Лунарис. Любимая кошка магистра
- -
- 100%
- +
Анхель поморщился. Чего-то такого он и ждал.
– Погодите, дорогая моя, – аккуратно коснулся ее плеча ректор и тут же убрал старческие пальцы, сцепив руки за спиной. – Наверняка наш любимый магистр Тьмы вот-вот все быстренько нам объяснит, правда ведь, Анхель?
Старик чуть опустил голову и выжидающе посмотрел на магистра острым взглядом из-под пушистых, как гусеницы, бровей.
Анхель стиснул зубы. Ну да, ну да, истории о том, как вокруг него, неженатого темного колдуна, крутятся все адептки академии, с каждым годом становились все цветастее. И коллеги только и ждали, пока случится нечто подобное. Мол, он просто обязан закрутить роман с какой-нибудь очаровательной магичкой, жениться на ней и забыть как страшный сон все свои дурацкие увлечения Хаосом и запретной магией.
Ага, если бы все было так просто.
Анхель их не винил. Они не ждали… скорее надеялись.
– Да что вы пристали к бедолаге?! – радостно воскликнул одноногий магистр Фрейдис и хлопнул Анхеля по плечу. – Давно пора, мой друг, давно пора! Как ее звать-то, подскажи? Клянусь, я хочу пожать руку этой сереброволосой фее, что сумела растопить каменное сердце нашего хмурого мастера запретной волшбы!
Анхель хмыкнул и все же закатил глаза. Эту сцену нужно было просто выдержать.
Впрочем, ему никогда не было дела до того, что о нем думают. Собственно, именно по этой причине несмотря ни на что его уважали, а некоторые даже боялись.
Да и… стоило признать, он действительно мог вытворить все что угодно.
Разве что девушек в академию никогда не приводил.
– Перед вами шели Лунарис, и клянусь Хаосом Тьмунесущим и Аргейнианом, его Сердцем, сегодня утром она была кошкой по кличке Фифа.
– Прошу, не надо упоминаний Хаоса, Анхель, я сколько раз просил тебя, ну сколько раз, Анх… – начал было возмущаться ректор Сильвейн, а затем вдруг замер на полуслове и, сдвинув брови, посмотрел на магистра Тьмы.
– Что вы сказали? – задала вопрос за него магистр Колдовских Метаморфозов, монокль выпал из ее глаза и вяло повис на зелено-золотой цепочке.
– Кошкой?.. – тонким писком закончил эпопею с удивлением хромоногий магистр Фрейдис.
– Именно так, – кивнул Анхель, ни капли не улыбаясь, потому что терпение у него было и так довольно коротким, а сегодня его уже успела изрядно подправить “ласковая” кошечка Лунарис. Он собирался сказать всего пару слов, но под конец его все же прорвало.
Как обычно.
– Благодарю, что дали мне ответить, а то я уж думал, будем стоять тут до пришествия Кериса Солнечносердного и выслушивать ваши своднические предположения относительно моего будущего. Я, конечно, душевно благодарю вас за интерес к моей личной жизни, но боюсь, если когда-нибудь эта самая жизнь пожелает свернуть в сторону семейного ошейника с поводком, она же удавка, то даже в этом случае я не предоставлю вам возможности поучаствовать в этом, несомненно, чудовищном празднике масштаба конца света.
И пока ансура Мальва открывала рот, чтобы возмущенно выдохнуть, старый ректор качал головой, а ансур Фрейдис старательно отводил взгляд, рассматривая узоры на потолке, словно он ни капли не послужил одной из причин раздражения самого опасного и нестабильного колдуна в академии, Анхель быстро изложил события сегодняшнего утра.
В конце концов, он хотел есть. А нужно было еще найти какую-нибудь нормальную еду в этой академии, где для адептов готовили так, словно они как минимум отпетые наркоманы и до вкуса еды им нет никакого дела.
Была бы его воля, он бы и вовсе не рассказывал о случившемся. Но ему было нужно мнение квалифицированных магов, способных разобраться в проблеме как можно быстрее. И как бы высоко он ни оценивал собственные способности, гордыня размером с самую высокую башню столичной королевской резиденции все же позволяла ему понять: сам он вряд ли справится. Весьма вероятно, что справится!!! Но не факт.
Не факт.
– Вы проверяли шели на предмет темных метаморфоз? – сдвинув брови, спросила Мальва. – Она могла быть заколдована.
– Естественно, это первое, что пришло мне в голову, – ответил Анхель, – но загвоздка в том, что следов метаморфоз на ней нет. А сама девушка ничего не помнит и уверяет, что она кошка. Здесь нужны более глубокие исследования и наблюдения. А магистр по метаморфозам… у нас вы.
Анхель сделал небольшую паузу, словно не хотел делегировать полномочия по разгадке этой подозрительной, но, безусловно, интересной тайны.
Мальва кивнула.
– Вы поступили правильно, что позвали нас, сур Анхель.
“Сур Анхель”, – прозвучало эхом в голове.
Ну конечно, этикет настаивал на употреблении какого-то конкретного обращения перед именем… Но не все решались напоминать мастеру темной магии, что он все еще магистр, а не высший магистр.
Впрочем, Анхель был в курсе, что высшим ему не стать, и был даже рад. А вот этого почти никто не знал.
– А вы не рассматриваете возможности того, что шели Лунарис и впрямь кошка? – спросил магистр Фрейдис, задумчиво буравя взглядом закрытую дверь в залу, где сидела их “кошечка”.
– А вот это попытаетесь узнать вы, – ответил Анхель, повернувшись к хромоногому мастеру чаросоздания.
– Но я… – запнулся было Фрейдис. – Безусловно, могу сотворить вам почти что угодно из огня или льда… Если, скажем, вам нужна еще одна кошка или, там, собака из языков пламени, то только скажите… Но как вы хотите получить от меня обратное колдовство? Я представления не имею, как создать из кошки женщину.
– Вам и не придется никого превращать, – примиряюще сказал ректор, тряхнув синевато-седой косой на бороде. – Но Анхель прав, вы можете провести необходимые исследования со своей стороны и рассказать нам, возможно ли вообще нечто подобное. Потому что, клянусь солнцем, звездами и своей памятью, ничего похожего я не встречал никогда в жизни!
– Да-да, это, безусловно, удивительно! – поддакнул Фрейдис и закивал. – Магистр Анхель, вам же удалось создать из простой кошки совершенно разумную женщину!
В этот миг из-за закрытой двери раздался мягкий и звонкий голос Лунарис:
– Душечка-магистр, а нет ли у вас еще одной индейки?
Анхель закрыл глаза, бросив магистру Фрейдису:
– Я бы так не торопился с выводами.
И с легким раздражением потер брови. Он инстинктивно чувствовал, что с девчонкой ему придется помучиться. Впрочем… стоило отметить, что она была довольно симпатичной, а ее колдовские зеленые глаза и вовсе вызывали внутри очень странные чувства. Хотелось одновременно отвернуться, чтобы лишний раз не рассматривать совершенно чужую для него девушку, и при этом… отвернуться было очень сложно.
– Решено! – хлопнул в ладоши ректор. – Мы зачислим шели Лунарис на первый курс… мна-мна… – замялся он, – какого же факультета? Может, на ваш, магистр Анхель? Девчонка отныне под вашим надзором. Да и на факультете у вас всего-то пара человек, вам не помешает свежая кровь.
– А вдруг у нее вообще нет магии? – изогнула тонкую бровь магистр Мальва.
– Есть, – ответил Анхель, и впервые с начала разговора его губы изогнулись, когда он вспомнил слова Лунарис о его параноидальном внимании к ее рукам. Она была прекрасно знакома с магией, потому что только опытный колдун, который сам постоянно следит за движением пальцев соперника, способен замечать такие мелочи.
Да, Анхель ухмыльнулся… И пусть это была только чуть ядовитая и довольно жесткая гримаса, но все же. Так и до улыбки недалеко!
– Да, я согласен. На моем факультете ей будет… комфортно, – ответил он тогда.
Бровь Мальвы приобрела еще более острый угол.
– Комфортно? Вот уж вряд ли. Но другого выхода я тоже не вижу. Эта девушка может быть потенциально опасна. Лучше бы ей и впрямь оказаться бывшей кошкой с нестандартными умственными способностями. Иначе… – она замолчала, по очереди окинув взглядом всех присутствующих. Впрочем, она так и не договорила. – За ней нужно следить. Было бы неплохо вызвать инквизиторов из города…
– Нет, – отрезал Анхель, нахмурившись. – Я сам буду следить за ней.
– Да, безусловно, в инквизиторах нет никакой необходимости, – тут же добавил ректор, многозначительно взглянув на Мальву. И потер длинную косу. – Не стоит им шуршать тут и совать нос в наши дела, когда такое творится в наших стенах. Мы все можем оказаться под угрозой, да и академию расформируют, клянусь своей сединой. Или вы забыли, что случилось у нас под носом всего два дня назад?
Ансура Мальва глубоко вздохнула и покивала головой с безупречно уложенной прической, напоминающей небольшой дом.
– Вы правы, безусловно, – сдалась она.
– Ох, ну это прекрасно, я считаю! – воскликнул радостно ансур Фрейдис и топнул деревянной ногой. – Я изготовлю для вас небольшого следящего фрикса, он будет идеален, клянусь, девушка ни в жисть не заметит!
Анхель окинул коллегу оценивающим взглядом, а затем все же кивнул. Конечно, фрикса он мог изготовить и сам, но…
– Вы в этом профессионал, ансур Фрейдис, доверюсь вам.
…гордыня размером с башню все же знала свои границы.
– Тогда всего хорошего и удачи, магистр Анхель, – сказал ректор Сильвейн, когда остальные, поклонившись, уже удалялись в конце коридора. – Я подготовлю приказ о поступлении, в остальном рассчитываю на вас и… жду отчета!
Старик улыбнулся и подмигнул, сжав плечо Анхеля, затем развернулся и ушел вслед за коллегами.
Магистр Тьмы снова глубоко вздохнул и толкнул дверь залы, за которой должна была доедать его обед таинственная кошечка Лунарис…
Глава 4
Лунарис
Хорошо, но мало. Вообще, стоит заметить, что магистры тут прекрасно питаются. Особенно этот, как его… я слышала через дверь имя Анхель. Сам-то он представиться забыл, этот красавчик, что никогда не видел обнаженных девушек.
Красавчик?..
Ни клыков у него, ни усов, ну какой из него красавчик? Ты, Лунарис, видать от индейки совсем разум потеряла. Впрочем, от такого обеда не грех и еще чего-нибудь потерять… даже то, что обычно терять – грех!
Я вышла из-за стола, пока Анхель прятался от меня за дверью, явно скрывая наконец-то подступившую краску стыда и смущения от моей возмутительной наготы. Вытерла руки красивым полотенцем с витиеватым изображением какой-то птицы и подписью “Анхель Кронард”. На столовых приборах стояли те же инициалы: “А.К.”
Похоже, я таки не ошиблась и это действительно имя моего магистра. Осталось дело за малым – узнать, какому предмету так не повезло, что Анхель его преподает, и что это за заклятие такое, нарушившее мою сумбурную, дикую, но очень даже любимую жизнь кошки Фифы, превратив в… человека.
Но это можно сделать и потом, тем более что-то мне подсказывало: “Душечка-магистр” вовсе не такая уж и Душечка и в покое меня оставит весьма вряд ли. С его присутствием придется мириться… ну или наслаждаться. Тут уж как пойдет.
Я натянула повыше женскую академическую форму, которую мне любезно предоставил магистр Анхель перед тем, как отдать свой обед. Вообще, чего я жалуюсь: одел, накормил, гладить против шерсти не пытался. Не мужчина, а подарок!
Форма, правда, оказалась чуть великовата, но зато дышится свободно и есть место для хвоста!
“Так… а тут у нас что?” – проговорила я, затаив дыхание, приближаясь к наглухо закрытому окну, выходящему на двор академии.
Передо мной раскинулась широкая панорама вымощенного голубоватой плиткой двора, посреди которого стояло могучее изваяние мужчины, а вокруг него без конца сновали адепты.
Стоило взглянуть на расписную мраморную мантию, длинные, словно по ветру летящие волосы и символы солнца на воротнике, как в памяти всплыло: “Керис Солнечносердный”. Весьма почитаемый в нашем королевстве бог света и тепла.
Не припомню, чтобы кошкой знала о таких деталях. Впрочем, я ж была умной кошкой, а не абы что!
Однако в груди что-то болезненно защемило, словно… я что-то потеряла.
Закрыла глаза и постаралась вспомнить, что именно. Ну конечно, я что-то потеряла! Хвост и шерсть! Но мозги на месте, зуб даю. Анхелевский.
– Вы уже поели? – раздался в этот момент голос почти над самым ухом, заставив меня вздрогнуть и подпрыгнуть на месте.
– Благодарю, магистр Анхель, – развернулась я, широко улыбаясь и скрывая желание вцепиться в его тщательно выглаженную мантию с серебристыми узорами, потрясти и сказать, чтобы никогда больше не подкрадывался к кошкам.
Впрочем, столкнувшись с темным, как сама ночь, взглядом колдуна, да еще и уловив в воздухе тонкий, едва заметный аромат, я как-то сразу поуспокоилась.
Аромат был не просто знакомый и приятный, он впитывался в меня изнутри. Что-то невероятно близкое… помимо действительно приятного запаха, напоминающего мед и апельсины. Было что-то иное.
Клянусь кровью…
– А что, вы принесли мне еще одну индюшачью ножку? – спросила я, сложив руки за спиной и стараясь не обращать внимания на дурацкие мысли.
Магистр не пошевелился. Только челюсти вдруг напряглись, словно я сказала или сделала что-то не то.
– Вы напряжены, Анхель, я бы предложила вам массажик, но, признаться, не оказалась бы от него сама, – проговорила я, отворачиваясь от застывшего как истукан магистра и совершенно не собираясь тушеваться перед колдуном. Кем бы он там ни был. – Обед, кстати, был просто дивный, так жаль, что вам ничего не досталось!
Анхель аж с лица сбледнул. Бедняжка, наверное, страдает, что не может предоставить мне добавки!
Демонстративно подняла руки и потянулась, пытаясь наблюдать за реакцией Анхеля, но не напрямую, а через зеркало в дверцах огромного буфета.
Раньше я вообще всегда так делала, когда хотела привлечь внимание кухарки или мясника, что привозил куриные и говяжьи тушки в столовую академии. Периодически фокус удавался, и мне перепадала пара мясистых сочных кусочков.
На Анхеля это и вовсе подействовало странно.
Его взгляд потемнел, и в глубине снова вспыхнули опасные синие искры.
А у меня в голове мелькнуло и исчезло:
“Плохо, очень плохо, магистр… Так подставлять самого себя…”
– У вас плохо с самоконтролем, Душечка, не так ли? – спросила я, резко развернувшись и прищурившись.
Не знаю, с чего я это взяла. Понятия не имею. Но кошки всегда делают то, что считают нужным. А говорят то, что пришло в пушистую голову.
– Почему вы так решили, милая Лунарис? – в ответ прищурился магистр, и его острый взгляд мне не понравился. Тем более что я понятия не имела, о чем мы вообще говорим.
Просто знала, и все: Душечке не помешала бы помощь. Но в чем?
Я пожала плечами и демонстративно медленно направилась к выходу, краем глаза замечая, как Анхель не сводит с меня напряженного внимания.
– Куда вы? – бросил он мне в спину.
– Прогуляюсь. Люблю, знаете ли, гулять после обеда. Вас с собой не зову, уж простите.
– Отчего же, я тоже обожаю гулять. Правда, как раз наоборот – перед обедом, – выдал мне этот нехороший человек, оказавшись прямиком возле меня. Да еще и отставив в сторону свой локоть с многозначительным поклоном.
А я кошка сообразительная, поглядела на локоть и сразу смекнула: намекает на что-то.
– И представляете, мне свезло несказанно, что одна шели сегодня прикончила мой обед, – продолжал он, сверля меня черным, как ночь в бездне, взглядом. – Так что я полностью свободен!
– Слышу в вашем голосе нотки сарказма, Анхель, – приподняв бровь, усмехнулась я. – Неужели вы вините бедную шели в том, что она была голодна?
– Нет, что вы, – без запинки ответил мужчина, когда я невольно приняла его предложение и взяла под руку. – Только в том, что теперь голоден я, а не она.
С этими словами он вывел меня из залы в широкий коридор академии.
По таким коридорам прежде я ходила не раз и не два, но, признаться, с высоты маленькой кошки они были совершенно громадными. Сейчас же все оказалось не так плохо. Каменные стены, выложенные из мелкого голубоватого кирпича, пестрели черными и белыми прожилками, красивые изогнутые светильники в виде диковинных цветов не позволяли заблудиться и оказаться в кромешной темноте.
Прежде-то темнота меня не пугала, но что-то подсказывало, что теперь с этим будет посложнее.
– И вообще, отныне обращайтесь ко мне исключительно “магистр Анхель” или “сур Анхель”, – продолжил невозмутимо мой возмутительно – горячий и очень даже приятный на ощупь сопровождающий. Я даже не сразу услышала, что он говорит, чувствуя, как его плечо касается моего, ощущая под своей ладонью через тонкую рубашку магистра его мощное предплечье…
– Вот как? – переспросила, едва сказанное добралось-таки до сознания. Видимо, у людей с соображалкой посложнее, чем у кошек. Через такие маленькие ушки слова в голову едва просачиваются! – Это почему же?
А в голове тут же вспыхнуло: “сур” – обращение к магистру, но не к высшему.
Что-то тут не так, ведь я могла усами поклясться, что Анхель гораздо сильнее обычного колдуна. Синие искры – признак выходящей из-под контроля мощной ледяной магии. А выходит из-под контроля сила лишь в том случае, если ее носитель весьма почитает Аргейниана…
Бога Хаоса.
При таком раскладе сила многократно увеличивается, а уж если она изначально была высока…
“Что-то вы скрываете, Душечка-магистр! Ну ничего, уж я раскушу вас, будьте уверены. Раскушу даже без моих кошачьих клыков”, – подумала я и широко улыбнулась на миг опешившему от моей странной реакции колдуну.
Однако, как ни странно, стоило мне прийти к таким опасным и запретным умозаключениям, как магистр начал нравиться мне чуть больше прежнего.
Ну что сделаешь, кошки вообще такие непостоянные!
– Так куда вы меня ведете, Душечка? – мурлыкнула я сквозь улыбку.
А ничего, что мурлыкать нечем, все равно очень даже по-кошачьи получается, если постараться. Может, и от этого тела толк будет!
– Я не Душечка, а магистр, – срезал меня Анхель буквально на лету. – А куда мы направляемся, вы сейчас и увидите, адептка Лунарис. Полагаю, придется показать вам ваш новый, кхм… ваше новое место пребывания. Временное место.
– Ух ты, ну, давайте, магистр, показывайте скорее, чего же вы медлите? – внезапно обрадовалась я. Прежде-то жить в подвале приходилось. А там, надо признать, те еще условия.
С этими мыслями я потянула вперед моего Душечку (чего бы он там ни говорил!), торопясь увидеть новое жилье.
Прогулка с магистром оказалась хороша, тем более что мы уже вышли на широкий двор академии, где прямо перед нами возвышалась мощная фигура каменного бога Кериса. Туда-сюда привычным образом сновали адепты, прижимая к себе учебники, кто-то непринужденно болтал о том о сем, некоторые колдовали, и тогда в воздух поднимались огненно-золотые искры или снежно-синие снежинки.
В королевстве Мхов и Облаков было лишь два вида магии: тепло и холод, но я смутно припоминала, что использовать эту магию можно было очень по-разному.
Как пить дать, наблюдала за адептами, пока была кошкой, не иначе.
И в общем, вот эти самые способы колдовства меня вдруг весьма заинтересовали. Вдруг я тоже могу волшбу творить в этом нелепом человеческом тельце без хвоста и шерсти? Надо же как-то защищаться теперь без когтей и зубов! Вдруг на меня какой-нибудь пес плешивый нападет, и что тогда делать?..
Но пока лапы не дошли разобраться с колдовством, можно было остановиться на изучении моего нового подвала, или куда там меня вел Анхель. Однако подвала впереди так и не промелькнуло, зато замаячил довольно крупный двухэтажный особнячок, и мы становились к нему все ближе!
Подозрения относительно жилья подтвердились уже через пару минут, когда магистр остановился напротив красивого строгого крыльца с лестницей и коваными поручнями изогнутой формы. По обеим сторонам от лестницы поднимали головы ввысь две металлические кобры с огненно-красными карбункулами вместо глаз. Потрясающая красота! И хвосты этих же существ вились вверх, превращаясь в перила.
– Ничего себе! Пушистенько! – восхитилась я, подскочив к одной кобре и погладив ее по голове.
Ну а что? Каждая тварь ласку любит, пусть даже змеюка. Пусть даже кованая.
Краем глаза заметила, что магистр тем временем удивленно приподнял одну бровь, потом сжал губы и едва ли не через силу эту самую бровь опустил.
Нет, ну смешной, клянусь Хаосом!
– Значит, это мой новый дом? – с удовольствием выдохнула я, повернувшись к Душечке.
Магистр еще сильнее помрачнел и, отвернувшись от меня, бросил через плечо:
– Место пребывания. Временное.
А затем, звякнув ключами, поднялся вверх по ступенькам, я только и успевала за ним:
– Ну, место так место! – воскликнула, не забывая изучать все, что видела вокруг. В том числе несколько симпатичных прямоугольных кристаллов на цепочке, что звенели и поблескивали в руке магистра. Он как раз выбрал один из них, чуть сжал, и дальше произошло нечто восхитительное.
Пальцы мужчины вспыхнули огнем. Желто-оранжевым, таким знакомым и манящим, что я невольно протянула руку… но тут же отдернула обратно.
Однако и это было не все. То, что магистр использовал магию огня, было и дураку понятно. Но вот его указательный палец быстро описал круг, и огонь внутри него приобрел насыщенные ржаво-черные очертания. Именно в этом пламени кристалл со связки его ключей вдруг взял и обратился в полыхающую змею!
Анхель поднес получившееся существо к замочной скважине, колдовская тварь, на ходу вспыхивая маленькими язычками огня, проскользнула внутрь, и тут же дверь открылась.
– Фрикс, – выдохнула я, широко распахнув глаза.
– Что вы сказали? – резко повернулся ко мне магистр, и его черные глаза снова стали опасными, манящими и глубокими, как… ночь с любовником.
– Ничего, магистр Анхель, – с улыбкой склонила я голову набок. – Я выругалась. Впервые вижу такое дивное волшебство, представляете? Не сдержалась.
Анхель несколько секунд буравил меня тяжелым взглядом, от которого у меня внутри все переворачивалось, а затем проговорил:
– Какое совпадение, надо же, – и снова не без сарказма. – Ведь это и впрямь был огненный фрикс. И довольно сложный в исполнении.
А затем отошел в сторону и махнул рукой в сторону распахнутой двери, приглашая меня внутрь даже с легким поклоном.
Сама учтивость! Только еще не смотрел бы так, словно я рыба, а он вокруг меня уже крючков с червяками накидал.
Ну ничего, сур Анхель, я и червячков ваших съем, и крючки выплюну, так и знайте.
– А мне можно во всех комнатах располагаться? – спросила тем временем, проходя мимо застывшего колдуна и невольно испытывая мурашковый прилив где-то в области позвоночника. – Кстати, а вы где жить будете? Наверное, где-то за чертой академии, да?
За спиной с громким хлопком закрылась дверь, и стало как-то подозрительно тихо.
Что, опять разозлился? Ну какая мне несдержанная Душечка попалась!
– Нет, вам нельзя “во всех комнатах располагаться”, – ответил магистр, чуть скривившись, и… что это сейчас было? Это что, он меня передразнил, что ли? Это он совсем усы попутал? – Это мой дом, я живу здесь, а вы будете временно пребывать в одной из гостевых комнат. Можете не благодарить.
С этими словами он резво, чуть ли не по-военному, развернулся и зашагал вперед по коридору, в который превращался довольно просторный холл, обшитый деревом и нежным сиреневым бархатом.
– А я и не собиралась, – фыркнула в ответ.
Вообще, у магистра в доме оказалось красиво, уютно и весьма комфортно. Хотя что-то подсказывало, что мне больше подошло бы сооружение помасштабнее. Замок там какой-нибудь или министерская резиденция.
Ну а почему бы и нет, в конце концов? Вообще, женщины, считающие себя недостойными всего самого лучшего, лишают себя даже шанса на это самое лучшее. А я лишать себя чего бы то ни было совсем не планировала.
– Да, я уже догадался, что благодарность – не ваша ключевая черта, – бросил с конца коридора Анхель, чем возмутил меня до глубины души. Как это благодарность – не ключевая черта? Да я самая пушистая добродетель в этой части королевства!
– Что это вы имеете в виду? – воскликнула я, тут же догнав магистра, что остановился возле широкой такой, резной двери из приятного коричнево-красного дерева.
Анхель завел руки за спину и мрачно посмотрел на меня, отчего ворот его рубашки слегка распахнулся, а на смуглой груди мелькнула цепочка. Я опустила взгляд ниже, почему-то сглотнув, но все же не без интереса обнаружив, что цепочка-то заканчивается каким-то медальоном. Аккурат под тонкой тканью рубашки – только протяни руку, чуть подвинь мягкую складку одежды… И увидишь, что скрыто от глаз.
– Я имею в виду только то, что сказал, – вывел меня из задумчивости магистр жестким голосом. – Внимательность и чуткость вам, судя по всему, не свойственны. Что удивительно, учитывая факт пребывания вами всего пару часов назад в теле кошки. Хотя, возможно, среди кошачьих вы просто не самый лучший представитель.
– Да что вы такое, вообще, гово… – мои словоизлияния немножко оборвались, когда я проследила за многозначительным магистовским взглядом, что был направлен куда-то совсем уж вниз.