Печать Трёх Лун. Свет сквозь тьму

Глава 44. Цена победы.

Чёрный портал исчез.

Ещё несколько мгновений после его закрытия Каэль стоял неподвижно, словно не мог поверить в произошедшее. Там, где только что была Лея, осталось лишь пустое пространство.

Он сделал шаг вперёд, потом ещё один по инерции, будто, успей он дотянуться рукой, коснуться того места, где она была секунду назад, — смог бы вернуть её. Но ничего не произошло. Портал исчез. Морвейн забрал её.

— Лея… — едва слышно сорвалось с его губ.

В груди поднялась волна ярости, смешанная с обжигающей болью. Он обещал защитить её и не смог. Один из воинов Морвейна с криком бросился на него, пытаясь воспользоваться секундной растерянностью. Каэль резко отразил удар и в следующий миг пронзил врага клинком.

Первый дракон вновь взревел, продолжая яростную атаку. Битва продолжалась.Ориан внимательно и напряжённо смотрел на всадника, управлявшего драконом. Внезапно в его глазах мелькнуло осознание.

— Я вспомнил, — выдохнул он, оборачиваясь к остальным.

Лицо старика побледнело. В памяти всплыли страшные картины прошлого — нападение Морвейна на Лунный предел во времена правления родителей Леи.

— Тогда мы поняли это слишком поздно, — громко произнёс Ориан, перекрикивая грохот боя и отбивая очередной удар.

— Если погибнет всадник, дракон прекращает сражаться и покидает поле боя!

Защитники мгновенно уловили суть. План родился сам собой.

— Лучники! — отдал зычный приказ Торен.

— К бою! Стреляйте только по всаднику! Не дайте ему управлять драконом!

Немногие уцелевшие лучники Лунного предела, Священной рощи и отряда Торена в едином порыве убрали клинки и мечи и достали луки, натягивая тетивы.

— Маги! — крикнул Ориан.

— Не дайте дракону подняться!

Маги вскинули руки. Серебряные, серебристо-золотые и зелёные потоки магии один за другим ударили в дракона, не позволяя ему расправить крылья и подняться в воздух.

В тот же миг Рен бесшумно подбежал к гигантской лапе дракона и начал стремительно карабкаться вверх.

В то же время воины Морвейна поняли замысел защитников.

— Они целятся во всадника! — разнёсся по полю испуганный крик.

— Помешайте им!

Тёмные воины плотной стеной бросились к лучникам и магам. Каэль и Торен вместе с защитниками Лунного предела и Священной рощи мгновенно перекрыли им дорогу, принимая удар на себя. Каэль рубил врагов мечом, вплетая в удары тёмную магию. Чёрный сгусток пламени сорвался с его ладони и ударом отбросил назад очередного противника. Защитники стояли насмерть, удерживая строй, хотя Торен уже пропустил удар и был ранен, но продолжал сражаться.

Лучники продолжали осыпать всадника стрелами, а когда Рен оказался совсем рядом, перенесли огонь на воинов Морвейна. Стрел оставалось мало. Долго вести стрельбу они не могли, последние стрелы одна за другой сорвались с тетив, и защитники перешли обратно на мечи и клинки, вступая в общую схватку.

Всадник наконец заметил опасность. Между ними завязался короткий яростный бой прямо на спине ревущего дракона. Рен ловким движением увернулся от выпада, сократил дистанцию и двумя клинками нанёс сокрушительный удар, пронзив всадника между пластинами тяжёлого доспеха. Всадник хрипло выдохнул и безжизненно рухнул на землю.

Дракон мгновенно почувствовал смерть хозяина.

Он обезумел.

Рен успел вовремя спрыгнуть со спины дракона, но всё же получил болезненное, хоть и не смертельное ранение, когда дракон, обезумев, резко взмахнул когтистой лапой.

Под мощными ударами лап и хвоста гиганта гибли защитники Лунного предела, маги Священной рощи и даже воины Морвейна. Несколько человек погибли на месте, многие были тяжело ранены.

Но затем ярость дракона сменилась оцепенением. Он понял, что хозяина больше нет. Дракон издал долгий пронзительный рёв, полный тоски и злобы, расправил крылья и резко взмыл ввысь, улетая прочь за чёрные скалы.

Тем временем на другом фланге бушевала вторая ожесточённая схватка. Там плечом к плечу сражались Хранитель Лунного предела, Мирин, Аэлин, Эллар, а также маги Священной рощи и защитники Лунного предела, одновременно отбиваясь от наседавших воинов Морвейна и второго дракона.

Аэлин подняла посох, по её зову из земли с треском вырвались могучие корни, которые намертво схватили и связали лапы второго дракона.

— Мирин, лианы! — крикнула Аэлин.

Мирин прикоснулась ладонью к стволу ближайшего дерева. Лес откликнулся на её зов, и с крон сорвались живые лианы. Оплетая дракона со страшной скоростью, они туго стянули его шею, мощные крылья и хвост. Соединённая магия защитников, корней и лиан с невероятной силой придавила дракона к земле.

Дракон потерял равновесие и тяжело рухнул набок. Всадник со стоном вывалился из седла.

— Эллар, всадник! — крикнул Хранитель.

Эллар понял всё без слов. Одним прыжком оказавшись рядом, он сошёлся с врагом в короткой схватке. Несколько быстрых, точных ударов, и его клинок нашёл уязвимое место между пластинами доспеха. Всадник замертво рухнул на окровавленную траву.

Но второй дракон оказался сильнее и яростнее первого. С диким рёвом он напряг каждую мышцу, рванул магические путы и разорвал часть лиан. Земляные корни затрещали и лопнули. Дракон освободил передние лапы и одно мощное крыло. Резким рывком он освободил хвост и круговым ударом обрушил всю свою мощь на стоявших рядом.

Прежде чем защитники успели отступить, этот сокрушительный удар обрушился на них. Эллар даже не попытался отступить. Он закрыл собой Мирин и Аэлин, принимая на себя сокрушительный удар. Вместе с ним погибли несколько магов Священной рощи, защитников Лунного предела, а также задетые мощным ударом воины Морвейна, оказавшиеся слишком близко к бушующему зверю. Мирин и Аэлин отбросило назад. Они получили тяжёлые, но, к счастью, не смертельные ранения.

Дракон издал оглушительный рёв и устремился следом за первым собратом, скрываясь в темноте горных скал.

Оставшиеся в живых воины Морвейна в ужасе огляделись вокруг. Оба всадника мертвы, драконы отступили, а их собственная армия несёт колоссальные потери. Один из командиров с отчаянием в голосе прокричал:

— Отступаем! Назад!

Остатки вражеской армии, забрав своих раненых, уходили за чёрные скалы.На поле боя опустилась звенящая тяжёлая тишина, прерываемая только стонами выживших.

Земля и трава почернели от пролившейся крови. Повсюду лежали погибшие. Выжившие защитники устало поднимались на ноги и оказывали помощь раненым.

Эллар погиб, отдав жизнь за эту победу. Рен, Торен, Мирин, Аэлин и многие другие были ранены. Победа защитников досталась слишком дорогой, непомерной ценой.Каэль бессильно опустился на колени на истоптанную, окровавленную землю.

Его пустой, остекленевший взгляд был прикован к тому самому месту, где совсем недавно исчез чёрный портал. В опустошённой голове билось всего одно-единственное имя.

Лея.

Глава 45. Замок на краю тени.

Черный портал закрылся так же внезапно, как и возник. Резкий скачок магии выпил до дна последние внутренние резервы Леи, и стоило им оказаться на каменном полу заброшенного крыла цитадели, как ноги подкосились. Девушка осела, погружаясь в тяжелое, изнуряющее полусознание.

Морвейн не стал церемониться. Заметив, что пленница обмякла, он раздраженно выругался, грубо схватил полусознательную девушку за плечо, резко встряхнул, возвращая в реальность, и поволок за собой по мрачному, давящему коридору замка. В тени высоких колонн, за каменными выступами и тяжёлыми портьерами белой тенью скользил Флик. Звездный лис шел по пятам, прячась от случайных взглядов стражи, неотступно следуя за ними шаг в шаг.

Наконец Морвейн остановился перед массивной дверью. Тяжелое полотно скрипнуло, открывая просторную, но угрюмую комнату. Дотащив Лею до середины помещения, он отпустил её, грубо толкнув вперед. Пока Морвейн тащил её, Флик незаметно проскользнул в приоткрытую дверь следом и молча спрятался в глубокой тени массивного шкафа, оставшись абсолютно незамеченным. Девушка потеряла равновесие и тяжело рухнула на холодный пол, приземлившись на колени.

— Сиди здесь и жди, — холодно бросил Морвейн, глядя на неё сверху вниз.

— Мне нужно подготовить всё к обряду. Твоя сила скоро вернется туда, где ей положено быть.

Он развернулся, вышел из комнаты, и за тяжелой дверью с лязгом задвинулся массивный засов.

Глаза Леи с трудом открывались. Мир вокруг неё состоял из глухой боли, холодного камня под щекой и запаха сырости. Тело ныло от каждой мышцы после тяжёлого боя, а рана на плече отдавалась пульсирующей вспышкой при каждом вздохе.

Из укрытия под шкафом бесшумно выскользнул Флик. Он осторожно приблизился к ней, и в её сознании тихо и виновато зазвучал его голос:

— Прости, Лея... Это я не углядел.

Девушка удивленно вскинула голову и прошептала одними губами:

— Флик, как ты здесь оказался?

Звездный лис мягко качнул хвостом, транслируя в её мысли спокойную преданность:

— Разве я мог остаться? Я прыгнул за тобой в портал. Мы же спутники на всю жизнь, Лея, значит, я всегда буду рядом.

Затем она слабо качнула головой, прижимая ладонь к саднящей ране.

— Ты ни в чём не виноват, Флик. Это не твоя вина, — передала она мысленно, с трудом поднимая взгляд. — Но что же нам делать? Как нам отсюда выбраться?

В этот момент Флик резко поднял голову в сторону двери и такой же бесшумной тенью молниеносно скользнул обратно в своё укрытие под шкафом. Секунду спустя замок двери звякнул, и Морвейн вернулся. Лея, стиснув зубы и превозмогая слабость, заставила себя приподнять голову, глядя на него полными гнева глазами. Ей нужно было тянуть время.

— Зачем всё это? — хрипло спросила она.

Морвейн остановился посреди комнаты, глядя на неё с мрачным выражением лица:

— Если бы твоя мать выбрала меня пять веков назад, эта сила принадлежала бы нашим детям. Но раз она отказалась быть со мной, я заберу всё себе до конца. Твою жизнь, твою кровь и Силу Света Трёх Лун.

— Безумец... — выдохнула Лея.

— Как ты хочешь это сделать?

— Всё просто, дитя, — усмехнулся он. — В полночь, когда три луны сойдутся в зените, алтарь примет твою кровь, и заклинание вытянет из тебя искру до последней капли. Готовься.

Он развернулся и снова покинул комнату, заперев дверь.

Когда шаги стихли, на Лею накатила волна паники. Она обхватила голову руками, обвиняя себя во всём: «Я подвела всех... Из-за меня Каэль остался по ту сторону... Я снова оказалась слаба!»

— Не смей так думать, — твёрдо и уверенно отозвался голос Флика в её голове. Звёздный лис прижался к её дрожащим коленям, излучая тепло.

Вскоре Флик острой тенью вскинул голову, уловив приближающиеся шаги в коридоре, и мгновенно бесшумно ускользнул обратно в своё укрытие под шкафом.

Тяжёлый засов звякнул снова. Дверь отворилась, и в комнату вошли двое мужчин в тяжёлых плащах, неся большую деревянную бадью с горячей водой. Следом бесшумно ступали две служанки, одетые в строгие, серые безликие платья, не поднимающие глаз и бережно несущие на вытянутых руках чистое белое одеяние.

Мужчины молча опустили бадью на пол и так же молча вышли, оставив девушек внутри.

Служанки осторожно, без лишних слов помогли Лее подняться. Действуя механически, они бережно обтёрли её уставшее тело губкой, смывая следы крови и дорожной пыли, а затем облачили в простое, но непривычно мягкое белое одеяние, приготовленное для жертвы ритуала.

— Как вас зовут? — едва слышно, дрожащим голосом спросила Лея, глядя на опущенные лица служанок.

— Пожалуйста... вы можете помочь мне? Если у вас есть хоть какое-то сострадание, помогите мне отсюда сбежать...

Девушки испуганно шарахнулись назад, словно от огня. Их глаза сузились от ужаса, они боязливо покосились на тяжёлую дверь и застыли в абсолютном, каменном молчании, не смея вымолвить ни слова.

Спустя несколько минут мужчины вернулись, так же молча подхватили бадью и скрылись в коридоре. Следом за ними ушли девушки, и дверь снова заперли на засов.

Когда шаги затихли окончательно, Лея больше не выдержала. Она опустилась на холодный пол, закрыла лицо руками и горько заплакала. Плечи её вздрагивали от беззвучных рыданий.

— Флик... видимо, я всех подвела, — с отчаянием передала она в мыслях своему верному спутнику. — Я не смогу отсюда выбраться... Я никого уже не смогу спасти. Всё кончено.

Флик мягко поткнулся носом о её щеку, стирая слезинки, и успокаивающе зазвучал в её голове:

— Не расстраивайся, Лея, ещё не всё потеряно. Я уверен... Каэль тебя здесь не оставит.

И в этот момент, сквозь боль и отчаяние, в глубине её груди вдруг затрепетало нечто родное. Слабая, но чистая искра Света Трёх Лун медленно разлилась по телу, согревая изнутри и ожидая своего часа.

Лагерь защитников.

Атмосфера у подножья была тяжёлой. На вытоптанной поляне собрались выжившие защитники, воины и маги Священной рощи и Лунного Предела.

Все, кто был в силах, помогали собирать погибших и укладывали их ровными рядами. Хранитель и Орион встали рядом с павшими защитниками и магами Священной рощи и Лунного Предела, поднимая руки. На их ладонях вспыхнуло золотисто-серебряное свечение, и над поляной разнеслось древнее заклинание перехода за грань. Светлые искры поднялись к ночному небу, унося души павших к предкам.

Каэль стоял чуть в стороне, сжимая рукоять меча до побелевших костяшек. Боль утраты жгла изнутри, но на лице не было покорности. В его серых глазах горела стальная решимость.

Орион и Хранитель присели у раскидистого костра, чертя на земле схему владений Морвейна. К ним молча подошёл Каэль. За ним опустились Рен, Торен, Аэлин и Мирин.

— Я не оставлю её там, — нарушил тишину Каэль.

— Я пойду за ней в цитадель Морвейна.

— В логово Морвейна нельзя соваться в лоб, — покачал головой Хранитель.

— Но у нас есть преимущество. Я знаю этот обряд. Силу Света Трёх Лун нельзя вырвать в любой момент. Морвейн сможет провести ритуал только тогда, когда три луны поднимутся строго в зените. До этого часа Лея в относительной безопасности, она нужна ему живой.

Орион быстро чертнул пальцем по земле, намечая обходные пути:

— Значит, мы пойдём тайной тропой древних магов через Чёрные скалы. Мы пройдём незамеченными к самой цитадели, пока они заняты подготовкой.

Рен положил ладони на рукояти парных клинков:

— Мы вытащим её оттуда, чего бы это ни стоило.

Каэль поднял взгляд на тёмные горы вдалеке. План зарождался, война за Лею только начиналась.

Глава 46. Тропа сквозь мрак.

Едва отзвучали слова плана, как лагерь пришёл в движение. Ждать наступления темноты никто не стал — каждая минута промедления могла стоить Лее жизни. Отряд, ведомый Хранителем и Орианом, покинул поляну, направляясь к подножью Чёрных скал.

Дорога оказалась изнуряющей. Время словно сжалось в пружину, заставляя двигаться на пределе возможностей. Холодный горный ветер свистел рассекающими потоками между острыми каменными выступами, но путники не сбавляли шаг. Вскоре на их пути встала главная преграда — бурная, ревущая горная река, несшая ледяные потоки талого снега.

Ориан взмахнул рукой, направляя остатки своих сил на создание прочной ледяной переправы, а Торен и Рен помогали остальным удерживаться на скользких валунах под натиском воды.

На коротком привале, переводя дыхание у подножья отвесной скалы, Каэль сжал рукоять меча до боли в суставах.

— Мы успеем, — твёрдо произнёс он, глядя на товарищей. — Морвейн не начнёт раньше полуночи.

Аэлин, уверенней, взялась за свой посох, излучавший мягкое сдерживающее сияние:

— Мы вытащим её, Каэль. Другого исхода просто быть не может.

Тем временем в тёмной цитаделе Морвейна обстановка накалялась. Лея сидела на холодном полу своей комнаты, отчаянно пытаясь сосредоточиться. Она глубоко вдыхала сырой воздух, прислушиваясь к пульсации в груди — там, в глубине души, слабо и робко трепетала искра Света Трёх Лун. Но вместе с надеждой накатывала липкая, удушливая паника. А вдруг они не успели? Вдруг отряд погиб у подножья, и она осталась совсем одна против безумного мага?

— Никто не придёт... Я чувствую, как время на исходе, — с отчаянием передала она в мыслях Флику.

Звёздный лис, прятавшийся в тени шкафа, тут же послал ей волну успокаивающего тепла. Ни один стражник не должен был догадаться, что спутник Леи проник в замок. В её сознании уверенно прозвучал голос Флика:

— Перестань, Лея. Каэль никогда тебя не оставит. Я чувствую его решимость, он идет сюда. И запомни главное: что бы ни произошло во время обряда, верь мне, я буду рядом.

Дверь со скрипом распахнулась. В проеме показались стражи. Не говоря ни слова, они грубо подняли девушку на ноги и потащили по мрачным коридорам в главный ритуальный зал. Всё это время Флик оставаясь незамеченным, скользил в тени коридоров следом за ними, ступая бесшумно, как привидение.

В центральном зале цитадели возвышался массивный каменный алтарь, покрытый древними рунами. Огромный купол башни зиял широким проломом, открывая ночное небо, в котором три холодные луны неумолимо приближались к своему зениту. Вокруг алтаря в мрачных мантиях замерли жрицы, шепчущие запретные заклинания.

Морвейн ждал у алтаря. С усмешкой глядя на сопротивляющуюся пленницу, он дождался, пока стражи положат её на каменную плиту, и взмахнул рукой. Тяжёлые магические путы оплели запястья и щиколотки Леи, намертво привязав её к алтарю и лишив возможности даже пошевелиться.

— Время пришло, — прошептал Морвейн, поднимая ритуальный кинжал.

Но в тот самый момент, когда три луны сошлись в зените над проломом в потолке и воздух вокруг алтаря заискрился от напряжения, массивные двери зала со страшным грохотом рухнули внутрь.

В проёме с яростной решимостью стоял Каэль, а за его спиной уже вступали в бой Ориан, Рен и остальные защитники. Завязалась ожесточённая смертельная схватка за спасение Леи.