Главное верить

Глава 1: Всё, что происходит впервые, навсегда остаётся в памяти

Капли дождя стекали по его лицу. Он не замечал, что давно промок насквозь, но возвращаться домой совсем не хотелось. Родители начнут задавать вопросы: как прошёл выпускной, как провели время, как квест и так далее. Конечно, будут правы, ведь именно они оплатили кафе, лимузин, фотоальбом и прочие мелочи. Кирилл лёг на траву рядом с футбольными воротами, закрыл глаза, не замечая, что там лужа.

Только утром он, подставляя лицо первым лучам солнца, бежал свой марафон по этому же стадиону. Он делал это каждое утро на протяжении уже двух лет. Пробежки помогали ему собраться с мыслями и подготовиться к предстоящему дню. Он был настолько воодушевлен, что решил именно сегодня признаться однокласснице в своей симпатии. Маша Макарова. Маруся. Кирилл вздохнул и погрузился в воспоминания.

В конце февраля Ирина Викторовна, классный руководитель, объявила, что пора начинать репетировать вальс на последний звонок. Предложила ребятам остаться после уроков и разбиться на пары. Встреча была назначена в актовом зале. Кирилл стоял напротив неё, чувствуя, как потеют руки, а сердце отдается в ушах тяжелыми ударами. Кир набрал побольше воздуха в грудь.

– Это тебе не через козла прыгать, да, Лопухин? – усмехнулась Маша.

– Кирилл, – хриплым голосом сказал он, переминаясь с ноги на ногу. – Меня зовут Кирилл.

– Ну что, Ки-ри-лл, – Маша выделила его имя голосом и взяла его за руку, – только не отдави мне ноги.

Теплота её ладони, дыхание, мягкий аромат ванили и еще чего-то очень знакомого вновь заставило его сердце биться быстрее. Он осторожно положил руку на её талию и начал считать: раз, два, три, раз, два, три… Зазвучала музыка.

Восьмое марта. Они с парнями долго думали, как оригинально поздравить своих одноклассниц. Им хотелось превзойти девчонок в креативности. Однако в итоге споры ни к чему не привели. Тогда Ваня предложил смонтировать ролик из их общих фотографий и написать красивые пожелания.

Ребята закупились розами и торжественно вошли в класс, чтобы вручить цветы девочкам. Второй раз за этот год парни надели белые рубашки и деловые костюмы. Кириллу казалось, что с розой в руках он выглядел как крутой мачо. Он протянул цветок Маше, чувствуя, как краска заливает его щеки.

– Тебе, – тихо сказал он и поцеловал девушку в щёку.

– Блин, Лопухин! – смутилась Маша, услышав за спиной одобрительные возгласы, и с шумом села за парту. С растерянностью взглянув на подарок, она заметила привязанную к стеблю ленточку с картой в «Золотое яблоко» и совсем забыла о том, что на доске уже транслировался поздравительный ролик.

«Ничего не выйдет», – отправила она послание в мессенджере своему партнеру по вальсу. «Я все равно попытаюсь», – прочитала Маша в ответ и, подняв глаза. Он подмигнул ей и широко улыбнулся. А у самого бешено билось сердце от поцелуя в щеку напоказ.

Он понимал, что Маша – не просто партнёрша по вальсу, и что его чувства к ней гораздо глубже, чем он мог себе представить. Но он также знал, что сейчас не время и не место для разговоров о чувствах. Поэтому он решил сосредоточиться на танце и постараться забыть о своих эмоциях хотя бы на время. Пока.

У Кирилла было много обязательств. Конечно, на первом месте стояла учёба. Кроме нее, он занимался общественными делами в школе, подрабатывал в Яндекс-доставке и был волонтёром в приюте для животных.

– Ты зря тратишь время, – как-то раз сказал Ваня, сидя у Кирилла на кухне. – Мы закончим школу, ты поступишь в колледж, она, быть может, куда-то уедет учиться. И…

– Давай не будем загадывать так далеко. В нашем городе достаточно колледжей и вузов, чтобы остаться здесь, – прервал друга Кирилл. Он не хотел больше слушать. С громким шуршанием распечатав пачку чипсов, он разложил хрустящие кружочки по мискам и направился в комнату.

– Пошли! Судя по названию, нас ждет море крови, мешок костей! – крикнул Кир и включил ужастик, который они с Ваней давно планировали посмотреть.

– Я знал, что ты шибанутый на голову! – вздохнул Иван.

– У меня сотряса не было! – улыбнулся Кир. – Потому что сотрясаться нечему.

– Смотри, чтоб не было так, как в младшей группе садика с Алисой. После того как она уехала жить в другой город, ты лежал с температурой целую неделю, – напомнил другу Иван про первую любовь Кирилла.

Свидание всё же произошло. И не одно, а несколько. Но самым ярким и запоминающимся стало первое. Всё, что происходит в жизни впервые, оставляет глубокий след в памяти: первое сентября в первом классе, первая золотая медаль на городских соревнованиях по лёгкой атлетике, первая любовь и даже первый шрам.

Он сидел в зале кафе, наматывал шнурок спортивной худи на палец и не знал с чего начать. Маша протянула руку и поправила челку Кирилла.

– Откуда у тебя шрам на лбу? – спросила она.

Кир вздрогнул от неожиданного прикосновения и на мгновение замер, не зная, как реагировать. Потом он медленно поднял глаза на Машу и начал рассказ.

Ему было семь лет. Это был последний месяц перед тем, как он пошёл в первый класс. Весь август Кирилл отдыхал с родителями в Гурзуфе, недалеко от Артека. Дорожки в городе были крутыми и извилистыми, кипарисы высокими, а солнце обжигающим. Мама была против того, чтобы ездить на пляж на велосипедах, а папа видел в этом прекрасную возможность для небольших семейных путешествий. Однажды Кир не заметил, как, несясь с горы, набрал слишком большую скорость. Педали крутились быстрее, ноги не успевали за ними, поэтому, пытаясь удержать равновесие, он вытянул их в разные стороны. Руль дребезжал, колёса налетали то на шишки, то на кочки. В какой-то момент велосипед резко вильнул в сторону и врезался в дерево. Первой слетела кепка, потом Кирилл.

Несмотря на анестезию, он всё равно чувствовал, как протыкают его кожу на лбу. Он ощущал силиконовые перчатки на своей голове и дыхание врача на своём лице. Даже через защитную маску. Он старался не плакать, набирая побольше воздуха в грудь, но там тоже болело. Больше всего он боялся напугать маму, поэтому лишь слегка кряхтел и шипел. В голове вертелись слова отца: «Мужик всегда должен оставаться мужиком».

– «Голова обвязана, кровь на рукаве. След кровавый тянется по сырой траве», – протянул батя, разглядывая сына уже в больничной палате. – Теперь ты похож на Чапая!

– Всё, хватит! Вообще не смешно, Саша, – сердито оборвала отца мать. – Больше никаких велосипедов.

– Не усложняй, Аня. Всё обошлось. Он же пацан!

– А как мой любимый велик? – поинтересовался Кир.

– Вещами надо пользоваться, а людей любить, сынок, – проговорил свою любимую присказку Александр Иванович, присаживаясь на край кровати ребенка. – Купим новый.

– А кто такой Чапай? – заваливал вопросами отца Кирилл. – Шрам останется навсегда? Я теперь буду как Гарри Поттер? Тогда мне надо купить еще и очки.

– А почему у тебя на правом виске белая прядь? – спросила одноклассница, когда они сидели в кафе, ели пиццу и пытались узнать друг о друге что-то новое. Она приблизила руку к его лицу и нежно провела пальцем по седой пряди. Сердце Кира замерло. Он, не моргая, смотрел в её зелёные глаза и понимал, что его чувства к ней лишь усиливаются. Маша была самой красивой девочкой в классе. Её грациозная походка, плавные движения и огненно-рыжие волосы всегда его завораживали.

– П-п-папа в-в-всегда г-г-говорил, – начал Кир, пытаясь выровнять дыхание, – что мы происходим из древнего знатного рода, и эта седая прядь передаётся от отца к сыну. – Но мой папа – журналист, – улыбнулся он, собравшись с мыслями, и, заметив удивление и интерес на лице подруги, добавил – а не всем журналистам стоит верить.

Через месяц мелодия вальса прочно засела в голове Кира.

– Мама, ты же умеешь танцевать вальс! – уже неделю Кирилл уговаривал Анну Сергеевну порепетировать с ним.

– Я боюсь отдавить ноги Маше. Ты можешь потанцевать со мной. Пожалуйста! – не унимался сын.

– Ладно, включай колонку. Но ты готовишь ужин – сказала Анна Сергеевна, решив напугать сына.

– Уже. Сварил пельмени, – улыбнулся Кирилл.

Музыка из диснеевского мультфильма «Анастасия» понравилась Анне Сергеевне. Она ещё долго её напевала себе под нос во время ужина. И когда пришёл отец, заставила его вспомнить несколько па из юности. А позже, распечатав бутылку красного вина, отец снял с крюка на стене гитару, зажег свечи, и простой ужин родителей превратился в романтический вечер. Кирилл часто наблюдал такие посиделки на кухне. «Вот что значит любить и быть любимым», – думал Кирилл. Он мечтал о том, чтобы в его жизни появилась такая же настоящая любовь. Чтобы кто-то разделял с ним радости и печали, поддерживал в трудные моменты и радовался успехам.

Белые блузки, воротнички, юбочки в складку и элегантные костюмы – Кир чувствовал себя чересчур взрослым. Он не был к этому готов. Совсем. Он не ожидал, что последний звонок получится таким трогательным. В какой-то момент у него даже защипало в носу. Он сморщил его несколько раз, чтобы прогнать неприятные ощущения, но глаза всё равно увлажнились.

– Дорогие ребята! – начала свою речь Ирина Викторовна.

Кирилла вдруг осенило, что следующее первое сентября уже встретит в колледже, Он посмотрел на свои руки, сомкнул их и понял, что ладони мокрые. В этот момент Машина рука оказалась сверху.

– Все будет хорошо, – улыбнулась она.

– Пусть звонок, – продолжала Ирина Викторовна со сцены, – который мы услышим сегодня, станет для вас не только символом окончания школы, но и началом нового увлекательного путешествия. Идите вперёд с уверенностью, не бойтесь трудностей и всегда помните, что у вас есть крылья за спиной – это крылья знаний, дружбы и любви.

Вальс на «Последнем звонке» произвел фурор. Родители достали платочки, а учителя удивлялись синхронным и красивым движениям ребят.

А дальше началось самое сложное – экзамены.

Первым был русский. Паспорт, бутылка воды, серьезные лица учителей – вот что отличает экзамен от обычного урока. А чтобы попасть на него, надо пройти металлоискатель, найти свою фамилию в списке на двери. Настроение испортилось еще до начала экзамена. Ваня и Маша не попали в кабинет вместе с Кириллом. Он сидел в классе в окружении незнакомых людей. В аудитории царила напряжённая атмосфера. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи, рисуя на партах тонкие золотистые полосы. Тишина, изредка прерываемая шелестом бумаг и тиканьем часов, создавала ощущение, будто время замедлило свой бег.

Выйдя после испытания на улицу, Кирилл подумал, что у него был самый сложный вариант.

Он был опустошен. Руки уже не тряслись, сердце упало в пятки, ведь изменить уже ничего было нельзя. Лишь объятия Маши, которая дожидалась его выхода из школы, помогли Кириллу немного успокоиться.

– Всё, хватит, – прервал Иван их объятия. – Не могу на это смотреть. Пошли посидим где-нибудь, выпустим пар, так сказать.

Выпустить пар необходимо было всем. Ребята быстро определились с кафешкой и почти всем классом направились в нужном направлении. Кирилл взял Машу за руку и почувствовал, как она нежно сжала его ладонь в ответ. Они шли рядом и улыбались.

– Спасибо, – тихо сказал Кир по дороге.

– За что? – искренне удивилась Маша.

– За поддержку, – пожав плечами, предположил Кир, – за то, что ты рядом.

Когда ребята вошли в кафе, их встретил приятный полумрак и уютный аромат кофе. Они выбрали большой стол, чтобы всем хватило места, и заказали пиццу и напитки.

– Боже, я думал, что не выдержу! – воскликнул Иван. – До сих пор чувствую напряжение.

– А у меня под правой пяткой были шпаргалки, но я не смог ими воспользоваться, – вздохнул Михаил, который обычно сидел за одной партой с Ваней.

– Зато я нашёл в туалете шпоры и всё списал. Надеюсь, правильно, – сказал Андрей, скрестив указательный и средний пальцы на обеих руках.

– Не стоит списывать, нужно думать своей головой, – заметила Ольга, подруга Маши.

– А если её нет, – усмехнулся Ваня. – Или у тебя в детстве был сотряс, и тебе уже ничего не поможет.

Кирилл не обратил внимания на шутку друга. Он держал Машу за руку, и их пальцы словно вели свой разговор, понятный только им. Кир улыбался. Иван, спустя время, снова посмотрел на друга и осознал, что потерял его навсегда.

Выпускной вечер был назначен на пятнадцатое июня. В этот день в школе должна была состояться торжественная часть, а затем всех ожидал прекрасный вечер в ресторане на городской набережной с праздничной программой и фейерверком.

Школа преобразилась до неузнаваемости. Каждый уголок был украшен цветами и яркими гирляндами, а учителя и родители словно сошли с красной дорожки. Галантные кавалеры и очаровательные дамы светились счастливыми улыбками. Родители с гордостью смотрели на своих детей, которые всего несколько минут назад были школьниками, а теперь готовились вступить во взрослую жизнь. Учителя, которые столько лет вкладывали в них знания и мудрость, не могли скрыть радости за своих учеников.

Кирилл стоял у входа в школу и ждал Машу. Она опаздывала. Ему казалось, что часовой циферблат на его мобильном бежит вперед, а Маши все нет. Ходьба из стороны в сторону никак не успокаивала его нервы. Такого Кир не любил, считал пунктуальность важной чертой, которая помогает во всём добиваться успеха. Наконец вдалеке появилась она. На Маше было изумрудное платье, струящееся по ее фигуре мягкими волнами. Волосы были украшены цветами. Кирилл забыл о своем беспокойстве и протянул руку.

– Пойдём. Ваня уже занял нам лучшие места, – сказал он. Улыбка Маши угасла. Она так надеялась услышать множество комплиментов в свой адрес, а почувствовала лёгкий укол разочарования. Она с особым трепетом готовилась к этому дню, выбирая наряд и волнуясь, как Кирилл оценит её внешний вид. В будущем она мечтала стать актрисой, и уже сейчас осознавала, как её красота влияет на окружающих, придает ей больше уверенности в себе.

Один за другим выпускники поднимались на сцену, чтобы получить свои аттестаты. Прозвучало имя Маши. Она легко вспорхнула на сцену, приняла документ из рук директора и улыбнулась, глядя в зал. Затем настал черёд Кирилла. Поднимаясь, он чувствовал, как его переполняет гордость. Получив аттестат, он обернулся к Маше, и они подмигнули друг другу.

Уже в ресторане взрослые просили детей выступить с вальсом на бис. Их танец был так восхитителен, что все требовали повтора. После танца Кир взял Машу за руку и вывел её из зала на улицу. Они прошли несколько шагов и оказались на набережной.

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – произнёс Кир и опустился на скамейку. Девушка присела рядом. Он попытался убрать выбившуюся прядь волос ей за ухо, но Маша отстранилась.

– Мне тоже есть что тебе сказать, – вздохнула она. – Ты помнишь, как я недавно ездила в Москву на прослушивание? Сегодня сообщили, что меня взяли. Уже в сентябре я буду жить в столице, Кир. Я так счастлива!

Маша говорила быстро, и Киру показалось, что она выпалила всё на одном дыхании. – Мне кажется, наши отношения не продержатся долго на расстоянии. У тебя будет учеба здесь, у меня там. Предлагаю расстаться.

«Предлагаю расстаться. Предлагаю расстаться», – звучал голос Маши у Кирилла в голове. Он сжал траву и землю под ладонями в кулаки.

– Ты что, мазохист! – услышал он голос друга. Открыл глаза и увидел силуэт Ивана под зонтом. – Хочешь заработать неделю отдыха с температурой под сорок!

Глава 2: Случайности не случайны

Телефон трезвонил снова и снова. Кир наконец-то дотянулся до гаджета, выключил звук и уставился в экран. Буквы расплывались, Кирилл проморгался, сфокусировал взгляд и посчитал пропущенные. Двенадцать от Ваньки, два от Маши, пять из приюта – и это только за несколько часов воскресного утра. Как назло, родители были дома.

– Нам нужно поговорить, – сказала мать, входя в комнату и присаживаясь на край кровати. – Как тебе помочь? Ты уже второй день не выходишь из комнаты.

– Не трогай меня, – ответил Кирилл, натягивая на себя одеяло. Он лежал неподвижно, пока не почувствовал резкий удар по спине. Не успев охнуть, он оказался на полу.

– Ма! – воскликнул Кирилл, переворачиваясь на спину и замечая над собой Ваню.

– Никитин, офонарел?! – простонал он, вставая на ноги и снова падая на кровать.

– У нас перезагрузка. Едем в тир, – констатировал факт Иван.

Через полчаса ребята стояли на площадке, опустошая магазины. Каждый выстрел отдавался в сердце острой болью. Ему казалось, что теперь он точно знает, где находится у человека душа. В его груди находился большой колючий комок и не давал дышать. С каждым вздохом его иголки впивались всё глубже и глубже.

– Пошли напьемся, – предложил Кирилл после стрельбы.

– Кто нам продаст алкоголь, нам нет еще восемнадцати, – усмехнулся Иван.

– Попросим твоего старшего брата. Когда-то же он должен пригодиться и быть настоящим старшим братом! – Кирилл вытащил из кармана друга телефон, открыл мессенджер и написал: «Эй, Бро, купи бухла». Ответ не заставил себя долго ждать. «Приезжай», – прочитал Кир и запихнул телефон на место.

Они сидели у стойки и опустошали шоты уже без энтузиазма. Настойки в Никитинском баре были самыми вкусными. Клюковка, рябина на коньяке, настойка горькая, перцовая, на сирени. Дегустируй – не хочу.

– М-медовая, по мне, самая в-в-вкусная, – похвалил ассортимент бара Кирилл. Алексей уже давно был бородатым и длинноволосым викингом в косухе, и только голубые глаза выдавали того беззаботного из детства старшего брата Ивана. Его бар находился в полуподвальном помещении и не имел вывески. О нем знали многие в городе, но только не Следственный комитет, находящийся в соседнем здании. Сотрудники государственной службы просто не знали, что происходит у них под носом. Спускаясь в бар, каждый попадал в уютное пространство. По стенам были развешаны старые советские шерстяные ковры с разными узорами, напоминая дом Советского союза. Люди за столами не только пили и закусывали, но и играли в настольные игры.

– Карты, деньги, два ствола… – хмыкнул Ваня, обводя взглядом зал. – Лёха, организуй нам такси. А то Анна Сергеевна скоро нагрянет сюда с МЧС, и тебе придется прикрыть лавочку.

– Н-н-нет. Не хочу домой, – простонал Кир и уронил голову на барную стойку.

Следующее утро начиналось совсем не бодро. Голова раскалывалась, в ушах шумело, а во рту мешал привкус горечи. С закрытыми глазами, собирая косяки, Кирилл добрел до ванной комнаты. Утренние пробежки Кир пропускал уже целую неделю. Вдохновения совсем не было.

Когда он открыл глаза перед зеркалом, увидел на своём плече медицинскую повязку. Отдирать лейкопластырь было не очень приятно, но любопытство взяло верх.

– Попойка, татуха – всё в один день. Бьешь рекорды, – заглянул в ванную отец. – А пооригинальней ничего не смог придумать, – хохотнул он, услышав стон сына.

Изучать смайлик-какашку на плече Кир остался в гордом одиночестве.

– Я на работу, а ты иди круги понаматывай, может, мозги на место встанут, – крикнул отец и хлопнул дверью.

Кирилл надел спортивный костюм и впервые после выпускного вышел на беговую дорожку. Шум ветра и птиц сегодня слушать не хотелось, он надел наушники и врубил на полную громкость «Арию».

«Как ты мог это допустить?» – написал Кир другу. «Это перманентный фломастер», – ответил Иван и послал десяток какашек следующим сообщением. Кирилл ускорил бег, направив улыбку летнему солнцу. А в ушах звучало: «Этот парень был из тех, кто просто любит жизнь. Любит праздники и громкий смех, пыль дорог и ветра свист…»

Ролики долго не пришлось искать. Натянув их и закинув рюкзак доставщика на плечи, Кир активизировал нужное приложение и тут же получил свой первый на сегодня заказ. Доставка еды ему не доставляла большой радости, скорее это была необходимость, посредством которой он реализовывал свои задуманные цели.

А цели у Кирилла были совсем простые. Сдать аттестат на ветеринарный факультет Аграрного колледжа, заработать деньги на еду и лекарства приюту для животных и научиться оказывать животным первую помощь у Игоря, внештатного ветеринара-альтруиста. Этот высокий крепкий кудрявый парень по первому звонку всегда мчится к своим питомцам ставить капельницы, делать перевязки и назначать лекарства.

Ноги на роликах рассекали асфальт, футболка была уже мокрая, и лишь тяжесть за спиной напоминала о том, что рабочий день еще не закончен. В голове строились планы. «Еще пару заказов», – размышлял Кирилл, – «и пора будет гнать в гости к Кнопке». Он не видел ее неделю. Она уже окрепла и повеселела, а ведь совсем недавно было совершенно не так.

– Держи крепче, – вспоминал слова Игоря Кир.

– Так у нее и так нет сил сопротивляться, – возражал он.

– Не важно. Капельница должна стоять надежно, – резко ответил Игорь, а сам тем временем уже проверял позвоночник собаки. Спорить с ним было бесполезно. – Похоже, перелом, – добавил он и пробормотал что-то себе под нос. Рентген все-таки подтвердил диагноз.

– Все будет хорошо, – гладил за ухом собаку перед операцией Кирилл, – будешь Кнопкой. Мы обязательно поставим тебя на ноги.

Чтобы лишний раз собака не вставала, Кир находился всё свое свободное время рядом. Как только Кнопка начала вставать, они стали выходить на прогулки. Сначала на пять минут, потом дольше. К концу года реабилитации их прогулки уже длились больше часа. Кирилл научил Кнопку подавать лапу, сидеть, лежать. Она смотрела такими преданными глазами на хозяина, что Кирилл каждый раз наклонялся к своему питомцу, касался своим лбом ее лба, а потом звонко чмокал в нос.

Кирилл мчался с такой скоростью, как-будто пытался от кого-то убежать. Его волосы развевались, а ветер свистел в ушах. В моменте представив самые родные глаза четвероногого друга, Кир не заметил, как столкнулся с чем-то.

Просто он на роликах и случайная девушка неожиданно оказались на одной траектории. Пытаясь затормозить, Кирилл налетел на незнакомку. Оба потеряли равновесие, и в следующее мгновение они уже сидели на асфальте, удивлённо глядя друг на друга. Вокруг растянувшихся на земле тут же образовалась толпа зевак.

– Под ноги смотреть не учили? Совсем офигел! – закричала девушка.

– Сама смотри, когда тормозишь! Нечего в наушниках ходить и в телефон пялиться, – поднимаясь, парировал Кирилл.

– Это ты на роликах. Под ноги смотреть не учили, – не унималась девушка. Ее телефон валялся на тротуаре экраном вниз.

Их взгляды одновременно упали на гаджет. Кирилл потянулся за ним, но получил шлепок по руке.

– И телефон разбил, – поднимая мобильник, простонала девушка.

– Это ты сама разбила свой телефон. Он был у тебя в руках, – возмутился Кир, отряхнул шорты и решил продолжить свой путь. Больше ругаться он не собирался.

– Дурак, – услышал он вслед.

– Сама дура, – крикнул он.

Со злости он разогнался так, что ветер начал вновь свистеть в его ушах, заглушая самые грустные мысли. Навигатор подсказывал, что до места доставки осталось всего пара кварталов. Сегодня он рассчитал время так, что должен был успеть попасть еще в аграрный колледж и подать документы на ветеринарный факультет.

– Кир, – услышал он веселый голос друга в трубке, – ну что? Когда едем?

– Сначала с тобой, потом со мной? – уточнил Кирилл.

– Ну до радиотехнического далековато ехать, давай сначала с тобой. Твой колледж в центре.

Они всё успели сделать до закрытия приёмной комиссии. И сидели уже в закусочной и разглядывали бумаги, которые им выдали взрослые строгие люди.

– А расписка эта зачем? – жуя гамбургер, интересовался Ваня.

– Это если ты передумаешь и придешь забирать документы, по этой расписке получишь их обратно.

– Так я всё решил уже. Так бы не поехал в такую даль, – недовольно фыркнул парень.

Кнопка ждала Кирилла уже неделю. Всё это время у работников приюта не хватало времени погулять с ней, поэтому она просто грустила в своей клетке. Услышав знакомые шаги, она навострила уши, соскочила с места, встала на задние лапы, а передними уперлась в дверь. Дверца у клетки обычно сделана из таких же прочных прутьев, что и сама клетка. Она надёжно закрывалась на защёлку, чтобы обеспечить безопасность собаки. Сейчас Кнопка перебирала лапами, и дверь от этого громыхала.

– Ты скучала? Кнопка! Кнопочка моя. Гулять, пойдём гулять, – пытался выговорить Кирилл.

Он стоял на корточках, а рыжая лохматая бестия, положив передние лапы на плечи Кира, облизывала ему нос, уши и пыталась залезть к нему на коленки.

– Как я по тебе соскучился, – он зарылся лицом в морду четвероногого друга, надел поводок и отправился в парк.

Здесь собирались самые заядлые собачники. Это не просто участок земли, обнесённый забором, а настоящий рай для четвероногих друзей и их хозяев.