Агония любви. Выбор

– Почему? Не вижу препятствий. Даже не смотря на твое имя, – еле слышно шепчет он. И я понимаю, что это почти точка. Он хочет развод. Я стала ему безразлична, если верить, что сейчас он смотрит не на меня, а сквозь меня. Энтони смотрит на меня так впервые. – Дело не в имени. Ты все сама знаешь.

– Да причем тут имя. Я Эрика. Ты не можешь меня бросить. Мы знаем друг друга с восьми лет. Ты столько лет добивался меня, чтобы бросить? – я уже плачу в полную силу, даже не скрывая эмоций. Я тут в истерике, а он сидит такой спокойный. Мы будто в разных мирах и на разных планетах. Тот прошлый Тони бы уже давно успокоил, вытер бы все сопли и слюни и сказал слова, которые подействовали бы успокаивающе. Этот Тони жестокий и беспощадный, готовый добить свою жертву.

– Знаешь, иногда мне жаль, что мои родители переехали именно в тот район.

– Ты жалеешь о нашей дружбе? – через слова всхлипываю я, смахивая очередную слезу.

– Да. Но больше я жалею о более осознанных годах. Знаешь, я всю жизнь люблю не ту Эрику.

– Не понимаю тебя.

– Я любил девочку, которой не существует, в твоем облике.

Тони говорит серьезно, и я понимаю его чувства. Порой мне тоже кажется, что та девочка испарилась. Я стала более черствой и алчной, в погоне за ролью. Но если бы я осталась такой, какая была изначально, в розовых очках, то и не было бы ничего.

– Мне жаль, что ты разочарован. Но мы не можем расстаться. Любящие глаза по сторонам не смотрят. И скоро премьера, – пытаюсь напомнить еще и о работе. У нас контракт, пока фильм не окупиться, мы не можем развестись. Скандал ни к чему для рейтинга.

– Не переживай, я не сорву твою премьеру, и о каких там глазах ты говоришь?

– Я о имени – Мишель. Ты будешь рядом на премьере?

– Да.

Я вздыхаю от ответа. Это именно то, что я хотела услышать в данное мгновение.

– Как и всегда, – пытаюсь улыбнуться и успокоится. Ответ «да», значит не все потеряно.

– Не обольщайся. Я тоже научился играть рядом с тобой. Мы в этом кино ради тебя. Помни об этом. Если я с тобой поступлю так, как ты поступаешь со мной, то ты меня не простишь. Но почему я тебя прощаю раз за разом? Почему ты позволяешь себе так вести себя?

– Я хочу измениться. Честно.

– Нет. Я не хочу, чтобы ты менялась. Уже не хочу.

Его вердикт как гром, среди ясного неба. Только что Тони подарил надежду, и тут же отнял снова.

– Я никогда не дам развода.

– Я пока и не прошу его. Скоро премьера. Ты сама напомнила о ней. Успокойся, скоро тебя ждет мировая слава. Не стоит ступать на красную дорожку с заплаканным лицом.

Глава 4. Последний штрих

Энтони

Я обещал, что не брошу. Что не подам на развод. Хоть и не произнес этих слов вслух. Но, я не смогу поступить так с женщиной, к которой поклонялся столько долбанных лет. И теперь мне жаль. Я действительно жалею. Снова сдался под натиском ее мольбы и слез.

А сейчас мы летим на другой конец света, в Лондон на передачу, где будем пиарить будущий фильм, изображая самую счастливую и любящую пару. И я сделаю это, как и планировал изначально. Еще полгода назад я бы вел себя на сьемках непринужденно, не притворяясь и не лукавя. Но сейчас угнетающая обстановка в нашем бизнес-классе, где всего два пассажира, напрягает меня больше всего. Рядом сидит девушка, к которой на данный момент я даже прикасаться не хочу. И это – Эрика. Эрика мать твою. Женщина – ради которой все это затевалось. Еще в далекие свои восемнадцать лет, когда я по глупости решил поступить на журфак. А моя любовь зародилась, когда я впервые увидел ее. Лучше бы глаза мои никогда не видели той беззаботной, веселой девчонки, прыгающей от счастья в преддверии нового года. Я ненавижу этот праздник с недавних пор. Это она заставила меня загадать то желание, и по счастливым обстоятельствам оно сбылось. Уже в зрелой и во взрослой жизни, но сбылось. И сейчас я хочу повернуть время вспять и вернуть свои детские мечты обратно.

– Скоро приземляемся, – бужу ее, когда самолет приземляется на шасси. Эрика тоже не лезет ко мне со своей запоздалой любовью и вниманием, тем более как выяснилось и любви то нет. Теперь мы оба актера, которые просто обязаны сыграть роль великолепно. От этой передачи многое зависит. И я не дам закопать свое творение, которое еще даже не увидело свет.

Ри молча поправляет прическу и распрямляет платье. Копошится в сумочке в поисках пудры и зеркальца. Пару минут и передо мной сияющая и сверкающая счастливая женщина, глубоко влюбленная в собственного мужа.

Может Ри права и стоит начат все сначала? Забыть прошлое и обиды и хотя бы попытаться? От этого никому не станет хуже, а возможно и лучше. Ведь проделан такой трудный извилистый путь, и сейчас стоя на обрыве совсем не хочется падать.

С этими словами я ступаю на трап и сразу закрываю глава от ярких вспышек фотокамер, и закрываю Рику от назойливых журналистов. Это успех. Такой встречи не многие удостоены. Все-таки лучшая роль Эрики, написанная жизнью, роль жены. Она играет потрясающе. Точно так же, как и со Спенсом. Я улавливаю параллель и от этого хочется все бросить и уйти. Просто развернуться и поставить точку. Но я держусь, подыгрывая «горячо любимой жене».

Я впервые за долгое время обнимаю жену за талию, чувствую ее тепло и переживание одновременно. Она ищет опоры и поддержки в эту минуту. Держит за руку вцепившись мертвой хваткой.

– Что дальше? – спрашивает она, как только мы садимся в салон автомобиля. – Я хорошо играю роль, которую ты мне отвел?

– Не понимаю твоего негодования. Эту роль ты сама для себя выбрала. Еще в самом начале нашего пути. Я дурак, пытался изменить течение, но в итоге, понял, что не стоит менять курс.

– И что дальше? – повторяет она свой вопрос, нервно постукивая пяткой, создавая нервное движение.

– Не знаю. Пока ничего. На публике будем играть свои лучшие роли. У тебя кстати, не плохо получается, – хвалю ее за эту игру и вижу натянутую улыбку, которая больше напоминает оскал.

– Ну ладно. Значит будем просто плыть по течению. Куда-то да упремся в конце то концов.

Остаток дня так и прошел. Напряженно. Хотя неплохо получилось. Все эти обнимания, кривляния и поцелуи на публику произвели впечатление. Со своими лучшими кадрами мы ворвались на первые страницы всех самых популярных газет мира. Передача точно так же имела успех. Мы готовы к премьере, которая порвет все рейтинги.

Глава 5. Гость из прошлого

Эрика

Была ли я счастлива? Да!

Любима? Да!

Но все это меркло по отношению с моим внутренним состоянием. Я, наверное, слишком ужасная женщина, но мне было мало. Я знала его отношение ко мне, знала, что он горы свернет и развернет в другом направлении, ради меня. Я ему благодарна. Но от его действий моя любовь не росла, хотя я понимала, что родители правы и Энтони Беккер единственный, кто мне подходит по-настоящему и я держусь за него, как могу. Но увидев на этом мероприятии Кайла не сдержалась и смотрела на него с не скрываемым любопытством. В ту минуту, я готова была простить ему все, и это душило меня изнутри. Ведь Тони был прав во всем, Спенс столько лет отнекивался от меня, как от актрисы, а Беккер сделал невыполнимое для себя. Это уму не постижимо, одна роль, которая в скором времени изменит мою жизнь. Я уже дождаться не могу. Премьера уже завтра. А сегодня последний ужин, где я еще в тени и малоизвестная большому кругу людей. Сегодня последний вздох перед моим воскрешением и выходом на пьедестал.

Я смотрела и смотрела на Кайла, запоминая этого красивого и статного мужчину, за которым я была замужем столько лет и могу сказать – я скучаю. Сама не в состоянии объяснить свои чувства, сама стыжусь их и гоню прочь, но не могу ничего с собой поделать. Не могу понять с кем он пришел, и от этого нервы гуляют по мне и заставляют ощущать нестабильность в поведении. Я ищу глазами эту особу и злюсь, проклинаю себя за эту слабость. Я обещала Тони, что исправлюсь. Но я не исправима. Я высказываю одному официанту за теплое шампанское, второму за сухие креветки в закуске.

– Ты не в духе? – Замечает мое настроение муж и берет мою руку в свою. Этот жест словно ток проходит по моему телу, и я гоню прочь от себя все мысли о Спенсе. Я не могу поддаться искушению. Он давно в прошлом, и нам не стоит даже начинать разговор на публике. Это может плохо кончиться, а репутация наше все. Один неверный шаг и все может закончиться, так и не начавшись.

– Просто такой званный ужин и такие косяки со стороны кухни. Обидно стало, – отнекиваюсь я, пытаясь выдавить милую и беззаботную улыбку.

– А, по-моему, все на высшем уровне. Я пробовал, нормальные креветки, – Тони сфокусировал на мне свой взгляд, под которым мне стало неловко. Черт. Я сдаю позиции. Не понимаю, что со мной, но рука начинает невольно подрагивать и это видно невооруженным взглядом. Конечно, Тони замечает. Пузырьковая жидкость в бокале бултыхается словно волна в океане, сдавая меня с потрохами. Я быстро ставлю его на стол и стараюсь успокоиться и перевести дыхание. Делаю вид, что ничего серьезного не произошло. И вроде даже удается…

– Ладно, значит не буду больше высказывать свое недовольство.

Беру мужа за руку и пытаюсь приобнять. Мне сейчас так нужна его опора и поддержка. Я боюсь сорваться. Не хочу рушить то, что сейчас имею в своей жизни. Я по-своему счастлива и меня все устраивает. Но я будто статую трогаю. Возле меня абсолютно холодный и отстраненный мужчина, который проследил, куда постоянно мечется мой взор и смотрит туда же. Энтони полностью сфокусирован на Кайле. Я сама сдала бывшего. И сейчас мой хрупкий мир, который, итак, держится на одной тонкой ниточке, рвется окончательно. Или у нас еще есть шанс?

– Вот если бы на столе, в качестве закуски лежал Спенс, то твое настроение явно было бы получше, – на полном серьезе заявляет Тони, делая глоток со своего бокала. Он смотрит на него пристально и с особой заинтересованностью, а тот будто не замечает, разговаривает с журналистом, и ведет себя легко и непринужденно. Я теряюсь моментально, не знаю куда себя деть. Хочу просто сбежать, но, вместо всего этого просто стою и пытаюсь держать прямо голову и спину.

– Не видела его и не знала, что Кайл придет, – пытаюсь сделать вид, что мне все равно. Даже выдавливаю милую улыбку, но мои жалкие попытки так и остаются в небытие, так как муж никак не может отпустить Спенса, гипнотизируя его на расстоянии.

Не понимаю зачем оправдываюсь, ведь я действительно не знала. Но Тони доставляет удовольствие меня поддевать такими высказываниями.

– Но ты нервничаешь, – заключает он, все же одарив меня своим вниманием.

– Только если чуть-чуть. Кайл – мой бывший муж. Но я здесь сейчас с тобой, и я не хочу говорить о прошлом. Давай не сейчас, – успокаиваю Энтони. Его взгляд застывший и безразличный. Он даже не замечает того, что я вьюсь вокруг него. Да, даже если я уйду, Беккер и не заметит, а ведь именно от него зависит сорвусь Я или нет. Я была не готова к встрече с Кайлом.

Этот ужин устроил сам Энтони в честь премьеры. И список гостей он тоже видел. Значит и о таком госте он знал. Так почему в итоге я осталась крайней?

Через пол часа, немного успокоившись, я выхожу на балкон, улизнув незаметно ото всех. Хочу каплю свежего воздуха и свободы. Этот удушающий вечер надоедает, и я уже считаю часы окончания мероприятия. Меня сейчас не радует ничего.

Тони, как назло, отказался уезжать раньше, сославшись на какие-то там приличия, поэтому я, как самая покорная жена, с недавних пор, слушаюсь и повинуюсь.

– Тебе не хорошо? – за спиной раздается елейный голос, от которого у меня мурашки по всему телу. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы определить, кому он принадлежит.

Все-таки он обращает на меня внимание.

Оборачиваюсь и вижу собственного мужа с двумя бокалами шампанского. Хитрый взгляд говорит не о заботе с его стороны. Ну да ладно. Больше падать все равно не куда, поэтому я мило улыбаюсь, подняв голову вверх.

– Просто внутри стало жарко. Решила выйти на воздух, – протягиваю руку в знак благодарности и сразу делаю глоток.

– Скоро уже поедем. Не задерживайся, – под пристальным взглядом отдает команду и сразу возвращается обратно, так и оставив меня одну.

Я отворачиваюсь обратно, чтобы не видеть этих веселых и пустых людей. Сегодня не то настроение. Если бы не мое обещание мужу, я бы в очередной раз топнула ножкой и осталась дома. Не понимаю, почему это все обязательная программа для публичных людей. Я хотела только блистать в кадре.

– Ты почти добилась своего. Завтра твой великий день, – второй мужчина за вечер будоражит мои мурашки, которые только перестали меня беспокоить. Он медленно забирает мой пустой бокал и ставит на столик, стоящий сбоку.

– Тебе должно быть все равно, – лепечу ответ, не в состоянии повернуть голову. На него сложнее смотреть, чем на Энтони.

– Я, хоть и косвенно, но поспособствовал этому, – ровняется со мной Спенс и прослеживает за моим взглядом. Я смотрю на океан. Он всегда успокаивал, поэтому и хотела дом именно с таким пейзажем, а не на проезжую часть.

Глава 6. Записка

Эрика

– Ты вообще ничем мне не помог. Не льсти себе, – усмехаюсь в ответ на его фразу. Все же решаюсь взглянуть на бывшего мужа и сердце сразу отплясывает танго. Танец любви и страсти. Этого я и боялась. Под равнодушием Тони я стала уязвимой.

– А как же твой бывший тиран муж, который унижал, оскорблял, бил? – оскалившись, произносит самым нежным голосом, от которого у меня кровь сворачивается в жилах.

– Ну ты же меня изнасиловал?

– Да брось, Ри. Меня этим не купишь. Ты была моей женой на тот момент. Я был пьян. А ты и правда тогда очень сильно накосячила. Это было один раз. И готов поспорить, твоей страстной натуре это понравилось, – почти опускаясь к самому уху нашептывает мне слова, напоминая о том ужасном дне.

– С чего ты взял, что мне такое нравится? Не одной женщине, уважающей себя…

– Не распинайся попросту. Я второй человек в мире, который знает тебя слишком хорошо. Ну после Энтони. Его мне не переплюнуть, – перебивает Кайл, говоря всю эту чушь.

– Мне пора, – собираясь сделать шаг от него, прощаюсь. Я не готова обсуждать такое. Не здесь и не сейчас. И собеседник не тот, я не хочу доверять Кайлу, для этого нужно убить чувства.

– Неужели обиделась.

– Нет. Меня невозможно обидеть.

Пытаюсь улыбнуться, сделав нейтральный вид.

– Вот и правильно. Такую Эрику я узнаю. И не нужно было выставлять меня тираном перед обществом. То, что ты себе вены вскрыла, это твоя личная манипуляция над бедным Тони, который слюни всегда пускал в твою сторону. Я это еще на вечеринке у Ханны тогда заметил. Так забавно было наблюдать за вами. За всеми. Тебе ведь тогда он был не угоден, поэтому ты и воротила нос. А как запахло жаренным, ты не нашла другого способа утащить его прямо из-под венца.

– Что тебе нужно?

– Ты знаешь ответ!

– Если бы я знала, я бы не стояла перед тобой и не слушала весь этот бред обиженного мужчины.

– Приятно слышать это от обиженной женщины. Но ты знаешь ответ. Мне нужна ты!

Его взгляд пугал, и в то же время сердце ликовало. Я это чувствовала, оно стало биться еще громче.

– Что? Зачем? – Я не верила, радовалась этим словам, но не верила. Кайл никогда не говорит ничего просто так.

– Как бы глупо это не звучало, но я люблю тебя. Поэтому и терпел. Знаешь, с тобой ведь по-другому невозможно ужиться. И Беккер любит, раз вы до сих пор вместе. Без любви тебя реально задушить хочется.

– Уже поздно. Я замужем. Мне не нужна твоя любовь.

– Никогда не поздно начинать жизнь с чистого листа. Тебе ли не знать?

– Я не хочу быть с тобой.

– Не ври мне. Ты несчастна. Интересно, если станет выбор, куда ты побежишь – за мечтой или любовью?

– Это нельзя совместить?

– Нет. Поэтому я и не делал из тебя актрису. Смотреть как ты обнимаешь и целуешь другого в кадре. Это выше меня. Моя женщина – это моя женщина. У твоего Тони стальные яйца, раз он пошел на этот риск. Еще иногда актеры влюбляются друг в друга, путая игру с реальностью. Слишком заигрываются. Не понимаю, зачем он решил тебя делить с таким огромным миром. После премьеры ваша жизнь изменится.

– Он ценит не только мое тело, но и меня, и мои мечты.

– Знаешь, ответ еще проще, чем ты сейчас сказала.

– И какой же ответ? Ну, по твоему мнению.

Я стою, держась за перила, как за спасательный круг. Идиотка, я не хочу слышать ответ, который витает в воздухе. Ком в горле мешает дышать, сдавливая меня изнутри. Щеки горят, а голова стала тяжелой. Я даже не знаю, как сделать шаг, который нужно было сделать сразу, как только Спенс подошел.

– Он тебя просто разлюбил.

Я. Не. Хочу. Это. Слушать.

– С чего ты взял? – набираю в легкие воздух, но получается с трудом. Платье настолько тесное, что дышать трудно.

– Я люблю смотреть людям в глаза. Тогда на вечеринке они горели в твою сторону. Сейчас нет. думаю, ты и сама заметила изменения.

– Мы просто повзрослели, – дрожащие губы выдают эту правду. Он видит. Кайл все видит. Я знаю, что любовь прошла. Окончание совместной жизни – вопрос времени.

– На влюбленную женщину глаза не тухнут.

– Меня не интересует этот бред. У нас все прекрасно. – Не знаю зачем я ищу оправдания, тем более распинаюсь перед бывшим мужем.

– Так что ты выберешь, когда станет выбор – мечту или любовь?

С этими словами он протягивает мне руку и не знаю зачем, но я тянусь к ней машинально. Любое прикосновение – ад для меня. После он просто целует мою руку и молча уходит, оставляя незаметно для всех записку в моей ладони, которую я машинально прячу в маленькой сумочке, не разворачивая. Этого не мог видеть никто. А что там, я уже прочитаю дома, за закрытыми дверьми. Но уже предчувствую, что это дно, которое треснуло и мысленно я уже лечу в бездну, в которой нет выхода.

Глава 7. Долгожданный успех

Эрика

Наступил день, которым я грезила всю осознанную жизнь. Сегодня я королева вечера, и все звезды мои.

Сегодня премьера фильма, над сценарием и работой, которого лично я трудилась полгода. Полгода, я почти не спала и постоянно мыслями была глубоко в этой истории. Моя собственная жизнь ушла на второй план, выдвинув на первое место «Мишель». А я до сих пор не знаю, откуда это имя и кто эта девушка. Чувствую же, что все это неспроста!

Итак, мой идеальный макияж готов, как только визажист смахивает кистью пудру и наносит на определенные части лица. Последний штрих и я смотрю на себя другую. Идеальную. Девушке даже удалось зажечь глаза золотой подводкой. Надо себе такую же купить, чтобы всегда быть счастливой. Для других. Себя никакой косметикой не обмануть.

Вы сами создаете свою жизнь. То, как вы чувствуете или мыслите, имеет большое значение, для создания своей собственной реальности. Я свою жизнь утопила. В прямом и переносном смысле. Добившись всего в карьере, я не чувствую счастья. Я не чувствую ничего, и теперь моя широко натянутая улыбка, в красной помаде и белыми ровными зубами, кажется идеальной. Меня же – даже не забавляет эта игра.

А знаете, что меня сейчас интересует? Прямо в эту минуту? Да. Записка от Кайла, которая так и осталась в сложенном виде в моей вчерашней сумочке. Я так и не смогла ее раскрыть. Я так и не знаю, что там внутри. Слова восхищения, либо он меня грязью поливает?

Загадка. Но я обязательно решусь ее раскрыть.

А сейчас я одергиваю идеальную укладку с моими кудрявыми волосами, поправляю платье цвета шампань и еще раз бросаю взгляд на зеркало и свой эффектный майкап. Сегодня я должна блистать несмотря ни на что.

У выхода меня уже поджидал муж, который так же был одет с иголочки. Я наспех сажусь на первый ряд, понимая, что мы опаздываем на собственную премьеру. Я всегда не пунктуальна. Это моя вина. Но я не тороплюсь извиняться. Это дело принципа. Я никогда не извиняюсь и сегодня не исключение. Это мой праздник и виновнице торжества уж точно можно сделать поблажку.

– Шикарно выглядишь, – начинает разговор Тони, когда мы уже подъезжаем.

– Ты тоже, – без эмоций произношу. Не хочу сейчас с ним разговаривать. Я просила о помощи, о поддержке. Да мысленно, да умоляла глазами, так как не могу подобрать слова и признаться в собственной трусости и уязвимости. А вместо этого он проявил равнодушие и открыл мое сердце для старых ран.

Все мои мысли о Кайле и о том, что наши отношения с Тони под угрозой. Я бы даже сказала, что они держаться на премьере этой чертовой Мишель. Да кто она такая, твою мать!

Как только автомобиль сделал остановку, я выскочила первая, даже не дождавшись галантности от собственного мужа. Какую же ошибку я совершила! Черт! Снова все порчу. Журналисты налетели, как чайки, заградив мне путь к внешнему миру. Я почти задыхаюсь. Не понимаю, как так быстро он обогнул автомобиль и оказался рядом. Тони просто силой притянул меня к себе, когда помощи уже неоткуда было ждать и потащил во внутрь, мило улыбаясь напоследок.

– Спасибо, – шепчу я, справляясь со своими эмоциями на ходу. Он идет слишком быстро. Еще и меня подгоняет. На мне каблуки десять сантиметров, и о чем я думала, когда соглашалась на этот образ. Да на ковровой дорожке я буду смотреться сногсшибательно, если дойду и не подверну ногу.

– Не совершай больше таких ошибок, – отчитывает меня, как маленькую девочку Беккер и отпускает, так как опасность миновала.

***

И вот она долгожданная дорожка. Я стою и слезы сами вырываются из груди. Аппетит приходит во время еды. Еще час назад, мне было все равно, сейчас же я держусь из последних сил, чтобы не рухнуть в обморок.

– Все будет хорошо. Не дрожи так, – подбадривает Тони, крепче ухватив за руку. Он сейчас моя опора. Без него бы я уже распласталась бы по поверхности пола и не собрала бы себя вновь. Озноб бьет только от одной лишь мысли об этом, и я смотрю в пол, считая до десяти, чтобы успокоиться. В детстве я всегда так делала, когда очень сильно нервничала. Сейчас нервы бьют молотком по вискам, и я понимаю, что сейчас особый случай.

Меня слепят фотовспышки, прохода не дают журналисты, а Тони лишь улыбается от этой картины и почесывает подбородок.

– Я думал, ты будешь более смелой, когда окажешься в центре внимания.

Он чувствует себя в своей тарелке в таком амплуа и меня пробивает на смех. Мечтала об этом я, а досталось все сначала ему. И именно он притянул меня за собой. Да. Не того мужчину я ставила, когда делала свой выбор. Да и выбора то у меня не было, если бы я только знала тогда, в восемнадцать…

«То все равно бы выбрала Спенса!» – подсказывает мне сердце, и я снова вспоминаю о той записке.

– Готовиться это одно. Я уже и не надеялась, – отвечаю ему лучезарной улыбкой, а у самой даже губы вздрагивают от волнения и возбуждения.

– Ты прекрасна. Завтра весь мир заговорит о тебе и фильме.

– Обо мне и о Мишель. Кстати, кто она? – задаю снова и снова этот вопрос, не веря, что имя вымышлено. Должна быть оболочка. Не знаю, зачем меня интересует этот вопрос, когда я сама при каждом удобном случае вспоминаю другого. Но чувство собственничества не дает мне покоя и внутреннего удовлетворения. Я неисправимая эгоистка. Но я вкусила славу и теперь меня уже не остановить…

Глава 8. Маленькая деталь

Энтони

Я был подавлен на собственной премьере. Не могу объяснить свое состояние. Но эйфории не было. Я был гостем. Хотя, свою галочку я все же поставил. Все вспышки фотокамер были устремлены на Эрику Беккер, мою жену и у меня была гордость за это. Не за то, что моя жена блистает на красной дорожке, не потому что эта девушка моя жена. А только по одной причине я был счастлив, что именно мне удалось зажечь этот огонь. И с осуществлением этой мечты могу сказать одно, я стал видеть свою. Наверное, стоило пройти этот путь, чтобы понять чего хочу я на самом деле. И это совершенно отличное от той жизни и той реальности, которую рисует Эрика в нашей жизни.

Я дал шанс нашему браку. Зачем? Я не вижу ее рядом. Я не хочу видеть ее рядом. Я выполнил все обязанности перед этой женщиной и чувствую облегчение, свободу,

Я знаю, что она тоже выворачивается на изнанку в этих отношениях, улыбается, а самой тошно находиться рядом. Но мы не можем расстаться. Сейчас не можем. Этот скандал, который сыграет не на пользу при данных обстоятельствах. Если мы сейчас аннулируем брак, то вся эта мишура бессмысленна. Завтра же начнут выворачивать всю нашу семейную жизнь и смешивать нас грязью. Про фильм все забудут. Мне нужно собрать миллионы, чтобы кинокомпания вышла на новый уровень. Я вышел на новый этап своей жизни. Когда замешаны деньги, на личную жизнь приходится забивать. Только поэтому был создан контракт, который я мысленно проклинаю. И я уверен, что нарушу его первым, наплевав на все. Я на грани этого…