Кафе «Пряная тыква»

Original title:

THE PUMPKIN SPICE CAFÉ

Laurie Gilmore

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

First published by HarperCollinsPublishers Ltd. under the title THE PUMPKIN SPICE CAFÉ

Copyright © Laurie Gilmore 2023

Laurie Gilmore asserts the moral right to be acknowledged as the author of this work.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

Посвящается самому бородатому из всех любителей фланелевых рубашек, какие мне когда-либо встречались

Глава 1

Джинни Эллис никогда не убивала человека. Но этой ночью все могло измениться. Отчаянные времена и тому подобное. Она крепче сжала бейсбольную биту и осторожно спустилась по скрипучей черной лестнице.

Джинни не спала уже три ночи. Не сомкнула глаз с тех пор, как въехала в квартирку над кафе своей тетушки. Формально – над своим кафе. Джинни уже официально владела кофейней «Пряная тыква» – главной гордостью ее тети Дот. Ровно две недели назад старушка объявила, что уходит на пенсию и улетает на Карибы, дабы хорошенько позагорать. Дот не придумала лучшей кандидатуры для управления ненаглядным кафе, чем ее любимая и, как отметила Джинни, единственная племянница. Нелепая идея, если задуматься об этом, во всеоружии спускаясь на цыпочках с последней ступеньки.

Она каждую ночь слышала звуки. Скрежет и скрип, а иногда лязг и грохот. Пыталась списать все на ветер или возню животных в переулке. Категорически отказывалась опять надумывать худший вариант развития событий. Нет, она не станет воображать, что по черной лестнице крадется серийный убийца. Этот шум никак не мог быть делом рук вооруженного грабителя, решившего поживиться мелочью из кассы тети.

Джинни начинала с чистого листа.

Джинни теперь другая женщина.

Жители очаровательного прибрежного городка Дрим-Харбор ничего о ней не знали, и она собиралась сполна этим воспользоваться.

Ее внимание привлек шорох у черного хода. Ну ничего, план «Новая жизнь – новая Джинни» обязательно осуществится. Сразу после того, как она разберется, кто мешает спать по ночам. Невозможно вести тихую, размеренную провинциальную жизнь, когда за дверью притаился убийца. Это просто нелогично.

Она перехватила биту поудобнее и пересекла коридорчик, ведущий от лестницы к двери в переулок за кафе. Впрочем, «переулок» – это не очень подходящее слово. Оно ассоциировалось с переполненными мусорками и снующими крысами. Но Джинни уже не в Бостоне. Теперь она в Дрим-Харборе, который, кажется, и правда кто-то выдумал[1]. Такое безмятежное местечко не могло возникнуть само. Нет, за кафе и другими заведениями на Мейн-стрит находилось что-то вроде боковой улочки: место для разгрузки, аккуратные мусорные баки. Днем она даже видела, как владельцы соседних магазинов выходили туда на перерыв поболтать. Правда, сама с ними пока не общалась. Она еще не готова. Не готова быть новенькой.

Джинни тряхнула головой. Мысли текли совсем не туда, а между тем ее, возможно, вот-вот убьют. Переулок или нет, что-то не давало ей спать, и после трех бессонных ночей она едва держалась на ногах. Опустив биту на плечо, потянулась к ручке. Уже почти рассвело, в окошко над дверью сочился тусклый серый свет.

«Ну и прекрасно, – мимоходом подумала Джинни. – Хоть увижу нападающего перед смертью». С этой не особо радостной мыслью, присущей отнюдь не новой позитивной личности, которой она стремилась стать, Джинни распахнула дверь…

И столкнулась с ящиком, полным маленьких тыкв. Горлянки? Неважно, ведь не успела она определиться с названием, как огромный мужчина, державший ящик, нарушил молчание.

Точнее, испуганно засипел, напомнив Джинни, что она все еще угрожающе держит биту. Она почти опустила ее, но спохватилась: перед ней все еще очень внушительный незнакомый мужчина. Неважно, что у него в руках бутылочные тыквы, пожалуй, расслабляться пока не стоило.

– Вы кто такой? – спросила она, схватившись за дверь на случай, если придется захлопнуть ее перед носом этого неведомого тыквенного человека.

Мужчина приподнял темные брови, словно удивился вопросу.

– Логан Андерс, – ответил он, будто это все объяснит. Не объяснило.

– И что вы делаете в моем переулке, Логан Андерс? – спросила она.

Он раздраженно вздохнул и устроил ящик поудобнее. Видимо, тяжелый, но Джинни не собиралась рисковать безопасностью лишь потому, что этот мужчина с ящиком овощей, в поношенной фланелевой рубашке и с густой бородой казался воплощением осеннего урожая. Джинни задержала взгляд на лице незнакомца – только чтобы опознать в случае чего, мысленно оправдалась она. Может быть, ей стоит запомнить, что над бородой у него – прямой нос и румяные щеки. Вдруг полицейский спросит, длинные ли у него ресницы, – тогда да, еще какие. Возможно, для следствия будет крайне важно знать, что даже в слабом утреннем свете его глаза были поразительно голубыми.

– Сегодня четверг.

Джинни удивленно моргнула. А день недели каким-то образом объясняет, почему этот человек не дает ей уснуть?

– А вы мешаете мне спать с понедельника, – заметила она.

Теперь уже Логан выглядел озадаченным.

– Я только что приехал. – Он снова приподнял ящик, напрягая предплечья. Должно быть, и правда тяжело, но Логан даже не пытался зайти внутрь или поставить груз на пол.

– Ну, я всю неделю слышала какие-то странные звуки и пыталась убедить себя, что это ветер, или… енот, или еще кто-нибудь. А потом подумала, что, наверное, именно так все и говорят, прежде чем убийца врывается в дверь.

Логан слегка поперхнулся и вытаращил глаза:

– Убийца?

Джинни почувствовала, как вспыхнули щеки. Может, она просто дала волю воображению.

– Или кто-то вроде… – Ее голос стих. Джинни не знала, что сказать незнакомцу, да и он, похоже, растерялся не меньше. – Ну… и зачем вы здесь? – мягко напомнила она.

– Точно… эм, по четвергам я привожу овощи, – он кивком указал на ящик с теми самыми овощами.

Джинни поморщилась. Доставка продуктов. Ну конечно. Тетя Дот наговорила ей столько всего перед отъездом, а Джинни, конечно, ничего не записала. Кафе было закрыто с тех пор, как она сюда приехала, и Джинни пока не осознала, сколько всего предстоит сделать. К счастью, Норман, бессменный менеджер кафе, готов был помочь. Заверил, что они откроются уже к выходным.

Логан снова перехватил ящик. Все тот же тяжелый ящик, который он продолжал держать.

– Простите! – Джинни отступила и махнула в сторону кафе. – Проходите. Найдем, куда положить эти… э-э… тыквы?

Логан замешкался у двери, переводя взгляд с Джинни на биту, все еще лежащую у нее на плече.

– Ох! Извините. Я не стану вас бить. Честное слово, – она попыталась приободрить его улыбкой. Кажется, не помогло.

Он продолжил топтаться в дверях.

– Простите, пожалуйста, я приняла вас за маньяка. Ничего личного. Просто не спала уже три ночи, а тут все время что-то шумит. Да к тому же все никак не могу поверить, что унаследовала кофейню.

Логан смотрел на нее с той же нерешительностью во взгляде. Черт. Наверное, она здорово его напугала. За всю жизнь Джинни не раз называли напористой. Кажется, это даже написали в паре школьных табелей. Джинни старалась над этим работать, включила в свой новый образ. Меньше болтать. Меньше накручивать. Меньше давить.

Она набрала в грудь побольше воздуха и медленно выдохнула. Джинни из кафе – спокойная, расслабленная. Просто дружелюбная владелица кофейни по соседству, с улыбкой готовая угостить любимым напитком. А не теориями о том, что или кто пытается ее убить каждый день. Не новостями о таянии ледников и не списком из двенадцати дел, которые нужно выполнить за сегодня.

Джинни старалась настроиться на волну тетушки Дот. Пусть и хотела, чтобы та была менее беспечной и оставила более четкие указания. Она попыталась изобразить мягкую, доброжелательную улыбку. Непривычное ощущение на лице.

– Заходите, пожалуйста. Наверняка они очень тяжелые.

Логан едва заметно кивнул:

– Обычно я оставляю их здесь.

– О…

Выходит, Джинни не отпугнула его своим монологом, а просто нарушила привычный распорядок. Она прекрасно понимала, как такое сбивает с толку.

Когда любимое кафе за углом закрылось на неделю, Джинни с трудом удавалось функционировать. И дело не в нехватке кофеина. В городе полно заведений, но все не те. Настроение целую неделю было хуже некуда.

На этот раз Джинни улыбнулась искренне:

– Что ж, раз вы здесь, а я все равно не сплю… Чашечку кофе?

Глава 2

Новая владелица кафе «Пряная тыква» нравилась Логану гораздо больше, когда не пыталась снести ему голову бейсбольной битой. Однако это мало о чем говорило. Ему нужно работать, доставлять заказы, попутно избегая сочувствующих горожан. У него не было времени просиживать здесь и распивать кофе на рассвете. Но, похоже, сбежать не удастся. Даже слова не вставить. Племянница Дот не смолкала с тех пор, как настойчиво пригласила его войти.

Каждый четверг – вот уже пять лет с того дня, как он занялся фермой, – Логан оставлял Дот четыре ящика с овощами возле задней двери. Ему нравилось приезжать в город до рассвета, пока улицы пусты. Нравилось заканчивать работу до того, как другие только начинают открываться.

Логан не любил вести светские беседы. Ненавидел обсуждать погоду. Его не интересовали последние городские сплетни. Еще меньше ему нравилось быть их участником. Чем быстрее он управится с доставкой, тем скорее вернется на свою тихую ферму. Во всяком случае, настолько тихую, насколько это возможно с полудюжиной кур, двумя взрослыми козлами, одной спасенной альпакой и бабушкой, которая страстно любила поболтать. К счастью, дед Логана был таким же молчуном, как и он сам. Бабуля говорила за них обоих. Почти столько же, сколько и эта Джинни.

– Как думаешь, что моя тетя собиралась делать с этими… эм… маленькими тыквами? – спросила Джинни, глядя на ящик, который он положил у ног. Она встала за прилавком, упершись одной рукой в бедро, а второй поправляя пряди, выбившиеся из небрежного пучка.

– Горлянками, – пояснил Логан с другой стороны стойки.

– Точно. Горлянки. Так я и думала. – Джинни все еще выглядела растерянной. – Но… их ведь не едят?

Логан чуть было не рассмеялся. Почти. Но раздражение пока перевешивало.

– Нет, горлянки не едят.

Джинни окинула взглядом еще три ящика, которые он занес внутрь, вместо того чтобы оставить возле двери, как и полагалось. Там, где оставлял всегда. Там, где, к своему большому сожалению, не оставил этим утром.

– Видимо, все прочее – для смузи, которые она добавила в меню.

Логан кивнул. В этом городке обожали смузи. Не то чтобы он жаловался – смузи означали, что кафе нужно много свежих фруктов и овощей с его фермы. Смузи выгодны для бизнеса.

– Горлянки – декоративные тыквы, – сказал он, избавив Джинни от дальнейших догадок.

Глаза Джинни загорелись, словно он решил все мировые проблемы. Логан постарался не обращать внимания, что в груди вспыхнула гордость при виде ее довольного лица. Давненько ему не доводилось решать чьи-то проблемы.

– Ну конечно! Как я об этом не подумала? Все из-за недосыпа!

Джинни поставила локти на прилавок и опустила подбородок на руки. На ней был старый растянутый кардиган с такими длинными рукавами, что они полностью закрывали ладони, а под ним – поношенная футболка и пижамные штаны. Логан заметил, что штаны усыпаны маленькими ежиками, хотя изо всех сил старался этого не замечать.

Он вообще на многое упорно не обращал внимания. Например, какие у нее выразительные темные брови. Как она порхала без остановки, пока быстро и умело варила ему кофе. Джинни была воплощением противоречий. Проворная, но в то же время рассеянная. Готовая в любой миг улыбнуться и так же быстро нахмуриться. Все ее эмоции читались по глазам – темно-карим, почти черным. Прямо как кофе, который он обычно заказывает.

Джинни провела ладонью по лицу, разрушая чары. Как долго он на нее пялился? Девушка зевнула и потянулась. Футболка задралась, обнажив полоску кожи над поясом, и Логан тут же отвернулся. Он точно не собирался это замечать.

Когда он вновь рискнул посмотреть на Джинни, та опять уперлась локтями в прилавок. Под глазами у нее залегли темные круги, черные волосы спутались на макушке. Ее поникший, обреченный вид что-то в нем задел. Что-то неуместное. Что-то, на что у него сейчас совершенно не было времени.

Он уже собрался сказать ей, что ему пора дальше развозить продукты, но Джинни заговорила:

– Так странно. Я постоянно слышу эти звуки. Каждую ночь. Как думаешь, здесь водятся привидения?

Логан чуть не поперхнулся кофе:

– Привидения?

– Ну да. – Джинни расправила плечи, ее глаза засияли от новой теории. – Привидения. Может, духи, которые здесь обитают, недовольны новой владелицей.

– Духи? – Рановато для такого уровня безумия.

– Призраки, духи, неважно, – Джинни махнула рукой, словно не имело значения, как называть вымышленного обитателя. – Нечто здесь явно недовольно моим присутствием.

– Я правда не думаю, что…

– Другого логичного объяснения нет, – она скрестила руки на груди. Тема закрыта. – Здесь точно водятся привидения.

– Нет другого объяснения? – Логан со стуком опустил кружку на стойку. Это уже перебор. – Еноты, старые трубы, сквозняк в рассохшихся окнах, твое воображение, – он загибал пальцы, перечисляя возможные варианты.

На последнем пункте Джинни прищурилась, но Логан продолжил:

– Может, детишки балуются. Существует бесконечное количество версий, куда более правдоподобных, чем привидения. А теперь мне правда пора…

– Что значит – детишки балуются?

Логан тяжело вздохнул и едва сдержался, чтобы не начать рвать на себе волосы.

– Не знаю. Возможно, какие-то дети хулиганили в переулке.

Джинни медленно кивнула, обдумывая эту версию.

Логан пододвинул к ней кружку, готовый поблагодарить за все и попрощаться.

Но Джинни его опередила:

– И что мы будем с этим делать? Мне очень нужно выспаться.

– Мы? – он машинально отпрянул. Наверное, надо было просто развернуться и убежать. Не хватало еще сильнее ввязываться в дела новой владелицы кафе. Он так и слышал, как дамы из книжного клуба об этом кудахчут. Они завтракали сплетнями.

Джинни кивнула:

– Ты мой единственный друг в городе. Я не могу разбираться с бандой подростков в одиночку.

– «Банда» – слишком громко сказано, – пробормотал Логан, продолжая отступать к двери, но Джинни пошла за ним. Да, на пижаме точно ежики. Он наотрез отказывался считать это милым.

– Пожалуйста? Я ведь только приехала, и у меня ощущение, что я совсем не понимаю, что делаю… – Джинни покачала головой и замолчала. – Прости. Это не твоя забота. – Она улыбнулась: – Разберусь.

Ее натянутая улыбка вновь что-то в нем зацепила. Джинни выглядела такой… потерянной. Даже когда улыбнулась и откинула прядь с лица, пытаясь заверить, что у нее все хорошо. Очевидно, это не так. И это беспокоило Логана даже больше, чем ее нескончаемая болтовня.

Проклятье.

– Приходи сегодня на собрание, – предложил он.

– Городское?

– Да. – Логан пригладил бороду, уже жалея о том, что сказал: – Их проводят каждый второй четверг месяца. Можешь сообщить о своей… хм… проблеме. Попросить помощи.

Ее улыбка стала ослепительной и настоящей. О нет. Искренняя улыбка Джинни оказалась даже очаровательнее этих чертовых ежиков. Как вышло, что его привычная утренняя доставка приняла такой крутой поворот?

– Спасибо! Прекрасная мысль.

Джинни сложила руки перед собой, словно пыталась сдержаться и не обнять его. Логан сам не знал, испытал он облегчение или разочарование.

Ему пора. Он уже держался за дверную ручку – почти ушел. Почти вернулся к своему обычному утру, к благословенной тишине.

– А ты придешь?

Вопрос Джинни остановил его на полпути. Логан обычно ходил на собрания, только если это касалось фермы – и только если бабушка была слишком занята кружком вязания, чтобы самой приехать в город. Дедушка, по его собственным словам, предпочел бы вырвать себе зубы без анестезии, чем тащиться на собрание.

Логану незачем было приезжать на этой неделе, но отчего-то он вдруг ответил:

– Да, приду.

Радостный визг Джинни догнал его на озаренной предрассветными лучами улице.

Книжный клуб будет в восторге.

Глава 3

Привет, я Джинни Эллис, племянница Дороти и новая владелица кафе «Пряная тыква». У меня возникла небольшая проблема с нарушением ночной тишины…

С нарушением ночной тишины? Звучало так, будто она совсем спятила. Даже больше, чем утром. Колено Джинни подрагивало, несмотря на все попытки его усмирить. Она нервничала. Хотела произвести хорошее первое впечатление на собрании. Свою короткую речь она прокрутила в голове не менее дюжины раз. И как оказалось, пришла на двадцать минут раньше.

Она села в самом конце зала; старые полы и, вероятно, совсем древний стул заскрипели под ней. Людей пока было немного – небольшие группки о чем-то непринужденно переговаривались, здороваясь так, словно знали друг друга сто лет. Ей этого не хватало. Чувства общности, ощущения дома. Джинни не осознавала этого раньше. Она ведь сбежала из родного городка сразу после школы. Едва получила аттестат, как помчалась прочь, мечтая о свободе без ограничений. Но в какой-то момент драйв большого города, толп и бетона утратил свою привлекательность.

Джинни поерзала, и стул зловеще заскрипел. Пожилой мужчина, проходя мимо, приветливо ей улыбнулся и даже козырнул. Она было подняла руку в ответ, но он уже присоединился к группе у трибуны. Просунув ладони между бедер, чтобы согреть их и поменьше ерзать, она наблюдала, как группа поприветствовала мужчину, добродушно подшучивая над его ярко-зеленым галстуком. Джинни не могла вспомнить, когда в последний раз так дурачилась. Когда в последний раз рядом были люди, с которыми можно пошутить. Разве что в онлайне. За минувшие несколько лет самым близким другом Джинни стал ее брат. Их отношения сводились к спонтанным сообщениям, обмену мемами и нерегулярным разговорам по фейстайму.

Джинни плотнее закуталась в пальто. В зале было ужасно холодно, несмотря на натужное дребезжание батарей вдоль стен.

Городские собрания проходили в здании старой ратуши, которое, судя по гравировке кирпичей на фасаде, было построено в 1870 году. Джинни не могла даже представить, как оно выглядело тогда. Сегодня пространство походило на небольшой актовый зал с рядами металлических складных стульев и трибуной впереди. Сцена за ней была украшена, как предположила Джинни, к предстоящему осеннему спектаклю. В задней ее части виднелся нарисованный от руки пейзаж с тыквами и яблонями, впереди были разбросаны тюки сена. Джинни представила детей в костюмах, как они кружатся по сцене и машут родителям в зале. Наверняка это будет очень мило. Хотя… сцена такая старая. Надежна ли она вообще? Выдержат ли древние деревянные доски?

Джинни отогнала тревожные мысли и оглянулась на двустворчатые двери, ведущие в зал. Логана все еще не было. Может, согласился прийти, лишь бы она замолчала. Не первый раз с нею соглашаются, чтобы заставить замолчать. Джинни, как и всегда, была слишком напориста. Вывалила все свои тревоги, недосып и паранойю про призраков прямо на этого невозмутимого фермера. Очень красивого, очень невозмутимого фермера.

Джинни провела руками по бедрам, пытаясь унять дергающееся колено. Неважно, что Логан красив. Очень, очень красив. Настолько, что попал бы на обложку еженедельника «Сексуальный фермер», если бы такой существовал.

Это все неважно. Потому что в плане «Новая Джинни» никаких романов с красивыми фермерами не было. Она согласилась с безумной идеей тети и взяла на себя управление кафе, чтобы начать все с чистого листа.

Последние семь лет Джинни работала старшим помощником генерального директора компании «Франклин, Мерсер & Янг Файненшал». Пока тот не умер у себя в офисе от сердечного приступа. На следующее утро его нашла именно Джинни. Босс сидел, уставившись в пространство невидящим взглядом, когда она вошла с кофе в руках. Пятно от пролитого в шоке кофе еще виднелось на ковре, когда она уволилась.

Врач заключил, что сердечный приступ вызван стрессом. А еще отвратительной диетой Марвина, состоявшей в основном из бекона да еды навынос. Но именно слово стресс застряло у Джинни в голове. Такое будущее ее ждало? Работать, пока сердце не откажет? Не остановится?

Джинни любила все усложнять. Слишком много думать. Слишком много говорить. Слишком много работать. У нее плохо получалось отдыхать и расслабляться. Она не умела оставаться спокойной и хладнокровной. Но теперь была решительно настроена научиться. Ради собственного здоровья. Вдруг то, что вся ее жизнь сводилась к работе, парочке коллег, с которыми она иногда выпивала по пятницам (если не была слишком уставшей), и редким, неудачным попыткам ходить на свидания, стало казаться огромной проблемой. Убийственной проблемой.

Когда спустя всего несколько недель после смерти Марвина тетя Дот предложила ей переехать в Дрим-Харбор и взять на себя управление кафе, Джинни увидела в этом спасительный выход. Только вот теперь была уверена, что все испортила. Особенно после утренней сцены с тем красивым фермером. Она едва не снесла ему голову, а потом утомила болтовней, тараторя со скоростью света. Она видела выражение его лица. Больше всего на свете он хотел сбежать.

Джинни вновь посмотрела на дверь. Никого, кроме шумной группы пожилых женщин, вошедших в зал. Они улыбнулись ей, рассаживаясь по местам.

Вообще, все к лучшему. Отношения дольше нескольких недель Джинни не удавались, а мимолетная интрижка в таком маленьком городе выглядела ужасной затеей. Да и Логан не собирался с ней флиртовать.

Он и кофе-то с ней не хотел пить.

До того, как она его, собственно, заставила.

– Привет, – хрипловато сказал Логан, прерывая ее мысли и опускаясь на стул рядом.

От него пахло свежестью, осенними листьями и костром. Джинни едва сдержалась, чтобы не прильнуть к его теплу в продуваемом зале.

– Привет. – Спокойно. Держи себя в руках. Она украдкой взглянула, как он устраивается. Все такой же красивый. Черт побери. – Как прошел день? – спросила она.

Обычный вопрос новому знакомому. Никаких безумных теорий о призраках.

– Эм… нормально, – отозвался Логан. Прокашлялся. – Самое обычное утро.

Джинни улыбнулась:

– Обычное – это хорошо.

Логан кивнул:

– Если ты любительница всего обычного и нормального, собрание тебя точно разочарует.

Улыбка Джинни стала шире. Неужели суровый фермер пошутил?

– А что, на ежемесячных городских собраниях в Дрим-Харборе творится нечто невообразимое?

– Погоди и увидишь, – он наклонился ближе, и низкий голос словно пронзил ее тело.

Однако размышлять об этом восхитительном ощущении было некогда. Зал собраний наполнялся людьми, и Джинни сосредоточенно осматривалась.

Все рассаживались по местам, и в помещении становилось заметно теплее от наплыва собравшихся. Громкий смех привлек внимание Джинни к сидящим на несколько рядов впереди. Смеялась женщина лет сорока – хотя если это так, то она выглядела замечательно для своего возраста. Еще один аргумент в пользу жизни в маленьком городке. Местные, похоже, вообще не стареют! Женщина рассмеялась снова, гладкое черное каре обрамляло ее круглое лицо. Она втиснулась между пожилой дамой с короткими седыми волосами и парнем лет двадцати, который оживленно жестикулировал.

– Книжный клуб, – прошептал Логан на ухо Джинни.

– Книжный клуб, – тихо повторила она, наблюдая, как к разговору присоединились еще две женщины, одна из которых прижимала младенца в слинге. – На вид забавные.

– Забавные. Ха. Они заправляют городом. – Зловещий тон Логана не вязался со смеющейся улыбчивой группой перед ними. Женщина с каре вдруг повернулась и энергично ему помахала.