Герцогиня-киллер или Великое Бедствие Элерона

Девушка с обожанием заглянула в мои глаза и нерешительно улыбнулась.

– Да, госпожа! Рядом с вами я готова бороться!

– Сколько тебе лет? – с любопытством склонив голову набок, спросила горничную.

– Пятнадцать…

Чувство ответственности в разы возросло.

Глубоко вздохнув, приобняла стушевавшуюся девушку за плечики и мягко подтолкнула её в сторону главной лестницы.

– А, чтобы всегда побеждать, нужно хорошо питаться. Идём. Проверим, что там для нас приготовила Варья… А потом поможешь мне составить список дел. «Печи в бараках» – первая из них. Запомни.

– Хорошо, госпожа.

Тёплая кухня, как будто вырванная из страниц старинной повести, встретила нас своим шумом и ароматами, которые витали в воздухе, притягивая к себе всё внимание.

Вокруг царила настоящая суета: повара с ловкостью и мастерством перемещались между столами, каждый из них был погружён в своё дело, но все вместе они создавали симфонию вкусов и звуков.

Главная кухарка Варья была настоящим центром этого вихря активности. Её волосы, собранные в аккуратный пучок и спрятанные под белоснежным чепчиком, не мешали ей с лёгкостью маневрировать между кастрюлями и сковородами. Она с удовольствием помешивала густую кашу, которая шипела на плите, словно сама просила о добавлении соли и масла. Запах свежеприготовленной еды смешивался с ароматом копчёного бекона, который женщина нарезала мелкими, аккуратными ломтиками. Каждый кусочек выглядел так, будто был вырезан с любовью, а его жирные прожилки обещали невероятный вкус.

Варья не останавливалась ни на минуту, охватывая всё пространство вокруг себя.

Вот она повернулась и тут же принялась ловко взбивать яйца в большой миске. Её руки двигались с такой скоростью, что казалось, будто она использует магию. Никакого миксера не надо!

Яйца, взбитые до легкой пены, переливались на свету, и в воздухе уже витал запах, который предвещал омлет на сметане с потёртым чесноком.

На стенах кухни висели различные травы, которые, казалось, тоже принимали участие в этом кулинарном представлении. Букеты петрушки и укропа, сушёные лавровые листья, а также пучки лука и чеснока создавали атмосферу домашнего уюта и тепла. Ароматы пряностей напоминали о том, что здесь готовят не просто еду, а настоящие шедевры.

«Какое облегчение! – выдохнула я, осторожно пробираясь к свободному столу – единственному, где стояло три стула. – Наличие приправ и разносолов – моё личное благословение, потому как я люблю вкусно поесть!»

Кухня была полна жизни: кто-то из помощников старательно мыл овощи, другой заполнял кастрюли водой, а третий уже раскладывал еду на серебряные блюда, подготавливаясь к подаче.

Везде слышались разговоры, смех и шутки, которые создавали атмосферу дружелюбия и единства.

Всё это напомнило мне о том, что даже в самом сердце средневековья можно найти тепло и радость, если вокруг есть такие же увлечённые и страстные люди, как Варья и её команда.

– Госпожа! – охнула Варья, отвлёкшись на шепотки своих поварят, которые давно заприметили наше появление. – Что же вы… здесь?! Кухня – не место для такой высокой леди, как вы.

– Бросьте, Варья, – отмахнулась я, приседая за небольшой столик. – В пансионе при храме, где я выросла, высокомерие – было одним из величайших пороков, – плела так, что сама начинала верить. – Мне даже трудиться приходилось, – на всякий случай, приплела на будущее свои возможные порывы. – Так что оставьте. У нас впереди очень много работы. Хочу нашим раненым солдатам организовать ремонт в бараках, раз уж мы тут закрыты. А пока рабочие будут трудиться, воины поживут в офицерских казармах. Гордей ещё не присмотрел себе помощников?

Судя по растерянным взглядам обитателей кухни, никто из них не был в курсе. Зато главный посыл поняли! Бросились подавать одно блюдо за другим, точно у нас какой-то пир. Пришлось останавливать прыть поварят и их предводительницы.

Быстро перекусив пышным омлетом, лёгким овощным салатом и умопомрачительно вкусным чаем, я попросила Раину проводить меня в кабинет герцога Морана, а затем позвать ко мне начальника стражи, ключницу и целителя, к которому у меня накопилось больше всего вопросов.

«Надеюсь, он проспался и пришёл в себя. Надо понять: мой он человек, или нам лучше сразу распрощаться? Не хочу повторения истории, как с управляющим! – размышляла я, пристально изучая мрачный кабинет почившего «муженька», который он безбожно завалил бумагами, книгами и грязью. – Здесь вообще хоть кто-то убирал?!»

Прошло пять минут, потом десять… никто не появлялся.

Я успела нахмуриться, а тут из окна послышались крики со стороны главного входа.

Не размышляя ни минуты, выскочила из кабинета и побежала в сторону парадной двери.

Кричала женщина.

Это была ключница, Зои Леран, если я правильно запомнила.

Женщина плакала, пытаясь ухватить целителя за мантию.

– Так нельзя! Вы… вы – вор, господин!

– Отошла, дура старая! Я не собираюсь погибать с отребьями! А это… Это моё!! – уворачивался Аредэль Нибин, прижимая к себе довольно увесистый мешочек. Судя по звуку – с монетами. – Мой договор о трудоустройстве больше не имеет силы! Отойди! Никто не смеет мне преграждать путь! Я маг!

– Как же так! Вы отобрали у меня ключи, господин! Влезли в господскую сокровищницу! Меня же… Меня обвинят в воровстве! – рыдала женщина, упрямо продолжая цепляться за мантию престарелого мерзавца, несмотря на то, что он во всю бил её посохом. У неё даже кровь на лбу выступила от пореза. Наверное, гранёные края голубого самоцвета поранили женщину.

– ПРОЧЬ! – взревел целитель, пнув упавшую женщину в живот.

«Вот же мразь! Мало того, что оставляет нас потенциально заражёнными, так ещё золото украл! А главное – людей мне калечить вздумал!! Ещё один упырь!»

Собравшиеся зеваки испуганно бормотали что-то себе под нос, презрительно глядя на Нибина, но никто не пытался помешать магу.

А когда Гордей попытался заступить ему дорогу, и старик пустил какую-то пульсовую волну, народ вообще упал на колени… вместе с Гордеем.

Из всей толпы я одна осталась стоять ровно, ощутив лёгкий разряд. Да, неприятный, но не более того.

– Чтоб вы все провалились! – рыкнул целитель, подхватывая мешок у самой земли.

Корявой походкой, путаясь в сутане, он быстро посеменил к воротам.

Я прошла вперёд.

Приблизилась к мужику в тулупе, который до недавнего времени рубил дрова, пока не началось занимательное представление…

– Я возьму? – кивнула на топор, нагибаясь к острому оружию, чтобы схватиться за рукоятку.

– Государыня?

Под пристальными взглядами своих «крепостных» я медленно прошла по чистенькому двору, на котором не осталось от кострища и следа.

Замахнулась, бросила и… точно попала в затылок убегающего.

Ноги целителя подкосились, он раскинул руки, роняя мешок с золотом и свой магический посох, и свалился плашмя с топором в голове.

Тишина на площади стояла гробовая, пока я шла к своей алчной жертве.

Нагнувшись, рывком выдернула из затылка упыря топор. Подняла посох. Он ощутимо завибрировал в моей руке. Неприятно так…

Оглядевшись, протянула палку Гордею.

– Отнеси в кабинет герцога. И мешок с золотом.

– Так точно, леди Вивиан, – пробормотал парень, глядя на меня круглыми глазами.

«Ну, а что вы хотели?! Он нас предал, обворовал… ещё и ни в чём не повинную женщину не один раз ударил! Конечно, леди не приводят закон в исполнение, но… – я оглядела мужчин и женщин, старательно опускавших глаза, как только мой взгляд добирался до них. – Привыкайте, ребятки! Я своих никому в обиду не дам!»

После недолгих раздумий решила обратиться к людям.

– Закон – един для всех! Нельзя предавать своего господина или род, которому ты поклялся служить верой и правдой! Так же от себя добавлю: нельзя обижать слабых! А именно женщин и детей! Богини наделяют людей силой для того, чтобы они помогали слабым, а не издевались над ними! При мне в замке будет царить такое правило! Особо непонятливые за первое нарушение получат десять плетей, за второе – двадцать и так далее! Когда число ударов достигнет пятидесяти… – ещё раз оглядела испуганное кольцо работников замка и мрачно прищурилась, – преступника постигнет участь целителя Нибина! Кара не обойдёт никого, ибо закон – един для всех! – завершила свою речь тем же, чем начала.

«Не знаю, как правильно. Надеюсь, так они быстрее запомнят!»

Я подошла к дрожащей мадам Зои, до сих пор сидящей на снегу, и помогла ей подняться.

– Идёмте, надо обработать вашу рану. Раина! Принеси всё необходимое в кабинет!

– Так точно, Ваше Сиятельство.

Шепотки за спиной быстро перерастали в гул голосов, пока на людей не рявкнул тот самый старик, который вчера подставил своё плечо под хлыст управляющего:

– Чаво хай подняли? Быстро разошлись работать!

– Дед Володар, ты чего?

– Того! Скотина горланит, конюшни не чищены… Принимайтесь за дело! Нечаво хозяйку злить. Или вы по плетям соскучились?

– Так за что?

– Да мы ж никого не обижали…

Я бросила взгляд через плечо, отмечая, как старший конюх улыбается едва заметно.

– А животину? Давайте шустрее. Вдруг животина тоже в списке слабых?

Мужики похватали вёдра и бросились на скотный двор, бормоча под нос нелицеприятные слова, когда вслед им полетел лёгкий смех старика.

«Хозяйственный мужик, – сделала мысленно пометку. – Точно надо к нему присмотреться. Если грамоту знает, сделать управляющим. Нельзя ключницу так напрягать… да и приказывать другим мужикам проще, когда ты – мужик».

Зайдя в кабинет под руку с вздыхающей мадам Зои, столкнула с просевшего дивана стопки книг и помогла женщине присесть.

Через минуту в кабинет заглянули Гордей с посохом и деньгами, а затем и Раина.

Девушка взялась обрабатывать рану ключнице, а я прошла за стол, мрачно поглядывая на посох, с которым мой медальон явственно резонировал.