Между луной и кровью

Маркус стоял чуть сбоку. Как всегда. Не в центре, но так, чтобы видеть всех сразу.

Какое-то время никто не говорил.

И это было нужно.

Лес постепенно возвращался в себя. Снова прошелестели листья. Вода за деревьями шумела ровнее. Ночное дыхание стало глубже, привычнее. Юлиана сидела молча, прислушиваясь к собственному телу. Внутри больше ничего не рвалось наружу. Никаких корней. Никакого взрыва земли. Только усталость, дрожь и странная пустота после силы, которую она не звала.

Рагнар первым нарушил молчание.

- Что это было?

Вопрос был не Маркусу.

Ей.

Юлиана не сразу подняла глаза.

- Я не знаю.

- Ты почувствовала это до того, как земля пошла?

Она сжала пальцы в мехе.

- Нет. Я почувствовала, что не могу вдохнуть. А потом… всё просто случилось.

Маркус тихо сказал:

- Вот это уже ближе.

Рагнар посмотрел на него. В горле поднимался рык. Ни ему, ни его волку не нравился этот мутный тип.

- Ближе к чему?

Маркус не улыбнулся. Лишь мимолетным задумчивым движением руки вытащил из-за пояса легкий нож. Алые руны мягко вспыхивали в лунном свете на черном матовом, когда он виртуозно поигрывал им в руке.

- К правде.

Юлиана устало прикрыла глаза.

- Я сейчас не выдержу твоих загадок.

- Тогда без загадок.

Пауза затянулась.

Маркус посмотрел на неё внимательно. Не как раньше. Не с насмешкой. Почти осторожно, не прерывая своей игры с ножом.

- Ты знаешь, какая у тебя интересная семья?

Юлиана открыла глаза.

Люциан замер едва заметно. Рагнар посмотрел на неё так, будто услышал нечто, чего не ожидал.

- Знаю, — сказала она шепотом.

Маркус кивнул.

- Но знать твою семейную историю и увидеть, как берег рвётся через твоё дыхание, — это разные вещи.

Рагнар медленно повернулся к Юлиане.

- Что значит — знаешь? Что за история?

Она не сразу ответила. Пальцы сильнее сжались в мехе шкуры. Она невольно поежилась.

- Моя бабушка была Берегиней.

Тишина стала тяжелой и давящей.

Не пустой.

Живой.

Люциан замер, не сводя с нее глаз. Рагнар нахмурился, в его лице не было недоверия. Скорее — попытка собрать слишком много важной информации сразу.

- Берегиней, — повторил он, словно пробовал слово на вкус.

Маркус коротко кивнул.

- Последняя из тех, кто сражался за свою правду.

- Правду? — тихо спросила Юлиана.

Маркус посмотрел на неё.

- Из них сделали легенду, угрозу, проклятие и удобную страшилку для тех, кто не хотел, чтобы кто-то мог остановить войну. Ты же знаешь.

Люциан медленно выдохнул, но его взгляд оставался пронизывающим и острым.

- Значит, линия не оборвалась.

Маркус скользнул по нему взглядом.

- Ты подозревал.

- Но я искал не легенду.

Юлиана резко посмотрела на него.

- А что ты искал?

Люциан встретил её взгляд спокойно, но это далось ему не легко.

- Тебя.

Рагнар чуть подался вперёд. Одного движения хватило, чтобы в воздухе вновь повисло тяжелое напряжение.

- А вот с этого места подробнее.

Люциан не отвёл взгляда от Юлианы.

- Я не знал. Не точно.

- Но подозревал, — сказала она.

- Не совсем. Я просто думал, что ты не так проста.

- И ничего не сказал.

Тишина раскинулась между ними на несколько секунд.

- Нет.

Юлиана усмехнулась. Ни капли радости.

- Как неожиданно.

Маркус посмотрел на неё мягче.

- Он не единственный, кто молчал.

Она перевела взгляд на него.

- Ты тоже...

- Я тоже.

- Замечательно.

Голос Рагнара прозвучал задумчиво и глухо:

- А я...

Все посмотрели на него.

Он сидел рядом с ней, жёсткий, напряжённый, с кровью на плече, в мокрой, тёмной от грязи одежде. И сейчас впервые за долгое время выглядел не столько злым, сколько задетым за живое.

- Я искал, — сказал он. — Тебя. Оказывается, тебя. Или то, что в тебе…

Маркус не ответил. Люциан молчал.

И это было хуже ответа.

Рагнар медленно кивнул, будто понял.

- Значит, правда.

Юлиана удивленно посмотрела на него.

- Что правда?

Он провёл рукой по лицу, устало, резко, будто пытался стереть кровь, ночь и собственную злость.

- Я ушёл от стаи не просто так.

Тишина снова изменилась.

Маркус перестал улыбаться. Люциан перевел взгляд с нее на него. Рагнар смотрел только на Юлиану.

- У нас были старые сказания. Не красивые. Не для детей. Про женщин, рядом с которыми волки не воют.

Юлиана тихо ответила:

- Они слушают…

Шепот, как дыхание.

Он замер.

На секунду.

Потом почти незаметно кивнул.

- Да.

Она не знала, почему от этих слов вдруг стало больно. Будто часть её вдруг испугалась, что сначала он всё-таки увидел не её.

Рагнар продолжил, голос стал ниже, чуть тише: