- -
- 100%
- +
— Да что же это такое-то!
Я нервно вглядывалась в забитую автомобилями дорогу через лобовое стекло.
И угораздило же меня такси вызвать. Надо было в метро спускаться, а не выпендриваться. Решила, как важная дама на машине до мужниного офиса проехать. Теперь стою в плотной пробке, как муха к липкой бумажке прилипшая. А Леша меня ждет!
Таксист тяжело вздохнул и постучал пальцем по монитору навигатора:
— Вам меньше километра до места осталось, но ехать мы его будем около часа. Вообще движения нет.
Что же за день такой?! Утром муж мою любимую кружку нечаянно разбил, которую сам же мне в прошлом году подарил, именную. Когда я сушила волосы после душа, то фен задымился, еле успела из розетки штекер выдернуть, пока не вспыхнул.
А ближе к обеду от Леши пришло сообщение: «Маришка, приходи к часу дня ко мне на работу. У меня для тебя сюрприз! Не опаздывай». И три смайлика с поцелуйчиками.
Конечно же, я подорвалась, начала плойкой кудри крутить, надела облегающее бордовое платье с рукавом три четверти, а в цвет ему ювелирный комплект: серебряные серьги, кольцо и цепочку с кулоном. Все с камнями-гранатами. Мне очень нравится этот набор. Я его купила еще до замужества. Выглядит дорого, будто с настоящими кровавыми рубинами, а стоит на порядок меньше.
В качестве вишенки на торте неудач этого дня стал каблук. Я натянула высокие осенние сапоги-ботфорты на шпильке и рванула из квартиры. Уже на выходе из подъезда одна из них переломилась пополам! Пришлось срочно возвращаться и надевать ботильоны. Они у меня легкие, тоненькие. Но в середине апреля в Москве уже нет морозов, пятки не отморожу…
Вокруг такси раздраженно сигналили другие автомобили и пытались сдвинуться хоть на метр. Но тщетно. Пробка стояла намертво.
Стрелка моих наручных часов уверенно подползала к без пятнадцати час. В принципе, за пятнадцать минут я этот километр и ножками могу пройти. Как раз успею к назначенному времени. Не могу же я опоздать на сюрприз, который устроили для меня же! А Лешка был мастер сюрпризов.
Он был младшим руководителем одного подразделения крупной компании, которая занималась разработкой и производством компьютерных игр. И многие сюрпризы муж устраивал на основе игровых сюжетов. Однажды притащил домой костюмы эльфийки и орка… Играли всю ночь. Для него это было намного интересней, чем пациент и медсестра. Или строгая училка в чулках, которая забыла надеть бюстгальтер под прозрачную блузу. Короче, в разное мы играли…
Приближалась вторая годовщина нашей свадьбы, и я была уверена, что Лешкин сюрприз связан с этим событием. Скорее всего, мы пойдем пообедать в один из ресторанов, которых много в центре, а потом… Может, он для меня подарок особый приготовил?
Его недавно повысили, даже отдельный кабинет дали. А пару месяцев назад он похвастался, что теперь у него есть секретарь, которая занимается всякими отвлекающими от работы вопросами: типа воду для кулера заказывать, канцелярию закупать, заправщика картриджей для принтера вызывать… Раньше все это Лешка сам делал, что весьма отвлекало от разработки игр.
Я тогда забеспокоилась и спросила:
— А секретарша твоя молодая?
— Конечно! — муж восхищенно закатил глаза. — Всего тридцать семь лет, до пенсии еще далеко. Молодуха с двумя детьми и мужем. Олеся Олеговна. А ты, что, Маришка, ревнуешь?
— К такой молодке — нет, — засмеялась я, — она же тебя на одиннадцать лет старше…
С тех пор мы к разговорам о секретаршах не возвращались. Я молодая, красивая, всего год назад журфак закончила. Чего мне переживать о секретарше, которой уже под сорок лет…
Я снова глянула на наручные часы и обратилась к таксисту:
— Отметьте, пожалуйста, что заказ завершен. Я дальше сама дойду. И звездочек вам поставлю.
— Хорошо, — улыбнулся он, — доброго вам дня.
— И вам, — ответила я и выскользнула из машины.
Пробравшись через крайний ряд пробки до тротуара, я бодро зашагала к офису. В ботильонах топать было удобно, у них каблук широкий. На шпильках я бы шла медленнее.
Демисезонная кожаная куртка грела хорошо, и вскоре от быстрой ходьбы мне стало жарко. Я даже тонкий шифоновый шарфик с шеи стянула и сунула его в карман. Погода стояла отличная, весеннее солнышко освещало как раз ту сторону улицы, по которой я шла и, несмотря на все невзгоды утра, я была счастлива.
С Лешей мы поженились в начале мая, сразу после праздников гуляли. Моя мама тогда долго возмущалась: «И чего вам приспичило в мае жениться? Всю жизнь маяться в замужестве будешь. Будет у тебя брак во всех смыслах этого слова. Чего до июня не терпится? Ты же не беременная? Или беременная?»
Я была небеременная и несуеверная. И маяться всю жизнь не собиралась. Лешка слыл красавчиком и весельчаком. Если его сейчас упустить, то другие девчонки налетят. Я была уверена, что поступаю правильно. Да и выходить замуж в двадцать один год — самое время. Последний годик в институте доучусь, получу диплом, а там посмотрим: либо карьера, либо сначала детишки, а потом карьера.
Лешка тогда в своей компании уже год проработал и имел стабильный доход. Жить мы собирались в его квартире, которая ему от покойной тетки три года назад досталась. Я и так у него больше времени проводила, чем дома. Точнее, на съемной квартире. Сама я из Сергиева Посада, а в Москве мы с двумя подружками однушку снимали. Нам родители помогали. Как же девчонки мне завидовали: «Маришка, за москвича замуж выходишь! А у него друзья приличные есть?»
В здание компании я влетела без двух минут первого. Осталось на третий этаж подняться. Я не стала ждать лифт и направилась к лестнице. Не люблю опаздывать. Есть у меня такой бзик на пунктуальности.
В офис мужа я вошла в строго назначенное время. В основном кабинете, где сидели большинство сотрудников, было пусто — все ушли на обед. Значит, мой сюрприз нуждается в уединении… Я дотопала до приемной, но секретарши тоже не было на месте, только на ее столе лежал бежевый пухлый конверт, на котором красным маркером нанесли надпись «Для Благиной Марины Владимировны». Это для меня!
Я взяла его в руки и повертела. Запечатан. Ладно, потом разберемся.
Дверь в Лешкин кабинет была закрыта, но неплотно. Там слышалась какая-то возня. Однозначно последние штрихи подарка готовит. Я потянула на себя дверь и прошептала:
— Сейчас и я сюрприз устрою.
Я просунула голову в приоткрытую щель, улыбаясь во все зубы, и оторопела.
Лешка стоял ко мне спиной со спущенными штанами, что гармошкой сложились на его лодыжках, и пялил молодую девицу на рабочем столе.
Та лежала на спине, раскинув руки в стороны, и хваталась ими за края стола, чтобы не съехать головой вперед. Ее ноги лежали на плечах моего мужа. Девица пошло постанывала и шептала:
— Да, босс! Накажи свою секретуточку… Да, быстрее. Я почти все!
Я распахнула дверь и громко, но со злостью произнесла:
— Сюрприз!!!
Глава 2
Лешка обернулся и ошарашенно уставился на меня, при этом его член все еще был в этой девке.
— Маришка, ты что тут делаешь?
Я поглубже вдохнула и произнесла:
— За сюрпризом пришла! Очень хотела посмотреть, как ты на работе какую-то шалаву на своем столе трахаешь!
Лешка, наконец, отошел от стола и начал натягивать трусы и брюки. А девица сползла на пол, схватила красные кружевные трусики, валяющиеся возле ног моего мужа, и только хотела их натягивать, как он рявкнул на нее:
— Олеся, свали отсюда!
Девица оббежала меня по кругу и выскочила в приемную.
— Олеся Олеговна? — уперла я руки в бока. — Это вот этой девице тридцать семь лет и двое детей?! Да ей не больше двадцати! Как ты мог, сволочь?
— Заткнись! — теперь уже на меня рявкнул Лешка. — Не устраивай мне сцен на работе. Дома поговорим.
Я была настолько возмущена! Мало того что я поймала его на измене, так он еще и голос на меня повысил. Впервые, между прочим, за два года. Что он вообще о себе возомнил? Я сделала шаг к нему и крикнула:
— Ты для чего меня позвал? Чтобы я посмотрела, как ты свою секретутку шпехаешь? Да как у тебя вообще совести хватило?
— Я тебе сказал, не ори.
Он уже застегнул ремень на брюках и сейчас исподлобья смотрел на меня тяжелым взглядом. Видимо, решил, что лучшая защита — это нападение.
— Я тебя не звал. Ты чего пришла? Тебя тут вообще быть не должно. Уходи и не возвращайся. Скоро сотрудники вернутся. Мне тут скандалы не нужны.
— Да как ты вообще смеешь сейчас мне что-то указывать? — моему возмущению не было предела. — Мне заливаешь про вечную любовь, а сам с этой тут…
Муж подскочил ко мне, больно схватил за руку и почти поволок к лифту:
— Я тебе сказал, чтобы не орала! Потом поговорим.
Он нажал кнопку, и створки распахнулись. Он втолкнул меня в кабину лифта и бросил:
— Уезжай отсюда.
Развернулся и ушел. Почти в шоковом состоянии я нажала кнопку первого этажа и в уже смыкающиеся двери крикнула:
— Проверь телефон, орк поганый!
Последние два слова Лешка не услышал. Лифт поехал вниз.
Уже стоя на улице, я поняла, что все еще держу в руке пухлый бежевый конверт. Сунув его в сумку, я побрела к метро.
«Тебя тут вообще быть не должно. Уходи и не возвращайся. Уезжай отсюда», — напутственные слова от уходящей семейной жизни.
Как же так? Мы же были счастливы. Ни скандалов, ни ссор не было. И в сексе у нас все было благополучно. Он очень гордился тем, что я ему девственницей досталась. Он часто говорил:
— Жену до мужа никто не должен юзать. А если у женщины уже были мужики, а тем более не один, то она — шлюха. Обычная шалава, которая решила покорчить из себя приличную и сесть на шею нормальному мужику. Терпеть не могу таких. Одна ты у меня порядочная.
Я его слова воспринимала, как должное. Муж восхищается женой. А еще это вселяло в меня уверенность, что он никогда не заведет себе любовницу. Он же не переносит блудливых женщин, они же ему противны, вызывают омерзение. Да у него на таких даже не встанет — это его же слова.
А что же на деле?! Завалил на стол секретаршу и удовлетворяет ее! «Я почти все…» Чувырла слабопередковая! Козлиха краснотрусая!
Я медленно шагала и злилась. Думала, что надо было схватить офисное кресло из приемной, подскочить к мужу сзади и садануть им по хребту. Пусть бы у него потом все заклинило. Или снять все на телефон, а потом… Фиг знает, что потом с этим делать. Не в интернет же выкладывать и себя заодно позорить. А может, стоило остаться, отчитать его по полной или пощечин надавать? А если он ударит? Вон, как меня за руку над локтем схватил, по-любому синяки останутся. Раньше он никогда на меня руку не поднимал.
«Тебя тут вообще быть не должно. Уходи и не возвращайся. Уезжай отсюда». Слова мужа раз за разом звучали у меня в голове. Как же горько и обидно их слышать…
Что же мне делать дальше? Сидеть дома и ждать вечера, когда он вернется и начнет объясняться? А чего там объяснять? Мол, шел он к своему рабочему столу, а тут глядь, Олеся Олеговна без трусов на его столе лежит, ноги распещерила и трусы свои красные на пол кинула. А он подумал, что ей плохо стало, кинулся помогать. Но вот же, какой пердимонокль, брюки с труселями на ходу сами сползли и писюн встал! А он-то такой ответственный уже разгон взял, притормозить не успел. Прямо в ее междуножье хером и угодил. Делать нечего — пришлось трахать. Не пропадать же добру…
Господи, какой же бред мне в голову лезет. А что он еще может сказать в свое оправдание? Ничего!
А еще это сообщение…
Только тут до меня дошло, что это не он писал, а секретарша. Значит, он давно с ней спит, скорее всего, с самого ее прихода к ним в офис. А ей наплел, что со мной живет в контрах, а я развод не даю, или что-то в этом роде. Как во всех женских фильмах и сериалах, где мужики врут любовницам о совместном будущем. А эта дрянь решила ускорить наше расставание: залезла в Лешкин мобильник, написала мне сообщение и в нужное время полезла на стол к моему мужу, предварительно стащив с себя трусы. А возможно, и с него она тоже его боксеры стянула. Оба они — шалавы!
Я спустилась в метро, села в вагон, идущий в направлении дома, и погрузилась в раздумья. Как дальше жить, что делать?
В груди все сжималось, словно огромная холодная каменная рука схватила не только сердце, но и всю грудную клетку, и потихоньку сдавливала. Хотелось плакать, но слез не было. Или это только пока… Шок действует, или злость не дает разреветься. Гордость.
Да, гордость. Она у меня есть. Но что же дальше делать? Сидеть дома и ужин этому орку готовить? Не хочу. Я тогда ему в еду яду подсыплю. Хотя, где этот яд взять? Разве что тараканий мелок «Машенька» на мелкой терочке вместе с сыром на спагетти натереть. Кушай, милый верный муж, свое болоньезе! Помереть, не помрет, но продрищется знатно! Фу. Чего это я?
Уже поднимаясь в квартиру, я снова услышала в своей голове Лешкины слова:
— Тебя тут вообще быть не должно. Уходи и не возвращайся. Уезжай отсюда!
А почему бы и да? Действительно. Уйти и не возвращаться…
Я сунула ключ в замочную скважину, дважды провернула и вошла:
— Спасибо этому дому, — крикнула я в прихожей, — пойду к другому.
Из кухни раздался звон разбитой посуды. Я испуганно замерла. В квартире есть кто-то еще?!
Друзья, приветствую вас на страницах моей новой истории!
Буду благодарна вашим звездочкам и подпискам!
Понравилось начало? Добавляйте книгу в библиотеку и первыми читайте новые главы!
Ваш автор — Лава Сан ❤️❤️❤️
Визуализация героев
Благина Марина Владимировна. 23 года. Веселая и позитивная жена изменщика Лешки. Выучилась на журналиста, но работает только удаленно. В замужестве оставила свою девичью фамилию.
Ширяев Алексей Сергеевич. 26 лет. Муж Маришки. Изменщик!
Тая Соснина. Верная подруга Маришки. 23 года. Настоящий друг!
А это Ланской Михаил Матвеевич. 30 лет. С ним вы познакомитесь чуть позже. Клевый мужик).
Глава 3
Я поставила сумку на пол, схватила на изготовку один из своих сапогов-ботфортов, которые так и валялись на полу прихожей, и начала красться на кухню.
Мы живем вдвоем. Ключи есть только у Лешкиных родителей, но они к нам не собирались. Кто же там?
Осторожно заглянув на кухню из коридора, я облегченно выдохнула. На полу валялся разбитый керамический горшок с фиалкой. Я ее еще со съемной квартиры отросточком привезла, очень уж у нее красивые ярко-фиолетовые цветочки.
Я совсем забыла, что после того, как фен задымился, я приоткрыла створку окна, чтобы проветрить, а горшок ее как раз придерживал. Уходя из дома, я про это забыла. А сейчас я резко открыла дверь и, видимо, кто-то внизу одновременно со мной распахнул дверь подъезда, получился сквозняк, и створка распахнулась.
Я подошла к фиалке, бережно взяла в руки половинку горшка с комом земли и прошептала, глядя на фиолетовые цветочки:
— Ну вот, милая моя. Мне разбили сердце, твой дом тоже разбит. И мне в этой квартире больше не места…
Я уселась прямо на пол и разревелась. Только сейчас меня прорвало на слезы. Я сидела, прижимала к себе покалеченный цветок и рыдала. Боль и обида пробивались наружу, ища утешения, но пока его не было. Прохладный ветерок из раскрытого окна гулял по полу, и только когда у меня начали подмерзать коленки, я поднялась на ноги.
— Поревели, пора и честь знать, — произнесла я, обращаясь к фиалке, — мы с тобой переезжаем!
Первым делом я умылась, привела себя в порядок и сходила на балкон. Там стояла коробка с ненужным барахлом, в которой давно лежал старый пластмассовый цветочный горшочек ядовито-оранжевого цвета. Оттенка «вырви глаз». Даже не помню, откуда такая «красотень» появилась в нашем доме, учитывая, что кроме фиалки других растений в квартире не было.
Откопав эту прелесть, я попыталась втиснуть в горшок ком земли с корнями, но емкость оказалась маловата. Пришлось лишнюю почву в мусорное ведро стряхивать.
Когда со срочной пересадкой было покончено, я принялась собирать свои вещи. Гардероб у меня был приличный, а еще шубка, зимняя куртка, обувь… На себе я все это не уволоку. А собственно, куда волочь-то?
Я села на кровать в спальне, разглядывая вытащенное из шкафа шмотье, и задумалась. У меня было два варианта, куда податься: либо в Сергиев Посад к родителям, либо к Тае — моей лучшей подруге.
Мы с ней познакомились два года назад, когда я после четвертого курса проходила стажировку в одном женском журнале и клепала статейки о модных расцветках летних шарфиков и прочей дамской лабуде. А Тая трудилась помощником художника-полиграфиста. Красиво картинки и тексты на страничках располагали, в фотошопе огрехи фотографов исправляли.
Оказалась, что мы с Таей ровесницы. На обед ходили вместе, много болтали, смеялись. Она вообще была та еще приколистка. За словом в карман не лезла, и всегда на позитиве. Если что-то шло не так, она говорила:
— Это не проблема, а задача! И мы ее сейчас решим.
Пожалуй, я отправлюсь к моей решальщице. В этом варианте был еще один плюс — Тая жила в собственной отдельной трехкомнатной квартире. Родом она была из Костромы, где ее семья владела тремя прибыльными ресторанами. Вот родители и приобрели жилье для дочери в столице…
Я взяла телефон и набрала номер подруги. Когда та ответила на звонок, я промямлила в трубку:
— Привет, Таюх. Можно, я у тебя поживу?
Пару секунд она помолчала, а потом осторожно спросила:
— Чего случилось, Мариш?
— Застукала, как Лешка на рабочем столе свою секретутку шпехал.
— Ох-ре-неть, — протянула подруга, — конечно, приезжай. Тебе с вещами помочь?
— Нет, — вздохнула я, — я самое ценное и нужное в два дорожных чемодана уложу. На такси приеду. Только ты меня у своего подъезда встреть.
— Без базара, — твердо произнесла Тая. При этом я даже представила, как она утвердительно кивнула головой.
— Спасибо. Я наберу, когда подъезжать буду.
Попрощавшись, я достала с антресоли два больших чемодана, которые мы с Лешкой купили, когда ездили на море прошлым летом. Вместительные, из серебристого прочного пластика, на четырех колесиках.
В один я сложила необходимую на ближайшие месяцы обувь, благо впереди было лето, а еще шубку, зимнюю куртку и летнюю кожаночку. В середину теплых вещей я засунула свое сокровище — дорогой ноутбук. А к нему мобильный роутер, который мы брали с собой в поездку. Мне без вай-фая нельзя…
Дело в том, что после свадьбы Лешка заявил, что я должна сидеть дома, а не по офисам с утра до вечера юбку просиживать. Я не стала спорить. Только работу не бросила и продолжила сотрудничать с парой электронных журналов и несколькими блогерами. Все это приносило мне доход почти пятьдесят тысяч ежемесячно, и сейчас у меня на карте скопилась порядочная сумма! Без мужа не пропаду.
Для заработка мне нужен только компьютер и интернет, а так — могу жить хоть у черта на рогах!
Пока я складывала вещи, то все время поглядывала на телефон. В душе я ждала, что Лешка станет названивать, писать извинительные сообщения. Но мобильник молчал, как партизан. Я даже пару раз его включала и проверяла, все ли нормально со связью… С мобильной связью был полный порядок, а вот у моего мужа со мной и с его совестью она полностью прервалась.
Вот же подонок! Если бы он пришел домой, а тут я с соседом на кухонном столе предаюсь интиму… А он психанул и ушел из дома, то я бы ежеминутно названивала, прощение вымаливала. Хотя какое тут прощение? Это предательство, а предателей прощать нельзя.
Я застегнула замок первого чемодана, когда дверной звонок разразился трелью.
Неужели муж рванул следом за мной и сейчас начнутся извинительные сцены с целованием ног и клятвами в дальнейшей верности?
Глава 4
Я направилась к двери, удивляясь, чего Лешка своим ключом замок не открыл. Может, руки цветами заняты? Купил огромный букет роз и пытается их не уронить?
Провернув вертушку, я распахнула дверь и замерла. Там стоял мужик в форме газовой службы, а за его спиной маячила старшая по дому.
— Проверка газового оборудования, — крикнула она, — впустите сотрудника.
Блин, я совсем забыла. У нас уже три дня у лифтов висели объявления об этой проверке.
Я проводила газовика на кухню, а он увидел землю у окна и удивился:
— Это такое дизайнерское решение интерьера?
— Нет, — отмахнулась я, — это такое «горшок с подоконника упал» решение. Не успела прибраться.
— Ясно.
Мужик начал проверять приборчиком стыки трубы и конфорки на предмет утечки газа, потом дал мне расписаться в своем журнале и ушел. А я достал веник с совком и смела землю. Хоть я отсюда и ухожу, но в отличие от мужа я — не свинья.
Пришло время собирать второй чемодан. В него уже отправились несколько платьев, джинс, толстовки, футболки, колготки, белье… Как же хорошо, что мы купили такие большие чемоданы. Даже я бы поместилась… Правда, тогда ноги пришлось бы сломать в двух местах… Опять я всякую ерунду думаю. Это Лешке ноги и руки сломать надо. И еще кое-что, чем он свою любовницу оприходовал. Кобель.
А может, он в своих игрушках настолько погряз, что думает, что и в жизни так же. Сохранил жизнь на уровне сегодняшнего утра, а потом бац — и перезагрузил! Словно ничего и не было. Эх, возможно, так даже было бы лучше…
Но жизнь — это не компьютерная игра, тут только вперед. И жизненный опыт с его неурядицами не удалишь, и перезайти на прежнем этапе невозможно. Что же в нашей семье пошло не так? Где я так оступилась, что мужу другая женщина понадобилась? Ведь в постели у нас все было хорошо, полное взаимопонимание, позитивная семейная атмосфера. Чего ему не хватило?
Больно и обидно…
Я складывала вещи в чемодан, перебирала в памяти последний год нашей совместной жизни и не находила ни одной предпосылки для измены. Неужели мой красавчик и душа компании Лешка, на самом деле бабник, который умело это скрывал? Но за два года брака и года свиданий до него я бы увидела, что он к другим девушкам подкатывает. Или я слепая влюбленная дуреха, что дальше собственного носа не видит? Или не хотела видеть? В голове копошились вопросы и в душе росло разочарование…
В чемодане осталось немного места, и я собрала свои плойку, духи, уходовую косметику и украшения, которые покупала себе сама. Папку со всеми документами я положила сверху и с трудом застегнула молнию. Мой багаж получился весьма увесистым.
Золотой браслетик, что муж подарил мне на годовщину свадьбы и обручальное кольцо я оставила на кухонном столе. Пусть подавится или подарит этой своей шалаве в красных трусах.
Оглядев напоследок шкафы и тумбочки, я убедилась, что ничего важного не забыла. Чемоданы уже ждали меня в прихожей.
Вызвав через приложение такси, я натянула на ноги ботильоны, накинула куртку, повесила сумку через шею и начала выкатывать чемоданы к лифту. Потом вернулась, подхватила фиалку в ужасном оранжевом горшке и уже в прихожей обернулась, и снова крикнула:
— Спасибо этому дому, пойду к другому.
Заперла квартиру, спустилась вниз, еле стащила свои чемоданы с последних пяти ступенек первого этажа и выкатила их на крыльцо. Мое такси уже стояло во дворе, а возле лавочки старшая по дому разговаривала с газовщиком. Увидев меня, она удивленно воскликнула:
— Марина, вы в отпуск собрались? Одна? А где Алексей? Вроде еще не сезон по морям кататься.
— Я еду одна, — спокойно ответила я, — длительная командировка. Очень длительная.
С этими словами я махнула таксисту, чтобы он подъехал поближе.