Land of Times: Первичные Признаки

Сверив немногим позже даты, он узнал, что аккурат перед этим Энтрополь был атаковал неизвестной армией подземных существ. И несмотря на то, что полудемона от Королевства Времени отделяли обширные земли Федерации, произошедшие столь далеко события коснулись его непосредственно. Это был первый раз, когда он таким образом ощутил свою кровную принадлежность.

Сначала она была чужой. Словно болезнь, пришедшая извне, но крепко пустившая в тело свои корни. Рэй думал над тем, как от неё избавиться, но раньше, чем найти лечение, осознал своё родство с этой силой. Ему стало казаться, что она была всегда, но упорно молчала.

Молчала с самого рождения, что теперь казалось странным. Ведь детство у парня было на удивление мирное: он воспитывался приёмными родителями на окраине Ассира, не ходил в школу, но занимался с репетиторами. Его отец, важный член круга городских магов, даже пытался лично учить мальчика магии. К сожалению, из этого ничего не вышло, и всё внимание Рэя оказалось сосредоточено вокруг ближнего боя. Его интересовало и холодное оружие, и рукопашный бой, он был на порядок активнее многих в своём возрасте. К его счастью, приёмные родители разделили это влечение, не поскупившись на учителей.

Дома мальчик почти не покидал, тем более в одиночестве, и друзей у него не было. Большинство окружающих эльфов обычно держались в стороне, и даже не пытались скрыть свой скепсис. Но это касалось лишь старших из них, поскольку ровесники с Рэйем даже не контактировали.

В частности поэтому, полудемон вырос малообщительным, не совсем понимая, что значат дружеские узы. Однако семейные для него – другое дело. По очевидным причинам приёмные родители не скрывали от него отсутствие родства, и в какой-то жизненный период он активно боролся с желанием уйти искать своих ближайших кровных предков. Но это был лишь короткий период, и скоро они оказались ему безразличны. Всё-таки, Рэй чувствовал глубокую привязанность, и даже чувство обязательства перед теми, кто его вырастил. Правда, последние несколько лет притупили эти чувства. Выбравшись из родного гнезда, время на беспокойство за родителей исчезло, в угоду беспокойству за собственное выживание. Сейчас он бы не отказался когда-нибудь навестить мать и отца, но на повестке жизни лежали более важные вопросы.

Поэтому он и оказался здесь. Может, если бы не это странное бурление в крови, он бы отправился домой. Или продолжил свои приключения, отплыв на архипелаг. Однако теперь всё это перечёркнуто, и Рэй не может представить, насколько глубока кроличья нора у его ног.

Но проводник в эту нору шёл рядом с ним. Полудемон ещё раз оценил эльфийку взглядом. Он успел остыть, и совсем не жалел, что затеял ту драку. Элина ловко раскусила его своей хитростью, но Рэй узнал для себя не меньше, когда атаковал её в покрытом грязью тупике. Страх смерти, который он увидел, занося клинок. Такой простой, казалось бы, очевидный элемент, сопровождающий осознанную жизнь. Но очень красноречивый.

Рэй понимал, что, отнимая чужую жизнь, надо смириться с тем, что точно также отнимут твою собственную. Что однажды убивший наверняка убьёт снова, и за это будет убит сам. Потому парень не рассматривал для себя перспективу старости, видел гибель в бою для себя неизбежной. И перестал её бояться.

Отсюда и резонирующий с ним контраст, в лице Элины. Прожившая кратно больше лет, и убившая кратно больше людей, девушка почему-то боялась собственной гибели. Но при этом оказалась слишком принципиальна, чтобы не убить Рэя после того, как он заставил её испытывать первородный страх. Она боялась, и пыталась скрыть это. За своими наглыми выходками, занимая позицию сильного, она прятала банальный страх. И Рэй видел эту слабость, пусть и мгновение. Девушка оказалась спущена рывком на землю, и её защита дала брешь. Полудемон оказался удовлетворён этой брешью, и только теперь мог позволить себе общаться с ней на равных.

Это была его личная черта, которая с годами только усилилась. Рэя раздражает, когда на него смотрят свысока, смотрят с презрением. Он может игнорировать своё раздражение, держать себя в руках, но рано или поздно наступает разрядка. Элина оказалась на пути этой разрядки после того, как украла у него самое ценное прямо из-под носа.

– О чём думаешь? – Элина прервала его размышления.

– О нашей драке. – Не задумываясь, ответил полудемон.

– Ух ты. Анализируешь?

– Вроде того, – Он взял паузу, затем сразу пошёл в атаку. – Так ты боишься смерти?

– Ого, правда анализируешь, – Девушка не дрогнула, хоть и удивилась. – А ты думаешь это странно?

– Почему я должен так думать?

– Я ведь тоже не слепая, знаешь ли. По твоему лицу было всё ясно. Поэтому я и уступила.

Эльфийка театрально пожала плечами. Собеседник окинул её взглядом. Видимо, проницательность не покинула её светлой головы даже на грани лезвия.

– Ясно. Меня удивляет, как кто-то вроде тебя может бояться умереть. В битве.

Элина не сразу поняла суть, но спустя секунду ответила:

– Как по мне, в этом нет ничего удивительного. Странный тут только ты. Жизнь – это, пожалуй, всё что у нас есть. Не хвататься за неё – ошибка.

– То есть, с лёгкостью отнимая чужие жизни, ты сама не готова расстаться со своей? Глупо и наивно, как для убийцы.

– Слушай… Это сложная тема. Я не буду врать, поэтому отвечу, что своей жизнью я дорожу больше, чем любой другой. В этом ведь нет ничего неправильного. Но в то же время… Я думаю, моя жизнь не бесценна.

– И бы это значило?

– Как бы я её не любила, думаю, смогла бы разменять её на что-то очень важное. – Элина звучало серьёзно. – А ты смог бы?

Разговоры о жертвенности, как и о ценности жизни, Рэя интересовали не слишком сильно. Он многое для себя решил, и не торопился менять мнение. Жизни разных людей могут быть неравноценны, но человек, начавший убивать по своей воле, становится чудовищем. Жизнь чудовища стоит лишь того, чтобы его убило другое чудовище. Глупо не понимать этого, будучи чудовищем. Элина, как и сам Рэй, явно пересекли черту между человеком, и чудовищем. Но полудемон решил всё же понять, к чему она клонит.

– На что-то важное? Например?

– Пример просишь… Ну, допустим, на жизнь этого королевства. Умрёшь ты, но тут воцарится мир. Что скажешь?

– Просто взять и отдать свою жизнь? Нет, этого не произойдёт.

– Так-так, ладно… Тогда, за жизнь всех твоих близких?

– У меня нет близких.

– Чёрт, да ты прям непробиваемый… Однако, ты сказал, что готов умереть. Но не хочешь жертвовать собой? Это… Глупо, разве нет? Если умирать, то умирать с пользой.

– Нет. Чудовище останется чудовищем, до конца.

– Что ты имеешь ввиду?

– Если меня хотят убить, я буду драться насмерть. Даже если на чаше весов целый мир.

– А… Так ты просто не веришь в свою смерть? А речей то было… – На лице Элина проступила облегчённый смешок. – Молодой ещё. Ты просто не нашёл ничего достаточно ценного. Мне тебя жаль.

– Тебе меня жаль? Не смеши. И ради чего ты готова пожертвовать собой?

Элина позволила Рэю проигнорировать первую часть своей речи.

– Ну, раз уж мы говорим так откровенно… Возвращаясь к тому примеру, я бы смело бросилась в жерло вулкана, лишь бы на этих землях воцарился мир. Может, я бы также смело погибла, защищая близкого мне человека.

– У тебя есть близкие?

– Ну… Скорее нет, тут ты меня подловил. Поэтому я рассматриваю гипотетически.

– Ясно. Бросаешь слова на ветер.

– Можно и так сказать, но я вполне серьёзна. Глядишь, мы с тобой вдруг станем так близки, что я буду готова подарить тебе свою жизнь. Или даже ты мне свою. Как тебе перспектива?

– Бред.

– Пока так и кажется… Трудно с тобой будет. Но я не сдамся.

– Слишком много внимания. Если я интересную тебя как мужчина, стоило с этого начинать.

– Фу, как низко. Не вижу в этом смысла.

– Это ты заговорила о близости. Что, если я увижу в этом смысл?

Элина упёрлась взглядом в огненные глаза парня. И обожглась.

– Ты смеёшься? Даже оскорбительно, в каком-то смысле. Ну ты и мудак, Рэй. Я, вообще-то, не считаю себя уродиной, недостойной внимания.

– Хоть ты и не уродина, смысла я всё равно не вижу. Поэтому свои заигрывания оставь при себе.

– Ну-ну, ты зря играешь с женщиной. Я ведь могу это делать просто чтобы тебя подразнить. Не сомневайся , я буду довольна увидеть, как ты краснеешь.

– Понятия не имею, что тебе придётся ради этого сделать.

– Посмотрим.

– Я посмотрю. Закрыли тему.

– И вправду, а разговор ведь начался совсем с другого… Знаешь, мне нравится твоя искромётная честность. Ты и вправду ведёшь себя так, будто тебе нечего терять.

– Я достаточно прямолинеен, если ты об этом. И терять мне действительно нечего.

– Вот такой ты, значит. Мне нравится. Давно у меня не было таких искренних разговоров. Кажется, нам надо ещё раз выпить вместе.

– И что ты ещё хочешь из меня выведать?

– Больше ничего такого. Тоже пойми, я очень старалась узнать о тебе побольше, пока мы ещё не могли вот так непринуждённо болтать. Теперь в этом нет особого смысла.

– Интересно, почему ты считаешь, что сейчас мы болтаем непринуждённо?

– Ты честен, и я честна, и мы оба не осторожничаем. Этого вполне достаточно, разве нет? Потратим так пару вечеров, и вовсе станем друзьями, хм?

– Друзьями, говоришь? Сомневаюсь.

– Какой же ты камень. У тебя ведь просто нет друзей, и ты не знаешь, что это такое, правда?

– Заткнись. Мне не нужны были друзья, и сейчас я тоже не вижу в них смысла.

– Конечно-конечно, волк-одиночка. Ничего страшного, время расставит всё на свои полки.

– Ты явно пытаешься вывести меня из себя. Ждёшь второй раунд?

– Если это повторится, я просто вырублю тебя на месте. Не могла себе это позволить там, но сейчас дело совсем иное.

– Ты доиграешься.

– Хм… Нет, не думаю. Я же сильнее тебя.

На исходе разговора дуэт оказался на площади. Рэй второй раз обратил внимание на огибаемый всеми центр, но промолчал. Вместо этого широко оглянулся.

Путь к начальной точке не привнёс в его голову новых мыслей. Что делать дальше? Удачно оформив привязку, найдя информатора и даже потенциального союзника, он успешно закрыл начальный план. Не хватало лишь двух вещей: жилья и пищи. Хорошая нагрузка требовала энергии и отдыха, и не смотря на свое бычье здоровье, полудемон не мог больше ими пренебрегать. Хотя, по-настоящему комфортные условия он не мог себе позволить, пока не встанет здесь на ноги. Для этого ему требовалось найти источник заработка.

Эльфийка рядом создавала впечатление обладателя бесконечных рукопожатий по всему городу, или, проще говоря, кого-то с богатыми связями. Об этом её вид кричал с самого начала, но Рэй боялся спутать его с банальным сумасбродством. Впрочем, он и сейчас это допускал.

– Ты успел оценить местную кухню, Рэй? – Вдруг спросила девушка.

– Нет.

– А планы у тебя есть?

– Хочешь пригласить меня на обед?

– Хочу показать тебе место, где вкусно готовят. Побуду твоим проводником по городу. Как тебе?

– Будешь давать исторические справки по дороге?

– Может быть.

***

Спустя десяток минут, Рэй врезался взглядом в небольшой домик во дворах. Он одиноко стоял посреди трёхэтажных зданий, и мало походил на места, в которые регулярно ходят толпы голодающих. Это был скорее маленький филиал, или точка сбыта, вроде кондитерских лавочек.

При том, что выглядел этот домик весьма достойно, и не постеснялся бы выглядывать где-то на главной улице.

– В засаду меня ведёшь?

– А так выглядит?

– Нет.

– Ну вот и не задавай глупых вопросов, – Отмахнулась эльфийка. – И не удивляйся, когда зайдёшь внутрь. Это место держит моя подруга, она островитянка.

Полудемон сделал вид, что не удивился. Не было ничего странного в том, что некоторые жители островов перебрались в Королевство Времени, когда оно стало безопасным. Но встретить кого-то из них – большая редкость. Коренной народ Архипелага состоит главным образом из далёких предков материковых рас, которые в незапамятные времена отправились изучать большую россыпь островов на востоке. Из-за влажного и жаркого климата, со временем все жители островов приобрели более тёмный цвет кожи. Помимо них, такой присущ только пустынникам на юге Федерации, а их в свою очередь многие страшатся из-за расположенного там города убийц. Поэтому для многих островитяне на вид были экзотичны, а для кого-то и вовсе опасны.

Рэй не относился ко вторым, но и к первым себя не причислял. Ему, по большей части, было плевать на цвет кожи.

– Здесь много островитян? – Спросил он, перед тем как они приблизились к двери.

– В городе? Не очень. А во всем королевстве… Сложно сказать. Сам знаешь, у них там райское местечко на Архипелаге. Немногие покидают его добровольно.

– Прямо райское?

– Ну, я бы хотела жить там.

С этими словами она приложилась к двери, входя в помещение вместе с ней. Полудемон проследовал внутрь, столкнувшись с относительно скромной комнатой. Чуть просторнее рядовой прихожей, где прямо перед носом входящего расположилась длинная барная стойка, несколько высоких стульев и ширма, перекрывающая собой всё пространство над стойкой.

Рэй сразу обратил на неё внимание. Полотно было покрыто рисунками повторяющихся островов, фруктов, каких-то морских чудовищ и кораблей. Парень не вспомнил, когда в последний раз видел что-то подобное.

– Ивара, Это Элина, – Громко произнесла эльфийка, затем обернувшись к спутнику. – Садись пока.

Он кивнул, заняв позицию лицом к стойке. Элина же сразу исчезла в боковой двери рядом, которую Рэй сходу упустил из виду.

В ожидании, ширма стала объектом изучения. Но даже если нарисованные на ней острова были настоящими, полудемон совсем в них не разбирался. Его знания в материковой географии едва дотягивали до средних, не говоря об Архипелаге, на который он не слишком торопился в своём путешествии.

Вместе с тем, изображения морских чудовищ казались знакомыми. Конечно, Рэй не сталкивался с ними лично, но наверняка встречал упоминания. Среди таких затесалась бестия, похожая на женщину с четырьмя руками и длинными когтями, монстр в виде моллюска и чья-то, почти человеческая, голова.

В соседней комнате послышались едва различимые голоса. Хозяйка и Элина о чём-то переговаривались, но единственное, что Рэй смог сделать, это различить в них эльфийку. Её знакомые дерзкие нотки вырывались из шёпота характерным шипящим звуком. Второй же шёпот был на порядок тише, и методом исключения присвоен Иваре.

Когда они утихли, через считанные секунды спутница вернулась обратно.

– Теперь ожидание.

Она быстрым шагом проскочила мимо, затем с небольшого подскока достигла высоты стула. Затем, развернувшись лицом к парню, и закинув ногу на ногу, продолжила.

– Ты ведь не привереда?

– Нет.

– Вот и я так подумала.

– И чего мне ждать?

– Чего бы ты не ждал, Ивара сможет тебя впечатлить.

– Уверена?

– Ты ведь точно не пробовал островную кухню, правда?

– Нет.

– Ну вот. Поверь, ты даже морепродуктов таких не видел. Даже я не видела. А мне знаешь сколько лет?

– Ну?

– Больше, чем тебе.

– Будешь скрывать свой возраст?

– В каждой женщине должна быть загадка…

– Кто это придумал?

– Вот уж не помню. Но эта фраза постарше меня, точно.

– Примерно никакой новой информации.

– Ну, а как ты хотел.

Последующая минута прошла в тишине. Рэй спокойно сидел в ожидании, Элина покачивала ногой, бегая взглядом по ширме. Полудемон мог предположить, что она нервничает, но в противовес этому её лицо было слишком умиротворённым. Так продолжалось, пока она не ткнула пальцем в изображение головы.

– Знаешь, что это за голова, Рэй?

– Нет.

– Это Голова Борцев. Полтора столетия назад нашли на дне океана, представляешь?

– Голову? Кого?

– Это большое каменное изваяние. В форме головы. Человеческой. Как думаешь, как оно там оказалось?

– Кто-то скинул её в воду?

– Не-а. Все сошлись во мнении, что её там и построили. Вот только нашли её на сотне архов под водой. Представляешь?

– Как они её вообще нашли?

– Маги домейна воды. Не слышал? Из них прекрасные подводные сенсоры.

– И все же, сотня архов?

– Почему бы и нет? Архи, кстати, твоя родная система измерения?

– Архи? Да.

– Хм.

– Что?

– Ничего. Просто ты первый такой человек, которого я встречаю.

– А для тебя архи…

– Тоже родненькие. Правда, я уже и к юнтам привыкла. Все местные ими пользуются.

– Юнты удобные. Как и все остальные, впрочем.

– Правда? Напомни, что там у гномов.

– Дромги. Легко запоминаются. Один дромг равен среднему росту гнома.

– А, вспомнила. Ну и бред. Где тут удобство?

– Насколько помню, они приняли дромги двести с лишним лет назад. В честь своей «Промышленной Революции».

– Ого. А ты хорош в истории?

– Нет. Достаточно один раз съездить в Каземат. Гномы любят напоминать о своих достижениях.

– В этом им не откажешь. Такое тщеславие ещё поискать надо…

Рэй непроизвольно ухмыльнулся, сраженный иронией. Ему показалось смешным слышать это от эльфа. Всё-таки, остроухий народ невероятно любил ставить себя выше других.

Чего только стоит одна языковая фигура, которая навсегда засела в его голове. «Приставка «Эль» – это «величие»», и всё, что от него образуется, считается гордостью эльфийского народа. У полудемона было много примеров. Его собственный клинок «эльта», название страны «Эльм», бесчисленные города с этой приставкой, вроде «Эльторр». Даже сейчас напротив Рэя сидела не кто-то, а Элина. Хоть и в сокращённой форме, её имя тоже несло эту эльфийскую гордость.

– Элина, – Произнёс вслух парень. – Как переводится твоё имя?

– На всеобщий? Хм… «Эл» от «Величие», а «Ина» переводится как… «Поток», или «Река», может даже «Вода». Зависит от контекста.

– «Великая Вода» Элина?

– «Прекрасная Река» Элина. Если слегка поспекулировать, можно подобрать что нравится.

– Ясно.

– А твоё? «Рэй» не эльфийское имя. Кто тебе его дал?

– Понятия не имею.

– Хм? Подбросили на порог с бумажкой?

– Может быть.

– Хм… Ладно, у меня нет идей. Но имя звучит «Рэй» хорошо. Его удобно кричать.

– Не пробуй.

– Пока не буду.

Внезапно из-за ширмы выбралась рука, удерживая за край глубокую тарелку. Полудемон подавил удивление, но не мог понять, как упустил звуки шагов.

Тарелка осталась на столе, рука – исчезла. Раньше, чем Рэй успел её рассмотреть.

Зато можно было посмотреть на предложенное блюдо. Элина не врала, говоря, что он не видел таких морепродуктов раньше. По крайней мере, не в живую.

В тарелке его ждала целая гора мелкой крупы солнечного цвета, очищенные от костей рыбье мясо и несколько небольших морских обитателей, скрюченных, с усиками и глазами-бусинками.

– Это что? – Спросил Рэй, ткнув в создание вилкой.

– Это? Креветка?

– Это креветка?

– Ты не видел никогда креветок?

– Нет. Слышал, они невероятно дорогие.

– Посреди материка, может, и дорогие. Но у Королевства Времени есть и выходы в океан, и много торговых путей с Архипелагом.

– Но Энтрополь достаточно далеко от берегов.

– Ну, я и не сказала, что они дешёвые…

– Ясно. Во сколько это обошлось?

– На первый раз бесплатно. Всё-таки, я тебе задолжала.

***

– Куда хочешь дальше?

– Хочу как можно раньше отправиться в рейд. Но этим лучше заняться завтра.

– Ого, какой нетерпеливый. Что ты хочешь там найти?

– Надеюсь узнать это, когда окажусь внутри.

– Ладно. Ты прав, это мы оставим на завтра. А пока я могу проводить тебя до гостиницы, идёт?

– Идёт.

– Вот и хорошо. Отсыпайся, а я пока своими делами займусь.

– Мне казалось, у тебя не слишком много дел. По крайней мере, они не мешали тебе сидеть в таверне и ждать чуда.

– И чудо пришло. К тому же, думаешь я сидела там без дела? Ты пришёл аккурат после него.

– Ясно. В какую гостиницу поведёшь? У тебя ещё где-то друзья есть?

– Есть, но поведу в самую обычную. Она прямо рядом с площадью.

– Удобно. Где тебя завтра искать?

– Утром буду крутиться рядом с гостиницей. Если прогадаешь, встретимся там же, где и сегодня.

– В таверне?

– Угу. Второй этаж.

– Думаешь это хорошая идея?

– А что?

– Твою выходку там наверняка запомнили.

– А, не беспокойся. Это не страшно. Меня там и так помнят…