Мы больше не разговариваем

Плейлист

1. Avril Lavigne – 17

2. Twenty One Pilots – Shy away

3. MGK – Swim good

4. Ed Sheeran – Shivers

5. Halsey – So good

6. Billie Eilish – Everything i wanted

7. Avril Lavigne – Bite me

8. Charlie Puth (feat. Selena Gomez) – We don’t talk anymore

9. Lana Del Rey – Radio

10. MGK, blackbear – My ex’s best friend

11. Marshmello, Halsey – Be Kind

12. Ed Sheeran – 2step

13. MGK (feat. Kellin Quinn) – Love race

Глава 1

Я просто ненавижу летать. Как только самолет поднимается в воздух, у меня закладывает уши, а к горлу подступает тошнота. Все время полета я сижу, вцепившись в подлокотники, с закрытыми глазами, делая размеренные вдохи и выдохи. К счастью, через эту пытку мне приходится проходить только дважды в год. И это определенно того стоит. Несмотря на трудности, связанные с самолетами, я жду того дня, когда начну собирать вещи, чтобы отправиться к дяде на целое лето.

Орегон встречает меня дождем – не самым частым явлением для здешнего сухого лета. Обычно сезон дождей приходится на зиму, но я так счастлива снова оказаться на земле, что не обращаю внимания на холодные капли, стекающие по оголенным участкам кожи.

Войдя в здание аэропорта, я забираю свой багаж, а затем спокойно выдыхаю, когда вижу Кирнан с табличкой в руках. Она машет ею над головой, исполняя какой-то нелепый танец. Ее волосы завязаны в высокий хвост, который вращается, словно пропеллер.

Каждый год одно и то же. Она пишет мое имя на листе, дополняет незамысловатым рисунком, очень напоминающим каракули двухлетнего ребенка, и встречает меня. Раньше это было здорово – до того, как мне стукнуло лет четырнадцать. Но не сейчас, и все же Кирнан соблюдает традицию.

– Ты снова выросла, малявка, – произносит кузина, притянув меня к себе.

Я обнимаю ее в ответ, затем смеюсь, глядя на Кирнан, которая ниже меня на полголовы, но старше на целый год и месяц.

– А ты нет.

Она смотрит на меня с прищуром.

– В прошлом году мы начали с того же.

Я подмигиваю.

– Ага, и в позапрошлом.

Кирнан тычет меня в бок.

– Не могла же я остановиться в росте два года назад.

Я снова смеюсь. Как же здорово вернуться.

– Твой чемодан просто огромный, – пыхтит Кирнан, когда мы обе пытаемся впихнуть его в багажник машины.

Я виновато пожимаю плечами.

– В этом году я решила взять побольше одежды.

– Зачем?

Косо посмотрев на нее, я пытаюсь уйти от прямого ответа. Она, конечно же, знает, но почему-то не ухмыляется, как обычно. Вместо этого Кирнан как-то странно смотрит на меня, слегка поджав губы. Несмотря на то что видимся только летом, мы проводим много времени, болтая по телефону и видео. К тому же, два месяца – это не так уж мало. Мы хорошо знаем друг друга.

– Что-то не так?

Кирнан отмахивается и, тряхнув черным хвостом, обходит машину и открывает дверцу с водительской стороны.

– Залезай.

Я послушно забираюсь в салон и устраиваюсь в кресле. Кирнан в это время опускает солнцезащитный козырек и смотрится в зеркальце, прикрепленное к нему.

– Пусть ты и не выросла за этот год, но определенно стала еще красивей, – говорю я.

Она поворачивается.

– Спасибо, Фэй. Ты тоже.

Мы улыбаемся друг другу.

– Как же здорово, что это лето наконец-то настало. Я так его ждала!

На лице Кирнан снова появляется какое-то непонятное выражение, но оно исчезает так быстро, что я даже не успеваю задуматься над этим. Прошел год, что-то в ней поменялось, как и во мне, и это нормально. В остальном все по-прежнему.

– Да, – с улыбкой подтверждает Кирнан, выруливая с парковки. – Папа очень сильно тебя ждет.

Откинув голову в кресле, я поворачиваюсь.

– Насколько сильно?

С губ Кирнан слетает истеричный смешок.

– О-очень сильно. Впрочем, как всегда.

Я не позволяю себе закатить глаза или фыркнуть. Мой дядя – отец Кирнан – каждый год встречает меня вечеринкой-сюрпризом. Раньше это и правда были сюрпризы, а последние года три стали привычкой. Но мне все равно нравится.

– Круто. Значит, будут мои любимые ребрышки под фирменным соусом.

– О да, – подтверждает Кирнан.

Сбросив на пол машины вьетнамки, я взглядом прошу у нее разрешения. Когда она кивает, я кладу ноги на панель и стекаю в кресле пониже. В окна бьет дождь, размывая черты города. Но я вижу этот пейзаж из года в год, так что никакой разницы – с дождем или без. Следя за двигающимися дворниками, я начинаю медленно погружаться в сон. Впереди полтора часа дороги от Портленда до Сисайда – места, где каждый год я провожу целых два месяца. Места, за пределами которого не представляю лето.

Мы даже не успеваем пересечь перевал, а я уже чувствую запах океана. Открыв окно и высунувшись наружу, протягиваю руку навстречу ветру. Тяжелые тучи цепляются за вершины гор, влажный воздух вызывает шквал мурашек по телу.

Как ожидалось, – а так происходит уже девять лет, – по приезду меня ждет вечеринка-сюрприз. Напоминаю: условный сюрприз. Дядя Ллойд – родной брат моей мамы – стоит на крыльце, широко улыбаясь. Его светлые волосы топорщатся в разные стороны. И как только он делает шаг, неловко опираясь на свой костыль, я пулей бегу навстречу и обнимаю его.

– Ты выросла за этот год, – бормочет дядя, обнимая меня.

Я улыбаюсь, отстранившись, затем кивком головы указываю на Кирнан, которая возится с моим чемоданом.

– Кирнан сказала то же самое, только с упреком. Кажется, она мне завидует.

Дядя Ллойд смеется, жестом приглашая пройти в дом, и пытается взять из моих рук рюкзак, но я качаю головой. Он лишь вздыхает. Пару лет назад дядя упал с лестницы, когда чинил крышу, и сломал бедро. К сожалению, хромота стала его постоянным спутником.

Дом моих родственников находится в нескольких метрах от пляжа. Если Кирнан прожила тут всю жизнь и не обращает на это внимания, то я схожу с ума от нетерпения и мечтаю поскорее помчаться к океану.

Но пока я стою посреди небольшой гостиной и улыбаюсь всем, кто пришел меня встретить. Это все те же лица, что я вижу из года в год. Миссис Мартинес, соседка дяди Ллойда и Кирнан, и двое ее сыновей – Фабиан и Дин, которым в этом году уже восемь и десять. Лучшая подруга Кирнан – Зои. Ее двоюродный брат Сет со своей девушкой Моникой.

Они стоят под растяжкой со словами «Добро пожаловать домой, солнышко». В руках миссис Мартинес мой любимый яблочный пирог, а из открытой двери, ведущей на задний двор, доносятся ароматные запахи жареных на гриле ребрышек.

Я действительно дома. Ничуть не меньше, чем в Денвере, где живу с родителями. Это словно одна большая жизнь, разделенная на две части расстоянием и временем года. Я не представляю лето без океана. Мне даже физически сложно протянуть июнь в горах. Летом мне нужен бриз и дождь. Я не могу иначе. Мои родители редко здесь бывают. Раньше мы приезжали вместе, затем они возвращались домой в Колорадо, а я оставалась. Теперь я приезжаю одна, потому что они много работают.

– Сюрпри-из, – лениво напевает Сет, приподняв стакан с колой.

Моника разводит руки в стороны. Я бросаю на пол рюкзак и ныряю в ее объятия. Абсолютно каждый в помещении заметил, что я «подросла».

После бесконечных объятий Сет помогает мне отнести багаж в комнату Кирнан. Почти два месяца мы с ней будем делить одну спальню, бегать на вечеринки на пляж через окно и до утра обсуждать парней. Я скучала по этому.

После того как я принимаю душ и надеваю чистые шорты и футболку, мы рассаживаемся за круглым столом на заднем дворе. Сет, захлебываясь, рассказывает о колледже в Портленде, куда поедет в конце лета. Фабиан и Дин жуют арбуз. Миссис Мартинес хлопочет над нашими тарелками, если те пустеют. Когда дядя Ллойд все же затыкает Сета, все смотрят на меня. Я вытираю рот салфеткой и смотрю на всех в ответ.

– Что вы хотите услышать? Школа отстой. Мама с папой контролируют мои оценки. На следующий год будет еще хуже. Выпускной класс, – я вздыхаю, – а затем колледж.

Из этого следует вывод, что со следующего года я вряд ли смогу приезжать сюда на все лето. То есть технически это, конечно же, возможно. Но дело в том, что я буду учиться в колледже. И еще не знаю, в каком именно, но кое-что известно точно – моя жизнь здорово изменится. Возможно, я буду приезжать, но не так часто, как раньше.

Конечно, это меня расстраивает. Перемены пугают. Какой бы ни была отстойной школа, я готова терпеть ее ради того, чтобы вновь на каникулы приезжать сюда. Глупо и по-детски, но это правда.

– Ты все равно будешь приезжать, – говорит Кирнан.

Дядя Ллойд согласно кивает.

– Или поступишь в колледж в Портленде и будешь бывать здесь чаще, чем дома.

Об этом я уже думала. Родители догадались, что, возможно, я выберу колледж рядом с дядей. Не думаю, что они будут против, но и радости не выкажут. Их планы на меня не совпадают с тем, чего мне самой хочется. В любом случае, у нас есть время с этим разобраться. Впереди лето, я снова здесь, так что нет смысла думать над тем, чего еще не произошло.

– У меня есть целый год, – пожав плечами, отвечаю я.

Моника наклоняется над столом и загадочно улыбается.

– Никого не оставила в Денвере? Хотя, постой. Конечно, нет. Иначе бы мы в этом году тебя не увидели.

Все смеются, включая меня. Но Кирнан не поддерживает общего веселья. Я вопросительно смотрю на нее, но она в ответ буквально вымучивает улыбку. Что это с ней? Нам стоит поговорить, когда останемся одни. К тому же меня отвлекает Сет: хватает под руки и подталкивает к двери.

– Мы идем на пляж. Все тебя уже ждут.

Я широко улыбаюсь и несусь в нашу с Кирнан спальню. Открыв чемодан, я лихорадочно ищу что-нибудь теплее футболки. Вечером на пляже холодно.

«Он ждал меня», – думаю я.

Ну, конечно, ждал, мы же договаривались. Хотя многое могло измениться за этот год. И все же я надеюсь, что нет. Странно, что я вообще дождалась этого момента. С прошлого года мы обменивались короткими сообщениями в социальных сетях, и на этом все. Это тоже была своего рода договоренность. Я не знаю, насколько это неправильно. Но ведь мы ничего не обещали друг другу, даже не договаривались встречаться или что-то подобное. Это произошло в самом конце прошлого лета, и мы решили продолжить, когда я вновь вернусь через год.

Странно, правда? Но мне идея понравилась. Ведь это подтверждает теорию о том, что у меня целых две жизни. Которые в конце концов должны слиться в одну.

В гостиной никого нет, когда я возвращаюсь. Здесь все почти так же, как и бывало каждый раз, когда я приезжала. Исчезли только некоторые фотографии с полки. Кирнан их убрала несколько лет назад. Я бы тоже спрятала фотографии своей матери, если бы она ушла. Зачем на них смотреть? Зато появилась новая, на которой мы с Кирнан на пляже. Наша поза копирует постер фильма «Мистер и миссис Смит». На фото миссис явно я, потому что мои карамельно-русые волосы рассыпаны по плечам, а темная шевелюра Кирнан собрана на затылке в тугой пучок.

Барабаня пальцами по спинке дивана, я разглядываю накинутый на него старый плед. Я все еще вижу крошечное желтое пятно, которое никак не отстирывается – в прошлом году мы с Кирнан пролили на него банановый смузи, который сами приготовили.

Мой чемодан не зря такой большой. Я приехала не с пустыми руками. Но это позже. Сейчас я должна увидеть…

Мои мысли прерывает взволнованный голос Кирнан. Сначала я не разбираю, что она говорит, пока не подхожу ближе к приоткрытой парадной двери.

– Пожалуйста, давай не сейчас.

– Почему?

Я замираю, услышав этот голос. Мое сердце подскакивает до горла. Он здесь. Но подойти и с улыбкой распахнуть дверь я не успеваю.

– Я думал, ты ей сказала по дороге домой.

У меня перехватывает дыхание.

– А разве это не ты должен был сделать? – парирует Кирнан.

Бенджи вздыхает. Я моментально все понимаю. Как странно стоять здесь и не иметь возможности подойти и обнять его. Я ведь почти целый год этого ждала. На меня вдруг тонной груза сваливается осознание того, что я этого больше не сделаю.

– Если бы я ей написал, она бы не приехала, – произносит Бенджи. – Ты ведь не этого хотела.

Кирнан молчит, а я практически не дышу. Я даже подумать о таком не могла. Пожалуйста, пусть я ошибаюсь. Пожалуйста…

– Не этого, – наконец тихо отвечает Кирнан.

– Детка, – голос Бенджи полон нежности.

Я отступаю. Как она могла так со мной поступить? Как они оба могли?

Впервые за все эти годы я желаю немедленно собрать свои вещи и вернуться домой. К счастью, чемодан я разобрать еще не успела.

Глава 2

Продолжая пятиться, я наталкиваюсь на кого-то спиной.

– Вот ты где!

Развернувшись, вижу перед собой Зои. Она улыбается, но, когда замечает выражение моего лица, улыбка исчезает.

– Фэй?

Мое сердце все еще бьется в груди, словно птица, засунутая в клетку. Чувство такое, будто еще секунда – и оно разлетится на части.

Поймав обеспокоенный взгляд Зои, я дрожащей рукой указываю на дверь.

– Это правда?

– Что именно?

Стиснув зубы, я беру себя в руки.

– Бенджи и Кирнан, – твердым голосом отвечаю я.

Теперь Зои выглядит не просто обеспокоенной. Она в полном смятении.

– Фэй, я…

Мрачно усмехнувшись, я качаю головой. Зои уж точно не должна мне все объяснять. Это должен сделать один из тех, кому я доверяла и кто сейчас спорит на крыльце, перекладывая друг на друга ответственность.

– Мне нужно идти.

Зои смотрит на меня с жалостью. От этого моя обида превращается в ярость.

– Просто поговорите, – говорит она.

Я бросаю на нее взгляд, полный гнева.

– Здесь не о чем говорить.

Но Зои никак не реагирует на мою грубость. И снова эта жалость на ее лице. Она смахивает со щеки рыжую прядь и смотрит себе под ноги.

Я решаю избавить ее от неловкости. Она здесь ни при чем. Молча развернувшись, я иду в спальню. Теперь мне трудно здесь находиться, и я начинаю мерить комнату торопливыми шагами. От шкафа к кровати. От кровати к столу. От стола к окну. За окном видно часть пирса. У меня подкашиваются ноги, и обида снова накрывает с головы до ног. Я смотрю на чемодан с распахнутой крышкой. Будет ли разумно впихнуть все, что я успела вытащить, и театрально выйти с вещами за дверь? Дядю Ллойда это очень расстроит. Просто уйти… Я никогда не умела устраивать истерики. Но можно пойти к Сету, верно? Да, верно…

Пока я раздумываю, дверь в комнату медленно открывается. На пороге стоит Кирнан. Она уже распустила свои длинные черные волосы. Они достают ей почти до талии. Она такая красивая, и мне вдруг становится физически больно от этого. Я никогда не видела в ней конкурентки. Понятия не имею, как мы до такого дошли.

– Нам нужно поговорить, – произносит она и закрывает за собой дверь.

Я бы хотела видеть на ее лице сожаление. Или чувство вины. Но их нет. Она выглядит не совсем уверенно, но все же создается ощущение, что она твердо убеждена в том, что не предавала меня.

– Думаю, это ничего не изменит, – отвечаю я.

Кирнан складывает руки на груди.

– Почему?

– Потому что, – резко отвечаю я. – Как это изменит то, что ты растоптала мои чувства?

Теперь на лице Кирнан долгожданное чувство вины.

– Прости меня. Я должна была сказать.

Я подхожу на пару шагов ближе к ней.

– То есть ты считаешь, что должна была мне только сказать? А как насчет того, чтобы этого не делать?

Она поднимает голову, глядя мне прямо в глаза.

– Скажи мне честно, Фэй. Тебе действительно так важен Бенджи?

Ушам своим не верю. Приподняв руки, я качаю головой.

– Я не хочу сейчас с тобой это обсуждать.

– Почему? Разве это не важно?

– Гораздо важнее то, как поступила ты.

Кирнан захлопывает рот. Она часто моргает. Зная ее, я могу быть уверенной, что она вот-вот расплачется.

– Вот ты и ответила на мой вопрос, – почти шепчет она.

Я опускаю плечи. Она права. Меня гораздо сильнее ранит то, что сделала Кирнан. Не Бенджи. А ведь я даже не знаю, что между ними.

– Он пригласил меня на выпускной. – Кирнан проходит мимо меня и садится на свою кровать. – Сказал, что давно должен был меня заметить, Фэй. – Она поднимает глаза, полные слез. – Он мне всегда нравился. И ты знала это, когда стала гулять с ним. Так почему же я сейчас сижу здесь и оправдываюсь перед тобой?

На меня накатывает усталость, вызванная чувством вины. Слишком много чувств.

– Я была уверена в том, что ты больше ничего к нему не испытываешь.

Она не смотрит на меня.

– Ты ошибалась.

– Выходит, это я виновата?

Кирнан поворачивает голову и снова на меня смотрит.

– Никто не виноват. Я просто хочу, чтобы мы разобрались.

Я молча стискиваю челюсть.

– Как?

Кирнан тоже выглядит усталой. Очевидно, она очень долго над этим думала.

– Не знаю. Но мы не будем ссориться. Только не из-за парня.

В ее словах есть смысл.

– Я ведь спрашивала тебя в прошлом году, – говорю я. – Ты сказала, что он тебе больше не нравится. То есть ты к нему равнодушна. Неужели ты думаешь, что если бы я знала, то стала бы встречаться с ним?

– Не стала бы, – уверенно отвечает Кирнан. – Я действительно думала, что он мне больше не нравится. Но стоило ему пригласить меня, как я… – она замолкает, взглянув на меня.

Внезапно все меняется. Буквально за одну секунду. Только что я злилась на кузину за то, что она начала встречаться с парнем, с которым хотела встречаться я. А теперь я злюсь на себя, что вообще посмотрела на парня, который нравился ей.

Звучит как-то нереально.

Кирнан замечает, что я больше не злюсь. Она подходит ко мне и берет за руку.

– Фэй, скажи правду. Он тебе действительно нравится?

– Конечно, – вздохнув, отвечаю я.

Это огорчает ее. А как он мог мне не нравится? Мы начали гулять вместе в последние несколько дней перед моим отъездом в прошлом году. Бенджи показался мне милым, и я растаяла. Ничего серьезного не было, всего лишь поцелуй и разговор о том, что я вернусь следующим летом, и мы продолжим с того, на чем остановились.

Теперь я стою перед Кирнан и вспоминаю наш разговор о Бенджи. Я ей, конечно же, обо всем рассказала. Она не выглядела расстроенной. Так бывает, когда сначала парень тебе нравится, а потом нет. Я думала, это тот самый случай. Оказалось, что все не так.

– Все равно это неправильно, – говорю я. – Ты должна была сказать.

Кирнан кивает, в ее зеленых глазах сожаление.

– Я трусиха. Но я не ожидала, что ты будешь так рваться увидеться с Бенджи. Мы с тобой не поднимали эту тему, и я думала, что ты забыла о нем.

В голове все смешалось. Теперь я не знаю, чего хотела и чего хочу.

– Извини, Фэй. Он мне правда очень нравится. И даже больше, – продолжает она.

Я смотрю в глаза Кирнан, и обида медленно гаснет внутри меня. Остается только неприятный осадок. Это не конец света. Но я надеялась этим летом влюбиться. Снова. Строила планы, хотела, чтобы все было идеально. Чтобы мы гуляли до утра, купались, ездили в город, ходили на ночные киносеансы. Я хотела держать за руку того, кому нравлюсь.

Теперь создается ощущение, будто я хотела любого парня. Конечно, нет.

– Глупо вышло, – буркаю я.

Кирнан кивает.

– Он на крыльце. Хочешь поговорить с ним?

Я качаю головой.

– Нет. Может, потом. Я устала и хочу прогуляться.

– Фэй, – умоляюще просит Кирнан.

– Все в порядке, – говорю я и выхожу из комнаты.

Теперь, когда я остыла и импульсивный позыв собрать вещи прошел, я не знаю, что делать. Ситуация нелепая, и я даже не понимаю, как себя вести. Если бы я была влюблена, то была бы разбита и чувствовала себя преданной. Но все не так. Странное ощущение.

Позади раздаются шаги. Кирнан оказывается рядом со мной.

– Тебя все ждут. Мы будем там же, где и всегда. Все скучали по тебе, Фэй. Приходи, ладно?

Не глядя на нее, я киваю.

Вздохнув, она идет к двери, затем снова останавливается и оборачивается.

– Я должна это сказать.

Я удивленно смотрю на нее.

– Что?

– Только не злись. Но я знаю, почему ты гуляла с Бенджи в прошлом году. Я давно догадалась. Это же из-за… – Кирнан быстро осеклась.

Мне уже не нравится, как начинаются мои каникулы. Сложив руки на груди, я невольно хмурюсь.

– Не понимаю, о чем ты.

Кирнан не убеждает моя решимость и явное замешательство в голосе.

– А мне кажется, понимаешь.

Если она намекает на… Боже, это же глупо.

– Мы должны были обсудить это еще тогда. И сейчас ничего этого бы не было.

– Да, – соглашаюсь я. – Ты должна была мне сказать, что все еще без ума от Бенджи.

Кирнан слегка закатывает глаза.

– Я не только об этом.

– Перестань, – злюсь я. – Ты не права.

– А ведь я даже не сказала, что имела в виду.

– Я догадываюсь.

Она смотрит на меня покровительственно, как настоящая старшая сестра, к которой я всегда могу обратиться за помощью. И несмотря на наше неловкое положение, все так и есть.

– Мы ждем тебя, – повторяет она. – Как и всегда.

Последнюю фразу она произносит с улыбкой, а затем выходит за дверь.

Как быстро все закончилось. Должна была разыграться драма из-за парня, но я так рада, что ее нет. Бенджи классный, но он не стоит того, чтобы действительно возненавидеть Кирнан. Уже даже непонятно, кто кого обидел и кто из нас поступил неправильно. Теперь я понимаю лишь то, что мы должны быть более откровенны друг с другом. Чем глубже ты прячешь свои чувства и пытаешься убедить себя, что их нет, тем больнее будет после, когда они все же вырвутся наружу. Нельзя держать в себе слишком много.

Мне хочется увидеть всех своих близких. Я так долго этого ждала. Но сейчас лучше спокойно все обдумать, глупые планы заменить новыми и убедить себя, что лето все равно будет замечательным.

Мрачно усмехнувшись своим мыслям, я качаю головой. Смешно, что я пытаюсь изобразить из себя оптимистку. Мне некомфортно из-за случившегося, но я не хочу так себя чувствовать, поэтому сегодняшний вечер проведу иначе. Не так, как это делала раньше сразу после приезда.

Дом опустел. Миссис Мартинес, Дина и Фабиана тоже нет. Дядя сидит один на заднем дворе в садовом плетеном кресле и постукивает костылем по земле. Он поднимает голову, когда видит меня.

– Фэй, солнышко.

Я улыбаюсь.

– Посидеть с тобой?

Он качает головой.

– Нет, что ты. Беги к друзьям.

Но я беру еще один стул и сажусь рядом.

– Что-то мне сегодня не хочется.

Он с любопытством смотрит на меня. Дядя постарел за этот год – новые морщинки у глаз и в уголках рта.

– Что такое?

Я пожимаю плечами.

– Просто устала.

Но его сложно провести.

– Рассказывай.

Я смотрю перед собой. Солнце уже близится к закату. Впереди простираются акры пляжа, песок которого все еще теплый. Мне не терпится пройтись по нему босиком. Бухта вокруг пляжа мелкая – вот почему это место идеально подходит для серфинга.

– Я устала, – выдавив улыбку, повторяю я. – Где моя доска?

Дяде Ллойду не нравится, что я ухожу от темы. Нахмурившись, он вздыхает.

– Там же, где и всегда. Фэй, послушай. Вы с Кирнан очень красивые девушки. И замечательные.

Ну, понеслась. Притворно закатив глаза, я вытягиваю перед собой ноги.

– Ты это к чему?

– Вы ведь не станете ссориться из-за парней?

Его проницательный взгляд сложно проигнорировать, поэтому я отвечаю честно.

– Не станем. Но с завтрашнего дня, ладно? Сегодня мне не по себе.

Он не просит подробностей, и я за это ему благодарна. Наверняка он и сам знает или догадался о происходящем, так что смысла об этом говорить еще раз нет.

Кивнув, дядя Ллойд улыбается и, протянув руку, обхватывает мою ладонь. Его пальцы теплые и мозолистые. У моего отца руки совсем другие – нежные и гладкие. Они с мамой больше похожи друг на друга, чем мама на собственного брата. Она выросла здесь, в этом доме. Гуляла по этому пляжу и ходила в тот самый кинотеатр, куда каждое лето хожу я. Мама редко приезжает сюда, хотя любит и беспокоится о брате. Я знаю, что ей бывает грустно, когда она думает о доме. Сейчас ее жизнь разительно отличается от прежней. Моя спальня в Денвере размером с гостиную дяди Ллойда. Она добилась того, чего хотела, – комфорта и спокойствия, а деньги его обеспечивают.

Некоторое время мы сидим со сцепленными руками в комфортном молчании. Но уже через несколько минут я поднимаюсь.

– Хочу прогуляться до пирса.

Дядя Ллойд понимающе кивает.