Давным-давно… – 1. Обрести себя

Глава 4

Всё, что не убивает, делает нас только сильнее. Встреча вторая

Из беспокойного сна Джим вынырнула в холодном липком поту. Несколько минут лежала с закрытыми глазами и прислушивалась, цепенея от охватившего тело леденящего ужаса. В кромешной темноте раздался резкий звук, где‐то совсем рядом что‐то грызли. Открыла глаза. Странно, но она вполне сносно видела в темноте. Справа от неё в соседнем туннеле кто‐то был. И этот кто‐то сейчас с упоением питался, вгрызаясь во что‐то или в кого‐то зубами, хлюпая и причмокивая от удовольствия и громко урча. Вот только чем можно здесь питаться? Она с силой зажмурила веки: «Не хочу этого знать». Прикусила до крови нижнюю губу: «И не хочу этого видеть». Шмыгнула носом: «И быть здесь я тоже не хочу».

Как долго она тут? Неделю? Месяц? Она не помнила. День сейчас или ночь – тоже не знала. Просто однажды перестала следить за временем. Почему‐то вспомнился самый первый день и тот ужас, который она испытала, придя в сознание в этом странном месте. И ничего больше: ни где была раньше, ни как сюда попала. Джим открыла глаза и подозрительно всмотрелась в темноту соседнего узкого лаза. «Ведь не умерла, научилась выживать, прятаться, находить пищу, – девочка скривилась от отвращения, – воду. А может, я всегда умела это делать?»

Затёкшая от долгого лежания в одном положении спина дала о себе знать ноющей болью в пояснице. Она слегка пошевелилась, стараясь не шуметь и не привлекать к себе излишнего внимания. Звук вдалеке мгновенно прекратился. К ней молниеносно метнулась серая тень. Девочка поняла: это что‐то находится сейчас совсем рядом, настолько близко, что, протяни руку – и дотронешься. Раскачиваясь из стороны в сторону и издавая странные горловые звуки, больше похожие на утробное урчание, чудовище втягивало в себя воздух и шумно сопело, обволакивая смрадным дыханием всё её тело. «Всё. Это конец», – промелькнула мысль, и в этот момент её желудок вдруг истошно завопил от голода. От изумления девочка распахнула глаза и недоумённо уставилась на удаляющуюся спину неизвестного существа. Вдоль всей спины хищника тянулся причудливый гребень, длинный хвост заканчивался округлым набалдашником. «Оно меня не тронуло!» – забилось в голове набатом. Она боялась перевести дыхание и всё никак не могла отвести взгляд от соседнего туннеля, куда только что ушло… или уползло, в общем, скрылось из глаз нечто, что не посчитало её достойным своего внимания.

«Почему оно меня не тронуло?» Она выпрямилась и села, пристально вглядываясь в темноту чёрного провала. Вместо ответа оттуда высунулась голова чудовища, взирая на неё оценивающим холодным взглядом. Девочка шумно сглотнула и снова зажмурилась. «Мамочки! Хочу домой», – малодушно пискнуло где‐то внутри. Ответ пришёл мгновенно откуда-то из подсознания: «У тебя нет дома. Да и мамочки у тебя тоже нет». Она скорее догадалась, чем почувствовала, что осталась одна. Чудовище вновь исчезло в непроглядной темноте туннеля.

Дом… А был ли он вообще когда‐нибудь у неё? Вряд ли. Есть ли у неё родные или близкие люди? Неизвестно. За ответ на этот вопрос она, не задумываясь, отдала бы очень многое. А была ли она когда‐нибудь счастлива? Невольная улыбка набежала на лицо. Да, была, но лишь однажды, очень давно. Когда была совсем ещё крошкой, она встретила «доброго путешественника». Вспомнилось вдруг, как она мучила себя после, повторяя изо дня в день всё, что произошло с ней – каждый момент, когда она была рядом с ним. И всё равно по истечению лет, взрослея, она всё же забыла его облик и разные мелкие обстоятельства, которые сейчас, возможно, могли бы многое рассказать о таинственном незнакомце. «Откуда он там взялся? Куда направлялся?» – грустно вздохнула она, вспоминая тот день, когда нашла «путешественника» в развалинах старого замка. «А почему я-то там была? И как туда попала?»

Со временем она стала кое‐что понимать и теперь точно знала: даже если у неё когда‐то и была мать, то та её совсем не любила, возможно, даже и не хотела. Иначе как понять, что при наличии огромного количества всяких домов‐интернатов, школ для подкидышей, всевозможных храмов, где рабочие руки требовались всегда, эта женщина предпочла бросить её далеко от цивилизации в разрушенном замке, обрекая тем самым своё дитя на верную голодную смерть.

Она приоткрыла один глаз, потом второй, покосилась в сторону туннеля. Осторожно сместилась в противоположную сторону под спасительную тень соседнего узкого коридора. Робко сделала сначала один шаг, затем другой и замерла в ожидании, что чудовище снова высунется из темноты. Ничего не происходило. Лишь было слышно, как воет ветер и вдалеке где‐то капает вода. «Так, поворачиваюсь спиной и медленно ухожу. Очень медленно. Не делая резких движений. Оно явно там. И оно внимательно наблюдает. Чувствую. Знаю». Было ощущение, что от макушки до самых пяток от страха заледенела кожа, заставляя замереть на месте и не дышать. «А мне вовсе не страшно! – уговаривала она себя, шумно выдыхая воздух и неуверенно делая ещё один шаг. – Мне ведь не страшно?» Она не могла заставить себя повернуться спиной к туннелю, где скрылось чудовище, и пятилась задом. Всё смотрела и смотрела в предательскую темноту. «Нет, мне до ужаса страшно!» Мозг вдруг взорвался паникой, она развернулась и бегом бросилась в узкий коридор, поминутно ожидая за своей спиной шума преследования. Не хватало воздуха, из‐за голодного истощения тело отказывалось слушаться, поэтому ноги заплетались, а лёгкие грозили разорваться от непосильной нагрузки. Она упала, споткнувшись о камень, и по инерции проехала ещё на несколько шагов вперёд, обдирая до крови кожу на локтях и коленях. Туннель в этом месте резко уходил вниз. Джим не удержалась, громко вскрикнула и сорвалась в пустоту – ниже на несколько уровней от того коридора, где всё это время обитала. «Вот и всё».

Она приземлилась на удивление мягко: что‐то склизкое и мокрое копошилось под телом. От размышлений о своём нерадостном будущем – стать чьим‐нибудь обедом – её отвлёк шорох. Джим открыла глаза и повернулась на звук. На расстоянии вытянутой руки спиной к ней сидело существо, как две капли воды похожее на то чудовище, которое, ей казалось, она оставила далеко позади себя, спасаясь бегством по тёмному коридору. «Не может быть!» Длинный хвост медленно приподнялся. Девочка завороженно проследила за ним взглядом, а потом развернулась и побежала. Каких‐то долей секунды ей не хватило, чтобы увернуться от удара – кожу на спине прочертил кровавый след. Упала. Закричала от боли и машинально откатилась в сторону, уходя от ещё одного удара. Взгляд выхватил в темноте узкий лаз. «Вот где спасение. Надо бы постараться пробраться туда». Пахло кровью. Её кровью. Тварь вдруг повернулась и уставилась на неё голодными глазами. Вот тут нервы уже не выдержали, и девочка истошно закричала.

В этот самый момент темноту разорвала яркая вспышка света. Раздались крики. Топот ног. Часто моргая, Джим силилась хоть что‐то рассмотреть, но видела сквозь выступившие слёзы лишь неясные силуэты. Это были люди, и на них со всех сторон напирали хвостатые твари, грозя подмять их своим количеством. «Откуда они здесь?»

Тварь, напавшая на неё, зашипела и в страхе попятилась от людей. Затем остановилась, глазами‐буравами оценила расстояние до них и до тела жертвы, беспомощно лежавшей на земле совсем рядом. Запах крови развеял последние сомнения, медленно, прижавшись к полу, она поползла в сторону девочки.

Та, в ужасе наблюдая за чудовищем, колебалась всего мгновение, потом вскочила на ноги и ринулась туда, где кипел бой: люди – это спасение. Сильный удар сбил её с ног, вышибая весь воздух из лёгких и заставляя на короткий миг потеряться в пространстве. Она повернулась на спину и подняла голову, сплёвывая кровь, текущую из разбитых губ. Всего на долю секунды они встретились взглядом – человек и чудовище, а затем острые зубы сомкнулись на щиколотке девочки. Джим зажмурилась и истошно закричала. Игнорируя шум битвы и крики жертвы, существо быстро удалялось во мрак узкого туннеля, утаскивая законную добычу.

– Харон, тьма тебя забери, куда ты пропал?! Мне срочно нужна твоя помощь! – Юноша виртуозно орудовал двумя мечами, вращаясь в безумном танце вокруг своей оси, нанося точные удары и попутно защищая ещё и мага, стоявшего рядом с ним и пытавшегося в этот момент завершить сложное плетение огненного заклинания. – Харо‐о‐он! – Юноша внезапно сам перешёл в нападение, стараясь хоть немного оттеснить от себя и своего товарища напирающих со всех сторон хвостатых тварей. – Ребята, да где же вы? Между прочим, здесь цигуля1 кого‐то потащила в восточный коридор.

Маг за его спиной, не глядя, тут же шарахнул в указанный коридор огненным шаром. В воздухе поплыл запах палёного мяса. Юноша удивлённо открыл рот и тут же закашлялся, зло покосился на мага:

– Спасибо, удружил. Предупреждать же надо!

Юный маг-эльф откинул длинные пепельные волосы за спину, стали видны вытянутые уши с заострёнными кончиками. Бледное – может, даже чересчур – лицо, тёмные круги под глазами и потухший взгляд миндалевидных зелёных глаз говорили о сильном истощении. Он виновато пожал плечами и смахнул со лба выступивший пот.

– Всегда пожалуйста. – Он шумно выдохнул и добавил: – А у меня уже всё готово. – С его рук потёк жидкий огонь, послушно направляясь к основной массе серых существ, полностью их окруживших. Похоже, он не рассчитал свои силы, потому что покачнулся и упал бы, но напарник успел поддержать его, ухватив за плечо.

Мечник тревожно посмотрел на напарника, удивлённо присвистнул, и в этот момент огненная волна коснулась серой массы. Раздался взрыв. Мечник прижал мага к стене, закрывая своим телом от случайных осколков.

– Признаться, и правда выглядишь паршиво, – успел проговорить он. В этот самый момент за спиной раздался очередной взрыв, и его бросило вперёд на едва стоявшего на ногах мага.

Тот болезненно скривился, едва переводя дыхание, но открыл глаза и уставился на напарника.

– Что? – только и смог выдавить он.

– Кажется, задело, – коротко бросил мечник, отодвигаясь от мага и стараясь оценить ущерб от осколка, попавшего в предплечье правой руки. Из‐под рукава показалась струйка первой крови. Это плохо. Очень плохо. Мечник внимательно посмотрел на напарника. – В общем, слушай мою команду: в бой не вступать, магических заклинаний не плести, сознание не терять, стоять здесь и никуда не уходить! – Встряхнул эльфа за плечи, видя, что тот никак не реагирует на его слова. – Лодар, справишься? – Тот несколько мгновений смотрел куда‐то в пространство, а затем неуверенно кивнул. – Вот и ладненько! Пожалуй, здесь уже всё – опасности нет. – Мечник оценивающе осмотрелся, нахмурился. – Оставлю тебя ненадолго. Видно, что‐то случилось, иначе они давно уже были бы здесь. Я быстро. – Развернулся и побежал, бросив напоследок: – А ты смотри у меня, не шали, иначе нам придётся тебя отсюда тащить на себе.

Эльф смотрел в спину удаляющегося друга, отметив для себя, что его правая рука безжизненно свисает вдоль тела. Поднял руку и смахнул горячую влагу под носом, изумлённо посмотрел на свои пальцы: кровь. Вскинул голову и едва слышно проговорил в пустоту:

– Кажется, в любом случае сегодня вам меня тащить, – и потерял сознание.

Михей Сен Латгал, воин‐мечник, виртуозно владеющий парными клинками, а также подающий надежды некромант, лучший ученик самого Одуса Ведающего, ни на минуту не задумываясь об опасности, подстерегающей его в темноте, смело нырнул в узкий коридор. Согнувшись почти пополам и осторожно шаря ногами по земле перед тем, как поставить ногу, он медленно продвигался вперёд – туда, откуда был слышен шум битвы. Он старался гнать тревожные мысли. Впереди замаячил свет.

Сделав ещё пару шагов, он вдруг почувствовал за своей спиной чьё‐то присутствие. Остановился. Очень медленно начал поворачиваться. Мощный удар сбил его с ног и припечатал к стене. Мгновение он ещё стоял, а потом начал оседать вниз. Тварь дёрнула ослабевшее тело на себя и положила на него лапу. В этот момент Михей пришёл в сознание и, умудрившись вывернуться из смертельного захвата, оказался лицом к лицу с противником. Возле самого его носа клацнули зубы, но он успел вцепиться в шею чудища, стараясь удержать его голову на расстоянии. Неимоверно болела спина, горело раненое предплечье. Он предпринял попытку оттолкнуть от себя монстра, но ничего не получилось, попробовал закричать – голосовые связки отказывались слушаться. Боковым зрением он уловил мелькнувшую тень и с надеждой посмотрел в ту сторону.

– Тебе, что ли, помочь? Или как? – раздался рядом насмешливый голос его друга и сокурсника Харона Деф'Олдмана, истинного оборотня, специализирующегося на боевых искусствах.

– А ты как думаешь? – едва смог выговорить Михей и тут же скорее почувствовал, чем увидел, как сильный удар сотряс тело монстра. Туша безжизненно обмякла и завалилась на него, придавив своей тяжестью и лишив возможности выбраться самостоятельно. – Харон, ты что наделал? Немедленно сними с меня это!

– Не могу. Слишком тесно. А ты тоже нашёл, где разлечься, – Харон едва сдерживал смех.

– Мне тут, между прочим, дышать нечем, – продолжал жаловаться Михей, – а тебе всё хиханьки да хаханьки. Лучше скажи, как там дела у Касса.

– У Кассиана дела нормально, уж точно лучше, чем у тебя, – даже не думая реагировать на возмущённое сопение из‐под туши и уже нисколько не скрываясь, Харон рассмеялся в голос, но всё же взялся за дело. – А то, что тебе дышать нечем – так кто же в том виноват? Вот скажи: зачем в дырку полез?

– Как это зачем? Вам, дурням, помогать шёл, – возмущённо пропыхтел Михей. Мёртвое тело упорно дёргали и тянули, но пока безрезультатно. На лицо капало что‐то тёплое. Он попробовал отодвинуться в сторону – результат был минимальным. Складывалось впечатление, что его придавило каменной глыбой.

– Ну и как? Помог? – Туша вдруг резко сместилась влево и поползла с Михея. Харон матерно выругался, за что‐то зацепившись и приложившись головой о выступ в темноте. – Кстати, как там наш остроухий?

– Плохо. Он сейчас больше на упыря смахивает, а не на представителя «распрекрасной расы». – Михей поднялся, осторожно ощупал себя здоровой рукой. Голова кружилась, начала давать о себе знать большая потеря крови. – И сколько можно просить, не называй ты его так, не зли его! Надо щадить неустойчивую эльфийскую психику. – Окончив тщательный осмотр своего тела, удручённо выдал: – Кажется, у меня ещё и рёбра сломаны! – Взгляд привлекла быстро мелькнувшая тень, к ним шёл ещё один соратник. – Касс, там всё чисто?

– Чисто. – Юноша ухватился за тушу и поволок её из туннеля, помогая Харону окончательно освободить проход. – Но надо срочно уходить отсюда. Лодар был прав: мы заблудились уже тогда, когда пошли по незнакомому туннелю, думая, что сможем вернуться в любой момент к основной ветке. Могу сказать с уверенностью: эти коридоры не только не подвергались раньше зачистке, они даже не нанесены на карты.

– Ё‐моё, ведь однозначно теперь влетит по самое «не хочу»! – удручённо проговорил Харон, стараясь пропихнуть застрявшую тушу в узкий проём. – Сначала влетит от Адагелия, а потом ещё и от нашего препода. Вот дёрнуло же нас залезть сюда! – Он от души пнул безжизненное тело, вымещая досаду. – Даже не знаю, кто хуже из них! – последнее высказывание относилось непонятно к кому.

Тело поддалось, освобождая проход.

Касс исчез, затем снова появился, неся в руках заплечные сумки и оружие товарищей. – Ну что, как возвращаться будем? Пойдём туда, откуда пришли, или, может, здесь? – махнул рукой на коридор позади себя.

Михей оценивающе осмотрел товарищей.

– Это решим на месте. Для начала надо сходить за Лодаром. – Он поморщился. – Кстати, если я не ошибаюсь, там есть ещё кто‐то.

– В смысле? Ты о чём? – раздалось с двух сторон одновременно. От удивления Харон даже забыл закрыть рот, а Касс выронил из рук сумки.

– Кто‐то кричал в восточном туннеле. – Михей опёрся левой рукой о стену. – Там ведь темно и ничего не видно, да и особо некогда было приглядываться, но ошибиться я не мог. Может, человек, а судя по голосу, может, даже ребёнок, но определённо живой. Надо бы всё тщательно там осмотреть и проверить.

Через какое‐то время Харон возмущённо (так как был жутко недоволен, что именно ему пришлось ползти в узкий лаз искать таинственного незнакомца) прокричал, что не нашёл ничего, кроме туши мёртвой цигули. Михей в этот момент старался привести в чувство Лодара, а Кассиан собирал и упаковывал вещи и оружие друзей.

– А ты посмотри под цигулей, – посоветовал Михей, устало опустился на землю и привалился спиной к мокрой стене. – А я пока немного посижу здесь. Что‐то мне нехорошо.

– Да ты, видно, издеваешься?! – Вдалеке слышалось кряхтение и возня. – Э‐э‐э, кажется, нашёл! – Тишина. – Ребята, здесь ребёнок – мальчишка на вид лет двенадцати. Он, кажется, труп. – Затем удивлённый возглас: – А может, и не труп?! Не верю своим глазам: дышит, но этого просто не может быть. Эй, вы меня там слышите?

– Слышу, – мрачно ответил Кассиан. – Просто замечательно! – вопреки сказанному, голос его звучал нерадостно. – Хватай мальчонку и давай сюда, иначе у нас сейчас будет целых два трупа.

– Что, всё настолько плохо? – Харон стоял уже рядом, прижимая к груди завёрнутого в плащ мальчишку.

– Суди сам: у одного полное истощение, а у другого – большая потеря крови, – Касс отодвинулся, давая оборотню самому хорошенько всё рассмотреть.

Харон положил найдёныша на землю и принялся тщательно осматривать друзей.

– Касс, ты в состоянии наложить заклинание исцеления? – спросил он, с тревогой осматривая Михея. – Что‐то он совсем паршиво выглядит.

– Уже сделал, но ты сам понимаешь, здесь нельзя быть ни в чём уверенным: моя магия чужда ему и упорно отторгается организмом. Всё, что получилось сделать, так это только остановить кровотечение. Надо срочно выбираться отсюда. – Внимательно осмотрев друга, спросил: – Двоих нести сможешь?

Тот кивнул.

– Обернёшься?

– А как по‐другому ты это себе представляешь? – Харон поднялся, вздохнул и начал раздеваться. – Беру остроухого и найдёныша, Михея тащишь ты?

– Может, остроух… тьфу… Лодара понесу, он всё же легче будет, а ты Михея? – с надеждой в голосе спросил Касс.

– Ладно, но ты тогда тащишь ещё и мои вещи.

Касс закивал, отходя на расстояние и стараясь не мешать. Он никогда не мог уловить тот момент, когда Харон оборачивался зверем. Это всегда происходило молниеносно (вот что значит истинный метаморф: он мог по желанию даже частично обращаться, Касс сам видел однажды на тренировке, но, видно, сейчас предполагалось полное перевоплощение, плюс ещё и с наращиванием дополнительной массы). И совершенно не требовалось предварительно раздеваться (вот только тогда вещи разлетались на мелкие лоскуты). Видно, сейчас стало жалко новые кожаные штаны. Кассиан усмехнулся, наблюдая исподтишка, как друг аккуратно сворачивает, а затем бережно укладывает свои вещи в заплечную сумку. А ещё через мгновение он ломал голову над тем, как поудобней пристроить на широченную спину два безвольных тела и незаметно от носильщика туда же положить парочку сумок, пытаясь игнорировать грозный рык возмущённого зверя. Промелькнула злорадная мысль: «Может, незаметно водрузить туда ещё и эльфа?» Но животное окончательно заупрямилось, демонстративно повернулось к нему спиной и, недовольно скаля огромные клыки, прошлёпало на выход.

Рано утром многие жители могли наблюдать странную процессию: по узким грязным улочкам со стороны бывшего бедняцкого района (вот уже много лет никто не селился и не жил в этом месте), находящегося далеко за охранной чертой города, сильно шатаясь и поддерживая друг друга, брели двое молодых людей. Одежда выдавала в них учащихся Академии Магических Искусств, яркие пурпурные плащи указывали на принадлежность к Ночному патрулю.

Вот уже полвека патрульные каждую ночь выходили на охрану территории города от нежелательных элементов и зачистку от всякой нежити и нечисти нежилых районов. Состоял патруль в основном из адептов последних курсов – выпускников академии, сама же идея принадлежала градоправителю того времени, когда впервые был сформирован первый Ночной патруль. Академия исправно выполняла свой долг перед жителями города, на территории которого, собственно, и располагалась со своими многочисленными учебными корпусами и жилыми зданиями, как город внутри города, внося посильную лепту и попутно оттачивая навыки и мастерство своих учеников в условиях, максимально приближенных к боевым. Хотя, чего греха таить, за всю историю существования Ночного патруля вряд ли можно было насчитать хотя бы парочку неординарных дежурств: ночные смены всегда проходили спокойно и размеренно. Сами ученики не отказывались, но особо и не стремились к лишним ночным бдениям, но на запланированное дежурство выходили безропотно. Каждое такое патрулирование поощрялось небольшой денежной премией от представителей городской власти, внеурочным выходным от академии и вдобавок ко всему этому – почётом и уважением от самих жителей города, особенно от представительниц женской части населения.

Юноши едва держались на ногах, чуть не на каждом шагу опасно балансировали, чтобы не рухнуть на землю. Позади них топал огромный зверь, внешностью и размером напоминающий нечто среднее между медведем и волком‐переростком. Животное периодически останавливалось и принималось угрожающе рычать на своих попутчиков, когда те вдруг начинали опасно крениться то в одну, то в другую сторону. Терпеливо ожидал, пока друзья соизволят выровняться и возобновить своё движение, и шёл следом, осторожно подталкивая их вперёд. На своей спине зверь бережно нёс ещё два тела – юношу и ребёнка.

_______________________________

Цигуля – вид низшей нежити; среда обитания – подземелья и катакомбы; питаются обычно мёртвой плотью, но не прочь полакомиться и живой; на поверхность не выходят, не переносят дневной свет; почти слепы, но обладают превосходным обонянием, имеют удлинённое тело, позвоночник плавно переходит в хвост, на конце которого находится костяной шип.

Глава 5

Жизнь спасают сочувствие и милосердие, а также – само желание жить

Известие, что патрульные не вернулись в положенное время, всполошило всю академию. Цитариус Инарион (остальные многочисленные имена, следующие за основным, было не принято употреблять в обращении к Великому), архимаг‐всестихийник, ректор и основатель Рутонской академии, один из магов Великой Семёрки беспокойно вышагивал по полупустому помещению, вдоль стен которого расположились лишь украшенные резьбой деревянные стеллажи, от пола и до самого потолка заполненные книгами, да письменный стол. Пытаясь справиться с тревожными мыслями и дурным предчувствием, он чутко прислушивался к любому шуму за пределами своего кабинета. Бесцельно покружив ещё какое‐то время, он остановился возле окна, всматриваясь в бескрайнюю синь неба и полностью погрузившись в свои тяжёлые думы, и поэтому не сразу услышал, как в кабинет кто‐то бесшумно скользнул. Вздрогнул, когда чья‐то рука бесцеремонно легла ему на плечо, но поворачиваться не спешил.

– Они только что прошли главные ворота. Один – Михей – ранен, большая потеря крови, у другого – Лодара – полностью выкачана магическая и жизненная сила, он истощён до предела и находится на грани жизни и смерти, – говоривший тяжело вздохнул, увидев, как напряглись плечи Цитариуса при этом известии. – С собой они принесли ребёнка, шансов на выживание у него почти никаких. Полным составом проследовали в лазарет. Лекари оповещены и находятся на месте. Подробности ночного патрулирования пока неизвестны. От вас будут какие‐нибудь распоряжения?