Близнецы от врага. Чужая тайна
- -
- 100%
- +
– Что? Кого? – сводит брови.
– Кхм, – делаю паузу, пытаясь угомонить эмоции. – Кейт… Катю… Или кто там к тебе прилетает этой ночью, – заканчиваю ровным тоном, играя равнодушие.
– Мне не нужно особое разрешение, птичка, – чеканит без тени улыбки. – Сначала отвезу тебя в дом твоего мужа, – выделяет последнее слово, – а потом отправлюсь по делам. И не щебечи по дороге. Отвлекаешь, – добавляет отстраненно, словно блок между нами ставит.
Так даже лучше! Мысленно убеждаю себя в этом и отворачиваюсь к окну, всматриваясь в очертания ночного города.
Не хочу, чтобы Алекс видел, как на моих щеках появляются тонкие дорожки непрошеных слез…
***
Более пяти лет назад. Богдана
Стою перед огромными панорамными окнами и с замиранием сердца смотрю на простирающийся передо мной вид. Огни ночного города завораживают и пугают.
Так высоко, что страх смешивается с чувством свободы. Гремучий коктейль выплескивается в кровь, будоража адреналином. Не выдержав, пячусь назад.
Нервно измеряю шагами спальню Алекса. Жду его.
Мельком бросаю взгляд на распахнутую дверь. У меня еще есть шанс сбежать. Последний.
Хотя кого я обманываю. Алекс найдет меня всегда и везде. Украдет и вернет в свое логово. Именно так он поступил месяц назад. На следующий день после того, как мы познакомились и я исчезла поутру.
Не поленился поехать «к черту на кулички», как сам говорил. Поджидал меня возле общежития. С цветами и обезоруживающей улыбкой.
Наглый и ласковый, настойчивый и добрый, резкий и внимательный. Он всем своим видом показывал, что отступать не намерен.
Мне же не нужны были никакие отношения, тем более, с сыном бизнесмена. Я подсознательно не доверяла богачам. Много повидала их в элитном клубе, где пою.
Типичные пользователи, для которых женщины, подобные мне, ничего не значат. Всего лишь куклы на ночь.
Но Алекс не сдавался. Для него не существовало слова «нет». Поставил перед собой цель, и ею оказалась я.
Не знаю, в какой именно момент я устала бороться и отвергать его. Наверное, в тот самый, когда влюбилась… В синеглазого демона, который забрал мою душу.
И вот я здесь, в его квартире. Взволнованная и растерянная.
Задумчиво подхожу к столу, стеклянная поверхность которого исчерчена, как шахматная доска. На поблескивающем глянце расставлены большие, вычурные фигуры. Беру в одну из них, кручу в руке, рассматриваю с интересом. Красивая, но я абсолютно ничего не понимаю в шахматах.
– Это королева, она ходит как угодно, – доносится над головой бархатный голос.
Вздрагиваю и едва не выпускаю фигуру из рук.
Алекс смеется и целует меня в макушку. Горячие ладони ложатся на мою талию, чуть сжимают, а потом скользят к животику, заключая хрупкую меня в кольцо. Спиной впечатываюсь в стальной торс и чувствую жар мужского тела. Задыхаюсь в объятиях Алекса, но, вопреки здравому смыслу, льну к нему сильнее.
Кажется, что мое светлое шифоновое платьице вот-вот вспыхнет на мне и сгорит без остатка. Осыплется пеплом на шахматный стол. А вместе с ним и я.
– Хочешь сыграть?
Вспыхиваю от смущения, потому что в данный момент думаю совсем не о шахматах. Близость Алекса лишает меня рассудка.
– Я не умею, – честно пожимаю плечами и аккуратно ставлю фигуру на место.
Алекс впивается пальцами в мой подбородок и вынуждает повернуть к нему голову. Вгрызается в мой рот с рычанием, словно дикий зверь, поймавший жертву, на которую долго шла охота.
– Я научу, – выдыхает мне в шею, касаясь губами чувствительной кожи.
Невольно откидываю голову назад, упираясь затылком в плечо Алекса. Перед глазами мутнеет от одних лишь поцелуев коварного соблазнителя.
– Позже, – добавляет он хрипло.
Не успеваю прийти в себя, как оказываюсь у него на руках. Он несет меня вглубь комнаты, укладывает спиной на огромную постель, которая так испугала меня в ночь нашего знакомства. Тогда я переживала, что Алекс будет принуждать меня, а сейчас сама ищу его объятий и растворяюсь в них.
Слишком бурно отзываюсь на трепетные ласки и нежные слова, нетерпеливо ерзаю на мягком матрасе, сминая под собою простыни.
«Интересно, сколько женщин побывало здесь до меня?»
– Ни одной, – с теплым смешком выдает Алекс.
Ойкаю и заливаюсь краской. Неужели я спросила это вслух?
– Ни одной в моей квартире, – уточняет он серьезно. – Ты будешь первой, – покрывает лицо поцелуями. – Единственной, – шепчет едва слышно.
«Это ты у меня первый. Во всем», – вопит сознание, но я закусываю губу, чтобы не выпалить еще и это ненароком. Стыдно в свои девятнадцать быть неопытной. Алекс узнает – и точно рассмеется мне в лицо.
Я же… Хочу быть с ним сегодня. И не важно, что ждет нас потом…
Забываюсь, целиком отдаваясь во власть любимого. Слышу возню, какие-то шорохи и шелест. Но ласки, которые не прекращаются ни на секунду, отвлекают от всего, что происходит вокруг.
Туман рассеивается, как только я ощущаю безумную боль внизу живота. Импульсивно дергаюсь, но Алекс не позволяет освободиться. Обнимает крепче, душит в своих руках. Ловлю его взгляд, нежный, слегка виноватый, но при этом… довольный.
– Только моя птичка, – улыбается Алекс, а сам будто клеймо ставит. И в том месте все жжет огнем, словно от раскаленного металла.
– Остановись, хватит, – не выдерживаю я.
Но от моих слабых попыток сопротивления дискомфорт лишь усиливается. Вздохнув, замираю и прикрываю глаза.
– Нет, – Алекс слегка прикусывает и без того припухшую нижнюю губу. – Расслабься, маленькая моя, – поглаживает животик. – Не остановлюсь, птичка. Пока не сделаю тебя своей, – целует, заглушая мой стон, в котором смешались боль и удовольствие. – Полностью.
***
После полугода отношений. Богдана
– Выходи за меня, маленькая птичка, – шепчет Алекс мне на ухо, пока я нежусь в его объятиях.
От макушки до пяточек покрываюсь мелкими мурашками. Собираюсь натянуть на себя простынь, прикрыться, но Алекс не позволяет. Тешится моей патологической скромностью. Это далеко не первая наша ночь вместе, а я по-прежнему смущаюсь.
– Я не маленькая! – надуваю губки, но на самом деле не обижаюсь. – Перестань называть меня так, – поднимаю на него предупреждающий взгляд.
Но он смеется, бархатно и обезоруживающе, и притягивает мое хрупкое тело к себе, крепче сжимая в сильных руках. Медленно проводит ладонью по плечу, обхватывает шею, жалит кожу своими прикосновениями.
– Это все, что ты услышала? – сквозь улыбку произносит мужчина. – Не спорь, ты – моя маленькая птичка. Только моя. Которую я безнадежно испортил, первый, – целует меня в нос, а я заливаюсь румянцем. – И теперь хочу окончательно перетянуть на темную сторону, сделав своей женой.
Лихорадочно вздыхаю и роняю голову на обнаженную, мускулистую мужскую грудь, что вздымается судорожно и часто. Слышу стук сердца, гулкий и бешеный. Алекс зарывается носом в мои волосы, шумно вдыхает их запах.
Молчит. Ждет ответа. Которого у меня нет. Ведь мы с ним из разных миров.
Почти полгода вместе, на протяжении которых я чувствую себя будто в раю. И одновременно боюсь. На личном опыте знаю, что все хорошее когда-нибудь заканчивается.
– Алекс, наша… свадьба, – произношу одними губами, будто спугнуть боюсь, – станет ударом для твоих родителей. Они съедят меня, как только узнают, – хныкаю, не скрывая страха.
Вспоминаю его мать, надменную, строгую. Угораздило же меня открыть ей двери, когда она решила «по дороге заехать на минутку к сыну». Из ее уст я услышала о себе много нового. Поток оскорблений прервал Алекс, вовремя вернувшись в квартиру.
Но в тот день был поставлен крест на моих отношениях с его матерью. И, думаю, со всей семьей Враговых.
– Не успеют, – говорит любимый хрипло. – Потому что я сделаю это раньше. Съем тебя, – слегка кусает меня за ушко.
Одним движением переворачивает меня на спину и нависает сверху. В гипнотизирующе синих глазах загорается опасный огонь. Не позволяя мне даже сделать вдох, Алекс впивается в мой рот жадным поцелуем. Вторгается, терзает, будто и правда поглотить меня желает.
– Дан, я ведь серьезно, – с трудом прерывается и дышит сбивчиво. – Моей всегда будешь, никому не отдам, – проводит рукой по моим волосам цвета пшеницы. – Вернусь из Англии, и мы сразу поженимся. Плевать на всех, – бережно перебирает локоны, играет ими. – Дурацкая стажировка, – рычит в сердцах. – Одну тебя здесь оставлять не хочу. Мало ли что…
– Что может случиться за два месяца? – непонимающе округляю глаза, а Алекс хмурится. – Я скучать буду, – тянусь к его губам за живительным поцелуем. – И любить. Всегда…
***
Сейчас. Богдана
Крепче обнимаю сыновей, которые улеглись с двух сторон от меня. Поглаживаю белокурые макушки. Жду, пока близнецы уснут.
Сама же долго не могу сомкнуть глаз. Вспоминаю прошлое. Каким бы противоречивым оно ни было, но подарило мне самое ценное – детей. И это стоит всех слез, что я пролила и наверняка пролью еще.
Вряд ли я когда-нибудь научусь ненавидеть Алекса, ведь вижу его каждый день в повадках, жестах и бездонных синих глазах сыновей. И уж точно не заставлю себя забыть все, что произошло между нами.
Остается лишь смириться. Жить дальше. Существовать без него.
Глава 7
Алекс
В аэропорт бессовестно опаздываю. Спасает лишь то, что рейс Кати задерживается. В любом случае, обижаться ей на меня не за что. Сама виновата. Надо было напрямую звонить. Заранее. А не играть в испорченный телефон с моей матерью. Как неродная, ей-богу.
С пеленок Катю знаю. Дочь папиного друга – бизнесмена Ковалевского. Простых и приземленных людей в нашем окружении нет. Отсеиваются за ненадобностью. Это напрягает, поэтому и хочется держаться подальше от своей же семьи.
Однако, несмотря на происхождение, Катя – добрая, умная и милая девочка.
Замечаю ее издалека. Тащит чемодан, который больше ее по размеру. Увидев меня, округляет глаза удивленно.
– Чего ты? – перехватываю ее багаж. – Мама сказала, ты встретить просила.
– Не знала, что именно ты приедешь. Привет, – смущенно ресницами хлопает.
– Ну, чем богаты, – пожимаю плечами и быстро чмокаю Катю в щеку. – А почему одна? По моим подсчетам, уже должна была охомутать какого-нибудь богатого англичанина. Имя на Кейт сменила, пора и за фамилию браться, – выдаю с незлым сарказмом.
Девушка нервно отбрасывает с лица угольно-черные волосы и краснеет.
– Да шучу я, – беру ее под локоть. – Поехали. Мои уже заждались, наверное.
Дорога к родителям занимает около часа. Добираемся глубокой ночью. Передаю Катю на попечение мамы. Подумав, решаю тоже остаться дома до утра. В комнате, которая раньше была моей, а теперь пустует. В квартиру ехать нет сил.
Правда, и тут нормально отдохнуть не дают. Пару часов сна – и меня будят, чтобы позвать на завтрак. В нашей семье все строго по графику. Чинно и благородно.
Приходится спуститься в гостиную, где все уже собрались за круглым столом. Я отвык от подобной показухи. Когда проснулся, тогда у меня и утро. А питаюсь или на ходу, или заказываю в ресторане.
Время от времени вспоминаю, как мы с Даной ели пиццу прямо в постели. Под какую-нибудь комедию. Пять лет назад. Когда я бездумно верил лживой стерве.
Отгоняю от себя деструктивные мысли, желаю родителям приятного аппетита, а сам присаживаюсь рядом с Катей.
– Все еще у Картера работаешь? – интересуюсь негромко. – Как успехи?
Мы с ней вместе проходили ту самую роковую стажировку в Англии. Пять лет назад. Только я потом вернулся в Россию, а она устроилась там, получила должность в фирме Картера, одного из английских богачей.
И живет до сих пор. Только изредка приезжает к нам погостить. Отец Кати постоянно расширяет бизнес, гоняет по разным странам. Так что в России у девчонки только мы и остались.
– Да, Картер так относится ко мне хорошо! И повысил недавно, а еще… – воодушевленно начинает она с теплыми нотками, но умолкает под предупреждающим взором моей матери.
– Для девушки главное – удачно выйти замуж. За достойного мужчину, – выдает родительница. – Остальное приложится.
Хочет продолжить нравоучения, однако тушуется, поймав на себе напряженный взгляд отца.
– Как у вас, женщин, все просто, – рычу недовольно.
Сам же в этот момент вспоминаю Дану. Вот кто действительно удачно продал свою свободу. Дорого. И ни капли не жалеет о выборе. Впрочем, она долго к этому шла.
– Ой, а как Милана? – интересуется Катя о моей сестре. – Я слышала, она в Италии сейчас?
– Мы не общаемся, – надменно бросает мама, чем невероятно злит меня. Да и папа недовольно покашливает.
Милана покинула Россию после скандала. Ее первый брак по расчету, организованный родителями, с треском развалился. Сестра наделала много ошибок, плела интриги. А все потому, что ни капли не любила навязанного мужа. Едва не испортила жизнь и себе, и ему.
– Милана сошлась с футбольным тренером. Только в модельном бизнесе у нее что-то не ладится, – сообщаю то, что мои родители и так знают, но специально раздражаю их. – Но она все равно счастлива. Наконец-то, – многозначительно смотрю на отца.
Папа прячет взгляд. Я знаю, что он скучает, что гордость и обида не позволяют вернуть дочь. Чувств мамы я не понимаю. Кажется, ей плевать.
Скоро мне надоедает эта гнетущая атмосфера. Не притронувшись к еде, поднимаюсь из-за стола, чтобы попрощаться и покинуть дом. Пообщались – и хватит. По-доброму подмигиваю Кате. И направляюсь в свою комнату.
Переодеваюсь быстро, не желая задерживаться у родителей ни секунды. Однако хлопаю себя по карманам, недовольно хмыкаю и скольжу взглядом по тумбочкам. Не могу смартфон найти.
Знакомая мелодия доносится откуда-то из коридора. Резко распахиваю дверь и едва не сталкиваюсь с Катей, у которой в руках мой гаджет. Не люблю, когда кто-то трогает мои вещи. Свожу брови, с подозрением смотрю на девушку. Какого?..
***
Пять лет назад. Конец стажировки
Алекс
Слышу настойчивый звонок в дверь и матерюсь вслух. Кого там черти принесли? Не спешу открывать. Надеюсь, что непрошеный гость свалит и не будет меня отвлекать.
Сосредоточенно собираю вещи. Вылет через несколько дней, но мне слишком не терпится вернуться в Россию. К моей птичке.
После двух месяцев врозь, я, честно говоря, сам себя боюсь. Увижу Дану, сорвусь и сожру.
Так, стоп. Сначала поженимся. Белое платье, лимузины, цветы – о чем там еще девчонки мечтают? Все у нее будет. Ну, а под занавес – первая брачная ночь. В конце концов, должно же быть что-то приятное и для меня во всем этом пафосном торжестве!
И потом – из кровати не выпущу. Впрочем, я и раньше-то птичку не очень жалел в плане близости. Кто же виноват, что она с ума меня сводит. А со штампом в паспорте Дана станет моей официально. Не отвертится.
Со временем… Малыша мне родит, мелкого, на нее похожего. Потом. Через несколько лет, не раньше. Дана сама еще маленькая, куда ей детей? Такая ответственность! Тем более, после всего говна, которое ей судьба подкидывала. Пусть поживет в свое удовольствие. За границу ее отвезу, мир покажу. Да все, что захочет.
Даже к отцу в компанию устроюсь, лишь бы денег больше было на семью мою будущую. Я ведь и на стажировку эту долбаную согласился, чтобы быстрее на ноги стать. Как-то иначе на мир смотришь, когда есть, ради кого жить.
Знакомый сигнал заставляет меня бросить вещи и схватить смартфон. Незамедлительно включаю видеосвязь. Любуюсь моей птичкой по ту сторону экрана.
– Привет, – выдыхает она с улыбкой и губку закусывает.
Мгновенно реагирую на ее невинный жест. Хочу Дану до боли. Черт, в такие моменты я даже на виртуальный интим готов. Но птичка точно решит, что я извращенец. Впрочем, так и есть. Рядом с ней я гребаный маньяк.
– Привет, маленькая птичка, – откашлявшись, говорю невозмутимо.
– Не такая я и маленькая, – фыркает, как обычно. – Тем более, теперь, – добавляет тихо и глаза опускает.
– Располнела, что ли? – подкалываю Дану. – Приеду – оценю, – подмигиваю ей, а она не может сдержать хихиканья.
Вот чем меня цепляет птичка, кроме скромности и невинности, конечно же, так это тем, что всегда понимает мои шутки дурацкие. И сама остра на язычок. Умная, дерзкая, честная. То, что мне нужно!
Правда, сейчас Дана нервничает.
– Алекс? – зовет несмело.
Очередной звонок в дверь мешает нам договорить.
– Птичка, я тебе позже перезвоню, ладно? – обращаюсь к Дане тепло и спокойно, а сам готовлюсь прибить того, кто ко мне приперся.
Птичка кивает лихорадочно, вздыхает с облегчением и сама отключается. Подозрительно себя ведет. Позже выясню, в чем дело.
Оставляю смартфон на столе, а сам иду к двери.
– Вот и какого?.. – рявкаю вместо приветствия, но осекаюсь, видя на пороге Катю.
Пытаюсь взять себя в руки и «перепрошить программу», которая сейчас настроена «убивать». Жестом приглашаю девушку войти.
– Улетаешь? – замечает мои чемоданы.
– Конечно. Как и планировал, – пожимаю плечами.
– Тебе же Картер работу предложил, – спохватывается она. – Откажешься? Это ведь такой шанс! Научишься всему и…
Морщусь недовольно. Ни дня лишнего в Англии не проведу. Хватит. У меня иные планы!
– Да к черту, Кать, – отмахиваюсь, но потом задумчиво окидываю ее взглядом. – Слушай, давай я тебя на эту должность порекомендую? Замолвлю словечко. Стажировку мы с тобой вместе проходили. Девчонка ты смышленая. Неужели не справишься! – радуюсь своему решению. – Точно, так и сделаем! А меня в России ждут, Кать. Ты же знаешь.
– Угу, – отводит взгляд.
– Ты что хотела? – прищуриваюсь. – Трезвонила так настойчиво.
– Смартфон сел, а зарядку потеряла, – крутит в руках гаджет.
Мы с Катей на стажировку вместе прилетели. Родители предлагали снять нам дом на двоих, но мы сошлись на отдельных квартирах. Живем, как добрые соседи. Не хватало еще девчонку дискредитировать. Может, найдет себе англичанина, а тут я через стенку. Да и мне не поздоровится, если птичка о «потенциальной сопернице» случайно узнает. Ей же не объяснить, что Катю я с детства знаю и воспринимаю, как сестренку.
Моя милая, нежная Дана превращается в настоящую фурию, когда ревнует. Заводит безумно, но испытывать ее терпение не рискую.
– Мой блок питания возьми, – киваю в сторону комнаты. – На столе.
Сориентировав Катю, направляюсь на кухню и ставлю чайник. Не чужой человек, так что придется хотя бы изобразить гостеприимность. Однако мыслями сейчас я с Даной. Как и все эти два месяца английского ада.
В какой-то момент мне кажется, что из комнаты доносится звук входящего сообщения.
– Кать, мне никто не звонит? – кричу ей.
– Не-ет, – выдает после паузы. – Это я свой телефон к зарядке подключила.
Минут через пять Катя появляется на кухне. Взволнованная и раскрасневшаяся. Садится пить чай, отвлекает меня пустыми разговорами. Утомляет, если честно.
Расходимся поздно.
Стоит мне остаться одному, как я опять беру в руки смартфон. Замечаю, что месседжер запущен. Наверное, свернуть забыл после звонка Даны. Пролистываю историю сообщений и не нахожу ни одного нового. Значит, показалось…
Смотрю на часы и тяжело вздыхаю: поздно уже Дане перезванивать. Вместо этого отправляю короткий текст: «Спокойной ночи, маленькая птичка». Специально девчонку цепляю.
Но ответа нет.
Дана спать легла? Или меня воспитывает?
Откидываюсь на спинку дивана и ухмыляюсь: приеду – накажу.
***
Сейчас. Алекс
– Неизвестный номер тебе звонит, – Катя протягивает телефон.
Вырываю телефон из ее рук, не в силах объяснить свое раздражение, и жестом прошу девушку оставить меня одного. Я вроде бы не жду никакого важного звонка, но при ней почему-то не хочу говорить.
И оказываюсь прав…
– Александр Врагов? – доносится из динамика строгий мужской голос.
– Кхм, да, – откашливаюсь и умолкаю, ожидая продолжения.
Узнаю, что на линии – сотрудник полиции. Он представляется, перечисляет свои «регалии». Я же хочу лишь одного: чтобы правоохранитель быстрее сказал, что ему нужно, и отвалил.
– Вы знакомы с Богданой Авдеевой? – спрашивает внезапно.
Его слова срываются на меня ледяным душем, иголками вонзаются под ногти. Идут секунды, а я не могу выжать из себя ни единого звука, словно у меня паралич гортани.
Полиция и Дана. Какого черта? Мне должно быть все равно, но скрученный в груди узел говорит об обратном.
– Да, – удивляюсь тому, как ломается мой голос. – Что-то случилось? – хрипло выдавливаю из себя.
Тем временем в голове роятся самые жуткие варианты. Сознание щедро подкидывает страшные картинки, которые мелькают перед глазами, как в сломанном калейдоскопе. Рывками, одни заедают, а другие – проскакивают, оставляя в памяти лишь след.
– Вы не могли бы приехать сейчас, – называет адрес Авдеевых. – Нам нужно задать вам пару вопросов.
Соглашаюсь машинально. Сам же все еще нахожусь в прострации.
Звонок обрывается, а вместе с ним и что-то внутри меня.
Глава 8
Богдана
Искренне радуюсь тому, что сегодняшний день могу посвятить детям. Никаких встреч, переговоров, стычек с Алексом! Только я и мои мальчики.
Просыпаюсь чуть свет, тихонько выбираюсь из постели, оставляя близнецов досматривать сны.
Хочу дерзко нарушать правила, установленные Игорем. Одно за другим, словно по воображаемому списку.
Первое – у каждого своя комната: Саша и Илья должны ночевать в детской, мы с мужем – в отдельных спальнях. Если последний пункт меня полностью устраивает, то с близнецами хотелось бы постоянно находиться рядом. Любоваться, как они засыпают, и будить с утра поцелуями в лобики.
Что еще? Завтрак в гостиной за круглым столом? Четко в определенное время? Вычеркиваем! Сегодня мы заказываем пиццу, едим под включенный телевизор и пачкаем постель! У «наших незаменимых» повара и уборщицы тоже выходной – вызову их завтра.
Вместо развивающих занятий, что я намеренно перенесла, – кино и зоопарк! И суровую няню, которая подхватила какой-то вирус и взяла больничный, сегодня заменю я.
Побуду неидеальной мамой. Плохой, неправильной.
От предвкушения отличного дня невольно улыбаюсь. Надеваю джинсы, цветастый свитшот, затягиваю платиновые волосы в высокий хвост и даже не приближаюсь к столику с косметикой. Мне не нужно играть красавицу-жену или бизнес-леди. Отдохну от всего этого. Хочу почувствовать себя настоящей. Живой.
Воодушевленная и радостная, я не сразу различаю мелодию звонка главных ворот. Отмахиваюсь от него, как от стайки мошек летом. Я не жду гостей, тем более, в такую рань. Однако звуки не затихают, становятся чаще и нетерпеливее. Близнецов раньше времени разбудят!
Недовольно фыркнув, накидываю кофту и все-таки следую во двор. Отвлекаюсь на лай собак в вольерах и морщусь. Не люблю ротвейлеров Игоря. И, похоже, это взаимно.
Распахиваю ворота, поздно подумав о том, что даже не удосужилась взглянуть через камеры видеонаблюдения, кто заявился ко мне. И тут же жалею об этом.
На пороге стоят трое мужчин в форме. В моем полусонном сознании невольно всплывает старый и очень глупый анекдот. Почему полицейские ходят по трое? Один умеет читать, другой – писать, а третьему просто приятно находится в компании образованных людей.
Низкорослые, с животами разного размера, будто это от звания зависит, не выспавшиеся, они совсем не внушают благоговения или трепета. Тем более, когда знаешь, что кристально чиста перед законом.
Едва сдерживаю нервную ухмылку и не тороплюсь приглашать мужчин в дом. Складываю руки на груди, смотрю с вызовом, жду объяснений.
– Богдана Алексеевна Авдеева? – уточняет один из них.
Правоохранитель протягивает мне свое удостоверение. Следователь Артемьев Тимофей Геннадьевич. Лихорадочно выдыхаю, хмуро свожу брови, предчувствуя неладное.
Пока изучаю остальной текст, он вдруг спрашивает:
– Вы знакомы с Петром Гадомским?
– Впервые слышу, – честно выдаю и возвращаю мужчине ксиву. – А в чем, собственно, дело?
– Он утверждает обратное, – следователь открывает папку с документами. – Написал на вас заявление.
– Что? – сглатываю нервно.
– Мы можем войти? – смелеет правоохранитель, чувствуя пробудившийся во мне страх. Пользуется моей растерянностью.
Пропускаю всех троих, позволяю им пройти в гостиную и расположиться на диване. Сама сажусь напротив, как можно дальше от них.
– Где вы были этой ночью, Богдана Алексеевна? – как в американских фильмах, спрашивает следователь. Кажется, даже тон дублирует, будто учился у них.
– Дома, конечно же! – выпаливаю я, но тут же объясняю более подробно. – Точнее, до позднего вечера – в отеле, где организовывала бизнес-встречу и корпоратив. Выполнив рабочие задачи, уехала.