Ливни судьбы
- -
- 100%
- +
Раздался свист, и легкий, прицельный удар кожаного стека обжег мои ягодицы. Я перешла на прерывистое, рваное дыхание, вздрагивая и мгновенно покрываясь испариной.
— Сильнее... — сквозь зубы пробормотала я, теряя остатки контроля.
— Ты уверена, Скай? — недоверчиво переспросил он, остановив стек.
— Да... — я до крови прокусила губу.
Удары стали жестче, хлестче. Боль мгновенно трансформировалась в неописуемое, граничащее с безумием наслаждение. А когда Рейн отложил стек и снова прижал ладонь к моему пылающему клитору, я просто вспыхнула в его руках, как факел. Это был ментальный взрыв.
Мое тело обмякло. Рейн тут же подхватил меня, бережно освобождая из железных пут. Подняв на руки, он перенес меня на огромную кровать и осторожно уложил на живот.
— Не шевелись, — тихо приказал он и скрылся в ванной.
Я лежала, пытаясь перевести дыхание, когда он вернулся с тюбиком в руках. Рейн опустился на край матраса и начал бережно наносить прозрачный прохладный гель на мою разгоряченную, искусанную стеком кожу. Его ладони двигались медленными, разглаживающими движениями. Спасительная прохлада с резким запахом мяты и сандала принесла мгновенное облегчение. Жжение утихало, превращаясь в приятное покалывание и окутывая меня абсолютным чувством безопасности.
Он чутко следил за моим дыханием, пока оно не выровнялось. Мужчина проявлял невероятную заботу, залечивая не только физические следы, но и возвращая мне душевное равновесие. Я тихо плавилась под его мягкими прикосновениями. Напоследок он нежно погладил меня по голове, перебирая короткие светлые пряди.
— Ты очень красивая, Скай, — с неожиданной, глубокой нежностью произнес Рейн. Я растерялась от такого тона.
— Спасибо... — банально прошептала я.
В этот момент тишину комнаты бесцеремонно нарушила настойчивая вибрация моего смартфона, оставшегося в сумочке. Наша идиллия дала трещину.
— Мне нужно ответить, — я попыталась приподняться.
— Не нужно, — в голосе Рейна мгновенно проскользнули стальные, раздраженные нотки.
— Нет, нужно! — огрызнулась я, упрямо соскакивая с кровати.
Я подбежала к сумке и вытащила телефон. Черт! Я чуть не забыла! На экране светилось сообщение от Алекса. На часах было уже девять вечера.
Алекс: «Я всё еще жду адрес...»
Сердце пропустило удар от паники. Недолго думая, я скинула ему геолокацию бара Марко, добавив, что буду там через полчаса.
Алекс: «Понял. Надеюсь, там на нас не нападут вампиры, как в фильме "От заката до рассвета"?»
Я: «Ты всегда можешь подать на них в суд, и их депортируют из Сиэтла».
Алекс: «Ха, ещё и компенсацию заставлю выплатить. До встречи, карамелька».
Я судорожно сунула телефон обратно и начала второпях натягивать белье и платье. На коже все еще отчетливо ощущался ментоловый холод и шлейф сандала от крема Рейна.
— Мне пора, — буркнула я, избегая взгляда мужчины, который пристально наблюдал за моими лихорадочными сборами.
— Куда ты так торопишься? Я отвезу тебя.
Его предложение меня искренне обескуражило. Что это с ним? С каких пор он стал таким любезным?
— Меня ждут друзья, — соврала я, застегивая замок на платье. — И вообще, я не обязана перед тобой отчитываться. Я вызову такси.
— Я сам, — отрезал Рейн.
Он быстро набрал короткий номер на своем телефоне: «Машину к закрытому выходу. Сейчас». Сбросив вызов, он посмотрел на меня:
— Через минуту будет у дверей.
— Спасибо.
Я наспех поправила волосы и двинулась к выходу, но у самой двери Рейн резко перехватил мое запястье. Его хватка была крепкой, но не причиняла боли.
— Скажи свое имя. Настоящее имя.
— Для тебя я Скай, — я упрямо вздернула подбородок.
— У меня есть талант узнавать то, что от меня скрыто...
— Попробуй узнать. Удиви меня, — дерзко бросила я и сильным движением вырвала руку.
Рейн промолчал, лишь загадочно и мрачно сощурил глаза, провожая меня взглядом. Я выскочила в коридор и захлопнула дверь, оставив своего идеального палача в недоумении. Мне было страшно. Если я не остановлюсь, я просто захлебнусь в этом мире запретных удовольствий. Нужна дистанция. Между нами должна быть жесткая дистанция.
Черный представительский автомобиль уже ждал у черного входа. Я прыгнула на заднее сиденье, и машина рванула с места. Я ехала на встречу с обаятельным, успешным мужчиной, который мне действительно очень нравился. Алекс был полной противоположностью Рейна: понятный, открытый, надежный. В такого было легко влюбиться. И, в отличие от Рейна, рядом с Алексом я этого почему-то не боялась.
***
В бар Марко я буквально влетела, запыхавшись. К моему облегчению, Алекса еще не было — я умудрилась приехать раньше. Присев за стойку, я шумно выдохнула. Ко мне тут же подошел Марко.
— Привет, сладкая булочка, — улыбнулся он.
— Привет, амиго, — я натянуто улыбнулась в ответ.
Мы обнялись, и друг привычно чмокнул меня в щеку. Марко был мексиканцем, поэтому обожал латиноамериканские словечки. Его настоящее имя было Маркос, но в Сиэтле все сокращали его до «Марко».
— Ты как будто от погони бежала, Касс, — настороженно прищурился он, разглядывая мое раскрасневшееся лицо.
— Не совсем. Скорее... бежала кому-то навстречу. Сейчас сюда придет Алекс.
— Алекс Бенатья? Сюда?! — Марко округлил глаза от изумления.
— Да. Прости, Марко, я не могу сейчас всё объяснить...
— Ну, если я сделаю с ним пару фото, мой бар станет популярнее Диснейленда, — пошутил он, качнув головой.
Мы успели перекинуться еще парой шуток, когда входная дверь звякнула и на пороге появился Алекс. Заметив меня, он уверенно направился к стойке. Сегодня на нем не было привычного строгого костюма — синие джинсы и белоснежное поло делали его образ более расслабленным, домашним и невероятно притягательным.
Он подошел со спины, мягко обнял меня за плечи и тепло улыбнулся:
— Я уже собирался объявлять тебя в федеральный розыск.
— Прости, задержалась, было много дел, — я развернулась к нему на стуле. От моих движений под тканью платья приятно заныла кожа, напоминая о Рейне, и я сглотнула вставший в горле ком.
— Знакомьтесь. Марко, это Алекс. Алекс, это Марко — хозяин этого секретного места, человек, который делает лучшие коктейли в городе и знает все мои секреты.
— Надеюсь, не все, — отшутился Алекс, крепко пожимая руку бармена. — Иначе мне придется выкупить этот бар, чтобы гарантировать твое молчание.
— А ты выглядишь как человек, которому срочно нужно что-то покрепче эспрессо, — понимающе подмигнул Марко.
— О, ты чертовски проницателен, — рассмеялся Алекс. — Тогда что-нибудь на твое усмотрение.
Марко хитро прищурился и завертел в руках бутылки с ловкостью фокусника.
— Итак, господа, коктейль «Зеленый Веспер». Специально для тяжелого вечера среды.
— И что в составе? — Алекс с подозрением наблюдал за процессом.
— Абсент, джин, водка и немного лимонного сока, — перечислил Марко, ловко встряхивая шейкер и разливая зеленый напиток по двум изящным рюмкам.
— Боишься? Все-таки середина недели, — ласково шепнула я на ухо Алексу, наклонившись ближе. Шлейф его дорогого парфюма смешался с едва уловимым ароматом мяты и сандала, исходящим от моей собственной кожи.
— Боюсь, — тихо ответил он, повернув ко мне голову. — Но только одного. Что прямо сейчас не сдержусь и поцелую тебя.
Он подмигнул мне и одним махом осушил шот. Мои щеки мгновенно вспыхнули. Чтобы скрыть смущение, я подхватила свой бокал и повторила его жест. Крепкий алкоголь огненной волной прокатился по пищеводу, мгновенно ударяя в голову и расслабляя натянутые нервы. Алекс весело рассмеялся и попросил Марко повторить. Мы выпили еще по паре шотов, и легкий, приятный дурман окончательно стер остатки дневного стресса. Алекс держался стойко, но вовремя притормозил, попросив Марко сделать ему крепкий кофе, а мне — горячий чай с лимоном.
После чая мне стало так хорошо и легко, что ноги сами просились в пляс. Алекс безошибочно уловил мое настроение. Перехватив мою ладонь, он потянул меня в сторону пустующего танцпола:
— Пойдем. Кажется, это твоя любимая песня.
Из динамиков полились знакомые ритмы Depeche Mode — «Enjoy the Silence». Музыка захватила нас с первых секунд. Мы танцевали так, словно в баре больше никого не было, полностью отдаваясь ритму. С каждым движением наши тела сближались. Я кружилась вокруг Алекса, смеясь, а он перехватывал меня за талию, увлекая за собой. В этом танце было столько жизни, искренности и чистой, детской радости, что я напрочь забыла о темных комнатах и стальных цепях.
Когда песня стихла, мы остановились — запыхавшиеся, безумно счастливые, с горящими глазами. И вдруг быстрая музыка плавно сменилась на тягучую, бесконечно чувственную композицию Криса Исаака «Wicked Game». Я бросила взгляд на барную стойку — Марко лукаво подмигнул мне, протирая бокал. Рок-н-ролльщик хренов.
— Потанцуем еще? — Алекс нежно улыбнулся и снова протянул мне руку.
Мир вокруг окончательно перестал существовать. Алекс притянул меня к себе так бережно, словно я была сделана из тончайшего, хрупкого фарфора. Я растворилась в этом объятии, уткнувшись носом в изгиб его шеи и вдыхая его чистый запах. Мы двигались в унисон, покачиваясь в такт нежной, обволакивающей мелодии. Его широкая ладонь на моей спине была теплой, надежной опорой. Моя кожа под трикотажем платья все еще покалывала после ударов Рейна, но в руках Алекса эта боль окончательно превратилась в какое-то щемящее, сладкое удовольствие. Внизу живота затрепетали пресловутые бабочки. Наши взгляды то и дело встречались. Я отчаянно ждала поцелуя, но сама не решалась сделать первый шаг.
Когда песня закончилась, мы, нехотя отстранившись, вернулись к стойке. Еще какое-то время мы болтали, смеялись, совершенно отвлекая Марко от работы, а ближе к полуночи Алекс вызвал такси.
Улицы Сиэтла плыли за окном в уютной тишине автомобиля. Хмель потихоньку выветривался, оставляя после себя приятную истому. Я доверчиво уткнулась щекой в плечо Алекса, и он тут же крепко обнял меня за плечи, согревая.
Когда машина замерла у моего дома, вечерний воздух встретил нас прохладой и мягким, приглушенным светом фонарей. Попросив водителя подождать, Алекс проводил меня до самого крыльца.
— Я чудесно провел время, Касс, — тихо произнес он, касаясь подушечками пальцев моей щеки.
Мой взгляд кричал: «Ну же! Сделай это, наконец!». И в этот момент любые слова стали лишними. Алекс осторожно взял мое лицо в свои теплые ладони и накрыл мои губы долгим, невесомым поцелуем. В этом жесте было столько трепета, уважения и немого обещания, что время вокруг нас просто остановилось.
— Завтра увидимся? — негромко спросил он, с явным неохотным усилием отстраняясь.
— Обязательно. Я буду очень ждать твоего звонка, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё дрожит от нежности.
— Это был лучший вечер. Спокойной ночи, карамелька, — он еще раз мягко сжал мою руку.
— Завтра — это слишком долго. Это целая вечность... — едва слышно обронила я, медленно опуская его ладонь.
Я повернулась, взялась за ручку двери и сделала шаг в прихожую, но какая-то безумная, импульсивная сила заставила меня замереть. Резко развернувшись на каблуках, я почти вплотную столкнулась с Алексом, который все еще стоял на крыльце, провожая меня взглядом.
— Забыла пожелать тебе по-настоящему спокойной ночи, — выдохнула я.
Шагнув к нему, я крепко притянула его к себе за воротник легкой куртки и поцеловала сама. На этот раз — смело, отчаянно, отдавая в этом поцелуе всю ту страсть, что бушевала внутри меня весь этот безумный вечер.
Алекс лишь ошеломленно и счастливо улыбнулся мне вслед, когда дверь дома наконец закрылась, отрезая меня от ночного Сиэтла.
Глава 8
Кассандра
Дело уверенно близилось к полудню. Наступило воскресенье. На уютной кухне нашей пекарни я вовсю колдовала над своими фирменными пирожными с нежным малиновым кремом — моим секретным оружием для предстоящего обеда в доме матери Алекса.
Перебирая ягоды, я мысленно возвращалась к последним нескольким дням. Наши встречи с Алексом плавно превратились в непрерывную череду упоительных свиданий. Мы часами бродили по улицам, заново открывая для себя Сиэтл, и каждый поход в кино или тихий вечер в кафе лишь добавляли тепла и глубины нашему общению. Бархатный смех Алекса стал самым приятным саундтреком моих будней, а вкус его мягких поцелуев — тем самым волшебным моментом, когда весь мир вокруг окончательно замирал. Наша связь становилась осознанной, глубокой и пугающе осязаемой.
Вчера вечером я наконец решилась познакомить его с тётей Глорией. То, с какой поразительной лёгкостью этот успешный, занятой адвокат нашел общий язык с моей эксцентричной тётушкой, окончательно покорило мое сердце. Тётя осталась от него в абсолютном, непередаваемом восторге — особенно после того, как он преподнес ей роскошный букет белых орхидей, которые она просто боготворит.
С минуты на минуту за мной должен был заехать Алекс, поэтому я лихорадочно ускорила темп, стараясь упаковать десерты к его приходу.
Колокольчик над дверью привычно звякнул. В зал вошел мой обворожительный юрист. Сегодня на нем были строгие синие брюки и белоснежная рубашка с небрежно подвернутыми до локтей рукавами. Я тепло улыбнулась и сделала шаг навстречу, подставляя губы для приветственного поцелуя.
— Привет, карамелька. Я безумно скучал, — Алекс крепко прижал меня к себе, углубляя поцелуй.
— Привет, — нежно прошептала я ему в самые губы, неохотно отстраняясь. — Ты как раз вовремя.
— Готова?
— Буквально пару минут. Жду тётю Глорию, чтобы передать ей смену, и как раз пирожные дойдут.
— Хм, пахнет просто божественно, — зажмурился он.
В этот момент таймер духовки настойчиво запищал.
— Я помогу, — Алекс решительно двинулся за мной на кухню. Подхватив плотную прихватку, он аккуратно достал горячий противень из печи и переставил его на деревянный стол.
— Спасибо, мой спаситель. Теперь осталось красиво уложить их в подарочную коробку.
Я бережно переложила еще теплые пирожные в специальную картонную упаковку с логотипом нашей пекарни и с гордостью вручила её Алексу. Когда мы вернулись в зал, навстречу нам как раз влетела запыхавшаяся тётя Глория.
— Ох, я ведь не опоздала? — запричитала она, поправляя фартук.
— Нет, тётушка, минута в минуту, — улыбнулась я.
— Привет, Алекс! — Глория приветливо чмокнула парня в щеку.
— Добрый день, Глория.
— Ну всё, бегите, не заставляйте миссис Бенатья ждать. Хорошо вам провести время! — тётя замахала на нас руками, и, попрощавшись, мы наконец вышли к машине.
Всю дорогу до поместья Бенатья я заметно нервничала, то и дело судорожно перебирая пальцы рук и кусая губы.
— Алекс, скажи честно, я нормально выгляжу? — я то и дело косилась на свое отражение в боковом стекле, не находя себе места.
Алекс мягко улыбнулся и, оторвав одну руку от руля, накрыл мою дрожащую ладонь своей теплой, успокаивающей ладонью.
— Перестань волноваться, карамелька. Ты выглядишь просто сногсшибательно. К тому же моя мать — не монстр, поверь, — пошутил он, пытаясь разрядить обстановку.
Для этой важной встречи я выбрала закрытое шелковое платье-миди глубокого изумрудного цвета. Наряд из плотной, благородной ткани с длинными рукавами и аккуратным воротничком-стойкой идеально подчеркивал мою сдержанность, а тонкий кожаный ремешок на талии делал силуэт хрупким и изящным.
Когда автомобиль плавно затормозил у ворот, у меня перехватило дыхание. Особняк Бенатья казался монументальным воплощением успеха, власти и безупречного архитектурного вкуса. Это был не просто дом, а роскошное статусное поместье: строгие, чистые линии современного хай-тека идеально сочетались с отделкой из натурального камня и огромными, во всю стену, стеклянными панелями, в которых живописно отражались блики воды. Перед домом раскинулся безупречный, геометрически выверенный ярко-зеленый газон с ландшафтными клумбами.
Но главным украшением территории был огромный инфинити-бассейн с лазурной, кристально чистой водой. Его дальний край визуально сливался с линией горизонта ночного Сиэтла. Дорожки из белоснежного мрамора, дизайнерская уличная мебель у воды и скрытая, дорогая подсветка превращали этот двор в частный элитный курорт. Каждый квадратный метр здесь кричал о запредельном, колоссальном состоянии владельцев.
— Твоя мама... живет здесь одна? — тихо спросила я, не в силах скрыть своего восхищения.
— Сейчас да, — в голосе Алекса проскользнула легкая грусть. — Когда-то мы жили здесь все вместе, но после смерти отца она категорически отказалась уезжать. Это её крепость.
Мы направились по мраморной дорожке к массивной стеклянной входной двери. На пороге нас уже ждала хозяйка дома.
— О, наконец-то! Я так рада вас видеть. Проходите скорее!
Аманда Бенатья оказалась статной, невероятно эффектной блондинкой. Её роскошные длинные волосы мягко спадали на плечи шелковистым, ухоженным каскадом. Весь её облик излучал безупречный шик: от идеальной укладки до сияющей кожи и дорогого, неброского маникюра. Но что поразило меня больше всего — в её чертах не было и грамма надменности. Классическая аристократичная красота удивительно гармонично сочеталась с искренней, обезоруживающей доброжелательностью. Открытая, теплая улыбка — точь-в-точь как у Алекса — мгновенно располагала к себе.
Она с искренней нежностью обняла сначала сына, а затем и меня, окутав шлейфом дорогого, едва уловимого парфюма.
— Здравствуйте. Меня зовут Кассандра. Мне очень приятно познакомиться с вами, миссис Бенатья, — немного робко произнесла я.
— Ой, умоляю тебя, брось эту официальщину, дорогая! — Аманда весело отмахнулась. — Называй меня просто Амандой. Проходите в столовую.
Я почувствовала, как внутреннее напряжение понемногу отпускает. Мы прошли внутрь дома, интерьер которого ничуть не уступал внешней роскоши.
— Я испекла для вас свои фирменные пирожные, — я протянула коробку.
— О, как замечательно! Спасибо, Кассандра. Ты кондитер, и это потрясающе. Потом ты обязательно должна будешь научить меня своим профессиональным штучкам, — Аманда с благодарностью приняла подарок.
Сама столовая поражала обилием света и легкостью. Огромный обеденный стол со стеклянной столешницей словно растворялся в пространстве благодаря панорамным окнам в пол. Его окружали изящные стулья с изогнутыми спинками, обтянутые светлым шёлком. Множество зеркальных поверхностей и хрустальный декор на стенах создавали атмосферу утонченного, воздушного минимализма. В самом центре стола высилась минималистичная ваза со свежими орхидеями, а безупречная сервировка с фамильным столовым серебром уже ждала своего часа вместе с легкими закусками и бутылкой белого вина.
— Присаживайтесь, устроимся поудобнее. Алекс, милый, налей нам вина, — ласково попросила Аманда, занимая свое место во главе стола.
Мы с Алексом сели рядом, и он потянулся к бутылке.
— Горячее я подам чуть позже, когда приедет Сейнт, — походя обронила Аманда, расправляя салфетку на коленях.
Алекс резко замер. Его лицо в одно мгновение потемнело, а челюсти плотно сжались. Настроение мужчины испортилось в ту же секунду.
— Ты позвала Сейнта на обед?! — в его голосе послышался отчетливый металл.
— Дорогой, он твой старший брат и член этой семьи, — мягко, но твердо напомнила Аманда. — А сегодня у нас семейный ужин.
— У тебя есть брат? — я удивленно повернулась к Алексу, коснувшись его руки. — Ты никогда не говорил мне о нем...
— Ты не рассказал Кассандре о брате? — Аманда укоризненно посмотрела на сына.
— Я просто оттягивал этот... торжественный момент, — сквозь зубы саркастично процедил Алекс.
— Сейнт — старший сын моего покойного мужа от первого брака, — поспешила сгладить неловкость Аманда, тепло посмотрев на меня. — Его родная мать очень рано умерла от рака, к сожалению. Но я воспитывала Сейнта с мальчишеских лет и всегда любила как родного.
— Да, только ты забыла упомянуть о его «непревзойденных» личных качествах, мам, — не унимался Алекс, буравя взглядом пустую тарелку. — Таких как запредельная наглость, цинизм, распущенность, хамство и чистейший, рафинированный эгоизм. Мне продолжить список?
В этот момент в прихожей раздался тяжелый стук закрывшейся двери, а через секунду в столовую уверенной, размашистой походкой вошел...
Мой мир рухнул. Время остановилось, а воздух в легких превратился в раскаленный свинец.
— Прошу меня извинить за легкое опоздание, — раздался наглый, до боли знакомый бархатный бас.
Рейн. Это был Рейн.
Твою же мать... Рейн, который на самом деле Сейнт. Или Сейнт, который в клубе зовется Рейном... Старший брат Алекса?!
Кажется, я попала в самую хреновую, самую катастрофическую ситуацию в своей жизни.
Выражение лица Сейнта, когда его блуждающий, ленивый взгляд наткнулся на меня, сидящую за одним столом под руку с его младшим братом... было непередаваемым. На долю секунды его глаза хищно сузились, а в глубине зрачков вспыхнуло опасное, багровое пламя. Он пристально, в упор заглянул мне в глаза, требуя ответа, но я в панике успела опустить голову, судорожно уставившись в свою тарелку.
Сейнт как ни в чем не бывало подошел к Аманде, небрежно поцеловал её в щеку и вручил роскошный, огромный букет белоснежных лилий.
— Здравствуй, милый. Спасибо за цветы, они прекрасны, — засуетилась Аманда, расцветая от улыбки. — Мы как раз тебя ждали. Принесу запеченного гуся, а вы пока общайтесь.
Хозяйка дома удалилась на кухню. Сейнт медленно обошел стол и вальяжно опустился на стул прямо напротив нас с Алексом. В столовой повисла звенящая, удушающая тишина. Тяжелый, гипнотизирующий взгляд Сейнта я ощущала физически — он прошивал меня насквозь, словно электрический ток.
— И кто же это у нас тут такой хорошенький сидит? — с откровенной, издевательской иронией протянул Сейнт, придвигая к себе бокал.
— Сейнт, познакомься, это Кассандра. Девушка Алекса, — Аманда как раз вернулась, торжественно водрузив в центр стола большое блюдо с ароматным гусем.
— Девушка Алекса? — Сейнт изящным движением налил себе вина, не сводя с меня глаз, в которых плясали черти. — Неужели ты наконец-то нашел в себе силы выставить вон эту стервотину Вивьен, братец?
— Сейнт, — сделала ему мягкое замечание Аманда.
— Кассандра, значит... — смакуя каждое слово, протянул этот порочный мерзавец. — А знаешь, тебе бы гораздо больше подошло имя Скай. Под цвет твоих невероятных глаз.
Мое сердце совершило кульбит и рухнуло куда-то в пятки. Засранец. Каков засранец! Я изо всех сил сжала под столом кулаки, молясь об одном: чтобы у этого непредсказуемого психопата хватило ума не проговориться Алексу о наших встречах в «Тенях и шёлке». Но, глядя на их откровенно враждебные отношения с братом, я понимала — от Сейнта можно ожидать любого безумного шага.
Аманда спокойно раскладывала мясо по тарелкам, явно привыкшая к вечным пикировкам сыновей, и лишь понимающе улыбалась мне, списывая мою бледность на обычное смущение.
— Заткнись, Сейнт, — холодно процедил Алекс, и его ладонь на моем бедре заметно напряглась.
— Кассандра, расскажи, а чем ты занимаешься в жизни? — Сейнт вальяжно отрезал кусочек сочного мяса, продолжая свою тонкую психологическую пытку.
— У... у меня с тётей своя небольшая пекарня, — робко выдавила я, чувствуя, как кусок не лезет в горло.
— Лучше спроси себя, Сейнт, чем занимаешься ты! — снова огрызнулся Алекс, переводя удар на себя.
— И чем же я занимаюсь, по-твоему? — Сейнт издевательски приподнял бровь.
— Херней ты занимаешься! Лиам несколько дней не мог до тебя дозвониться, чтобы ты просто поставил свою подпись на важнейших контрактах.
— Терпеть не могу этого напыщенного индюка Лиама, — Сейнт пренебрежительно хмыкнул, делая глоток вина.
— Тебе нужно было всего лишь оторвать свой заносчивый зад от дивана в своем клубе и доехать до офиса на пять чертовых минут!
— Я исправно получаю свои дивиденды, Алекс, а на остальную вашу бумажную возню мне плевать.
Я судорожно сделала большой глоток вина, пытаясь размочить пересохшее горло, и, решив сыграть на опережение, подала голос:
— У тебя свой клуб?
— Клуб для извращенцев, — жестко вставил Алекс.
При этом слове мои щеки мгновенно залил густой, предательский румянец. Сейнт, разумеется, тут же заметил мою реакцию. Его губы тронула хищная, торжествующая ухмылка.