Жупочка стреляет на поражение

Глава 7.1

Меня слегка повело, и я хорошенько проплевалась над раковиной, потом прополоскала рот и тоже сплюнула. Перед глазами вроде бы прояснилось, ноги перестали подгибаться.

«Ну и дела, подруга. Представился шанс укокошить гада, а нельзя. Эх...» – не вовремя завела свою шарманку Вторая.

– Ден? – позвала я.

Он сидел на стуле, уронив голову на руки, и не реагировал на меня.

И тут до меня начало доходить: если он сейчас умрёт, не сносить мне головы. Меня казнят, как только станет известно о смерти принца. И разбираться не станут. Даже если я срочно побегу за врачом и Ден выживет, меня бросят за решётку до выяснения обстоятельств. Это, конечно, меньшее зло, но всё равно как-то не хочется чувствовать себя преступницей.

Если оставлю Дена у себя, на рассвете ко мне, как и в прошлый раз, нагрянет стража. В общем, один фиг схватят.

Засада.

Самое лучшее – спросить у Дена, что делать. А так как он в отключке...

Срочно надо принять какое-то решение, а я стою, смотрю на белого, как мел, Дена, и туплю. У меня паника!

Что делать-то? Как нейтрализовать яд?

Не придумав ничего лучше, я вновь припала к многострадальной шее принца, да так расстаралась, что оставила засос. Судя по вновь появившемуся головокружению и жжению во рту, часть яда из организма Дена я высосала. Вместе с кровью, ага. Как вампир.

Затем промыла ранку марганцовкой, как в детстве учила меня маман, и приложила лёд в мешочке.

– Ден? Ден, очнись, пожалуйста? Скажи, что мне сделать?

– Пь... ть...

– Что? Пить? Ага, сейчас... Воды? Тёплой? Холодной?

– Ть...

– Ясно! Тёплой! Секунду!

К счастью, глотал он сам. Я только вливала воду ему в рот трясущимися руками. Ну, ничего, половина жидкости попала по месту назначения.

– Умоляю, скажи, чем тебе помочь? Может, сбегать за врачом? – вопрошала я.

Божечки... Он даже моргал медленно! А уж каких усилий ему стоило пошевелить губами!

– Не... – он сглотнул. – М-м-м... От аллер...

– От аллергии? – уточнила я. – Тебе нужно средство от аллергии?

– Д...

– У меня есть! Есть даже сироп после укусов комаров. Надо?

– Угу...

Такими «угадайками» мы приняли всё антигистаминное, что нашлось у меня в закромах. Впервые я почувствовала, что моя весенняя аллергия на пыльцу – это не пустой чих, а нужное для спасения Дена обстоятельство. Потому что не будь у меня таблеток с сиропом, мой спаситель не начал бы приходить в себя.

– Я должен поспать, – его губы по-прежнему плохо шевелились, но выглядеть он стал не таким снежно-бледным, как полчаса назад.

– Здесь, внизу, неудобная оттоманка. Давай, взвалю тебя на свой горб и затащу наверх?

– Сам...

Ага, как же! Еле голову поднял.

Но Ден удивил и тут: встал без моей помощи. Правда, остальной путь проделал, имея мою тушку в качестве главной опоры.

А дальше у него начался бред. Не сивой кобылы, конечно, но тоже отборный.

– Жу, у нас ничего не получится... – шёпот, похожий на шелест бумаги, прозвучал для меня оглушительным приговором.

– Я подозревала, – ответила ему, а в моей голове рухнули все планы на полноценную жизнь с ровной спиной.

Как вдруг:

– Ты простая смертная, а я маг... – это он о чём? – Маг не может жениться на женщине без магии.

– Я думала, у нас чисто деловые отношения?

– Меня к тебе необъяснимо тянет... – судя по его закрытым глазам, он сейчас в бреду разговаривает с какой-то другой претенденткой на своё сердце. Уж явно не со мной.

– Мы что-нибудь придумаем. Завтра будет новый день, и тебе станет лучше. А хочешь, пирожков испеку? Или кофе утром? Только у меня кофемолка ручная, она дико скрипучая. Но кофе вкусный! – боже, что я несу!

– Ты чудо...

– Спасибо. Это я тебе обязана жизнью. Если бы не ты, лежать бы мне сейчас трупиком.

Да. Потому что, не оттолкни меня Ден, паук укусил бы вашу скромную рассказчицу.

И теперь мужчина из моих девичьих грёз в очередной раз засыпает в моей постели. Нравится мне такая тенденция, если не считать, что сон у него нездоровый.

Стоило бреду прекратиться, как начался озноб. Мне даже пришлось убрать от шеи Дена мешочек с подтаявшим льдом, потому что мой болезный сам стал наощупь как ледышка.

В общем, полночи я отогревала принца своим теплом, а когда нам обоим стало жарко, уползла на другой край кровати. Ибо объятия были исключительно в целебных целях. Я не финтифлюшка какая-нибудь, чтобы вешаться на мужика. У нас, повторюсь, деловые отношения.

Остаток отведённого на сон времени я блаженно провела в царстве Морфея. Как и мой принц. Судя по ровному глубокому дыханию Дена, ему стало лучше, организм справился с ядом.

Можно выдохнуть с облегчением. И спать!

А вот проснулась я от ощущения тяжести на своём горбу.

На мне явно кто-то лежал.

– Ы-ых! – попыталась я приподняться на руках, но тут же рухнула вниз. – Слезь с меня, окаянный! Ты, что, раздавить меня удумал?

– Жу? – приглушённый удивлённый возглас, и с меня, наконец, слезли.

От его объятий у меня сорочка на спине промокла насквозь. А у Дена то же самое с рубашкой на животе. Ой-й, как неловко. У меня всё тело покрылось мурашками от холодка, пробежавшегося по мокрой ткани.

– А ты кого ожидал встретить в моей кровати? Прекрасную принцессу? – пошутила я, но как-то не смешно.

– Не помню, как сюда попал... – он сел и принялся растирать ладонями помятое лицо.

– Совсем ничего не помнишь? И как тебя банановый паук укусил тоже? – опустим причину его прихода ко мне, ни к чему все эти бессмысленные споры.

Ден залип на минуту, затем ме-е-едленно потянулся к шее, пощупал место укуса, поморщился и выдал:

– А. Удивительно, что я не умер. Чем ты меня поила?

Как впоследствии оказалось, ни одно из средств не могло нейтрализовать яд самого токсичного паука в мире. Дена спасло чудо. Ну, и:

– Ты извини, я тебе там такой жирный засос поставила. Очень боялась, что ты умрёшь, – призналась я.

– Спасибо, – мой визави улыбнулся. – Получается, что именно твой засос спас меня, а моя магия справилась с оставшимися крохами яда.

– Ой! Мы же в академию опаздываем! – я подскочила на постели. – Меня уволят за прогул!

– Может, опоздаем на пару часов? Маменька тебя прикроет, разве нет? Я умираю с голоду...

Ну, как тут откажешь? Мы же вчера так ничего и не поели.

Так как замешивать тесто было уже некогда, я достала из ледника блинчики с различными начинками от мяса до варёнки, погрела их на печи, и мы плотно позавтракали, смакуя каждый кусочек.

– Знаешь, я не жалею, что провёл ночь не в общаге. Так вкусно я даже дома не завтракал. Дома у тебя уютно и пахнет ванилью с примесью... муравы! Жу, я же велел тебе избавиться от неё!

– Уй, чтоб тебя! – невольно вырвалось у меня. – У тебя на неё аллергия что ли? За что ты её так не любишь?

– Мурава не только снимает боль и улучшает настроение. Она ещё и дурманит рассудок. Как это вообще может нравиться? Жу, не расстраивай меня. Дурные привычки неспроста называются дурными.

– Тебе кажется. Здесь нет муравы, – заявила я.

– Чтобы я тебя со скруткой больше не видел!

– Угу.

– Жу? Обещай!

– Обещаю, что больше ты меня с скруткой не увидишь! – хорошее обещание, такое обтекательное, то есть при желании его всегда можно обойти.

– Всё, не обижайся. Ты же понимаешь, что я желаю тебе только добра.

Во-о-от! Моя муравушка – это добро! Это такое всеобъемлющее добро, что некоторым ограниченным не понять.

– Угу, – слегка обиженно кивнула я.

– Жу? Всё, прекращай дуться. Я хотел сказать, что ты чудесная девушка, и в твоём доме мне уютно, как дома. Ты не против, чтобы на время терапии я пожил у тебя?

Против! Против, блин!!!

Глава 8. Тайна моего появления

В обед в библиотеку прибежала паучиха в растрёпанных чувствах и как давай на меня орать:

– Ты как посмела, юродивая?! Это... – она задыхалась от возмущения. – Это абсурд! Что ты с ним сделала, ведьма?! Да ты хоть знаешь, кто он?!

Знаю, на свою голову.

– В библиотеке принято соблюдать тишину, – вмешалась моя маман, но паучиха даже бровью не повела.

– В чём конкретно вы меня обвиняете? – поинтересовалась я, хотя уже догадалась. Видите ли, она заприметила на шее Дена здоровенный засос, который нескромно выглядывал из-за воротника, как его ни прикрывай.

– Ты-ы-ы! Приворожила его! Ден провёл с тобой ночь!

Как назло, возле библиотечной стойки столпились первокурсники и глазели на меня, как на чудо-юдо заморское. Но более всех на меня вылупилась маман.

Что сказать... Даже спорить со словами паучихи не буду. Что есть то есть. Поэтому я только развела руками, мол, былого не вернёшь.

На этом моя обвинительница покинула обитель знаний. Ушла со сцены.

А первокурсники остались.

Да начнётся клоунада!

Стоило студенческому гомону утихнуть, маман бочком-бочком подошла ко мне и грозно буркнула:

– Поговорим.

То есть это был не вопрос, а неизбежность.

– Прежде чем ты начнёшь распекать свою взрослую и независимую дочь, я тебе скажу: интима не было, Ден меня лечит от горба. Между нами исключительно деловые отношения.

– Спать с ним в одной постели – это тоже деловые отношения?

Ох, маман, ты ещё про его намерение переехать ко мне не в курсе. Но ничего. Так бывает. Сепарация от родителей – процесс непростой.

– Я сама решу, когда и с кем мне спать! – твёрдо заявила ей.

– Жупочка, ты заблуждаешься!

– Может, хватит лезть в мою жизнь?! – разозлилась я, и вдруг в горбу у меня что-то стрельнуло, будто какая-то жилка порвалась. Но боль я стерпела, лишь тихонько зашипела.

– Ты можешь думать, что я, старая, не понимаю тебя, но это не так, – каким-то очень подавленным голосом произнесла маман. Я её такой грустной ещё никогда не видела. – Я тоже никогда не была красавицей, поэтому, когда на меня обратил внимание молодой блистательный джентльмен, счастью моему не было предела, и я нырнула в него с головой. О, это был головокружительный роман! Мой возлюбленный был красив, как бог, он был идеален во всём!

– Всегда подозревала, что я не Кириаковна.

– Кириак Вальдемарович был святой человек! Если бы не он... – маман пустила слезу. – Он поступил как благороднейший из благородных. Да будут добры к нему небеса!

– Как звали моего кровного отца?

– Таери. Но я уверена, что это не его настоящее имя. После его исчезновения я бросилась на поиски, а когда напала на след, узнала, что в новом городе он назвался Джонатаном.

– Может, ты нашла кого-то похожего?

– О, нет, – покачала головой родительница. – У него были очень примечательные яркие волосы рыжевато-золотистого оттенка, они будто светились изнутри. Таких... ни у кого больше не было.

– Может, он их красил?

– Нет. Точно нет.

– Знаешь, почему он сбежал?

– Потому что бабник, – горькая усмешка. – За день до своего побега он осыпал меня ласками и признаниями в любви, а потом, когда я нашла его в столице, увидела, как он с такой же нежностью и обожанием смотрит на шикарно разодетую девицу, обнимая её при этом за талию.

– Он знал, что ты забеременела?

– Нет! – мама раздражённо дёрнула плечами. – Когда я после долгих поисков нашла его, то поняла, что попросту не нужна ему.

– Ничего не понимаю... Зачем тогда ему нужна была ты? Что-то тут не сходится.

Давай, Жупочка, думай! Не зря же ты тонну любовных романов и детективов перечитала!

«Ой, а папашка-то наш непростой! Сейчас ещё выяснится, что мы незаконнорожденные принцессы! Ха! Вот будет потеха!» – веселилась Вторая.

Маман продолжила рассказ:

– Когда мы впервые встретились, он сидел пьяный и убитый горем. Я тогда работала подавальщицей в таверне, и после смены сжалилась над бедолагой и утащила его к себе домой. Так между нами и закрутился роман.

Мне тут же вспомнилось, как я треснула Дена сковородкой и тоже уволокла его к себе. Не хочется проводить аналогию, но она сама напрашивается.

– Ладно. Допустим, что ты просто подвернулась ему под руку и покорила своей добротой. Но можно же было предохраняться во избежание последствий!

– Таери с первого дня дал понять, что у нас всё серьёзно. Он настоял, чтобы я уволилась с работы, накупил мне красивых платьев, украшений, перевёз меня в съёмный дом... С ним сбывались все мои мечты! Для девицы из захолустья это словно другой, лучший, мир. И мне безумно хотелось стать его частью.

Ой, и мысли про «стать частью его мира» такие знакомые...

– Сколько длился ваш роман?

– Три месяца. Я тогда казалась себе красивой – настолько затуманен был мой взгляд. Я верила, что попала в сказку. Увы, она вскоре резко закончилась. Однажды утром я проснулась в постели одна и меня тут же схватила стража. А Таери нигде не было... Хозяйка дома, которая ещё пару дней назад мило улыбалась нам, обвинила меня в незаконном проникновении в её дом, и меня выставили на улицу в одной сорочке. В октябрьский холод!

– Это бесчеловечно!

Ух, так бы и оттаскала эту продажную бабу за волосы!

– И в высшей степени странно! – заметила маман. – Потому что хозяйка дома плакала, когда наговаривала на меня, будто её кто-то заставил это сделать. Одно хорошо: стражники тут же потеряли ко мне интерес.

– Вещи тебе не вернули?

– Нет. Мне не хватило духу вернуться в тот дом и забрать их. Я вообще собиралась спрыгнуть с моста и утопиться. Вот тут-то меня и спас граф Шишин.

– Таери больше не появлялся?

– Однажды я встретила Гарри, владельца таверны, в которой когда-то работала. Он рассказал, что обо мне спрашивал какой-то тип с яркой шевелюрой. Гарри ответил, что я вышла замуж и счастлива. И всё. Больше я о нём ничего не слышала.

– Ясно, – кивнула я, хотя толком ничего было не ясно. – Вот ещё чего не могу понять: почему мне не передалось ни капли папашкиной божественной красоты?

Матушка не ответила, так как в библиотеку снова пришли посетители.

Рассуждения продолжились в моей голове.

Догадка номер один: папаша не знает о моём рождении. Догадываться, конечно, может, но, раз до сих пор меня не нашёл, значит, я ему не очень-то и нужна.

Догадка номер два: он из знатного рода, посему ваша рассказчица – банально бастард, плод забавы юной.

Может, и хорошо, что я вслед за мамой выучилась в институте. Всё-таки работать библиотекарем приятнее, чем разносить пиво и вытирать грязные столы. Да и начитанные мозги не позволят мне вступить в ту же яму, что и маман.

И всё же папаша зачем-то искал маму спустя время. Интересно, зачем?

Уф-ф, как же я хочу разгадать эту загадку!

«Фьюить!» – опять это голубое облачко.

Так, а о чём я сейчас думала? О желании разгадать загадку! О желании...

Ёпрст! Кто-то записывает мои мысленные желания? Я же тьму всего назагадывала! И про Дена, и про исцеление, и про двух мужиков, и про... Да ну на фиг!

Хотя... Чего я так испугалась? Свист голубого облачка ещё не значит, что желания исполнятся. Но впредь буду осторожнее.

***

Вечером после работы меня подкараулил Его Высочество принц собственной персоной.

– Жу? Ну что, ты подумала над моим предложением о переезде?

Вот он, тот самый вопрос, над которым я размышляла полдня. Признаюсь, история мамы заставила меня по-иному взглянуть на ситуацию.

Де, Ден идеально благородный, красивый, воспитанный и целеустремлённый. А ещё он не брезгует находиться рядом со мной.

Но, судя по маминому рассказу, мой нерадивый папаша был точь-в-точь таким же. И это слишком подозрительное совпадение.

Я не дам себя обмануть!

Решено: наши отношения останутся строго в рамках деловых.

– Подумала, – ответила ему. – Считаю, что нам пока не стоит жить под одной крышей.

– Жу... Ты. Мне. Отказываешь?

– Да.

– Почему?

– Потому что вчера вечером в бреду ты говорил про отношения другого характера. Пойми меня правильно: ты исключительно мой доктор, а я твой подопытный пациент, и тебя не должно ко мне тянуть как к женщине, потому что я тебе не диковинная игрушка для развлечений, – ух, я смелая. Сказала-таки правду ему в лицо. Чётко. По делу. А у самой колени дрожат и ладони взмокли. До кучи ещё в туалет захотелось. Со страху.

Ден потемнел лицом. А может, мне это лишь показалось. Под фонарём, в резком перепаде света и тени, не особо разглядишь.

– Я тебя понял.

– Если решишь прекратить эксперимент, я пойму.

– Запомни: только смерть способна заставить меня отменить начатое. Жу, хочу, чтобы ты знала: я вижу тебя другой.

– Какой же? – меня заинтриговали его слова.

– Красивой. И душой, и телом. И это правда. Я верю, что в тебе таятся такие сокровища, о которых ты и сама не знаешь.

Или знаю. Например, о том, что мой папаша маг из какого-то знатного рода.

Ну-с, мне будет о чём подумать на досуге. Пришло время отчаливать.

– Что ж, спасибо за понимание и за добрые слова. Мне пора домой. Пока! – и я сделала шаг прочь, чтобы скорее сбежать от нависшего над нами чувства неловкости.

– Поймать тебе экипаж?

– Нет. Пешком пройдусь, – не то чтобы мне с больной спиной хотелось топать домой ногами, просто денег на проезд не было. Кое-кто выбросил муравушку, которая была приготовлена для скруток. Как итог: мне пока нечего нести в Обменный переулок. Наверняка заказчики страдают без самого лучшего «смака» в городе. Если повезёт, я отнесу свежую партию в пятницу во время обеда. Потому что выходные могут быть заняты.

– Проводить?

– В этом нет необходимости. К тому же мне хочется побыть наедине с собой, – призналась честно.

В туалет, блин, хочу!

Самой не верится, что я только что отбрила мужчину своей мечты. Впрочем, кто он и кто я? Я горбунья, которая всю жизнь будет жалеть о том, что отказала принцу. И до конца дней меня будет мучить вопрос: а что было бы, если бы?..

Глава 9. А это точно лечение?

После душа я впервые в жизни долго разглядывала себя в зеркале.

Что имел в виду Ден, когда говорил, что видит меня красивой? Где эта красота? В тёмно-серых глазах? Ха! Левый глаз у меня косит. То ещё очарование!

Мне показалось, или косоглазие стало менее выраженным? Реально, в некоторых положениях глаза выглядят нормальными. Может, это лечение Дена так действует?

Я распустила пучок на голове. Серые мышиные волосёнки тоже вряд ли можно назвать моей гордостью. Разве что одна отцова золотистая прядь всё же проклюнулась спустя столько лет. Погодите-ка... О! Ещё одна над виском! Да быть не может! Её ещё вчера не было. Я, что, меняюсь?

А Дена влечёт ко мне, потому что он видит ту меня, какой я стану после лечения?

Дела...

Будем реалистами: даже если Ден меня исцелит, и я зарасту золотистой гривой, красавицей мне всё равно не быть. Я вообще на маменьку похожа. Ну, была, во всяком случае, до того, как похудела.

Схуднула я, надо сказать, знатно. Пузико ушло к другой фанатке вкусняшек. А моя грудь, хоть и малость сдулась, но и печально свисать перестала, потому что спина чуть выпрямилась.

В моём по-прежнему уродливом облике появились первые признаки женственности. Или я наиглупейшим образом влюбилась в Дена и смотрю на себя сквозь розовые очки, как маман когда-то? Да не, я не из таких. Я ещё ни разу в жизни в реального человека не влюблялась и не собираюсь, ибо забочусь о своём сердечке. Плакат с Аполло в туалете не в счёт. Кстати, сдеру-ка я его к чёртовой бабушке, ибо уже не актуально.

Теперь перейдём к насущному. Кто позаботится о моей зелени, если не я? Моя травушка-муравушка потому и лучшая в городе, что выращена с любовью!

Поэтому я вместо ужина спустилась в подвал и посвятила час своей жизни природе. Даже о больной спине забыла. Вот, правильно говорят, что человек, чтобы быть счастливым, должен заниматься любимым делом. Я и занималась! И даже не думала о всяких там глупостях типа любви.

Вообще, я многого в этой жизни лишена. Даже такой простой вещи, как поспать на спине. Вроде мелочь, а я прямо-таки мечтаю испытать, как это.

«Фьюить!» – на этот раз я попробовала схватить голубое облачко рукой, но оно неуловимо просочилось сквозь мои пальцы. Как будто воздух ловила...

А наутро... Я проснулась с дикой болью в плечах, потому что каким-то чудом спала на спине! А-а-а! Шея – сплошной оголённый нерв! Повернёшь на миллиметр в сторону – схлопочешь болевой шок.

«Ну, спасибо, облачко!» – проворчала я, соскребая себя с кровати и умирающе постанывая.

Уже потом, сквозь слёзы боли начищая зубы, я поняла: а желания-то сбываются!

Похоже, Ден ошибался по поводу невозродимости моей магии. У меня определённо неопределённый дар, уж простите за тавтологию. Я сбываю свои желания!

Почему я так в этом уверена?

Да потому что Ден караулил меня у дверей библиотеки перед началом рабочего дня! Стоило ему меня увидеть, как взгляд стал умоляюще-щенячьим, каким-то даже малость неадекватным.

Паучиха была недалека от истины, когда обвинила меня в ведьмовстве.

Не мог самый красивый мужчина на свете влюбиться в уродину. Мы с ним словно персонажи сказки «Красавец и чудовище». И, нет, я не наговариваю на себя.

Я упоминала, что у меня старушечья походка? Такая вперевалочку, прихрамывающая. Так вот, теперь представьте, как на это безобразие можно смотреть влюблённым взглядом? Не получается? И у меня тоже нет.

А Ден смотрел.

– И не спится тебе в такую рань, – вместо приветствия заговорила я.

– Я жаворонок. Самодисциплина – моё второе я, – по-деловому серьёзно ответил он, и у меня немного отлегло от сердца. Может, его щенячий взгляд приблазнился мне?

– Ага. Значит, пришёл меня пытать?

– Не стоит относиться к лечению, как к пытке. Негативное самовнушение может снизить результаты.

– Это была шутка, – закатила я глаза.

– Даже в шутку не стоит говорить про пытки, Жу.

Кажется, в коридоре стало душно. Да, точно, кто-то высосал весь воздух! Кто бы это мог быть?

Мне, признаюсь, и одного душнилы Аристарха хватает, а тут ещё излишне правильный Ден. Аж тошно, честное слово!

Я нервно заворочала ключом в замочной скважине и, наконец, открыла академическую библиотеку.

До начала рабочего дня ещё минут двадцать, так что есть время настроиться на труд.

Маман предупредила, что с утра пойдёт на медосмотр в поликлинику, поэтому мы с Деном остались наедине в прохладном и мрачном книгохранилище.

– Жу, сейчас я попробую убрать тебе ещё одну спайку. Твоя спина только и ждёт, чтобы распрямиться.

– Может, подождать до выходных? – испуганно попросила я. Бояться было чего. Всё-таки боль мешает работать. Тут ещё моя многострадальная шея...

О! Она каким-то чудом перестала болеть! Ура!

– Выходные у нас и без того заняты.

– Чем же?

– Положу тебя на растяжку.

– Это как?

– Увидишь.

– А на личную жизнь у меня время останется?

– Какую ещё личную жизнь? – клянусь, в глазах Дена на мгновение полыхнул огонь ярости.

– Доктор, ваш пациент, скорее, жив, чем мёртв. Стоит ли удивляться, что пациент ведёт активный образ жизни?

– Извини. Мне не терпится как можно скорее увидеть тебя здоровой, – и потупил прекрасные голубые глазки.

– Не гони коней. Человек должен меняться постепенно.

– Ладно. Постараюсь, – Ден помог мне расстегнуть и спустить до бёдер платье, а я не могла отделаться от мысли, что он прикасается ко мне не как к пациентке, а как к женщине. Слишком уж надолго подушечки его пальцев задерживаются на моей коже и совершают вовсе не профессионально-ограниченные микродвижения.

А потом он меня огорошил:

– Сними лиф.

– Это ещё зачем?!

– Так надо. Потоки энергии пойдут через грудную клетку.

Ни один мужчина ещё никогда не мацал мои молочные железы. Маммолог не в счёт. Даже Акакий Фридрихович не успел.

Зато Ден... Повернул меня к себе спиной, как-то слишком интимно заставил опереться ладонями на стол и прижался ко мне сзади.

«Ах, ты ж кобе-е-ель!» – прошипела Вторая, и я даже спорить с ней не стала.

– Готова? – поинтересовался, пристроив ладони туда, где по идее должен быть бюстье.

– Нет! – со злой нерешительностью выпалила я.

– Начали! – скомандовал. – Не дёргайся.

В меня полилось волнующее тепло, концентрируясь почему-то внизу живота.

– Ден?

– Тихо, терпи! – очередная команда.

И я терпела, хотя ощущения были, скорее, приятными. Это походило на то, как будто в моём мочевом пузыре скопилась не моча, а нечто другое, эфемерное, грозящее взорваться. Но если оно взорвётся, то что будет-то? Я, конечно, много книжек прочитала с эротическими сценами, так что в курсе про такого зверя, как оргазм, но у нас же не интим!

Божечки, что со мной?

– Ден, стой! – взмолилась я, понимая, что вот-вот сосуд внизу живота, наполненный чем-то приятно-волнующим, лопнет. Я пыхтела изо всех сил, сдерживая этот взрыв.