Оборотень, сними погоны!

– Ставлю сто к одному, что палили именно с чердака, – уверенно заявил Стас.

– Поддерживаю, да и характер пулевых отверстий скорее указывает на снайперские выстрелы, чем на мочилово в упор, впрочем, это еще должны подтвердить эксперты. Давай поговорим вон с тем бравым подполковником, узнаем, что он нарыл на данный момент, а то уж больно сильно копытом бил о землю. Может, и скажет что интересное.

Они подошли к Климову, когда он по телефону давал описание какого-то автомобиля.

– Джип, предположительно «Тойота-Лендкрузер», серебристо-серого цвета, окна тонированные. Да, хорошо, пока все.

– О чем это ты, Климов, что за джип? – поинтересовался Стас.

– По предварительным данным, покойничка расстреляли из проезжающей мимо машины, это видел прохожий, – ответил Климов.

– Он что, видел, как из машины стреляли? – удивился Гуров.

– Нет, он шел по другой стороне улицы и собирался переходить дорогу, в этот момент джип и проехал мимо, довольно медленно. Одновременно началась стрельба. Откуда стреляли, свидетель не видел, но после того как машина проехала, на другой стороне улицы уже лежал человек.

– Джип – дорогая иномарка, и вдруг ее светят на мокрухе, – с сомнением произнес Гуров. – Ну, разве что украденная, или номера съемные.

– Слушай, подполковник, а ты вон тот чердак-то не обыскивал? – спросил Крячко, кивнув на темные окна на крыше дома напротив. – Оттуда ведь тоже стрелять можно, смотри, ни одного стекла в трех окнах, и площадка перед рестораном оттуда видна почти как на ладони.

– Пока там не смотрели, – ответил Климов. – Отрабатывали версию с автомашиной. Но сейчас я пошлю туда людей.

– Пошли вместе сходим, – предложил Гуров Стасу. – Возьмем экспертов, и дай нам парочку твоих ребят из отделения, чтобы жильцы не беспокоились, – попросил он подполковника.

Спустя пять минут Гуров и Крячко в сопровождении экспертов и двух сержантов уже подошли к чердаку. Дверь, ведущая туда, оказалась незапертой.

Едва поднявшись на чердак, Стас шумно втянул воздух ноздрями и произнес:

– Похоже, мы с тобой не ошиблись. Чувствую запах пороховых газов, слабый, но все же ощутимый. Давай искать ствол, из которого стреляли, и отработанные гильзы.

Один из экспертов-криминалистов, которого хорошо знал Гуров, Андрей Лукошин, подойдя к среднему окну, заявил, обращаясь к Гурову:

– Именно здесь, Лев Иванович, наиболее сильный запах. Видимо, отсюда и вели огонь. Но вот оружия я пока не наблюдаю.

– Значит, с собой забрали, – заявил Стас. – Но на кой черт это им нужно? В таких случаях оружие обычно бросают. Пальнул и оставил ствол на месте. Зачем тащить его с собой, рискуя нарваться на патруль? К тому же стреляли наверняка не из пистолета, а из автомата, а это вещь габаритная.

– Не знаю, – задумчиво ответил Гуров, пробегая лучом фонарика по полу чердака. – Но свои резоны у них, наверное, были. Я даже гильз стреляных не вижу, тоже с собой унесли. Чисто сработано, ничего не скажешь.

В этот момент Лукошин, ползающий на корточках по полу рядом с окном, вдруг, приподняв что-то с пола пинцетом, тихо воскликнул:

– Ну, не совсем чисто, один маленький прокол они все же допустили. Я нашел гильзу от «калаша».

– Где она была?

– Вот здесь, под стропилиной валялась, а вот тут, на слое пыли отпечатался свежий след от сумки. Дно у нее жесткое и довольно большое, размер достаточный, чтобы поместить автомат Калашникова со сложенным прикладом.

– Ну вот, уже что-то у нас в активе есть, – заметил Гуров. – Кинолога надо пригласить, пусть прогуляется с собачкой по следу. Наверное, это мало что даст, но хоть будем знать, как он ушел и где его подобрала машина. Может, кто и видел киллера в этот момент. Если так, то попробуем составить описание.

– Эта работа для вас, ребята, – Крячко обратился к двум сержантам, спокойно стоящим в сторонке. – Пройдитесь по подъезду и поговорите с жильцами. Вопросы стандартные: кто что видел и слышал. Выполняйте.

Гуров и Крячко оставили криминалистов работать на чердаке, а сами вернулись на улицу, к входу в ресторан.

– Отменяй поиск джипа, – сказал Крячко Климову. – Стреляли не из него, снайпер сидел на чердаке.

– Что, и оружие нашли? – спросил подполковник.

– Чего нет, того нет, – развел руками Стас. – Автомат киллер с собой прихватил, вместе с гильзами.

– А как же вы тогда определили?

– Мы, как старые ищейки – по запаху, – усмехнулся Стас. – Одну гильзу он нам все-таки оставил.

– Пошли в ресторан, побеседуем с его работниками, – скомандовал Гуров и направился к входной двери. – Выяснили, чей это ресторан? – спросил он подполковника.

– Кто числится по бумагам, я не знаю, – ответил Климов. – Но настоящим владельцем этого заведения является некто Земцов Алексей Гаврилович, известный в криминальных кругах человек, авторитет, так сказать.

Они вошли в зал ресторана, который почти опустел к этому времени, и кроме обслуживающего персонала там больше никто не присутствовал.

Гуров огляделся по сторонам и спросил у стоящего рядом метрдотеля:

– В зале ведется видеосъемка?

– Нет, у нас солидные клиенты, они не любят, чтобы их лишний раз засвечивали. В ресторане проходят деловые переговоры, случаются и совершенно интимные встречи. Сами понимаете, мы не желаем рисковать своей репутацией.

– И жертвуете своей безопасностью, – продолжил за него Гуров. – Неужели думаете, что я поверю в эту чушь? Где и с кем встречался убитый в вашем заведении?

– В малом зале, – ответил администратор. – Там у него была назначена встреча с нашим постоянным клиентом.

– Фамилия у клиента есть? Только не говорите мне, что в вип-зал вы пускаете малознакомых людей, – напирал на метрдотеля Гуров.

– Имя клиента Земцов Алексей Гаврилович, – после секундного колебания ответил сотрудник ресторана. – Они просидели за ужином около двух часов и разошлись почти одновременно.

– Земцов тоже вышел через центральный вход или воспользовался служебным? – задал следующий вопрос Гуров.

– Для Алексея Гавриловича мы делаем исключение. Машина ожидает его во дворе ресторана, – с почтением заявил метрдотель.

Гуров зашел в малый зал и, осмотревшись там, почти сразу же вышел. Он подозвал к себе Стаса, Климова, приехавшего представителя прокуратуры и заговорил:

– На этот час мы имеем следующее. Винченко прибыл в ресторан на встречу с Земцовым и беседовал с ним около двух часов, после разговора, о содержании которого мы ничего не знаем, оба почти одновременно разошлись. Я уверен, что если это вотчина Земцова, то здесь присутствуют камеры наблюдения, по крайней мере в малом зале. Зяма там ведет переговоры. Надо прислать сюда ребят из технического отдела, пусть осмотрят помещение на предмет скрытой съемки и звукозаписи.

– Зяму надо брать как можно скорее и допрашивать по полной программе, – заявил Крячко. – Ну что, прокуратура, даешь санкцию на арест?

– Ну, арест – это, наверное, преждевременно. Никаких доказательств причастности Земцова к убийству Винченко пока нет, но задержать его до выяснения обстоятельств – это реально, – последовал ответ прокурора. – Статья, по которой я возбуждаю уголовное дело, серьезная, так что можете действовать решительнее. Что касается обыска в ресторане, то лучше все же договориться с хозяевами, все-таки это частная собственность.

– Я договорюсь с ними, – уверенно пообещал Климов. – Что касается Земцова, то я уже дал своим команду прошерстить все места, где он появляется. Мы его из-под земли достанем, живого или мертвого.

– Доставайте, только живого, – предостерег Гуров. – Но на всякий случай подключите РУБОП, у них тоже кое-что есть на этого гражданина, могут помочь.

Закончив разговор, Гуров направился к выходу из ресторана. На улице криминалисты заканчивали работу с трупом Винченко. Все необходимые фотоснимки места происшествия были сделаны, и один из экспертов обыскивал труп, извлекая из карманов личные вещи.

Гуров остановился и спросил у эксперта:

– У него должен быть мобильный телефон, вы его нашли?

– Да, вот он, – эксперт передал Гурову мобильник убитого.

– А что было в кейсе? – снова спросил Гуров. – Где он сейчас?

– Его мои люди взяли, ну, чтобы не валялся на дороге, – поспешил пояснить Климов. – Он у меня в машине лежит, сейчас принесут.

– Опись содержимого сделайте и мне завтра передайте, а мобильник я с собой заберу. Посмотрим, с кем контактировал Николай в последнее время. Когда закончите тут работать, сообщите мне.

Генерал Орлов, обычно бодрый и энергичный по утрам, сегодня выглядел хмурым и уставшим. Он молча приподнялся из-за стола, пожал руки Гурову и Крячко, буркнул что-то про доброе утро и, кивнув обоим на стулья, сказал:

– Дело Винченко передано нам, вести расследование поручено вашей группе. С отчетами лично ко мне каждый день, оперативная связь круглосуточно. Вопросы есть?

– Есть, Петр Николаевич, – Гуров посмотрел на генерала и спросил: – Почему это поручено именно нам? Как я понимаю, это ваша инициатива?

– Тебе-то не все равно, Лева, чем заниматься? Это такая же работа, как и любая прочая, – поморщился Орлов.

– Когда знаешь истинные мотивы и подспудные течения, легче ориентироваться в следственном процессе, – усмехнулся в ответ Гуров.

– Твое дело, Лева, найти истинные мотивы преступления, определить, кто его совершил, и обо все этом доложить мне, а подводные течения пусть тебя не волнуют, – сурово произнес генерал. – Полковник Винченко был одним из лучших сотрудников, долгие годы проработавшим здесь, в Главном управлении, и я считаю, что именно мы должны выяснить, кому понадобилось его убивать. После ухода из органов он работал на влиятельных и известных людей. Поэтому надо действовать особенно осторожно. Еще есть вопросы?

– Нет, товарищ генерал, – поспешил ответить за обоих Стас.

– Зато у меня есть о чем вас спросить, – заявил Орлов. – По какому поводу Винченко вчера посещал вас на рабочем месте?

– Эх, ментура! Ну и стукачье у нас здесь окопалось! – слегка стукнув кулаком по столу, возмутился Крячко. – Шага сделать нельзя, чтобы не донесли.

– Стас! – рявкнул на него Орлов, заставив Крячко замолкнуть.

– Товарищ генерал, – официально произнес Гуров. – Вчера у нас в рабочем кабинете состоялось распитие небольшой дозы армянского коньяка в составе трех человек, личности которых вам известны. Процесс приема горячительного напитка сопровождался воспоминаниями о лихой молодости и рассказами о делах настоящих. Застолье длилось недолго, так как я вскоре был арестован собственной женой и отбыл с ней на концерт, после которого вы и вызвали меня звонком на мобильник.

– А эти ваши стукачи даже информацию подать не могут нормально, сырую туфту вам подкидывают, а вы ей верите, – не унимался Стас.

– Хватит! Все, – хлопнул ладонью по столу Орлов и, посмотрев на Гурова уже спокойно, продолжил: – Если это все, то вам надо выяснить, к кому еще Винченко приходил к главк и главное – зачем. Ну, не коньяк же, в самом деле, он приехал сюда пить.

– Выясним, – пообещал Гуров.

– Теперь докладывайте, что удалось узнать на этот момент по убийству, – генерал сложил руки на столе и приготовился слушать.

– Пока не много, – ответил Гуров. – Стрелял снайпер с чердака дома напротив ресторана, отстрелявшись, ушел через двор на улицу Милешина, Там его, по всей видимости, подобрала машина, поскольку собака, взяв след на чердаке, потеряла его на улице Милешина. Одна жительница, возвращавшаяся домой, видела белые «Жигули» и садящегося в них человека приблизительно в то же время, когда произошло убийство. Но ни модель машины, ни ее номера она не может вспомнить и лицо человека описать не в состоянии, так как он был в капюшоне. Все, что мы знаем о предполагаемом киллере – среднего роста, худощав, одет был в темную куртку с капюшоном.

– Можно сказать, ничего не знаем, – подтвердил Крячко. – Он оставил единственный след – это гильза. Оружие он унес с собой. Работники ресторана подтвердили, что Винченко встречался с Земцовым, но суть разговора пока не выяснили. Место встречи оборудовано камерами наблюдения и пишущей аппаратурой, но записи найти не удалось.

– Если запись велась, что вероятно, то Земцов забрал с собой кассету, поскольку в специальной комнате, где стоит аппаратура, нам ничего обнаружить не удалось. В компьютере, на который ведется запись со всех камер, установленных в ресторане, файлы вчерашнего дня отсутствуют, – пояснил Гуров.

– Шустрый деятель этот Земцов, – задумчиво произнес Орлов. – А что вообще по нему известно?

Гуров раскрыл лежащую перед ним папку и, бегая глазами по тексту, начал рассказывать:

– Земцов Алексей Гаврилович, клички Зяма, Земец. Две судимости, по оперативным данным, один из лидеров таганского преступного сообщества. Его группировка самостоятельная и, по некоторым данным, контролирует вокзалы, рынки, ночные клубы и так далее. В общем, обычный набор. Он в какой-то степени легализовался за последние годы, вложив деньги в промышленный и торговый бизнес. Совладелец машиностроительной корпорации.

– Что-то, как и все, легализовал, а что-то припрятал поглубже, – высказал предположение Крячко. – Чтобы мы сильно не подкапывались.

– Ну, как и многие из братвы, кто поумней, – продолжил Гуров. – Так вот, по оперативным данным, из того, что поглубже припрятано, за Земцом числится и рэкет, и проституция, и наркота. И теперь самый главный вопрос: как такой человек мог быть связан с Винченко и его хозяевами из фирмы «Росфинпром»?

– Вот идите и выясняйте это, – хмуро скомандовал Орлов.

– Легко сказать, Петр Николаевич, – не унимался Гуров. – Здесь не все так просто. Господин Покровский, один из совладельцев фирмы, депутат Госдумы, например. Господин Григорян, второй совладелец, тоже человек известный, и подступиться к ним ой как не просто.

– Ты официально ведешь следствие, Лева, у тебя полномочия, – начал терять терпение Орлов. – Иди и работай… А если возникнут проблемы, то звони мне.

– Куда мы сейчас? – спросил у Гурова Стас, когда оба вышли из кабинета.

– Я на второй этаж схожу ненадолго, – ответил Гуров, направляясь по коридору к лестнице.

– К Борисову, что ли? – усмехнулся Стас.

– Как ты догадался, что к нему заходил Николай? – не оборачиваясь и не останавливаясь, спросил Гуров.

– Ну, если честно, то я с утра переговорил с уборщицей Тоней, она и видела, как вчера вечером Винченко и Борисов выходили вместе из кабинета.

– Тонкая аналитическая работа, ничего не скажешь, – усмехнулся Гуров. – А я вот пошел более длинным путем, просмотрел телефонные звонки на мобильнике Винченко и пробил их по базе.

– Все-таки мы с тобой выдающиеся аналитики, – улыбнулся довольный Крячко.

– Слушай, ты, аналитик хренов, – Гуров неожиданно остановился у лестницы. – Пошел бы ты поработал хоть немного, применил, так сказать, свои способности на пользу общества.

– А что делать-то? – пожал плечами Стас. – Ты мне ничего не поручал.

– А то ты сам не знаешь, – напирал Гуров. – Гильзой займись, гильзой. Это пока единственная интересная ниточка.

– По гильзе эксперты работают, я-то им чем помогу?

– Пинком хорошим, это ты умеешь делать. Пусть поторопятся с баллистической экспертизой. Что-то мне подсказывает, что из этой гильзы мы сможем извлечь много полезного для нас.

– Ну ладно, – сказал Крячко. – Пойду узнаю, оправдано ли твое предчувствие.

Гуров, уже спускаясь по лестнице, набрал по мобильному номер и произнес:

– Вадим, это Гуров тебя беспокоит. Мне с тобой переговорить надо, давай у курилки через пару минут встретимся. Хорошо, договорились.

Курилкой называли место у окна, в конце коридора, рядом с туалетом. Курение здесь начальство не приветствовало, но для приватного разговора это место хорошо подходило. Когда Гуров появился, Вадим Борисов, капитан из технического отдела, уже прохаживался у окна и курил, стряхивая пепел в жестяную банку из-под пива, видимо принесенную с собой.

– Здравствуйте, Лев Иванович, – еще раз поздоровался Вадим. – Признаюсь, я ждал вашего звонка или даже вызова на беседу. Все, что случилось с Николаем Васильевичем, это просто из ряда вон.

Борисов явно был в смятении. Худой, светловолосый, он выглядел моложе своих тридцати семи лет и давно уже считался в главке молодым и перспективным сотрудником. Однако перспективы карьерного роста все оставались перспективами. Ни присвоение очередного звания, ни повышение по службе пока не состоялось. И сейчас Вадим явно переживал, что разговор с Гуровым еще сильнее отсрочит его карьерный рост.

Но Гуров счел нужным сразу успокоить капитана:

– Не переживай, Вадим. Как ты заметил, я ведь тебя не на допрос вызвал и никаких обвинений предъявлять не собираюсь. Мне просто нужна информация о полковнике Винченко, а точнее, те оперативные разработки, которыми он у тебя интересовался.

– Я понял, что вы меня быстро вычислите, когда узнал, что вас назначили вести дело по этому убийству, – тяжело вздохнув, произнес Борисов. – Вы же были с ним друзья, Орлов знал, что вы рогом землю рыть будете, чтобы отомстить за него. Черт, а мне только что представление на майора отправили.

– Вот что, Вадик, кончай этот щенячий скулеж, – Гуров начал терять терпение. – Да, я сделаю все, что могу, чтобы найти виновных, да, Коля был хороший мент и мой друг, но и у тебя с ним были дружеские отношения, и тебе есть все резоны помочь мне в этом деле. За себя не беспокойся, ваши с ним дела меня не волнуют и стучать на тебя я не буду. Мне нужны концы, понимаешь, нити, за которые я мог бы потянуть.

– Я все понял, – закивал Борисов. – Но я и на самом деле не многое знаю. Винченко иногда заходил ко мне после своего увольнения с просьбами помочь.

– Какими просьбами, что ему от тебя было надо?

– Ну а что нужно бывшим ментам от своих работающих коллег? В основном информация по какому-то конкретному делу, о каком-то конкретном человеке. Я иногда помогал ему в этом, да и не один был у Николая Васильевича.

– Это понятно, – махнул рукой Гуров, не уточняя, чем именно расплачивался Винченко за услуги. – Что его интересовало в последнее время?

– Он попросил найти всю доступную мне информацию о некоторых организованных группировках. Больше всего его интересовали таганские ОПГ, их легальный и нелегальный бизнес, их связи, ну и прочая оперативная информация. Наш отдел вел прослушку по некоторым личностям и делам, которые находились в оперативной разработке.

– Зачем ему это понадобилось, он не говорил? – поинтересовался Гуров.

– Нет, не говорил, – покачал головой Борисов. – Обмолвился только, что у них на фирме случилось какое-то ЧП и ему срочно нужно порешать некоторые вопросы, но прежде чем разбираться с кем-то, сначала надо собрать максимум информации о возможных противниках.

– Возможных, – задумчиво повторил Гуров. – А кого-то конкретно он не называл?

– Больше всех он интересовался Земцовым, – ответил Вадим. – О нем у нас мало информации, но что было, то я ему передал.

– Продублируй и для меня эти материалы, – попросил Гуров. – Лучше сделать это неофициально, но если тебе нужны санкции, то они будут.

– Нет, не нужны, Лев Иванович, – поспешил заверить Борисов. – Я вам все занесу в скором времени.

– Это все, что ты можешь мне сказать по этому поводу? – спросил Гуров напоследок.

– Пожалуй, да, – растерянно пожал плечами Вадим.

– Будь впредь осторожен, Вадик, с подобными делами. В этот раз я постараюсь тебя прикрыть, – Гуров попрощался и пошел к себе в кабинет.

Крячко, держа обеими руками пистолет, внимательно рассматривал его конструктивные особенности. Нажав на защелку, он вынул магазин из рукоятки и, осмотрев, спросил:

– Это сколько же в нем патронов помещается?

– Восемнадцать, – ответил сидящий за компьютером невысокий коренастый мужчина лет пятидесяти в толстых роговых очках. Звали его Григорий Уткин, он был одним из самых опытных экспертов-баллистиков в криминалистической лаборатории главка.

– Ну надо же, сколько впихнули, – удивился Станислав, вернув обойму на место.

Он покачал оружие в руках, затем подвигал затвором, осмотрел мушку и целик, прицелился, направив оружие в потолочный угол стены, и снова произнес с удивлением:

– Смотри-ка, легкий, наверное граммов на двести легче «макарова». Предохранитель вроде бы на курке расположен, затвор тоже другой, похожий на «глоковский».

– Так оно и есть, – равнодушно подтвердил очкарик, активно работая мышкой. – Легче он за счет того, что в нем полимеров много, механизм работы в чем-то такой же, как у «глока» и «кольта 2000», а также последних моделей «беретты». Да и патрон там 9х19, «парабеллум». Короче, для продажи на Западе его и выпустили, но применяют, как видишь, уже и у нас, слава богу, пока не часто. Модель новая, малыми сериями делают.

– Ну, у нас не Америка, у нас пока в основном «калаши» да «тотоши» используют и, кстати, не жалуются. И автомат, и «ТТ» оружие надежное, недорогое, а заказчики народ экономный в основном. А то, что серии небольшие, так это хорошо – легче будет понять, откуда утечка стволов произошла, и найти виновных, – неожиданно заключил Крячко.

– Ну и славненько, – поднимаясь из-за стола, равнодушным тоном произнес Уткин. – Вот и ищите, получше ищите.

– А мы и ищем, ты нам данные даешь, и мы сразу ищем, – энергично согласился с Уткиным Стас. – Иногда даже находим.

– А они, то есть стволы, опять потом откуда-то уходят и кто-то начинает из них палить. А вы снова начинаете искать. В общем, работы и у нас и у вас хватает, пока оружие по стране гуляет целыми партиями. Положи, пожалуйста, пистолет на место, я из него еще не стрелял.

– Да, конечно, – Стас положил пистолет на стол, с которого он его взял. – А как он называется?

– Тульский завод назвал его «П-96», – сухо ответил Уткин. – Ну так чего тебе надобно, старче, от меня?

– Видишь ли, Гриша, – с иронической улыбочкой начал Крячко. – Вчера к вам на баллистику поступила гильзочка от автомата Калашникова. И меня, и наше высокое начальство очень бы расстроил ответ, в котором ты сообщил бы, что результатов экспертизы еще нет.

– Так это из-за вас, сволочей, я с самого утра здесь торчу и пашу как проклятый? Генерал Орлов позвонил мне сегодня ночью, – в спокойной речи Уткина уже не чувствовалось иронии, но проглядывали нотки раздражения.

– Прости нас, Гриша. Мы-то сами, кстати, ночью и закончили работать, – растянул губы в улыбке Крячко. – Ну так как, обрадуешь меня?

– Ну конечно, заключение готово, – снова меланхолично произнес эксперт.

– Ну и что?.. – насторожился Стас.

– Должен сказать тебе, что из этого ствола никогда раньше по людям не стреляли, – заявил Уткин. – Вероятно, вчера это случилось впервые.

– Да-а, – протянул разочарованно Стас. – Снова не повезло. А вот полковник Гуров считает, что эта гильза – перспективный след в разгадке этого преступления, – Крячко произнес последнюю фразу с грузинским акцентом, подняв указательный палец. – Ну что же, пойду разочарую его, результаты экспертизы нам потом пришли, а то он мне на слово-то не поверит.

Крячко уже собрался уходить, но Уткин остановил его и сказал, также пародируя вождя:

– А знаменитый нюх товарища Гурова не подвел и на этот раз.

– Не понял, – Стас резко повернулся и хмуро посмотрел на Уткина. – Ты что имеешь в виду?

– То, что из автомата этого стреляли почти два года назад, – так же спокойно ответил Уткин.

– Слушай, Гриня, ты что мне мозги пудришь! Ты же сам только что говорил, что этот ствол в убийствах не участвовал! Так какого же рожна ты мне сейчас тут заливаешь?! – Стас покраснел от злости. – Может, хватит в бирюльки играть? Говори, что там с этим стволом.

– Я и говорю, что из него киллеры не стреляли, – ответил Уткин.

– А кто из него стрелял, черт тебя подери? – тяжело вздохнул Крячко.

– Я из него стрелял, – так же спокойно ответил Григорий. – Вон в тот прибор во время проведения экспертизы.

Уткин показал пальцем на длинное приспособление, походившее по внешнему виду на вентиляционный канал, в который и производятся выстрелы из оружия во время проведения экспертизы. Внутри этого канала находилось несколько резиновых штор, гасивших полет пули.

– Как это ты? – удивленно произнес Стас. – Хочешь сказать, что это оружие уже было у тебя на экспертизе?

– Было, – подтвердил Уткин. – Пару лет назад ваши коллеги из отдела по незаконному обороту оружия прихватили где-то тайник со стволами и гранатами и попросили пробить стволы на предмет причастности к какой-нибудь пальбе. Я прострелял эти стволы и подтвердил, что они чистые. Обычно информация о чистых стволах мало кого интересует, всем нужны запаленные автоматы. Поэтому такие данные мы долго не храним. Но я ничего не удаляю, и как выясняется – правильно делаю.

– Так получается, что это оружие было уже у нас, но потом…