Пари на сводную
- -
- 100%
- +
Резко торможу¸ потому что прямо передо мной откуда-то вылетает байк. Чёрный, мощный такой. И на нём Слава. Сидит, смотрит на меня снисходительно и заинтересованно одновременно. Снова не как на сестру.
Ах ну да, меня же ею и не считают.
– Хочешь, подвезу? – с ухмылкой предлагает он.
Только могу, что хмыкнуть и мимо пройти. Не понимаю я Славу. Сам же мне с утра выговаривал, чтобы приближаться к нему не смела, и сам же уже дважды нарушает собственные условия. То вопросом в столовой, то этим странным предложением подвезти.
Уж не знаю, что это всё значит. Меня так испытывают, или просто Слава считает, что можно делать, что вздумается? Когда захочет – дистанция, а когда ему надо – типа ничего такого и нет? Или уже передумал, на эмоциях тогда ляпнул, но признать это сейчас по-человечески не способен?
Что бы там ни было, я не собираюсь облегчать ему участь. Я обещала не разговаривать – я не буду. А если Славе так надо это изменить, пусть придумает способ получше, чем тупо сделать вид, будто ничего такого не было.
А он не сдаётся. Быстро сокращает расстояние между нами всё на том же байке, снова сделав крутой разворот и тормознув прямо на моём пути.
Вздрагиваю. Опасные у него манёвры. Да, видно, что Слава прекрасно управляет своим мотоциклом, но от этого не так уж спокойнее.
– Брось выпендриваться, давай поговорим, – как ни в чём не бывало предлагает он.
Скептически фыркнув, скрещиваю руки на груди. Я даже пояснять ему ничего не буду. Пусть сам догадается, почему я с ним не разговариваю.
Моя мягкая сторона почти готова сдаться и дать послабления этому парню, которому и так обломалось с квартирой. Попытаться наладить с ним контакт ради Максима Леонидовича хотя бы.
Но побеждает вредная. Я не виновата в проблемах Славы, и носиться вокруг него не собираюсь. Грубить мне или маме тем более не позволю. А деньги уже решила зарабатывать и откладывать.
Кажется, он улавливает, что сама собой тема его запрета разговаривать не свернётся. Вздохнув, Слава выдавливает, будто делая мне одолжение:
– Я погорячился. Беру свои слова назад.
Колеблюсь. На извинения это если только с натяжкой тянет, но что-то мне подсказывает, что большего от Славы вряд ли дождёшься. По крайней мере, сейчас.
А потому на этот раз не ухожу. Киваю и, вздохнув, с нажимом уточняю:
– Какие?
– Те, где мы друг другу никто и не можем говорить. Можем. И подвозить я тебя готов, – миролюбиво поясняет Слава, вот только его взгляд источает вовсе не дружелюбие. Такое ощущение, что я конкретно так напрягаю этого парня. – Просто о том, что мы типа брат и сестра, трепаться не надо, – добавляет небрежно.
Кусаю губу, настороженно окидываю взглядом Славу, уверенно восседающего на мощном байке. Пытаюсь понять, что за человек. Не особо получается.
Что ж… Первое знакомство у нас явно не задалось, но раз нам придётся жить в одной квартире ещё неизвестно сколько, не стоит усугублять конфликт. Тем более что я вообще не люблю ссориться.
Неловко улыбаюсь, рассчитывая, что Слава тоже сделает это в ответ, и так замнём. Но он отчего-то хмурится, задумчиво глядя на меня.
– Я всё равно не сяду на эту штуку, – тогда просто сообщаю, глядя на байк.
Даже представить себя на нём не по себе. Тем более себя, держащуюся за Славу…
– Боишься? – вкрадчиво интересуется он, чуть подавшись в мою сторону.
Глаза в глаза. Наши взгляды сталкиваются так неожиданно и цепко, что дыхание сбивается. Замираю, вглядываясь в потемневшую синеву.
– Ты был несправедлив с родителями, – это вырывается само.
Не то чтобы я стремлюсь понять этого человека вот прям сейчас. Или хоть как-то приблизить к привычному мне миру, где люди не жестоки. Но и промолчать не получается.
Слава нехорошо ухмыляется:
– А они со мной были справедливы?
Отвожу взгляд. Нет, конечно. Мне и самой не нравится сложившийся расклад, тем более, моё невольное в нём участие. Но говорить об этом Славе не хочется – да и обещала же Максиму Леонидовичу быть осторожнее с этой темой.
– У всех бывают проблемы. Уверена, что твой папа всё равно сбирается тебе купить квартиру, просто позже, – осторожно поясняю.
– Закрыли тему, – тут же жёстко обозначает Слава.
Поджимаю губы. Часы до сих пор сиротливо валяются где-то в коридоре, а мама наверняка чувствует себя как минимум некомфортно в присутствии пасынка. Я уж молчу про Максима Леонидовича, вынужденного принять сложное решение. А Слава явно не собирается облегчать участь никому из нас.
– Если ты хочешь со мной общаться, начни носить часы и извинись перед родителями. Передо мной не надо, – неожиданно даже для себя выдвигаю ультиматум.
Причём твёрдо, уверенно. Слава явно ошеломлён. Сжимает руль на своём мотоцикле так крепко, что я вижу побелевшие костяшки.
В итоге он всё-таки не выдерживает.
– А ты не охренела, мелкая? – окидывает меня уничтожающим взглядом. – Указывать мне вздумала?
Непроизвольно отступаю на шаг. Враждебность в его голосе обдаёт чуть ли не презрением.
– Погорячился, говоришь? – насмешливо переспрашиваю, а у самой голос чуть дрожит. – Ты этого не чувствуешь на самом деле.
Слава вздыхает, на короткое время отведя взгляд. Будто призывая себя перенастроиться. Не пойму только, зачем ему это, если одно моё присутствие вымораживает его.
– Я пытаюсь мирно сосуществовать, – бросает он. – Это проблема?
Сомнительные у него способы. Общаться с ним как ни в чём не бывало, наблюдая, как Слава игнорирует подарок отца или попытки моей мамы ему понравиться?
– Я не умею притворяться. Друзьями мы не станем, – сухо говорю, как есть.
Ответа не жду – обхожу байк. Только и успеваю, что увидеть странную ухмылку перед тем, как слышу многозначительное:
– Друзьями мне и не надо…
****************
По пути в метро я прошла мимо торгового центра, где походила в поисках подработки для студентов. В итоге нашла неплохой магазин одежды, где ещё проценты с продаж платят. Заполнила их форму для соискателей, сказали, перезвонят.
Это, конечно, не то чтобы отличный вариант, но лучше, чем ничего. Хотя бы начну зарабатывать, а там посмотрим. Решила ещё в интернете параллельно варианты искать.
Сама не верю, что так заморачиваюсь ради квартиры вредного братца, ну да ладно. Мне так спокойнее будет – это главное.
Поэтому уже поужинав, спокойно сажусь за ноутбук в своей комнате. Благо, Слава сегодня так и не вернулся домой. Видимо, опять непонятно где ночевать будет. И, похоже, Максим Леонидович уже привык к такому образу жизни сына, раз ни о чём не беспокоится. А мне так тем более только комфортнее. Его комната через стену от моей, и я уже внутренне готовилась к тому, что мне намеренно мешать будут. Учитывая, что я завершила наш разговор скорее на враждебной ноте, обломав миролюбивые порывы Славы.
Сейчас немного жалею об этом. Наверное, можно было хотя бы сдержанно, но общаться с ним. Самому бы наскучило, и отстал, а так хоть демонстративная дистанция не обозначилась бы.
Ну да ладно. Его нет сейчас здесь, это главное. Родители уже спят. А я захожу в сайт для фрилансеров и шарю там в поисках чего-нибудь подходящего. Читаю увлечённо, буквально впиваюсь взглядом в экран, что не сразу даже замечаю шевеление за окном. Скорее боковым зрением ухватываю.
А потом и подсознание начинает бить тревогу. Чуть не задыхаюсь судорожным вдохом, когда ещё и стук слышу. Снаружи окна. На восьмом этаже!
Вскакиваю в панике, заметавшись взглядом по комнате в попытке сообразить, что теперь делать. А потом машинально смотрю в сторону того самого окна. И чуть сознания не лишаюсь, увидев за ним Славу.
Каким вообще образом он там оказался? За что держится? Он что, псих?..
Сотни вопросов заполняют голову, пока я чуть ли не цепенею. А потом, когда стук повторяется, на этот раз громче и будто бы недовольно, наконец, бросаюсь открывать.
Сердце чуть не останавливается, когда я пытаюсь одновременно и поспешно, и осторожно справиться с задачей. Вдруг это придурок там едва держится, и я неосторожным движением…
Меня чуть паникой не накрывает, и я боюсь даже думать, что может случиться. Не знаю, как в обморок не грохаюсь, пока открываю это чёртово окно. И даже получается это сделать дрожащими руками.
– Какого чёрта? Через дверь зайти не судьба? – тут же шикаю на благополучно приземлившегося в моей комнате Славу.
А потом замираю, округлив глаза и уставившись ему в лицо. Фингал, пара кровоточащих ссадин, волосы растрёпаны…
Да что за фигня творится вообще? Самый странный день в моей жизни.
– Тихо ты, – ведёт плечом Слава. – Не хотел, чтобы меня предки видели в таком виде, – язвительно поясняет свою более чем сомнительную выходку пробраться через моё окно.
– Это кто тебя так? – и вправду тише спрашиваю, хотя как раз родителей и хочется позвать как можно быстрее.
Потому что сама я вообще без понятия, что со всем этим делать. И вообще… Как можно было взобраться на восьмой, чтоб его, этаж?! В темноте!
Я от этого никак отойти не могу, а тут ещё и раны какие-то на этом придурке. Который смотрит на меня до странного внимательно – так, что по коже мурашки бегут.
– Всё равно не поверишь, – ещё и ухмыляется многозначительно.
Так и подначивает переспросить, а с чего это он взял. После того, как увидела его снаружи окна на восьмом этаже, я склона поверить, наверное, вообще всему.
Но пошёл нафиг, обойдётся без моих вопросов. Мне неинтересно.
– Родители всё равно тебя увидят, – веско обозначаю, скрестив руки на груди.
Но Славе хоть бы что. Нагло проходит подальше от окна, на кровать мою садится. Хорошо хоть не за стол, где ноутбук открыт и на экране всё тот же сайт по поиску работы… Не хочу, чтобы так называемый братец знал, что я её ищу. Пусть и всё равно вряд ли спросит, зачем.
– Сегодня перебьюсь у тебя тихо, а отцу уже написал, что у девчонки переночую, – возражает он негромко, но как о решённом вопросе. – Кстати, не соврал, – вкрадчиво подмечает вдруг, загадочно и хитро ухмыляясь.
У меня сердце пропускает удар от этих его заявлений довольно неоднозначных. Будь это кто-то другой, а не Слава, решила бы, что флиртует.
Выбрасываю из головы его многозначительное: «Друзьями мне и не надо», заменив его на куда более приземлённое: «Не в моём вкусе».
Да и вообще… Что бы и когда ни находило на этого парня, поддаваться на его провокации не собираюсь. Да и не улыбается мне идея спать с ним сегодня в одной комнате. Вот куда я его уложу, на пол? Нафига мне это всё?
– Какой-то идиотизм, – с тяжёлым вздохом подытоживаю. – Завтра это всё типа исчезнет? – скептически киваю на его раны.
Но Слава не теряет уверенности, смотрит прямо в глаза:
– Наверняка, если ты мне поможешь.
Хмурюсь, в задумчивости отводя взгляд. Да, у меня в комнате есть аптечка. И да, справляться с подобными ранами я умею – да и что там уметь, любому доступно. Но идея сидеть совсем рядом с непредсказуемым Славой и как-то касаться его не кажется хорошей. Не уверена, что справлюсь. Сама не знаю, почему.
– Даже если мы их обработаем, за ночь они не исчезнут, – не очень уверенно, но возражаю.
Вот только Слава едва ли воспринимает это как аргумент. Вальяжно откидывается на моей кровати, опираясь на собственные локти.
– За сутки. С утра я в универ тем же способом, – кивает на окно, и я цепенею, не понимая, это он так откровенно издевается, или и вправду собирается…
Руфер? Паркурщик? Или как их там называют… Ещё и байкер. Сплошной экстрим этот парень. И опасность.
– А вечером? – недоверчиво уточняю.
Надеюсь, Слава не собирается каждый день вот так забираться, пока раны не заживут. Тогда пусть уж лучше и вправду у кого другого переночует.
– Вечером проблема решится сама собой, – как-то нехорошо ухмыляется Слава, окидывая меня задумчиво предвкушающим взглядом.
– В каком смысле? – бросаю взгляд на дверь, за которой через его комнату спальня родителей.
– Узнаешь, – коварно обещает он. – Ну так ты поможешь?
Кусаю губу. У меня есть варианты? Разбудить родителей, сдать Славу? Сказать ему, чтобы обратно шёл через окно? Да ну, бред какой-то. Причём всё перечисленное.
Как, впрочем, и идея тайно оставлять его в моей комнате на ночь…
– Ладно.
Глава 4. Слава
С Ксюшей оказалось сложнее, чем я думал. Не рассчитывал на мгновенное смягчение, конечно, но думал, что будет достаточно все свои слова назад взять, чтобы хотя бы начать общаться. Всё-таки девчонка совсем невинной овечкой кажется, да и не вписывается в этот универ от слова совсем. Ей моя поддержка только выгодна будет.
Но нет, эта пигалица проявила упрямство. Ещё и ультиматумы мне ставить начала, совсем обнаглела. Конечно, вспылил. Актёрскими способностями не обладаю, и делать вид, что меня всё устраивает, не умею. В итоге попытка помириться полетела к чертям.
Одно проигранное сражение – это далеко не весь бой, и времени у меня ещё дофига. Но даже понимая это, никак не мог успокоиться, пока не выработаю хоть какой-нибудь план.
Выработал в итоге. Вспомнил, что отец Эмиля – можно сказать, босс моего. Вернее босс босса моего бати, там муторная схема. Но суть в том, что папаша Эмиля может обеспечить моему внеплановую командировочку или медовый месяц с новоявленной женой. В общем, освободить нам с Ксюшей квартиру, что будет очень кстати.
Конечно, Эмиль не в курсе, что мы с ней вместе живём. Но его довольно легко взять на понт – я заявил, что мне надо бы хату освободить, чтобы туда девчонку привести. Типа она вся из себя важная такая, просто съёмная ей не прокатит, надо, чтобы было видно, что я там живу на постоянной основе.
Эмиль предсказуемо беззлобно поржал над моей самонадеянностью, с которой я уже вот так сразу о квартире для уединения думаю. Но обещал подсобить, чтобы посмотреть, как я обломаюсь. Ну и чтобы я потом, когда проиграю, не говорил; что это типа из-за хаты.
Меня его формулировки не парили – главное, своего я добился. Совсем скоро получил подтверждение, что завтра мой батя получит предложение, от которого нельзя отказаться. Путёвка на Дубай, пятизвёздочная гостиница, все дела. Щедро, в общем. Отец Эмиля всегда отличался размахом.
Правда, время таким не назвать. Наши с Ксюшей родители улетят на неделю… Маловато, конечно. Но для начала пойдёт. Уж лучше, чем ничего – хотя бы недельку свободно могу себя чувствовать, зажимать девчонку по углам и всячески наглеть.
Правда, пока надо её расслабить, чтобы спокойно дала предкам уехать без страха побыть со мной. Насчёт того, что она уедет куда-то за этот период, можно не париться – они с матерью не из Москвы вообще. Из Воронежа вроде бы. Деться Ксюшке некуда.
Поэтому первое, что сделал, забежав домой – взял долбанные часы и надел их на руку. Пусть девчонка увидит их на мне и решит, что я теперь источаю миролюбие. Кстати, Ксюша в тот момент дома не была – видимо, на байке ехать куда быстрее, чем до метро пешком переть. Даже с учётом разговора с Эмилем и его вознёй с обеспечением нам с ней свободной хаты. Или кто-то всё-таки Ксюшу задержал? Может, она и не в метро шла?..
Ну да ладно. В любом случае, ждать не стал. Пошёл обратно – намечался байкерский съезд.
Поездили неплохо, но я больше вялый какой-то был. Странно, но мысли о вредной милахе сбивали. Лезли в голову в самые неподходящие моменты. Даже не ожидал, что настолько загорюсь спором, но как ещё объяснить, почему я перебирал в уме подходы к Ксюше, вместо того, чтобы включаться в трюки?
Ну это ладно. Хрен бы с ним. Но вот бросаться на выручку дрыщу в одиночку, как долбанный камикадзе, было сомнительной идеей. Мог бы на байке проехать так, чтобы разогнать гопоту, которая зажала полудохлика в почти ночном переулке. Если бы мной двигали благородные порывы, так и сделал бы. Или ещё народ позвал, далеко все не разошлись. Но мной двигало в первую очередь другое. Совершенно сумасбродная идея.
Я ведь видел, какими щенячьими глазами смотрела девчонка на те брошенные мной часы, как гладила их, как живые… Сердобольная до невозможности. Вот пусть меня пожалеет чуток, проявит участие, а там и смягчится.
В общем, попёр на гопоту в одиночку. Дрыщ от моего участия, правда, тоже осмелел, впрягаться мне в помощь начал. В итоге вдвоём отбились всё-таки. Хорошо, что у тех мудаков оружия не было. Рисковал я нехило. Но осознал это только когда дело было уже сделано.
Дальше план сложился сам собой. Сообщение папе, что ночую у девчонки, снаряга для залазов, которая у меня в рюкзаке с собой постоянно… И вот я уже в комнате Ксюши сижу, как пострадавший и весь такой внезапный. Не хотела сближаться по-хорошему, будем вот так стремительно.
Безотрывно смотрю на девчонку, которая копошится в ящиках своего шкафчика в поисках аптечки. Ксюша чувствует мой взгляд – её щёки слегка краснеют. Даже мило. Я смущаю эту скромнягу?
Что ж, это только начало. Учитывая все свои сегодняшние приключения, без более-менее стоящего результата я сегодня не останусь.
Ксюша садится рядом, вздыхает, открывая аптечку. Ни слова не говорит, просто тянется ко мне с уже смоченным в нужной жидкости ватным диском.
Ммм, начинается самое интересное? Придвигаюсь ближе, и вот между нами дистанции уже совсем минимум. Нагло пялюсь на Ксюшу, которая уже и дышит слегка неровно. Волосы у неё собраны в хвостик, но несколько непослушных прядей всё равно выбились и лежат возле лица. И тем не менее, ушки видны. Маленькие такие, не так чтобы прижаты, совсем слегка вперёд выступают. Смотрится даже мило. Ещё и черты лица мягкие – красивая линия губ, небольшая родинка на щеке, которую и не замечал раньше. Носик аккуратный такой, а глаза… Офигенный цвет. Залипнуть можно запросто. Вроде бы распространённая тема с карими глазами, но у неё они особенно завораживающие.
Красивая девчонка эта Ксюша. Что ж, это облегчает задачу, даже кайф особый ей придаёт.
Ксюша осторожно проводит ватным диском мне по кровавой ссадине, сосредоточенно глядя на неё. А мне от близости девчонки, от её мягких и заботливых действий так приятно и тепло становится, что аж сам не ожидал. Замираю слегка, впитывая эти ощущения и даже толком не чувствую, щиплет или нет.
Интересно, она дуть будет? Осмелится ли? Такое ощущение, что едва дышит девчонка. Готов поспорить, что это её самое тесное взаимодействие с парнем.
Ксюша избегает моего взгляда, типа даже не замечает, что я на неё пялюсь безотрывно. Особенно на румянец на щеках. Или на губы… Не маленькие и не пухлые, как сейчас модно. Не люблю такие перекачанные. Вот у этой девчонки натуральные, красивые, тянет попробовать на вкус.
Она продолжает водить мне по лицу то ваткой, то палочкой, помазанной каким-то раствором. Который всё же щиплет довольно ощутимо, но на это пофигу совсем. Куда больше занимают движения Ксюши, которые чуть более резкими становятся. Как будто она мои мысли прочитала и безмолвно возмущается. Хотя не удивлюсь, если и вправду улавливает. Не могу перестать смотреть ей на губы или смаковать момент.
Как-то даже занятно, что никто из нас так и не говорит ни слова. Это накаляет атмосферу ещё сильнее. Ксюша всё-таки реагирует на меня… И это вызывает чуть ли не волнение приятное, заставляет предвкушать. Первый поцелуй, последующий секс… Интересно, а как эта девчонка стонет?
Она сейчас такая милая и домашняя, что так и тянет коснуться. То чувство, когда приятно и тепло настолько, что даже горячо.
А собственно, что мне мешает? Тем более что её нежные руки то и дело задевают меня кончиками пальцев, чуть дрожа и обжигая. Хоть и прохладные.
Ксюша уже заканчивает и собирается убрать руку от моего лица, как я ловлю её и прижимаю к своей щеке. Без понятия, почему именно такой жест. Скорее сопливый какой-то, но, чёрт возьми, всё равно приятно чувствовать нежность её прохладной кожи и дрожь. Даже и не думал, что меня проймёт из-за такого пустякового прикосновения.
Девчонка явно застигнута врасплох. Смотрит на меня ошарашено, глаза испуганно распахивает, вздрагивает всем телом. Забавная такая. И милая при этом. И красивая. И…
Ужасно хочется поцеловать. Чуть тянусь, но девчонка резко выхватывает свою руку, ещё и с места поднимается с аптечкой.
– Ты чего? – спрашивает обвинительно, но еле слышно.
Довольно ухмыляюсь. Вроде бы ничего особенного не получил, но всё равно кайфую от момента почему-то.
– А почему бы и нет? – играю бровями.
– Даже думать не смей, – гневно сверкает глазами Ксюша, на этот раз отвечая резко и куда более твёрдо.
– Звучит как вызов, – вкрадчиво заявляю.
Но как бы ни усмехался, правда в том, что ведь по-прежнему хочется поцеловать Ксюшу. Сильно хочется. Даже сильнее, чем до её возмущения. Я бы так долго целовал её, что нам бы ночи не хватило.
Не говоря уж обо всём остальном…
– Я тебе и так неохотно помогаю, не испытывай моё терпение, – Ксюша обламывает меня почти враждебно.
Ещё и подальше отходит, зажимая аптечку в руках и не сводя с меня настороженного взгляда.
– Какая суровая, – дразняще ухмыляюсь, но взгляд всё-таки отвожу, пусть дышит ровно.
Сам в это время осматриваю комнату. Интересно, чем живёт эта девчонка. В целом тут всё аккуратненько и светло. Книжек не так уж много, плюшевых игрушек парочка, на столе минимум всего, только ноут открытый…Собираюсь уже вглядеться, что там, но взгляд цепляется за другое. Цветы. Ваза свежих белых роз.
Кто-то подарил их Ксюше? Какой-то хмырь всё-таки вертится возле неё, потому она не сразу из универа домой пошла? Или просто сама их купила, потому что любит, когда в доме есть цветы?..
Как-то корёжит от собственных вопросов. По факту ведь неважно, какие там ответы, меня это стопорить не должно. Что я, препятствия не пройду что ли?
Но несмотря на эти твёрдые убеждения, всё равно неприятна мысль о том, что Ксюша с кем-то куда более приветливая. И что этот придурок на что-то там претендует. А возможно, даже не беспочвенно.
Так, всё. Хватит загоняться, пора действовать.
– Хочешь, раскрою тайну? – загадочно интересуюсь у Ксюши, которая уже спрятала аптечку обратно, но стоит ещё там, почти в другом углу комнаты.
– Ну давай, – осторожно соглашается девчонка.
– Я соврал, – важно сообщаю, поймав её взгляд своим. – Ты в моём вкусе.
Ксюша опять возмущённо сверкает глазами, будто я не приятность сказал, а чуть ли не наехал. Забавная девчонка.
Кстати, когда она злится на меня по таким поводам, умиляет скорее. В отличие от того столкновения, когда жизни меня учить вздумала и ультиматум ставила.
– Мне это неинтересно, – отчуждённо сообщает Ксюша. – Спать будешь на полу?
Бросаю взгляд на пол. Плюсы современных ремонтов – смотрится стильно, в тон комнате, хороший линолеум. Минусы – максимум удобства, на которое могу рассчитывать, это подогрев включить. Какой-нибудь пушистый ковёр, как, например, у одной из последних моих девушек, был бы куда комфортнее… Тем более что мы его опробовали и убедились в этом.
Хотя с Ксюшей я на любую поверхность согласен. И не только в плане секса, как выясняется. А даже тупо ради того, чтобы с ней зависнуть. Меня ведь реально перспектива спать на полу не так уж парит.
Но попытаться устроить себе другое стоит. Ухмыляюсь, многочисленно бросив взгляд на её постель, на которой, кстати, аж три подушки.
– Если я могу выбирать, предпочёл бы кровать. Здесь хватит места на двоих, – провокационно заявляю.
Прекрасно знаю, что меня обломают, хотя по факту кровать и вправду просторная. Будь девчонка посмелее, заснули бы вместе… Романтика типа. Я даже руки при себе держал бы ради такого дела, чтобы не спугнуть.
Но Ксюша, конечно, категорична:
– Нет, – ещё и взгляд предупреждающий, чтобы не наглел дальше. Типа терпение её испытываю.
А как не испытывать, если реагирует? Нравится мне её смущать.
– Ну ладно… – примирительно вздыхаю. – А подушку хоть дашь?
– И даже одеяло найду, если будешь тихо сидеть, – поддевает Ксюша.
Осмелела, я смотрю. Но так гораздо интереснее.
Девчонка прикладывает палец к своим офигенным губам, показывая мне, чтобы молчал. А сама, видимо, собирается в коридор. Там дверь в гардеробную, где постельное бельё тоже.
Что ж, значит, совсем притеснять меня не собираются. Мило. Но я спать сразу не настроен.
– Захвати из кухни чего-нибудь, – шёпотом прошу.
Хоть посидим ещё немного.
Ксюша задерживается возле двери, задумывается немного.
– Ладно, ты только тихо, – ещё раз акцентирует на этом внимание, хотя я тут вроде как весь из себя примерный сижу.
Но не успеваю отреагировать на это – девчонка вдруг резко и испуганно, будто спохватившись, к столу кидается. А точнее, к ноутбуку своему включённому. Загораживает его спиной от меня и, судя по звукам, вырубает.
Хм, занятно. У милахи секреты? Боялась, что я в её отсутствие что-то такое увижу?