Ань Жань 5: Окружение

Задавший вопрос руководитель вздохнул с досадой, запрокинул голову и посмотрел вдаль сквозь окно, словно пытаясь найти ответ в бескрайнем небе. Долгое время он молчал, прежде чем медленно произнёс: «Ты думаешь, я не хочу говорить? Но посмотри на Цзя Хуй, она беременна, и так уже переживает из-за дел компании, а как можно беспокоить её ещё и такими мелочами? Ей приходится ежедневно решать столько важных внешних вопросов, плюс ещё и беременность со всеми её неприятностями… Мы, её подчинённые, должны взять на себя часть её забот». В его голосе слышалась усталость и сочувствие, он небрежно провёл рукой по волосам, и аккуратная причёска слегка растрепалась.

«Всё это верно, но для исполнения этих мелочей необходима подпись», – вмешался другой руководитель, подходя ближе. – «Посмотри, Гао Чуань, вице-президент, находится в коме в Боливии. Крупные проекты и решения компании, хоть и с трудом, но пока функционируют благодаря нашим общим усилиям, больших проблем вроде нет. Но кто мог подумать, что эти, казалось бы, незначительные дела сейчас превратились в огромную проблему, всё застряло. Если так будет продолжаться, недовольство сотрудников будет расти, и это скажется на общем настроении в компании». Он встал и начал ходить по кабинету, «тук-тук» его кожаных туфель отчётливо раздавался в тишине, каждый шаг, казалось, падал на напряжённые нервы всех присутствующих.

В кабинете воцарилась тишина, только солнечный свет, проникающий сквозь окно, неторопливо перемещался, словно безмолвно свидетельствуя о трудностях, с которыми столкнулась компания Линхай.

В этот момент в Ла-Пасе солнце щедро лилось на улицы, воздух был пропитан своеобразным колоритом чужой страны, но эта яркая картина нисколько не рассеяла мрака, окутавшего лучшую больницу Ла-Паса. Председатель Торгово-промышленной палаты Ван Цяо уже бесчисленное количество раз ходил назад и вперёд перед палатой Гао Чуаня, его взгляд полон тревоги и надежды, каждый раз, глядя на дверь палаты, он ожидал чуда, способного изменить судьбу.

Наконец, врач, лечивший Гао Чуаня, закончил обследование ствола головного мозга находящегося в коме вице-президента компании Линхай и вышел из палаты. Ван Цяо тут же направился к нему, его взгляд был прикован к лицу врача, он пытался уловить хоть малейший проблеск надежды.

Ван Цяо, голос его дрожал от волнения и ожидания, спросил: «Доктор, как мой друг Гао Чуань? Есть ли шанс на улучшение?»

Доктор с серьёзным выражением лица поправил очки, в его глазах читались сожаление и безнадёжность. «Согласно результатам обследования, у господина Гао Чуаня серьёзно повреждены ствол мозга и функции всего головного мозга», – доктор раскрыл медицинскую карту, указывая на сложные данные и графики. – «Вот, электроэнцефалограмма показывает крайне слабую активность мозговых волн, практически нулевую. Слуховые вызванные потенциалы ствола мозга также отсутствуют, это означает, что слуховые проводящие пути ствола мозга сильно повреждены. Кроме того, у господина Гао Чуаня постепенно утрачивается функция спонтанного дыхания, что является типичным признаком повреждения ствола мозга».

Ван Цяо внимательно слушал объяснения врача, всё сильнее хмуря брови, морщины на его лбу стали глубокими как бороздки. Хотя он не был медиком, по серьёзному выражению лица врача и неутешительным словам он уже предчувствовал серьёзность ситуации.

«Доктор, а есть ли ещё шанс его спасти? Есть ли способ помочь ему выздороветь?» – в голосе Ван Цяо звучала мольба.

Доктор медленно покачал головой, его голос был тяжёлым: «С учётом современных медицинских технологий, ситуация господина Гао Чуаня крайне неблагоприятна. Ствол мозга – это жизненный центр человека, он управляет такими важными физиологическими функциями, как дыхание, сердцебиение, кровяное давление. Сейчас ствол мозга серьёзно повреждён, это необратимое повреждение, которое скоро приведёт к смерти мозга. А после смерти мозга неизбежна и смерть сердца».

Ван Цяо почувствовал, как ледяной ужас пронзил его с ног до головы, его тело слегка зашаталось, он едва не потерял равновесие. «Смерть мозга? Это… это невозможно…», – пробормотал он, в его глазах читались неверие и отчаяние.

Доктор мягко похлопал Ван Цяо по плечу, чтобы успокоить его: «Мы, как врачи, тоже очень надеемся на чудо, но у медицины есть свои пределы. Вам сейчас нужно подготовиться морально».

Ван Цяо стоял как окаменевший, его мозг был пуст. Спустя долгое время он с трудом спросил: «А сколько ему ещё осталось?»

Доктор немного помолчал, затем сказал: «Судя по темпам развития заболевания, максимум десять дней. В течение этого времени его жизненные показатели могут резко ухудшиться».

Ван Цяо почувствовал, как его грудь словно сдавила огромная глыба, ему не хватало воздуха. Сдерживая горе, он поблагодарил врача и, тяжело ступая, покинул палату.

В коридоре больницы, словно отгородившись от окружающих звуков, Ван Цяо снова и снова прокручивал в голове слова врача. Он понимал, что должен как можно скорее сообщить Гао Лин, единственной оставшейся в живых родственнице Гао Чуаня, эту ужасную новость. Но сама мысль о том, чтобы сказать ей всё это лично, наполняла его мучительной борьбой и болью.

Ван Цяо достал телефон, позвонил в авиакомпанию и забронировал билет на обратный рейс. Его пальцы механически двигались по экрану, взгляд был пустым и потерянным. Купив билет, он убрал телефон в карман и посмотрел в окно. Солнце всё ещё ярко светило, но в его глазах это было похоже на предзакатное свечение перед концом света.

Как сказать Гао Лин? Как заставить её принять эту жестокую правду? Ван Цяо чувствовал себя беспомощным и растерянным. Он подумал о Цзя Хуй, которая находится в Мюнхене и ждёт ребёнка от Гао Чуаня, и сердце его сжалось от боли. Он не мог допустить, чтобы Цзя Хуй сейчас переживала такой удар, её ребёнок нуждается в спокойной обстановке. Но как же Гао Лин? Как она справится с этим внезапным горем?

Ван Цяо медленно вышел из больницы.  Шумная толпа на улице резко контрастировала с его внутренним состоянием. Он остановил такси, сел на заднее сиденье, облокотился на спинку и закрыл глаза. Слёзы сами собой потекли из уголков глаз, тело его слегка дрожало, подавленная скорбь в этот момент хлынула, как прорвавшаяся плотина.

Он не знал, как выразить свои чувства, не знал, как сообщить Гао Лин о случившемся. Он понимал, что это будет наиболее трудная задача в его жизни, и он обязан был её выполнить. За окном мелькал городской пейзаж, но Ван Цяо ничего не видел. Его мысли улетели далеко, к семье, которая вот-вот погрузится в горе.

Самолет медленно катился по взлетной полосе, а затем поднялся в воздух и полетел вперёд. Ван Цяо сидел у окна, наблюдая за Ла-Пасом, который постепенно удалялся, и чувствовал смешанные эмоции. Он знал, что его ждёт очень тяжелый разговор, и он должен набраться храбрости, чтобы выполнить свою миссию. На протяжении всего длительного полета Ван Цяо терзал невыносимый душевный надрыв, он постоянно думал о том, как сказать Гао Лин, как помочь ей остаться сильной перед лицом этой страшной беды.

После долгого перелёта с пересадками председатель Торгово-промышленной палаты Ван Цяо наконец прибыл в Гонконг. Несмотря на свой вес в сфере внешней торговли, своё заметное богатство и положение, Ван Цяо придерживался своих принципов и привычек. Он предпочитал летать экономическим классом, а не пользоваться постоянно готовым к вылету личным самолётом, символом роскоши и комфорта. Это потому, что Ван Цяо был бывшим военным, суровая армейская дисциплина и скромный образ жизни оставили глубокий след в его душе, вызывая у него отторжение к чрезмерной роскоши.

В Гонконгском международном аэропорту кипела жизнь, толпы с разными целями и настроениями сновали туда-сюда. Ван Цяо в простом, но стильном чёрном костюме уверенно шёл по коридору. Его решительное лицо и прямая осанка выделялись среди окружающих. Постепенно люди вокруг начали обращать на него внимание, тихий шёпот, как рябь на воде, распространялся в толпе.

Молодой бизнесмен тихонько сказал своему спутнику: «Смотри, это же Ван Цяо, председатель Торгово-промышленной палаты внешней торговли?»

«Да, это он! Не ожидал здесь его встретить!» – глаза спутника заблестели от волнения.

Через мгновение всё больше людей узнавали Ван Цяо, все сходились к нему, в их глазах было полное уважение и волнение. Некоторые доставали телефоны, чтобы запечатлеть момент рядом с этим бизнес-магнатом; другие набирались смелости и вежливо спрашивали, можно ли сфотографироваться на память. Ван Цяо, сталкиваясь с таким энтузиазмом толпы, добродушно улыбался, терпеливо удовлетворял все просьбы, и даже мило беседовал с ними, совсем без высокомерия, которое можно было бы ожидать от крупного предпринимателя.

В ожидании рейса Ван Цяо сидел в зале ожидания и спокойно читал финансовый журнал. В это время к нему неторопливо подошёл мужчина лет шестидесяти. Мужчина был высокого роста, одет в идеально скроенный тёмно-серый английский костюм, с изящным шелковым галстуком с ненавязчивым рисунком, который подчёркивал его безупречный вкус. На нём были золотые очки, за стеклами которых скрывались глубокие и яркие глаза, излучающие свет мудрости, накопленной за долгие годы. Каждая его походка излучала особую ауру, будто окружающий шум сам собой стихал при его приближении.

Ван Цяо невольно поднял голову, и в тот момент, когда их взгляды встретились, в его глазах мелькнуло удивление, сменившееся дружелюбной улыбкой. Ведь он сразу узнал в этом мужчине Чжао Цяна, председателя правления «Банка Красной Горы», крупнейшего частного банка страны.

Чжао Цян подошёл к Ван Цяо, дружелюбно улыбаясь, протянул руку: «Председатель Ван, какое совпадение, не ожидал вас здесь встретить».

Ван Цяо тут же встал, пожал руку Чжао Цяна и горячо ответил: «Председатель Чжао, давно не виделись, очень неожиданно».

«Председатель Ван, куда направляетесь?» – спросил Чжао Цян, слегка наклонив голову и улыбаясь.

«У меня дела на материке, возвращаюсь в головной офис», – коротко ответил Ван Цяо.

Чжао Цян слегка кивнул, в его глазах мелькнуло что-то загадочное, и он продолжил: «Председатель Ван, я вижу, у вас ещё есть время до вылета. Не откажетесь ли составить мне компанию в VIP-зале ожидания в кафе? У меня есть кое-что, что хотелось бы обсудить с вами».

Ван Цяо слегка опешил, он и правда не знал, о чём Чжао Цян хочет с ним поговорить. Но многолетний опыт, приобретённый в деловом мире, подсказывал ему, что это, возможно, важная возможность для общения. Да и дружелюбное отношение Чжао Цяна заставляло его трудно отказать, поэтому Ван Цяо, не колеблясь, с улыбкой сказал: «Раз председатель Чжао так любезно приглашает, я, конечно же, с удовольствием».

Чжао Цян с удовлетворением кивнул, сделал приглашающий жест рукой и они направились к VIP-залу ожидания. По дороге на них бросали множество любопытных взглядов, все гадали, что же задумали эти два бизнес-гиганта, идя вместе.

Войдя в VIP-зал ожидания, в глаза бросился роскошный интерьер. Мягкие ковры, словно пушистые облака, нежно поддерживали шаги, каждый шаг казался шагом в сказочном мире; сверкающие хрустальные люстры, подобно звёздам, падающим на землю, заливали всё пространство золотистым светом; изысканные диваны и кресла из тончайшей кожи, приятные на ощупь, были спроектированы с учётом эргономики, позволяя полностью расслабиться, повсюду царили комфорт и роскошь. А ресторан самообслуживания был оформлен как элитный банкетный зал: на блестящих столах аккуратно выстроились разнообразные блюда, сочные стейки аппетитно шипели, источая соблазнительный аромат, разноцветные изысканные десерты напоминали произведения искусства, а свежие фрукты источали чудесный запах.

Чжао Цян повёл Ван Цяо к окну, откуда открывался великолепный вид на всю стоянку самолётов. На стоянке самолёты стояли в ряд, работники аэропорта торопливо сновали между ними, тягачи медленно двигали тележки с багажом, создавая картину организованной и напряжённой работы. Усевшись, Чжао Цян налил себе и Ван Цяо кофе. Кофейные чашки были изящными и маленькими, кофе в них дымился, распространяя насыщенный аромат. Затем Чжао Цян медленно произнёс: «Председатель Ван, я всегда восхищался вашими выдающимися достижениями во внешней торговле. Ваш деловой нюх и способность принимать решения известны во всём мире».

Ван Цяо взял чашку кофе, слегка пригубил и, слегка приподняв бровь, с лёгкой иронией спросил: «Г-н Чжао, мне стало любопытно, как вы узнали, что я сейчас нахожусь в Гонконгском аэропорту? Я ведь не афишировал свой маршрут».

Чжао Цян, услышав это, приподнял уголки губ, и на его лице появилась многозначительная улыбка. Он отставил кофейную чашку, слегка откинулся на спинку кресла и, улыбаясь, сказал: «Председатель Ван, вы ведь не забыли, что сейчас вы председатель крупнейшей в стране внешнеторговой палаты, а также известный на всю страну предприниматель, каждое ваше движение находится под пристальным вниманием. С того момента, как ваш самолёт взлетел из аэропорта Ла-Паса, группа зорких туристов уже выложила информацию о вашем маршруте в интернет».

Продолжая, Чжао Цян вытащил из кармана телефон, быстро провёл пальцем по экрану и протянул телефон Ван Цяо: «Посмотрите сами, все социальные сети взорвались, новости и фотографии повсюду».

Ван Цяо взял телефон, и перед его глазами предстала целая лента публикаций о нём самом. На фотографиях он то спешил, то задумчиво смотрел вдаль, а подписи к фотографиям были самыми разнообразными: одни хвалили его деловую хватку, другие строили догадки о его поездке. Ван Цяо невольно вздохнул: «В этом интернете нет никакой частной жизни, я чувствую себя как под микроскопом».

В роскошном и тихом зале ожидания VIP-персон мягкий свет лился из сверкающих хрустальных люстр, освещая изысканную посуду на столе и ароматный кофе рядом. Председатель внешнеторговой палаты Ван Цяо и председатель правления Банка Красной Горы Чжао Цян сидели друг напротив друга. Всё вокруг говорило о высочайшем уровне и комфорте, но в воздухе витала напряжённость и тревога.

Чжао Цян взял кофейную чашку и сделал небольшой глоток, словно набираясь смелости. Затем он медленно поставил чашку, посмотрел прямо на Ван Цяо, его лицо стало необычайно серьёзным, и он нарушил непродолжительное молчание: «Председатель Ван, сегодня я хотел поговорить с вами откровенно об одном очень сложном деле. Вы, наверное, слышали, что полгода назад обанкротилась Группа Ян-хэ. Это событие нанесло огромный удар по всей отрасли, а для моего Банка Красной Горы это стало почти катастрофой». Голос Чжао Цяна был низким и подавленным, морщины на его лице казались ещё глубже из-за внутреннего напряжения.

Ван Цяо слегка нахмурился, в его глазах мелькнуло беспокойство. Он и подумать не мог, что Чжао Цян вдруг заговорит о такой тяжёлой теме. Как человек, много лет проработавший в сфере бизнеса, Ван Цяо хорошо знал о последствиях краха Группы Ян-хэ, но он и представить себе не мог, что удар по Банку Красной Горы окажется таким сокрушительным.

«Если честно», – продолжил Чжао Цян, в его глазах читались безысходность и замешательство, – «наш банк ранее осуществил крупномасштабные инвестиции в Группу Ян-хэ, и после её краха наша финансовая система получила серьёзный удар, сейчас мы на грани банкротства. Внешне банк всё ещё кажется процветающим, но на самом деле каждый день мы ходим по лезвию ножа, с трудом справляемся с различными трудностями и поддерживаем жизнедеятельность».

«Что?» – невольно вырвалось у Ван Цяо, на его лице было написано удивление. По его представлениям, Банк Красной Горы всегда был гигантом в финансовом мире, мощным и надёжным, но услышанное им полностью разрушило его представление. Он с недоверием смотрел на Чжао Цяна, пытаясь понять по его выражению лица, не является ли это преувеличенным шуткой, но серьёзное выражение лица Чжао Цяна убедило его в том, что это суровая реальность.

Чжао Цян горько усмехнулся и кивнул, словно отвечая на немой вопрос Ван Цяо. «Да, председатель Ван, ситуация действительно настолько серьёзная. Поэтому я с искренним сердцем пришёл к вам сегодня, надеясь, что Банк Красной Горы присоединится к возглавляемой вами Торгово-промышленной палате внешней торговли». Он слегка наклонился вперёд, в его глазах читалось ожидание: «Нам крайне необходимы приоритетные инвестиционные возможности во внешнеторговой деятельности. Только так мы сможем оживить застывшие средства банка, спасти его от гибели».

Ван Цяо откинулся на спинку кресла, его взгляд стал глубоким и серьёзным, он задумался. То, что Банк Красной Горы хочет вступить в Торгово-промышленную палату внешней торговли, действительно стало для него неожиданностью. А то, что банк оказался в настолько плачевном положении, стало для него настоящим шоком.

Ещё до того, как Ван Цяо полностью оправился от этого потрясения, Чжао Цян бросил ещё одну бомбу. «После краха Группы Ян-хэ вся её производственная цепочка рухнула». В голосе Чжао Цяна звучало сочувствие: «Заводы, производившие электронику для Группы Ян-хэ, закрываются один за другим, множество рабочих потеряли работу и оказались в бедственном положении. Это не только огромные экономические потери, но и социальная проблема, затрагивающая бесчисленные семьи».

Выражение лица Ван Цяо стало ещё более серьёзным. Он прекрасно понимал, какое влияние оказывает закрытие предприятий на рабочих и общество, а появление большого количества безработных вызовет цепную реакцию. Он слегка кивнул, предлагая Чжао Цян продолжить.

«Учитывая сложившуюся ситуацию, Банк Красной Горы хочет вместе с Торгово-промышленной палатой внешней торговли создать новую электронную компанию», – в глазах Чжао Цяна заблестела надежда. «Наша цель – содействовать занятости, дать работу безработным и заполнить огромную нишу на рынке электроники, образовавшуюся после краха Группы Ян-хэ».

Ван Цяо мысленно поразился: идея Чжао Цяна смелая и дальновидная, но объём необходимых людских, материальных и финансовых ресурсов, а также сложность координации различных отношений представляют собой огромную задачу.

Пока Ван Цяо обдумывал, как ответить, Чжао Цян неожиданно наклонился вперёд, понизив голос и приняв серьёзный вид, сказал: «Председатель Ван, я должен вам откровенно признаться, что это не только идея Банка Красной Горы, но и губернатора и банковского регулятора. Губернатор и банковский регулятор очень обеспокоены проблемой трудоустройства безработных и стабильным развитием местной экономики, поэтому специально поручили мне обратиться к вам с просьбой рассмотреть возможность сотрудничества».

Эти слова, словно камень, брошенный в спокойное озеро, вызвали в душе Ван Цяо волны. Он и так понимал всю важность этого дела, а теперь, узнав, что за этим стоят губернатор и банковский регулятор, осознал всю тяжесть ответственности. Глядя на полные надежды и искренности глаза Чжао Цяна, он не знал, как ответить. Всё вокруг словно замерло, только тяжелое дыхание и учащённое сердцебиение двух мужчин переплетались, предвещая огромное влияние предстоящего решения.

В роскошном зале ожидания VIP-терминала, залитом мягким светом, похожим на мерцание звёзд, царила уютная и спокойная атмосфера. Однако за столом в этот момент висела напряжённая тишина, давящая на всех присутствующих. Разговор между председателем Торгово-промышленной палаты Ван Цяо и председателем правления Банка Красной Горы Чжао Цяном решал судьбу многих.

Ван Цяо сидел, не отрывая взгляда от Чжао Цяна, в его глазах читались уважение и задумчивость. В мире бизнеса Чжао Цян был, несомненно, известной и уважаемой фигурой. Десятилетия работы в финансовой сфере, его исключительная деловая хватка и решительность сделали Банк Красной Горы финансовым гигантом. Ван Цяо прекрасно понимал вес Чжао Цяна в деловом мире – это влияние, закреплённое годами и многочисленными успехами.

«Чжао Цян, я всегда испытывал к вам глубокое уважение», – первым нарушил молчание Ван Цяо, его голос был низким и сильным, полным искренности. «Ваши достижения и личные качества в этих кругах известны всем».

Чжао Цян слегка кивнул, на его лице появилась благодарность. В этот трудный момент слова признания были для него как глоток свежего воздуха.

Ван Цяо вздохнул и продолжил: «Я понимаю, что вы, учитывая ваш характер, никогда бы не стали просить о помощи, если бы дело не было действительно критическим». В его глазах мелькнуло понимание – рынок – это поле битвы, и даже самые могущественные бизнес-империи могут оказаться на грани краха.

В глазах Чжао Цяна мелькнула горечь, он опустил голову, его голос был немного хриплым: «Ван Цяо, вы правы. Банк Красной Горы сейчас находится на грани выживания». Он невольно сжал кулаки, словно пытаясь удержать ускользающую надежду.

Ван Цяо медленно встал, заложив руки за спину, и начал ходить перед окном. За окном на взлётной полосе самолёты взлетали и садились, отражая суету и динамику города. Но мысли Ван Цяо были поглощены проблемами Чжао Цяна.

«Группа Ян-хэ обанкротилась из-за противоправной деятельности – это их заслуженное наказание», – с негодованием произнёс Ван Цяо. «Но уволенные рабочие – они не виноваты, они не должны расплачиваться за ошибки компании». В его глазах загорелся твердый свет справедливости, сочувствие к судьбе простых рабочих.

Чжао Цян кивнул в знак согласия: «Совершенно верно, сейчас эти рабочие не могут найти работу, они оказались в очень тяжёлом положении. К тому же, после банкротства Группы Ян-хэ ситуация с промышленной обработкой ухудшается, вся цепочка поставок сильно пострадала». В его голосе звучало беспокойство, как социально ответственного предпринимателя его тревожила сложившаяся ситуация.

Ван Цяо остановился, взглянув вдаль, словно сквозь стены видя заводы и рабочих, оказавшихся в беде. «Как председатель крупнейшей в стране внешнеторговой палаты, я глубоко осознаю свою ответственность», – сказал он твердо и решительно, с чувством миссии, не терпящей отлагательств. «Палата всегда придерживалась принципов развития отрасли и процветания общества, и в этот решающий момент мы не можем оставаться безучастными».

Его слова прозвучали как молот по сердцу Чжао Цяна. В глазах Чжао Цяна мелькнули удивление и надежда, он пристально смотрел на Ван Цяо, словно увидев свет в темноте.

Ван Цяо обернулся, посмотрел на Чжао Цяна, лицо его приняло решительное выражение, и он медленно кивнул: «Чжао Цян, я согласен на сотрудничество с Банком Красной Горы. Мы вместе создадим новую электронную компанию, поможем рабочим, потерявшим работу, снова найти её и заполним пробелы на рынке».

На лице Чжао Цяна мгновенно расцвела яркая улыбка, он взволнованно поднялся, быстро подошёл к Ван Цяо и крепко пожал ему руку: «Ван Цяо, огромное вам спасибо! Ваше решение не только спасло Банк Красной Горы, но и спасло бесчисленные семьи». В его голосе звучало лёгкое волнение, в этот момент он по-настоящему почувствовал, как сила надежды, подобно весеннему солнцу, рассеивает мрак в его душе.

Ван Цяо крепко сжал руку Чжао Цяна, на его лице тоже появилась удовлетворённая улыбка: «Чжао Цян, это наша общая ответственность. Уверен, что если мы будем работать вместе, мы обязательно преодолеем эти трудности».

Сделав небольшую паузу, Ван Цяо нахмурился, посмотрел на Чжао Цяна и искренне сказал: «Чжао Цян, ещё один вопрос, который я хотел бы с вами обсудить. Наш проект головного офиса внешнеторговой палаты в Боливии, я недавно ездил туда и проводил инспекцию, условия труда там ужасные, много детей-трудящихся, которые с трудом зарабатывают на жизнь. Они ещё совсем маленькие, должны сидеть за партами, а их заставляют нести бремя жизни. Я думаю, что наш Банк Красной Горы и внешнеторговая палата могли бы вместе собрать пожертвования для этих детей, сначала улучшить их условия жизни, а самое главное – повысить им зарплату, чтобы им жилось немного легче».

Услышав эти слова, на лице Чжао Цяна появилось выражение шока и сочувствия, он и не думал, что условия труда в Боливии настолько плохи: «Неужели такое возможно? Эти детишки так несчастны».

Чжао Цян нахмурился, немного помолчал, опустив голову, а затем поднял голову и решительно посмотрел на Ван Цяо: «Ван Цяо, не волнуйтесь, хотя Банк Красной Горы сейчас тоже сталкивается со многими трудностями, но эти деньги на благотворительность мы всё-таки найдём, премии и зарплаты детей-трудящихся мы обязательно возьмём на себя. Дети – это будущее, нельзя позволять жизни сломать их».

В глазах Ван Цяо засияла благодарность, он искренне сказал: «Чжао Цян, огромное спасибо, ваша ответственность вызывает уважение».

Чжао Цян махнул рукой и продолжил: «Ван Цяо, это пустяки, мы оба несём большую ответственность. Я надеюсь, что внешнеторговая палата в дальнейшем сможет в полной мере использовать свои преимущества, сделать больше для благополучия людей, чтобы жизнь людей во всех сферах стала лучше, давайте вместе работать над тем, чтобы преобразить этот мир».

Они переглянулись и улыбнулись. В этот момент их дружба и уверенность в будущем витали в воздухе. Однако выражение лица Чжао Цяна внезапно стало серьёзным. Он посмотрел на Ван Цяо, замешкавшись.