Вселенная Онлайн. Кингчесс

Облаченные в тяжелые доспехи, возвышавшиеся над Лароком как минимум на две головы, замершие без всякого движения, словно статуи древних воинов в храме Священных Войн, стояли двое представителей так называемых детей Фенрира. Никем другим эти двое быть не могли.

У Ларока в голове вихрем пронеслись мысли, идеи, страхи, догадки и надежды. Сверхсекретную базу к его прибытию захватили дети Фенрира. Он может попытаться прорваться, убить эту парочку. Но это практически невозможно. Но он полевой агент! У него есть оружие, у него есть навыки! В конце концов, его к такому готовили! Но что дальше? Что он сам сделает против орды этих тварей, захвативших станцию? Или не захвативших? Быть может, эти двое – результат той самой программы «Замена»? Ведь они и не нападают на него. И Киндельлан, который должен был прибыть сюда пару дней назад. Что с ним? Ларок не верил, что брат мог сгинуть, не подав сигнал бедствия. Или же он попытался это сделать, но эти твари оказались быстрее?

А в следующее мгновение в коридоре появился кто- то еще, и Ларок, занятый своими размышлениями, пусть и длившимися всего пару секунд, не успел вовремя отреагировать на новое действующее лицо. А когда он его узнал, то совсем растерялся и удивился. Вот кого- кого, а опального главу своего дома и родного дядю увидеть здесь он совсем не ожидал.

– Дядя Шах?!

– И ты здесь… – Лароку показалось, что дядя был вовсе не рад тому, что Ларок прибыл на базу. Странно, почему? Всего пару часов назад Ларок был уверен, что Шах находится в опале. Более того, из- за действий лидера в опасности было все гнездо Талуг. И вот, теперь Ларок видит Шах Талуга прямо перед собой, на секретном объекте. И будь он проклят, если дядя здесь не главный – что еще может делать здесь столь видный ученый? Не встречать ведь новоприбывших, словно швейцар?

– Что- то не так? – поинтересовался Ларок.

– Все не так… – проворчал Шах. – Предписание.

Он протянул крыло, заканчивающееся длинными тонкими пальцами, всем своим видом показывая, что на разговоры у него нет времени.

Ларок тут же протянул ему тонкий прозрачный пластик, в котором был зашифрован приказ, идентификатор для прохода на базу и первичные инструкции…

Шах взял пластик и всунул в свой планшет, вгляделся в экран.

– А, проклятье небес… – устало прошептал он.

– Что случилось, дядя?

– Не здесь. Идем, – Шах развернулся и направился вглубь станции. Ларок последовал за ним.

Шах быстрым, четким шагом вилял коридорами, а вот Ларок, шедший следом, постоянно вертел головой, пытаясь разобраться, куда он попал и что здесь происходит. К примеру, что здесь делают дети Фенрира, периодически встречающиеся на пути. Все они как один каменными истуканами замерли возле дверей. Ни один не шелохнулся. Встречались и таги- часовые. Но еще ни разу таги не стояли вместе с детьми Фенрира. Да и вообще – что делают на станции тагов волки? Они ведь пираты и объявлены врагами…

Шах замер возле одной из дверей. Ларок не заметил нигде клавиши открытия или электронного замка для разблокировки. Скорее всего, дядя открывал дверь через сеть с помощью своего личного идентификатора, ну или уникального кодированного сигнала с чипа, вживленного в тело – сути это не меняет, и называть можно и так, и так.

Дверь бесшумно отошла в сторону, и Шах первым вошел внутрь.

– Быстрее! – не поворачиваясь, приказал он племяннику. Ларок подчинился.

Когда за его спиной закрылась дверь, Шах угрюмо посмотрел на младшего родственника и приказал:

– Рассказывай.

– Что именно? – не понял Ларок.

– Для начала – как ты попал в программу?

– Ну, все началось с…

– Нет, – Шах покачал головой. – Эти подробности меня не интересуют. Ты попросился в программу сам или тебе предложили?

– Начали пропадать мои коллеги, – Стараясь излагать кратко и по сути, начал Ларок. – Я попытался докопаться до причин. Выяснилось, что в этом замешен секретариат крыла. Меня вызвали к нему, и там я узнал о программе, получил предложение о…

– Ясно, – вздохнул Шах. – Проклятый Тицин…

– Что не так, дядя?

Шах, только что пребывавший в расстроенных чувствах, сидевший на жестком ложе с поникшей головой, вдруг поднял ее. В его глазах светились решимость и непреклонность.

– Скажи мне, а можно ли тебе доверять?

Ларок даже не нашелся, что ответить. Что за вопрос? Они ведь из одного гнезда, Шах его непосредственный начальник и даже более того – лидер гнезда, глава семьи, откуда родом и сам Ларок. Да чего там, Шах – его родной дядя. Как он может задавать такие вопросы? Предать или обмануть родственника, тем более главу гнезда – это самый низкий поступок и самый глупый, даже более того, последний в жизни, который может совершить таг.

Прочитав бушующие в молодом агенте эмоции – негодование, обиду, удивление – Шах лишь улыбнулся и спросил уже гораздо более миролюбиво.

– Ты ведь давал клятву верности, принимал присягу? Так кому ты служишь?

– Народу Тагиона! – без промедления ответил Ларок.

– Забавно… – хмыкнул Шах. – Очень высокопарно и забавно. А главное – размыто.

– В чем забавность?

– Народ Тагиона – это очень широкое понятие, – задумчиво ответил Шах. – Вот, к примеру, жители нашей столицы – это народ?

– Конечно!

– А жители окраин?

– Конечно, тоже народ!

– А гнездо Талуг?

– Дядя, к чему эти вопросы?

– Так твое гнездо – это тот же народ, которому ты служишь? Да или нет? – проигнорировав Ларока, вновь спросил Шах.

– Конечно.

– Значит, я как лидер гнезда Талуг могу отдавать тебе приказания? Я забочусь о гнезде и хочу, чтобы оно процветало. Ты подчинишься?

– Если твои просьбы не будут противоречить моим приказам.

– Не юли! – зло бросил Шах. – Если твои приказы будут идти в разрез с моими приказами, и заметь, приказами, а не просьбами, кому ты подчинишься?

Ларок растерянно молчал.

– Если твои начальники отдадут приказ уничтожить всех Талугов, все гнездо, ты подчинишься?

– Конечно, нет! – возмущенно воскликнул Ларок.

– А если я отдам приказ уничтожить тех, кто хочет причинить зло нашему гнезду? К примеру, всех жителей столицы или окраин?

– Я… – Ларок открыл клюв, но слова застряли в горле, он с силой протолкнул их. – Я верен гнезду… Выбор между незнакомыми мне тагами и семьей очевиден…

– Это я и хотел услышать, – уже намного спокойней сказал Шах. – Сейчас как раз и сложилась такая ситуация, что наше гнездо хотят уничтожить.

– Кто?

– Тицин!

Ларок удивленно уставился на Шаха.

– Дядя! Это…

– Правда! – закончил за него Шах. – Причем нас не просто хотят перебить. Нет, Тицин слишком хитер для этого. Он хочет провернуть свои грязные делишки, прикрывшись нашими крыльями, за счет нас решить массу своих проблем, а затем нас же, его пешек, как отжившее свое, как мусор, просто выбросить, убрать с доски.

– Но…

– Ты уже четвертый из гнезда Талуг. Один из четырех самых талантливых птенцов нашего гнезда начал плясать под дудку Тицина.

– А кто остальные три?

– Я, твой брат, твой дед.

– Как это…

– Неважно. Просто послушай. Твой брат получил задание. Теперь без согласия Тицина он не сможет стать тагом, не сможет вернуться домой. Более того, скорее всего, даже не доживет до такой возможности. Тебе выбрана такая же роль. Или почти такая – ты агнец для жертвоприношения, ты обречен. Ты можешь выполнить задание, можешь не выполнить его, но ты обречен…

– Но Тицин сказал, что…

– Он врал, – зло прикрикнул Шах.

А затем замолчал, о чем- то напряженно размышляя. А быть может, и общаясь с кем- то по сети.

– Идем со мной.

И они вновь начали плутать по коридорам станции. Вот только в этот раз, как показалось Лароку, они шли просто в обратном направлении – к шлюзу.

И он не ошибся. Завернув за поворот, отстав от дяди всего на пару шагов, перед Лароком вновь появились двери шлюза, за которым должен был находиться челнок.

Возле самих дверей, замерев и вытянувшись в жесте приветствия старшего начальника, стоял капитан фрегата, на котором сюда добирался сам Ларок.

– Господин Шах! Полет- капитан Шайх, командир фрегата «Шелест» особой эскадрилии секретариата крыла республики по вашему приказанию прибыл…

Шах вскинул лапу, в которой был зажат маленький ручной лазерник, и разрядил его в голову офицера.

– Что?! Что ты делаешь? – Ларок бросился уже к мертвому телу.

– Запоминай, – спокойно и даже как- то буднично сказал Шах. – В двух системах отсюда фрегат, на котором ты добирался до этой станции, был обстрелян неизвестными. Вследствие внезапной разгерметизации, сильных повреждений корпуса экипаж погиб. Выжил только ты, так как в этот момент находился в скафандре, в тренировочном отсеке. Тебе чудом удалось пережить нападение. Затем, в течение двух месяцев, ты боролся за свою жизнь, пока, в конце концов, тебе не удалось частично восстановить автоматику и покинуть мертвый корабль на одном из челноков, сохранившихся после атаки. Именно так через два месяца ты попал на эту базу.

– Но…

– Все должно произойти именно так. И никто, даже если он найдет остов фрегата, не сможет опровергнуть твою историю, так как других выживших нет, искин корабля уничтожен. Ты меня понял?

– Может, объяснишь хотя бы, зачем я все это буду делать?

– Твой дед погиб. Не для блага Тагиона, не ради гнезда Талуг, а просто по прихоти Тицина. Я чуть не потерял свой статус, жизнь по той же причине. Твой брат выполняет задание, которое с большей вероятностью закончится его гибелью только потому, что так хочет крыло республики. И, наконец, ты должен был стать очередным самоубийцей, пойти на задание, с которым может справиться любой солдафон.

– Я готов.

– Ты не понимаешь. Здесь не особо важно, насколько хорошо ты выполнишь задание. А выполнишь ты его обязательно, как и практически любой исполнитель, назначенный вместо тебя. Весь вопрос в том, что другой исполнитель может и выжить, для Тицина это не важно. Но если этим исполнителем будешь ты – Тицин обязательно решит, что ты должен отдать свою жизнь во благо республики…

– Но…

– Через два месяца ты узнаешь все. Обещаю.

– Я…

– Послушай. Я желаю тебе лишь добра. Ты – будущее нашего гнезда. И если твоему брату я уже ничем не могу помочь, то тебя можно спасти, и я спасу. Ты послужишь Тагиону, и, я надеюсь, эта служба продлится много лет.

– Я готов умереть! – гордо вскинув голову, ответил Ларок.

Шах вздохнул и буквально зашипел, настолько зол он был.

– Я оберегаю тебя, помогаю тебе с самого твоего рождения. Да чего уж там, ты родился только благодаря мне! Ты ведь в курсе, на что пошла твоя мать, чтобы вы с братом появились на свет?

Ларок кивнул, и при этом почувствовав неудобство. История с уничтожением конкуренток доносилась до него много раз. И они с братом давно решили считать ее клеветой завистников, так и не смерившихся с тем, что их матери выпала честь отложить сразу два яйца.

– И неужели ты думаешь, что ей, хитрой и коварной курице, просто так сошло с рук то, что она сделала с конкурентками? Да чего уж, неужели ты думаешь, что она сама все это провернула и сама все придумала?

Шах насмешливо фыркнул и продолжил.

– Я ей помог, я защитил, я же настоял на том, чтобы она получила право на второе место в гнезде! Моя сестра хитра, коварна, но, к сожалению, глупа! Но я защитил ее, смог отвести все подозрения, заткнуть клювы тем, кто знал правду, догадывался о ней или хотел как- то нам помешать. Ты знаешь, сколько тагов нашего гнезда тогда лишились жизни? Знаешь, сколько сдохло ради того, чтобы родились вы?

Ларок ошалело смотрел на Шаха.

– Все это сделано только для того, что бы вы, ВЫ, сыновья Кешена, получили право на жизнь!

– Кешена? – с ужасом переспросил Ларок. – Того самого? Но он ведь был…

– Экстремистом? Революционером? – с усмешкой спросил Шах. – Он был дворянином и офицером, одним из немногих, переживших кровавую бойню, устроенную такими как Тицин, одним из тех, кто еще помнит Тагион как блистательное королевство, а не как зловонную клоаку… И одним из тех, кто пытался вернуть все назад, исправить допущенную ошибку… Он был истинным тагом и наследником уничтоженной династии. И гнездо Талуг приютило его, позволило продолжить род…

– Дядя! Ты…

– Роялист? ДА! Как и твой отец, дед, как многие из нашего гнезда! И Тицин догадывается об этом, и поэтому он хочет уничтожить наше гнездо, всех его выходцев. Вместе с нами погибнет последняя надежда на возрождение королевства. А этого допустить нельзя! Мы – последнее гнездо, родственное королевскому, мы – единственные, кто пережил революцию. И именно мы – будущее своей страны!

Ларок молчал. Свалившаяся на него информация буквально раздавила его, выбила привычную почву из- под ног. Его отец – Кешен. Тот самый, самый опасный и разыскиваемый преступник республики, тот самый, чью казнь транслировали по всем каналам…

– Ты прилетишь сюда через два месяца и получишь свое задание. Оно будет не менее важным, чем текущее. А возможно, еще более значимым. Помни, мы работаем на благо своей страны, а не на Тицина! Он лишь выскочка, тиран, захвативший власть. Он – наш враг!

***

– Как это – пропал?

– Фрегат не отвечает на запросы уже несколько дней.

– Черт подери. И где он?

– Мы не знаем, господин Тицин. На подходах к объекту есть проблемные системы, способные заглушить связь. Но «Шелест» давно должен был их пройти.

Тицин задумался. Что могло произойти с кораблем? Шах не знал о том, кто именно летел на нем, кто должен был подменить разум пленного человека. Как Шах выкрутился? Кто стал агентом? Следовало это прояснить…

***

– …М- да, – хохотнул Тицин.– А кто же сейчас в теле человека?

– Вам интересно имя или род занятий?

– Ну, имя мне ни о чем не скажет…

– Это диверсант. Специально обученный боец нашего элитного подразделения… – ответил Шах.

– Вот как? А не думаете, что стоило внедрить профессионального шпиона?

– К сожалению, на тот момент у меня под рукой были только военные…

– Да, отправленный мной агент пропал… Точнее, пропал корабль, его перевозивший. Вы не получали сигнал от «Шелеста»?

– К сожалению, нет, господин Тицин. В нашей системе такое судно не появлялось…

– Черт подери! Плохо! Придется отправлять поисковую эскадру. И да, Шах…

– Слушаю, крыло?

– Агент на борту «Шелеста» – ваш племянник, Ларок.

Тицин наблюдал за сменой эмоций Шаха – от удивления до испуга и отчаянья.

– Я… Я отправлю патрульные корабли в ближайшие системы, – наконец, поникшим голосом скорее прошептал, чем произнес, Шах. – Быть может, нам удастся найти корабль или его останки.

– Хорошо, – кивнул Тицин. – Примите мои соболезнования, Ларок был очень перспективным молодым человеком, это огромная утрата не только для гнезда Талуг, но и для всей республики.

Шах лишь горестно кивнул. Тицин отключил связь и лишь тогда позволил себе усмехнуться – ну и черт с ним, что племянник Шаха не долетел до базы и не выполнил задание. Смерть очередного Талуга лишь на руку ему, Тицину.

***

Ну что же… Во всяком случае, хотя бы программа «Замена» шла так, как ей и полагалось. Теперь и среди людей есть агент тагов.

Правда, агент этот был… Как бы правильно сказать… Малополезным, что ли? Первичные данные от него можно было получить, но вот нечто полезное: стратегические планы, высокая должность при штабе – хоть что- то, что можно было использовать в собственных играх, в случае с этим агентом было недоступно. Хотя был толк и от него – ведь удалось обнаружить планету человеческих ренегатов. На этом полезность внедренного агента, пожалуй, исчерпалась…

Как хорошо, что сейчас подвернулся этот человек! Вновь! Он очень хорошо помог тогда, при ловле императорской семьи, быть может, и в этот раз окажется полезен? Но не стоит покупать у него данные! В этот раз их можно получить просто так!

Единственная проблема – где взять агента для задания? Тицин поморщился – запустив программу «Замена», он слишком опрометчиво и быстро растратил весь кадровый запас ТРУ. Действительно толковых агентов у него в запасе уже и не осталось. Кого же взять на замену этому человеку?

И именно тогда и пришло это сообщение:

«К станции №783/14 приближается спасательный челнок. Идентификационные данные…»

Тицин скопировал строчку идентификатора и бросил ее в дешифратор.

– О, черт! – удивленно проклекотал он. На экране дешифратора значилось «Челнок №2 фрегата «Шелест»».

Почему- то Тицин даже не сомневался, что на борту окажется именно он – племянник Тицина. Ну и ладно. Выжил, и молодец – в жизни должно быть место случаю и везению. Тем более, сегодня удачливость выжившего племянника Шаха была и удачей Тицина – вопрос с тем, кто будет донором для нового объекта программы «Замена», отпал сам собой. Ну а затем, когда агент выполнит задачу, вновь списать его со счетов не составит никакого труда. Ведь гнездо Талуг должно исчезнуть… И почему именно его представители так талантливы и полезны? Даже жаль уничтожать «курицу, несущую золотые яйца». Но они слишком своевольны и опасны…

И не стоит радоваться раньше времени – ведь далеко не факт, что в челноке находится именно выживший агент ТРУ.

***

Ларок вновь ступил в коридор, в котором уже был два месяца назад. С тех пор здесь многое поменялось. К примеру, исчезли молчаливые статуи- истуканы. Вместо детей Фенрира вход охраняли вполне обычные боевые дроиды.

Дядя в этот раз не опоздал – он стоял в центре коридора, заведя крылья за спину.

– Снова здравствуй, племянник, – поприветствовал он Ларока.

– Здравствуйте, дядя. Я не опоздал?

– О, нет, – рассмеялся Шах. – Ты как раз вовремя. Наш друг и великий вождь уже минут пятнадцать забрасывает меня запросами, выясняя, кто же спасся с «Шелеста» и что именно случилось с фрегатом.

– Вождь?

– Ах да, мой мальчик, ты ведь не в курсе… За последние дни многое изменилось. Теперь республикой больше не правит совет.

– А кто же? – удивился Ларок.

– Тицин.

– Вот как? – нахмурился Ларок. За два месяца у него было вдоволь времени для размышлений, как и новой информации, над которой и нужно было подумать. Многое, после откровений дяди, поменялось, перевернулось, перекрасилось. Теперь он уже не был тем восторженным юнцом, мечтающим о карьере в ТРУ республики. Да и как о подобном может мечтать сын смутьяна, казненного нынешней властью?

– Кому же ты верен сейчас? – с ехидством в голосе поинтересовался Шах, когда они вновь шли по длинным коридорам станции.

– Явно не диктатору, захватившему власть в республике, – хмуро ответил Ларок.

– Быть может, самой республике? Или… – тут Шах добавил еще больше ехидства в голос. – Народу?

– Я хочу служить во благо своей страны, – пожал плечами Ларок. – Вот только нынешний лидер…

– Что? Не особо нравится?

– Мягко говоря…

– Так за кем бы ты пошел?

– Раз роялисты, вроде тебя, все еще продолжают борьбу, значит, королевская семья не вся уничтожена?

– Вся. Но есть близкие родственники королевской династии.

– И кто же это?

– Представители гнезда Талуг. Ведь я тебе говорил, кто твой отец. Он из королевской семьи, как и твой дед.

– Значит, мне нужно обращаться к вам «ваше величество», дядя? – с усмешкой спросил Ларок.

– Как хочешь, – рассмеялся и Шах. – Но тогда и мне придется обращаться к тебе «ваше высочество».

– Что- то мне кажется, – отсмеявшись, сказал Ларок, – что предстоит мне работа, мягко говоря, не достойная принца.

– Точно.

– И что же это?

– Ты станешь человеком!