Оборотень, сними погоны!

– Правильно мыслите, товарищ полковник, оружие было потом продано или похищено, короче, делось куда-то и теперь опять стреляет в городе, – ободряюще кивнул Уткин.

– А кто тебе его передавал на экспертизу? – сразу поинтересовался Крячко.

– Вот тебе дискетка, Станислав, там все материалы по этой экспертизе – заводские номера стволов, фамилии оперативников, передавших оружие. Потом, если понадобится, я тебе и бумажку официальную сделаю, – последовал ответ Уткина.

– Спасибо, – рассеянно поблагодарил Крячко, беря дискету из рук эксперта. Его взгляд случайно упал на пистолет, который он только что рассматривал.

– А почему у этого «П-96» такой странный целик с прорезью? – неожиданно спросил Стас.

– Регулируется поправка на боковой ветер.

– Ну надо же, – усмехнулся Крячко. – Как будто это снайперская винтовка. У пистолета же прицельная дальность стрельбы не больше тридцати метров.

– Понты, – коротко прокомментировал Уткин.

– Да-да, – задумчиво глядя на него, согласился Стас.

Крячко вел свой «Мерседес» аккуратно и не спеша по настоянию сидевшего рядом Гурова. Выпавший ночью мокрый снег к утру был схвачен легким морозцем, и улицы Москвы превратились в большой каток, лед которого с самого утра пыталась вытравить химией спецтехника городского хозяйства. И хотя во многом это сделать удалось, но ехать на большой скорости было все же не безопасно.

К тому же Гуров не очень доверял авто Станислава. Этот монстр немецкого автопрома конца девяностых годов, усосав не одну зарплату своего хозяина, только недавно перестал чихать и дергать мотором, а также греметь и постукивать подвеской. Забрав в последний раз своего железного коня из автосервиса, Крячко не раз обращал внимание Гурова на ровный внутриутробный звук работающего двигателя и на то, с какой легкостью «мерс» преодолевает ухабы российских дорог. При этом Стас не упускал возможности заявить, что гуровский французишка «Пежо» не очень-то приспособлен для российских условий эксплуатации автомобиля.

Однако сегодня обоим было не до споров на автомобильную тематику. Крячко, внимательно следя за дорогой, рассказывал Льву о результатах своего общения с Уткиным и последующих шагах в расследовании происхождения оружия киллера.

– Ну и засранец этот Уткин, я тебе скажу, – в сердцах заявил Крячко. – Прежде чем все это мне сказать, он сначала повыеживался и мозги мне попудрил.

– Гриша, конечно, не подарок в общении, особенно если его в выходной ночью разбудить и рано утром на работу вызвать, – согласился Гуров. – Но зато спец он хороший, добросовестный и дотошный. Если бы не его пунктуальность, то мы с гильзой на этом работать и закончили бы.

– Да и с ним не сильно продвинулись, – покачал головой Крячко. – Я его дискетку потом посмотрел и с ребятами из убойного отдела побеседовал. Это Коля Кобелев из МУРа со своими ребятами тайник нашел по наводке одного из арестованных. Они повязали несколько человек из одной группировки по подозрению в убийствах. На допросе раскололи кого-то, и он рассказал про тайник со стволами в гараже. Они тайник со стволами изъяли и направили оружие на экспертизу, а потом сдали его на свой склад.

– Где оно до сих пор и хранится, – усмехнулся Гуров.

– Не совсем. История имела продолжение, – Стас не обратил внимания на шутку коллеги. – Около года назад складских ментов повязали опера из Управления собственной безопасности, взяв их на продаже якобы списанных стволов. Доказать сумели только то, на чем поймали, но ревизия показала, что на складе много чего не хватало.

– И автоматов с нашей маркировкой тоже там не нашлось, – предположил Гуров.

– Совершенно верно, – подтвердил Крячко. – Так что получается, что концы в воду. Оружие снова продали непонятно кому, а ментов со склада посадили.

– Сколько их было?

– Сроки получили двое, ну, те, кто попался на продаже – – майор и лейтенант. Майор спустя полгода погиб на зоне из-за несчастного случая. Летеха вроде как сидит на «красной» зоне в Мордовии.

– Да уж, негусто. Ниточка оказалась слишком тонкой, – констатировал Гуров. – – Мы вернемся к ней позже, а сейчас давай попробуем выяснить что-нибудь у бывших хозяев Винченко. С Покровским я сегодня созванивался, он нас ждет в офисе. С Григоряном связаться не удалось, его люди по всем телефонам отвечают, что он отсутствует.

Стас в этот момент остановил машину напротив центрального входа в особняк, принадлежащий фирме «Росфинпром». Перед машиной Крячко уже стояли припаркованные милицейский «УАЗ» и черная «Волга».

– Смотри-ка, Лева, а мы не одни хотим поговорить с сотрудниками этого заведения, – с удивлением констатировал Крячко. – Узнаю нашего неуемного подполковника Климова.

Климов и еще несколько милиционеров стояли перед входом и о чем-то оживленно разговаривали. Завидев вновь прибывших сотрудников главка, Климов бодро шагнул им навстречу.

– Добрый день, товарищи, рад вас видеть.

– Мы тоже очень по тебе соскучились, – откликнулся Стас.

– А вам-то что здесь в выходной день понадобилось? – спросил в свою очередь Гуров.

– Ну как же, ведем свое расследование. Эта контора находится в моем районе, и у нас есть информация, которая связана со вчерашним убийством вашего бывшего коллеги, – заявил подполковник.

– Нашего с тобой коллеги, – поправил его Гуров. – Так что это еще за информация? И почему ты мне вчера о ней ничего не говорил?

– Проверяли по разным источникам, – виновато поежился Климов. – Короче, наши люди подтверждают, что три дня назад во дворе этой фирмы произошел взрыв. Похоже, рванула тротиловая шашка.

– Опаньки! – удивился Крячко. – Взрыв, говоришь. А кого взорвали?

– По некоторым данным, покушались на одного из соучредителей «Росфинпрома» Покровского, но заряд был небольшой и никто особенно не пострадал.

Гуров и Крячко молча переглянулись, после чего Лев Иванович заметил:

– Похоже, это то самое происшествие, о котором говорил Винченко. А почему вы здесь стоите и не проходите в офис? – спросил он у Климова.

– А нас не пускают. Покровский через службу охраны предупредил, что без санкции на обыск даже говорить с нами не будет. Он сказал, что ждет только двух сотрудников главка, с которыми заранее договорился о встрече. Я сразу понял, о ком идет речь, и решил вас подождать.

– Ну ладно, пойдем попробуем вместе разобраться, что там у них произошло и происходит, – согласился Гуров и направился к дверям особняка.

В вестибюле офиса их встретили несколько молодых охранников в форме и невысокого роста мужчина средних лет в хорошем костюме и с рацией в руке. По выправке и манере поведения Гуров сразу отнес его к бывшим военным.

– Полковник Гуров из главка, – представился сыщик.

– Моя фамилия Панов, я начальник охраны этого здания. Меня предупреждали, что прибудут двое сотрудников милиции для встречи с Константином Сергеевичем, об остальных никаких распоряжений не поступало.

– Встретиться с господином Покровским я могу и один. Что касается остальных, то у них тут своя работа. Полковник Крячко осмотрит бумаги в рабочем кабинете Винченко, а подполковник Климов займется осмотром вашего двора.

– На это никаких распоряжений не было. Вы ставите меня в неловкое положение перед начальством, – начал было Панов, но Гуров его оборвал:

– А еще более неловкое положение у тебя перед уголовным кодексом. Статьи за сокрытие улик и противодействие органам в раскрытии преступления грозят тебе и твоему начальству большими неприятностями. Так что выбор у тебя небольшой и незавидный.

Гуров кивнул Климову, и тот со своими подчиненными направился к запасному выходу, ведущему во внутренний двор. Охранники в нерешительности посмотрели на Панова, но тот дал команду не препятствовать милиции.

– Вот и отлично, а теперь, пока я побеседую с Покровским, ты, Стас, поработай в кабинете покойного. Охрана тебя проводит.