На переломе столетий

По дрова

Приехал в деревню Болдино к Сергею Гусьинкину погостить студент – племянник Вася Петров. Свежего молочка попить. На болдинском пруде карпов половить. В общем, оттянуться по полной программе на вкусной деревенской экологически чистой пище, свежем незагрязнённом воздухе, среди неискушённых деревенских пастушек восемнадцатилетнего возраста, не избалованных городскими изысками субкультуры со шприцами, травками и прочими наворотами двадцать первого века. Сам Вася тоже был, в общем – то адекватный, нормальный парень. Ну, пробовал пару раз ширнуться в компаниях таких – же придурков, да во время остановился и теперь от греха подальше старался в учёбе увязнуть, да по родственникам в свободное время прокатиться. На крутые заграничные туры денег не было и не будет. Как на Руси повелось, испокон века! Из грязи вышли – и а грязь уйдём! Предки – то простые работяги - на умирающем «Станкомаше» вкалывают за гроши. А даже если подрядиться с друзьями в Англию, или Германию - по проекту « Практика Агро университета», то тоже бабла надо немерянно! Тысяч сто отдай, а привезёшь оттуда столько же или чуть - чуть побольше, так их, деньги – то, ещё и найти надо, и ко времени оформления документов - а не когда – нибудь, потом! И там ты будешь не на производстве квалификацию оттачивать, а чернорабочим у фермеров те же фекалии лопатой убирать, или ягоды, да овощи выращивать. Как у нас в России китайцы делают. В общем рабом двадцать первого века станешь. Единственный плюс отработка знаний английского или немецкого языка на уровне разговорной речи. Может это когда - нибудь и пригодится. А может быть - и нет.

А Вася не дурак - быть у буржуев в горничных, да в садовниках. «У советских собственная гордость – на буржуев смотрим свысока!» - как писал Владимир Маяковский. Пусть на них африканцы пашут, им не привыкать. Они в Америке сто лет на плантациях у белых людей убивались. Пока Линкольн их не освободил. Те, которых в Америку на невольничьих кораблях привезли, людьми сейчас стали. Так им на это двести лет понадобилось. А те, что в Африке остались не выловленными тогда и сейчас в Европу бегут за лёгким хлебом, пусть на европейцев и батрачат. А нам Великой Отечественной войны хватило – тогда миллионы наших сограждан, и солдат, и мирных жителей под дулом автомата в Третий Рейх везли работать на заводах, да у бюргеров, за пайку эрзац – хлеба. И не факт, что ещё живым останешься. Многие там и умерли - на фашистской каторге.

Так что нечего на Запад глядеть, слюни пуская! И у нас можно время клёво провести и хоть денег больших не заработаешь, так здоровье своё поправишь, положительных эмоций наберёшься и с родственниками своими и ближними и дальними познакомишься. А родня, она ребята, и в Африке родня! И только родня в трудную минуту поможет тебе на ногах устоять! И уцелеть, если уж совсем хреново придётся! Тут дело не в деньгах, а в голосе крови! Как говорили славяне: « За други свои!» Всегда родная кровь поможет, обогреет. От врагов укроет. И тот дурак, кто этого не понимает, хотя у нас сплошь и рядом так получается. Вон у нацменов1[1] до десятого колена родню всю знают и в каждом кишлаке у них свои сватовья, братовья, да кумовья. А у нас русских, попроси родственников назвать, так только двоюрными, или троюрными братьями да сёстрами весь список и ограничится. А уж про дядек, да тёток троюрных никто и не вспомнит!

А зря! Вот Вася и решил, пока молод, полон сил и энтузиазма, пройтись и проехаться по всей своей родне на предмет знакомства и укрепления родственных связей. А от них ниточки родни дальше потянутся во все стороны. Тут главное правильно вопросы ставить и ответы получать. Глядишь и дойдёшь так незаметно до пятого – шестого колена. Да и география может быть очень интересна. Ведь пятое – шестое колено – это ребята приблизительно 1811 год. Если брать продолжительность жизни лет в пятьдесят. Подумать только – твои предки жили в 1812 году – году нашествия Наполеона на Россию!

Представьте только - шестьсот тысяч молодых красавцев, как пишут про них историки, целых двенадцать языков, обрушились на Россию. Эта же какая война была! При том развитии техники, когда шестьдесят процентов людей выходили из строя навсегда или временно благодаря холодному оружию, при прямом контакте с противником, в просторечье названным рукопашным боем. Пол России перемешали эти орды, пока их из страны не выперли! Ну, естественно, кто – то и с ними ушёл, или угнали пленным вместе с отступающими войсками.

А потом Первая мировая война, да Великая Отечественная и снова нашествия на Русь! Так что вполне может быть, что кто – то из моих родственников живёт теперь на Кавказе, кто – то в Средней Азии, кто – то и вообще в Китае или Франции, или где – нибудь в Новом Свете. Надо только поискать хорошенько. Потом наладить дружеско - родственные контакты, а затем можно и в гости поехать. Или к себе пригласить на крайний случай. Ну, это нежелательно. Немногого мы достигли за эти двести лет. Хвалиться особенно нечем, хрущёвкой только двухкомнатной, и ту родители заработали. А у моей новой родни всё может быть и по другому. И в смысле материального благополучия и карьерного роста и достижения определённых жизненно важных высот. Поэтому поездка к родне с визитом вежливости и на предмет установления родственных связей это вам не практика за сто тысяч рублей в Германии, где будешь у бауэра работать на ферме, или в гостинице туристов обслуживать боем или официантом. А тут родня встретит. ( Не чужой студентик, а свой, родной, из далёкой России, где предки похоронены), и напоит и накормит и посоветует, куда устроиться на работу, да и поможет на первых порах в чужих землях аклиматизироваться. Дыхание сбитое перевести. Ну, а не получится с работой и так хорошо. Съездил, с роднёй поближе познакомился, места новые посмотрел, отдохнул, в чём – то родне помог по хозяйству, если попросят - и домой. На учёбу. Знания постигать в Агро университете. Денег копить на новую поездку, родственников разыскивать в интернете. Да через опросы своих близких. И всё это надо делать сейчас, пока молод, не обременён семьёй и работой. Вот так рассуждал Вася Петров, третий день отдыхая в славном небольшом посёлке Болдино, что находится в предгорьях Южного Урала. К этому времени порыбачил он уже с дядькой на карпов и сетью, и спинингами. И в баньке попарился - осталось в лес съездить за грибами, да за ягодами.

Хорошо в деревне летом на парном молочке, при своём огороде, где вышел - вот тебе огурчики пупырчатые с грядочки. Смотришь, помидорчики краснеют на кустах - рви любой. Картошечка молодая, варёная, во рту так и тает рассыпчатая. Курица, что ещё утром по двору бегала, в обед на столе лежит в виде бешбармака. И всё это изобилие экологически чистых продуктов заливается янтарными наливками собственного производства. Подкреплённым натуральным самогоном тройной очистки в шестьдесят градусов, чистым, как слеза. Никакое заморское пойло в виде виски за шестьсот рублей с болдинским самогоном и рядом не стояло! Потому что делают его здесь от души и для себя! Вот сидит Вася с Серёгой Гусьинкиным за праздничным столом в кругу родных и близких. Дядька и говорит после третьей рюмки, закусывая огурчиком: «Порыбачили мы с тобой племяш славно, а завтра с утра поедем дрова заготавливать в Тугунский бор. Одному – то несподручно брёвна таскать. А вдвоём - в самый раз. Привезём, дома распилим, расколем и сложим. И зимой будем тебя вспоминать, дрова в печку подкладывая. Ты не против будешь такого мероприятия?»

Приехал в деревню Болдино студент-племянник Вася Петров к Сергею Гусьинкину погостить…

«Так кто же против таких аргументов поспорит! Я только за!» - отвечает Вася. - «Научусь шведской пилой работать, топором орудовать, колуном полешки обихаживать, авось в жизни пригодится!» На том и порешили! А утром в семь часов разбудил Серёга племяша, позавтракали быстренько. Сумку с продуктами кинули в прицеп белорусский, а там уже и полог и пила шведская и топоры наточенные смирненько лежали. Сели в кабину трактора и поехали.

Леса, колки – перелесочки прямо у деревни Болдино начинались. Только в первый перелесочек заехали и по обочине пшеничного поля покатили – смотрят заготовители - из леска выходит громадная кабаниха. А за ней десять кабанят! Сама грязная, а поросятки чистенькие, упитанные.

Очень испугался Вася такому явлению! Ну, надо же! Ничего зверюга не боится! Ни людей, ни трактора! Значит секач рядом! А он злобен без меры. Клыками своими, (как ребята вечером девчонкам на посиделках рассказывали), запросто может К -700 колесо пробить! И что ему наш « Беларусь»!

Не успел Вася и слово молвить, как Серёга проскочил уже опасное место. Сам смеётся и говорит: «Ты наверное подумал, что это кабанов семейка, а это наши домашние свиньи на фермерских полях жир нагуливают. Мы ведь свиней – то по загонам не держим. Они у нас свободно по посёлку гуляют. Ну, иногда и в леса уходят. Но домой вечером на ужин обязательно приходят. А у кабана поросятки – детёныши полосатенькие, их легко от домашних отличить. Так что не боись! Правда и кабаны в наших лесах живут. Подальше только, в буераках2[2] и в бору в урочищах3[3] на сопках. Там пищи много и места глухие. Им там спокойнее. Вот с ними нам лучше не встречаться.

За разговорами и не заметил Вася, как на место прибыли. С одной стороны колок большой берёзовый и болотце. С другой бор начинается, и дорога между ними петляет.

Поставили трактор с телегой в удобном месте, чтобы грузить сподручнее брёвна можно было, и начали валить берёзу на дрова, отмеченную лесником специальными зарубками. Серёга валит, а Вася сучья срубает и в кучи ветки стаскивает. Так работали без передыха и перерывов часа четыре. Свалил Серёга десять берёз. На брёвна их по три метра разделали. Отдохнули. Поели. И начали к трактору таскать и на телегу укладывать. Уложили уже двенадцатое бревно. Несут тринадцатое на плечах. Вася впереди, а дядька сзади. Вдруг видит Вася как на полянку из сосняка выходит свиноматка большая, килограммов на двести, а за ней штук двенадцать полосатеньких поросяток. Встала мамаша на краю полянки. Внимательно посмотрела на лесорубов, повернула голову к сосновому массиву, хрюкнула что- то тревожное, как Васе показалась. А поросятки бегают около неё, резвятся, друг дружку пятачками подпихивают. Вася на них особого внимания не обратил. Подумал, что это домашние поросятки резвятся. А на них – то он и в Болдино налюбовался. Как шёл к трактору, так и идёт, под ноги смотрит, чтобы не споткнуться, да не упасть вместе с бревном. Вдруг слышит сзади звенящий от напряжения шёпот Сергея: «Японский городовой! Бросай бревно Васёк, вон уже у крайних сосен кабан мелькает! И бежит он на нас с нехорошими мыслями! Рви когти братишка, с этим гадом лучше не связываться! Полетело бревно на землю, и не успел Василий опомниться, как Серёга рванул стометровку в направлении большой берёзы, у корней которой бросили они пилу – шведку. Повернул студент голову к поросяткам и видит - несётся прямо на него громадный секач килограммов на триста. Сам чёрный, как чёрт, а клыки жёлтые, громадные, в такт бега качаются - и прямо в брюхо Васеньке целятся! Вспомнил он тут не к месту рыцарей – крестоносцев, которые тоже свиньёй в атаку шли и мурашки большие, холодные по спине Васи так и побежали! Развернулся студент и понёсся по поляне, перепрыгивая через кучи им же наваленного хвороста и веток, как молодой козёл! Краем глаза увидел он, что Серёга, как обезьяна, подпрыгнул и уже висит на нижней толстой ветке громадной берёзы и пытается на неё забраться, раскачиваясь и дёргая ногами. Больше смотреть на это безобразие у него времени не было. Сзади раздавался приближающийся страшный шум крушимых веток и разлетающихся куч валежника, которые сносил на своём пути устремившийся за лесорубом разъяренный кабанище! Его сиплое дыхание раздавалось всё ближе и ближе!

И тут нога Васи споткнулась за корни осины, и он растянулся на земле, частично завалившись верхней частью туловища за её толстый ствол. Единственное, что он успел сделать, это стремительно поджать ноги под себя, тем самым полностью скрывшись за стволом в естественном углублении между двумя громадными корнями, вылезшими так удачно на поверхность земли.

Секач, летевший за человеком, увидел, что он как – то странно качнулся вперёд и пропал из глаз среди чащи зелёного леса. Через секунду трёхсоткилограммовая туша пролетела мимо Васи, обдав его своим вонючим дыханием.

А в следующую секунду чудом избежавший смерти студент услышал вопль Сергуни:

«Придурок! Поднимайся быстрее и лезь на осину, кабан уже разворачивается! Тебя ищет!». Подняв глаза, Вася увидел Сергея стоящего, как матрос на фок-мачте4[4], правда при этом дядька держался двумя руками за выше растущую ветку. Больше любоваться бывшим матросом первой статьи Гусьинкиным у него времени уже не было. То есть время - то было. И много времени. Но оно истекало в пространстве, как на картинах испанского художника Сальвадоре Дали, большими сверкающими каплями уходящей Васиной жизни.

Подняв глаза, увидел Васька несущегося на него кабана – и между ними оставалось уже не больше двадцати метров! Всё! Это конец!..

Ритмично покачиваются в такт стремительного бега этого живого монстра сверкающие желтоватым светом громадные, хищно изогнутые клыки. Глаза наконец-то нашли пропавшую цель и направляют этот броненосец на бедного студента Агро академии. Не носить уж мне синего ромбика на лацкане модного пиджака, не ласкать красивых девушек на роскошных кроватях и сеновалах, успел подумать Вася!..

И подпрыгнув только от этих ужасных мыслей: «Что же он, гад, со мной сейчас сделает!» - рванул юноша к небольшой сосне, стоящей неподалёку. Как он сумел взгромоздиться на пяти метровую высоту, заросшую густыми ветками за две секунды, Вася и сам не помнил. Посмотрел вниз – ровный трёхметровый ствол и не одного сучка для трамплина и только потом пошли ветки.

А секач, потеряв противника, начал рыскать по поляне…

И увидел Сергуню, рот которого до сих пор не закрывался, давая ценные указания. Всё советы давал морячок, что делать, да как поступать! Кабан, недолго думая, подлетел к Серёгиной берёзе и начал рыть её корни. Этот процесс пошёл у него очень быстро и хорошо. Любо – дорого было смотреть! Клыки монстра просто вспарывали землю. Вверх и в стороны летели листья, мелкие корешки, обрывки крупных корней. Яма под берёзой углублялась и расширялась прямо на глазах! Серёга. Поняв, что секач хочет уронить берёзу, вместе с ним, любимым, заорал Ваське: «Спускайся студент вниз и беги в кабину трактора. Заведёшь двигатель, кабан испугается и уйдёт! Иначе он меня вместе с берёзой свалит и порвёт!»

«Нет! Шалишь, родственничек! Я только с сосёнки спущусь, а он меня уже на клыки примет! Или в лучшем случае устоим с кабаном бег с препятствиями до твоего трактора, а если дверца не откроется сразу, или его рост будет под стать открытой кабинке и он ко мне в трактор знакомиться полезет, что я со зверюгой делать буду! Ламбаду танцевать на крыше Белоруса! Нет, я лучше на сосне посижу. Может кабан и успокоится, к деткам уйдёт! У меня до сих пор вся спина как у ёжика в колючках стоящих! Это волосы дыбом встали и те, что выросли, и те, что расти только думали - все торчком стоят и на груди и на спине!»

«Ну, тогда слушай, что делать будешь!» - деловито прокричал Сергей. Надо сказать, что дядька присутствия духа не терял. Вася видел, как секач наполовину уже вошёл в землю под корни берёзы и её ствол начал предательски покачиваться вместе с Серёгой. – «У нас есть минут двадцать. При таком коммунистическом задоре он берёзу скоро свалит вместе со мной! Ты, студент, рви ветки, шишки кидай в него и ори погромче, а я затаюсь в ветвях! Он подумает, что я незаметно перебежал на сосну и кинется к тебе. Ты продолжай его травить и ветками в него кидайся. А я тихонько спущусь и шведку заведу. Какое – никакое, а оружие! И обороты и шум! Под такое сверкающее полотно ни одна разумная тварь не полезет! Ну, а полезет, я шведку заведенную в него пульну, куда попаду, туда и попаду и снова на берёзу запрыгну.

Так и договорились. Затаился Серёга в ветвях берёзы, а Василий начал Тарзана изображать. Орать, шишки в кабана, да ветки кидать - и всё мимо! Далековато было, не долетали снаряды до секача. Кабаниха, что с интересом наблюдала за военными действиями, что – то хрюкнула стайке поросят, и они переместились на пригорок, ближе к бору и подальше от опасных соседей. Монстр отреагировал на боевые потуги студента мгновенно! Выскочил из ямы и грузно побежал прямо на сосну, разгоняясь и набирая скорость. Удар в ствол широким лбом со страшными клыками по бокам был страшен! Сосна качнулась, но устояла!

«Ё! Моё! Что я наделал! Если он ещё пару раз приложится с разбега, сосну точно опрокинет – ствол – то тонкий! - стремительно неслись мысли в голове у Васи, калейдоскопом выворачивая голову в жуткий водоворот в котором он судорожно пытался найти спасительное для себя решение - и я слечу к нему вниз прямо, как спелая груша, на растерзание. В средние века секачи опрокидывали на землю всадника – рыцаря вместе с лошадью. И убивали их обоих несколькими точными ударами».

Кабан, поняв, что сосна устояла, начал рыть её корни. Опыта ему было не занимать! А Серёга, тем временем бесшумно спустился вниз и, взяв в руки пилу – шведку, с одного рывка завёл её! Пила грозно запела боевую песнь! Для наглядности и устрашения противника старшина первой статьи Гусьинкин мигом распилил два сучка, валявшиеся у его ног. Секач поднял свою голову на нового, непонятно откуда взявшегося врага. А Серёга, надрывающимся от страсти голосом хрипло запел:

«Наверх вы товарищи! С богом! Ура!

Последний парад наступает!

Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»!

Пощады никто не желает!»

При этом он сделал три маленьких шажка вперёд по направлению к кабану, предусмотрительно оставив пути отхода к своей берёзе. У Васи от такого безрассудства глаза стали блюдцами и челюсть отпала! «Ну, герой! Ну, отчаянный!» - подумал он. «Ведь если секач кинется на дядьку, тот просто не успеет убежать!»

Кабаниха, наблюдавшая за гладиаторским поединком самца и людишек со своего амфитеатра, решила прекратить это безобразие - что – то хрюкнула сердитое своему суженому, а потом тихо поросяткам и медленно скрылась со своим семейством в чаще бора.

Секач сделал несколько шагов по направлению к поющему Сергею, а затем резко повернулся и побежал через поляну в бор к детям и любимой.

Авдотья. Петькина дочка, потенциальная невеста студента Васи.