Правда без прикрас

— Валя!

От неожиданности я едва не захлёбываюсь воздухом. Сергей же, нагло испортивший весь мой порыв извиниться, легонько постукивает по спине.

— Всё в порядке? — интересуется парень с квадратной челюстью и в футболке поло. Когда киваю, он встаёт между мной и столом Лили. — Ты сейчас занята?

— Я...

— Слушай, можешь отсканировать вот эти документы?

И прежде чем я успеваю ответить, мне в руки перекочёвывает внушительная стопка бумаг. Смотрю на неё и, не зная, как отказать, соглашаюсь.

— Только сделай, пожалуйста, без засветов и чтобы все странички ровненько легли, — просит коллега.

— Хорошо.

— Спасибо огромное, ты настоящий друг, — Сергей напоследок хлопает меня по спине и скрывается где-то в глубинах отдела между офисными деревьями и стеллажами с папками у стены.

Через пару минут я уже обосновываюсь возле сканера. Жужжащая и мигающая махина медленно поедает моё рабочее время, пока я один за другим отправляю листы в её ненасытное жерло. При этом каждые десять секунд поднимаю голову: вдруг кто-то из мимопроходящих окажется вторым замом. Но великая судьба распоряжается иначе, и к моменту, когда последний документ наконец отсканирован и отправлен Сергею на почту, наступает время планёрки.

Почти всё помещение личной переговорки нашего отдела занимает длинный овальный стол, вокруг которого свободно помещается тридцать человек. У дальней стены висит огромный экран, рядом — маркерная доска, которая используется только для демонстрации художественных навыков коллег. Панорамные окна выходят на город, и предобеденное солнце, пробивающееся сквозь жалюзи, вынуждает сощуриться.

Первым из руководства в переговорку входит Иван Михайлович. Я же продолжаю вглядываться в коридор, ожидая, что второй зам появится следом, но вместо него заходит Лиля и закрывает дверь. Значит, Диониса сегодня в офисе нет и уже вряд ли будет. Наверное, так даже лучше.

— Спорим, — подталкивает меня локтем Гришка, кивая на первого зама, — за планёрку скажет «итак» минимум семь раз?

— Девять, — делаю свою ставку и протягиваю руку, предлагая закрепить пари, но, прежде чем её пожать, Синицын заявляет:

— Десять. И проигравший платит за обед.

— Принимается, — едва сдерживаю улыбку.

— Итак, — начинает Иван Михайлович, и мы с Гришкой одновременно загибаем по пальцу. — На этой неделе у вас несколько новых задач.

Первый зам берёт ежедневник, быстро пролистывает, но заговорить не успевает. Дверь переговорки открывается, и в помещение неторопливо втекает Дионис.

На нём джинсовая рубашка с закатанными до локтей рукавами, бежевые брюки и белая футболка с висящими на горловине солнцезащитными очками. Начальник выглядит так, словно пришёл не на работу, а просто заглянул на летнюю веранду любимого кафе.

— Не обращайте внимания, — лениво бросает он. — Продолжайте.

Иван Михайлович кивком благодарит коллегу и уже собирается открыть рот, но его снова перебивают. На этот раз — оглушительный скрежет стула, который через всю переговорку тащит Дионис. Добравшись до главы стола, второй зам ставит стул рядом и спокойно садится, откидываясь на спинку.

Через сотрудников пробегает волна сдержанных смешков.

— Денис Леонидович, — не выдерживает Людмила, PR-менеджер с серыми волосами и химической завивкой, — что-то сегодня вы слишком скромны. Мне кажется, московский офис не расслышал, как вы явились на планёрку.

И снова скромные смешки.

Диониса же это нисколько не задевает, и он с улыбкой подносит палец к губам в жесте «тихо».

— Давайте дадим жителям метро выспаться, — говорит он почти шёпотом, и на этот раз смех никто не скрывает.

— Коллеги, — прерывает веселье Иван Михайлович, — вернёмся к обсуждению. — Он берёт короткую паузу и продолжает: — Итак, июнь подходит к концу, и уже пора начинать готовиться к ежегодной презентации...

Он зачитывает из ежедневника основные требования руководства и переходит к набору команды на проект. Я невольно выпрямляюсь в надежде услышать своё имя, хоть и знаю, что на подготовку презентации новичков не берут. Так и выходит: первый зам меня не называет, но я не расстраиваюсь.

В следующих, менее масштабных, но всё же важных проектах мне также не предоставляют возможности поучаствовать. Иван Михайлович просто зачитывает заранее составленные списки сотрудников, не оставляя даже шанса предложить свою кандидатуру.

— Не кисни, — наклоняется ко мне Гришка. — Скоро и до тебя очередь дойдёт.

Угукнув, улыбаюсь другу и мысленно оглядываюсь на эту метафоричную очередь. Кажется, даже те, кто был в самом конце, уже проходят по второму кругу, а я всё ещё стою на одном месте.

Нет, интересного проекта мне сегодня точно не видать. Хорошо, если хоть куда-то возьмут, но, вероятнее всего, снова оставят «на подхвате».

Спустя семь «итак» Ивана Михайловича заставляю себя подобрать нюни и не терять надежды раньше времени.

— Итак, — говорит он, и мы с Гришкой загибаем ещё по пальцу. — Последнее на сегодня — городская техно-выставка.

— Но директор ведь забраковал это мероприятие, — с подозрением косится на него Людмила, — вроде как оно не нашего уровня.

— Администрация города попросила поддержать их инициативу и именем Аквариума привлечь посетителей.

— Значит, ничего грандиозного делать не будем? — скорее утверждает, чем спрашивает Сергей, а я оживляюсь.

Первый зам подтверждает предположение подчинённого и сразу назначает двоих для организации стенда на выставке, а с выбором третьего медлит. Чувствую, что это наконец-то мой шанс, и поднимаю руку:

— Я могу...

Но одновременно с этим Иван Михайлович, даже не обратив на меня внимания, говорит:

— Двоих хватит.

Медленно откидываюсь на спинку стула. Гришка уже тянется, чтобы что-то мне сказать, но я опережаю:

— Всё нормально, — стараюсь улыбнуться, — просто очередь ещё не дошла.

— Итак, — первый зам закрывает ежедневник. — Если Денису Леонидовичу нечего добавить, предлагаю всем приступить к работе.

Он произносит это скорее из вежливости и, не дожидаясь ответа, направляется к выходу из переговорки. Остальные тоже поднимаются вслед за ним, и мы с Синицыным не становимся исключением.

— Пожалуй, я всё-таки добавлю, — ошарашивает всех голос Диониса.

Да настолько, что воцаряется тишина. Те, кто ещё не успел задвинуть стулья, застывают. Остальные, только что увлечённо разговаривавшие, переглядываются с немым вопросом: «Он шутит?»

Второй зам медленно поднимается, упирается ладонями в стол и демонстративно прочищает горло. Сотрудники, поняв намёк, молча возвращаются на свои места.

— Срочно записывай дату, — шепчет мне Гришка.

— Зачем?

— Кажется, сейчас случится историческое событие.

Одернув полы рубашки, Дионис складывает руки за спиной — в точности как это делает директор Логинов. Но почти сразу расцепляет их и суёт в карманы брюк.

— Вчера на собрании, — начинает он, поглядывая на Лилю, а та одобрительно кивает, — я рискнул выдвинуть идею ИТ-академии.

Что? Я даже слегка трясу головой. Не показалось ли?

— Предварительно одобрили пока только пилотный проект. Но если всё получится...

Не может быть!

Смотрю на Гришку и по его удивлённому взгляду понимаю: он услышал то же, что и я.

— ...проект может стать постоянным и в перспективе решить проблему с подбором молодых специалистов.

Сердце начинает стучать быстрее.

— Планируем сделать двухмесячную программу с практическими занятиями...

Да.

— ...в качестве лекторов пригласить разработчиков АкваGame...

Да!

— ...после обучения провести конкурс и торжественное закрытие сезона...

Я уже почти перестаю дышать. Это же... Это моя идея. Да, не слово в слово, но всё ещё моя.

С ума сойти, второй зам на самом деле представил ИТ-академию руководству, и она им понравилась. Так хочется вскочить и быстрее поделиться с коллегами подробностями моего проекта, но вместо этого только улыбаюсь как ненормальная.

Дио... Денис услышал меня! В груди становится так легко, что кажется: ещё немного — и я вылечу на воздушном шаре, переполненном радостью, в окно.

— Для подготовки бизнес-кейса мне понадобится небольшая команда, — Денис переводит взгляд на Лилю, и та называет сотрудников:

— Сергей, Павел, Людмила и Алина.

— Подробности отправлю вам на почту, — продолжает Денис. — Если что-то непонятно, обращайтесь к Лиле. У меня всё.

С довольной улыбкой он хлопает Ивана Михайловича по плечу и, что-то насвистывая, покидает переговорку.

Вскоре выходят и остальные. Я же остаюсь сидеть, не в силах понять, как так вышло, что второй зам взял мою идею, но не взял меня в команду. Может, слух снова подвёл, и я пропустила своё имя? Нет. Он сделал это специально. Решил проучить меня за пощёчину.

Воздушный шарик моей радости, секунду назад улетевший в небеса, теперь бесформенным ошмётком стремительно падает вниз. Горло неприятно сдавливает от обиды, а внутри медленно разрастается горькое чувство несправедливости.

— Валь, — садится передо мной на корточки Гришка и с жалостью заглядывает в лицо. — Мы обязательно что-нибудь придумаем, мы не дадим этому мудаку вот так просто украсть твою идею.

С трудом делаю глубокий прерывистый вдох и мотаю головой:

— Сама разберусь, — терпеть не могу, когда окружающие считают, будто из-за моей «особенности» я не способна постоять за себя. — А с тебя, кстати, обед.

Показываю Синицыну девять загнутых пальцев.