Наследие пепла: Трупы прошлого

Часть II. «Секреты имеют свойство прожигать карманы.»

Время: 23:00, за 26 часов до пожара…

Я не присутствовал в тот вечер на кухне Оливейров. Но мне и не нужно было там быть. Я легко могу представить эти отеплые отношения между мамой и холодные и расчетные между отцом. У Амаи были вполне адекватные отношения между родителями, тут добавить то нечего.

Амайя переступила порог дома, и знакомый запах ванили и свежего белья окутал её, словно мягкое одеяло. В прихожей горел только один светильник. Из кухни доносился тихий звук наливаемой воды.

— Ровно 23:00, не опоздала как обычно, — сказала Амайя, стараясь, чтобы голос звучал бодро. Она скинула кроссовки, поморщившись — лодыжка всё ещё ныла.

Мелинда вышла из кухни, вытирая руки о полотенце. На ней был мягкий кардиган, волосы собраны в небрежный пучок.

— Ой, милая, он бы и не факт, что заметил, — отмахнулась мама, заключая дочь в объятия. — Сидит весь вечер в своем офисе и не выходит. Я ему уже кофе носила, он даже не посмотрел на меня, всё какие-то бумаги ворошит.

Амайя уткнулась носом в мягкую шерсть кардигана.

— Он переживает за город, мам, — тихо сказала она. — Сейчас такое время…

— Я знаю, — Мелинда вздохнула и поправила выбившуюся прядь волос на лице дочери. — Но ты же не город. Ты — наша дочь. Всё в порядке? Ты какая-то… бледная.

— Всё хорошо, мам. Просто устала. Завтраки, школа, потом ещё с друзьями посидели. — Она улыбнулась. — Мы заказывали пиццу.

— Пиццу, значит, — Мелинда прищурилась, но не стала давить. Она хорошо знала, когда Амайя врёт.

Мелинда смотрела на неё в этот момент с той самой материнской, всепрощающей грустью. Она знала. Матери всегда знают, когда их дети пахнут дымом, чужим потом и страхом. Но она выбрала не давить. Потому что думала, что худшее, от чего нужно защищать её дочь — это усталость и подростковые секреты. Бедная Мелинда. Она не знала, что настоящий враг уже ждёт её дочь в её собственной спальне.

— Чай будешь? — спросила Мелинда. — Я заварила ромашку, с мёдом.

— С удовольствием, — честно ответила Амайя.

Они прошли на кухню. Мелинда налила чай в любимую кружку дочери — ту, с отколотым краем. У меня дома в это время либо кричали, либо молчали так, что звенело в ушах. А у Майи — отколотая кружка и магниты на холодильнике. Идилия. Которую через несколько часов придёт разрушать этот ублюдок в дорогой рубашке.

— Знаешь, — начала Мелинда, садясь напротив. — Я сегодня говорила с тётей Бри. Она звонила, спрашивала про тебя.

Амайя чуть не выронила кружку.

— Да? И… что она?

— Говорит, что скучает. Спрашивала, не хочешь ли ты приехать на выходные… Если не хочешь, я ей перезвоню.

— Нет, всё нормально, мам. Я… я обязательно к ней заеду.

— Главное, чтобы ты была счастлива, зайка. И осторожна. Сейчас… сейчас вокруг творится что-то странное. Папа не говорит мне деталей, но я вижу, как он нервничает. Обещай мне, что будешь внимательной. Не ходи одна поздно, проверяй замки.

«Проверяй замки, Майя», — хотелось мне крикнуть ей сквозь время. «Проверяй замки, потому что тот, кого ты впустила в свою жизнь, не нуждается в дверях. Ему достаточно открытого окна».

— Обещаю, — прошептала она.

— Ещё бы, — Мелинда улыбнулась. — Ты для меня всегда будешь маленькой девочкой.

Они посидели в тишине. Амайя допила чай.

— Всё, иди спать, — наконец сказала Мелинда. — Я завтра утром сделаю твои любимые панкейки.

— Спасибо, мам, — Амайя встала и ещё раз обняла её. — Спокойной ночи.

Амайя вышла из кухни и медленно поднялась по лестнице. Она прошла мимо закрытой двери кабинета отца — из-за неё не доносилось ни звука, только тусклая полоска света под полом говорила о том, что Тайлер всё ещё работает.

Тайлер Оливейра. Шериф. Человек, который ловил маньяков, насильников и воров. Человек, который знал город наизусть, который чувствовал опасность кожей. И этот человек сидел за закрытой дверью, в трёх метрах от своей дочери, даже не подозревая, что самый опасный хищник в этом городе уже подобрался к спальне его дочери. И этот хищник носил идеальную улыбку, пах дорогим одеколоном и считал, что законы, которые Тайлер охранял, к нему не относятся.

Амайя зашла в свою комнату и плотно закрыла дверь на замок. Щелчок механизма прозвучал слишком громко. Она подошла к кровати и опустилась на мягкое покрывало. Комната была погружена в полумрак, освещённая только тёплым мерцанием гирлянды, развешанной вдоль изголовья. Огоньки создавали приятную и уединенную атмосферу, отгораживая её от остального мира.

Амайя открыла учебник по истории, решила быстренько пройтись по главам для завтрашнего дня. Буквы плясали перед глазами, мысли постоянно возвращались к событиям дня, к странным взглядам, к шепоту в коридорах. И вдруг её привлек звук, который доносился со стороны открытого окна. Легкий скрежет, будто кто-то задел раму.

Девушка насторожилась. Сердце пропустило удар. В последнее время любой шорох воспринимался как угроза. Она медленно отложила учебник, мышцы напряглись. Амайя бесшумно встала и сделала шаг к окну, взгляд впился в темноту за стеклом. Ветер качал ветви деревьев, отбрасывая на стекло зловещие тени.

— Кто здесь? — прошептала она, но голос предательски дрогнул.

Она подошла ближе, всматриваясь в ночную мглу. И тут, откуда ни возьмись, прямо за стеклом появилось лицо.

Амайя вскрикнула, но тут же узнала эти черты. Узнала эту улыбку, которая даже в темноте казалась ослепительной.

— Блять! Кристиан! Ты совсем рихнулся меня так пугать?! — психанула девушка, но тут же осеклась, поняв, что орать лучше сейчас не стоит, а то еще кто-нибудь зайдет. Она приложила палец к губам, глядя на него сквозь стекло.

Кристиан усмехнулся и тихо открыл створку. Прохладный ночной воздух ворвался в комнату, смешиваясь с запахом её духов. Он ловко перемахнул через подоконник и оказался внутри, бесшумно ступив на ковёр.

Боже, какой же он был позёр. Он реально думал, что живет в фильме? Лезть через окно к дочери шерифа, цитировать Уэса Крэйна... Он не понимал, что это не романтика. Это вторжение.

— Да ладно тебе, что же ты так орешь то? — тихо произнес Кристиан, закрывая за собой окно. Его голос был бархатным, успокаивающим. — Я сегодня смотрел «Крик», и меня посетила мысль, что я ни разу не залезал к тебе в окно. Решил исправить эту несправедливость.

Амайя выдохнула, чувствуя, как адреналин сменяется теплом. Она скрестила руки на груди, пытаясь сохранить строгий вид, но уголки губ уже предательски дрожали в улыбке.

— А теперь я должна сказать как Сидни Прескотт: «Оу, нет! Не убивай меня, я хочу дожить до развязки!» — пародировала Амайя, смягчая тон.

Кристиан вместо ответа сделал шаг к ней. Он пах ночью, свежестью и чем-то неуловимо родным. Он пролез в спальню полностью и притянул девушку к себе. Его руки обвили её талию, крепко, уверенно, словно боясь, что она исчезнет.

Я сжимаю кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони, даже сейчас, спустя столько времени. Он вторгся в её безопасное место. В её комнату, где пахло ванилью и детством, куда её отец запирал двери, чтобы защитить её от мира. А этот ублюдок просто взял и сломал эту границу. Про личное пространство ты хоть раз слышал, долбоёб? Ты не рыцарь, ты паразит, который заползает в чужую раковину, потому что ему плевать на чужие правила.

— За такое поведение… возможно, и пощажу, — прошептал он ей в губы и поцеловал.

Это был мягкий, дразнящий поцелуй, от которого у Амайи закружилась голова. Кристиан отстранился на миллиметр, глядя ей в глаза, и улыбнулся той самой харизмой, которая знакома была только ему.

— И это была Тейтум, — добавил он тихо.

Амайя только вопросительно посмотрела, теряясь в его взгляде.

— Тейтум, подруга Сидни, говорила эту фразу, а не она сама, — пояснил Кристиан, проводя пальцем по её щеке.

Ты серьёзно? Ты лезешь к девушке через окно в два часа ночи, рискуешь быть пойманным её отцом-шерифом, а потом читаешь ей лекцию по киноведению? Он не любил её. Он любил себя в её глазах. Ему нужно было быть умнее, круче, режиссёром этой сцены. Он дрессировал её, заставляя смеяться над его тупыми шутками, чтобы она забыла, что он на самом деле нарушает все её границы.

— Ой, мне плевать, Крис! — ответила Амайя, смеясь, и снова потянулась к нему.

И это было самым страшным. Она смеялась. Она позволила ему стереть свои границы, потому что он был мастером создавать иллюзию, что она сама этого хочет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.