- -
- 100%
- +
– Как это? – не понял Заедил.
– Я много размышляю над тайнами мироздания, и в виду этого, в мою голову приходят некоторые догадки, которые я незамедлительно проверяю, а проверив, убеждаюсь в истинности этого предположения.
– Бывают и ошибки?
– Разумеется, бывают, но должен отметить, что намного реже, чем раньше.
– Это говорит о том, что твои мысли хорошо структурированы, и ты, судя по всему, неплохо владеешь аналитикой, что меня совсем не удивляет.
– Допустим твое предположение на счет Камирата верно, – прикинул Лешарп. – Что тогда на счет тебя?
– А что я?
– Ты почему-то вопреки другим, сидишь и ведешь со мной задушевную беседу. Ты не боишься навлечь на себя негативное воздействие со стороны большинства, почему?
– Я хорошо освоил телепатию, вижу в людях чуть больше чем другие. Пусть я не так силен, как ты в других практиках, но это я научился делать, пожалуй лучше многих.
– Собираешься, стать видящим? – спросил Лешарп.
– Нет, – улыбаясь, отмахнулся Заедил, – Я не собираюсь ограничить себя в познаниях, ради того, что бы сидеть на верхних ярусах Лазурного замка и растрачивать свой потенциал впустую. Я собираюсь учиться дальше, и в результате, не исключаю, что свершу какое-то великое открытие.
– Ты, я гляжу, скромностью не обделен, – не без иронии, отметил Лешарп.
– Я могу показаться слегка самонадеянным, однако не спеши меня судить. Вспомни, каким уверенным ты шел на свой первый экзамен. Так же как и я уверен в своем умении, и в своих возможностях, достичь большего.
– Допустим, – нехотя согласился Лешарп. – Могу ли я принять это за комплемент и заключить, что ты общаешься со мной из-за моего умения, и себя считаешь подобным?
– Подобным тебе, я себя не считаю, и твои познания ставлю выше своих, – щуря один глаз, уточнил Заедил. – Истинная причина того, что я сей час пью с тобой этот отвар, это то, что у меня нет желания пить его с другими, в виду того, что я вижу их практически насквозь.
– Значит, умеешь людей читать? – немного подумав, заключил Лешарп. – А как же читать чародеев?
– А они что не люди? – усмехнулся Заедил. – Поверь мне Лешарп, колдуны это те же люди, только иначе обученные. В отличие от простого люда, мы просто блокируем такого рода воздействие, но данная блокировка не совершенна. Она поддается взлому, нужно только подобрать ключи. Залезть в голову к другому чародею могу не только я, однако сделать это незаметно, может не каждый.
– А ты можешь?
– Могу, – спокойно ответил Заедил. – правда не к каждому, и информация которую я умею воровать незаметно, является поверхностной. Однако и ее достаточно, что бы охарактеризовать того или иного чародея. Для получения более точных дынных нужно разрешение их носителя.
– А если он не дает такого разрешения?
– Тогда такой ментальный взлом нанесет ему большой вред, – ответил Заедил. – Но что бы произвести подобного рода взлом подсознания, нужно соответствующее умение, а таковым у нас тоже не многие владеют.
– Если ты говоришь, что разница между людьми и чародеями лишь в способе развития, то получается что волшбе можно обучить каждого?
– Да!
– Ты уверен в этом? – серьезно спросил Лешарп. – А как же способности, которыми наделяются только избранные?
– Полная чепуха, – махнул рукой Заедил, – придуманная чародеями, для того, что бы ни делиться знаниями со всеми. Ведь если обучить всех детей с этого острова, так же как обучали нас, то кто знает, сколько появится таких выдающихся чародеев как наш Талимир. И как прикажешь управлять такими владыками?
– Интересная версия, – улыбаясь сказал Лешарп.
– Сам процесс отбора, это абсолютно субъективная процедура, – продолжал Заедил, не обращая внимания на его скептицизм. – Стоит группа чародеев, а им детей подносят. Исходя из того, понравился ребенок чародею или нет, он говорит, обладает тот звездным даром, или такого дара у него не наблюдается. Это очень удобно, потому что при этом, во-первых: тешится самолюбие того, кто делает выбор, а во-вторых чародеям не нужно лишний раз объяснять, почему он выбрал этого ребенка и не взял другого. Ошибки быть не может, потому, как наша система обучения еще не давала сбоев. Каждый, кто попадает в Лазурный замок, со временем обретает способность творить волшбу. Вопрос лишь в том, как усердно он учится, воспринимает полученный материал, и в какой мере ограничен.
– В твоих словах столько уверенности, Заедил, – заметил Лешарп. – Что мне начинает казаться, что ты навязываешь мне свою точку зрения. Хоть она меня и заинтриговала.
– А ты проверь, – предложил Заедил. – Прежде чем отрицать мою теорию, убедись в том, что она ложна. Возьми человека из поселения, проведи пару экспериментов, и убедись. Ты ведь так это делаешь?
– А теперь я начинаю думать, что именно для этого ты меня сюда пригласил, – потирая подбородок, сказал Лешарп. – Уговорить меня свершить что-нибудь запретное. Ты, правда и раньше этим увлекался, вечно склонял кого-то на свершение глупых поступков, за что потом их исполнителям влетало по первое число.
– Тогда я развлекался, – безразлично, ответил Заедил. – Проверял свои аналитические способности, и умозаключения, касательно некоторых лиц. Отдаю тебе должное, тебя в числе тех идиотов, не наблюдалось.
– Ошибаешься, – не согласился с ним Лешарп. Он хотел напомнить ему тот случай, когда помогал Камирату проникнуть на верхний ярус, но Заедил не дал ему этого сделать.
– Я знаю, что это ты тогда помог Камирату. – угадал его мысль Заедил. – И несмотря на то, что он притащил мне этот несчастный цветок, который спокойно рос себе, до появления этого кретина, я все же смог сделать заключительный вывод, на счет него. Я лишний раз констатировал его глупость, а после его рассказа, заключил, что он еще хвастун и при том, не предан. Потому что он не упомянул о твоем неоценимом вкладе в его ночное приключение, а присвоил все эти достижения себе, так словно тебя с ним и не было. Хотя вопрос не стоял о том, сможет он подняться туда один или с кем-то.
– Зачем тебе это было нужно? – спросил Лешарп.
– Не суди меня строго, я был глуп и наивен, и тягу к знаниям обрел только через год, после этих событий. Теперь у меня нет нужды, утверждаться таким путем.
– Теперь ты хочешь, что бы я тайно обучил кого-то?
– Не ты, а мы, – поправил его Заедил. – Не думай, что один будешь заниматься этим, ведь если я окажусь прав, то это и станет тем великим открытием, которое я себе вижу.
– Но в данном случае это будет нашим открытием.
– Я готов разделить с тобой ту похвалу, которая причитается первооткрывателям, – делая глоток, ответил Заедил.
Лешарп только усмехнулся, и сказал:
– О какой похвале ты говоришь, друг мой? Ты даже не представляешь, какие процессы завертятся, в результате наших экспериментов. Или ты всерьез думаешь, что наше руководство это одобрит?
– Ну, конечно же, я все понимаю, – широко улыбаясь, ответил Заедил. – Руководство будет недовольно этим.
– Оно будет в ярости, – уточнил Лешарп. – И ты готов пойти на это, ради науки?
Заедил не ответил, ответ читался на его лице.
– Ну что же, – тяжело вздыхая, ответил Лешарп. – Я согласен, провести пару экспериментов. Не скажу, что без опасения иду на это, а потому попрошу тебя держать все в секрете.
– Это можно было и не озвучивать, – прервал его Заедил. – Остается подобрать кандидатуру?
– Уже есть кто-то на примете?
– Есть у меня одна мысль, – почесав подбородок, ответил Заедил.
– Ты и об этом позаботился? – вновь усмехнулся Лешарп. – Все же ты хитрый, Заедил, и всегда таким был.
– Я бы в любом случае взялся за обучение человека, с твоей помощью или без нее. Пусть тебя не удивляет моя предусмотрительность, а радует, ведь впереди нас ждет серьезная работа. А пока что, я бы хотел попрактиковаться в боевых искусствах. Не желаешь присоединиться?
Лешарп, охотно согласился и, допив содержимое своих чашек, они поспешили покинуть гостиницу.
9. Боевые тренировки
Оставив позади город и всю его суету, молодые чародеи пошли в сторону Лазурного замка, однако перед самыми воротами они повернули вдоль стены, и прошли под стенами. Обогнув древнюю обитель, они устремились вниз, по склону и оказались на небольшой площадке, окруженной горными хребтами.
Остановившись они осмотрелись, и взгляд их упал на ту скалу, за которую должно будет зайти солнце, в конце дня, и переглянувшись между собой, поспешили на нее забраться.
– Здесь не удобный подъем, – заметил Заедил.
– В самый раз для хорошей разминки, – сказал Лешарп, и закатав рукава своей одежды принялся карабкаться по отвесному склону.
Заедил тоже последовал его примеру, однако стал подниматься другим маршрутом, не тем, что выбрал Лешарп. Он цеплялся за другие камни и уступы, и очень скоро сравнялся со своим товарищем.
– Давай, кто первый? – предложил Лешарп.
Заедил согласился, хотя по его положению было видно, что шансы его не велики.
Юноши стали карабкаться вверх, с большим энтузиазмом, и с новой скоростью, и когда Лешарп был уже на самом верху, Заедил застрял, где-то метрах в пяти от вершины, но все равно продолжал движение, несмотря на трудности.
– Хорошая получилась разминка, – отметил он, когда был рядом с Лешарпом.
– Это хорошее место, – сказал тот, отшвыривая в сторону ногой булыжник. – Я давно приметил его.
– Для чего?
– Для различных упражнений, – разминая пальцы на руках, ответил Лешарп. – И для боевых тренировок в том числе. Но до сегодняшнего дня, я тренировался один. Оттачивал движения, и контроль над телом.
– Ты никогда не думал о том, что подобные практики учат контролировать не только динамику твоего тела, но и динамику тела твоего соперника?
– Не знаю, чем ты слушал, – удивленно ответил Лешарп, – Но мастер Талмар говорил об этом еще на первом занятии.
– Мастер Талмар – прыснул сквозь зубы Заедил. – Да что он вообще сам-то умеет?
– Он хороший учитель, – не согласился с ним Лешарп. – И хоть его мастерства, хватает только для того, что бы обучить младшие группы, вряд ли кто-то из старших адептов, рискнет сцепиться с ним в рукопашной схватке. Если бы не его познания в других областях, я бы предположил что он типичный боевой маг. Ему не тягаться со мной в искусстве творения заклинаний, при этом, у меня нет шансов против него вот в таком поединке. Хотя, может через пару лет, я смог бы что ни будь ему противопоставить, что скажешь?
– Вряд ли, – ответил Заедил. – В последнее время, он развивается только в этом направлении.
Лешарп удивленно, промолчал.
– Это потому, что он ограниченный, – продолжал Заедил. – Если бы он захотел, то мог бы достичь большего, но он почему-то перестал видеть в этом большую необходимость. Как будто в предметах, закончились интересуемые его объекты.
– Странно, – вновь подивился Лешарп. – Я, почему-то думал, что он как-то проявит себя, в будущем.
– Мне кажется, он стал жертвой, навязанного ограничения, – философски предположил Заедил. – Его, все время, загружают работой с молодыми воспитанниками, тем самым, полностью лишив его возможности, развиваться дальше. Я бы, дал ему возможность расти дальше, особенно учитывая то, что с его обязанностями легко справится любой воспитанник из старшей группы.
– Я не согласен с тобой, Заедил. Мастер Талмар обладает качествами, которые не знакомы ученикам с верхних уровней. В его обучающей программе присутствуют такие элементы, которые позволяют воспитать в учениках качества, которыми дожжен обладать каждый чародей.
– Ты, я надеюсь, не о доброте говоришь? – осторожно поинтересовался Заедил.
– Хотя бы о ней, – ответил тот.
– Это не то качество, которым обладают чародеи, друг мой.
– Разве не они вырастили тебя под своей крышей и открыли в тебе скрытый потенциал?
– Полагаю не без причины, – кривя лицо, ответил Заедил. – Они вложили в меня знания, лишь потому, что это нужно было им, а не мне. Я их об этом не просил, да меня и не спрашивали. Мы не помним своей жизни вне замка, и не знаем своих родителей.
– И, тем не менее, они старались и …
– Лешарп, – перебил его Заедил. – Мне тоже знакомо это снисходительное чувство, которое ты испытываешь, и я не раз сам подвергался его искушению. Однако чародеи проявляют подобное снисхождение только к себе подобным. Маги добры только к нам, Лешарп, а по отношению к населению этого острова, они не являются таковыми.
– Ты не первый кто говорит мне об этом, – немного поразмыслив над его ответом, сказал Лешарп.
– Начнем? – вставая в боевую стойку, спросил Заедил.
– Начинай, – довольно ответил Лешарп.
И два юноши сошлись в тренировочной схватке, которая со стороны, очень сильно напоминала причудливый танец, двух акробатов, то и дело пытающихся нанести друг другу сокрушительный удар. Они оба смотрелись одинаково грациозно. В них одновременно сочетались легкость и грация, и в то же время резкость, стойкость и уверенность. Оба молодых, сильных бойца, то хватались друг за друга, пытаясь произвести бросок, то вновь расходились и начинали наносить удары.
– Ты очень быстр, – с уважением сказал Лешарп, когда они остановились передохнуть.
– Стараюсь, – ответил Заедил, и они вновь сошлись в поединке.
Они практиковали весь вечер, делая небольшие передышки, что бы утереть пот, что так обильно, капал с их тел, на каменистую землю. Наконец один из них, стал, заметно, терять силы, или как чародеи говорят «терять контроль над своим телом», и как не удивительно, им оказался Лешарп. Заедил дотянулся до него, и смог несколько раз беспрепятственно произвести два удара по корпусу и наметить одни по лицу.
Проведя ряд атак, Лешарп сделал несколько попыток отыграть у своего соперника пару очков, но Заедил не дал ему такой возможности.
– Ты не успеваешь, – серьезно заметил он. – И откровенно говоря, мне становится не интересно.
– Тогда дай мне хороший совет, – предложил Лешарп.
– Мне ли давать тебе советы, а впрочем…– Заедил оценивающе посмотрел на стойку Лешарпа и сказал: – Улыбнись, расслабься.
– Что? – не понял молодой маг.
– Улыбнись, Лешарп. Ты слишком серьезен. Добавь в свои движения немного радости и свободы, не дерись так, словно повторяешь движения с картинки. Импровизируй и делай это с удовольствием. Так ты будешь растрачивать меньше энергии.
Какое-то время Лешарп размышлял над сказанным, а потом, натянув улыбку на свое серьезное лицо, пошел в атаку.
В этот раз, он ощутил, какую-то свободу, в своих действиях, какую не ощущал никогда, раньше. Улыбка и в самом деле дала хорошие результаты. Парируя несколько атак, он снес Заедила с ног, попав всего один раз.
– Превосходно! – похлопал ему Заедил, поднимаясь на ноги. – Ты чувствуешь, как легко тебе сразу стало?
– Чувствую, – ответил Лешарп. – Ты сильно преуспел в этих практиках, Заедил.
– А вот ты смог многое позабыть.
– В старших группах не практикуют боевые искусства, – с досадой пожаловался Лешарп. – Сегодня я впервые за долгие годы, сошелся в тренировочном поединке, и должен признать, не жалею об этом.
– Если хочешь, я помогу тебе вспомнить все то, что ты забыл и научу всему, что сам открыл в результате частых практик.
– Я был бы тебе признателен за это.
– Продолжим? – вновь предложил Заедил.
Они занимались еще, какое-то время, и прекратили лишь тогда, когда силы стали покидать обоих. В завершении они поднялись на самый пик вершины и стали медитировать. После этого они вернулись в Замок и разошлись по своим этажам.
– Спасибо за ценные наставления, – поблагодарил его Лешарп, перед уходом.
– Не стоит, друг мой, – по-отечески ответил Заедил. – Я никогда не был жаден на знания, а потому и решился обучать людей.
– Это серьезное дело, – заметил Лешарп. – Как бы нас не поймали.
– Не говори некому, – посоветовал на прощанье Заедил. – Помни о том, что у тебя здесь очень много недоброжелателей, которые поспешат донести на тебя, при первой же возможности.
10. Урок 1-й
На следующий день, Лешарп вновь увиделся с Заедилом. Целью их встречи являлась та идея, которую они решили воплотить в жизнь, – открыть обыкновенному человеку без чародейских способностей, тайны мироздания, коими владеют правители этого острова.
– Ребенок?
– А что тебя удивляет? – спросил Заедил. – Согласись, что на ребенка воздействовать куда проще, нежели на взрослого человека. Нас-то детьми обучали.
– Возможно, ты прав, – неуверенно ответил Лешарп, – Но не возникнут ли от этого проблемы?
– Например?
– Ребенок может не оценить всей степени серьезности того, то мы делаем, и проболтаться.
– Не проболтается, – уверено ответил Заедил. – Особенно если будет знать правду о том, что ему за это будет.
Лешарп еще раз посмотрел на мальчика, сидящего на сухом пеньке, в чаще леса.
– В таком случае, приступим.
– Первое что ты должен научиться делать, – начал объяснять Заедил – Это повысить свою чувствительность. Начнем мы с такого чувства как обоняние. Проснувшись завтра утром, начни принюхиваться к запахам, что тебя окружают. Понимаешь, о чем я тебе толкую?
Ребенок вразумительно кивнул.
– Сначала улучшай свой нюх, ясно? Твоя задача запомнить, как, что пахнет, и понять, что ты чувствуешь, принюхиваясь, к тому, или иному предмету. Запоминай свои ощущения, а если не можешь то записывай. Понял?
Мальчик вновь кивнул.
– Разве он умеет писать? – удивился Лешарп.
– Я научил его грамоте в прошлом году, – ответил Заедил. – Неужели ты думаешь, что я недавно познакомился с этим мальчиком.
– Как тебя зовут? – спросил Лешарп.
– Даниус, ваша милость, – спокойно ответил парнишка.
– Я не «ваша милость» – поправил его Лешарп.
– Это твой новый наставник, – пояснил ребенку, Заедил. – Вместе мы будем обучать тебя тому, что сами умеем. Твоя задача, Даниус, никому не рассказывать о том, что ты знаком с нами, и о том, чему мы тебя учим. Если ты расскажешь об этом, чародеи убьют всех в твоем поселении. Меня и Лешарпа, тоже убьют. Я хочу, что бы ты понимал, всю серьезность того, что я тебе сей час говорю. Ты ведь не хочешь, что бы нас убили, правда?
– Я никому не скажу, – насупившись, ответил мальчик.
– Какой смышленый парень, – не переставал удивляться Лешарп. – Откуда ты его нашел?
– В позапрошлом году одна молодая семья чем-то разгневала наше руководство, и его родителей, сам понимаешь, умертвили. Парня бросили на старую бабку, но и та через два дня умерла. Он сирота, и кроме меня ему некому было помочь. Я приносил ему еду, вернее сказать, говорил, где я ее оставляю, а он ее забирал.
– К чему такая скрытность?
– Я подумал, что деревенским незачем, знать, что он находится под моим покровительством. В конце концов, это могло дойти до архимага, и тем вызвать его интерес к моей персоне.
– А тебе этого не хочется?
– Чего? – не понял Заедил. – Внимания архимага? – Молодой чародей только рассмеялся. – Нет уж, спасибо. Я к счастью не испытываю такой потребности.
– Почему?
– Потому что быть его учеником, означает находиться под его постоянным контролем, а это сам понимаешь, ограничивает меня в моих научных исследованиях. Ты сам это можешь делать, только потому, что Талимир тебя очень сильно ценит, и не может тебя контролировать.
– Напрасно ты так думаешь, – попытался разубедить его Лешарп. – В нашей группе каждый волен делать все что захочет, лишь бы это пагубно не отражалось на учебе. Просто я не являюсь тем, кто рискует отстать от остальных, и потому трачу свое время на прогулки, и вот такие вот исследования.
– И все же, я считаю, что ему трудно тебя контролировать, при твоих умениях – ответил Заедил. – А большинство наставников, мало того, что завидуют тебе Лешарп, они тебя боятся.
– А чего меня бояться то? Я же ни разу не выразил к ним свое неуважение? Послушно посещаю обязательные занятия…
– Твои познания выше, чем у большинства из них, при том, что ты всех их младше, и не на один год, – объяснил Заедил. – У тебя больше всех шансов, стать наследником архимага, и потому, все они будут мешать твоему спокойному существованию.
– В таком случае, – продолжил его мысль Лешарп. – Нам с тобой тоже следует держать наше общение в тайне, ведь они могут начать задавать вопросы, о том, куда мы постоянно отлучаемся.
– Правильно мыслишь, – похвалил его Заедил. – Вернемся к нашему ученику. Ему, – он указал на Лешарпа, – ты можешь верить, так же как и мне, ясно?
Парень оценивающе посмотрел на своего нового учителя, кивнул, и спросил:
– А как его зовут?
– Меня зовут Лешарпом, Даниус. Теперь мы вместе будем заниматься твоим развитием.
Мальчик еще раз вразумительно кивнул, и повторил:
– Лешарп.
– Приступим к занятиям, – продолжал Заедил. – Первое, что тебе нужно научиться делать, это научиться, правильно расслаблять сове тело. Для этого тебе потребуется освоить некоторые дыхательные упражнения.
Мальчик внимательно слушал, что ему рассказывают, спрашивал, когда что-то не понимал, и старался ни на что не отвлекаться. Когда чародеи объяснили ему технику дыхательных упражнений, он сразу приступил к их выполнению. Убедившись, что он делает все правильно, Заедил продолжал:
– Теперь, когда ты умеешь правильно дышать, давай научимся правильно расслабляться.
И они объяснили ему, что он должен представить свое тело, целиком или частями, – не важно, главное ощутить, тот участок тела, на котором сконцентрировано внимание.
– Посмотри внимательно на свою руку, – предложил Лешарп. – Хорошенько разгляди её со всех сторон, заметь её особенности, направление линий на ладони. А теперь закрой глаза, и представь её, так, словно смотришь на неё. Чувствуешь?
– Я чувствую, как она пульсирует, – проговорил мальчик с закрытыми глазами. – Да, я чувствую её.
– Теперь так же представь всё своё тело, и почувствуй его всё, целиком, а когда почувствуешь, просто дай ему команду, что бы оно расслабилось, и почувствуй, как оно расслабляется.
Мальчик начал выполнять, то о чем его попросили, но через некоторое время, задремал и они услышали ровное сопение, доносившееся с его стороны.
– Судя по всему, расслабляться он научился, – констатировал Лешарп. – И надо заметить, достаточно быстро. Это конечно замечательно, но пора бы его разбудить.
Однако будить Даниуса не пришлось, он, словно, услышал их голос сквозь сон, тут же открыл глаза, принял ровную осанку, и широко зевнул.
– Спать хочется? – спросил Заедил.
Парень кивнул, потирая сонные глаза.
– Нужно взбодриться, – улыбаясь, сказал Лешарп. – Давай я покажу тебе одно упражнение, которое поможет тебе находиться в состоянии бодрствования.
Он лег на землю лицом вниз, упер в неё руки на уровни груди, напряг все свое тело, и приподнялся, разгибая локти, таким образом, что земли касались только ладони и мыски, после чего медленно опустился, касаясь грудью земли.
– Движение вверх, нужно делать резко и на выдохе, – объяснил он. – А опускаться нужно медленно, при этом делая вдох.
Даниус попробовал повторить, и у него сразу получилось.
– Делай до тех пор, пока не вспотеешь, – рекомендовал новый учитель. – Только не торопись, главное сделать не много, а правильно и медленно. Это упражнение, придаст твоему телу нужную крепость. Чародей, должен быть развит, как умственно, так и физически.
– Я бы сказал, что так должен быть развит каждый человек, – заметил ему Заедил. – Раз у людей есть мозги и мышцы значит, они им необходимы, потому что природа не наделяет никого ничем лишним. А раз так, значит, такие дары нужно ценить и развивать. Пренебрежение ими, – преступление против самой природы. Так что я всем рекомендую не грешить, развивать свой потенциал, и выявлять, чем тебя наградила природа. Потому как если себя не познаешь, не познаешь и то, что вокруг тебя. А без этого чародеем быть невозможно.
Через некоторое время, мальчик был готов продолжить занятия.
– А теперь, – продолжил Заедил. – Я буду учить тебя анализировать свои чувства. Ты просто сядь, как сидел до этого, и начинай дышать, как я тебя научил, только теперь думай о дыхании, и контролируй себя, чтобы не уснуть. Постарайся понять, что ты чувствуешь, дать оценку. Подует ветер, или припечет солнце, – ты должен будешь сконцентрироваться на этих ощущениях. Не торопись, не спеши, научись быть внимательным к своим ощущениям. Все понял?
Паренек опять молча кивнул, и приступил к выполнению.
Через четверть часа он встал с сухого пня, и, достав кусок пергамента, из кармана, принялся писать на нем что-то кусочком угля.
– Не лучше ли предоставить ему чернила? – предложил Лешарп.
– Не лучше, – коротко ответил Заедил. – Он запишет и запомнит, а потом сотрет, что бы больше никто не смог прочесть. Мы так уже делали, он так память тренирует. Никто из его деревни не знает, что он умеет писать или читать. Они считают его слабоумным, и общаются с ним с осторожностью.