Город ведьм

© Леонтьев А. В., 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

Каждый убийца, вероятно, чей-то хороший знакомый.

Пролог

– А еще говорят, что в городе и окрестностях действует маньяк, а власти в курсе этого, но ничего не предпринимают и скрывают правду от народа! – завершила свой монолог одна из попутчиц и победоносно посмотрела на своих собеседниц, находившихся в одном из купе поезда.

Состав уже въехал в черту областного центра и медленно тащился мимо новых разноцветных многоэтажек. До центрального вокзала оставались считаные километры.

– Да что вы говорите! – изумилась соседка по купе. – Не может этого быть! Неужели в самом делеманьяк?

Особа, которая только что сообщила эту шокирующую новость, уверенно кивнула и произнесла:

– Так оно и есть! У меня же племянник в полиции работает. И мне он рассказывал, что то в лесополосе, то в реке время от времени находят человеческие останки. Причем никогда целый труп, а всегда отрезанные конечности. И что длится этоуже много лет! И поверьте, это его рук дело, местного маньяка! Не удивлюсь, если на его совести десятки жертв. А наши власти об этом и знать ничего не хотят. И каждый раз находят объяснение для страшных сюрпризов. То, видите ли, останки какого-то бомжа, умершего естественной смертью, то это вообще кости со Старого кладбища, которое во время весеннего паводка затопило, то рука или нога несчастного, попавшего под винт теплохода…

По коридору прошла проводница, спешно собиравшая постельное белье. В соседних купе слышались веселые голоса и детский смех. Однако в этом купе царило напряженное молчание, потому как тема была неприятная.

Собеседницы в который раз покачали головами, а расположившаяся на боковой полке молодая девушка со светлыми волосами произнесла:

– А может, так оно и есть? И нечего разводить панику, рассказывая всяческие небылицы?

Дама, которая пыталась раскрыть попутчицам глаза на проделки властей, поджала губы и посмотрела на юную особу, посмевшую подвергнуть сомнению ее слова. Типичная студентка, к тому же еще, наверное, и первокурсница. В городе имелось несколько высших учебных заведений, достаточно престижных, и стоял конец августа: до начала нового учебного года оставалось около недели. Неудивительно, что многие из студиозусов постепенно возвращались с каникул или, как, вероятно, в случае с этой патлатой светловолосой особой, стекались в город.

– Никто панику и не разводит, я просто сообщаю вам важные сведения, – заявила знающая ораторша, – но если не хотите, то ничего больше рассказывать не буду…

Она явно рассчитывала на то, что прочие собеседницы – все без исключения женщины – захотят продолжения, и она поведает им о еще одном, гораздо более жутком, чем все предыдущие, эпизоде. Однако, судя по всему, дамы, из которых никто не жил постоянно в городе, были и так запуганы.

– Посуду тоже возвращаем! – раздался громовой голос проводницы, шествовавшей по коридору с ворохом грязного постельного белья в руках.

Вслед за ней появилась худая фигура заспанного молодого человека с копной рыжих волос, вероятно, тоже студента, который, судя по зубной щетке и тюбику зубной пасты в руках, явно намеревался заняться утренним туалетом.

– Туалеты уже полчаса как закрыты, – просветила его проводница. – И нет, и не просите, открывать специально для лежебок не буду. Мы уже через пятнадцать минут на вокзале будем…

– Ну пожалуйста… – попытался разжалобить ее вихрастый рыжий студент и, все еще канюча, проследовал за ней.

Дама, потчевавшая всех прочих страшилками про кошмарного городского маньяка, так и не дождавшись просьб со стороны попутчиц, произнесла:

– И говорят, что он частенько нападает на людей в тот момент, когда подвозит их на своем автомобиле! Потому что у него наверняка должен быть автомобиль! А также логово, в котором он расчленяет несчастных. Потому как за исключением конечностей, которые он потом специально подбрасывает то в лесополосу, то в реку, никаких следов пропавших не находят. Ни черепка, ни косточки!

– Господи, – ужаснулась одна из попутчиц, пожилая женщина, – что же он с телами тогда делает?

– Не исключено,съедает! – сказала светловолосая студентка с боковушки, которая, судя по веселому выражению лица, не воспринимала всерьез городские байки. Или делала вид, что не воспринимает всерьез…

Женщины дернулись, а старожилка, та самая, которая держала нить повествования в своих руках, зловещим тоном заметила:

– Это вполне вероятно! Да-да, наш маньяк вполне может быть каннибалом! Или он может делать с телами своих жертв ещенечто гораздо более ужасное!

– А что именно? – поинтересовалась одна из собеседниц, женщина помоложе.

Рассказчица явно гордилось мифическим маньяком и его кошмарными деяниями, и ей доставляло большое удовольствие наводить страху на попутчиц. Только вот светловолосая студенточка никак не хотела пугаться, а относилась к ее словам с явной иронией.

– Может, у него дома, в подземном бункере, своего рода музей, экспонатами которого служат тела его жертв, – предположила она ироническим тоном. – Или он занимается тем, что продает мясо на рынке –человеческое мясо! Под видом говядины или свинины, конечно. Так что на вашем месте я не стала бы покупать на рынке мясную продукцию. Как хорошо, что я сама вегетарианка!

– Я же сказала, что туалет не открою! – раздавался поблизости бас проводницы. – Раньше надо вставать, молодой человек! Кстати, вы в вагоне единственный, кто не удосужился до сих пор сдать постельное белье…

– А если я сейчас сдам, то вы откроете? На три минуточки? – канючил студент.

Поезд остановился около въезда на железнодорожный мост, пересекавший большую реку.

– На вашем месте я не стала бы иронизировать, – парировала рассказчица. – Потому что, по словам моего племянника, жертвами зачастую становятся студенты. Точнее,студентки. Ну и парни-студенты тоже – в этом-то и суть! Если бы исчезали только девушки, то давно бы возникла паника. А так как исчезают и молодые люди, то во многих случаях исходят из того, что они просто покинули город, переехали, перевелись в другой город…

– Нетипично для маньяков, – произнесла светловолосая студентка, явно получавшая удовольствие от полемики с рассказчицей. – Обычно они специализируются по одному полу. Хотя, конечно, не всегда…

Рассказчица не без злости заметила, что взгляды попутчиц устремились на эту молодую пигалицу.Что за безобразие! И что она, эта белобрысая особа, о себе возомнила? У рассказчицы она вызывала неприязнь – и своей нагловатой манерой поведения, и внешностью. Эти светлые патлы, собранные местами в косички, этот странный, похожий на лохмотья, хотя явно дорогой наряд, и необычный макияж, и пирсинг в брови, главное, яркие ногти – как на руках, так и на ногах, – какой-то ядовитый колер с замысловатым орнаментом. И, венец всему, броское украшение вокруг щиколотки – золотая цепочка с множеством брелоков. Причем брелоки были какие-то необычные. Господи, да ведь это крошечные ухмыляющиеся черепа! Вот ведь безвкусица и распущенность!

Подобный стиль рассказчица не одобряла и никогда бы не позволила собственной дочери так одеваться и безбожно уродовать себя. Как хорошо, что у нее не было дочери, только сыновья…С мальчиками как-то проще.

– А вы что, специалист по маньякам? – перебила она непочтительную студентку. – А мой племянник работает в полиции! И он вот рассказывал…

Взгляды собеседниц снова устремились на нее, и рассказчица еле заметно усмехнулась. Она знала, как завладеть вниманием аудитории.

– Если бы в городе действовал маньяк, на счету которого чуть ли не десятки жертв, то это бы стало давно всем известно. И никакие власти не смогли бы утаить это от населения! – заявила студентка и поправила цепочку на щиколотке. – Ведь слухами земля полнится.

С этими словами она демонстративно достала из своего большого синего рюкзака крутой плоский мобильник, подключила к нему наушники и всем своим видом продемонстрировала, что слушать байки более не намерена.

Рассказчица, подождав, пока светловолосая девица включит музыку и уставится в окно, ядовито произнесла:

– Жаль, что наша молодая попутчица нас не слышит. Многие, и я готова это признать, относятся к слухам о маньяке именно как к «городским легендам». Однако мой племянник не сомневается – серийный убийца существует и бесчинствует уже на протяжении многих лет. Только властям, конечно же, не с руки признавать его существование. Поэтому лучше списать кошмарные находки на все что угодно, только не на проделки маньяка. Мой племянник говорит, что им официально запрещено поддерживать версию о серийной убийце в нашем городе!

Светловолосая студентка, все время смотревшая в окно и участия в разговоре более не принимавшая, вдруг выдернула один наушник и произнесла:

– И кстати, если маньяк все же существует, то удивляет, что он так старательно заметает следы.Или кто-то просто пытается создать впечатление, что у вас в городе действует маньяк?

Сказав это, она снова вставила наушник и продолжила слушать не самую приятную, грохочущую музыку.

Поезд наконец снова тронулся, постепенно набирая скорость. Он пересекал железнодорожный мост, откуда открывался живописный вид на центр города, раскинувшегося на крутом правом берегу реки.

– И в самом деле, ведь если бы маньяк существовал, то он… То он наверняка бы оставлял гораздо больше следов! – произнесла конфузливо одна из попутчиц.

Рассказчица усмехнулась:

– В этом его расчет! Знаете, что мне племянник рассказывал? Что маньяки в массе своей ужасно тщеславные личности. И что они выставляют напоказ свои кошмарные деяния. Но наш маньяк не такой. Он прикладывает все усилия, чтобы его жертвы исчезали бесследно.

– Но останки, которые время от времени все же находят… – вставил кто-то.

С другого конца вагона донеслось грозное:

– Да отстаньте от меня уже, молодой человек! Туалет я вам не открою, русским же языком сказала! Мы уже почти приехали. И сдайте немедленно белье! Кстати, вы же за вчерашний чай еще не заплатили?

Рассказчица с видом знатока пояснила:

– Да, находят, но не потому, что маньяк такой идиот,а потому, что он сам хочет, чтобы время от времени эти самые останки находили. Потому что ему, как говорит мой племянник, важно, чтобы о его деяниях были в курсе. Не обо всех, а, конечно, о какой-то малой их части. И чтобы люди боялись – и в первую очередь неизвестности и неопределенности. Маньяк подбрасывает эти ужасные трофеи, чтобы сеять панику. Он делает это редко, время от времени, не чаще двух-трех раз в год, и про его «подношения» никогда нельзя с уверенностью сказать, что это дело рук убийцы. Он вроде и существует, и не существует в одно и то же время! Это очень, очень странный и страшный тип! И наверняка жутко хитрый и кровожадный! Не удивлюсь, если его никогда не разоблачат!

– Вы так говорите о нем, как будто восхищаетесь этим подонком. И как будто даже в курсе,кто этим маньяком является! – снова раздался спокойный голос светловолосой студентки, которая, снова вытащив наушники, в упор смотрела на рассказчицу.

Та смешалась, лицо ее дернулось, словно сведенное внезапной судорогой, глаза сузились. Сначала растерявшись, она быстро произнесла:

– Милочка, вы несете несусветную чушь! Как вы вообще смеете говорить подобное?! А вот на вашем месте я была бы крайне осторожна – потому что вы, милочка,вполне во вкусе нашего маньяка!

В этот момент из динамиков полилась бравурная музыка, а затем пафосный голос оповестил пассажиров о том, что и так было ясно: поезд прибывает на первую платформу центрального вокзала города, и их путешествие, таким образом, подходит к концу.

Когда поезд наконец остановился, светловолосая студентка, быстро подхватив свой синий рюкзак, ни с кем не попрощавшись и ни на кого ни глядя, одной из первых устремилась к выходу.

– Вот оно, молодое поколение, – процедила с нескрываемым раздражением, торопливо пряча вещи в сумку, рассказчица, у которой было великое множество багажа. – Скажут глупость, хвостиком вильнут и думают, что все устаканится!

Но в нараставшей суете на ее причитания никто не обращал внимания. Только одна из попутчиц, женщина помоложе, с беспокойством произнесла:

– А вы думаете, мне тоже стоит опасаться? Я вот в гости к родственникам приехала, только они мне ничего такого про маньяка в вашем городе не говорили…

– Вы мне поможете достать сумку с верхней полки? А то меня никто встречать не будет, все на работе… – попросила ее рассказчица. И пока молодая женщина скакала по полкам, стараясь выполнить просьбу, произнесла:

– Нет, вам опасаться нечего. Эта белобрысая невоспитанная девица, в сущности, права – маньяки крайне консервативные создания. Своих привычек они не меняют. А наш убивает студенток и студентов. Так что если вы сюда не учиться в вузе приехали, то опасаться вам нечего… Осторожнее!

Вагон внезапно весьма ощутимо дернулся, а молодая женщина, не сумев удержать равновесие, стоя ногами на двух нижних полках, выпустила из рук небольшой баул, который пыталась вытащить сверху. Тот с уханьем приземлился на откидной столик, а потом свалился на пол, под ноги владелице.

– Ой, извините, вагон пришел в движение… Надеюсь, у вас там не было ничего бьющегося…

И она, и рассказчица уставились на обтянутый тканью бок баула, по которому растекалосьбольшое кровавое пятно. Молодая женщина, дернувшись, внезапно сиплым голосом произнесла:

– А что у вас там?

Рассказчица, быстро перевернув баул, ответила:

– Клубничное варенье! Банка наверняка треснула…

– Ой, извините, я не хотела… Давайте мы ее сейчас вынем, чтобы она остальные вещи не испачкала. И у меня имеется где-то пустая пластмассовая коробочка, ну знаете, для хранения продуктов, я вам ее подарю, чтобы вы остатки варенья, в которые стекло не попало, переложить могли. Я вам помогу…

Она склонилась над баулом с явным намерением приняться за осуществление своего плана, как вдруг услышала резкий шипящий голос попутчицы:

– Не прикасайтесь к нему!

Молодая женщина, не понимая, что имеется в виду, подняла глаза –и отшатнулась. Потому что рассказчица, которая была в общем-то пожилой, приятной наружности дамой, вдруг в мгновение ока преобразилась и стала походить на разъяренную фурию. Только шевелящихся и раскрывающих пасть змей на голове вместо волос не хватало.

– Ой, извините, я не хотела…

– Не прикасайтесь к моим вещам! – произнесла рассказчица снова, затем черты ее лица смягчились, и она добавила: – Просто мои мальчики очень любят клубничное варенье, а теперь придется его выбросить.

– Так мы можем же переложить его в пластиковую коробочку и…

Молодая особа умолкала, потому что вдруг поняла, что ее попутчица явно не собирается воспользоваться ее предложением.

– Вам помочь? – спросила она растерянным тоном, на что пожилая дама ответила:

– Благодарю, не надо. Меня встречают. Вас ведь тоже? Так что всего вам хорошего!

Молодая пассажирка, бросив беглый взгляд в окно, увидела своих родственников, которые в нетерпении ожидали ее на перроне. И вдруг вспомнила, что всего несколько минут назад пожилая особа сетовала на то,что ее никто не будет встречать.

Та, видимо, подумав о том же, медленно произнесла, все еще таращась на все увеличивающееся кровавое пятно на боку баула:

– Мне только что СМС прислали, что все-таки заберут меня с вокзала. Так что большое вам спасибо и хорошего отдыха в нашем городе. Сентябрь и начало октября у нас – самое лучшее время года!

Молодая женщина вдруг подумала, что за все время поездки не видела у пожилой особы мобильного телефона. Как не видела его и сейчас. Но каким тогда образом та могла получить и, главное,прочесть СМС?

Внезапно она поняла, что вагон практически пуст. Отчего-то молодой пассажирке вдруг сделалось страшно, и в этот момент она увидела одного из встречающих, который прошел в вагон и кинулся к ней:

– Вот и ты! А то мы стоим там, на перроне, ждем…

Страх сменился радостью, молодая особа бросилась к родственнику, который подхватил ее вещи и вопросительно взглянул на застывшую над баулом с пятном пожилую даму.

– Идем, идем, – поторопила его молодая пассажирка, отчего-то даже не желая теперь смотреть в сторону этой особы. – Как же я рада, что приехала к вам!

Она двинулась к выходу и, не оборачиваясь, произнесла:

– Прощайте! Всего вам хорошего!

И только оказавшись на перроне, в объятиях прочих родственников, осознала, что по какой-то неведомой причине с языка у нее сорвалось именно «прощайте», а не стандартное «до свиданья» – словно… Словно она не хотела более никогда в жизни встречаться с этой особой, столь любившей вести беседы о маньяке.

Когда они прошествовали с платформы вглубь вокзала, прибывшая без всякой связи с тем, что возбужденно лепетали встречавшие ее родичи, произнесла:

– А скажите, правда, что… Что у вас в городе и окрестностях имеется…Орудует неразоблаченный маньяк?

Родственники расхохотались, переглянулись и хором ответили:

– Маньяк? Неразоблаченный? Первый раз об этом слышим!

У гостьи тотчас отлегло от сердца, она повеселела и приказала себе забыть обо всех этих ужасах, которые к тому же наверняка были выдумкой этой странной тетки из поезда.

Они отправились к стоянке, а по пути молодая приезжая заметила маячивший неподалеку большой синий рюкзак. Ах, ну да, студенточка, которая ехала на боковушке рядом с ними… Быть может, она не знала, куда идти…

Но все пять мест в их автомобиле были заняты, а она быстро выбросила студентку с синим рюкзаком и цепочкой вокруг щиколотки из головы.

Ведь настало время долгожданного отпуска!

– Извините, мы с вами, кажется, в одном вагоне только что сюда приехали? Ну, я хотела сказать, в одном вагоне одного поезда… Ну, того самого, который сюда пришел из… из…

Голос молодого человека окончательно умолк.И почему он в очередной раз, обращаясь к симпатичной девушке, вел себя как последний идиот!

А стоявшая перед ним девица была в самом деле симпатичная: высокая, спортивная, с затейливой прической из светлых волос и большим синим рюкзаком, который она прислонила к ноге, украшенной на щиколотке цепочкой с брелоками.

– Ну, допустим, – произнесла девушка с легкой улыбкой, вытаскивая наушники. В свою очередь, она окинула взором несколько нескладного, долговязого молодого человека, практически еще подростка, с растрепанной копной рыжих волос и двумя огромными рюкзаками.

– Меня зовут Петров. Я хотел сказать, Максим. Да, меня зовут Максим. Вы ведь на боковушке около туалета ехали?

Девушка смерила его оценивающим взглядом и снова произнесла:

– Ну допустим, Петров Максим.

Молодой человек почувствовал, что его лицо заливается румянцем – кошмарная реакция организма, с которой он ничего поделать не мог. Хуже всего, что в подобные момент у него начинали пылать и уши, превращая его в героя сатирических комиксов.

– А вы ведь приехали сюда на учебу? – зачастил он. – Я вот сюда на учебу приехал, в Медицинскую академию. Потому что тут хоть и провинция, но Медакадемия входит в десятку лучших в стране. Я вообще поверить не мог, когда получил известие, что меня взяли. А вы тоже в меде учиться будете?

Девица, усмехнувшись, произнесла:

– Нет.

Кляня себя за то, что особа, похоже, не воспринимает его всерьез, Максим Петров мысленно задался вопросом, что же он в очередной раз делает не так? И отчего все девицы, с которыми он общался, говорили с ним насмешливым тоном.Наверняка из-за его рыжей шевелюры и красных ушей! Надо что-то делать…

– А, ну тогда, наверное, в Архитектурную академию? Она здесь, говорят, тоже неплохая… Или в лингвистический университет? Или в Высшую школу управления? А, наверное, тогда в Академию искусств.

– Да, – произнесла девица.

И Максим Петров смолк, не понимая, какой из перечисленных им вариантов оказался правильным. Однако уточнить не рискнул, потому что девица явно относилась к разряду независимых и языкастых – то есть к тому разряду, перед которым Максим Петров испытывал больше всего трепета.

Некоторое время они молчали: разговор явно не клеился, Максим не знал, что еще спросить, а девица явно не испытывала дискомфорта, ничего не говоря.

– Вам ведь тоже надо сначала в общежитие зарегистрироваться или… Или вы будете на частной квартире жить? Или у родственников? – рискнул он наконец, однако к своему ужасу понял, что девица его не слушает – точнее, не слышит, потому что она снова вставила себе в уши наушники.

Вот так всегда! Отчего-то представительницы противоположного пола не замечали его, Максима Петрова, ни в школе, предпочитая не реагировать на его робкие попытки сближения, ни, судя по всему, теперь, после начала вольной студенческой жизни.

Максим вздохнул, засунул руку в карман и вдруг обнаружил, что распечатки, над которыми он трясся все это время, бесследно исчезли.

Он не на шутку переполошился, запустил руку в другой карман.И тут ничего! Но куда же тогда он дел все эти важные записи? В городе он был впервые и понятия не имел, как добраться до общежития Медицинской академии.

Судорожно раскрыв рюкзак, Максим начал копошиться в нем. На свет божий были вынуты грязные носки, чистые трусы, большая чугунная сковородка, которую он тайком прихватил из дома – на ней бабушка жарила такие вкусные оладушки!

– А в другом месте вы это делать не может? Это остановка маршруток! – услышал он чей-то недовольный голос и сразу ощутил себя сусликом, попавшим в саванну, по которой несется стадо обезумевших слонов. К бордюру подкатило сразу несколько «Газелей», и масса потенциальных пассажиров бросилась на штурм оных, не обращая внимания на Максима, пиная и задевая его со всех сторон ногами и выплевывая в его адрес не самые лестные фразы.

Вечерело. Несмотря на летнюю пору, чувствовалось, что день катится к завершению.

Подхватив сковородку и прижав ее к груди, Максим посмотрел куда-то вбок – и вдруг увидел светловолосую богиню с синим рюкзаком, которая садилась в чей-то черный внедорожник.

Была не была! Решение было принято под воздействием сиюминутного импульса, но Максим знал, что не имеет права упускать эту столь поразившую его воображение незнакомку. Быть может, он никогда ее больше не увидит. Так что надо было брать быка за рога.

Или, в данном случае, хватать рюкзак и сковородку и нестись со всех ног к черному внедорожнику, припарковавшемуся метрах в двадцати от стоянки маршруток.

Ведь ему позарез требоваласьспутница жизни!

Девушка уже заняла место на заднем сиденье, когда Максим, запыхавшись, подбежал к автомобилю и рванул на себя дверцу.

– Мне с вами по пути! Подвезите меня тоже! – заявил он и плюхнулся на сиденье рядом с водителем.

Тот оказался быкообразным мужчиной лет сорока пяти, с черной бородкой, в черном деловом костюме и с огромной золотой печаткой на волосатом пальце.

– Парень, у меня для тебя нет места, – произнес он угрожающе, а Максим с ужасом подумал, что такой частный «бомбила» явно не вызывает доверия. И что он на месте светловолосой студентки, чьего имени он до сих пор не знал, никогда бы не подсел к подобному типу.

Или это был ее родственник или, что ужаснее,близкий друг?

Судя по лицу со злобным выражением, водитель намеревался вытряхнуть Максима из салона своего автомобиля, но тут раздался спокойный голос с заднего сиденья:

– Мы путешествуем вместе. Вы ведь подвезете и Максима тоже?

Сердца молодого человека учащенно забилось. Вау, светловолосая богиня запомнила его имя! А вот он ее – нет.Черт, она ведь ему даже и не представилась…

Водитель, словно изучая Максима, вперил в него долгий сумрачный взгляд, потом, приняв решение, крякнул и произнес:

– Ладно, пусть этот рыжий хлюпик едет вместе с нами. Так куда вас везти?

Максим не знал, что и сказать. Ему, собственно, было все равно куда, лишь бы находиться в непосредственной близости от светловолосой богини. Школьная пора закончилась, он, став студентом, вступил во взрослую жизнь.

Так что умнее всего было самому ничего не говорить, а дождаться, пока девушка сообщит, куда лежит ее путь. Потому что упускать свой шанс Максим Петров явно не желал.

– Мне нужно в Ленинский район, – сказала наконец девушка. – Довезете?

Водитель, заведя мотор и тронувшись с места, пробормотал:

– Отчего не довезти? Довезу. Правда, это на другом конце города, но подброшу. А тебе, парень, туда же?