Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Глава 6

Оно? Этого Эрланн ждал? Что ж он за человек такой, раз всего месяц в городе, а уже успел кому-то дорогу перейти?

Орляк, орляк… Слышала ведь где-то.

В хозяйской библиотеке тоже велись разговоры, зефир послушно донёс и оттуда:

– Если вам так будет угодно… Но имейте в виду, у меня тоже есть рычаги. Завтра я представлю вам одного молодого человека, у которого есть все основания оспорить завещание старикашки Эрланна…

– Уверены? Старик был весьма неглуп, пусть и тот ещё скот…

А в выражениях в этом приличном обществе не стесняются. «Скот», надо же… И вдруг пронзило, память услужливо подкинула: скат же! Орляком рыбаки обычного ската кличут! Они в нашем заливе особые: крупные, с бугристой тёмной шкурой, ботинкам и ремням из такой кожи сносу нет. Я похолодела, сопоставив всё заново. Нет, Эрланн здесь ни при чём… Я в гостиной такое услышала, что это ещё только предстоит переварить.

Убрать хотят Чёрного Ската, у которого Локоть в подчинении ходит. А вот эта информация может очень, очень дорого стоить…

Только новым знанием надо грамотно распорядиться. За него ведь как минимум половину моего донного долга списать можно. А если свист ложный, то как бы, наоборот, не увязнуть глубже. Тут, главное, не торопиться. Прежде всего узнать об этих двух господинчиках в гостиной как можно больше.

Прилепила к каждому тонкой ниточкой скрученный мельте́ми. Ветер он сильный, часов двенадцать продержится, а мне больше и не нужно – не сейчас, так с утра за них возьмусь. А пока надо Эрланна от танцулек отвлечь, и для него зацепка в библиотеке появилась. Дам ему наводку, пусть дальше сам разбирается, а я займусь подонками-«аристократами».

– Дорогая кузина, вы всё же решили потанцевать? – снова подошёл Стордаль со своей неотразимой улыбкой, стоило мне появиться на пороге танцевального зала. – Тогда окажите мне честь…

Я бросила быстрый взгляд на Эрланна, и тот моментально всё понял.

– Коста, лучше потанцуй с Габи. Боюсь, я отвык от этого. А я пока займу нашу дорогую кузину. Эстель, вы что-то хотели мне сказать?

– В писании мне попались очень интересные строки, хотела узнать ваше мнение, – скромно пролепетала я.

И была награждена убийственным взглядом от красавицы Габи Арно и откровенно веселящимся от Стордаля.

– Прошу, – Эрланн увлёк меня в тихое место.

Я вкратце пересказала ему подслушанный разговор о наследстве его старого родственника. Эрланн хищно подобрался и заставил повторить, просматривая мои карандашные пометки на развороте страницы.

– Кто это говорил? Как выглядели?

– По именам они не обращались. Я ушами работаю, сквозь стены видеть не умею, – съязвила я.

Это я чуть покривила душой. Тот же хамсин, ветер безумия, способен переносить не только запахи и звуки, но и нечёткие изображения – мира́джи. Но это как с ним договоришься, с характером он.

– Где они сейчас?

– В библиотеке. Голосов там три, но запах чую только один.

Эрланн странно посмотрел на меня. Ну да, и нюх хороший, говорила же. Давай, ещё как братец, про свой запах спроси.

– Я должен знать, кто это. Ты идёшь со мной.

Я хотела возмутиться: тебе надо – зайди да посмотри. Или он меня на разведку отправить хочет? Но Эрланн уже вытащил меня из гостиной в тускло освещённый коридор с вереницей портретов. Обрывки продолжающегося разговора я озвучивала ему походя уже шёпотом, но там больше не было, на мой взгляд, ничего интересного.

– Выходят! – прошипела я и дёрнула я его за руку.

Библиотека располагалась в конце коридора, и если Эрланн не хотел, чтобы его застукали у дверей, то раньше надо было думать. Это синдром сообщника, что ли? Мне вдруг подумалось, что крепкий гармси́ль мог бы заклинить на несколько секунд дверные ручки, хватило бы времени скрыться обоим… Ну дожила, Принцесса, теперь ты сама магов покрывать вздумала?

Делать этого не пришлось. Как только скрипнула дверь библиотеки, с шипением погасли два канделябра на пять свечей, а Эрланн стремительно окутался серой дымкой, сливаясь со стенами. Вот оно – магия огня и теней, как и сказал Стордаль. А мне, значит, предлагаете их встретить нос к носу?!

Ну ладно, с моей легендой ничего не подозрительного в этом не будет – решила будущая послушница приобщиться книжных тайн, как-нибудь выкручусь… Ан нет – опять не пришлось.

Уже приоткрылась дверь обители знаний и серая тень, в которой теперь лишь на ощупь и на запах угадывался Эрланн, обволокла, закрывая собой, и впилась жёстким болезненным поцелуем в губы.

От неожиданности я растерялась, но тень держала крепко, не вырваться. А после возмущенно попыталась укусить чужую обжигающую губу.

– Не дёргайся, – еле слышно прошептал Эрланн, не отрывая рта от моего. – Так быстрее.

Я и сама почувствовала, как его дыхание, проникая в меня, наполняет тело чем-то невесомым, призрачным. Забилась внутри недовольно стихия – ещё бы, чужая магия в её храме!

Но самое удивительное: когда из библиотеки вывалились трое довольных мужчин, то просто прошли мимо, будто нас тут и не было! Я опознала одного, его представляли за столом. А Эрланну, похоже, все трое были знакомы. Лишь на секунду он повернул голову, увлекая за собой мою в неразрывном поцелуе.

Затихли в коридоре шаги удалившейся компании, но Эрланн будто прилип намертво. Только железная хватка чуть ослабла, а прижавшиеся к моему рту жёсткие обжигающие губы внезапно расслабились. Вот и хорош уже! А то работа работой, а на такое я не подписывалась!

Но нет: вместо того, чтобы убраться, губы мягко раздвинули мои и горячий влажный язык нагло прошёлся по ним, снимая раскалённую сухость и напряжение. И так же неожиданно Эрланн отстранился, забирая с моим судорожным выдохом свои тени обратно и обретая материальность.

Никогда я не спускала такое бесцеремонное обращение, а теперь даже пощёчину залепить будет неуместно – вроде как скрывал нас обоих от лишних глаз. Но зачем так резко обрывать, это ведь было… ну… не так уж противно… И запах наконец раскрылся полностью. Анис, да. Вот что я разгадать всё не могла.

– Я узнал достаточно, можем возвращаться, – как ни в чём не бывало произнёс Эрланн.

И вот теперь во мне вскипела злость. Инструмент. Я всего лишь средство для достижения их непонятных целей. Один брат какое-то расследование моими руками ведёт, второй веселится за мой счёт. Хевл бы их подрал обоих! Но… триста койнов это триста койнов. И если отбросить события последних пяти минут, то обрела я сегодня куда больше. Где бы я ещё такой глубины подонков увидела?

Эрланн ушёл с приёма, не прощаясь. Даже не возьмусь угадывать, кого он хотел избежать: словоохотливую Алоизу, прилипчивую Габи или же собственного жизнерадостного брата. Но из коридора мы к гостям уже не вернулись.

– Возница отвезёт, куда скажешь, – сухо обронил Эрланн, открывая мне дверцу экипажа. Надо же, удостоилась и такой чести.

Только вот в таком виде вернуться на Дно? Упаси Тот, Кто Ещё Ниже.

– У вас осталась моя одежда, – тем же безразличным тоном ответила ему. – И я ещё не получила оплату.

Эрланн уже держал руку в кармане сюртука, но вытащил её. В кармане тяжело звякнуло.

– Садись. Эльдстегат, – приказал он кучеру, забираясь следом.

Теперь уже я демонстративно не смотрела на нанимателя, отвернувшись к окну.

– Вам нужны разговоры остальных гостей? У меня всё записано.

– Нет. Я получил, что хотел.

А вот он не сводил с меня глаз, я чувствовала. Поджала по привычке губы, чуть поморщилась от лёгкой боли, облизнула невольно, оставив приоткрытыми. Хевлов Эрланн! Смял своим напором, до сих пор пульсируют. У Стордаля наверняка поцелуи мягче, пришла вдруг шальная мысль в голову. Ну, вот как Эрланн в самом конце сделал, так и с Костой, наверное, с самого начала было бы… Без зудящих обожжённых губ, а сразу легко и приятно.

Я чуть не взвыла от такой глупой и неуместной мысли. Принцесса, соберись, а?! У меня ещё двое господ на «поводке», и один из них подонок – вот о чём думать надо. Но мельтеми пока держал их крепко, до завтрашнего полудня не упущу.

Эрланн молча открыл входную дверь в особняк, опередив дворецкого с артритом. Наш Карсен тоже не блистал здоровьем, но такого хозяевам никогда не позволял. Эрланн молча проводил в те самые покои, где надо мной колдовал мэтр Лурье и его помощницы. Так же молча оставил дверь кабинета напротив открытой.

Мои вещи оказались аккуратно сложены на кровати. Ох, хевловы уши, ещё и вычищены. Я распустила пояс, подцепила подол дорогого платья и вдруг поняла, что не знаю, как его снимать. Таких у меня ещё не было. В детстве они были широкими и свободными, как и полагается ребёнку. Те редкие девичьи наряды, что я носила после, уже на Дне, по сути, представляли собой блузку и юбку, соединённые корсетом со шнуровкой спереди. Но это-то платье – настоящее, вдруг ужаснулась я.

Цельное, без шнуровок, я даже не заметила, как помощницы мэтра Лурье ловко в четыре руки застегнули на спине два десятка потайных крючков. Я нащупала только пару позади шеи, рванула, но расстегнуть не удалось. Глупее ситуации не придумаешь.

– Пожалуйста, пригласите горничную, – я наступила на горло свой гордости и зашла в кабинет. – Я не могу переодеться сама.

– Оставь себе это платье. Тебе к лицу.

– В таком виде я к себе не отправлюсь, – вскинула я голову. Забыл, маг, в каком квартале меня встретил?

– Слуги уже спят, – поднялся Эрланн из-за рабочего стола.

– Тогда одолжите нож для писем, – меня это всё порядком начало раздражать.

Я пришла сюда в шесть. С девяти вечера была вынуждена играть роль благовоспитанной скромницы. И вот уже за полночь, а мне ещё два часа до Дна добираться.

– Думаю, нет необходимости в таких кардинальных методах.

Эрланн в два шага оказался за моей спиной. Я напряглась, когда его пальцы легко собрали магически выращенные локоны и перекинули их мне на грудь. Затем ощутила тепло у шеи и Эрланн, быстро разобравшись с хитрой конструкцией, деликатно расстегнул первый крючок. Со вторым он медлил, чувствуя своё превосходство надо мной.

– Я поняла, что вам не впервой, – усмехнулась я. – Но вы не могли бы поторопиться?

Второй крючок разлетелся под напором пальцев, и ткань угрожающе затрещала. Эрланн промолчал, я тоже. Нет, точно анис. Кожа, перец и анис. Какое странное сочетание для парфюма. Третий и последующий крючки разошлись мягко, будто ничего и не было до этого.

Ещё пяток, и вот уже открытые лопатки холодит свежий воздух. От пальцев шёл такой жар, что я поймала себя на странной мысли: вот бы дотронулся случайно до обнажённой кожи… И мысль не замедлила сказаться на теле, прошлась волной мурашек по спине. Я чуть дёрнулась, тут же укорив себя за непонятное желание, а Эрланн снова замедлился. Что за странная пытка? Ещё крючок, пауза. Следующий, пауза. И так аккуратен, будто сам боится задеть невзначай…

О-ох! Меня вдруг пронзило огнём. Нет, случайностью это быть не могло… Верхняя часть спины уже была освобождена от платья, и тут по беззащитной коже от самой шеи быстро и легко пробежалась вниз подушечка пальца, поднимая волны незнакомой дрожи. Вроде и сама этого хотела, вроде уже смирилась, что глупость, а он будто считал это всё. Ещё и какой-то позорный непроизвольный вздох вырвался.

– Достаточно, – сбивчиво произнесла я, пытаясь выровнять дыхание. – Спасибо, дальше я сама.

Только и оставалось, что позорно сбежать из кабинета, придерживая на груди платье. Через пять минут, переодевшись в своё и успокоившись, я вернулась. Эрланн снова уткнулся в бумаги. При моём появлении, не поднимая головы, подвинул звякнувший мешочек на ближний ко мне край стола.

Вот и славно. Деньги в карман, и пропади пропадом весь Эльдстегат с его обитателями. Но для обещанных тридцати серебрушек мешочек оказался подозрительно мал и при этом непривычно тяжёл, будто там не благородный металл, а железо. Некоторые клиенты обижаются, когда при них начинаешь деньги пересчитывать. Чуть не за оскорбление принимают, пока не тыкнешь их носом в недостачу или фальшивую монетку. Но я-то учёная.

Так что я без всякого смущения потянула завязки и высыпала содержимое на стол. Если решил урезать плату, так пусть объяснится. Монет внутри действительно оказалось не тридцать, а всего десять. И не серебрушки, что по стоимости равны десяти железкам.

Золото. Тысяча койнов.

Я такой суммы никогда в руках не держала. У меня всего-то сбережений было: две с половиной сотни в банке, плюс та сотня, что недавно скопила и пока прятала у себя, плюс ещё две за недавнюю слежку. С обещанными тремя сотнями койнов и то до тысячи всё моё богатство не дотягивало. На выкуп Локоть мне назначил полторы.

– Компенсация за причинённые у библиотеки неудобства, – равнодушно прокомментировал Эрланн, оторвавшись наконец от бумаг.

Я вспыхнула. Вот что ему стоило сказать: «за хорошую работу» или «за актёрские таланты». Взяла бы, не раздумывая. А он обставил так, что с такими, как я, можно что угодно делать: грубить, лапать, одевать как куклу, целовать ещё без спроса… А потом просто заплатить и как ничего не было. Чего стоит гордость девицы из Кустарного квартала? Пару койнов за пучок. Хорошо, в моём случае тысячу.

Но я эту породу знаю. Стерпишь, возьмёшь деньги – это лишь убедит его в собственной правоте.

Прижимая по одному золотому указательным пальцем, я демонстративно подвинула к себе три монеты и ребром ладони сгребла их через край стола, сунув в потайной кармашек штанов.

– Поцелуями не торгую, – сухо произнесла я и развернулась к открытому окну. – Прощайте.

Эрланн ничего не ответил. Но уже в саду, когда я гибкой куницей сползла по водостоку, мне донеслось в спину задумчивое:

– До новой встречи, Ветерок.

– Не спится? – Стордаль без стука вошёл в кабинет и застал брата задумчиво смотрящим в окно, куда пару минут назад выпорхнула упрямая девица.

– Тебе, смотрю, тоже, – не самым приветливым тоном ответил Эрланн. – Коста, поздно. Давай всё завтра.

– Просто ты так стремительно покинул приём, что я даже заволновался, не случилось ли что с нашей дорогой «кузиной», – подмигнул младший, вольготно расположившись в кресле. – Кстати, где она?

– Полагаю, далеко, – не скрывал раздражения Эрланн. – Если уже не добежала до ближайшей границы.

– Лунн всевидящий! Ты опять оскорбил эту милую девочку?! – Стордаль вновь забавлялся. – Крис, тебе говорили, что ты совершенно не умеешь обращаться с женщинами? Кажется, у бедной Габи я чётко видел в глазах надпись по слогам: «чу-до-ви-ще»…

– К хевлу Габи, – ругнулся Эрланн.

– У-уу…

– Коста, ты вообще каких хмарей заявился к Арвенам? Разве не ты стонал, как тебе опротивели все эти приёмы, и что там решительно нечего делать?

– Поверь, такой же неожиданностью стало увидеть там тебя. Да ещё в такой очаровательной компании…

– Я работал, – оборвал Кристар брата. – И она тоже работает на меня.

– Ах да, не ожидал ничего другого, – потянулся с хрустом Костанц. – Мой одержимый работой брат, не знающий покоя… Не слишком ли рьяно взялся за новое назначение? Ты в Дансвике всего месяц, а я уже наслышан, как весь твой департамент с воем на стенку лезет.

Эрланн промолчал. В департаменте охраны правопорядка, куда его личным указом король назначил новым главой, царил полный бардак. Ничего, быстро к новым порядкам привыкнут.

– Так что у тебя за тайны и расследования? – у Стордаля в глазах светился живой интерес. – Ещё и с незарегистрированной стихийницей. Ты меня прямо удивляешь: при твоей-то категоричности в работе… Нет, но как же хороша, чертовка! Какова актриса, а! А ты рисковый: привести её на великосветский раут! Честно говоря, я даже не готов спорить, когда она была настоящей: сегодня или пару дней назад, когда этот взъерошенный грязный воробушек сверкал глазами в этом же кресле…

– Я теперь и сам ни в чём не уверен, – потёр лоб Кристар.

– Бромера наизусть, как тебе!

– Вот этому я уже как раз не удивился, – вздохнул Эрланн, понимая, что брат не отстанет.

Налил обоим портвейна, посетовав, что в Дансвике это единственный приличный напиток из крепких, а заказанные из столицы два ящика бурбона, похоже, так и не доедут.

– В первый раз, когда я предупредил тебя, что за тобой будет слежка, хотел лишь убедиться, что она действительно маг. Брать, по сути, не за что – при мне нарушений не было, а в слежке, как ты сам сказал, она черту не переходила.