Останься со мной этой холодной осенью

Глава 1

Десять лет назад

Дима

Утро первого сентября в Конаковской школе началось как и везде: толпы разряженных, галдящих учеников, чересчур возбужденные родители и уже задерганные администрацией учителя.

Просканировав таблички с номерами классов, я направился к то опускающейся, то поднимающейся цифре одиннадцать. Серьезная дама лет пятидесяти в ярко-голубом шифоном платье и красных туфлях на приличной такой высоты каблуках размахивала табличкой, поворачивая ее на все четыре стороны, сомневаясь, видимо, в способностях почти совершеннолетних учеников найти свой класс.

— Говоров, ёлки-моталки, я тебя уже десять минут назад просила сбегать в кабинет и принести ленты! — гаркнула она на какого-то высокого сутулого парня с непроницаемым выражением лица, и тот, вздохнув, неспеша поплелся к входной двери школы.

— Ольга, Канарейкина! — продолжала перекрикивать гул толпы моя новая классуха. — Найди срочно Ингу Валерьевну, она уже о тебе спрашивала. Готовься к выступлению! Кирилл! Кир-и-илл Ткаче-е-нко. Красавец ты мой…

Всё ясно, как день. Такая спуску не даст — классные часы по расписанию, регулярное общение с родителями и активное участие в жизни школы нам обеспечены.

Я убрал руки в карманы брюк, изучая своих новых одноклассников.

По выданной накануне мамой статистике в классе восемнадцать учеников: девять парней и столько же девушек.

Я пробежался взглядом по толпе — люди как люди.

Парни обычные, не такие понтовые, как в Нижнем, откуда я только что перебрался. Трое из них, во главе с тем самым Ткаченко, о котором только что говорила классная, явно тут главные. Смазливые, деловые и никем не пуганные. Не удивлюсь, если отец одного из них какой-нибудь местный олигарх или депутат.

Среди девчонок легко определить главную активистку (это та самая Канарейкина — в парадной школьной форме прошлого века и с огромными белыми бантами на вьющихся как у африканских негров волосах), заучку (по очкам, втянутой в плечи голове, гладко собранным в пучок русым волосам и старческой юбке) и главную красавицу. Я хмыкнул, встретившись взглядом с симпатичной брюнеткой с выразительными карими глазами. Девушка нисколько не смутилась, даже наоборот: повернулась ко мне и, сложив руки на груди, начала зомбировать меня своим очарованием.

Кх-м-м…

— Привет. Новенький?

Рядом, ломая мимолетный кайф, нарисовался какой-то парень.

— Ага-а, — потянул я, снова пытаясь вызвать брюнетку на гляделки, но она уже отвернулась, обсуждая что-то со своей подружкой.

Жаль.

— И я новенький. Макс. Томилин.

Он протянул руку, и я ответил, нехотя вытаскивая ладонь из удобного кармана:

— Дима. Фадеев.

— Ну и ручища! — слишком неестественно воскликнул парень. — Качаешься?

Я наконец-то посмотрел на него. Типичный раздолбай: модная прическа с коротко стрижеными висками, серьга в ухе, рукава белой рубашки закатаны до локтя, а на запястье сразу несколько разнокалиберных металлических браслетов.

— М-м-м… — ответил я, всем своим видом показывая, что не заинтересован в продолжении разговора.

— Какими судьбами сюда? — спросил он, занимаясь тем же, чем и я пару минут назад — изучая коллектив, в котором придется получать среднее общее образование.

Не, так просто я от этого чела не отделаюсь.

— Отец военнослужащий. Меняем дислокацию, — ответил коротко, и Макс присвистнул:

— Крутяк. Есть такая профессия — родину защищать!

Я закатил глаза. Надеюсь, он не собирается так тупо острить все ближайшие девять месяцев?

— А меня выгнали из восьмой, — не обращая внимания на мою реакцию, загадочно понизил он голос. — За фигню. Прессанули с ребятами одного типа́, за дело прессанули, а его предки развозмущались.

Макс замолчал и проследил за моим взглядом:

— Тоже запал на ту темноволосую фемину?

— Тоже… Я был первый. Отчаливай.

Парень кивнул и хмыкнул:

— Замётано. Чё по классной?

— Чересчур активная. Такая запарит.

Он согласно кивнул, изучая мечущуюся из стороны в сторону женщину в ярко-голубом платье.

— Дети! Дети-и-и-и!!! Разберите ленты у Коли и строимся! Активнее, одиннадцатый класс!

Мы многозначительно переглянулись и взяли протянутые нам сутулым парнем белые ленточки, свернутые бантиком для крепления на лацкан пиджака. Я пихнул его в карман, а Макс приколол на рукав, где опознавательный знак тут же слился с его рубашкой.

Ну, а что? Тоже вариант.

После торжественной линейки, из которой я не слышал больше половины из-за ветра и колонок, развернутых от нас в противоположную сторону, мы разобрали испуганных и ошалевших от всеобщего внимания первоклассников и проводили их на первый урок.

По дороге Максим вполголоса сообщал своему семилетнему подопечному о том, что тому еще десять лет придется трубить за партой, помирая с тоски от происходящего, чем в конце концов добился того, что парнишка уперся перед дверями класса, и нам пришлось его силой запихивать внутрь.

— Ребята-а-а-а! — как гром небесный отражаясь от стен коридора раздался голос классной. — Поднимаемся на второй этаж. Новенькие! Томилин, Фадеев, Звонарёва, подойдите ко мне!

Мы с Максом дождались, когда народ схлынет, и двинулись к учительнице. Рядом с ней, облокотившись на стену, уже стояла неприметная худенькая девчонка с короткими, едва достающими ей до плеч, светлыми волосами и кажущимся огромным рюкзаком, заброшенным на левое плечо.

Максим махнул ей, но она только поджала губы, одернув короткую юбку.

— Так, так, так… — внимательно разглядывая нас троих, произнесла классуха. — Давайте знакомиться. Я Ирина Викторовна, ваша классная руководительница и параллельно учитель алгебры.

Мы недружно кивнули, чем, кажется, не вдохновили её.

— Ладно, — закончив осмотр, вздохнула женщина. — Надеюсь, этот год пройдет спокойно… — Она метнула неуверенный взгляд на девчонку, а потом на Максима. — Вы же нацелены на положительное окончание одиннадцатого класса и успешную сдачу ЕГЭ?

Мы молчали. Не знаю, как эти двое, а я однозначно нацелен — отец из меня отбивную сделает, а мать добавит, если я не поступлю в Политех!

Так и не дождавшись наших ответов, классная снова вздохнула и, резко развернувшись, зацокала красными каблуками в сторону лестницы на второй этаж.

— Это было приглашение, — толкнул меня плечом Томилин, — Погнали!

Несмотря на то, что мы с Максом были на голову выше учительницы и обуты в удобные кроссы, мы едва поспевали за ней. Чего уж говорить про тщедушную девчонку с огромным рюкзаком! На лестнице она споткнулась и точно бы разбила коленки, если бы я не подхватил ее за локоть.

Нереально голубые, совсем как платье нашей классной, глаза полоснули по мне. Краешек красивых губ едва заметно дернулся, словно девушка хотела улыбнуться, но так и не решилась.

— Спасибо, — поблагодарила она, уверенно высвобождая руку.

На мгновение я замер, разглядывая ее необычные черты лица: голубые глаза, не вяжущиеся с ее цветом волос темные брови, родинку на левой щеке, аккуратный вздернутый носик и едва заметный шрам на верней губе. Девушка смотрела прямо на меня всё сильнее хмуря брови, а я продолжал пялиться на нее, словно мой взгляд насильно к ней приклеили.

— Народ, вы идете? — Макс свесился через перила на два пролета выше. — Я теряю Викторовну из поля зрения!

Мы отмерли и поспешили наверх.

— Ребята, ребята-а! Внимание! Вы-пус-кни-ки!

Когда мы вошли в класс, Ирина Викторовна уже во всю занималась установлением дисциплины. Наши одноклассники не сильно торопились слушать учителя, на полной громкости обсуждая прошедшее лето и планы на вечер.

Заметив нас, та самая активистка, которая читала стихи на линейке, Канарейкина, кажется, затрещала:

— Ребята, ребята, у нас новенькие!

Народ зашумел еще громче, открыто разглядывая нас троих.

Я убрал руки в карманы брюк.

Который раз я оказываюсь в таком положении?

Э-м-м-м… Восьмой? Девятый?

Я уже привык и сбился со счета. В общем-то каждый раз всё проходит примерно одинаково.

Макса такое положение тоже не напрягало, даже наоборот. Он расслабленно пялился на ребят в ответ, слегка закинув голову назад. А вот тщедушная девчонка, кажется, была не в восторге. Особенно от повышенного внимания местных крутышей и их присвистываний.

Мне послышалось, или она сейчас зубами скрипнула?

— Верно, Оля. В нашем классе пополнение! С сегодняшнего дня с вами будут учиться Дима Фадеев, Максим Томилин и Маргарита Звонарёва. Прошу вас отнестись к ребятам дружелюбно и во всем помогать им, — с неестественной радостью объявила Ирина Викторовна. — У нас дружный, хороший класс, и я надеюсь, что вы примите новых учеников хорошо…

Бла-бла-бла… Не знаю почему, но из всей её болтовни я запомнил только имя и фамилию странной девчонки.

Наконец нам указали на свободные парты в конце класса, и Рита спешно заняла козырное местечко на крайнем ряду у окна.

Шустрая…

— Спасибо, Ирин Виктрна! И мы будем стараться! — расшаркался Макс. Подлипала, блин! Я поправил на плече сумку и сел на последнюю парту через проход от новенькой. — Народ, оторвемся по полной, ведь это наш последний учебный год в школе! — не унимался Томилин. — Всем отличного учебного года!

Народ не сильно вдохновился. Под ленивые аплодисменты и негромкий свист Макс покинул наконец-таки импровизированную сцену и сел рядом.

— Поддерживаю расположение, — шепнул он, указывая подбородком на симпатичную брюнетку, которую с моего места было отлично видно. Она оглянулась через плечо и кокетливо подмигнула мне.

Я хмыкнул и откинулся на стуле: кажется этот учебный год будет не таким уж и тухлым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.