- -
- 100%
- +
Уж совсем запредельный верх наглости – вломится на полном ходу в какую-нибудь захолустную систему, где заведомо нет ни одного боевого корабля.
После чего наскоро взять на абордаж пару барж или бригов, продефилировать на низкой орбите над столицей (и то, если там не имеется планетарных перехватчиков), разбрасывая стратосферные камуфлеты, и поджигая импульсными излучателями полярные сияния – и бежать прочь со всех ног.
(И то о подобных рейдах потом говорили годами!)
Время от времени – весьма редко – кто-то, совсем уж зарвавшись, начинал охоту в давно освоенных районах. Но обычно это становилось концом их карьеры.
Кроме того, главный принцип космических пиратов, во все века был неизменен-«Два У», по терминологии их самих: урвал и удрал. После каждого удачного похода они месяцами отлеживались на своих тайных базах, или проматывали добычу в кабаках планет, не отличающихся законностью и правопорядком, прежде чем решались снова выйти на промысел.
Эти же как будто не боялись ничего, и совершали иногда по два нападения в неделю и это вблизи весьма развитых миров!
* * *…С новостной строки Галанета.
…В приграничных районах Темной Лиги наблюдается повышенная активность военно-космических сил. Несколько крупных эскадр проводят одновременные маневры. Наблюдатели невольно задаются вопросом: не свидетельствует ли подобное поведение об агрессивных замыслах, исподволь лелеемых руководством Лиги?..
…В центральном районе Нью-Парижа – столицы Французской космической федерации, произошла массовая драка между представителями темнокожей и арабской общин – двух основных этнических групп федерации. По оценкам полиции в ней приняло участие до 190000 человек. Разграблен целый ряд банков, казино, супермаркетов, нанесен большой материальный ущерб городскому хозяйству. Пожарные до сих пор безуспешно пытаются погасить огонь, охвативший двухсотэтажный небоскреб Нью-Парижского делового центра. Уничтожено и повреждено большое количество автомобилей и глайдеров. Пострадало немало представителей белого меньшинства. Число убитых и раненных уточняется. Мэр Нью-Парижа, господин Ахмед Абу Али-Мухаммед Хасан Акбар Хаттаб Исмаил-бей заявил…
Криминальная хроника. Европейский союз, Новая Швабия. Дерзкий побег из тюрьмы города Гамбургера: сообщники членов банды угонщиков, ожидавших суда в городской тюрьме, похитили из гаражей одной из планетарных частей бундесвера танк и с его помощью проломили стены тюрьмы.
За 18 часов пребывания на свободе, они несколько раз брали по дороге заложников, удачно ограбили банк, совершили нападение на секцию восточных единоборств и школу полиции и сбили два патрульных глайдера. Только поднятому по тревоге бронетанковому дивизиону сил планетарной обороны удалось остановить беглецов. После задержания полицейские эксперты были поставлены в тупик: в крови самого трезвого из преступников содержание алкоголя соответствовало двум литрам недавно выпитого крепкого шнапса. Как в таком состоянии эти люди управляли сверхсложной боевой техникой – остается загадкой.
Свенска. Полицией столицы планеты – города Упсала, арестован владелец кхитайского ресторанчика, поставлявший восточным закусочным кошачье и собачье мясо. Местные жители снабжали его кошками и собаками всего по двадцать-тридцать крон за штуку. Перед убийством животных еще особым образом били в течении нескольких дней, чтобы мясо легче отставало от костей и было мягче и вкуснее. Как выяснило следствие, местные жители не только знали о печальной судьбе, уготованной несчастным домашним любимцам, но и частенько обращались к ресторатору за инструкциями, а затем точно также били своих коров и свиней. Некоторые из побитых животных живы до сих пор, и будут представлены в качестве вещественных доказательств на будущем процессе. Это дело обещает быть очень громким, и возможно, затмит недавнее дело о жестоком убийстве хомяка капитаном звездолета…
Экономические новости: по информации из деловых кругов Халифата, на крупнейших рабских рынках этой страны уже в течение месяца отмечено некоторое падение цен. Ряд наблюдателей связывает это с ростом пиратства и ослаблением борьбы цивилизованного сообщества с контрабандой.
…Из светской хроники: скандал, связанный с нескромной (самое мягкое выражение) выходкой наследной принцессы Амазонийской монархии – Милисенты, продолжает оставаться в центре внимания многих СМИ.
Амазония лишний раз подтвердила свою репутацию страны, с несколько специфическими взглядами на отношения полов и на общественную мораль.
Надеемся лишь, что подобные настроения не станут преобладающими в масштабах Ойкумены – в противном случае, закат цивилизации не за горами…
3. Принцесса и прочие
Комплекс императорского дворца, гостевое крыло.
– …Нет-нет, ваш-высочство, и не просите уж! – Никак не могу. То ж приказ самлично вашей матушки-императрицы! Вот, если бы, скажем, вы были императрицею, а какой-нито, извините, задрипанный вахмистр ваш августейший указ нарушил – что бы вы сделали?
– Так меня что – арестовали?!
– Ну, зачем же арестовали? Зачем же так сразу, ваш-высочество. Велела она вам находиться неотлучно тут, никуда не выходить – значит так тому и быть. А про арест ничего такого не было сказано.
Наследная принцесса Амазонийской империи Милисента с тоской посмотрела за спину своей бывшей воспитательницы, где располагался выход из этих шикарных апартаментов, теперь, похоже, ставших для нее тюремной камерой.
На двери каюты был всего один обычный замок, открывающийся одним поворотом рукояти. Но пытаться прорваться мимо Сары Карлсон было глупо и бессмысленно.
Из могучей кряжистой тетки можно было сделать трех таких, как Милисента, а справиться она, несмотря на годы, могла даже и с пятью такими, несмотря на всю спецподготовку, какую принцесса прошла в кадетском корпусе. И неудивительно – ведь старая вахмистрша обучалась своему делу не в тренажерных залах и учебных схватках, а в реальных боях. Которых за ее жизнь было ох как много!
– Но я должна немедленно поговорить с мамой! – обреченно вымолвила она. Понимаешь? Должна!
– Ну, кто ж спорит? – примирительно протянула Сара, которая впервые познакомилась со своей венценосной воспитанницей, когда принцессе было пять с небольшим лет. Пожалуй, подумала вдруг Милисента, с этой грубоватой, но, в сущности, такой доброй теткой – бывшим главным сержантом лейб-гвардии[1] она встречалась как бы не чаще, чем с родной матерью…
– Матушка ваша конечно же поговорит с вами. Да не бойтесь вы – неужто за какую-то, прости Богиня, телку, которую вам вздумалось потрепать, вас государыня осудит?
– Да ты не понимаешь… – в отчаянии обхватила голову руками девушка, – Я должна все объяснить…
– Не надо, вашвысочество, – ладонь Сары легла ей на плечо, – не надо оправдываться – это хоть и не совсем правильно, но ведь не так чтобы и плохо… Не надо уж вам так особо стыдиться…
Милисента еле удержалась, чтобы по детски не всхлипнуть.
Даже Сара, знающая ее с детства, не верит, что… Нет, конечно, виновата прежде всего она, и никто другой.
– Да и вообще – виданное ли это дело – наследницу престола посылать учиться в эти дикие мужичьи миры? – гудела старуха. Тут я с вашей матушкой, что хотите со мной делайте, ваш-высочство, не согласна – зря она вас туда послала, в энтот лицей. И чему в энтом лицее можно хорошему научиться? Небось, девки сплошь порченные, извращениями занимаются, вроде этого – тьфу, даже стыдно сказать… Не-е… вот при вашей бабушке, было по другому… Бывало, девчонку читать-писать, да с компьютером где-чего нажимать, и как из бластера палить – научат, да сразу на корабль, или в войска там планетные. А там уж – захочет жить – обучиться чему надо… И ничего – почитай, все соседи нас боялась!
Милисента печально вздохнула. Сейчас старая Сара пуститься в многословные воспоминания о бурной молодости, о лихих рейдах под водительством Антонины ХХVIII – тогда еще принцессы, заставивших соседей считаться с собой, и заметно расширивших границы империи, и о смазливых пленниках, оттраханных сразу после боя прямо на груде старых скафандров.
Нет, ей не понять ее страданий.
Хотя конечно виновата в этом она сама и только сама!
Она, как дура, влюбилась в этого… это… эту… эту дрянь, не распознав что перед ней – ничтожество в штанах!
Нет – лучше не вспоминать, забыть и не возвращаться к этому!
* * *…Двадцатью этажами выше и полукилометром левее, в одной из гостиных южного крыла, собравшиеся придворные обсуждали переданный на их персональные пейджеры полтора часа назад именной указ императрицы по делу принцессы.
Тут собрался цвет высшего общества – не самые блистательные красавцы, и даже не самые богатые и знатные, а самые умные и влиятельные. Своего рода – теневой кабинет империи.
У непривычного человека могло зарябить в глазах от шитья вицмундиров и армейских погон, блеска орденов и безумно дорогих фамильных драгоценностей, на фоне элегантных платьев.
Но даже среди собравшихся выделялась своим блеском (как в прямом, так и в переносном смысле) почетный председатель этого собрания, достопочтенная виконтесса Таисья Кукушкина, занимавшая в свое время почти все посты в правительстве Амазонии, а ныне заведующая гаремом, или по древнему, – кизляр-ага. Впрочем, за глаза ее называли «Кизляр-Яга» – за строптивый нрав и возраст.
В даный момент говорила комендант Темескиры – генерал – лейтенант Инна Черская.
– Думаю, особо возникать тут нечего – указа конечно странный, но воля правительницы – закон. Проблем тут особых не будет. – Вначале высечем – благо она даже не солдат, а так, чина не имеющая личность. И поделом, откровенно говоря. Потом – ну, присвоим ей генерала – оформим приказ задним числом – мало ли отпрысков нашей знати записаны во флот чуть ли не с рождения. А потом – в соответствие с указом – разжалуем…
– Нет!! – бахнула кулаком по столу Алиса Комитени, маркиза и командир ударного корпуса. – Вы все – безмозглые клуши, которым надо не государством рулить, а… – почтенная маркиза не стала уточнять – чем именно следует заниматься.
Вы бы хоть подумали – что будет с нами всеми, когда ее высочество сядет на трон? Что она с нами сделает? Думаете, она нам эту порку не припомнит? Ну ладно, я старуха, я может, помру. Ты, Инка-тоже. Но вы-то, вы??!
По лицам присутствующих было как раз видно, что маркиза зря тратит свои нервы, и именно вот это они прекрасно понимают.
– Но почему такая суровость? – пожала плечами герцогиня ирэна Снежнецкая – статс-секретарь императрицы, недавно вернувшаяся из очередной командировки в одну из окраинных систем. – Дело конечно скандальное…
– Почем я знаю? – фыркнула графиня Черская. – Может быть, девчонка своей выходкой нарушила какие-нибудь внешнеполитические планы императрицы?
Кто знает, что у нашей правительницы в голове? И вообще – что мы так шумим? Ты, Алиса, зря нагнетаешь обстановку. Можно подумать, нашу теперешнюю царицу в детстве мало пороли? Да и нас с тобой – тоже.
– Сейчас другие времена, и принцессу воспитывали совершенно по другому…
– Вот то-то и оно, что воспитывали не так, как надо! – хмыкнула Кукушкина.
Однако ее мало кто поддержал.
– Может, все-таки побеседовать с Антониной? – тоненько протянула маркиза Здислава Неро – самая молодая из присутствующих, недавно вошедшая в их число. – Если вы боитесь… я готова сама…
Собравшиеся дружно зашикали.
– Или ты не знаешь, что Антонина никогда не отменила ни одного указа? – саркастически рассмеялась Сэй Кикуджиро. – Брось, и не ломай себе карьеру!
– А если…, – нерешительно начала вице-канцлер.
– Что?? – напряженно повернулись к ней все собравшиеся.
– Ну, я подумала… может, нам… ввести императрицу в заблуждение? Ну, там составим акт о порке, оформим ссылку на какую-нибудь тыловую базу, а на самом деле спрячем Милисенту где-нибудь в наших имениях, гарем для вида расформируем, а на самом деле тоже где-нибудь у себя спрячем… до поры до времени…
– Но у Милисенты еще нет гарема, – робко напомнила главная егермейстерша.
– Да это-то как раз пустяки, – махнула рукой Таисья. Скинемся, подруги, по одному-два мужичка – вот и гарем. Потом же и заберем их обратно.
А когда Ее великолепие остынет – подсунем указ о снятии опалы, и все будет тип-топ…
– Ладно, попробуем, – вздохнула Алиса, – Убедили, соратницы.
«И что я тут делаю?! – вдруг подумала Ирэна. Зачем мне вся эта придворная канитель?»
Да, совсем как в старом анекдоте – как сказал генерал, застав своего адъютанта, кувыркающейся с тремя своими мужьями разом. «Ну я то ихняя жена, но тебе, девочка, зачем это надо?» Послать бы эту политику подальше, уехать в поместья, забыть обо всем, заняться наконец, устройством своей личной жизни, и воспитанием дочки – оставшейся от второго и последнего из ее неудачных браков.
Но – нельзя. Потому что – не так уж много по настоящему надежных людей, вокруг трона. И тем более – не так много настоящих друзей у Антонины.
Хотя последняя попытка дворцового переворота была подавлена в Амазонии уже почти полтора века назад, но друзья царствующей особе нужны, быть может, больше, чем кому-нибудь другому.
Может быть, все-таки ей следует переговорить с императрицей? Нет, не стоит. И дело не в монаршем гневе, который может на нее обрушиться. Просто – она слишком хорошо знала свою давнюю подругу, чтобы не знать, что та и в самом деле очень редко меняет принятые решения. Больше того – попытки отговорить от них зачастую приводят к обратному результату. В этом смысле Антонина ХIII удалась вся в прабабку – Антонину Х, она же Великая.
…Наверняка, члены «Теневого кабинета» весьма удивились бы, узнав, что указ, который они так яростно обсуждали, и который по идее пока не должен быть известен никому, кроме узкого круга посвященных, в данный момент так же обсуждается в одном из особняков, принадлежавшем не кому иному, как лидеру радикальной оппозиции – княгине Катарине де Орсини.
Сейчас, правда, выступала не она, а маркиза де Трухильо.
Обсуждала она, правда, не сам указ – ее давно уже занесло несколько не в ту степь.
– Радикалы стали играть при дворе и в империи непозволительно низкую роль! Я считаю, мы должны воспользоваться ситуацией, и незамедлительно поставить вопрос… – задыхалась от возмущения маркиза де Трухильо. Какой вопрос следует поставить, и куда, она не уточнила, торопливо налив полный стакан квасу, и влив в пересохшее горло.
– Мы видим, как падают нравы, как славные традиции Антонины Великой забываются, как разложение все явственнее дает о себе знать! – продолжила она, отдышавшись. – Дошло до того, что не только мас… маскулинисты (слово это на выговорила с неприкрытым отвращением) почти открыто собираются на свои мерзкие сходки! Нет, мало и этого – вы подумайте – даже среди нас, сильного пола, появились сторонники безумной идеи равенства женщин и мужчин!
– Я готова простить девчонке даже эту ее выходку – вернулась она ближе к теме. – В конце концов, быть может, кроме не нашлось подходящих мужиков: чего еще ждать от извращенного патриархального мира?! Но даже довести дело до конца у нее не хватило пороха, черт возьми! Уж лучше бы девушку себе нашла, честное слово!
Кое-кто неодобрительно поморщился.
Конечно, сейчас не прежнее суровое время, не эпоха Антонины Х, но все равно не стоит так открыто бравировать своей нестандартной ориентацией – особенно в ее почтенном возрасте. Пусть закон и люди и снисходительно относятся к маленьким слабостям сильного пола. Но ведь не зря сказано в святом писании: «Когда богиня Великая Мать создавала женщину и мужчину, она создала все части тела их именно для того, для чего нужно, а не для того, чего не нужно…». Именно поэтому все поползновения использовать детородные органы не так, как предписано природой, и не к субъекту другого пола (чем грешат извращенные патриархальные миры) сурово осуждаются моралью и законом. Ну, к женщинам этот закон, положим, и впрямь куда снисходительней…
– Я готова полностью согласиться с маркизой, – сообщила виконтесса Далласская, – Двор погряз в непозволительной роскоши! А в это время число вынужденных работать мужчин неуклонно растет, ибо женщины уже не могут прокормить свои семьи! Из-за больших размеров гаремов наблюдается и дефицит мужчин – уже нередки случаи, когда несколько женщин вынуждены вскладчину обзаводиться одним мужем – где это видано?
Да еще эта идиотская мода – заводить детей не как установила природа, а с помощью врачей – некоторые идиотки вообще месяцами стоят в очереди за элитной спермой!
И это в то время, как у одной только Антонины в гареме четыре сотни здоровых лбов!
Нужно потребовать от Антонины принять закон против роскоши, и немедленно ограничить предельное число мужей – хотя бы полусотней для знати, и десятком для простолюдинок! Нужно защитить нашу мораль!
Императрица с ее либеральной политикой перешла все границы допустимого…
все высокое собрание начало наперебой высказывать претензии к власти, и ругать правящую династию.
Разошлись они только часа через три, вдоволь наговорившись, и получив от почти все время молчавшей княгини де Орсини – лидера радикальной партии, приказ – быть наготове, и ждать, начав действовать по первому же сигналу.
Но ушли не все – осталось несколько самых доверенных соратников (вernee – соратниц).
– Ну, что, подруги – видели? – начала она, взяв быка за рога, сразу, когда они остались одни. Ясное дело – с этими нашими мартышками пива не сваришь.
А вот мы с вами сварим. Итак – слушайте, мои славные подруги, что я предлагаю…
Ее никто не перебил – выступления вождя оппозиции всегда были весьма толковыми, а случившееся событие было таково, что лучшего случая в очередной раз атаковать трон, представить было невозможно.
4. Пираты и магнаты
Старпом «Старины Роджера» Эндрю Флайнт, в сопровождении еще трех помощников, проводил очередную ревизию сокровищ, собранных его лихой командой за год с небольшим разбоев и грабежей.
Ревизия состояла главным образом, в следующем: открыв шифрозамки на всех шести сейф-сундуках, Флайнт созерцал спрятанное в них добро, сверяясь изредка с записями в своем электронном блокноте, время от времени погружая руки по локоть в глубину содержимого, извлекая то одну, то другую вещь, и любуясь ею в свете тусклых панелей дневного света.
Правду сказать, тут было чем полюбоваться.
Грудой лежали драгоценности – ожерелья и серьги из кампийского янтаря и новопанамского полосатого сапфира, искусные диадемы, кулоны и браслеты лучших ювелирных фирм Ойкумены, и даже некоторое количество старинных, носивших неподдельную печать времени антикварных драгоценностей – возможно, еще украшавших шеи и запястья красавиц Старой Земли – не исключено, что и задолго до космической эры.
В других сундуках хранились деньги.
Тут были платино-иридиевые тонкие пластины Халифата, расчерченные арабской вязью, голографические цветные фантики Нубии, морды – деньги далекой Великой Мордовии, сплошь покрытые микроскопическими портретами знаменитых сограждан, золотые и серебряные кредитные карточки на предъявителя, с логотипами крупнейших банков Вселенной, пачки акций и облигаций… Было несколько тюков валюты стран отдаленных и вообще – Флайнту неведомых – которые он хранил на всякий случай.
Были бы тут, наверняка, деньги и драгоценности нечеловеческих рас… Да вот только оные расы не встретились пока роду людскому!
Известный всякому, кто смотрит новости, грозный силуэт «Старины Роджера», с замысловатыми башнями многочисленных надстроек, артгнезд, и лепестками огромных антенн сверхдальних локаторов (превосходящих, как утверждали, состоящие на вооружении у лучших космических флотов), величаво плыл в черной бездне, на фоне сгустков туманностей, и звездных скоплений.
Вокруг эмиттеров гипергенераторов вспыхивало и гасло пурпурно-лиловое сияние – пиратский рейдер был готов в любое мгновение исчезнуть отсюда.
Внутри, за фальшивой обшивкой, прятался обычный курьерский фрегат рязанской постройки, правда, радикально переделанный внутри.
Три из пяти грузовых трюмов были превращены в танки для топлива.
А под брюхом был подвешен специальный двигатель, подобного которому не существовало во всей вселенной. Это был существовавший в единственном экземпляре опытно-экспериментальный двигатель, еще недоработанный и до конца не испытанный. Как он попал к пиратам – разговор совсем особый.
Точно также – для чего именно хозяин пожертвовал одну из своих передовых разработок именно им.
Пираты были вполне довольны жизнью.
Только за прошлый месяц они захватили пять судов – от небольших каботажных шхун до грузового галеона. Два из них – самых старых и вылетавших свой срок, они отпустили, сняв с них груз, и ограбив до нитки пассажиров и экипаж, при этом высадив на их борт большую часть пленных.
И сейчас команда последнего настоящего корсара Галактики активно пользовалась добытыми благами.
На камбузе, кроме штатного кока – Такомбы Балумбы, в поте лица трудился бывший шеф-повар лайнера «Астранийский павлин» знаменитый буквально на всю Ойкумену кулинар Марсий Попадакис, и два его поваренка.
Пираты ни в чем себе не отказывали, и ежедневно обжирались деликатесными омарами, зеленой икрой осетров с планеты Кикапу, мясом крылатых турских оленей, томскими василисками и лягушками, фаршированными салом, и прочими инопланетными деликатесами, которые выгребли из холодильников лайнера, и трюмов захваченных транспортов.
Марсий Поподакис, добродушный толстяк, носивший среди знакомых прозвище Папа-Попадаки, двукратный лауреат «Бриллиантового половника», влюбленный в свое ремесло, еле-еле удерживал слезы, при виде того, как прожорливые разбойники съедали в один присест деликатесную яичницу из сотни яиц земного перепела (со Старой Земли!!) – которую полагается вкушать медленно и со смаком, тратя не больше десятка. Или с презрением отшвыривали, наевшись до отвала, нежнейшее филе дильмарских ящериц.
Старпому Флайнту даже пришлось ввести ежедневные обязательные пробежки по кораблю в тяжелом скафандре с полным вооружением – ибо кое-кто уже, раздобрев на дармовых харчах, с трудом в него влезал.
Целый жилой коридор был занят под корабельный бордель, где томились жертвы, как говорили в далекой древности, «разнузданной похоти разбойников». Тут, правда, женщинам с взятых на абордаж кораблей весьма повезло: на первом же лайнере, захваченном корсарами, был взят в качестве трофея знаменитый цефеянский стрип-балет «Лунные девицы», во главе с его суперзвездой, вселенским секс-символом Китти Кэт.
Так что пираты оттягивались со вкусом.
Впрочем, отдыху и веселью предавались не все – кому-то нужно было и делом заниматься.
Hапример, пересчитывать добро в главной трофейной кладовой, Внезапно в нагрудном кармане замигал красным огоньком – сигналом особо срочного вызова, и запищал на редкость противным писком (обозначавшим ту же самую повышенную срочность) персональный коммуникатор старпома.
– Ну что там? – спросил Флайнт, не скрывая недовольства.
– Шеф, это Таблетти, – прозвучал голос вахтенного оператора. – Подойдите к нам – в нашу сторону кто-то летит!
– Хорошо, буду! – и оставив сопровождавших его сподвижников задраивать двери хранилища, старпом направился в рубку, на ходу придумывая кары для не в меру ретивого связиста, если то ради чего он оторвал начальство от созерцания добытых сокровищ, окажется пустяком.
…В то же самое время, по коридору в направлении своей каюты торопливо шагал не кто иной, как капитан «Старины Роджера», атаман самой знаменитой за последний век пиратской шайки, человек, только одно имя которого заставляло вздрагивать космолетчиков едва ли не четверти Ойкумены – капитан Питер Хукк. Торопился он к себе, ибо чувствовал настоятельную потребность в уединении. Вызвана она была, правда, отнюдь не личными причинами, а теми же, что заставили его помощника прервать столь приятное занятие. Его коммуникативный браслет уже две минуты посылал ему в запястье частые электрические уколы. А это значило, что на связь со «Стариной Роджером» выходил его хозяин.
* * *Что-то непонятное… – пробормотал Никкербоккер, изучая пляшущие диаграммы разных цветов на экранчике мониторной консоли.
– Может, эта твоя магия сдохла??
Этой штуке больше тысячи лет, и она работает до сих пор – вспылил Финч.
Вот-то то и оно, что тысяча!
Боцман недовольно покосился на блестящий вытертым от старости титаном системный блок. С консолью его соединял обычный кабель. Да, да – терминал был соединен с компьютером не тахионным, не нейтринным, не ультразвуковым, не инфракрасным, не УКВ-портом. Нет – то был допотопный многожильный кабель, какие были входу, быть может, еще при Иване Грозном.[2]
А уж что было внутри блока – так это только космические боги и демоны ведают – ибо маготехника древних цивилизаций исследованию не поддавалась, в лучшем случае превращаясь в пыль. В худшем – – в пыль превращался не только любопытствующий, но и ближайшие окрестности. Но Майкл любопытным не был – для него хватало того, что проданная знакомым потрошителем старинных космических свалок машинка работала.