Смерть в ритме танго

– Это что? Дом? Магазин? – поморщившись, спросил шофер, трогаясь с места.

– Рекламное агентство «Жасмин». Знаете?

– Знаю.

Какое-то время они ехали молча, потом шофер не выдержал.

– А ты там работаешь, или так, модель какая? – спросил он, протянув букву «е» в слове «модель». Прозвучало это как-то пошло, словно все модели в лице шофера были шлюхами.

– Менеджер, – холодно ответила Милена, всем своим видом показывая, что продолжать разговор она не намерена. Шофер намек понял и заткнулся, правда, хватило его ненадолго.

– Я это к тому, что красивая ты. А уж вот у меня сноха-то ну ни пес, ни выдра. Тощая да облезлая. Жрать сыну не готовит, все перед зеркалом вихляется. Тоже модель. Одну капусту трескает, точно кролик какой. Ты-то замужем?

– Собираюсь, – ответила Милена. Ей вдруг стало смешно, и она фыркнула.

– А жених-то кто?

– Гибэдэдэшник.

Шофер присвистнул. Какое-то время он молчал, а потом, обернувшись к Милене на светофоре, недоверчиво произнес:

– Брешешь поди?

Милена изумленно округлила глаза.

– Зуб даю, – ответила она, щелкнув себя большим пальцем по зубам. Шофер покачал головой. Милена хихикнула. Общаться с шофером было поразительно весело.

– А у меня второй сын подрос, женить его надо, да вот девку все никак путнюю не найдет, – оповестил он Милену. Она сочувственно покачала головой, но ничего не сказала. Шофер болтал что-то еще, но она уже не слушала, только кивала. Все мысли уже были в работе. Что сказать, как войти, что сделать, чтобы воспринимали как человека, а не как кусок мяса. Да и работа опять же. Справится ли?

Да агентства она добралась вовремя, сунула шоферу деньги и вышла из машины. Шофер зычным голосом окликнул ее из окна.

– Сдачу возьми!

– Оставьте себе, – отмахнулась Милена.

– Ничего не забыла? – спросил таксист.

– Я никогда ничего не забываю, – с достоинством возразила Милена. Шофер радостно оскалился.

– Не скажи. У меня даже мраморную доску забывали с надписью «Вечная память».

Милена фыркнула и побежала наверх по ступенькам. Шофер удовлетворенно крякнул, наблюдая за ладной фигуркой. Потом он смачно сплюнул на землю и, сунув в рот «беломорину» покатил прочь от агентства.

Дмитрий Егоров удовлетворенно посмотрел на часы, когда Милена пулей влетела в двери.

– Хорошо бегаете, – похвалил он. – Небось, спортом занимаетесь?

Милена улыбнулась.

– Так, ерунда. Бегаю по утрам.

– От кого?

– От собаки, – серьезно ответила она, но в шоколадных глазах плясали бесенята. – Знаете, как в фильме «Кровавый спорт», привязываю кусок мяса к бедру и бегом от стаи волкодавов.

– И как? Успешно?

– Ну, – протянула Милена, – пока еще ни разу не догнали.

– Вы всегда так пунктуальны? – спросил Дмитрий, пытливо оглядывая претендентку. Милена не ответила и только кивнула.

– Ну что ж, посмотрим, – потер руки Дмитрий. – А теперь прошу на «летучку».

– Куда? – удивилась Милена.

– На планерку, – пояснил Дмитрий. – У нас они называются «летучки». Разве на прошлом месте работы у вас их не было?

– Нет. Начальник часто отсутствовал, а заместителю и без планерок дел было по горло.

– Понятно. Тем не менее, понедельники у нас начинаются с «летучек». Сегодня от вас не требуется никаких действий – только слушайте и старайтесь поскорее вникнуть. Делать это придется быстро. Если в течение месяца вы не будете справляться со своими обязанностями – нам придется расстаться.

Милена молча вошла в кабинет, где уже сидели на стульях несколько человек. Присутствующие с любопытством оглядели вошедшую девушку. Сидевший на подоконнике мужчина лет тридцати чуть слышно присвистнул. Милена не отреагировала и скромно встала рядом с начальником.

– Прежде всего, хочу представить вам моего нового заместителя – Милену Тихомирову, прошу любить и жаловать. Она временно заменит покинувшего нас Вишневского. Думаю, что мы сработаемся. Милена, с коллективом вы познакомитесь позже, а теперь приступим…

Милена незаметно отошла в сторону и уселась в уголке под тенью манстеры, царственно распустившей огромные разрезанные листья в разные стороны. Здесь был прекрасный наблюдательный пункт, где она видела всех, и слышала всю информацию, что ей предстояло усвоить.

В принципе, ей было понятно все, за исключением каких-то мелких деталей. Любопытствующие взоры ей не мешали. Вскоре персонал свыкся с ее присутствием и перестал бросать на нее острые взгляды. Беззлобно переругиваясь, в довольно фривольной форме, персонал докладывал о своих успехах или неудачах.

– От «Паритета» денег до сих пор нет. Я связался с ними вчера, они уверяют, что перечислили. Клялись, что пришлют кого-нибудь…

– «Плюшкин» хочет использовать для рекламы своих макарон балерину с избыточным весом и приятной физиономией, ну не бред ли…

– «Георгиновый рай» требует для рекламы того манекенщика, который на Бреда Пита похож, а он ни в какую… Причем их хозяйка прикатит сегодня для переговоров. Скажу я вам стерва еще та…

И дальше в том же духе. Сидеть под тенью манстеры было забавно. Милена чувствовала себя Читой, наблюдавшей за боем в джунглях. Коллектив начинал ей нравится. Все было как-то по-домашнему. Она почувствовала, что здесь ей, кажется понравится. Конечно, на нее посматривали, бросали заинтересованные взгляды, откровенно пялились, но пялиться было неудобно. Ее было плохо видно за раскидистым растением, а вот она видела всех как на ладони.

«Летучка» продолжалась еще с полчаса, потом Дима вытолкал всех за дверь с напутствием: «Идите работать» и повернулся к Милене.

– Не испугалась еще такого ора?

– Вот еще, – фыркнула та, – слышали бы вы скандалы, когда вовремя не дают телепрограмму или журналисты задерживают материалы. С типографией у нас вообще была война. Так что я привыкла.

– Это еще только цветочки, – «успокоил» девушку Дмитрий. – Настоящие баталии будут впереди. Слышала про «Георгиновый рай»?

– Уловила краем уха, – осторожно произнесла Милена. – А в чем проблема?

– В хозяйке, – вздохнул Дмитрий. – Зараза, блин! Помешалась на каком-то манекенщике, и требует именно его для рекламы своей парфюмерии.

– А он?

– Отказывается наотрез. По горло загружен работой. Да ты его сто раз сама видела по телевизору. Он везде снимается, красавчик такой, с физиономией Ди Каприо. А ей подавай именно его…

Дверь отворилась с пушечным грохотом. Впечатление, что в зал ворвался ОМОН, было полным. Не хватало только криков: «Мордой в пол, руки за голову!». Тем не менее, в кабинете появилась всего одна дама, но довольно полная, что с лихвой заменяла одной своей тушкой десяток лихих автоматчиков. Милена подавила в себе желание спрятаться за кадкой с манстерой.

– Только не говорите мне, Дмитрий Львович, что вы опять не смогли его убедить, – пропела она довольно противным писклявым голоском. Здороваться она сочла выше своего достоинства.

– Алла Леонидовна, дорогая, я старался, как мог, но ничего не могу поделать. Богдан страшно занят, – сокрушенно пропел Дмитрий ей в ответ. Милена едва не рассмеялась, когда увидела его скорбную мину. Алла Леонидовна махнула пухлой ручкой, унизанной десятком перстней, смахнула с глаз несуществующую слезинку и только сейчас заметила Милену.

– Это ваша новая модель? – спросила она.

– Нет, это мой новый менеджер, – отрицательно покачал головой Дмитрий. Алла Леонидовна смерила Милену довольно презрительным взглядом.

– Я думала, вы один.

Милена сделала вид, что не заметила жеста Дмитрий, приказывающего ей выйти. Она вплотную подошла к женщине и дружелюбно улыбнулась:

– Хотите чего нибудь выпить? Чай, кофе?

Женщина сдвинула брови, а потом несколько растерянно улыбнулась:

– Водички, если можно холодненькой.

Дмитрий молниеносно вынул из небольшого холодильника, стоящего в углу бутылку минеральной воды и налил женщине в высокий бокал довольно щедрую порцию. Милен села напротив и ободряюще улыбнулась.

– Не волнуйтесь. Думаю, ваше горе поправимо. Я понимаю ваше желание поработать именно с Богданом и я сделаю все возможное, чтобы убедить его участвовать в вашей рекламной акции. Хотите, я позвоню ему прямо сейчас?

– Душенька, если вы уговорите его сняться для моей рекламы, я сделаю для вас все, что захотите, – воскликнула Алла Леонидовна, сделав попытку подняться с кресла.

– Э-э, Милена, можно вас на два слова. Я распоряжусь, чтобы вас связали с ним, – произнес Дмитрий и поманил Милену к выходу. За дверью он прижал ее спиной к двери и, удерживая за плечи, прошипел:

– Ты что делаешь?

– Работаю, – усмехнулась Милена. – Разве вы недовольны?

Дмитрий хотел было что-то сказать, потом махнул рукой.

– Валяй. По крайней мере, можно сказать, что ничего не получилось. Хотя тебе удалось сбить с нее спесь. Она смотрела на тебя, как удав на кролика. Телефон Богдана возьми у Оленьки, это наш секретарь.

Милена кивнула и отправилась к секретарше, получив ненужный телефон брата. Выйдя на улицу, она стала давить на кнопки мобильного, надеясь, что Богдан не оставил свой сотовый дома.

– Алло, – раздался усталый голос Богдана.

– Это я. Мне нужна помощь, – быстро произнесла Милена.

– Тебя изнасиловал новый начальник, – констатировал Богдан.

– Не дождешься! Богдан, ты мне нужен, причем срочно. От твоего согласия зависит моя карьера.

– Говори, только побыстрее. Денежки капают.

– Фирма «Георгиновый рай». Ты нужен как рекламное лицо. Если ты сделаешь это – я твоя должница навек. Хозяйка в конторе, рыдает и размазывает сопли по Дмитрию Львовичу.

– Это кто такой?

– Начальник. Но о нем потом. Поможешь?

Богдан помолчал.

– Как же помню я эту толстуху, хозяйку то бишь. Между прочим, эта Алла довольно противная тетка, хоть и чертовски богатая, и связываться с ней я не хочу, но чего не сделаешь для родной сестры. Ладно, скажи ей, что я сейчас приеду, только свяжусь с агентством, попрошу, чтобы подготовили договор. Комиссионные твои.

– Зачем?

– Затем. Ты будешь официально представлять меня в вашем агентстве. «Жасмин» активно сотрудничает с заграницей, мне это на руку. Буду через час.

Милена отключилась и вошла в кабинет со спокойной улыбкой на лице. Алла Леонидовна посмотрела на нее с надеждой.

– Все в порядке, Богдан будет здесь через час.

– Не может быть! – воскликнула женщина и бросилась было Милене на шею, но опрокинула на себя бокал с минералкой и остановилась. – О, как я вам благодарна! Я так очарована этим мальчиком, а он, противный, никак не соглашался сотрудничать со мной. Дорогая, вы просто волшебница. Я у вас в неоплатном долгу!

– Ну, не надо преувеличивать мои скромные заслуги, – притворно стушевалась Милена. – Мы всегда рады помочь всем желающим.

– Прошу вас, Алла Леонидовна, пройти в мой кабинет, – заторопился Дмитрий. – Там мы дождемся вашего манекенщика, и поговорим о делах.

Алла Леонидовна вышла из конференц-зала вместе с Дмитрием, оставив Милену в одиночестве. Однако спустя четверть часа Дмитрий с обалделым видом вернулся в комнату и сел напротив девушки.

– И как ты добилась согласия этого хлыща? – Его полгорода обхаживает, а он нос воротит. А ты пять минут здесь и нате, пожалуйста – готов контракт. Алла от тебя в восторге, приглашает в гости.

– Делов то, – усмехнулась Милена. – Он еще и длительный контракт с нами подпишет.

– А это-то ты как сделала?

Милена покачала головой.

– Ах, Дмитрий Львович, святая простота! Как фамилия-то вашего красавчика?

– Тихомиров, а что?

– А моя как?

Дмитрий присвистнул.

– Вот именно, – усмехнулась Милена. – Брат мой. Потому и убедила. А его контракт закончился пару дней назад, так что куйте железо, не отходя от кассы. Он парень ветреный, сегодня здесь, завтра нет. Не успеете его переманить – пишите пропало. Ну, как вам мой первый день, Дмитрий Львович?

Тот восхищенно причмокнул языком.

– А как тебе удалось Аллу утихомирить? Она кроме меня ни с кем и не разговаривала, смотрела как на мебель, а у тебя прямо с рук ест, точнее пьет.

– Психология, – пожала плечами Милена. – Женщина она тучная, одета в синтетический костюм, а на улице жарко. Должна была захотеть пить. Вот и вся премудрость.

– Ну, ты сильна, мать, – покрутил головой Дмитрий. – Тебе просто цены нет.

Милена очаровательно улыбнулась в ответ.

– А теперь давайте о цене и поговорим…

* * *

Дневник Богдана Тихомирова, 11 июня.

Всего неделю назад я познакомился с Эдиком, а теперь просто не знаю, как я раньше без него жил. Может, и в моей душе наконец-то проснулось то, что все нормальные люди называют любовью. Никогда бы не подумал, что рядом с кем-либо мне будет настолько спокойно. И дело не столько в сексе, хотя, надо признать, здесь он мастер. Дело, пожалуй, в душевном комфорте. Я думаю, что он меня любит, хотя я и не раз получал признания в любви, здесь нечто другое, более искреннее, честное.

Он внимателен, и это тоже радует. Не то, чтобы меня интересовали его «бабки», но, согласись, когда они есть, это приятно. Стоит мне обратить внимание на какую нибудь вещь, как он ее покупает. Иногда мне неудобно. Он уже увешал меня золотом с ног до головы, а я его, признаться, не люблю. Всегда предпочитал серебро. Но подарки продолжаю принимать, правда, в долгу стараюсь не оставаться. Иногда сам что-нибудь дарю, но чаще, конечно, стараюсь в постели. Вчера мы забрались на крышу, на мое место, пили шампанское и любили друг друга прямо там. Было немного жестковато, но романтично, хотя.… Иногда романтике я предпочитаю мягкую перину. Шампанское, правда, было обалденное.

Может быть впервые я осознал, что такое настоящее счастье. Как это приятно, осознавать, что рядом с тобой такой потрясающий человек…

* * *

Алла Леонидовна с трудом сдерживала свое нетерпение. Богдан звонил некоторое время назад и клятвенно пообещал прибыть через полчаса. Дмитрий вежливо улыбался, хотя дела обстояли далеко не блестяще. Контракт Богдана обошелся агентству в кругленькую сумму, плюс комиссионные для Милены. Хотя, надо признать, девушка была весьма и весьма неглупа. Всего несколько дней в агентстве, а она уже заключила два крупных договора. Второй – с фирмой, производящей парфюм. Вот и сейчас она умотала на переговоры с потенциальными заказчиками. Этих могло уломать только чудо, хотя… Милена с утра, предварительно наслушавшись разговоров о сексуальных аппетитах хозяина агентства, облачилась в такую коротенькую юбку, что буквально захватывало дух.

В этом наряде ее ноги казались бесконечными. А когда она лихо закидывала ногу на ногу, у сильной половины агентства наблюдалось такое обильное слюноотделение, что этой тягучей жидкости хватило бы, чтобы обмотать по экватору весь земной шар.

Но при всех благоприятных факторах были и неприятности. Опоздание Богдана было простительно – его день буквально был расписан по минутам. Но помимо Тихомирова на съемочной площадке отсутствовала и утвержденная самой Аллой Леонидовной фотомодель. Девушка просто не пришла на съемки. Фотограф агентства уже дважды нервно орал на секретаря, которая в ответ невозмутимо посылала его на три веселых буквы. Секретарша шефа не боялась, справедливо полагая, что собака, которая много брешет, кусать не будет. Тем не менее, скандал разрастался, что крайне неприятно действовало на заказчицу. Алла Леонидовна нервно оглядывалась по сторонам, жадно пила воду и хмурила брови, одновременно постукивая лакированной туфлей сорокового размера по полу.

В дверях показалась Ольга, секретарь агентства. Отчаянно жестикулируя, она манила Дмитрия к себе. Он встал со стула и, извинившись перед Аллой Леонидовной, быстрыми шагами понесся к Ольге. Судя по ее стиснутым губам, ожидались неприятности.

– В чем проблемы? – спросил Дмитрий, хмуро глядя на секретаря. Она вытащила его в конференц-зал и ткнула пальцем в сидящую в уголке девушку.

– Вот она, проблема.

Дмитрий посмотрел в указанном направлении. Рыдающая у окна девушка на мгновение прекратила размазывать по лицу слой косметики, смешанной со слезами, и подняла голову. Дмитрий злобно выругался, помянув всех ближайших родственников девицы. Это была Дашенька Смирнова, та самая фотомодель, которая должна была сниматься вместе с Богданом для фирмы «Георгиновый рай». Даша была весьма раскручена и необычайно привлекательна, однако теперь все это не имело значения. Под глазом девушки красовался громадный синяк.

Синяк был просто неприличным и переливался глянцевым ультрамариновым цветом, словно гордясь собственной значимостью.

– Блин, – невежливо воскликнул Дмитрий. Ольга удовлетворенно кивнула.

– Вот, говорит соперница фингал, поставила и космы повыдергивала, – сообщила она.

– Дмитрий Львович… – жалобно произнесла Дашенька.

– Заткнись, дура! – проорал Дмитрий. – Почему раньше не сообщила?

Дашенька не ответила, а уронила голову на руки и зарыдала еще громче.

– Пиявок бы приложить, – неожиданно посоветовала Ольга. Дашенька взвыла в голос. Дмитрий посмотрел на Ольгу с плохо скрываемой «признательностью» за столь «ценный» совет.

– Кто у нас сегодня здесь? – спросил он. Ольга ответила совершенно спокойным голосом, в котором чувствовалась тоскливая обреченность.

– Да никого нет. Уже почти пять вечера. В это время все свободные уже расходятся. Разве что ближе к вечеру подойдут, но эта гарпия ждать не будет. Я конечно, могу вызвонить еще пару девочек, но… Сейчас подъедет Тихомиров. Представляю, как рассвирепеет Алла, когда узнает, что съемка откладывается… Хотя…

– Что – хотя?

– Как что? Она же от Богдана кипятком писает. Поговорить с Богданом, пусть подарит старушке несколько томных взглядов. Да она еще счастлива будет, если ей придется со своим кумиром встречаться дважды.

Дмитрий с интересом посмотрел на Ольгу.

– Мысль неплохая. Только Богдана самого надо убедить, и желательно бесплатно. Ты возьмешься за это дело?

– Ну, уж дудки! – возмутилась Ольга. – Горазды вы, Дмитрий Львович, жар чужими руками загребать! Я и так вам идею подарила на халяву. А Богдан, говорят, на расправу крут. Чтобы я еще и от него огребла? Поручите это Милене, уж она то сумеет обработать своего братца.

– Умница, – пришел в восторг Дмитрий. – Милена не звонила?

– Звонила. Велела готовить шампанское и тазик винегрета. Скоро должна подъехать.

– Неужели договор заключила? – удивился Дмитрий.

– Ну, дак! Она девушка шустрая. Вы бы на нее за работой посмотрели! Все на бегу. Неудивительно, что у нее такая фигура. Она, похоже, вообще никогда не сидит.

– Нравится она тебе? – неожиданно поинтересовался Дмитрий.

– Если честно, да. У меня, Дмитрий Львович, глаз-алмаз. Если пришлась мне по душе сразу – значит человек неплохой. Я, конечно, мало с ней знакома, но впечатление она успела произвести.

– Дмитрий Львович, а что мне делать?.. – жалобно подала голос из своего угла Дашенька. Дмитрий удивленно посмотрел на нее. Он уже успел забыть, что она сидит с ними в конференц-зале.

– Тебе? В аптеку сходи, пусть примочки дадут. А не дадут, иди пиявок лови на болото, как Дуремар. И с такой рожей мне больше на глаза не показывайся!

– А, может, я в очках сниматься буду? – жалостно спросила Дашенька.

– Может быть. Только не у меня и не сегодня.

Дашенька взвыла и бросилась прочь, спотыкаясь о собственные ноги, которых на взгляд Ольги, было слишком много.

За окном взвизгнули тормоза, и послышалась нецензурная брань, которой шофер погонял «глупую дуру, которая лезет под колеса». Ольга высунулась в форточку.

– Дашку чуть такси не переехало, – прокомментировала она. – Между прочим, на такси приехал Богдан. Выглядит просто замечательно!

– Оставь восторги на потом, – скомандовал Дмитрий. – Дождись Милену и объясни ситуацию. Лады?

– Лады, – пожала плечами Ольга. – Уж лучше я на улице Милену подожду, чем пойду с Аллой разговаривать. Ах, да, – добавила она с невероятным ехидством, – вам, Дмитрий Львович, придется еще и фотографа усмирять. Виталик у нас, как все творческие личности, психованный, напрягаться не любит…

– Иди уже, – усмехнулся Дмитрий и подтолкнул Ольгу к выходу. – Выполнишь задание – доложишь.

– А як же! – воскликнула Ольга и, вытянувшись в струнку, приложила два пальца ко лбу на манер американских военных. – По гроб жизни…

– Иди, иди, – воскликнул Дмитрий. – Вот трепло-то…

* * *

Алла Леонидовна томно смотрела на вольготно развалившегося в кресле Богдана, посылающего ей самые многозначительные улыбки. Флюиды, испускаемые этим молодцом, просто витали в воздухе. Дмитрий Львович загадочно улыбался, внутренне содрогаясь при мысли о том, что сейчас ему придется сообщить этой барракуде, что утвержденная ею манекенщица не может выполнять свои обязанности из-за потрясающего фонаря под глазом. Проинструктированный Ольгой Богдан, старательно затягивал паузу. Вскоре должна была подоспеть тяжелая пушечная артиллерия в лице Милены, которая вела переговоры с другой фирмой. Сладкая парочка Тихомировых действовала на Аллу Леонидовну гипнотически. Она терялась и не могла отказать, подписывая все, что ей подсовывали.

Алла Леонидовна вдруг спохватилась и взглянула на часы.

– Боже, скоро шесть, а Дашеньки все нет? Что все это значит?

Дмитрий тяжело вздохнул.

– Увы, Алла Леонидовна, Дарья не приедет. Я уже послал за несколькими девушками на ее замену. Сейчас мы быстренько проведем кастинг и отберем понравившуюся вам.

– Но об этом не может быть и речи! – шумно запротестовала Алла Леонидовна. – Дашенька всегда рекламировала нашу фирму, стала, так сказать, ее лицом. А вы предлагаете ее заменить?

– Алла Леонидовна, голубушка, вмешались форс-мажорные обстоятельства, – попытался объясниться Дмитрий, но женщина явно не желала слушать возражения.

– И слушать ничего не хочу! – возмущенно воскликнула она. Дмитрий развел руками и беспомощно посмотрел на Богдана. Тот мгновенно оценил ситуацию.

– Уж не хотите ли вы сказать, уважаемая Алла Леонидовна, что вы наняли меня для рекламы вторым лицом? – произнес он, демонстративно разглядывая свои ногти. – Вы считаете, что я должен оттенять какую-то Дашеньку?

В голосе Богдана был бесконечный презрительный холод. Иней веером полетел во все стороны. Дмитрий затаил дыхание. Алла Леонидовна мгновенно перестроилась.

– Ах, ну что вы, душенька, просто девочка всегда работала на нас… Ну, вы меня понимаете…

– Не понимаю, – отрицательно мотнул своей светлой гривой парень. – Разве вы не знаете, что в подобных съемках может быть только одна звезда – это я! А вы подсовываете мне какое-то «неизвестно что», которое не в состоянии даже самостоятельно добраться до фотографа. Я вправе не только потребовать компенсации, но и вообще отказаться от съемок.

Дмитрий едва не фыркнул. Тут парнишка перегнул палку. Подобного пункта в контракте Богдана не было, но Алла Леонидовна, едва ли прочитавшая пару страниц мелкого шрифта, этого не знала. Мысль, что ее божество вот так запросто покинет эту комнату, была для нее невыносима.

– Ах, нет, только не это, – произнесла она. – Я этого не вынесу… Хорошо, давайте своих девушек…

– Прошу на площадку, – произнес Дмитрий. Алла Леонидовна протянула руку Богдану, и тот царственно повел ее в салон, где уже сидели несколько девушек. Проходя мимо Дмитрия, Богдан показал ему язык, и скосил глаза на Аллу Леонидовну. Та млела и плавилась на глазах. Дмитрий пошел за ними, но вдруг увидел, что Ольга делает ему какие-то знаки.

– В чем дело? – спросил он. Ольга затащила его в угол.

– Сейчас прикатит Игорь Чернов, владелец мебельных салонов «Черный лебедь». Не уходи далеко.

– Зачем? – тупо спросил Дмитрий. Алла Леонидовна изрядно измотала его. Все мысли директора «Жасмина» были только о том, как поскорее закончить съемку и сбагрить вредную тетку с глаз долой. И так дома почти не показывается, а еще и задержаться придется. Жена давно смотрит волком, дочка выкрасила волосы в фиолетовый цвет и проколола пупок. Беда с детьми. Дмитрий тяжело вздохнул. Ольга с жалостью посмотрела на начальника.

– Не иначе вы перегрелись, шеф, – снисходительно произнесла она. – Госпожа Тихомирова зацепила его на каком-то фуршете, и теперь он желает заказать рекламу своих магазинов именно у нас, и именно с Богданом в кадре. Все по полной программе. Рекламные щиты, ролики на телевидении, плакаты и прочее.

– Замечательно, – восхитился Дмитрий. – У этой девчонки просто мотор в заднице! Где, кстати, она сама?

– Задница?

– Милена.

– Сама удивляюсь. Подъехала пару минут назад и до сих пор не вошла… А, вон она!

В двери действительно входила Милена. Выражение ее лица было страдальческим, а походка – словно она шагала по битому стеклу. На подкашивающихся ногах она добрела до вертящегося кресла и рухнула в него, закрыв глаза. Дмитрий и Ольга подошли к ней.

– Что с тобой? – спросила Ольга. Милена приоткрыла глаза.