Азимар. Куда приводят мечты

Глава 5

Монет, оставленных Рейтаном, было так много, что их хватило не только чтобы полностью рассчитаться с Никоном за поломанную мебель, но и выплатить ему за месяц аренды вперед. А были ещё и полученные за тушу того волака бигзы. Стефани в очередной раз высыпала все свои монеты и стала пересчитывать.

Она теперь вполне может позволить себе купить хороший капкан или, о Боги, настоящее оружие. Последнее точно пригодится: встреча с хохотуном могла быть не единственной, а есть же ж и другие монстры в лесу, лучше быть готовой. Вот только какое выбрать?

Наемники Азимара обладали по большей части крепким телосложением, поэтому и использовали в качестве оружия огромный топор или молот. Но она сильно сомневалась, что у неё получится его удержать, не говоря уже о том, чтобы им махать.

Может, меч? Он популярен у более зажиточных юнцов Нижнего города. Девушка подозревала, что те носили его только для того, чтобы покрасоваться. Вряд ли богатеи совались в лес. Иногда у мужчин встречался пояс с кинжалами, но это оружие так сильно ей напоминало обычные кухонные ножи, что она точно не стала бы тратить столько бигзов за то, что вполне можно использовать бесплатно.

Стефани грустно выдохнула и сложила своё богатство обратно в кошель. Мечты… Мечты… Нельзя ничего тратить, как бы ни хотелось. Неопределенность должна быть скрашена хоть каким-то запасом средств. В таверне Рейтан запретил ей работать. Его странная угроза, сказанная в конце их встречи, не позволяла ей ослушаться. Снова пойти в лес и ставить капканы? Ещё не отпустило воспоминание о последнем таком походе…

Что теперь делать? Чем зарабатывать? На эти вопросы не было ответов. Пока. Но она твердо решила, что дождется возвращения Рейтана, и спросит у него всё, что её так волнует. Главное, не начать опять путаться в мыслях, как обычно с ней бывало в его присутствии.

Она откинулась на кровати и уставилась в потолок, прислушиваясь к постепенно нарастающему шуму на первом этаже. Вечер в таверне только начинался. После тяжелого трудового дня многие пришли провести вечер в приятной компании своих друзей и знакомых, заодно и расслабиться под ароматную и такую терпкую настойку Никона. Жизнь у людей не стояла на месте, в то время как её, казалось, замерла.

Это был её третий день без какой-либо работы. Безделье утомляло. Впервые она так долго была ничем не занята. Впервые после смерти родителей. В тот день, когда они умерли, её жизнь в первый раз разделилась на «до» и «после». И новое «после» – это бесконечные попытки выжить во взрослом мире, где во все времена правят лишь монеты. Конечно, Фиона всячески поддерживала её и монетами, и участием, но Стефани всё равно старалась её лишний раз не обременять, да и понимала, что нужно уметь самой зарабатывать.

Второе «после» случилось два года назад, принося с собой новую мечту, хотя нет, скорее горькую необходимость. Верхний город. Она должна попасть туда. И дело было уже не в монетах. Фиона…

Думать о сестре было опасно для собственного душевного равновесия, поэтому в поисках отвлечения, Стефани стала перебирать в уме другие составляющие собственной жизни: нужно же чем-то занять свой непрошеный досуг. Шли минуты… И она с горечью осознала, что этих составляющих не было. Если забрать мысли о Фионе и избавить от необходимости зарабатывать, то оставалась… пустота.

Чем занимаются в свободное время обычно другие люди? Читают? Гуляют? Убирают? Тренируются? Ничего из этого не находило отклика в душе, скорее наоборот, ещё сильнее погружало в гнетущее состояние. Невыносимо…

Стефани подскочила, надела сапоги и поспешила спуститься в таверну. Привычные запахи, знакомая атмосфера, люди… Сразу стало легче. Да, ей нельзя работать, но она вполне имеет право сидеть в качестве посетителя! Это не опозорит клан? А даже если и так… Всё равно! Чувствуя себя в глубине души бунтаркой, Стефани счастливо улыбнулась и направилась за свободный столик. Лиам не заставил себя долго ждать.

– Что будете заказывать? – его тон был официальным и вежливым. Это было так непривычно, что Стефани на какое-то время оторопела, не сразу приходя в себя.

– А что вы посоветуете мне, молодой человек? – она улыбнулась ему, включая своё обаяние, на которое он не обратил никакого внимания.

– Столь почетной гостье из клана Транадор я могу предложить самое лучшее, что есть в нашем заведении. Стейки средней прожарки и смесь из овощей со специальным соусом.

Её новый статус он выделил голосом. Сквозь вежливость и учтивость она всё равно уловила сарказм. Что это с ним? Что-то произошло за эти три дня, которые они не виделись? Она растерянно уставилась на него, хлопая глазами. Лиам всё ещё ждал ответа, и ей пришлось согласно кивнуть. Блюдо принесли быстро. Правда, уже не сам Лиам, а его новая напарница, которую взял на работу Никон. Девушка, подходя к ней, явно нервничала и заискивающе смотрела в глаза.

– Если что-то ещё будет угодно, то обращайтесь, буду рада вам услужить, – пролепетало юное создание перед тем, как уйти.

Стефани осторожно осмотрелась. На неё бросали косые взгляды. Недавний случай получил широкую огласку, делая её местной знаменитостью. Она подозревала, какие за её спиной бродят слухи. Понять их можно, она и сама бы так подумала про девушку, из-за которой сцепились два клана. Грустно выдохнув, Стефани стала есть принесенное мясо. Вкуса пищи практически не чувствовала. Хотелось поскорее доесть и уйти. О том, что вышла из своей комнаты, Стефани пожалела ещё в самом начале, едва услышала тон Лиама.

– Вам вкусно? Повар ничего не испортил? – раздался елейный, приторно-сладкий голос Никона. От шока она не смогла ответить, лишь закивала головой. – Хорошо, – широко улыбнулся мужчина и спросил: – Могу я присесть?

Стефани сузила глаза, рассматривая его. Перепил? Умом тронулся? Издевается? Секунды молчания и смиренное ожидание ответа. Он серьезно? Но это же его таверна, и это всё ещё она, Стефани! В зале как будто стало тише, поэтому она неуверенно кивнула, не желая давать новые поводы для сплетен.

– Спасибо, – Никон положил руки на стол, нервно переплетая пальцы. – Ты… вы же теперь Транадор, могу я попросить? Ну в память о нашей дружбе… не могли бы вы почаще приходить со своей новой семьей ко мне в таверну… здесь вкусно кормят и моя настойка… и да, сделаю вам скидку…

Рядом небрежно брякнула на стол кружка с чаем, которую она недавно заказала. Горячая жидкость выплеснулась через край, оставляя на столе следы. Стефани сразу поняла, что Лиам это специально сделал. За время, проведенное вместе на работе, девушка ни разу не видела, чтобы тот что-то пролил.

– Ах ты! – прикрикнул на Лиама Никон, а потом обернулся к ней. – Простите, сейчас всё уберут.

– Конечно, – сердито процедил сквозь зубы Лиам, – одну минуту.

– Как ты разговариваешь? Извинись перед госпожой! – вспылил хозяин таверны.

Глаза Лиама гневно загорелись, щека дернулась, он упрямо поджал губы.

Все в помещении замерли, уставившись на них. Всеобщее осуждение Стефани почувствовала кожей, холодея от происходящего. Словно желая убедиться в истинности предположения, девушка обвела глазами зал. Выскочка, которая пользуется своим новым положением. Это читалось во взгляде каждого.

Броситься бежать или оправдаться? Или это такой сон, странный в своей нелепости? Монеты, которые достались просто так и на которые она купила невиданно-дорогое для неё блюдо… Лебезящий Никон… Ядовитый тон Лиама… Ведь этого всего не может быть! А может, она умерла от руки Салазара, а остальное ненастоящее?

Тишина. Давит.

Или вот ещё вариант. Её закинули в какую-то плохую театральную постановку, где она должна играть главную роль, а сценарий забыли дать. И зрители уже на местах и ждут продолжения.

Ища поддержку, взгляд вернулся к Лиаму, человеку, который ещё три дня назад был так добр к ней, и который, как никто другой, знал, как именно она стала Транадор. Но он стоял и зло смотрел на неё, сражаясь сам с собой, ища в себе силы для извинений, собираясь в очередной раз перешагнуть через свою гордость. Её растерянность сменилось гневом.

– Не смей! – выкрикнула она и громко стукнула кулаком по столу, смотря в его разноцветные глаза. – Не смей извиняться!

Вспыхнувшая обида на него нещадно жгла глаза, призывая заплакать. Стефани достала из кошелька несколько монет и положила на стол, подскочила и поспешила покинуть таверну. Её провожали взглядами, но Стефани не опустила головы. Довольно на сегодня унижения, обойдутся и без её слез.

Ночная прохлада подарила ей спокойствие. Стефани не заметила через сколько её бегство от всех превратилось в обычную прогулку. Она шла, любуясь аккуратными домиками, что были расположены близко к границе Верхнего города. В этой части Нижнего города улицы шире, да и в разы чище, чем в кварталах, примыкающих к пограничникам. Некоторые дома были и вовсе зажиточными, огороженными невысокими заборами, располагающими небольшими лужайками, а порой и маленькими садами. Стефани даже примерно не могла представить, сколько может стоить такой дом. Мечтала ли когда-нибудь так жить? Она? Нет. Не верила, что такое возможно. А вот Фиона мечтала и бигзы собирала. Сестра хотела купить подобный дом для них двоих, собиралась жить вместе рядом с Верхним городом, мечтала не зависеть от Мадам.

– Ох, Фиона, – грустно выдохнула Стефани, – и куда привели тебя мечты…

«А куда привели тебя твои мечты?

К Рейтану…»

Рейтан… Ожидание Рейтана выматывало… Чем больше проходило времени, тем чаще её посещали мысли, что это всё ошибка, что глава клана пошутил, и она зря ждет его… В итоге просто останется без работы, ведь Никон уже нашел ей замену, а никто другой не захочет с ней связываться, ведь Стефани станет посмешищем всего города. Эти мысли сводили её с ума.

Девушка снова заметила тень на дороге. Снова, потому что несколько кварталов назад, уже видела похожую. Её отбрасывал рослый мужчина, что близко не подходил, но при этом продолжал двигаться в её направлении. Совпадение? Вряд ли…

Выбрав подходящий перекресток, Стефани резко свернула и какое-то время бежала, а потом юркнула в один из дворов и затаилась, стараясь быть в тени. Чьи-то торопливые шаги то отдалялись, то приближались. Её ищут – сомнений быть не может. Стефани вжалась в стену дома и молилась, чтобы человек сдался и ушел. Ну зачем она так далеко ушла, ещё и ночью? И защитить себя нечем… Может, пока не поздно, всё-таки убежать, а вдруг не догонит? Определить в какую сторону он идет и броситься в противоположную?

Чьи-то руки резко рванули её от стены на себя, сразу крепко стискивая и ограничивая движения. У самого уха раздался хриплый голос:

– Вот ты и попалась, детка.

Её обдало чужим дыханием. Примесь алкоголя и табака вызвала у неё отвращение и добавила тошноту к охватившей парализующей панике. Надо закричать, но голос её не слушался. Она широко открытыми глазами наблюдала за приближением ещё одного мужчины. Преследователей оказалось двое.

– Будешь хорошо себя вести, оставим тебе жизнь, – сказал второй.

Плотоядные, оценивающие взгляды, предвкушающие ухмылки… Грубые руки рванули её куртку, пуговицы отлетели и с глухим звуком осыпались на выложенную возле чьего-то дома плитку. Это и привело её в чувство. Она закричала, но чужая ладонь тут же зажала ей рот, заглушая. Что будет дальше, Стефани представляла, поэтому животный ужас захватил её, как и тогда с хохотуном. Она не контролировала себя, отчаянно вырывалась, кусалась и царапалась, но это не особо помогало. Её легко, словно играючи, тащили куда-то, подальше от благополучного квартала, при этом явно забавляясь её попытками освободиться.

Стефани заметила вдалеке едва различимую фигуру прохожего, слабая надежда придала ей дополнительных сил. Она вывернулась, на секунду высвобождаясь, и громко закричала. Её наотмашь ударили, боль пронзила скулу, слезы брызнули из глаз.

– Заткнись! Иначе прирежу, – сказал удерживающий её мучитель.

При виде приближении прохожего она снова стала вырываться и кричать, но через зажатый рукой рот раздавалось лишь мычание. Один из мужчин усилил хватку и оттащил за здание, второй – встречал подходившего. Она не могла видеть своего неожиданного защитника, но нож, блеснувший в руках одного из мучителей, сообщил, что из-за неё сегодня может кто-нибудь погибнуть. Страх за собственную жизнь сменился отчаянием. Её крик перешел в едва слышный вой…

«Прости меня… я не хотела… уходи… пожалуйста… беги… кто бы ты ни был… тебе не справиться… у него нож».

– Что у вас тут происходит? – голос говорившего был твердым, самоуверенным.

– Уходи отсюда парень, тебя это не касается.

– Я слышал чей-то крик. Женщина звала на помощь.

– Тебе показалось, – зарычал её мучитель.

Стефани воспользовалась тем, что удерживающий её мужчина на секунду отвлекся и ослабил хватку. Девушка укусила его за руку, и когда тот, взвыв, отпустил её, закричала:

– Уходите! Их двое! И у них нож!

Она не знала, что произошло, из-за своего местоположения не видела. Кто-то закричал, потом крик стал воем. Мужчина, удерживающий её, резко отпустил её и бросился за угол, на подмогу своему товарищу. Его отборная брань прервалась на полуслове отчаянным воплем полным боли.

Стефани понимала, что надо бежать, но ноги дрожали и отказывались повиноваться.

– Стеф! – раздался изумленный возглас.

Она не сразу поняла кто это. Голос и одежда казались ей знакомыми, но мозг отказывался вспоминать, рыдания сотрясали тело, а слезы размывали образ её спасителя.

– Бежим, вдруг они тут не одни, – её взяли за руку. – Ты как? Цела? Эти уроды ничего тебе не сделали?

Такие глаза есть только у одного человека: голубой и зеленый.

– Лиам, – выдохнула она, чувствуя, что сейчас упадет на землю от охватившего её облегчения.

Сзади раздалось гневное рычание, совмещенное кряхтением и стонами. Она выглянула из-за спины Лиама и увидела, что её преследователи корчились на земле, пытаясь подняться. Затылок одного и половина лица второго мучителя были ярко-красного цвета, их кожа расплавилась, а то, что было вместо неё, покрылось пузырями. Выглядело так, словно им налили кислоты или раскалённого металла…

Рассмотреть больше ничего не дали, Лиам сжал её руку в своей и побежал, увлекая её за собой.

Она бежала и смотрела на белый хвостик его волос, торчащий из-под банданы, укрывающей голову. С каждым новым поворотом, кварталом ей становилось спокойнее. Её бок болел от непрерывного движения, но ей это было в радость, напоминало о том, что она ещё жива и в безопасности. Как они оказались перед дверью таверны, Стефани не заметила. Ведь перед глазами была лишь спина и волосы Лиама, ни на что другое в эти минуты она не хотела смотреть.

Он открыл дверь и затянул девушку внутрь. Посетители уже давно разошлись. Первый этаж здания пустовал и ждал, пока его уберут для следующего дня. Лиам провел её до стойки и усадил на стул. Время, которое потребовалось, чтобы он заварил чай и поставил перед ней, они провели в молчании. Она послушно отпила из чашки, не сводя взгляда с нервно расхаживающего мужчины, которого словно прорвало.

– Ты уже в который раз попадаешь в неприятности! Что ты делала так далеко от дома? А если бы я не возвращался с… – осекся он, – не проходил мимо и не услышал крик?! Что бы с тобой было?! Это наверняка были люди Салазара! Они следят за таверной с того самого дня! Я не думал, что они рискнут напасть, это означало бы войну кланов, думал, они просто хотят припугнуть… всё-таки оскорбление ты нанесла весьма серьезное, да и репутация пострадала у них… Хотя, может, просто какие-то отморозки… таких много в Нижнем городе… В любом случае ночью, тем более одна, не уходи!

– Почему ты так вел себя со мной в таверне? – спросила вдруг она. Всё, что эмоционально говорил он до этого, было неважным, её интересовало только это.

– Что? – он резко остановился, удивляясь её вопросу.

– Почему ты так вел себя со мной? Почему злился?

Он растерялся и спрятал взгляд, снова становясь тем Лиамом, которого она знала, к которому привыкла.

– Тебе показалось. С чего это мне на тебя злиться? – неуверенно пробормотал он, а потом добавил более бодрым голосом. – Иди к себе. Ты слишком много всего пережила. Отдохни. А мне нужно ещё убрать зал.

– Я помогу, – сказала Стефани, встала со стула и сняла куртку, закатала рукава рубашки, чтобы было удобнее, и пошла к ближайшему столу убирать оставшуюся посуду. Простая незамысловатая работа сразу же подарила ей покой.

Лиам изумленно наблюдал за её неторопливыми перемещениями, не понимая, как реагировать. Она принесла ему тряпку.

– Если я правильно помню, у тебя завтра, точнее уже сегодня, смена у Мадам. Поэтому если ты собираешься хоть немного поспать, то можно приступать к уборке. И почему ваша новенькая ушла, ничего не убрав?

– Её уволили, – недовольно пробормотал он, убирая посуду со стола. Стефани обернулась и вопросительно подняла одну бровь, ожидая пояснения. Лиам обреченно выдохнул. – Она чересчур сильно кокетничала с одним из посетителей, а потом и вовсе позволяла себя… – он запнулся, подбирая приличные слова, – ну… трогать… Никону это не понравилось. Кричал на неё потом, что у него приличное заведение, а не бордель, и выкинул её, не заплатив.

Стефани почему-то от этой новости стало радостно, и она тихонько захихикала. Внутри всё аж распирало.

«Да! Да! Да! Что господин Никон? Теперь, поди поищи такую же умницу и красавицу, как я! А надо было ценить и платить больше! Это тебя Боги покарали за сварливость и жадность!»

Лиам бросил на неё недоуменный взгляд, явно не разделяя её веселья.

– А откуда ты возвращался? – вспомнила она. – Ты сказал, что возвращался откуда-то и услышал крик.

– Мадам просила кое-что принести, – ответил он после небольшой заминки.

«Среди ночи? Не могла подождать до утра? Да и живет она в другой стороне».

Стефани бросила на него заинтересованный взгляд. Почему врет? И глаза отводит, делает вид, что сильно поглощен работой. Дальнейшие вопросы и поиски причин такого поведения Лиама вызывали внутри неясную тревогу, и Стефани справедливо решила, что её жизнь и так слишком сложная, чтобы ещё беспокоиться и об этом.

Последний стол был вымыт, стулья стояли по местам, пол натерт. Лиам устало разогнулся и потер поясницу, с трудом подавил зевок. Он был таким милым сейчас. Просто не верилось, что он, не раздумывая, пришел на помощь кричавшей на улице женщине и не испугался двух огромных противников. Волна благодарности в очередной раз захлестнула её. Стефани тепло ему улыбнулась.

– Спокойной ночи, Лиам, – она подошла к нему, встала на цыпочки и легко поцеловала в щеку, – спасибо, что спас меня.

Он прикоснулся пальцами к своей щеке, куда пришелся её поцелуй, и безмолвно стоял, провожая её взглядом.

Глава 6

Её разбудил стук в дверь. Кого могло принести в такую рань? У неё не бывало гостей, разве что Никон, и тот приходил раз в месяц за арендой. Не будет открывать. Наверняка опять какой-то постоялец по пьяни перепутал дверь.

– Уходите! Это моя комната! – прокричала она, когда стук повторился.

– Стеф, это я, Лиам. Открой, это важно.

– Минуточку…

Сонное состояние мигом слетело. Она подскочила и заметалась по комнате, ища, что можно быстро на себя надеть. Большой пушистый халат надежно спрятал её короткую пижаму. Стефани мельком глянула в зеркало и тут же пожалела об этом: волосы от её беспокойного сна были взлохмачены, а лицо примято.

– Стеф, я опаздываю… – снова донеслось из-за двери.

Она руками быстро пригладила волосы и открыла, не собираясь показываться ему на свет, надеялась, что в полумраке он не разглядит царившее на голове и лице безобразие. Лиам без предупреждения ловко проскользнул внутрь и закрыл за собой дверь.

– Возьми, – он вложил ей в руки два круглых и довольно тяжелых пузырька, – это такие же, какими я запустил в твоих обидчиков. Пока могу дать только два таких. Когда сделаю ещё, принесу. Без этих бутылочек никуда не ходи, но используй только в самом крайнем случае, когда иного выбора не будет. Последствия применения уже не вылечить. Человек навсегда останется травмированным, а то и вовсе умрет. И ни в коем случае не говори, кто тебе это дал. Хорошо?

Она кивнула. Лиам достал из сумки ещё несколько баночек.

– Эту мазь нанесешь на синяк, что у тебя на щеке, а это примешь внутрь, – быстро проговорил он и окинул глазами комнату в поисках, куда это можно поставить. Его взгляд вдруг замер на расстеленной кровати со смятой простыней и призывно откинутым одеялом. Лиам несколько раз моргнул, стряхивая с себя возникшее наваждение, и резко отвернулся, метнулся к столу, приземлил туда свою ношу.

– Хорошего дня, Стеф, – не оборачиваясь бросил он и поспешил уйти.

Она стояла, растерянно смотрела ему вслед, прижимая к своему животу пузырьки с той страшной жидкостью, и пыталась осознать, что это сейчас было. В тишине раннего утра его торопливые шаги по скрипучей лестнице таверны завершились негромким стуком закрывающейся входной двери.

Лиам сделал их для неё? Но у него было так мало времени для сна, а ведь впереди целый день работы в лавке у Мадам и полночи в таверне, и все это ему одному! Его забота вызвала у неё внутри теплую волну признательности и желание разреветься от нахлынувших чувств.

– Прекрати реветь, – с мягким упреком в голосе сказала Фиона, – я не для того дарила тебе его, чтобы ты сейчас опухла от слез! И ты помнишь, что я тебе говорила?

– Помню, – она утерла свои слезы и недовольно проворчала себе под нос, вспоминая наставления сестры, – «слезы – хорошее оружие в спорах с мужчинами, но требует аккуратности. От сочувствия до раздражения всего один шаг, и назад дороги уже не будет».

– Верно, – одобрительно кивнула ей Фиона.

– Мы одни, ты не мужчина, и плачу я не для того, чтобы чего-то добиться.

– Знаю, милая, – сестра притянула её к себе и ласково провела по волосам рукой, успокаивая, – но ты слишком эмоциональная. Нужно учиться держать себя в руках.

– Завтра, – буркнула она, – вот завтра и начну, а сегодня у меня день рождения, и я могу вести себя так, как захочу! – Потом немного тише добавила: – Первый день рождения без родителей, без мамы…

Слезы опять заструились по лицу, а щемящая тоска сковала грудь, делая больно.

– Ох, милая, я тоже по ним скучаю…

Стефани положила пузырьки на стол и плотнее запахнула свой пушистый халат. Тот самый, который когда-то подарила Фиона. Она обняла себя руками, представляя, что её сейчас обнимает сестра. Грустная улыбка тронула её губы. Она представила, в какой бы ужас пришла Фиона, если бы узнала сколько раз за последние дни её, Стефани, слезы видел чужой мужчина. Лиам… Она поспешила себя оправдать. Так складывались обстоятельства. Любая на её месте не смогла бы сохранить выдержку.

Стефани посмотрела на кровать, вздохнула и стала её заправлять: знала, что всё равно не заснет. Привела себя в порядок, выпила горький и такой мерзкий на вкус эликсир, что дал Лиам, и спустилась вниз. Никон разрешал ей пользоваться кухней в часы, когда таверна была ещё закрыта. На стойке стояла недопитая чашка с чаем. Видимо, Лиам очень спешил, раз забыл убрать за собой. Она подошла ближе и увидела дольку лимона и несколько листочков мяты, лежащих на дне чашки. Сразу вспомнилось его дыхание на её лице… и его глаза, которые он часто прячет под длинными ресницами.

На ум пришла одна веселая песенка, Стефани не заметила, как стала напевать её, счастливо улыбаясь. Привычная обстановка и тишина добавили хорошего настроения, отчего все ужасы последних дней показались ей ненастоящими, словно она спала и видела кошмар, а сейчас проснулась.