Любовь по договору

Глава 1. Алексей

– Лёх, я тебе на почту скинул. – Голос Фёдора в трубке звучит устало.

Ещё бы! Четвёртый список за две недели. Я сбился со счёта, сколько кандидатур мы уже перебрали.

– Вижу. Сейчас гляну.

Открываю файл. Мелькают лица, имена, досье. Десять девушек, каждая с идеальной биографией, каждая готова хоть завтра сыграть свадьбу со мной.

Пролистываю.

Первая. Екатерина, двадцать восемь лет, главный редактор глянца. Слишком медийная. Будет пиариться за мой счёт.

Вторая. София, тридцать один год, архитектор. Разведена. Развод – минус. Избиратели увидят штамп и начнут копать.

Третья. Марина, как-то на внешность не очень. Я, конечно, понимаю, что с лица воду не пить. Да и жена мне нужна фиктивная. Но рядом со мной всегда были красивые женщины. Так что, увы, Марина, нам не по пути.

Листаю дальше. Пятнадцать лиц. И не одна не подходит.

– Фёдор, это всё?

– В смысле?

– В смысле это лучшее, что вы все накопали за две недели?

– Алекс, там каждая – конфетка. Образование, внешность...

– У одной в соцсетях фотки отдыха на Мальдивах чуть ли не каждый месяц. Избиратели вряд ли это оценят. У другой отец слишком известный, будет лезть в мои дела. Третья была замечена на закрытых вечеринках – всплывёт, и начнутся вопросы.

Закрываю файл. Смотрю в окно. Город зажигает вечерние огни.

Через два месяца выборы. Через месяц первые дебаты. А у меня до сих пор нет жены.

Пиарщики говорят: без неё не выиграть. Холостяк не внушает доверия. Людям нужен семьянин, надёжный, оседлый. А я — тридцатишестилетний мужик, который за всю жизнь ни разу не был в ЗАГСе.

Ещё этот конкурент – Беглов, на нервы действует. «Человек не может управлять городом, если не способен создать семью» — такой месседж он льет в уши избирателям.

Но я не привык проигрывать. Особенно из-за таких формальностей.

– Алекс, – Федор, оказывается, все ещё на линии. – Может, посмотрим на кандидаток из ближнего круга?

– Из какого, например? Нет, у меня есть женщины. Но они так, на ночь. Максимум, на пару ночей. Для жены будущего главы города точно не подходят.

– Из сотрудников.

Я молчу. Идея так себе, если честно.

– Конкретно? – все же любопытство берет вверх. Интересно, кого он мне предложит?

– Есть одна... В отделе документооборота сидит. Агата. Агата Ветрова.

Агата… Ветрова…

Не могу вспомнить. Перебираю в памяти лица. Но впустую. Не помню и все тут.

– Досье?

– Уже скинул на почту.

Открываю файл. Агата, двадцать семь. Из простой семьи. Рано лишилась родителей. Образование – колледж, курсы английского. Не замужем. Постоянного парня нет. Проживание – съёмная комната. Особые приметы: брат.

– Что с братом не так?

– Долг. Должен криминальным браткам.

И фото у этой Агаты имеется. Я смотрю на ее лицо. Скромное, без макияжа, но красивое. Особенно глаза. Голубые такие. Или синие. Что-то между… На секунду залипаю.

– Если у неё проблемы с братом, – говорю я холодно, – это не всплывёт потом в прессу? Криминальные связи, разборки... Мне не нужны скандалы за два месяца до выборов.

Фёдор выдыхает с облегчением.

– Нет, Алекс. Там ничего такого. Брат просто дурак доверчивый. Поручился за друга детства, а тот исчез. Люди, которым должен друг, – серьёзные, из старых. Из тех, кто в прессу не ходит. Они тихо решают вопросы. Или тихо закапывают.

– И ты предлагаешь мне лезть во все это? – Уточняю, а сам снова взгляд на фото кидаю. Как я ее раньше не замечал в своем офисе? Хотя, чему удивляться? Холдинг у меня большой. Офис многоэтажный. В отдел документооборота я почти не захожу…

– Я предлагаю тебе это уладить, – продолжает Федя. – Легко. Один звонок нужным людям – и долга нет. А Ветрова – твоя. С потрохами.

В голове крутится один вопрос:

– А она согласится?

– Выбора нет. Агата брата любит. Ради него на всё пойдёт.

– Хорошо. Вызови её. Вечером. Когда все уйдут.

– Понял.

Фёдор отключается.

Я откидываюсь на спинку стула.

Агата Ветрова, так Агата Ветрова. Остаётся сделать так, чтобы она точно согласилась.

У меня есть принцип: никогда не пользоваться безвыходным положением людей без крайней необходимости. Но сейчас — как раз такой случай.

Глава 2. Агата

Смотрю в монитор уже двадцать минут, но цифры в отчёте не складываются.

Три раза пересчитываю одну и ту же колонку – и всё мимо. Цифры плывут, расплываются, превращаются в одну большую каляку. В голове – проблемы брата.

Вчера Илья позвонил и огорошил, что на нём огроменный долг.

– Агат, тут такое дело... – его голос в трубке дрожал. – Я вляпался.

Сначала я даже не поняла масштаба. Думала, ну, тысяч сто, ну, двести. Сама займу, отдам, перебьёмся.

Но как только узнала реальную сумму, чуть телефон не выронила.

Оказалось, мой брат поручился за друга детства. Тот брал деньги у серьёзных людей. На дело, как он говорил. А потом исчез. Вместе с деньгами. А долг остался на Илье. Потому что он, видите ли, ручался.

Теперь какие-то опасные люди названивают Илюше каждый день и дают ему неделю на погашение долга. Иначе… Я даже думать не хочу, что может быть иначе.

Где взять такие большие деньги?

У меня зарплата семьдесят тысяч. Все уходит на комнату, еду и мелкие расходы. Немного откладываю в копилку, в которой собираю на свою мечту – собственную школу по изучению английского. Там сейчас что-то около ста тысяч. Смешно.

Кредит? Такую сумму никто не даст с моей зарплатой. Максимум – микрозаймы под дикие проценты, от которых с ума сойти можно.

Продать у меня нечего…

Да и в долг спросить не у кого. Одна подруга Валька, но ее зарплата от моей далеко не убежала.

Мужчины, на которого можно положиться у меня нет. Был один…Женя. Я сильно любила его, но он давно исчез из моей жизни. Даже вспоминать об этом не хочу.

Снова смотрю в монитор. Цифры так же пляшут.

– Ветрова, ты чего зависла? – Коллега Лена заглядывает через плечо. – У тебя лицо бледное.

– Всё нормально, – улыбаюсь дежурной улыбкой. – Просто устала что-то. Конец рабочей недели.

– Ты иди, отпросись. Правда, Овчинниковой сегодня нет на месте. Придется лично у генерального отпрашиваться.

Генеральный.

Алексей Холодов.

При упоминании его имени вздрагиваю.

Я видела его всего несколько раз за целый год. Побаиваюсь его, если честно. Он полностью оправдывает свою фамилию. Когда идёт по коридору – воздух вокруг него будто замерзает.

Высокий, темноволосый, широкие плечи, дорогой костюм… И лицо... красивое, но холодное. Как маска. Ни одной лишней эмоции. Интересно, он вообще способен на чувства? Или внутри у него тоже всё заморожено?

Мы ни разу не разговаривали с Холодовым. Просто здоровались. Когда я устраивалась, меня собеседовала начальник отдела Овчинникова, а потом Фёдор Петрович – зам Холодова.

Самого босса в тот день вообще в офисе не было, поэтому лично мы с ним так и не познакомились. А если его изберут мэром, он отдаст управление компанией кому-то другому. Поэтому вполне возможно, мы так с ним и не познакомимся…

– Агата!

Я вздрагиваю. Надо мной стоит Фёдор Петрович. Собственной персоной. Ну вот, встоило вспомнить. Тот самый зам, который визировал моё заявление год назад.

– Фёдор Петрович, здравствуйте! – я вскакиваю, чуть не опрокинув стул.

– Сидите-сидите. – Он машет рукой. – Я на секунду. Агата Тимуровна, зайдите сегодня к Алексею Александровичу в кабинет после работы. Он хочет вас видеть.

Я замираю.

– Ко мне? – переспрашиваю глупо. – То есть... к нему? Зачем?

– Есть разговор. – Фёдор Петрович уже разворачивается, чтобы уйти. – В восемь, когда народ разойдётся. Не опаздывайте.

Он уходит. А я остаюсь стоять, как статуя.

Меня вызывают к Холодову.

Зачем?

Перебираю в голове все возможные варианты. Опоздания? Я никогда не опаздываю. Ошибки в работе? Я перепроверяю всё по три раза. Может, кто-то нажаловался? На что? Я вообще ни с кем не конфликтую, сижу тихо, делаю своё дело.

Сокращение?!

Мысль приходит внезапно и бьёт под дых.

Сокращение. У них же выборы скоро, может, бюджет урезают? А я – самая младшая в отделе, самая неопытная. Меня и сократят в первую очередь.

Господи, только не это.

Мне сейчас, как никогда, нужны деньги. Каждая копейка важна. Если меня уволят – я не то что брату, себе на еду не соберу.

Остаток дня проходит как в тумане. Я делаю вид, что работаю, но перед глазами только одно: кабинет Холодова.

В полвосьмого народ начинает расходиться.

— Ветрова, ты домой? — кричит Лена.

— Я чуть позже. Дела.

Она уходит. За ней другие. Лампы гаснут одна за другой. В отделе становится тихо и пусто.

Я смотрю на часы. 20:05. Пора.

Иду к лифту. Ноги ватные, не слушаются. Нажимаю кнопку пятого этажа. Лифт ползёт медленно, как будто специально тянет время.

Двери открываются. Я выхожу в коридор. Здесь всё иначе: дорогие светильники, картины на стенах, мягкий ковёр под ногами. И тишина. Давящая, гулкая тишина.

В приёмной за столом никого. Только горит настольная лампа и свет пробивается из-под двери с табличкой «Генеральный директор».

Подхожу к двери. Сердце колотится где-то в горле. Рука тянется постучать, но замирает в воздухе.

Боже, как же волнительно.

Делаю глубокий вдох. Стучу.

– Войдите, – слышу низкий мужской голос.

Открываю дверь дрожащими руками.

Кабинет огромный. Панорамные окна во всю стену, за ними вечерний город. Дорогая мебель, ни одной лишней детали. И ОН.

Сидит в кресле за столом. Смотрит на меня испепеляющим взглядом.

Вблизи он ещё холоднее, чем кажется издалека. Тёмный костюм, белая рубашка, запонки блестят. Ни намека на улыбку. Просто взгляд. Стальной, цепкий, изучающий.

Чувствую себя муравьём под микроскопом. Сглатываю.

– Садитесь, Агата. – Не предлагает, а приказывает.

Я сажусь в кресло напротив. Руки сами тянутся теребить край блузки. Заставляю себя остановиться.

– У вашего брата проблемы. Причем, крупные. – Вдруг заявляет он.

Я застываю.

Откуда Холодов об этом знает?

Смотрю на него и не могу произнести ни слова. Как будто воздух закончился в лёгких.

– Я могу решить эту проблему завтра, – продолжает генеральный. – Деньги уйдут нужным людям. Ваш брат будет свободен.

Что за бред он несёт?! С чего это вдруг босс-олигарх вызвался мне помочь?

— И что я должна сделать взамен? – все же интересуюсь. Мало ли…

Алексей Александрович не отводит взгляда.

— Вы выходите за меня замуж.

Чего??? Нет, он точно бредит! Так и хочется потрогать его лоб, наверняка у него жар.

Я моргаю. Открываю рот и закрываю, как рыба, выброшенная на берег. А босс требует ответа:

— Что скажете?

Глава 3. Агата

Да я говорить не могу. Точно дар речи потеряла. Генеральный директор целого холдинга предлагает мне выйти за него замуж? Это розыгрыш какой-то!

– Да не волнуйтесь вы так. Я же не по-настоящему вас замуж зову. – Этими словами он добивает меня окончательно. – Я предлагаю вам фиктивный брак. На один год.

– Кккак это, фиктивно? – Кажется, ко мне возвращается речь.

— Вы становитесь моей женой только по документам. Живёте в моём доме. Сопровождаете на всех мероприятиях. Играете любовь перед камерами. Через год — получите развод и квартира в центре в придачу. Ну и проблемы вашего брата будут решены.

Я смотрю на него и не верю. Такой мужчина, как Холодов, не может найти себе жену? Это розыгрыш какой-то?

Но он не шутит. Он вообще не производит впечатление человека, который умеет шутить.

— А если я откажусь? — спрашиваю тихо.

— Тогда завтра ваш брат встретится с людьми, которым должен. Вы же догадываетесь, что они с ним могут сделать?

Очень даже догадываюсь. От страха коленки начинают дрожать. Просто киваю.

– Поэтому решать вам.

– А можно мне подумать? – спрашиваю. Всё-таки целый год мне придется жить с ним под одной крышей. С человеком, от которого веет морозом… Не представляю, как это переживу.

Но брат...

— Нет. — Резко отрезает. — Решайте сейчас. Знаете, вы не единственная претендентка…

Я в этом и не сомневаюсь. Другие девушки, в отличие от меня, вряд ли будут долго думать.

Сжимаю руки в кулаки.

– Агата, я жду вашего ответа! – Торопит босс.

Собираю всю волю в кулак. Гордо приподнимаю голову и отвечаю…

— Хорошо. Я согласна.

Он кивает. Без улыбки. Просто кивает, будто был уверен, что соглашусь.

— С завтрашнего дня вы переезжаете ко мне. Собирайте вещи.

— А... договор? — спрашиваю я. — Нужно же подписать что-то?

— Обязательно. Но не сейчас. Решим это на днях. Мои юристы подготовят документ.

– А брат?...

– А с ним решу вопрос завтра. Не беспокойтесь, его не тронут больше.

— Спасибо, — тихо отвечаю. И чувствую, как глупо это звучит. Спасибо за то, что купил меня за долг брата.

— Идите собирайтесь. Но сразу предупреждаю: берёте только минимум. Никаких баулов. — Он смотрит на меня так, будто оценивает товар. Мне хочется провалиться сквозь землю. — Остальное купим. Вы теперь моя невеста, а невеста Холодова должна выглядеть безупречно.

Я молча киваю. В его взгляде ясно читается: текущая версия меня его категорически не устраивает.

Откидываю себя взглядом. Серая юбка до колен, белая блузка, чёрные лодочки. Скромно? Да. Дешево? Тоже да. Но чисто, аккуратно. Я слежу за собой, даже когда денег впритык.

Но для его мира я, наверное, выгляжу как дворняжка, которая случайно забежала на выставку породистых собак.

Интересно, какие у него обычно женщины? Наверное, длинноногие, в платьях за тысячу долларов, с идеальным макияжем и маникюром. Которые пьют дорогие напитки и отдыхают на островах.

А я пью чай с ромашкой и мечтаю накопить на свою школу английского.

– Агата, можете идти, – шеф возвращает к реальности. – До завтра.

Я встаю. Ноги не слушаются. Иду к двери, держась за воздух.

– До свидания, Алексей Александрович, – кидаю напоследок и выхожу в приемную.

Прислоняюсь к стене и пытаюсь дышать. Только что я согласилась выйти замуж за человека, которого не знаю. За холодного, чужого, опасного человека.

Но брат будет жив.

Иду к лифту. Спускаюсь вниз.

Выхожу на улицу. Делаю шаг, потом другой. Ноги ватные, не слушаются. Где-то рядом шумит вечерний город, проносятся машины, спешат прохожие, а я будто в вакууме. В голове пустота, а в ушах до сих пор стоит его голос: «Вы становитесь моей женой».

Женой.

Фиктивной.

На год.

— Господи, — шепчу я вслух. — Что я только что сделала?

Достаю телефон. Пять пропущенных от Ильи. И сообщение: «Агат, ну что? Есть новости? Мне тут опять звонили...»

Я набираю его номер.

— Алло? — голос брата дрожит.

— Илья, слушай. Завтра твоя проблема решится. Деньги будут. Никому ты ничего не должен.

Пауза. Потом его голос, сдавленный:

— Как завтра? Ты влезла во что-то?

— Не влезла. Просто... — я запинаюсь. — Просто мне помогли.

— Кто?

— Не важно. Завтра всё будет. Ты главное не делай глупостей, слышишь? Я позвоню.

— Агат, ты меня пугаешь...

— Илья, просто доверься мне. Всё будет хорошо.

Возвращаюсь домой. Быстро ужинаю. А потом погружаюсь в свои мысли.

Мне нужно собирать вещи.

Но я сижу второй час и смотрю в стену.

Год.

Целый год в чужом доме, с чужим человеком. Играть любовь. Улыбаться. Молчать, когда надо. Говорить, когда скажут.

Я смогу?

А если нет?

А если я не впишусь в его мир? Если буду всё время делать что-то не так? Если он поймёт, что ошибся с выбором, и вышвырнет меня через месяц?

Долг брата вернётся?

Я мотаю головой, отгоняя мысли.

Нет. Договор есть договор. Он сказал — год. Значит, год. Такие люди, как Холодов, не нарушают своих обещаний. Я почему-то уверена.

Встаю, подхожу к шкафу. Открываю.

«Берите только самое необходимое. Не тащите баулы», вспоминаю слова босса.

Я усмехаюсь. Баулы. Какие баулы, Алексей Александрович? У меня всё помещается в одну спортивную сумку.

Всё. Вещи собраны.

Сумка стоит у двери.

Завтра я уеду отсюда. Из этой комнаты, где прожила два года. Из этого района, где знаю каждую выбоину на дороге. Из этой жизни, в которой я сама себе хозяйка.

В его доме я буду никто.

Жена понарошку. Игрушка для публики. Красивая картинка для его выборов.

Завтра я попаду в другую страну. Где правит ледяной король.

И я понятия не имею, что меня там ждёт.

Глава 4. Алексей

Смотрю в потолок и прокручиваю в голове вчерашний вечер.

Агата.

Она сидела напротив меня в кабинете. Сжимала руки в кулаки, кусала губы, смотрела испуганно, но с каким-то внутренним стержнем. Сказала «да» не потому что хотела, а потому что выбора не было.

И глаза.

Эти глаза... серо-голубые, или зелено-голубые… они как хамелеоны. Я смотрел на ее фото в досье, а когда увидел вживую — понял, что фото не передаёт и половины. Она действительно красива.

Как я раньше её не замечал?

Работает в моём офисе год. Я мог видеть её сотни раз — в лифте, в коридоре…Но видимо проходил мимо, не обращая внимания.

А вчера...

Вчера я не мог отвести от нее взгляд. Нужно сказать Феде “спасибо”. Отличную кандидатуру он мне подобрал.

С такой не стыдно появиться на публике. По-любому буду ловить с ней завистливые взгляды.

Встаю, иду в душ. Холодная вода приводит мысли в порядок. Сегодня важный день. Нужно решить вопрос с братом Агаты, запустить процесс. К вечеру она должна знать — проблема решена.

И надо заехать к матери.

Мысль о матери появляется неожиданно. Она человек старой закалки. Строгая, принципиальная. Для неё брак — это союз семей, а не чувств. Она до сих пор вспоминает, как выходила замуж за моего отца — по расчёту, как было принято в их кругу. И меня всегда пыталась женить на «правильных» девушках из «правильных» семей.

Если она узнает, что я женюсь на какой-то девушке из простой семьи…

Ладно. Буду решать проблемы по мере поступления.

Одеваюсь, спускаюсь вниз. Завтракаю быстро — кофе и круассан. Мария, домработница, уже хлопочет на кухне, но я не задерживаюсь.

Сегодня решаю ехать сам, без водителя. Хочется побыть одному, подумать.

Выхожу из дома. Сажусь в машину. Смотрю на часы — половина девятого. В офис можно и попозже.

Набираю номер матери.

— Алексей? — Слышу ее суховатый голос. Она всегда и со всеми так общается, даже со мной. — Что-то случилось?

— Доброе утро, мама. Нет, ничего не случилось. Хочу заехать.

— В такое время? — В голосе лёгкое недовольство. — Я завтракаю.

— Я быстро. Минут через сорок буду.

— Хорошо. Жду.

Короткие гудки.

Мать не тратит время на нежности.

Дорога до Жуковки занимает сорок минут. Она живёт в престижном посёлке, в большом доме, который я купил ей пять лет назад. Дом она обставила сама — строго, дорого, со вкусом. Всё как она любит.

Ворота открываются. Я заезжаю во двор, глушу мотор.

Мать уже стоит на крыльце — идеально одетая, даже дома. Строгое платье, волосы уложены, на лице ни грамма лишних эмоций. Ей шестьдесят три, но выглядит она максимум на пятьдесят.

— Проходи, — кивает она. — Завтракать будешь?

— Нет, мам. Я только что.

Мы проходим в гостиную. Здесь всё безупречно — дорогая мебель, антиквариат, картины. Ничего лишнего, ничего тёплого. Мать не любит «тряпочки» и «безделушки», как она говорит.

— Садись. — Указывает на кресло. Сама садится напротив, скрещивая руки на груди. — Рассказывай.

Я делаю паузу.

— Я женюсь, мама.

Она смотрит на меня. Ни удивления, ни радости — просто ждёт продолжения.

— На ком?

— Её зовут Агата Ветрова. Работает у меня в отделе документооборота.

Тишина. Мать медленно поднимает бровь.

— Секретарша?

— Сотрудница отдела документооборота.

— Это одно и то же, Алексей. — В голосе появляются металлические нотки. — Ты решил жениться на офисной работнице?

— Да.

— Из какой она семьи?

— Из обычной… Да какая разница!

Тишина становится тяжёлой. Мать смотрит на меня так, будто я только что признался в чём-то неприличном.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

Она встаёт, подходит к окну. Стоит спиной, молчит. Я знаю эту позу — она собирается с мыслями, чтобы не наговорить лишнего.

— Алексей, — говорит она наконец, не оборачиваясь. — Ты понимаешь, что делаешь? Ты — Холодов. Твоя фамилия чего-то стоит. Ты собираешься в мэры. И ты хочешь привести в дом девушку без рода, без племени?

— Она хорошая…

— Откуда ты знаешь? Сколько вы знакомы?

Я молчу. Не говорить же правду.

— Я тебе сколько раз предлагала нормальные варианты? — Мать поворачивается. — Помнишь Енисеевых? Их дочь Катерина. Красивая, образованная, из приличной семьи. Отец — банкир, мать — из дворянского рода. Она бы тебе идеально подошла.

— Она мне не нужна.

— А эта нужна? — Мать прищуривается. — Чем она тебя взяла?

— Она... другая.

— Другая? — Мать усмехается. — Алексей, все женщины одинаковые. Просто одни умеют себя подать, а другие — нет. Эта, видимо, умеет. Раз ты на неё повелся.

— Мама, давай без оценок.

— А как мне ещё реагировать? — Она садится обратно. — Ты приходишь и говоришь, что женишься на какой-то... Ветровой. Что я должна сказать? «Поздравляю, сынок, ты сделал правильный выбор»? Не могу. Потому что это не правильный выбор.

Я сжимаю челюсти. Спорить с матерью бесполезно — она всегда считает, что права.

— Я уже принял решение.

— Это я вижу. — Вздыхает. — Ладно. Что сделано, то сделано. Когда свадьба?

— Скоро.

— Меня пригласишь?

— Ты моя мать...

— Вот именно. — Она поправляет платье. — И я должна буду улыбаться и делать вид, что всё замечательно. Хотя внутри у меня всё будет кипеть.

— Мам...

— Лучше молчи. — Она поднимает руку. — Я сказала — ладно, значит, ладно. Но с одним условием.

Глава 5. Алексей

— С каким?

— Ты привезёшь её ко мне. До свадьбы. Я хочу поглядеть на эту твою... избранницу.

Я смотрю на мать. В её глазах — холод и любопытство. Она хочет оценить. Присмотреться. Найти ее слабые места.

— Хорошо. Привезу. — Деваться некуда. Мама просто так не отстанет.

— На днях. — Это не просьба, это приказ.

— Договорились.

Я встаю.

— Уже уходишь? — Мать поднимается следом. — Даже чаю не попьёшь?

— Некогда. Работа.

— Работа... — Она качает головой. — Хоть бы раз для матери время нашёл. Но нет, работа важнее.

Я не реагирую. Привык.

В прихожей она останавливает меня.

— Алексей. — Говорит уже чуть мягче. — Ты уверен? Может, не надо спешить? Подумай ещё.

— Я уже подумал.

— Как знаешь. — Она поправляет мой воротник, как в детстве. — Только потом не жалуйся, если что-то пойдёт не так.

— Не буду.

В офисе обычная суета. Фёдор встречает меня в приёмной.

Вид у него озабоченный, но при этом какой-то довольный — как у кота, который нагадил в тапки, но сумел отвертеться.

— Шеф, с возвращением, — кивает, заходя за мной в кабинет. — Как съездил?

— Бодро, — бросаю я, сбрасывая пиджак на спинку кресла. — Мать в восторге. Говорит, лучшая новость за последние пять лет.

Фёдор хмыкает, но быстро прячет улыбку.

— А если серьёзно?

— А если серьёзно — хочет познакомиться. До свадьбы. — Сажусь в кресло. — Что по брату Агаты? Запустили процесс?

— Всё в работе. — Фёдор достаёт телефон, быстро пролистывает заметки. — Я переговорил с нашими людьми. Сегодня же начнут оформлять документы. Все решаем тихо, без шума.

— Хорошо. — киваю. — Она должна узнать об этом сегодня. Пусть видит, что я держу слово.

— Сделаем. — Фёдор убирает телефон. — Но есть и другие новости.

— Какие?

— По вчерашнему... — Он мнётся. — Ну, по Ветровой. Я, пока ждал, навёл ещё справки. Неофициально, так сказать.

Приподнимаю бровь.

— Я думал, ты давно уже о ней справки навел. Перед тем, как мне предложить ее кандидатуру…

— Да, но… – мнется Федя. – Узнал ещё кое-что.

— Ну и? Не тяни кота за яйца.

— Характер у неё, конечно, не сахар. — Фёдор пожимает плечами. — Девушка с принципами. В отделе её уважают, но держится она особняком. Ни с кем не дружит, на корпоративы не ходит. Мужики к ней подкатывали — отшивала всех. Жёстко так. Без скандалов, но с намёком, что лучше не подходить.