На перекрёстке судьбы. Вторая книга романа «Завет нового времени»

Адам, Хава и древо познания Добра и Зла

Их маленький караван направлялся в пещеры. Привычным маршрутом везли их ослы, не отвлекаясь на еду. Животные знали, что в конце пути их ждёт непременное лакомство – сладкие листья финиковой пальмы. Ребекка любила бывать в пещерах. До вчерашнего дня, ей казалось, что именно там, а не в кузнице, проходила самая загадочная и лучшая часть жизни Давида. И всегда, когда Давид брал Ребекку с собой в пещеры, она была счастлива, ведь там её ждут голуби и ханаанская овчарка Зэев, которая сама пасёт безмозглых баранов, и хитрых, как сатан, коз, за которыми неотлучно следует вонючий козёл.

А ещё, из пещер был прекрасный вид на Море соли. Их ослы радостно спешили, предчувствуя хорошую еду, и Ребекка смотрела на деда, вспоминала, как увидела его молодым воином Света из их общего будущего, и улыбалась ему. Ей всегда было хорошо с ним. Он был для неё самым сильным, самым мудрым, самым уважаемым и самым любимым дедушкой. Она неизменно чувствовала его тепло и нежность к себе, и всегда ей было с ним спокойно, надёжно и безопасно.

– Разве ты не сказал, что мы отправляемся на Перекрёсток Судьбы? – спросила Ребекка у деда.

Давид согласно кивнул:

– Да, душа моя, – сказал он, – так и есть. Но прежде, мы должны всё приготовить. Или ты не рада навестить своих друзей?

– Конечно, рада. Я люблю с тобой бывать в пещерах. Здесь всегда спокойно, и хорошо думается.

– И о чём же ты думаешь сейчас? – спросил Давид у внучки, и та сказала:

– Я думаю о человеке. О Первом человеке – Адаме.

– И что же ты думаешь о нём?

– Думаю, что если бы А-Шем сразу дал ему Тору, то Адам бы не согрешил.

Давид несогласно замахал руками:

– А-Шем не ждал ни дня! – Категорично и страстно говорил Давид. – А-Шем создал Адама в шестой день творения, и немедленно стал обучать его Торе. Но грех в Райском саду, случился в тот же шабат. Познав плоды добра и зла от Древа Познания, Адам и Хава отбросили всё человечество далеко назад, и люди стали превращаться не в ангелов, как задумывал А-Шем, а в животных. Но А-Шем терпеливо ждал, и терпел все извращения людей, пока не родился праведник Ноах.

– Расскажи, дедушка, всё по порядку.

– Когда А-Шем создал человека, Он придал ему двойственную природу, изначально включив в своё творение противоречия, справедливо полагая, что лучшая его часть станет стремиться к свету и добру.

– А худшая?

– Худшая часть человека, должна была скрываться в тени, потому что неизменно стремится к тьме и управляется злом. Первый человек стал вершиной всех созданий Творца. Он был настолько прекрасен внешне, что А-Шем произнёс: «Это хорошо», и повелел помощникам позвать остальных ангелов.

Окружившие их ангелы, увидели в Первым человеке совершенство и преклонили пред ним колени. Они восприняли его красоту, как отражение величия и святости. И ангелы воспели Адаму хвалу, провожая к Райскому Саду по умощённой цветами дороге.

– Кадош, Кадош, Кадош!9 – восклицали серафимы, а тем временем, А-Шем решил, что пора дать человеку женщину, чтобы множили они на земле святость, красоту и добро. И сказал А-Шем:

– Дам Я ему помощницу – кенегдо10.

Услышали то ангелы и удивились, а Ангел Обвинения спросил:

– Соответственно ему создашь, или же, против него?

– Если будет муж вести достойную жизнь, то жена станет ему поддержкой, соответствуя ему, а если нет, то будет она противником.

– Так вот для чего нужна жена! – рассмеялся Ангел Обвинения.

– Чтобы соответствовать в любви и радости, – сказал А-Шем.

– И противостоять в ненависти и злобе! – сказал Ангел Обвинения – Сатан – и добавил: – Я думал, Ты создаёшь существо, действительно подобное Ангелу. А ты просто взял, и вылепил ещё одно животное. Тебе мало остальных? Их уже столько, что мы даже не знаем, как их всех зовут! – закончил он под дружный смех ангельского сонма.

– Сатан! – оборвал смех А-Шем, обращаясь к Ангелу Обвинения так, что все немедленно умолкли. И тогда А-Шем потребовал от Сатана:

– Приведи немедленно всех животных! – и Ангел Обвинения исполнил приказ незамедлительно. Стада животных стояли у врат Райского Сада.

– Называй! – потребовал А-Шем у Сатана. – Посмотри хорошо и дай имена, им соответствующие, чтобы закрепились за ними до Конца времён!

Сатан долго всматривался в глаза животных, рассматривал их сверху и снизу, но не знал, что ему взять за основу.

– Называй ты! – Приказал А-Шем Архангелу Самаэлю, но и он оказался в затруднительном положении, хотя и считался смышлёней многих.

Ни один из ангельского сонма не был в силах исполнить приказ А-Шема – дать животным имена, соответствующие их внутренней сути. И тогда А-Шем объяснил ангелам:

– Каждый из вас создан для выполнения только одного вида задания. Ваш разум слишком прямолинеен. Вы и понятия не имеете о качествах и свойствах человека. Кроме тех, которыми Я наделил вас, вы не обладаете другими, присущими только Человеку. Он всеобъемлющий микрокосм, который содержит в себе склонности и свойства всего созданного Мною в шесть дней Творения. Человек – единственный, кто способен из огромного разнообразия живых существ уловить все их характерные особенности. И ваши тоже.

Чтобы доказать это, А-Шем обратился к человеку:

– Вот животные. Подбери им подходящие имена.

Наблюдавшие ангелы слышали, как человек ловко, почти не задумываясь, давал имена:

– Вот это – хамор – осёл. Это – сус – конь, а вот этот – гамаль – верблюд.

Ангельский сонм был оконфужен. Все были потрясены. Ангелы впервые испытали унижение. Названия, выбранные Адамом, исключительно точно отражали уникальные особенности животных, и закреплялись за ними до Конца времён. И когда человек закончил, А-Шем довольно спросил у него:

– И какое же имя будет у тебя?

– Я сотворен из земли – адамы, и меня надо называть Адам – землянин.

– Тогда как Моё Имя?! – спросил А-Шем у Адама.

– Адонай – Господь, – выдохнул Адам в ответ, – ибо Ты Господин над всеми созданиями!

А-Шем остался доволен, ангелы были потрясены и поставлены на место, а животные навеки обрели свои имена.

Но тут, на радость униженным ангелам, Адам проявил своё животное начало:

– Адонай! – воскликнул он, указывая на стада животных. – Посмотри! У всех, кроме меня, есть пара…

А-Шем не дал ему договорить. Он снова наслал на Адама сон, чтобы сделать то, что задумал изначально. И пока человек спал, А-Шем рассёк тринадцатое ребро, отделил от мужского женское, и в ноздри женщины вдохнул жизнь. А когда оба очнулись, А-Шем подтолкнул Адама к женщине, сказав:

– Это Хава. Иди к ней! Она часть тебя самого. Вы были одним целым. По твоему желанию Я разъединил вас, но сохранил в твоей природе способность прилепиться к ней.

*******

– Тебя благословил А-Шем! – воскликнул Адам, подходя к Хаве. – Ты часть меня самого, вот от этого ребра, и будешь называться – иша – женщина, ибо взята была из мужчины11.

Неожиданно, сердца Адама и Хавы сжались. Их посетила любовь. Она пришла вместе с Небесными ангелами, от которых исходили трогательные звуки первой на земле музыки. Всё на земле было первым: человек и его проявления в мире, чувства и то, что вызывало их. Музыка вливалась им в уши и касалась сердец, вызывая смех, слёзы счастья, любовь и благодарность А-Шему. Едва созданный мир погрузился в музыку, которую, специально для Адама и Хавы, сочиняли ангелы. Они исполняли её на сложнейших инструментах из ангельского оркестра, и эта музыка была тонка, нежна, и беззащитна, как сам человек. И отзывались сердца Адама и Хавы слезами умиления, смиренностью и восторгом.

Но вот зазвучала музыка других ангелов, и была она смелее и раскованней. И на смену торжественной строгости, пришли неудержимая радость и бесшабашная удаль! Люди пустились в пляс, а за ними весь ангельский сонм! И в небе плясала луна, и звёзды, и даже утреннее солнце.

С восходом солнца, четыре ангела развернули огромное белоснежное покрывало. С ним проследовали ангелы до середины Сада, где растянули края покрывала, на манер шатра, и подняли его над собой, чтобы А-Шем ввёл в него Адама и Хаву, чтобы благословить их на вечный союз, и начать брачную церемонию.

*******

К свадьбе ангелы соорудили столы из драгоценных жемчугов. Они были составлены в ряд, и теперь заполнялись изысканной едой. Во главе стола уже возлежали Адам и Хава. Ангелам, прислуживающим новобрачным, А-Шем сказал:

– Разливайте вино в бокалы! И пусть вкусят от всех плодов, что есть на столе.

А-Шем лично обратился к молодожёнам, сказав:

– Не следует в свой праздник ограничивать себя. Вкусите же и плоды духовной природы. И пусть они возвысят вас.

Адам был счастлив. Он сразу полюбил Райский Сад, и, видя это, А-Шем сказал ему:

– Возделывай Сад и храни его. Твой сад – это Тора. Она содержит шестьсот тринадцать заповедей. Для начала я дам тебе лишь шесть запрещающих. Я уверен, ты справишься с ними. Отныне налагается запрет на поношение и осквернение Имени Творца, запрет на идолопоклонство, запрет на кровопролитие, прелюбодеяние, лжесвидетельство и воровство.

– Во времена Ноаха, – напомнил внучке Моше, оглядываясь на неё. – А-Шем был вынужден добавить ещё один, седьмой запрет. О том, как далеко ушли люди от Торы, насколько низко пали, говорит сама заповедь, запрещающая употреблять в пищу кровь или плоть не убитой твари. С тех пор, эти законы составляют Семь Заповедей для потомков Ноаха, и являются обязательными для исполнения всеми людьми на Земле.

*******

– Но вернёмся к Адаму И Хаве. А-Шем создал их в канун святой субботы, и едва гости и новобрачные пресытились едой и танцами, Творец занял Адама изучением правил, связанных со встречей царицы дней. И пока Адам постигал смысл шабатнего покоя, когда уместны одни лишь молитвы, необременённая занятиями женщина, ходила по Раю и наблюдала за тем, как на её глазах сад разрастался всё новыми деревьями, цветами и диковинными плодами, становясь ещё величественнее и краше. Она была крайне удивлена и вслух спросила:

– Что происходит?

Неожиданно она услышала в ответ чей-то несколько сконфуженный голос.

– Хотя видимых причин для этого не существует, уверяю, что мы наблюдаем ускоренный рост сада, вызванный духовными стараниями твоего мужа.

Хава подняла голову, и увидела ангела, висевшего вверх ногами. Ему было неудобно, он застрял между ветвями дерева, смял крылья и, вот-вот, был готов упасть и повредить своё рукотворное А-Шемом тело. Хава испугалась и вскрикнула:

– Что ты там делаешь? Немедленно слезай, разобьёшься!

– Дело в том, что я застрял.

– Но как ты туда попал?

– Прилёг отдохнуть на травинке, а проснулся на дереве. Вот в таком неприглядном виде. Ты ведь поможешь мне? – жалобно произнёс ангел.

– Конечно! – искренне отозвалась Хава. Довольный обещанием помочь, ангел продолжил славословить Адама.

– Святость Адама велика, – улыбался ангел Хаве. – Видишь, как от его молитв разрастается Райский Сад? Я чуть не свалился с дерева, которое выросло до неба из одного крохотного семени, которое оказалось подо мной, когда я лег спать.

– Неужели, это всё от молитв Адама? – не могла поверить Хава, и ангел ответил:

– Можешь не сомневаться! Молитвы – это единственная святая работа в Саду и поручена она твоему мужу. Мы видим результат его работы своими глазами. – Освобождённый Хавой ангел теперь кружил по Саду, демонстрируя ей всю красоту Рая.

– Полюбуйся! – восклицал он. – Сад становится ещё краше. Он никогда не оскудеет от святой работы твоего мужа. Думаю, А-Шем счастлив. Мы тоже счастливы, ведь теперь святость Адама очевидна для всех.

Ангел вернулся к дереву, выросшему за время его сна, осмотрел его, покачал головой, и добавил:

– Святость Адама огромна! И скажу по секрету, А-Шем хочет открыть Адаму всю Тору. Все шестьсот тринадцать заповедей!

– Все шестьсот тринадцать? – переспросила Хава, и ангел кивнул.

– Вчера А-Шем хвалил прилежность Адама, – похвасталась женщина, – но это касалось только шести запретных заповедей.

– А где Адам теперь? Чем занимается? – уважительно поинтересовался ангел.

– Не знаю, – честно сказала Хава.

– Как раз сейчас, А-Шем даёт Адаму наставление по одной очень важной заповеди, касающейся его потомков.

– У Адама будут потомки! – обрадовалась известию Хава, а тот прошептал на ухо:

– Соблюдение этой заповеди определит судьбу всего мира.

– Откуда ты это знаешь? – полюбопытствовала Хава.

– Я же ангел, – скромно потупил взгляд тот. – Мне знать положено.

– Тогда в благодарность за то, что помогла тебе не свалиться с дерева, скажи, что А-Шем заповедал Адаму и моим потомкам? – умоляла Хава.

– Не есть от Древа Познания Добра и Зла, – сказал ангел и неожиданно исчез.

Хава оглянулась. Никого.

– А где оно у нас, это дерево? – спросила она и отправилась на поиски.

*******

А Сатан от Хавы вернулся на Небеса и собрал вокруг себя ангелов, чтобы рассказать о плане, как поквитаться с Адамом за чрезмерную святость и посрамление ангелов. Задумались ангелы, как заставить Адама согрешить перед своим Творцом.

Самым осведомлённым среди них, оказался Самаэль. Он сказал:

– Есть одно существо, обиженное и на А-Шема и на Адама.

– Кто же это? – удивились ангелы.

– Тот, кого мы создавали Человеку, как помощника.

– И как его имя?

– Имя, которое дал ему Адам – Нехаш (змей) – вызвало в нём несогласие и ненависть к Адаму, и он будет готов на всё, чтобы погубить человека. Я теперь же отправляюсь на Землю, чтобы отыскать его. Он поможет нам сделать так, что Адам будет изгнан из Райского Сада, чтобы в поте лица его, добывать хлеб свой, и в муках рожать безбожников…

– Как такое возможно? – удивились ангелы.

– С помощью Змея, – сказал Самаэль, – мы поможем Адаму нарушить одну из запретных заповедей.

*******

Змей ходил по аллее Райского сада, закинув руки за спину. Он не торопился приступать к своим непосредственным обязанностям – прислуживать Адаму. Зачем? Ведь с ним теперь рядом был сам А-Шем. Змей в тишине сада лелеял тайную обиду и ревность. Нехаш обследовал все уголки Райского сада, перезнакомился со всеми ангелами, изучил, что и где растёт, испробовал на запах и вкус, а из головы его всё никак не шла обида, нанесённая ему Адамом. Змей брюзжал до тех пор, пока не увидел, что за ним наблюдает ангел Самаэль.

– Поделись обидой, – сказал ангел и Змей открыл рот:

– А-Шем сделал меня помощником Человеку. Я высокий, красивый, хожу на ногах, хватаю руками, говорю и понимаю всё сказанное! Обладаю хитростью, умом и коварством. А он – землянин – меня обозвал как животное. И теперь я буду носить это прозвище до скончания времён! А-Шем видел мои унижения, и ничего не сказал. А я ведь совсем рядом с ними был: вот тут я, вот тут А-Шем, а там – Адам. И вот Адам к великой радости А-Шема, даёт имена животным. «Хамор» – похоже передразнивал змей Адама, – «Сус», «Нэхаш».

Змей смешно подражал голосу Адама, но в сердце его кричала нешуточная обида.

– «Нехаш» – что это за имя такое? – спрашивал змей у Самаэля. – Неужели А-Шему может действительно нравиться такое имя? И что стоило Ему вмешаться? И сказать человеку: – эй, осторожней! Это Моё создание для услужения тебе, человеку, землянину. Береги его! Второго такого красавчика нет! И уже не будет!

– Ты мог бы стать мудрым и хитрым помощником не только человеку, но и ангелам, – улыбался Самаэль.

– Мало кто мог бы сравниться со мной в хитрости, – согласился змей. – А что это ты задумал?

– Подружиться с тобой хочу. Узнать, насколько ты умён. Сможет ли твоя хитрость сделать так, чтобы никто не догадался, что мы подружились?

Польщённый змей в почтении склонился перед ангелом, а тот бесцеремонно сбил змея с ног. Поставив того на четвереньки, ангел уселся сверху, и змей уже не имел ни сил, ни желания сопротивляться. И тогда дух Самаэля полностью овладел змеем, и направил того разыскивать Адама.

И нашёл Нехаш Адама в компании с женщиной и двумя ангелами. И стояли они у самого Дерева Познания.

– Нэхаш, – скромно представился змей. – Создан А-Шемом для услужения Адаму.

– А что ты можешь? – проявила заинтересованность женщина?

– Всё! – искренне признался Змей, расплываясь в улыбке. Ему сразу понравилась Хава. Теперь план Самаэля погубить Адама, он счёл весьма полезным и даже дальновидным. Он не сомневался, что после смерти Адама, женщина будет принадлежать ему.

Теперь мысль извести Адама, показалась ему весьма достойной целью, и он был готов незамедлительно приступить к намеченному плану. Змей сразу стал действовать через женщину. Он решил сойтись с ней поближе, и окружил её со всех сторон своим вниманием.

– Я умею говорить и слушать, – хвастал перед Хавой змей, хитро начиная издалека. – И мне открыты кое-какие тайны.

– Тайны? – Заинтересовалась Хава. – И какие же тайны тебе открыты? – спросила она змея.

– Ангельские и даже Божественные.

– Например? – не поверила Хава змею.

– Например, то, что А-Шем запретил вам вкушать от Дерева Познания.

– Ну и что? – спросил Адам, позёвывая.

– А то, что этим самым запретом сильно ограничивается ваше участие в освящении Имени вашего Создателя.

– Да? – огорчилась Хава.

– Как это? – не понял Адам.

– Вы чистые, неиспорченные, возвышенные натуры, которым не присущи никакие злые побуждения, – говорил змей.

– Да это так, – соглашалась Хава.

– Вот видите, – разочарованно произнёс Нэхаш. – Всё оказалось до неприличия просто. Вы уже по великой любви А-Шема созданы совершенными. Но существует разница между теми, кто были созданы святыми, потому что Творец любит их, и теми, кто стали святыми, потому что их собственная любовь к Творцу оказалась неизмеримо велика. Эту разницу можно понять, только отведав плодов с Древа Познания. Стоит вам вкусить запретный плод, как вы столкнётесь с неизвестными вам «Добром» и «Злом», которые скрываются в самих вас. Сможете преодолеть в себе своё зло, и вы совершите добро, и сами возвыситесь в духе, и по-настоящему, по своей любви великой к Нему, сможете освятить Имя.

Змей превзошёл себя. Его доводы запутали всех. Адам долго думал об этом, пока не уснул. Тогда змей продолжил разговор с женщиной:

– Скажи, Хава, разве запретил вам А-Шем, есть плоды в этом саду?

– Нет, не запретил.

– Правильно. Они и созданы все, для того, чтобы их есть.

– Нам разрешено есть плоды от всех деревьев, кроме этого. Адам сказал, что к нему запрещено даже притрагиваться. Если мы нарушим запрет – умрём. Так А-Шем объяснил Адаму.

Самаэль знал, что на самом деле Адам самовольно наложил этот запрет на себя и на Хаву, чтобы даже не приближаться к столь опасному дереву. Он подсказал змею, где самоволие Адама давало лазейку к доверию Хавы и её сомнению.

– Знаешь ли ты истинную причину, по которой А-Шем запретил вам есть эти плоды? – Змей лукаво посмотрел на Хаву, пытаясь усыпить её бдительность рассказом.

– Всякий искусный мастер ненавидит своих соперников, – зловеще шептал змей на ухо Хаве. – Сам А-Шем ел плоды от Древа Познания, и только благодаря им, Он сотворил Вселенную. А сейчас Творец запрещает вам вкусить тех плодов от древа, чтобы вы не смогли уподобиться Ему, чтобы не могли и помышлять о создании своих собственных миров!

С этими словами, змей подтолкнул Хаву к дереву, и она с криком отчаянья оперлась о ствол:

– Предатель! – бросила она Змею, ожидая мгновенной смерти, но не умерла.

– Вот видишь, – радостно заметил змей, – ничего не случилось! Ты всё так же жива, хотя твоя рука на Дереве Познания. Так может быть, Адам обманул тебя? И если ты отведаешь плодов, с тобой снова ничего не случится, как не случилось, когда ты прикоснулась к запретному дереву? – Змей, улыбаясь, протягивал ладони полные нежнейших, пахнущих свежестью плодов тёмно-фиолетового цвета, похожих на крупную луковицу. На месте, где плоды крепились к ветке, выступили жемчужные слезинки. Хава осторожно слизала жемчужину языком, и съела нежнейший плод целиком. Было необычайно вкусно. Казалось, это удовольствие будет длиться все тысячу лет, обещанные А-Шемом Адаму. Но едва Хава собралась сказать змею, что, похоже, и здесь Адам обманул её, как увидела перед лицом своим ангела Смерти. И тот заглянул в её глаза, и остудил ей душу…

Испуганная Хава закричала, разбудив Адама. Возбуждённая, вся в слезах, она протягивала горсть плодов запретного древа Адаму и, оглядываясь на исчезнувших ангелов, в отчаянье и кричала:

– Адам! Если мы умрем, то оба! Слышишь? Оба! – настаивала она, протягивая ему плоды. – А если будем жить, то тоже оба! Ешь! И ни о чём меня не спрашивай!

Адам с ужасом глядел на Хаву и на мятые плоды в её руке и отказывался верить, что запрет А-Шема так легко был нарушен его женщиной. Он наотрез отказался есть плоды, думая о том, как рассказать А-Шему о постигшем горе, но Хава заголосила! Она рыдала, причитая, что не хочет умирать одна, и что змей с ангелами обманули её.

– Если ты думаешь, что тебе по какой-то причине дадут новую Хаву, – кричала она, – то не рассчитывай! После шести дней творения А-Шем ничего нового под солнцем создавать не намерен! Но если ты полагаешь, что после моей смерти останешься жить один, то на это тоже не рассчитывай! Как бы ни так! Без меня ты здесь тоже никому не будешь нужен! Ты не сможешь один родить своих великих потомков! Для нас двоих будет лучше оставаться вместе и в жизни и в смерти.

– Но как это возможно?! – отступал от Хавы Адам, а та приближалась, протягивая ладони с раздавленными плодами, и умоляла не оставлять её одну.

– Съешь, умоляю! И мы разделим одну судьбу!

Адам разжалобился. Уступил напору женщины. Он съел плод и сразу почувствовал, как у него стал меняться характер. В нём точно поселилось зло, и пришло запоздалое понимание того, что он только что изменил мир, разделив его на две половины – добра и зла, рая и ада. И что райский сад для него и его потомков теперь навечно утерян.

Когда произошло это первое грехопадение Адама, Божественное Присутствие – Шехина – покинуло землю и удалилось на первое из небес. И люди стали превращаться в животных.