Materia Prima-2. Возвращай Долги

Глава 6. Принялись решать, кто из них больше хочет такого сладкого пирожочка, как я

Айну пришлось просто закинуть на плечо. Даже с таким грузом я все равно двигался быстрее, чем она сама. А двигаться надо, двигаться полезно. Особенно когда десятиметровые черви лупят по земле так, что в ней остаются вмятины.

Попадем под такую тушу – превратимся в блин без каких-либо шансов.

Поэтому я несся вперед, петляя из стороны в сторону, уворачиваясь от падающих извивающихся червей. Так еще и маршрут пришлось менять, к застройке нельзя, там мутанты. Около двух десятков.

По эйбу там ничего особенного, вторые-третьи ранги. Но два десятка – это два десятка. Они и без эйба были куда сильнее, крепче и выносливее обычного человека. А еще вооружены до зубов, не боятся боли и смерти, да и вообще отбитые на голову. А такие особенно опасны, по себе знаю.

В итоге выскочил на старое разбитое шоссе, огляделся.

– Надо бежать подальше от них, – Айна уже пришла в себя и указывала рукой на единственный путь.

Эстакада. Длинная, высокая, она начинала свой подъем в считаных метрах от нашего места. И самое обидное, что вела она как раз туда, куда нам и было нужно. И всполошившиеся черви не будут проблемой.

– Зараза, – сквозь зубы выговорил я.

– Чего ты мнешься? – девушка уже тянула меня за руку. Вернее, пыталась.

– Ладно, – плюнул я.

В городе есть всего три на самом деле опасных места. Кирпичка с Саламандрой, глиняный карьер с гнездом червей и башня, в которой я жил. В карьер я не совался, к Саламандре подгадывал момент, когда можно зайти, а когда лучше держаться подальше. Башня вообще стала моим домом, потому что я точно знал, по каким граням можно разойтись с ее обитателями.

Но эстакада была местом куда более опасным для меня лично, чем все перечисленные. Но и выбора не оставалось.

Мы побежали. Айна не могла двигаться с моей скоростью, что вызывало некое раздражение. Но это скорее от нервов, ведь я изначально понимал, на что иду.

– Что бы ни случилось, не останавливайся, – дал я последнее напутствие.

И сразу после этого показался хозяин эстакады. Выполз прямо из-под моста, перегородив нам путь.

– Это же всего лишь Наблюдатель, – произнесла Айна.

– Я сказал бежать! – мой голос превратился в рев.

Подействовало, и притормозившая девушка вновь набрала скорость. Я же на ходу выбросил кинжал и начал раскручивать цепь.

До этого я трижды видел, как по эстакаде двигался отряд дайверов. Дважды наблюдатель вылезал, сканировал их и уползал обратно. Один раз наблюдателя кто-то заинтересовал, и тогда пришли Риперы. У отряда не было и шанса.

Я не знаю, почему Наблюдателям интересен я или некоторые другие дайверы, но спросить как-то возможности не было. А выяснять не хочется после того, что случилось с тем отрядом.

Этот наблюдатель был похож на того, что мы встретили с Горацием. Такое же переплетение кабелей и жил, обтянутых сеткой вен, явно биологического происхождения. Только вместо головы – пухлый ком биомассы, из которого в разные стороны торчит сразу шесть камер уличного видеонаблюдения.

Голова монстра пошла волнами, что-то внутри нее заскрежетало и заскрипело, после чего все камеры сдвинулись и уставились на меня алыми точками объективов. Тут же от его тела отделилось несколько жгутов, концы которых обвивали куски арматуры, так что издалека это походило на когтистые лапы.

Мне больше не требовались пояснения Четверга, который при встрече с наблюдателем вообще предпочитал сидеть тихо и помалкивать. Я кожей и нутром почувствовал незримую рябь. Наблюдатель сканировал меня.

Как и в первый раз, реакция не заставила себя ждать. Его тело начало вибрировать, а по ушам ударил раздражающий писк.

Я метнул кинжал аккурат в башку наблюдателя, но тот успел подставить лапу. Выдернул лезвие, попутно разорвав несколько кабелей, нанес еще один удар, на этот раз по широкой дуге. Все это не сбавляя хода.

Вторая атака оказалась чуть удачнее, я снес ему клешню целиком. Правда из него тут же выползло еще две, а к упавшей уже потянулись новые провода.

Я был в считаных метрах, когда тварь атаковала. Вернее, она попыталась меня схватить сразу двумя отростками.

Взрыв Энергии.

Тело будто током ударило, а мышцы на мгновение свело судорогой, сердце пропустило удар, а затем пришла сила. Чужая, заемная, она хлынула словно извне, а я при этом почувствовал себя сжатой пружиной. Прыжок вышел метров на пять в высоту минимум, цепь взлетает и наматывается на ближайший свисающий фонарь, подо мной клацают клешни, а я уже лечу вперед.

Врезаюсь с двух ног в Наблюдателя, но тварь лишь отшатнулась. Зато мои ноги тут же начало опутывать кабелями и пульсирующими жилами. В одно мгновение я почувствовал, как ноги сковывает стальной захват.

Правой рукой хватаю центральную камеру в башке Наблюдателя и просто вырываю с проводами и мясом. Скрежет, искры, зловещий гул, лопаются жгуты, вибрация становится ощутимой настолько, что у меня начинают стучать зубы.

Левая рука сжимает заготовленную восковую свечу с торчащим из нее острием. Внутри воска – перо Скайдера, которое мне однажды повезло подобрать. Вонзаю свечу в появившуюся дыру вместо вырванной камеры.

По телу Наблюдателя проходит разряд, отчего его хватка слабеет. Мне тоже досталось, судороги бьют одна за другой. Перо птицы было наэлектризовано и продолжало держать внутри себя заряд такой мощи, что если поднести лампочку, та просто взорвется.

Наблюдатель мгновенно осел на асфальт и растекся по нему лужей проводов и вен. Его тело потеряло форму, и лишь округлая башка продолжала вращаться из стороны в сторону. Под временным усилением я с трудом, но все же вытянул тело за цепь, раскачался и спрыгнул чуть в стороне от туши наблюдателя.

Он успел призвать Риперов, это точно. Вопрос в том, сколько их будет и как быстро они сюда доберутся. Да и сам Наблюдатель вот-вот очухается, так что надо бежать. Перо – не сама птица, у него заряд не такой уж большой, чтобы прикончить эту тварь.

Я быстро нагнал Айну, которая то и дело оборачивалась, разглядывая наблюдателя.

– Бегом, бегом, – поторопил ее я.

Сам достал из кармана старый механический будильник. Завел и бросил под ноги. Звон отвлечет Риперов, это даст нам несколько секунд дополнительного времени. Проблема в том, что на этом запас моих заготовок подошел к концу.

Когда мы добежали до изгиба, я обернулся и увидел, что смерть буквально следует за нами по пятам.

Риперы. Мелкие механические твари, похожие даже не на роботов, а просто на куски металлолома, собранные воедино с помощью той самой биологической массы. Небольшие, каждый размером с собаку.

Некоторые передвигались на маленьких колесах, другие перебирали лапами из кое-как собранных железяк, третьи ползли, четвертые перекатывались. Их было уже несколько десятков, мелких и довольно шустрых.

А еще каждый Рипер имел при себе оружие. Бензопилы, вращающиеся диски, шипы на кабелях, напоминающие скорпионьи хвосты, секаторы, когти, клешни. Стоит им добраться до человека, как они в одно мгновение начнут его рвать, резать, крошить и колоть всем своим арсеналом.

Будь ты хоть десять раз спиритом, но когда машина без устали кромсает тебя дисковой пилой, итог будет закономерным.

И сейчас вся эта биомеханическая армия со скрежетом и визгом преследовала нас. Вперед вылетел самый шустрый, этакая оголенная масса плоти с торчащими на жгутах камерами-глазами, вместо рук – два небольших бура. И все это неслось на маленьких, словно игрушечных колесиках.

Выглядело бы даже довольно забавно, если бы не было так мерзко. Да и после того, что эти минимонстры сделали с тем отрядом, я не мог их воспринимать иначе, чем с ужасом.

Кинжал влетел аккурат в центр твари, но той было все равно. Рывок – и цепь выбрасывает бурильщика вниз с эстакады. Считаем минус один, осталось еще тридцать, потому что за это время прискакал еще десяток.

– Ходу, ходу, – продолжал орать я.

Айна бежала изо всех сил, а мне оставалось лишь материться, потому что сил у нее явно недостаточно. Так еще и Наблюдатель закончил призывать мелочь и сам бросился вдогонку. А он двигался очень быстро со своими растягивающимися на метры конечностями.

В следующий миг Айна выбросила руки в стороны и по асфальту застучали разбросанные семена. Через миг из них начали вылупляться первые ростки. Через два этот участок дороги превратился в непроходимые заросли, высотой в полметра. Так, ладно, претензии к девушке снимаются.

Добежали до нужного отворота и спустились. И наконец-то мне улыбнулась удача. Риперы затормозили в поле корней, их нагнали преследовавшие нас мутанты и в итоге обе команды принялись решать, кто из них больше хочет откусить кусочек от такого сладкого пирожочка, как я. А вот Наблюдатель двигался весьма целенаправленно, к моему сожалению.

Мы добрались до цели – небольшой пятачок земли посреди развалин. Я вытащил из кармана колбу и вместо того, чтобы возиться с крышкой, просто сдавил в кулаке. Стекло хрустнуло, и на раскрытой ладони осталось лежать крупное бобовое зернышко.

– Держи. Прорасти стебель.

– Стебель? – переспросила Айна. – Зачем?

– Не зачем, а куда.

Я указал пальцем в нужном направлении. Там, на высоте пятого этажа, прямо в воздухе парила бетонная коробка. Четыре стены, пол, потолок. Никаких опор или чего-либо еще, что могло удержать ее в небе. Она просто висела там неподвижно.

Когда здание рухнуло, одна единственная комната просто осталась висеть в небе. Сначала я решил, что это какая-то аномалия, но когда отряд целенаправленно шел к этому месту, все стало понятно. Это прокол, выход из глубины. Замкнутое пространство перехода.

Каким-то образом реальность в этом месте искажается, и комната перестала подчиняться стандартным законам физики. Только вот мое тело подчинялось, так что добраться до парящей коробки сам я не мог.

– Живо, живо, пока нас не препарировали на свежем воздухе, – поторопил я девушку. – Почва насыщена эйбом, так что все получится.

Девушка коротко кивнула, упала на колени и утопила зерно в рыхлой земле. Это я ее вскопал. Был момент, когда я пытался выбраться из глубины, да не получилось. А эйбом она насыщена, потому что один отряд дошел до парящей комнаты, да здесь и остался. А в земле закопаны те, кто не пережил ту битву.

Это территория гигантских трехметровых варанов, плюющихся ядом. Твари мало того что резвые, так еще и шкура у них очень прочная. Живут и охотятся одной стаей, вроде бы их двенадцать особей осталось. Каждый всего второго-третьего ранга, но из-за количества становятся очень опасным противником.

Пришлось прикопать останки тех бедолаг, чтобы варанам не было интереса приходить в это место. Ну и надежда на то, что рано или поздно появится маг растений, имелась. Ведь тот отряд именно так и хотел выбраться, просто не успели. Зато оставили мне бобовое зернышко.

У Айны процесс пошел хорошо. Толстые зелено-коричневые стебли вырвались из почвы и обвили девушку. После этого ее ноги оторвались от земли, и она начала подниматься к парящей комнате.

Когда я решил, что стебли стали достаточно толстыми, тоже схватился за один из них. С высоты стала хорошо видна битва на эстакаде. Тупоголовые мутанты жили по принципу «вижу человека – не вижу препятствий». Риперы же придерживались идеологии – режь все, что шевелится.

То есть Наблюдатель не направлял их и не контролировал, а только призывал? И вот сейчас пять десятков мутантов, преследовавших меня, в какой-то момент нагнали Риперов и попали в их зону сканирования. Те развернулись и атаковали.

Мутанты хоть и несли потери, но плевать на них хотели. Впрочем, про Риперов можно сказать то же самое. Прекрасное зрелище – смотреть, как два ненавистных вида самоубиваются друг о друга до полного уничтожения.

Напрягал только Наблюдатель, который целенаправленно пробирался по заваленным улицам прямо ко мне.

– А можно как-то побыстрее? – спросил я, стараясь сдерживать нервозность.

– И так изо всех сил тяну, – судя по тону, это была правда.

Глянул вверх. До заветной двери, распахнутой настежь, оставалось еще около трех метров, но стебель неуверенно раскачивался из стороны в сторону под нашим весом. Я начал аккуратно ползти вверх.

Когда растение добралось до бетона, Айна забралась внутрь и посмотрела вниз. Ползти мне стало гораздо легче, стебли перестали болтаться, только вот Наблюдатель уже добрался до корней и начал взбираться по ним следом. И делал он это гораздо быстрее, чем мне хотелось бы.

Последние метры преодолел буквально прыжком, Айна схватила и начала затаскивать внутрь.

– Обрезай, – скомандовал я.

Если Наблюдатель доберется и вырвет хотя бы кусок бетона или двери, то комнату не получится закрыть полностью. По мнению Четверга, пространство должно быть условно герметичным, зазор максимум в щель.

Стоило мне подтянуть свою тушку через порог, как стебли под ногами моментально потеряли упругость и осыпались. В пол что-то дважды ударило, отчего у меня сердце в пятки ушло.

Вскочил и выглянул наружу. Увидел, как стебли, изгибаясь, медленно падали вниз. Но под нами все еще висел Наблюдатель. Висел на двух растянувшихся конечностях, глядел на меня пятью объективами камер.

Два уверенных взмаха – кинжал со свистом описывает в воздухе восьмерку, напитанное эйбом лезвие начисто срезает провода и жилы. Чем длиннее Наблюдатель вытягивает свои отростки, тем тоньше они становились, что и сыграло с ним злую шутку.

Еще до того, как полумеханическая тварь коснулась земли, я захлопнул дверь. Тут же меня подбросило в воздух, и я почувствовал состояние невесомости. Всего на мгновение, после чего с размаху влетел носом в пол.

Судя по жалобному вскрику, Айну постигла та же участь.

– Святая Флайва, что это было? – простонала она.

– Похоже, комната наконец упала, а мы перенеслись. Надеюсь, этого ублюдка расплющило. Ищи дверь.

– Это же всего лишь Наблюдатель? Он же должен просто смотреть и уходить, так всегда было.

– Тебе всегда везло. Дверь ищи.

Ручка нашлась быстро, правда она больше походила на рычаг и никак не хотела поддаваться. Да и сама дверь оказалась странной выгнутой формы.

После нескольких неудачных попыток я просто выбил злосчастную перегородку с ноги. В лицо тут же ударил холодный сырой воздух. И я с удивлением понял, что он кажется довольно чистым и свежим, немного отдает озоном, как после грозы.

Выглянул наружу и в сумерках увидел лишь каменистую пустошь, покрытую сплошным ковром мха и мелкой растительности. От свежего воздуха моментально закружилась голова, так что я чуть было не вывалился из двери. Схватился в последний момент и как раз вовремя.

Потому что до земли было лететь довольно высоко. Глянул вправо – белый металл, покрытый налетом ржавчины. Глянул влево – крыло, турбина. Мы в самолете. Старом, потрепанном, но вполне целом самолете вроде боинга.

Стоит посреди пустоши на выпущенных шасси, а вокруг тишина. При этом мы еще и на каменистом утесе. То есть приземлиться он здесь не мог никак. Нет, вообще самолет может приземлиться где угодно, но не таким целехоньким.