Лунарис. Любимая кошка магистра

– Рискну предположить, что вы ей не управляли, – ответил Марсель, продолжая глядеть на своего преподавателя взглядом, что должен быть сжечь проклятого наглеца на месте. Интересно, за что? Так сильно оскорбился, что пламя Анхеля загнало его на стойку, как трусливую мышку?

Я прикусила губу, чтобы слишком уж явно не улыбаться, оперлась щекой о ладонь, а локтем – в стойку, чтобы принять положение поудобнее. Лекция явно предполагалась длинной, и я уже мысленно страдала от отсутствия стульев. Могли бы уж оставить хоть парочку табуреток для нежных шели? А лучше кресел, и помягче!

Анхель тем временем бросил уничижительный взгляд на Марселя, отошел чуть в сторону от стойки и вытянул руку в сторону. Распахнул ладонь, и на ней тут же заплясал аккуратный крупный язык пламени.

Сердце пропустило удар.

– Ценю вашу фантазию, шельер Марсель, но в следующий раз попробуйте руководствоваться чем-нибудь другим, – почти безэмоционально ответил Анхель, отвернувшись от побагровевшего адепта, – например, логикой. Пламя и лед, которые вы видели пару минут назад, имеют одну особенность, которая придает стихиям жизнь. Это Хаос.

По аудитории пронесся еле слышный шепот, а я уже с трудом могла оторвать взгляд от Душечки-магистра, ведь для меня люди важнее него вдруг перестали существовать в мире.

– Как вы знаете, есть два божества, что отвечают за магию, – продолжал Анхель, и его лицо впервые за время нашего знакомства приобрело спокойное и почти умиротворенное выражение. Он смотрел на пламя в своей ладони, янтарные отблески плясали в его глазах, делая магистра… удивительно привлекательным. – Это Чарис, богиня Северной ночи, и Керис Солнечносердный, ее брат. Лед и пламя – они управляют временами года, погодой, стихиями и магическими существами. Они же являются отражениями друг друга. Но! Также вам наверняка известно, что существуют их прародители: Хаос, Тьму несущий, и Порядок, рождающий жизнь. Их аватары и сердца – Аргейниан и Ледарель, муж и жена. С Ледарелью и ее магией адепты знакомятся ближе на уроках ансура Сильвейна, нашего уважаемого ректора. Ну а мы с вами изучим влияние на магию ее супруга. Несправедливо обойденного вниманием Аргейниана, несущего Тьму.

С этими словами Анхель медленно поднес два пальца другой руки к горящему на ладони пламени, быстро начертил невидимый рисунок, и… огонь ощутимо потемнел. Он будто налился ржавчиной, стал насыщеннее, крупнее, злее. Его язычок взвился ввысь, будто он желал вырваться из-под контроля, спрыгнуть на пол и вновь превратиться в неконтролируемую смертоносную стихию.

Но не мог.

– Скажите, магистр Анхель, но разве Хаос не запрещен законом? – осторожно подала голос шели Алияра.

И все присутствующие обратились в слух.

Включая меня.

– Запрещен, – прозвучал короткий ответ, и вокруг, кажется, стало еще тише.

– Но… – снова подала было голос Алияра – правда, на этот раз сама себя заставила замолчать. Во избежание проблем, судя по всему.

Однако Анхель все же ответил, окинув всех присутствующих тяжелым взглядом без капли улыбки:

– Вы пришли в академию Чаромастерства, чтобы научиться творить магию. Но так уж вышло, что во время распределения именно ваши потенциалы ближе всего склонялись к Хаосу.

Адепты нервно заерзали на своих местах. А я удивленно приподняла бровь: меня-то никто не распределял. Так что я тут делаю?..

– Поэтому вы будете изучать магию с особой стороны, – продолжал тем временем магистр, слова которого становились все загадочнее. – С той, с которой обычным людям ее изучать запрещено.

– Но как же так? – ахнул тот щупленький парень с другой стороны зала. – Нас же накажут! И почему нам не сказали об этом сразу?

Я снова оглядела бедолагу, на лице которого отразилось все вселенское страдание. Он становился все бледнее и явно мечтал перевестись на другой факультет прямо сейчас.

Его бы за ушком почесать – может, полегчало бы. Мне, кстати, раньше это всегда помогало! Впрочем, остальные тоже выглядели не очень весело, энтузиазма я не разглядела ни на одном лице. Разве что рыжий скорее хмурился, чем боялся.

– Вам не сказали, потому что приступать к этим занятиям было рано. Теперь ситуация изменилась, и мы начнем чуть раньше.

Он бросил на меня короткий взгляд, который не укрылся от остальных.

Вот спасибо, Душечка.

– И да, вас не накажут, – чуть скривился Анхель. – Через полгода в случае успешной сдачи боевой проверки министерство по надзору за надлежащим использованием магии внесет каждого из вас в список особого контроля. После этого вы сможете официально продолжать обучение на моем факультете до конца. В итоге вам присвоят статус магов Тьмы и Черных сил. При желании вы сможете подать заявление на продолжение обучения и стать магистрами.

Реакция адептов на эту новость была, мягко говоря, так себе. Бледнушечка так и вовсе позеленел.

– Но зачем нам диплом и знания, которыми запрещено пользоваться? – вдруг подал голос Рыжик, встряхнув копной косичек. В его ухе блеснули сразу две серьги-кольца.

– Не знаю, с чего вы решили, что я буду вытирать вам сопли и умолять остаться здесь в качестве адептов, – резко оборвал Анхель, выпрямившись и сцепив руки за спиной. Пламя, тронутое Хаосом, потухло. – Двери открыты, и вы можете проваливать в любой момент, шельер Марсель.

Рыжик стиснул челюсти, крылья носа ощутимо дрогнули.

– Какой вы не гибкий, магистр Анхель, – вдруг подал голос светловолосый ансур Даниэль, широко улыбнувшись, смело вышел вперед и хлопнул Душечку по плечу.

Анхель аж в лице поменялся. Черные глаза, кажется, стали еще темнее. Он склонил голову набок, глядя на Даниэля так, словно тот ума лишился. Но не стал публично устраивать скандал со своим коллегой.

На лице магистра Даниэля вспыхнула еще более яркая улыбка. Судя по всему, он прекрасно знал, что так и будет.

– Дорогие адепты! – приблизился он к нам, хлопнув в ладоши и разместившись прямо впереди Анхеля. – В королевстве Мхов и Облаков множество очень редких и интересных профессий, связанных исключительно с Хаосом. К примеру, знаете ли вы, что лишь маг Тьмы и Черных сил способен найти другого мага Тьмы? Лишь колдун, умеющий исказить силы Чарис и Кериса в сторону Хаоса, может обнаружить следы подобной магии?

– Правда? – дрожащим голосом спросил Бледнушечка.

– Правда, шельер Теодорус, – улыбнулся Даниэль. – Вот и представьте, что же делать, к примеру, нашим бравым следователям, которые вынуждены искать отступников и убийц, использующих Хаос и ступивших на путь тьмы? Без таких магов, как вы, их руки связаны!

– То есть после академии нам всем прямая дорога в дознаватели и сыщики? – спросил еще один парень, который до этого молчал. В черной жилетке, без рубашки, с короткими темными волосами. А затем неожиданно он прибавил: – Да это же бомба!

И демонстративно поиграл оголенными бицепсами.

– Закрой рот, Адельбер, – повернулся к нему рыжий.

– Да брось, ты что, от девок не отбиться будет! – не унывал Адельбер, подмигнув закатившей глаза Алияре.

Я незаметно усмехнулась. Вообще, с выступлением магистра Даниэля атмосфера в аудитории резко потеплела, адепты явно начали успокаиваться. Но, судя по мрачному лицу Анхеля, ему это не очень-то нравилось.

Меня это веселило еще сильнее.

– Не волнуйтесь, шельер Марсель, не переживайте и вы, остальные счастливчики, попавшие на факультет нашего дорогого сура Анхеля, – продолжил Даниэль, и его голубовато-зеленые глаза прямо-таки лучились. Надо сказать, довольно заразительно. – Конторы следователей – не единственное место, где будут требоваться такие великолепные будущие специалисты, как вы. Кто-то может пригодиться в редком темном зачаровании артефактов, кто-то может зарабатывать установкой специальных темных охранок на жилищах. Между прочим, это жутко востребованная услуга нынче!

Лица адептов все более и более просветлялись.

– А кто-то и вовсе сможет поступить на службу к самому королю, – закончил Даниэль, сцепив руки в замок. – Но несмотря на то, что вы выберете, это в любом случае огромные деньги, шели и шельеры! Вам невероятно повезло!

На последних словах даже Бледнушечка заулыбался. Даниэль был крайне доволен собой, он повернулся к Анхелю, демонстративно поклонившись ему и предлагая занять свое место и продолжить лекцию теперь, когда аудитория стала лояльной и готовой к дальнейшему препарированию.

Я улыбнулась уголком губ и прямо в этот момент не выдержала, задав вопрос, который, судя по всему, никто не ожидал услышать:

– Вы забыли о минусах, магистр Даниэль. – Не знаю, кто меня за язык тянул, но кто-то, видимо, тянул. – Ведь есть же и минусы, не так ли? – невинно добавила я, и снова вокруг стало тихо. Взгляды всех присутствующих направились на меня, а я глядела только на двух магистров.

Даниэль продолжал улыбаться, хотя и выглядел удивленным. Анхель чуть прищурился, словно пытался рассмотреть меня изнутри.

Увы, Душечка, не получится.

– Конечно, есть… шели Лунарис, ведь так? – благосклонно кивнул Даниэль. – Но это сущие пустяки!

И тут вперед все же вышел Анхель, раздраженно проговорив:

– Вас всего лишь пожизненно будут контролировать, ожидая, не слетите ли вы с катушек. Каждый ваш шаг будет фиксироваться в министерстве по надзору за надлежащим использованием магии, каждый год вы будете проходить проверку на вменяемость, а все вокруг будут вас ненавидеть и считать потенциальными убийцами. Ничего сверхъестественного.

Я тихо хмыкнула. Ну да, совершенно ничего.

Настроение адептов вернулось к состоянию на момент начала занятия, и только мне было все еще весело. Впрочем, острый взгляд Анхеля то и дело возвращался к моей скромной кошачьей персоне. Он явно отметил, что на меня его ответ снова не произвел впечатления.

Потому что… я уже все это и так знала?..

Надо в следующий раз нарочно испугаться, что ль, а то так решит еще, что после перевоплощения у меня уже с головой не все в порядке. А мне “слетать с катушек”, как выразился Душечка, пока рано! Я еще и Хаос не изучала, и даже не знаю, умею ли колдовать.

– Но вы не переживайте, – вдруг, криво улыбнувшись, продолжил Анхель, и на миг показалось даже, что он решил пойти по пути магистра Даниэля и подбодрить присутствующих. – Ваши родные и близкие наверняка вас поддержат, а ведь это самое главное, не правда ли?

– Мама будет в шоке, но, наверное, все же обрадуется, – неуверенно бросил Бледнушечка, поддавшись на провокацию.

Анхель втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы, и кривая улыбка, отдаленно напоминающая нормальную и введшая всех в заблуждение, бесследно исчезла.

Само собой, не собирался он никого подбадривать.

– Запомните на будущее, шельер Теодорус и все остальные! Если вам вдруг показалось, даже на самое короткое мгновение, что меня интересует нечто связанное с вашей личной жизнью, то это, Хаос вас забери, глубокое заблуждение! Если вы услышали от меня вопрос, не касающийся магии, то я официально заявляю: можете считать, что мне плевать!

Он был явно в бешенстве, грудная клетка от сцепленных за спиной рук стала казаться шире, плечи были расправлены, а черные волосы даже слегка растрепались, словно в какой-то момент в лицо магистру подул ветер.

Я даже засмотрелась, честное слово!

– Я достаточно ясно выразился? – бросил магистр, оглядывая всех присутствующих, большая часть которых нервно закивала в полнейшей тишине. – А теперь я надеюсь, что вы вынете свои языки оттуда, куда вы их от восторга засунули, заслушавшись красивыми байками магистра Даниэля, и мы, наконец, начнем тренировку по магии Хаоса! Между прочим, первую тренировку в ваших никчемных жизнях сомнительной полезности!

Магистр Даниэль из-за спины Анхеля едва заметно неодобрительно покачал головой, потерев переносицу.

Взгляд Анхеля добрался до меня, он склонил голову набок и нахмурился.

А я спохватилась, что, похоже, надо было испугаться вместе с остальными. Пришлось пожать плечами, мол, ну не страшно, ну что сделаешь?..

– После этого каждый из вас, я надеюсь, осознает, что это не моя инициатива – зачислить вас на этот проклятый, хоть и весьма уважаемый факультет, чтоб ему провалиться, – продолжал злобный Душечка. – Это исключительно заслуга Аргейниана Тьмунесущего, которому, судя по всему, вздумалось чихнуть в сторону ваших несимпатичных мордашек сразу после того, как ваши мамочки произвели вас на свет. С тех пор вы отмечены Хаосом, и на другие факультеты вам путь закрыт.

Он с силой хлопнул в ладоши, и в тот же миг от двух сведенных плоскостей его рук раздался взрыв. Черные волосы магистра вместе с полами мантии взметнулись, словно крылья черного дракона, а в глазах Анхеля отразился огонь бездны, что разверзлась прямо возле его ног.

Адепты отшатнулись, почти синхронно сделав шаг назад. И, как ни странно, только мы с Марселем подались вперед.

Не так прост этот рыжий, как показался на первый взгляд.

Бездна же циркулировала возле ног магистра, превращаясь в круглый провал огня, что двигался по кругу, обжигая глаза ржавыми всполохами Хаоса. Каменные плиты исчезли, и через несколько мгновений под горящим взглядом Анхеля, повинуясь движению его правой руки, из пола вверх начало расти нечто совершенно удивительное.

– Сейчас вы впервые коснетесь запретной магии, – проговорил чуть тише Анхель. Уже без крика и ярости. Но теперь казалось, что лучше бы он кричал, потому что даже мне стало немного страшно.