Бывший гад

Пролог

– Долго будешь выпендриваться? Ты же все еще меня любишь, это видно.

– Идиот! – выплюнула ему в лицо. Мои щеки жутко пылали, а тело горело, словно я стояла на улице в знойный день.

Кончик его губы приподнялся в легкой усмешке. Будто он лучше меня. Будто я – ничто, и лишь трачу сейчас его драгоценное время своими истериками. Ну что ж, я еще покажу, кто здесь грязь под ногами. Обязательно. Когда-нибудь.

– Я твой незакрытый гельштат, что ли? Зачем ты приехал? Между нами все кончено.

Закрыться. Спрятаться. Уйти. Сбежать от него.

– Хм, ну что-то типа того. Вдруг понял, что недостаточно попортил тебе жизнь, – взгляд Данила недовольно блеснул.

– Ты сам себе все испортил! – все те ужасные слухи пускала точно не я. Я вообще ни с чем не была виновата, но… разве у меня было время оправдаться? Да и пофиг, он не стоит ни одного моего слова.

Рывок. И спина больно бьется об стену, а на шее ощущаются его цепкие пальцы. Стало немного тяжелее дышать, как если бы в горле застрял ком, и я не могла его проглотить. Сознание стало не таким четким, и перед глазами виднелось только его лицо. Суровое, с жестким, цепким взглядом, прожигающим насквозь. Он смотрел не в глаза, прямо в душу, выворачивая меня наизнанку и показывая, что я не такая уж и нетакая.

– Ты. Моя, – тяжело выдохнул, припечатывая этими словами. – Мне насрать, что ты там думаешь и как далеко пытаешься сбежать. Это…

Свободная рука коснулась живота и медленно поползла вверх, вызывая рой горячих мурашек, проникающих в глубину меня, и схватила за грудь через ткань футболки. Я попыталась оторвать его ладонь от себя, но он лишь сильнее сжимал горло, перед глазами начало немного плыть. Я просто закрыла их. Так легче. Так проще. Мои руки безвольно повисли вдоль тела, и Данил сразу же ослабил хватку.

– Это тоже мое, – горячий шепот возле уха заставил меня задрожать.

– Ты сам меня выкинул… – еле смогла прошептать. Хотелось добавить «как щенка на мороз».

– Значит, ошибся.

Пальцы принялись властно сминать мою грудь, но, кроме боли, унижения и обиды, вперед стали проступать другие ощущения. Те, что я давно затолкала вглубь себя и надеялась, что они там и умрут. Чего я надеялась больше не почувствовать, потому что я давно разбита. Черт возьми. Нет. Я просто теряюсь в этом…

Я не могу его хотеть. После всего, что…

Еще одно движение его руки, и я непроизвольно издала тихий стон. Еле слышный, поскольку я сама стыдилась его. Но ОН все слышал, и его все устраивало. Твердые горошинки сосков было видно даже сквозь тонкий, кружевной лифчик. Данил хмыкнул, и ладонь с груди исчезла, как и рука с горла.

Неуверенно приоткрыла глаза и сделала жадный вдох, который тут же и застрял внутри, потому что чьи-то губы…

Его губы закрыли мне рот.

Глава 1

Я сидела на паре, практически не замечая остальной мир за пределами моего смартфона. Мои две подруги сидели справа от меня. Пара, на которой я, как обычно, успеваю листать ленту и записывать тему. Ибо или Катя, или Олеся временами просят списать лекцию.

За окном весеннее солнышко, пора, когда всех пробивает на романтику. Иначе как я еще объясню, что из нашей святой женской троицы мои подруги уже нашли себе парней. Олеся вообще замужем теперь.

Я здесь что-то типа белой вороны. Не жалуюсь, но внутри временами что-то гложет. Когда все вокруг тебя по парочкам, хихикают и улыбаются, ты ощущаешь нечто странное. Одиночество, что ли.

Я не верю в любовь. Они все рано или поздно могут разойтись, так зачем начинать. У нас статистика по разводам знаете какая? Ну вот.

Меньше всего на свете я хочу оказаться в их рядах. Мне и одной хорошо. Спокойствие, стабильность, никто не напрягает и не делает мозг. Я занимаюсь, чем хочу и не отчитываюсь. А еще никто не тратит мое время. Красота.

Осталось только абстрагироваться оттого, что все вокруг слишком счастливы, чтобы уделять время чему-то помимо своих пассий. Как вообще можно думать только об одном человеке, забыв обо всем вокруг? Фу. Бред.

Меня случайно передернуло от старых воспоминаний.

Брысь. Кыш. Вернитесь глубоко в мое сознание и не вылезайте оттуда.

Курс сегодня был более активным, чем обычно. Препод куда-то вышел на время, и все внезапно начали шептаться. Девочки сбились в стайки, возбужденно переглядываясь.

– Слышали новость? – к нам повернулась наша болтливая помощница старосты.

– Какую? – я лениво поинтересовалась, хотя, признаюсь, мне тоже было любопытно. Что способно взбудоражить эту водную гладь? Последнее время наша группа напоминает рой пчел. Вечный тихий гул, прерываемый преподавателем или особо громким звуком чьего-нибудь телефона.

– Сегодня куратор познакомит нас с новеньким! Пока никто не знает, девушка это или парень, поэтому все сейчас строят догадки, кто мог к нам попасть. Может, с соседнего курса кто перевелся? Парень Кати, например… – и та пытливо уставилась на мою подругу в надежде поймать сплетню первее всех.

– Даже не думай, – оборвала ее Катька, – если бы Димка хотел перевестись, он бы сказал мне об этом.

– А вдруг…

– Он не из таких, чтобы делать сюрпризы.

Помощница старосты недовольно поджала губы.

– Ну ладно. Как хотите. Но если новенький окажется красивым парнем, его тут же захомутает Кристинка, это все знают.

– И мы ему пособолезнуем, – я цинично ответила за всех, взглядом намекая девчонке, что ей уже пора. Если ее вовремя не заткнуть, она начнет лезть и в наше грязное белье в надежде раскопать что-то интересное.

Сама королева универа по имени Кристина сейчас сидела несколькими столами дальше, на самом последнем ряду и активно обсуждала что-то со своими подлизами. Короткий взгляд в нашу сторону был как разряд молнии. Она обвела нас всех долгим, предостерегающим взглядом и вернула наигранную улыбку для своих подружек. У нас с ней… не сильно хорошие отношения, но об этом потом.

Дверь хлопнула, и все притихли. Препод прошел на свое место, поправляя очки и разглядывая нас.

– Извиняюсь, отходил. Новенький приехал раньше, чем ожидалось, – по аудитории прошел шепоток. Внезапно дверь приоткрылась, и оттуда высунулась голова куратора. Они кивнули друг другу, и препод продолжил: – Так что ваш куратор представит вам нового студента вашего курса.

Гул из нудящего стал бодрым и предвкушающим.

Дверь открылась шире, и какой-то высокий,светловолосый парень уверенно шагнул внутрь. Теперь мне резко стало абсолютно все равно. Подумаешь, сейчас половина курса будет на него слюни пускать. Наивные, глупые девочки. Красивые парни слишком эгоистичны и знают себе цену. И обманывать юных девушек для них развлечение. Так было всегда. И всегда будет.

– Новенький у нас мужского пола, – Катя тоже потеряла интерес, уставившись в тетрадь. И только Олеся все еще смотрела из чистого любопытства, явно прикидывая, когда на него начнется охота среди девушек.

– Ага, и симпатичный… – уже влюбленно вздохнула сзади какая-то одногруппница.

– Ну что ж, – вдохновенно начал куратор. – Ваш новый однокурсник. Прошу любить и жаловать. Туманов Даниил.

Стоп.

Что?

В легкие будто копье вонзилось, что аж перед глазами потемнело. Ногтями я неосознанно впилась в парту, а сердечный ритм почти вызвал приступ тахикардии. Стало так плохо… до тошноты.

Я подняла глаза, борясь с подступающей паникой.

И мой взгляд тут же встретился с ним. Он узнал меня. На губах появилась холодная усмешка, будто сорвал джекпот.

Нет-нет-нет. Это какая-то ошибка.

Тот, кого я не хотела вспоминать. Кусочек прошлого, который я вырвала из своего сердца. Забыть навсегда. Стереть из памяти.

Что ты здесь делаешь, черт возьми?!

Какого хрена?! Что за подарок судьбы? Я же выучила этот урок, запомнила на всю свою жизнь. Никаких идиотов в моей жизни.

Твою же…

– Нат? – сквозь непонятную пелену Олеська трясла меня. Мир перед глазами плыл, как и голоса вокруг, сливаясь во что-то одно, такое тихое… спокойное…

– Тебе плохо? Нат… Наташа!

И темнота.

Глава 2

Когда-то я была наивной. И глупой. С таким же влюбленным, чистым взглядом, как у Олеси, когда она видит Егора.

Я была от него безума… да вы что, популярный парень обратил внимание на такую, как я, совершенно обычную.

Только в этом светлом порыве я забыла, что он все тот же плохой парень…

Открыла глаза – все белое, я на кушетке. Здесь занавесочка, пахнет медикаментами. Ожидаемо, но как я могла до такого себя довести? Теперь стыдно. Не то чтобы мне было важно мнение других. А перед девчонками. Что они подумают? Упала в обморок, увидев парня?

Я бы сама себя засмеяла, если бы мне не было так страшно.

Из-за того, что ОН здесь. И снова вопрос: какого хрена?

Прошло два года, если не больше. Я переехала оттуда, стерла все старые связи. Лишь бы пропасть, исчезнуть, стереть саму себя из его памяти, да из их всех. Не хочу больше никого знать из моего прошлого.

И вдруг появляется он, как напоминание, личный кошмар. Боже, боже, боже…

Я села на кушетке, резко почувствовав головную боль. Не стоило так внезапно подрываться, но в голове пульсирует лишь одна мысль «бежать». Хотя бы из универа сегодня. Где медсестра?

А, пофиг.

Взглядом нашла свою сумочку и собралась уже было слезать и драпать, как дверь отворилась.

Он здесь.

Я чувствовала это, даже не видя, кто там за ширмой. Просто ощущала его гнетущую, мощную энергетику. Он будто незримо уже был рядом со мной. Уже давил на меня своим присутствием.

Страшно. По-настоящему, впервые за долгое время.

– Это ты так рада была меня видеть, что плюхнулась в обморок как мешок? – Данил зашел и прислонился плечом к стене, сложив руки на груди. Язвительная усмешка уже бродила на его губах. Они превращались в кривую линию этой бесящей и немного пугающей насмешки.

– Ты уже успел найти медкабинет… – пробурчала отворачиваясь. Смотреть на него было невыносимо.

– Да здесь все простенько устроено, – спиной чувствовала, как он брезгливо оглядывается.

– Так и езжай туда, где все твоего божественного уровня. Зачем ты вообще приперся сюда? Кто тебе вообще дал перевестись в конце года?

– Мой отец теперь меценатор этого «прекрасного» места.

– Ммм…

Уйди уже. Просто выйди отсюда, пожалуйста.

Ты же просто снишься, да? Мои больные галлюцинации.

– Зачем. Ты. Здесь, – сквозь зубы.

– Посмотри на меня, – этот приказной тон. До мурашек.

Нехотя повернулась. Взгляды встретились, и дыхание неприятно перехватило. Он не изменился за два года. Только разве что внешне стал немного старше.

– Ты все такой же.

– А ты изменилась. Одиночество тебе не к лицу. Еще и постриглась. Каре после расставания всегда в моде?

– Да пошел ты, – огрызнулась. Я хотела что-то поменять в себе. У меня, правда, до знакомства с девочками волосы были до талии. А теперь я темнее, я короткостриженая брюнетка, и считаю, что мне это очень идет. Так что пусть катится к черту со своим мнением.

– И язычок отрастила… – почувствовала, что он захотел сократить между нами расстояние, настолько загорелись его глаза.

– Молодой человек, что вы здесь забыли? – в кабинете появилась недовольная университетская медсестра. Волосы в светлой, жидкой гульке, морщинистое консервативное лицо. Она кутала свое полное тело в халат, будто на улице минус пять.

– Ему очень нужна таблетка от живота, – резко вставила я, – жалуется, что в туалете долго сидит. Ну, вы сами понимаете почему.

Данил бросил на меня злобный, полный внезапной ненависти взгляд.

– Мне уже лучше, – бросил и засунул руки в карманы, повернувшись. Уже более тихо: – Мы еще пересечемся.

Быстрым шагом вышел из помещения, даже не обернувшись. Я видела его спину, как отдаляющуюся угрозу. Отсрочившуюся, но ненадолго. Мне никуда не деться от него здесь, в стенах универа, остается лишь укреплять свой панцирь. Стать сильнее, стать еще независимее. Чтобы он не посмел больше… чтобы не смог надо мной смеяться.

Я свесила ноги с кушетки и вопросительно посмотрела на медсестру.

– Ну что, милочка. Завтракала? Раньше такие симптомы были? – пытливо вгляделась, будто я полностью виновата в соственном обмороке.

– Нет, впервые такое.

Она взяла мою медкарту и принялась там что-то записывать.

– Так может, тебе в больничку съездить? Хорошо себя сейчас чувствуешь?

– Да, все хорошо, – торопливо пыталась придумать, как побыстрее отсюда свалить. – А знаете, я, кажется, вспомнила, что не ела со вчерашнего вечера. Видимо, из-за этого.

– Ну вот, – кивнула, – есть нужно всегда. Трехразовое питание, здоровый сон…

Дальше я ее не слушала. Спустилась на пол и подняла свою сумку.

– Можно я пойду? Поем.

– Конечно, иди, – согласилась и добавила, – и парня своего научите вежливости. А то мальчики пошли совсем…

Немного грубо оборвала ее:

– Он мне не парень!

– Ладно, ладно… все поколение пошло невоспитанное… – заворчала под нос, слегка обиженно вздохнув.

Я выскочила пулей из кабинета, натыкаясь на подруг, которые как раз направлялись ко мне из другого конца коридора. В руках у них были пакеты с логотипом нашего кафе, видимо, прошло время столовой и подруги позаботились о моем пропитании.

– Наташа!

– Девочки!

– А ну, рассказывай, – возбужденно пристала Олеся, хватая меня за плечи, – что произошло и кто он такой?

Глава 3

– Никто, – взгляд направился в пол. Как-то не хочется им все сразу выливать. Там было столько всего… отрывки воспоминаний… множество моментов разом пронеслись в голове.

– Ты уверена? – Катя нахмурилась.

Изнуренно вздохнула.

– Он мой бывший. Мы расстались два года назад.

– Расстались?

– Это я. Я сбежала от него.

Лица подруг в немом вопросе. Они даже переглянулись.

– Он сделал кое-что плохое, и я теперь его ненавижу. Это самовлюбленный идиот и бабник, не то, что ваши мальчики. Он демон, застрявший в симпатичном парне. И тот факт, что он здесь, бесит меня больше всего. Потому что нет человека, о котором я думаю хуже. Это же полный… абзац. Он явно появился, чтобы продолжать мучить меня…

Видимо, мои эмоции проступили, потому что лица девчонок стали вмиг сочувствующими.

– Мы не дадим тебя в обиду! – Олеся приобняла меня. С другой стороны подошла Катя.

– Да, пусть только попробует тебе что-то сделать!

– Спасибо, девочки, – я растрогалась, обнимая их в ответ. Я так рада, что у меня появились такие подруги, как они. Прошлая бести бросила меня. Он поманил ее, она и побежала. Откуда я могла знать, что ей все это время тоже нравился Данил, и бывшая лучшая подруга только и ждала момента, когда мы расстанемся. Но справедливость существует, ему она надоела спустя неделю. Ох, как она убивалась!

– А мы принесли тебе поесть, – Олеся вспомнила про пакет и всучила его мне. – Если хочешь, мы не пойдем на последнюю лекцию.

– Нет-нет. Все нормально, – да нифига не нормально. Но признаться в том, что он меня пугает, и я хочу просто потеряться, не могу. Даже при девчонках не хочется показывать слабость. Просто потому, что нарочитая храбрость – это уже часть меня. И, кажется, если я сниму эту маску, то не смогу ее сейчас заново надеть. А мне она нужна. Особенно сейчас.

Особенно.

Сейчас.

Чтобы отвлечься, я увлеклась содержимым пакета. Там был коктейль, пончики и упакованный в контейнер мой любимый десерт – творожный чизкейк. Вообще, обожаю всякие творожные пирожные, они будто бы для меня самые нежные.

Я села на лавочку рядом и принялась за еду, откупорив стаканчик с еще холодным коктейлем.

– Пойдем, – после первого пончика у меня появились силы сражаться, – теперь я подготовлена.

– И мы рядом, – подтвердили ожидающие меня девочки.

– А где ваши?

Олеся отмахнулась.

– Я отправила Егора искать мне клубнику, – она погладила животик и подмигнула, – очень уж захотелось. А Катькин с ним пошел за компанию.

– Ай, малыш у тебя сладкоежка! Слышала, что это к девочке, – залепетала Катя.

Да, Олеся забеременела. Для нас это было шоком, но это ее жизнь, и она кажется счастливой. И если ей хорошо – то и нам тоже. А Катя вообще детей обожает. Кажется, кто-то нашел отличную няньку. Правда, в следующем году нашей Олеськи с нами не будет. Роды и первый год жизни малыша, она будет в академическом. Но, думаю, мы будем ее навещать так часто, как только сможем.

– Ладно, – я убрала последний пончик на место и поднялась, как только услышала звонок на последнюю пару. – Пойдёмте.

На самом деле я очень надеялась, что он мне все еще привиделся. Или что Данил хотя бы не будет ходить на пары. Уроки раньше он временами прогуливал, но… здесь это не сработало.

Мы заходили последними, но уже отметили, что он успел найти себе здесь знакомых. И совсем неудивительно, что ими оказались хулиганье и мажорчики с последней парты, тесно дружащие со сворой Кристины, местной королевы. Давно уже упавшей со своего пьедестала, но не потерявшей надежды забраться обратно.

Мы пересеклись взглядами. Он что-то рассказывал парням, те гоготали. И на момент, когда я вошла, он на секунду запнулся. Прищурился, разглядывая, сканируя, вылизывая меня взглядом. Я почти кожей это ощущала, да и не только снаружи. Все внутри задрожало.

– Пошли, – девочки не дали мне замереть столбом, и я поспешно отвернулась, найдя взглядом наше место. Между нами несколько парт. Отлично. Хотя бы здесь он не будет рядом. Расстояние. Мне нужно, чтобы оно было между нами. Чтобы я сохраняла контроль над собой.

Мое место. Все как обычно. Стул, тетрадь, наполовину исписанная ручка. Вот только лопатки чешутся, и, видит Бог, мне нужно много сил заставить себя не повернуться туда. Вообще не смотреть, игнорировать, будто он пустое место.

Преподаватель зашел, и у меня даже получилось абстрагироваться на учебу. Медленно, усилием воли заставила себя начать записывать, а дальше все пошло по накатанной, само собой. Я даже задумалась о чем-то, пока вдруг препод не вызвал меня к доске.

– Реши-ка эту задачку. Покажи этим разгильдяям пример, – он тепло посмотрел на меня. Да, это у меня получалось лучше всего.

Обычно получалось.

Но сейчас я вышла, повернулась лицом к курсу и… замерла. Опять. Черт, не вставай столбом.

Но он ТАК смотрит. Он так спокойно сидит здесь. Почему. Ну почему же это происходит со мной.

– Так… да, – попыталась собраться с мыслями и повернулась на доску. Но ничего. Они ускользали от меня. Я будто бы сидели и ловила их руками, но они как скользкие маленькие рыбки проскальзывали между пальцев. Ничего не могу с этим сделать. Вместо учебы вспоминаю его слова тогда, два года назад.

– А ты красивая, Нат. Не такая, как они…

– Мне похрен на всех. Ты самое главное.

– Ни к кому еще такого не чувствовал…

– Студентка, вы собираетесь отвечать?

– Я… э-э-э… – мешкалась. Черт, как же я ненавижу такие моменты. Снова стыд подкатывает, словно ком тошноты.

А Данила это забавляло. Мое помешательство. Он ментально заигрывал со мной, показывая, что может выбить меня из колеи, не говоря ни слова. Просто напоминая своим видом обо всем, что было. ОБО ВСЕМ.

– Я не могу… – пролепетала. Говорила преподавателю, а смотрела на него. Надеялась увидеть там отклик чего-то… не знаю чего. Но там беспощадная пустота.

– Все в порядке, слышал, вы сегодня нехорошо себя чувствовали. Можете присесть, я проверю вас на следующей лекции.

Не отпустило. Уши под волосами горели так, что даже волосы ощущали тепло. И как в добивочку я услышала еле слышный, именно его смешок. Или ухо поймало его даже на таком расстоянии, или это бред моей воспаленной фантазии.

Скорее всего, второе, ха-ха. Я уже не первый раз за сегодня думаю, что сошла с ума.

Сосредоточиться. Ручка, тетрадь. Так. Пиши. Пиши, мать твою. Он ведь даже не смотрит на тебя, ему плевать. Я дернула голову немного влево и наткнулась на его прямой взгляд. Меня прошибло током. Сделала вид, что просто проверяла грязь на рукаве, и уткнулась обратно в тетрадь.

Смотрит. Да черт!

Ненавижу его. Ненавижу!

***

– Какие планы на сегодня? – я собиралась как можно медленнее, с облегчением заметив, что Данил куда-то торопится. Хорошо, додумался не подходить ко мне при подругах и не устраивать цирк. Может, и пронесет беда, если я постоянно буду рядом с Катей и Олесей.

– Посидим на игре Егора с Димой, потом можно к нам, – предложила Леська. – Чайку бахнем, а парней выгоним, пусть вон погуляют, наконец.

– Идея нифиговая, – согласилась. Мне как раз хотелось чего-то спокойного. Просто посидеть и поболтать ни о чем.

И так же бездумно сейчас позалипать, как парни гоняют мяч в спортзале. Скоро у них соревы с соседней школой, тренировок становится больше. А для меня уже эти лавочки возле стен стали особым местом медитации. Скрип подошв, звон тяжелого мяча и выкрики…

Я собрала сумочку, уже когда все вышли, даже препод прибрал свои бумажки. Предложила девочкам потихоньку пойти в сторону спортзала, где на входе нас будут ждать их парни и компания. Просто хочу точно удостовериться, что этот дебил покинул стены университета и тащит свою задницу домой.

Но возле зала не было привычной гармонии, парни из баскетбольной команды суетились, как муравьи.

Подошла ближе, моя мина превратилась в каменную. Данил. Они разговаривали с ними, он мило улыбался и поддерживал диалог. Мы подошли ближе уже как в слоумо. Это мой мозг пытался загрузить увиденную картинку. Какого черта он еще и здесь. Выглядит как душка, сразу став центром внимания.

– О, у вас новенький, мы и не знали, – Дима заинтересованно повернулся ко мне, когда мы все-таки подошли. – А классный пацан, да?

– Эй, Дань, а ты в баскетбол играешь? Го с нами, – предложил Егор. Они обступали Данила как новую игрушку. Заинтересованно, чисто дикари обезьяны нашли нового соплеменника. И опять эта легкая улыбочка моего бывшего, он заметил меня еще на подходе.

Как низко. Втиснуться в доверие к парням моих подруг…

– Да, было бы неплохо. Люблю спорт, – Данил кивнул Егору, а сам метнул победный взгляд на меня. Быстрый, видимый только мне.

– Тогда погнали.

Парни засобирались.

– А мы с вами не пойдем, – Катя накуксилась, видя эту прекрасную картину. – Дим, можно поговорить с тобой?

– Что-то случилось?

– Да, – она схватила его под локоть и увела в сторонку. Егор подтащил к себе Олесю, пытаясь усадить ее на лавочку, чтобы та отдохнула, ворча, что в ее положении нельзя долго напрягаться. Начал кружиться над ней, как заботливая мама утка.

– Ну что, – вкрадчивый баритон донесся до моего уха. Уже не такой доброжелательный, не такой светлый. Он снял свою ангельскую маску, чтобы снова вызвать холодные мурашки вдоль позвоночника. Стоя рядом, почти касаясь дыханием волос возле уха. – Я же говорил, что мы не договорили.

– Нам не о чем разговаривать, прекрати лезть в мою жизнь, урод, – прошептала с угрозой.

– Ой, какие мы дерзкие, – хмыкнул, а затем я ощутила легкое прикосновение его руки к моему бедру. Он просто провел. Просто. Своей чертовой рукой. А я уже отпрыгнула от него, словно меня током ударило.

Ребята повернулись. Олеся взволнованно попыталась встать.

– Мы уходим! – Катя вернулась в компанию как маленький ураган. Схватила меня за руку, кивнула Олесе. Та подорвалась за нами.