ну встретились, ну потусили. А потом? Скандалы из-за того, что не позвонил, нытьё 'ты меня не ценишь', это дурацкое 'нам надо серьёзно поговорить'. Не, ну на фиг. Я не создан для этого цирка. Пусть эти страдают: Макс с Ренатом – им нравится.
Бабы сначала улыбаются так, что искры из глаз, потом требуют 'серьёзных разговоров' ночью, а в итоге – либо слезы, либо 'ты ничего не понимаешь'.
Хотя если её смех – как щелчок по нервам, а взгляд – как удар током, то может, оно того и стоит?
Резко бросаю гаечный ключ в ведро – тот грохается так, что все оборачиваются.
– Чё смотрите? Колеса сами накачаются?
Да и вообще эта Успенская ненормальная. Я заметил, что она постоянно улыбается и смеётся. Ей даже подходящее прозвище можно дать: смешинка.
4 часть.
Успенская.
Понедельник. Солнце светит так ярко, что аж глазам больно. Я стою перед зеркалом в своей комнате и делаю последний штрих – подкручиваю непослушную прядь волос.
Ну всё, Саша, соберись. Ты – огонь! Красивая, умная и да, самая весёлая!
За выходные я решила, что добьюсь внимания Пономарёва.
Надеваю любимые джинсы, белый лонгслив и куртку. Выгляжу отлично, даже сама себе нравлюсь.
– Сегодня он точно обратит на меня внимание! – говорю я своему отражению и решительно хлопаю себя по щекам.
Выхожу на улицу, и ветер играет моими волосами. Я улыбаюсь, представляя, как Пономарев увидит меня и наконец-то перестанет делать вид, что я для него – пустое место.
Ну держись, Пономарев. Ты не готов к такой Саше!
Толпа студентов спешит по коридорам, смеясь и переговариваясь. Но я всё равно ищу взглядом его знакомую фигуру. Вот только его нигде не видно. Даже у его привычной компании.
– Где его черти носят…
Раздраженное фырканье сбоку. Я поворачиваюсь. Макс стоит, привалившись к шкафчику, с наглой ухмылкой на лице. Рядом Полина.
– Привет, ребята! – улыбаюсь им.
– Санька ищешь?
– Почему ты решил, что я ищу именно его? – фыркнула я, косясь на Полину.
Она рассказала Максу, что я влюблена в Пономарёва?
– Да брось, Успенская, – закатывает глаза Макс, прижимая к себе Полину. – Мы все не слепые.
– Я ничего не рассказывала! – восклицает Полина.
– Да я сам все вижу, все эти твои взгляды на него, – Макс задумчиво смотрит на меня, а после говорит, – ты хорошая девчонка, так что прямо тебе скажу: ты достойна лучшего.
Некоторое время я просто молчала. Макс сказал всё так прямо, что даже не знаю, как ответить. Я действительно заслуживаю большего. Больше, чем взгляды, больше, чем просто неуверенные отношения… И… может, и правда, стоит перебороть свое упрямство и наконец признать очевидное?
Но как такое доказать влюбленной девчонке?
Макс просто вздыхает и качает головой, но больше не пытается меня остановить. Полина смотрит на меня с легкой грустью – она знает, что мне бесполезно что-то доказывать сейчас.
Я прохожу мимо них, шагаю дальше по коридору – и вижу его. Пономарёв стоит у окна, задумчиво смотрит куда-то вдаль. Его обычно насмешливый взгляд сейчас серьезный, почти отрешенный. И почему-то от этого щемит в груди.
Вот и он. И что теперь? Подойти? Развеселю его! Натягиваю улыбку, вытаскиваю из кармана чупа-чупс и протягиваю ему. Он вдруг поворачивается в мою сторону, будто почувствовал взгляд. Я поднимаю бровь, всё ещё с чупа-чупсом в руках, и смотрю прямо на него.
– Это че?
– Чупа-чупс.
Он моргает, будто выходя из ступора. Потом хмыкает и качает головой:
– И с чего это вдруг?
Я пожимаю плечами, делая вид, что всё под контролем. Хотя руки немного трясутся.
– Ты выглядел грустным.
Его лицо на секунду теряет обычную каменную маску, будто я невзначай задела что-то, что он тщательно скрывал. Он быстро хмурится и отводит взгляд, но уже поздно: я успела заметить.
– Да кому какая разница, как я выгляжу? – бросает через плечо, но звучит это не так уж убедительно.
Я протягиваю чупа-чупс ближе – почти тыча ему в грудь.
– Возьми. И перестань киснуть.
Он смотрит на конфету, потом на меня и вдруг – резко хватает её, будто боясь передумать. Кажется, он всё-таки взял. Маленькая победа?
Пономарёв разворачивает фантик, на секунду задумывается, потом неожиданно поворачивается ко мне спиной и делает вид, что внимательно изучает конфету. Но я всё равно успеваю заметить – уголок его рта дрогнул. Почти что улыбка. Через пару секунд он уже жуёт чупа-чупс, а я стою рядом, стараясь не выдать своё торжество.
– Ну и дурацкая у тебя привычка – лезть не в своё дело.
Говорит это беззлобно, даже с намёком на шутку.
– Зато работает, – я улыбаюсь во весь рот, потому что вижу – он уже не хмурится.
Может, и правда – чупа-чупс лучше всяких слов?
– Да и вообще сладкое всегда поднимает настроение!
Он хмыкает, а потом смотрит на меня с чуть теплейшим взглядом. Кажется, чупа-чупс всё-таки подействовал.
– С этим трудно спорить.
И вдруг в его голосе слышится чуть заметное веселье.
– Хотя, знаешь, у тебя есть ещё одна дурацкая привычка.
– Какая? – удивляюсь я.
– Ты всегда смеёшься.
– Это разве плохо?
– Нет. Наоборот. Просто, – отводит взгляд и чуть кусает губу и вдруг выглядит совсем задумчивым. Как будто слова уже на кончике языка, но он не решается их произнести. Я пристально смотрю на него в ожидании.
– Забей.
Я неожиданно хлопаю его по плечу – так, что он вздрагивает.
– Эй, Пономарев, если ты собрался сказать что-то важное – не тяни резину!
Он морщится, но уголки губ всё равно дрогнули.
– Ты невыносимая.
– Зато ты улыбнулся. Миссия выполнена.
Кажется, я начинаю понимать, как с ним работать.
***
В столовой шумно, но наш стол – отдельная вселенная. Гора что-то рассказывает, размахивая вилкой, Полина смеётся. Лера с Ренатом перешептываются. Я незаметно смотрю на Пономарева – он сидит, молча ковыряет вилкой котлету. Но теперь уже не хмурится.
Вдруг он поднимает глаза и ловит мой взгляд. Я не отворачиваюсь. Наоборот дерзко улыбаюсь и киваю на его тарелку.
– Котлета тебе ничего плохого не сделала, да?
Ренат фыркает, Макс закатывает глаза. А Пономарев… Пономарев вдруг коротко усмехается.
– Зато ты – делаешь.
Все за столом замолкают на секунду. Даже Макс. Потому что это – первый раз, когда он ответил мне без сарказма. Почти что по-дружески.
Прогресс. Медленный, но прогресс.
– Что же я делаю?
– Много болтаешь.
Я хихикаю в кулак. Сарказм от Пономарева никуда не ушел.
– Пацаны, а го тусовку у меня на выходных? – предлагает Гора, оторвавшись от компота.
Стол взрывается одобрительными криками.
– Гор, давно пора! – Макс стучит кулаком по столу, чуть не опрокидывая стакан.
– Лера, ты с нами? – Ренат хватает ее за руку, а она смеётся и кивает.
Я заметила, что на любую вечеринку Ренат ходит с Лерой. Без нее он перестал ходить куда-либо. Ну только с парнями и то там обычно Полина с Лерой.
– Я надеюсь, что на этой тусовке ты как в прошлый раз не разобьешь кому-нибудь морду, – добавляет Серый.
Гора хватается за сердце с драматичным вздохом.
– Ой, всё, травма прошлого всплыла! Серый, ну как ты мог усомниться в моей кристальной адекватности? – падает на колени перед Серым, изображая обиду, пока все ржут.
– Да ладно, в прошлый раз ты просто хотел 'проверить на прочность' стол. И проверил. На ремонт Горке пришлось копить полгода, – ржет Макс.
– Если что, я беру на себя роль трезвого охранника. Без штрафных – сразу в морду, – хмыкает Пономарёв.
Все, включая Серого, хохочут ещё громче. Я ловлю взгляд Пономарева и вижу, как он еле сдерживает улыбку.
Главное – чтобы эта тусовка не закончилась… ну, знаете, как в прошлый раз.
Университетский двор залит солнцем, а у ворот уже толпятся наши парни. Пономарев прислонился к фонарному столбу, курит и смотрит куда-то в сторону, но я-то знаю – он ждёт, когда я выйду. Ну или мне так хочется думать.
– Саш, давай уже, идём! – шепчет Полина. – Ты же пять минут назад рвалась на улицу.
Лера хихикает:
– Она просто боится, что Пономарёв опять скажет что-то колкое.
Я фыркаю и решительно шагаю вперёд – прямо к компании. Макс первым замечает нас и толкает локтем Рената.
– А вот и наши девчонки.
Пономарев поворачивает голову в нашу сторону. Его взгляд скользит по девочкам и останавливается на мне. Всё тот же нечитаемый взгляд, но сегодня в нём чуть больше внимания?
Прежде чем я успеваю что-то сказать, он резко отталкивается от столба и идёт в нашу сторону. Девочки замирают.
Он останавливается в метре от меня. Молчит. Потом резко суёт руку в карман куртки и вытаскивает новый чупа-чупс. Тишина. Потом все взрываются хохотом. Только Пономарев не смеётся. Он просто протягивает мне чупа-чупс и бормочет:
– Чтобы не ныла, что у тебя нет.
А потом разворачивается и уходит, оставив меня с дурацкой улыбкой и тёплым щемящим чувством где-то под рёбрами.
Я перевожу взгляд на девочек – Полина отчитывает Макса за сигареты, а Ренат с Лерой целуются, не замечая ничего вокруг. Гора стоит рядом и ухмыляется, но, поймав мой взгляд, показывает большие пальцы. Серый не упускает возможность подколоть Гору и это значит, что всё в порядке в нашем маленьком мире. И я вдруг осознаю, что всё совсем не так плохо.
Когда ты впервые встретишь человека, которого полюбишь на всю жизнь, ты поймёшь – не существовало такого чувства до этого момента. Любовь, влюблённость и страсть, то, что мы чувствуем до этого, меркнет перед чистейшей и настоящей любовью, которая рождается, когда ты встречаешь своего идеала. И в этот момент, ты больше никого не представляешь рядом с собой.
5 часть.
Никогда раньше я не готовилась к тусовке так тщательно, как сейчас. Я долго стояла перед зеркалом, примеряя платья и делая макияж. Я хотела выглядеть хорошо. Нет, даже не просто хорошо. Я должна произвести впечатление на Пономарева. Я хотела, чтобы он смотрел на меня и забыл обо всех остальных. Я хотела, чтобы в этот момент – только я была в его мыслях.
И вот, наконец, всё готово: прическа, макияж, платье, каблуки. Я знаю, что выгляжу потрясающе.
Я стучу в квартиру Горы. Через пару секунд на пороге появляется сам Гора: с банкой колы в одной руке и чипсами в другой. Его глаза округляются, когда он видит меня.
– Ничесе, это ты что-ли Успенская?
За его спиной раздаётся гул – кто-то кричит «пусти уже!», кто-то смеётся. Но я вижу только одно: в дальнем углу комнаты, у окна, стоит Пономарев. Он уже повернулся в мою сторону. И замер. Совсем. Даже сигарета в его руке перестала дымиться.
Я ухмыляюсь и делаю шаг вперёд – прямо в эпицентр вечеринки. Миссия «поразить Пономарева» – активирована.
– Привет! – улыбаюсь. – Я вижу, тут уже все собрались
Гора ухмыляется и широко распахивает дверь.
– О, это не Успенская, это какая-то модель с обложки явилась! – кричит в комнату, вызывая очередной взрыв смеха.
Я переступаю порог, чувствуя, как десятки глаз тут же устремляются на меня. Но мне важно только одно мнение. Пономарев всё так же стоит у окна, но теперь в его взгляде не просто удивление. Что-то тёплое, новое.
Макс свистит, Полина бросает в него салфеткой. Лера и Ренат перестали целоваться, чтобы оценить мой наряд. Но я уже иду сквозь шумную компанию – прямо к нему.
– Пономарёв, зык проглотил? – улыбаюсь, слегка наклоняя голову.
Он медленно выдыхает дым, прищуривается и вдруг – сбрасывает сигарету в стакан на подоконнике.
– Нет. Просто думаю, как тебе удалось стать ещё невыносимее.
Но он не отворачивается. И его глаза говорят совсем другое.
Миссия выполнена. Теперь главное – не сломать каблуки до конца вечера.
Иду к девочкам. Каждый наслаждается вечеринкой. Здесь и правда много народу.
Лера наклоняется ко мне и шепчет в ухо:
– Саш, ты нарядилась так для Санька?
Я слегка отстраняюсь от Леры, но тут же чувствую, как лицо нагревается. Быстро хватаю её за руку и шиплю в ответ:
– Тише! Он стоит в метре от нас!
Но Лера только хихикает и подмигивает мне, показывая глазами в сторону Пономарева. Я украдкой бросаю взгляд и замечаю, как он как раз отводит глаза, будто только что наблюдал за мной.
Полина, подхватив настроение, добавляет с ухмылкой:
– Саш, да ты прям горишь! Он точно уже понял.
Я в отчаянии хватаю со стола стакан с напитком. Кто-то кричит «это не твой!», но мне уже всё равно и я делаю глоток, лишь бы скрыть своё смущение. Но когда поднимаю глаза – ловлю его взгляд снова. И в этот раз он не отворачивается.
Может, каблуки были ошибкой? Теперь точно не сбежать.
Что-то в его взгляде меняется. Он медленно двигается, обходя стол, не сводя взгляд с меня, словно хищник, преследующий жертву. И каждое его движение приковывает мой взгляд к нему. Но тут я замечаю, как Пономарёв подходит к другой девушке.
«Kiss Me More» – Doja Cat/SZA. Весёлая мелодия заполняет комнату и Пономарев перехватывает девушку, приглашая её на танец. Она охотно идёт следом, хихикая. Он ведёт её, и они танцуют прямо в середине комнаты.
Несмотря на весёлую песню, в голове у меня – только один вопрос: "За что мне это?" Она обнимает его. Он кладёт руку ей на талию.
Полина сразу хватает меня за руку, чтобы я не сделала чего-то резкого, а Лера прикрывает рот ладонью – то ли от шока, то ли чтобы скрыть смешок.
– Тихо ты! – шипит Полина, но глаза у нее горят негодованием. – Он просто троллит тебя, видишь же!
Я сжимаю кулаки, готовая уже встать и сделать что-то глупое, но тут Лера резко тычет пальцем в их сторону.
– Смотри, смотри!
Пономарев танцует с той девчонкой, но его взгляд упорно скользит в мою сторону. Будто проверяет реакцию. И когда он ловит мой взгляд – еле заметно приподнимает уголок рта. Четко, как по нотам: он это затеял специально.
Музыка сменяется на медленную и он внезапно отпускает партнершу, сказав что-то на ухо. Та кивает и смеется, уходя. А он направляется ко мне. Но я резко встаю и приглашаю на медляк случайного парня. Он смотрит на меня с удивлением, но всё же позволяет мне прижаться к нему. Мы медленно танцуем, и я прекрасно вижу, как Пономарев сверлит нас взглядом. Сжатые губы, взгляд прожигает насквозь. Не знаю, что он чувствует в это момент, но я точно знаю, что чувствую я – вкус победу. Как бы он ни пытался меня задеть, он не дождётся моей слабости!
– Привет! Я Саша! – я улыбаюсь своему новому знакомому.
Парень улыбается в ответ. В отличие от Пономарева, он выглядит удивленным, но всё равно довольно улыбается.
– Привет. Я Руслан. Ты танцуешь просто потрясно!
Отлично. Я делаю вид, что полностью сосредоточена на нем и его похвале, но краем глаза всё равно бросаю взгляд на Пономарева. Теперь он выглядит по-настоящему злым и я понимаю, что всё делаю правильно.
Я танцую чуть плотнее, чуть ближе. Руслан выглядит слегка удивлённым, но старается держаться, а я даже позволяю себе улыбнуться ему. Всё это выглядит до безобразия невинно, но на самом деле это самая настоящая игра. Мы оба знаем это. Раз Пономарев злится, значит я интересна ему как девушка.
Я почти хочу рассмеяться, но всё равно продолжаю держать лицо, продолжая танцевать с Русланом. Я опускаю руку парня ниже талии. Руслан не сопротивляется, только слегка ухмыляется. Но меня теперь больше интересует реакция Пономарева и да, она того стоит!
Он хмурит брови настолько, что кажется, будто между ними образовалась трещина. Он молчит, но я вижу, как его руки сжимаются в кулаки. Я едва удерживаюсь, чтобы не расхохотаться.
Пономарев.
Бля, что за чувство? Я буквально чувствую, как это бесит. Я даже не понимаю, почему? Она просто танцует с каким-то чуваком. Но почему меня так злит, что она не танцует со мной? Она знала, что я подойду к ней, но пошла блять танцевать с каким-то пацаном. Серьёзно, что за хрень происходит?
Губы сжались в тонкую линию, а челюсть напряглась так, что казалось, вот-вот лопнет вена на виске. Я делаю шаг вперёд, но резко останавливаюсь, будто поймал себя на мысли. Глаза сузились, взгляд стал ещё острее, почти хищным. Ты сама это начала. Ты хочешь играть? Отлично. Тогда не жалуйся, когда игра станет грязной.
Я резко разворачиваюсь и иду к выходу, но не на улицу, а в сторону кухни. Через минуту возвращаюсь с бутылкой чего-то крепкого и сразу наливаю себе полный стакан. Пью залпом. Все вокруг замечают мое настроение, но никто не решается подойти. Кроме одного человека.
Гора аккуратно толкает меня плечом.
– Эй, Сань, ты чего?
– Наблюдаю за интересным представлением.
А потом взгляд встречается с ее. И в нём – обещание. Это ещё не конец.
Ты думала, что выиграла? Ошибаешься. Это только начало.
Взял первую попавшуюся тёлку – впихнул её в стену, прижал и поцеловал. Та даже пискнуть не успела. А смешинка? А смешинка прямо там, в метре, смотрит. Глаза округлились, губы поджала – всё, блядь, по щам видно, что зацепило. Отлично. Но почему-то не кайфово. Девка обнимается, а я смотрю сквозь неё – на Сашку. И мне блять не смешно. Мне хочется, чтобы это была она. Какого черта?! Отстраняюсь, девка что-то там лопочет про «ой, как круто», а мне пофиг. Смешинка уже отвернулась, делает вид, что смеется с подругами. Но я видел её лицо. Она не просто злится – она ревнует? Интересно. Допиваю стакан и решаю, что хватит целовать кого попало. Пора переходить к настоящей добыче.
Мне самому немного удивительно такое осознавать, но я понимаю, что не могу отрицать очевидного. Смешинка выглядит так горячо, что просто хочется…
Я снова смотрю в её сторону, но Лера и Полина окружили её, так что даже не видно её лица. И от этого только сильнее хочется подойти и отодвинуть их всех в сторону. Нет, нельзя сейчас всё испортить. Я снова наполняю свой стакан до верха.
Успенская.
Вот же козёл! Целуется с какой-то случайной девушкой, прямо при мне! Как будто специально. Ну да, конечно, специально. Чтобы я видела. Чтобы знала, что ему на меня плевать. А я-то, дура, переживала, думала, может, он… Ага, конечно. Видимо, просто хотел показать, что я для него пустое место.
Но больше всего бесит не это. Бесит то, что мне не всё равно. И он это понял. Ладно, Пономарев. Ты выиграл этот раунд. Но игра ещё не окончена.
Я резко отворачиваюсь и хватаю первую попавшуюся бутылку со стола. Кашель. Слёзы в глазах. Но теперь хотя бы есть оправдание, почему они наворачиваются.
Главное – чтобы никто не заметил, как мне больно.
Ко мне подсаживается Руслан и показательно подкатывает ко мне. Я специально наклоняюсь ближе к нему, смеюсь громче, чем нужно, и позволяю ему обнять меня за талию. Всё это выглядит так наигранно, что хоть стену пробивай. Но мне плевать – пусть Пономарев рвёт себе волосы, если хочет.
А внутри – пустота и злость. Почему он так делает? Почему ему вообще не всё равно? Почему он не подходит?
Но я не покажу этого. Если он думает, что я сдамся так легко – он ошибается.
Взгляд скользит над всеми, задерживаясь на Лере и Ренате, которые кружатся вдвоём в самом центре. Я не могу не улыбнуться. Они действительно выглядят очень счастливыми. А от Полины вообще исходит счастье. Она хихикает и хлопает в ладоши, когда Макс залпом выпивает большую бутылку алкоголя.
А теперь я снова смотрю на Пономарева. Он всё так же стоит у стены, сжимая в руках стакан. Но сейчас его глаза прикованы только к нам с Русланом.
Я хватаю парня и целую его в губы. Лицо Руслана выражает явное удивление. Секунда, вторая и он успевает ответить, не слишком думая. А я вскидываю взгляд вверх, надеясь, что Пономарев… Но в ответ вижу только, как его лицо каменеет. Он просто стоит, не двигаясь, даже не пытаясь что-то сказать. Только сжимает стакан до побеления костяшек, будто хотел бы его разбить о стену.
Руслан едва успевает отстраниться, когда Пономарев оказывается рядом, буквально выдёргивая меня из его рук и разворачивая лицом к себе. Он стоит слишком близко, слишком близко. Я могу чувствовать запах алкоголя из его рта. И это только ещё больше раздражает.
– Тебе весело?
– Руслан! Иди ко мне! – хихикаю и тянусь к парню.
Руслан бросает взгляд на Пономарева и, видимо, решив, что у него нет никакого желания ссориться, быстро уходит в сторону стола, присоединяясь к Максу и Полине, которые так увлечённо спорят, что даже не замечают его.
А Пономарев стоит напротив меня. О, он выглядит так, как я и ожидала – злющий и злой. Мне почти хочется рассмеяться прямо ему в лицо.
Я игнорирую его и залпом выпиваю стакан алкоголя. Слова Пономарева прут будто комьями – прямо в лицо, и звучат они достаточно жёстко, чтобы даже Руслан, с края комнаты, услышал.
– Ты вообще понимаешь, что творишь? Дурная девчонка, в самом деле. Размахиваться на всю комнату – только чтобы привлечь внимание?
– Привлечь внимание?? Твое что-ли
– И не только мое внимание. Руслан тоже выглядит довольным.
– Тебе то что?! – восклицаю я и тянусь к бутылке алкоголя. Чувствую, как мое платье задирается.
Разозлившись ещё сильнее, Пономарев хватает меня за запястье и разворачивает лицом к себе. Я дергаюсь, но его хватка слишком крепка, будто наручники.
– Ты даже не представляешь, что делаешь, глупая Смешинка.
И тут глаза его замирают. Смотрю на него и прикусываю губу. Я только успеваю пискнуть от неожиданности, когда он подхватывает меня и сажает на плечо. Мои руки сами вцепляются в его волосы, чтобы удержаться. Всё происходит слишком быстро, что я не успеваю даже придумать новую колкость.