Мантикиро

ОГРАБЛЕНИЕ ПО...

«Случай часто играет человеческой жизнью»

«Человек — нередко властелин судьбы своей»

1.

Декабрь 1999 года выдался холодным, ветреным, суровым. А тут ещё сессия на носу! Поэтому в Храме Знаний торжественная тишина. Идут занятия.

Огромный просторный холл пуст. Но что за странные звуки? Тихие всхлипывания. Обиженные бормотания? Ага! Вот в чём дело.

Три девицы у окна ведут тихий, взволнованный разговор. Портреты великих людей укоризненно смотрят на невольных прогульщиц такого нужного предмета, как психология!

Студентка-первокурсница Ксюша Вересова не пошла на лекцию. Она безутешно рыдает в коридоре на плече подруги — Миланы Мироновой. Рядом стоит ещё одна девушка — Ульяна Гранина. Она в отличие от Ксении с Миланой учится на юриста, а не на журналиста.

— Зачем в переполненный лезть, — строго переводит она взгляд с одной на другую и укоряет пострадавшую: — Подождать не могла?

— Я опа-а-здывала, — жалобно тянет Ксюша. — У отца мотор заглох в ма-а-а-шине.

— Бедная маленькая девочка, — передразнивает Ульяна. — Как же другие не опаздывают?

— Успокойтесь, пожалуйста, — миролюбиво просит Милана. — Ничего страшного ведь не произошло?

— Это ты называешь, не произошло! — недоумевает Ульяна и строго: — Слышь, Вересова, а вызвать такси ума не хватило?

— Говорят же, — злится та, — Подошла маршрутка, и меня туда подсадили!

— Ты что дичь? — ехидничает Гранина.

— Какая дичь?

— Утка подсадная, — хмуро поясняет Ульяна, — которую запихнули, тьфу… в ловушку заманили, чтоб удобней обчистить.

— Да-а, не-е-ет, — оправдывается Вересова. — Наверное…

— Понятно, — выпаливает сокурсница, — Ты даже с этим разобраться не можешь: да? Нет? Наверное? Вот что значит реалити-шоу по телеку с утра до вечера смотреть.

— При чём здесь это? — хмурится Ксюша.

— Фу! — наступает Уля. — Гадость! Что там смотреть? Тебе общения не хватает? Или подсматривать нравиться за другими. Живи своей жизнью.

— У меня папа строгий, — оправдывается Вересова. — Никуда не пускает. А там кипят та-а-а-кие страсти…

— Любопытство сгубило кошку! — перебивает Ульяна и машет перед носом приятельницы указательным пальцем, словно решила пожурить нерадивую девчонку.

— Английская пословица: «Curiosity killed the cat, but satisfaction brought it back» переводится: «Любопытство сгубило кошку, но удовлетворив его, она воскресла», — уточняет Милана.

— Я не кошка! — капризно говорит Ксения. — При чём тут это?

— Кошки любопытны, суют нос, куда не надо, — поясняет подруга.

— Это может их погубить! — прибавляет Ульяна. — И наличие девяти жизней не поможет.

Вересова открывает рот. Закрывает. Всплёскивает руками. Затем испуганно напоминает:

— Но кошка же воскресла!

— Вот-вот! — Ульяна упирает руки в бока. — То кошка! Ты не кошка. Ты избалованная папина дочка.

Ксюша всхлипывает.

— Гранина, ты что? — заступается Милана. Гладит огорчённую подругу по плечу: — Понимаешь, она хочет сказать, что у некоторых любопытство перевешивает осторожность. Поэтому мы с ней за тебя волнуемся. И вообще… такое с каждым могло произойти.

— Вересова привыкла, — не унимается Ульяна, — что за неё думают другие, вот и попала как рыба на крючок!

Неожиданно Ксюша соглашается:

— Они такие злые! Я решила, мне помогают, а оказалось…

— … грабят! — изрекает Уля. Ей нравится, когда впросак попадают другие, а не она. Тогда можно давать советы. И чувствовать себя при этом важной персоной. — Ты хоть запомнила их? Описать сможешь?

Пострадавшая трёт виски, бормоча:

— Сейчас, сейчас вспомню. Как выглядели? Обычно. Парни, как парни. Наглые. Весёлые. Куртки спортивные. Джинсы. Ботинки.

— Внешне, — подсказывает Милана. — Особые приметы. Шрам? Усы. Цвет глаз. Волос…

— Щетина была, — оживляется Ксюша. — У одного. Второй пониже. А приятель его худой, смуглый, взгляд у него такой…

— … пронзительный? — уточняет Милана.

— Ага.

— Пф! — произносит с презрением будущий правовед Ульяна Гранина и прибавляет: — Сколько раз говорила: бдительность и осмотрительность всегда и везде, но тебя, Ксюха, разве вразумишь. Да и ты, Милана, со своей добротой и вечным состраданием ко всем — от птичек, рыбок, людей до китов, крокодилов и слонов. И вот доигрались! Теперь будете знать, как всем доверять!

Её вдруг осеняет: «А вдруг это и есть то самое, настоящее расследование? Вот бы раскрыть преступление, поймать бандитов, и тогда все узнают…»

2.

Что узнают окружающие, Гранина додумать не успевает, потому что Милана незаметно толкает её локтем в бок. В глазах подруги немой вопрос: «О чём размечталась? Ксюшу надо спасать. Но как?»

Тем временем Вересова горестно размышляет о предстоящем разговоре с грозным преподавателем, с вечно занятыми родителями. Ей не по себе. Но Ульяне и дело нет до переживаний Ксении. Она примеривает роль супер-вумен.

Милана Миронова внимательно наблюдает за обеими. Ей неприятно, что Улю больше интересуют детали, а не горько плачущая от злости и обиды Ксюша.

— И какое теперь дело: кто виноват? — шепчет она.

— О, не скажи, — возражает Ульяна.

— Хватит! — просит Милана. — Надо Ксюше помочь, остальное неважно.

Ульяна надменно поджимает и без того узкие губы. Ей хочется выдать:

— Сама встряла, сама пусть и выпутывается! Мы тут при чём? И так лекцию из-за неё прогуляли.

Вересова искоса наблюдает за ней и, сообразив, что помощи не дождётся, принимается сетовать:

— Вляпалась, так вляпалась.

— По уши, — подтверждает Ульяна.

Милана обнимает подругу за плечи. Просияв, та в который раз пересказывает подробности «ограбления по…».

Ульяна хмыкает, но с места не двигается, хотя давно всё понятно. Граниной не хочется, чтобы подруги обвинили её в неотзывчивости. Хотя так оно и есть. Девушка вздыхает, подумав: «Как они несправедливы! Она просто принципиальная. К тому же ей чуждо притворство. И все эти ути-пуси в такой ситуации ни к чему».

Пока «убитая случившимся» Ксения жалуется Милане на подлых притворщиков, Уля решает продолжить «читать нотации».

— Нельзя быть жертвой! — наставляет она. — Взять и так неосмотрительно довериться чужим? Нужно взрослеть, а ты привыкла, что за тебя решают родители.

— Ой, не напоминай, — вздрагивает Вересова. — Отец убьёт, когда узнает!

— За что? — изумляется Милана и протягивает подружке ароматическую салфетку. — Возьми апельсиновую! Помогает при стрессе.

Благодарно кивнув, несчастная спрашивает:

— Как я выгляжу?

— Замечательно, — Милана бережно смахивает слезинку со щеки подруги.

Ульяна холодно рассуждает:

— Этого и следовало ждать! Родители Вересову никуда без охраны не выпускают, боятся!

— Меры предосторожности никогда не помешают, — оправдывается потерпевшая, глядясь в зеркало и кокетливо поправляя чёлку. — Просила же мастера постричь короче, а она: так будет естественней!

— И что? — хмыкает Ульяна, пропустив замечание о не угодившем стилисте. Будущего юриста сейчас интересует другое: — Помогло это тебе? Если захотят…

— Ты не понимаешь, — прихорашиваясь, тянет Ксюша. — У папы крупная фирма по…

Вошедшая в роль прокурора Ульяна перебивает:

— Это как водится: конкуренты, рэкет, незаконный оборот капитала, разделение сфер влияния и прочее.

— Ну, ты загнула! — заступается за отца Ксюша. — Детективов насмотрелась? Папа просто частный предприниматель.

— Вот! — Гранина непреклонна. — Все так говорят, а потом ночей не спят. Охрана, сигнализация, камеры слежения. Это того стоит? Думаю, нет!

— Уля! — хмурится Милана. — Перестань! Хватит! Сейчас разговор не о том.

— А о чём? — пожимает узкими плечами «блюстительница законности и порядка». — Ладно, теперь подробнее, что там произошло?

— Как? — возмущается Милана. — Опять показания?

— Она меня допрашивает с таким пристрастием, — бурчит Ксюша. — Словно это не меня обокрали, а я…

— Факты! — напоминает Ульяна. — Мне нужны не эмоции, а факты. Говори, как на духу!

— Правду и ничего кроме правды, — иронизирует Милана Миронова. — Хватит изображать из себя прокурора.

— Я расскажу, — покаянно шепчет пострадавшая. — Только не ссорьтесь, пожалуйста.

3.

… Утро понедельника у Вересовых не заладилось. Глава семейства опаздывал на важную встречу. Дочь-первокурсница не успевала на первую пару.

Как такое могло случиться?

Да застряли они у ворот дома!

Кто виноват? Водитель, пассажиры? Или всё же погодные условия не позволили намеченному осуществиться быстро и легко?

Этого Ксения не знала. Она слушала монотонную песню ветра и переминалась с ноги на ногу.

— Х-хо-лодно, — бормотала она. — Скользко. И эта манная крупа достала! Откуда столько? Сыпет и сыпет.

Девушка поглядела на обледенелую плитку под ногами. Недавно Ксюша чуть не села на шпагат у ворот, но удержалась. Девчонка разозлилась и обрадовалась одновременно! Чему? Разозлилась на погодные условия. Обрадовалась, что такая ловкая и гибкая.

Пока студентка вуза размышляла об этом, небо хмурилось. Северный ветер пробирал насквозь.

«Даже деревья замерзли, — подумала она. — Вон как дрожат ветвями. У-ух! Что уж говорить о людях».

Словно в подтверждение на той стороне показался одинокий прохожий. Подняв воротник, мчал он по делам. Куда и зачем? «Наверное, на работу, — решила девушка. — Судя по возрасту. Ишь, укутался! Шапку надвинул на лоб. Воротник поднял. Скользит, будто конькобежец на соревнованиях».

Дочь взглянула на отца. Тот напоминал огромную скалу. И всем своим видом выражал свирепое недовольство. Ещё бы! Его не желали слушаться. И подчиняться! Кто? А точнее, что? Авто.

Водитель наматывал круги около заглохшей машины, бормоча:

— У нас ихние машины, что в Африке пингвины! Ну, чего тебе ещё, кукла заграничная? Заводись!

… Мороз крепчал. Ветер усиливался. Время шло.

— Ну? — басом поинтересовался Вересов у парня. — Долго ещё?

Тот растерянно пожал плечами. В который раз обошёл вокруг автомобиля, удручённо качая головой и вздыхая.

Прежнему водителю нездоровилось, и Вересов дал ему три дня на поправку, а новый с «иностранкой» поладить не сумел. Вот она и «капризничала». Не привыкла, видите ли, к нашим морозам!

Под стать была и дочь шефа.

— Папа-а-а, — ныла Ксения. — Опаздываю-у-у…

— Как только приеду, разберусь! — сурово пообещал Вересов кому-то, прижимая мобильный плечом. В руках он крепко сжимал папку с важными документами.

— Когда поедем? — не отставала первокурсница. — Мне в универ пора.

Вересов оглянулся:

— Погоди! Не видишь, я занят.

— Тебе всегда-а-а некогда-а-а, — напомнила дочь и то ли в шутку, то ли дразня, пропела: — Пять минут, пять минут это много или мало? На занятия уже опозда-а-а-а-ала!

— Я не волшебник, — хмуро напомнил бизнесмен.

Водитель развёл руками, мол, я тоже.

И каждый вернулся к прерванному занятию. Личный шофер — к «привередливому средству передвижения». Вересов уставился в мобильник.

— Какой там курс валюты на сегодня? — поинтересовался он. — Ага! Понятно.

Девушка вздохнула. Ей тоже всё стало понятно. Если ничего не предпринять, на первую пару можно уже не бежать.

— Надо что-то делать, — прошептала Ксюша. — Что-то делать надо!

И направилась на ближайшую к дому остановку. Та в двух шагах и «осложнений» не предвидится!

— Главное не упасть, — упрашивала она. — Ох, и скользко же…

4.

Вызвать по телефону такси, просто не пришло нерадивой студентке в голову. Хотя в такую непогоду, такси — дефицит!

С первого сентября Вересова студентка вуза. Туда Ксения пошла не по зову сердца. Ей бы в актрисы или модели! Но папе идея с модельным бизнесом по вкусу не пришлась. И актёрствовать он тоже не разрешил.

— Там карьеру не сделаешь, — отрезал Вересов. — А вот репутацию подпортишь!

Почему он так считал, дочери неведомо. Поэтому, в знак протеста, она подала документы за компанию с лучшей подругой Миланой Мироновой. Та объяснила, что Ксения сможет стать телеведущей.

Девчонка просияла:

— Это где-то между моделью и актрисой! Ведь так?

Милана пожала плечами, но спорить не стала. Девушка давно решила стать журналистом и метания подруги не одобряла. Решила — дерзай, считала она.

Выслушав доводы дочери, Вересов согласился. Родителей Миланы Мироновой он знал давно. Дружили семьями. Часто гостили друг у друга. Перезванивались.

Вспомнив, что первая пара «Психология», Ксюша поморщилась. Строгий преподаватель опозданий не прощает. Обязательно выдаст что-нибудь едко-назидательное, заставив остальных студентов хихикать и многозначительно переглядываться.

… Вот и остановка. Народу! И как она не подумала, что уехать в «час пик» плюс метель и гололёд не по силам даже завсегдатаям вечно опаздывающего городского транспорта! Девушка вздохнула: с обстоятельствами не поспоришь.

… Время идёт. Ксюша совершенно замерзла на холодном ветру, но принять участие в «штурме» маршруток так и не решилась.

— Безвыходных ситуаций нет, — то и дело наставляет отец. — Думай, ищи, пробуй. Возможно, осенит. В крайнем случае, посмотри, что делают другие.

Другие?

Опоздавшая на лекции студентка оглядывается. Все замёрзли и ждут. На лицах недовольство и уныние, а что они могут? Те, кто посильнее и понахальнее — уехали. Остались не очень решительные или не очень спешащие.

«Упс, — мысленно стонет она. — Что же предпринять?»

5.

… От тяжких воспоминаний отвлекает резкий голос Ульяны:

— А пешком слабо? На вторую пару успела, если бы постаралась.

— Скользко же! — капризно поясняет сокурсница. — У меня сапоги на шпильках не за одну сотню баксов!

— Понятно, — приятельница опускает глаза на отечественные остроносые полуботинки, второй год красующиеся на ногах. — Проще надо быть к народу, а не провоцировать преступный элемент своим вызывающим видом. Фифа!

— Провоцировать? — Ксюша нервно крутит в розовом ушке бриллиантовую сережку. Затем выпаливает: — Мне что голой ходить?

— Не вздумай, — прыскает Милана. — С внешним видом у тебя всё в норме.

— Тогда что Гранина хотела сказать? — хмурится Ксюша и прибавляет: — Обзывается ещё.

— Скромней надо быть, — раздраженно выпаливает Ульяна.

— Как ты?

— Хотя бы, — кивает Ульяна, но, спохватившись, говорит: —Ладно, чего уж. Продолжай своё повествование, Вересова!

Подруга вздыхает и рассказывает дальше…

Налетел ветер. Принёс мелкий колючий снег. Люди жались на остановке, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Ксюша разоделась, как рекомендовал модный журнал, а не прогноз погоды.

Ветер её усилий выглядеть обаятельной и привлекательной не учёл, поэтому пронизывал насквозь.

Девушка стучала зубами, соображая: стоит ли вуз таких жертв с её стороны? К тому же в маршрутки не втиснуться, настолько они переполнены.

И вот, лязгая и дребезжа, подъехала ещё одна набитая до отказа. Какой-то парень подтолкнул Ксюшу к двери:

— Едем?

Она кивнула.

С трудом все втиснулись внутрь и повисли на нижней ступеньке.

Дверь взвыла и с натугой закрылась.

… — Это было что-то! — широко открыв глаза, делилась впечатлениями не привыкшая к подобному экстриму домашняя девочка. — Мы висели на ступеньках! В щели дуло. Ни вперёд, ни назад. Ни выдохнуть, ни вдохнуть.

— Испугалась? — предположила Милана.

— Немного, — призналась Ксюша. — За нами ещё кто-то влез. Я даже повернуть голову не могла, чтобы поглядеть.

— Ну и что? — буркнула Ульяна. — Я всё время так езжу, хотя у нас тоже есть машина. Папа уезжает на работу чуть свет. Мне даже стыдно просить его подбросить меня до университета! А ты живёшь ещё ближе, и каждое утро водитель отвозит тебя на занятия, словно королеву!

— Хватит, — потребовала Милана. — Не ссорьтесь! Рассказывай дальше, Ксюша.

— Парень этот такой шутник! — поведала сокурсница. — Он с приятелем ехал и всю дорогу анекдоты рассказывал…

— Внимание отвлекал, — догадалась «будущий сотрудник правоохранительных органов». — «Щипачи» всегда так делают, пока по сумочкам и карманам шарят. И действуют только бандой. Один «лохов разводит», другие подстраховывают.

— Ло…чего? — изумляется Вересова.

— Простаков, доверчивых граждан, — поясняет Миронова.

— Обчищают, — со знанием дела уточнила Гранина. — Ну, сумки режут и карманы.

— Ножом? — уставилась на неё Ксюша.

— Монеткой, — важно произносит Уля. — Заточенной! И учтите, видов карманников много. Отец говорит, что есть «ширмачи». Они при краже используют «ширму». Ну, там журнал глянцевый, куртку, пакет в руке или на руке. «Трясуны» хватают жертву. Мол, обознались. И при встряске, выбивают из кармана мобильник, портмоне, часы или браслет с запястья. Иногда броши дорогие или цепочку золотую. Во какие проныры! А есть «писаки». Те режут сумки, пакеты, карманы. Ещё разновидность преступников — щипачи. Действуют группами. Одни отвлекают. Другие чистят. Ой, да много их таких развелось. Да и раньше полно было…

— И чего молчала? — ерепенится Ксюша. — Предупредить не могла!

— Тебе зачем? — дразнит Ульяна. — Ты же на папиной машине раскатываешь.

— И откуда ты столько знаешь? — удивляется Милана.

— Это у неё сейчас отец на выслуге, — припоминает Ксюша: — А до этого в милиции столько лет служил. Вот и она туда же! А нам откуда такие «тонкости» знать?

— Это к делу не относится, — отмахивается Уля. — Так, что дальше было?

— Шутники эти на выходе с меня шапку сорвали, — пожаловалась пострадавшая.

— Ту дорогущую? — хватается за голову будущий правовед. — Ну, и кто в такой в городском транспорте ездит?

— У меня других нет… — разводит руками Вересова. — Папа говорит: имидж всё!

— Как они дублёнку с тебя не сняли? — озадаченно спрашивает Ульяна. — А после?

— Балда! — сжимает кулаки Ксюша.

— Кто? — возмущённо упирает руки в бока Ульяна.

— А ты не знаешь? — девчонка разжимает кулаки, затем горько качает головой.

— Так это ты о себе, — ехидно догадывается Ульяна. — Это правильно, что осознаёшь. И всё же. Что дальше?

— Помахав на прощанье, ловкачи скрылись за горизонтом, — поясняет Милана вместо поникшей подруги. — Представляешь, и никто не вступился!

— Свидетели, значит, были, — настораживается Гранина.

— Большинство стыдливо отвели глаза, — предполагает Миронова.

— А толстяк в очках растяпой обозвал! — поджимает губы Вересова.

— Ну и правильно! — хочет ответить Ульяна, но, поймав просительный взгляд сокурсницы, смолкает.

— Уже у входа в универ я обнаружила вот это, — заливается вдруг слезами Ксюша, театрально демонстрируя дорогую кожаную сумочку, основательно изрезанную сбоку. Из неё вызывающе торчит край конспекта по психологии.

— Хм-м, — только и может вымолвить студентка «правового». — Много пропало?

6.

Подруги переглядываются. Пострадавшая всхлипывает:

— У-о-уа.

— Кошелёк, «мобильник» и… ключи от дома! — разбирает вышесказанное Милана.

— Самое обидное, — ноет Ксюша. — Они знают, где я живу.

— Чего? — в один голос охают сокурсницы.

— Это как? — рычит Уля. — Зачем ты им сказала?

— Ну, не совсем сказала, — оправдывается Вересова. — Мы мимо проезжали…

— И ты показала, где живёшь? — уточнила Милана.

— Что теперь будет, — взвыла Ксюша. — Что бу-у-удет?

— Вернутся, и дом ваш обнесут, — Уля довольна и даже не скрывает этого: — Ни сигнализация не поможет. Ни охрана. Кстати, она у вас есть?

— Сигнализация? — Ксюша кивает. — Есть. И секюрити тоже. Он же водитель. С папой повсюду ездит по делам бизнеса. Но сейчас другого наняли. Тот отпросился.

— Понятно, — обрывает Ульяна. — Тебе необходимо срочно сообщить, что произошло.

— Не-е-е.

— Переживёшь, — отмахивается Гранина и прибавляет: — Раньше пороли за такое. И толк был.

— Ты чего? — взвизгивает Вересова. — Непедагогично. И, вообще, договариваться надо уметь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.