- -
- 100%
- +
Глава 1
Был конец августа. Это то самое время, когда школы хаотично пытаются набрать сотрудников, потому что их катастрофически не хватает.
Ольга Кравцова сидела в пустом коридоре, в котором шесть лет назад давала списывать домашку одноклассникам, закопавшимся по другим предметам.
Кто-то на улице пустил солнечного зайца, который заскакал по потолку.
Мысли Ольги тоже прыгали и никак не хотели собираться в кучу. Ну зачем она пару дней назад пошла от станции путём, которым никогда не ходила? Ольга столкнулась с бывшей учительницей по английскому языку Юлией Михайловной Холодовой. Они не виделись с того самого момента, как закончилась школа. Хотя в свое время Холодова была лучшим другом, который давал ценные советы. Благодаря ей Ольга захотела знать больше иностранных языков. К концу института она уже свободно говорила на английском, испанском и французском. После объятий и радостных визгов они отошли в сторону, чтобы не мешать прохожим, и долго говорили, крепко держа друг друга за руки.
Холодова за четыре года стала завучем. Узнав, что Ольга два месяца назад забрала из университета диплом лингвиста, она сказала, что в школе нужен учитель испанского. Ольга как раз возвращалась после очередного неудачного собеседования и подумала, что эта встреча – знак.
Теперь же решение вернуться в родную школу казалось самым идиотским, которое она принимала.
Не успела Ольга заполнить бумаги о приеме на работу, как директор Иван Сергеевич Стрелков заявил, что даёт ей классное руководство. Он минут двадцать расписывал, какие прекрасные дети достались Ольге, и что стать классной мамочкой – замечательное начало карьеры. Даже кабинет собственный обещал. Правда делить его придётся с Татьяной Николаевной Верной, которая преподавала у Ольги историю. Но это ничего страшного, ведь работать они будут в разное время.
Будь на месте Ольги другая кандидатка, то, наверное, обрадовалась бы проявленному доверию, но Кравцова, как бывшая ученица, знала, что у Стрелкова никогда не бывает плохих учеников.
К тому же, новым молодым учителям всегда давали самые тяжёлые классы.
Ольга незамедлительно сходила к классной руководительнице, учившей этих детей. Как оказалось, она работала с ними только половину четвёртого класса. Та равнодушно сказала, что детям не повезло, потому что учительницы у них постоянно менялись. Первая не сработалась с родителями, вторая уволилась из-за здоровья, а третья ушла в декрет.
Классная руководительница отметила некую Кристину, у которой мама сидит в тюрьме, а также какого-то Юру. У мальчика были непростые родители и, как следствие, к нему тоже нужен подход. А так, в целом, дети как дети, только нужно быть с ними построже.
Солнечный зайчик перепрыгнул на стену, уже начиная раздражать. Может, стоит забрать заявление, пока не поздно. Перевод текстов на фрилансе никто не отменял. Любимый работает и поможет заплатить за квартиру. Мама тоже никогда не оставляла в беде и ненавязчиво подкидывала деньги, если видела, что они действительно нужны.
Хотя с другой стороны, кто знает, когда удастся найти что-то подходящее? Из однокурсников за три месяца пока никто не устроился на работу. Зависеть долго от парня, а уж тем более от мамы, которая вкладывала в дочь все свои силы, абсолютно не хотелось.
Кравцова попыталась представить, что бы сказала мама, видя её сомнения. Мозг сразу же спроецировал тихий и ненавязчивый голос, как всегда уверенно приводивший свои доводы. Главное, что социальный пакет есть, стаж идёт. Вдруг деток захочешь, декретные получать будешь. Да и вообще, Олечка, какие твои годы. Всегда сможешь поменять профессию, если что-то не понравится.
Знакомый силуэт, неожиданно возникший в конце коридора, заставил мамин голос резко умолкнуть. При виде привычно торопливой походки Ольга забыла, что, возможно, почти стала педагогом и как пару дней назад снова бросилась навстречу.
– Юлия Михайловна!!!!
– Олечка, девочка моя хорошая.
Руки, крепко обнявшие Ольгу, были как всегда ледяными. Ольга невольно вспомнила, что, будучи ученицей, постоянно хотела согреть их.
– Ну что…теперь коллеги? – ласково улыбнулась Холодова, – как всё прошло?
Солнечный заяц перепрыгнул с потолка на белоснежную кофту Холодовой.
Ольга на несколько секунд задумалась, можно ли как раньше делиться сомнениями, если теперь она не ученица. Решив, что никто совета лучше не даст она решилась.
– Олечка, класс действительно непростой, – вздохнула Холодова, выслушав ученицу, – но знаешь, какие были мои первые дети?
Холодова рассказала о том, как стала классной мамочкой сорока мальчишек, как приходилось ходить ко многим домой и объяснять вечно работающим родителям, из-за чего произошла драка, и почему ребенку нужна поддержка взрослых. Около полутора лет потребовалось, чтобы достигнуть взаимопонимания. Зато первые выпускники до сих пор приходят в гости.
Ольга с облегчением подумала о том, что у неё нет сорока мальчишек в классе.
– С детками вообще не просто, – Холодова крепко сжала холодными пальцами руку Ольги, – но я же знаю, что у тебя сила воли железная. И ты умеешь сострадать. Они тебя полюбят, вот увидишь.
Солнечный заяц перестал бешено скакать, замерев в ожидании чего-то на Ольге.
Утро в день первого педсовета Ольги было по-летнему ярким. Даже не верилось, что через день осень уже вступит в законные права.
В актовом зале Ольга выбрала место на дополнительных стульях, стоявших около стены. Она села немного особнячком ото всех, пока не совсем понимая, как себя вести. Надо постараться не стесняться того, что многие из присутствующих учили её.
Знакомый голос, который казался всегда самым женственным, вытащил Ольгу из нервных мыслей.
– А вот и новая молодая коллега. И ещё теперь соседка по кабинету.
Это была учительница истории Верная. Она, аккуратно расправив юбку, присела рядом.
– Ну и скажи, дорогая, чего тебя сюда опять принесло?
Вопрос поставил Ольгу в ступор.
– Ну ты молодая, красивая, перспективная, – заметила смятение Верная – зачем тебе эта школа?
Ольге не очень понравилась логика, созвучная с её мыслями, которые после разговора с Холодовой она пыталась засунуть в какое-то чудесное место, чтобы забыть и никогда не вспоминать. Ольга хотела как-то объяснить свое решение Верной, но в актовый зал вошёл Стрелков, извинившись за небольшое опоздание.
– Коллеги, поздравляю всех с началом учебного года, – начал он педсовет.
Только сейчас Ольга отметила, как сильно директор постарел за четыре года. Когда они общались несколько дней назад в кабинете, это не выглядело так явно. Но сейчас Ольга уловила немного неровную интонацию, подметила, как устало облокачивается на край сцены Стрелков, будто груз ответственности за всю школу задавил его.
– В наших рядах пополнение. Возвратилась в родную школу наша ученица Ольга… Как тебя по отчеству-то?
– Юрьевна.
– Юрьевна, – повторил Стрелков, – она будет преподавать у нас испанский.
В зале захлопали, приветствуя новенькую, но Ольга уже не обращала на это внимание. Из-за панибратского тона Стрелкова она ощутила себя той самой ученицей, что была шесть лет назад.
Ольга невнимательно слушала о том, что доплату за классное руководство сняли. Верная фыркнула, что в последнее время только и делают, что всё снижают.
Видимо стараясь не акцентировать внимание на больной теме, Стрелков, промокнув платком лоб, продолжил.
– Теперь о насущном. В этом году нас ждёт министерская проверка.
Сонный актовый зал тут же зашумел, загудел словно переводчики-синхронисты в кабинах, которые услышали непонятное слово.
– На этом фоне новость о зарплате ещё более удручающая, – вздохнула Верная.
Стрелков предупредил, чтобы все бумаги были в порядке, иначе он лишит стимулирующей, и затем добавил:
– Юлия Михайловна подробнее расскажет на летучках про правильное оформление документов.
Она легонько кивнула.
Ольга подумала, что получился какой-то гордый жест превосходства над остальными. Такого раньше не было.
– Из-за проверки мне бы хотелось, чтобы вы уделили больше внимания одарённым детям.
Стрелков попросил включить проектор и, морщась, как будто у него что-то болит, сел за стол, вставил флешку в компьютер и включил презентацию.
Из ярких слайдов, режущих глаза, Ольга узнала, что одарёнными считаются те, кто выигрывают олимпиады и приносят баллы школе. Этих школьников надо беречь, они – будущее России. Более того, были названы фамилии маленьких гениев. Стрелков убедительно попросил беречь эти цветочки, и быть поснисходительнее, если такие ученики не успевают по другим предметам.
– Иван Сергеевич, простите, – вдруг встала Светлана Андреевна, учитель химии, – Вы сейчас мне предлагаете рисовать оценки ученику, если он не тянет мой предмет?
Замолчали все. Даже задние ряды, которые активно и нелестно комментировали каждое слово директора.
– Я предлагаю Вам, Светлана Андреевна,– Стрелков отодвинул ноутбук и подался вперёд, сцепив пальцы в замок, – помочь школе не лишиться аккредитации.
– А кто потом поможет этим детям, если они привыкнут всё так легко получать?
Ольга была согласна со Светланой Андреевной. Она лично знала девочку, учившуюся в параллельном классе, которую вот так опекали. Мало того, что характер у неё испортился и появилось ощущение, что ей все должны, так ещё после поступления в престижный ВУЗ по результатам олимпиад она вскоре бросила учёбу, потому что не выдержала давления преподавателей. Где эта девочка, и что вообще происходило с ней теперь – неизвестно. Хотелось встать и поддержать Светлану Андреевну, но Верная схватила Ольгу за руку, тихонько процедив «Молчи».
– Мне кажется, – неожиданно вступила в разговор Холодова, привставшая со своего места, – Светлана Андреевна задала прекрасный и очень непростой вопрос. Думаю, мы посвятим этому отдельный педсовет. Вы можете выступить с докладом, если захотите.
Учительница по химии немного ссутулилась после этих слов, как будто ей предложили поднять гирю в тридцать килограмм, и, ничего не сказав, села на место.
Утомительный педсовет продолжился под шум снова шушукающихся задних рядов.
Ольга долго копалась в сумке, ища ключи от съёмной квартиры.
Коля, как обычно, сидел за компьютером, играя в варкрафт. Ольга, в отличие от многих девушек, никогда не раздражалась, что любимый проводил много времени за этим занятием. Она бы после смены официанта вообще весь человеческий род ненавидела, закрывшись в своём мире.
– Как всё прошло? – поинтересовался Коля, немного отвлёкшись от игры после того, как Ольга чмокнула его в щёку.
– Думала, что будет хуже.
Грузить парня сомнениями не хотелось.
После педсовета Верная дала совет не влезать в дела, которые Ольга не знает. За шесть лет многое поменялось. Если Ольге действительно интересно, что происходит, то она расскажет ей всё как-нибудь на перемене за чашкой чая в подсобке.
– Может, сходим куда-нибудь сегодня поужинать? – предложил Коля.
– Тебя же тошнит от ресторанов.
– Ну раз уж сегодня такой день…
Вот за это Ольга его и любила. Можно было ничего не говорить о своих проблемах, но Коля каким-то звериным чутьём понимал, когда она действительно нуждалась в поддержке. Тогда он жертвовал своей зоной комфорта.
Глава 2
Кравцова даже подумать не могла, что когда-то первое сентября снова станет отсчетом года жизни. Звонила мама и приободряла, желая удачи. Её звонок почему-то разнервировал Ольгу ещё больше. Стараясь оттянуть выход из дома, она стояла у зеркала и уже в третий раз перевязывала белоснежный шарф. Настенные часы с гирьками пробили восемь, и от этого звука она почувствовала себя богатырём отправляющимся на войну с печенегами. Ольга внутренне содрогнулась и подумала, что их нужно будет снять. В последний раз поправив шарф, она вышла из дома.
Ольга встала около школьного крыльца с табличкой 5 «Д». Новые ученики постепенно подтягивались. Все они пока казались безликими в толпе бантов, ранцев и цветов. Дети стояли и шушукались, переминаясь с ноги на ногу и ожидая окончания торжественной части.
Ольга сама уже была готова спеть и сплясать, только бы поскорее пойти знакомиться со своим классом. Столько лет прошло, а линейки оставались те же. Ольге казалось, что она еще, будучи первоклашкой, читала те же самые стихи про то, что нужно хорошо учиться.
На крыльцо вышел глава города, который всегда поздравлял всех в конце линейки. Под аккомпанемент гула школьников он произнес длинную речь, отчитался, сколько бюджета было вложено в развитие школ района. После этого, наконец, по периметру двора прошла одиннадцатиклассница одетая в школьную форму шестидесятых годов. В её руках блестел маленький желтый звонок, громко разрешающий всем выдохнуть и войти в школу.
Ольга чуть не споткнулась на крыльце, чувствуя, что вся администрация оценивающе смотрит на неё. Но это всё оказалось пустяком по сравнению с изучающим взглядом учеников, которые расселись за парты.
Положив дрожащие руки на стол, чтобы волнение было незаметно, Ольга вдохнула побольше воздуха и поздоровалась с учениками.
– Давайте знакомиться, – улыбнулась она, чувствуя, как в висках стучит, – вы ведь большие и знаете, что такое прилагательное.
Ученики зашумели. Каждый хотел показать, какой он умный, наперебой выкрикивая, что же такое прилагательное.
Ольга решила, что не хочет в первый же день добиваться, чтобы в классе было слышно, что происходит за окнами.
Она объяснила, что хочет, чтобы к своему имени дети подобрали прилагательное, которое им подходит.
Дрожь и слабость немного отступила, хотя от волнения Ольга почему-то запомнила только то, что у неё будет учиться невероятный Никита. Поняв, что конец света не наступил, как казалось минут двадцать назад, она мягко осаживала детей, чтобы можно было довести классный час в расслабленной обстановке.
– А теперь давайте узнаем друг о друге еще больше, – воодушевленно улыбнулась она, доставая из стола коробочку, наполненную свернутыми бумажками, – вы будете тянуть вопрос и отвечать на него.
Ольга окинула быстрым взглядом класс и остановила свой выбор на пухлой девочке, которая сидела за задней партой одна и ещё ни разу не принимала участие в сегодняшнем празднике. Она неуверенно выбрала листок и протянула его.
– Какое школьное мероприятие тебе запомнилось больше всего? – прочитала Ольга.
– Когда мама на новый год со мной пошла, – тихонько ответила девочка, как будто испугавшись, что ее заметили.
Удивленная таким ответом, Ольга только сейчас обратила внимание на бейджик ученицы. На нем ровным почерком синим фломастером было выведено «Голубева Кристина». Так это та самая ученица, у которой мама сидит в тюрьме.
Ольга ощутила, как кожа под рубашкой стала гусиной.
Как ни старалась она отрешиться, но до конца праздника украдкой смотрела в сторону незаметной девочки. Почему-то Кристина напомнила Ольге хорька. Глаза у Кристины были как черные бусинки, а взгляд дикий.
После того как классный час закончился, Ольга довела маленьких разбойников до крыльца. Когда они, крича и толкаясь, выбежали на улицу, Ольга вернулась в кабинет, шлёпнулась на стул, чувствуя, что из неё выпили всю энергию.
Лучше бы маленькие вампирёныши съели бы её, чем она вот так сидела, смотрела в потолок и не могла себя заставить пошевелиться.
Наконец найдя в себе горсть силёнок, Ольга встала, собрала сумку и вышла. Во дворе школы она услышала знакомый мужской голос.
– Здравствуй, коллега!
Это был учитель литературы Александр Юрьевич Колосов. Ничуть не изменился за шесть лет. Всё так же приветлив и энергичен.
Уроки литературы Ольга всегда любила. На них можно было спокойно высказать своё мнение и не бояться, что Колосов скажет, что автор думал по-другому, когда писал. Ещё Ольге казалось забавным, что у Колосова всегда находились цитаты великих людей для любой ситуации.
– Не успел поздравить тебя с возвращением на педсовете, – улыбнулся Колосов, – как прошёл первый день?
– Да вроде неплохо…
Перед глазами непонятно откуда возникла девочка-хорёк с задней парты. Ольга быстро отогнала её, перекинула сумку через плечо, и спросила у Колосова, как у него дела с пятиклассниками. Она знала, что Колосов стал руководителем параллельного класса. Это означало, что им придётся много общаться и, возможно, даже проводить совместные мероприятия.
– Хорошо. Хотя это всегда так начинается, – усмехнулся он, – все проблемы вылезают потом. Ты сразу с ними строго, а то на шею сядут.
Легко говорить. Ольга могла, но не любила давить на других людей. Видимо, придется учиться.
– Тебя подвезти? – поинтересовался Колосов, открыв дверь автомобиля Кia Rio. Измотанная Ольга была рада приземлить пятую точку на сиденье.
– Ты – молодец большая, что выбрала эту работу, – похвалил её Колосов, – Джозеф Юбер говорил, что преподавание – это возможность обучиться чему-то дважды. Но сейчас работать в школе такая ответственность…. Только самые смелые идут.
«Или бестолковые» – подумала Ольга.
– А раньше было проще? – вслух спросила она, машинально наблюдая, как за окнами проносились серые дома старой части города.
– Когда я начинал работать, то отвечали только за детей, а теперь ведь ещё кучу бумажек надо заполнять. Ещё эта проверка… Хоть бы у них там произошло что-то и до нас не добрались.
Все начинали говорить немного тише, когда речь заходила о проверке, и это пугало.
– К Вам можно обратиться за помощью, если что? – спросила Ольга, не понимая, что страшнее: дети или министерство.
– Нужно, – улыбнулся Колосов, – Не стесняйся.
Ольга почувствовала, что от этих слов в районе сердце стало тепло, словно кто-то зажёг свечку, и усталость немного отступила. Как будто она наконец-то нашла союзника, который в случае чего предложит руку помощи.
– Завтра мои оболтусы к тебе вторым уроком придут, – сказал он на прощание, высаживая Ольгу около панельного дома.
Интересно будет посмотреть, что за класс достался Колосову.
Глава 3
Ольга весь вечер готовилась к уроку, думая, всё ли получится и понравится ученикам. Она, как настоящая отличница, тщательно планировала занятие и пыталась применить методики, которым научилась в институте. Это было не так просто, как казалось.
На следующий день Ольга пришла в школу на полчаса раньше. В тысячный раз проверив, как работает компьютер, она постаралась успокоить себя тем, что наверняка дети нервничают не меньше её.
Когда прозвенел звонок, её класс с ором влетел в кабинет. Похоже, что волнения у детей было приблизительно столько же, сколько букв в японском алфавите.
– Так, – Ольга решила, что пора заняться дрессировкой, как советовал Колосов – зашли и вышли как приличные ученики.
Дети были похожи на котят, которым дали газетой по морде. Они выкатились из класса и заглянули, тихо спросив, можно ли войти.
Когда они сели за парты, Ольга отметила, что с Кристиной села Юля, которой вчера не было на празднике. Значит, друзья у девочки-зверька всё-таки есть.
– Что вы знаете об Испании? – бодро поинтересовалась Ольга, обрадованная открытием.
Несмотря на то, что Ольга немного приструнила учеников, они всё равно вели себя словно мелкие копошащиеся грызуны. То у кого-то ручка упадёт, то начинают шуршать страницы учебника, который никто не просил открывать. Самое главное, что никто не собирался отвечать. Ольга зарычала, чтобы всё отложили.
– Ну… испанцы симпатичные, а испанки – страшные, – наконец заявила Юля с последней парты, спасая класс.
Ольга растерялась.
– Ну у меня мама в Испании была, сказала, что это так.
– Наверное твоей маме просто не попадались красивые испанки, – обескуражено ответила Ольга, стараясь не подорвать авторитет мамы, – может быть, кто-нибудь знает, кто такой Сальвадор Дали?
«Не знаешь, чё сегодня на завтрак в столовке?» – шёпотом спросила отвлёкшаяся Юля у увлечённо рисующей Кристины.
Сальвадор Дали, наверное, подкрутил бы усы и по-лицедейски, как он умел, пустил себе пулю в лоб.
– Пиццу любят кушать в Испании, – вдруг невпопад выкрикнул Никита, который вчера представился невероятным.
– Медведев, ты совсем того? Это в Италии! – агрессивно одёрнул одноклассника веснушчатый мальчик, сидевший за первой партой на среднем ряду.
На его бэйджике размашистым почерком было выведено Юрий Шумейко.
Так это тот самый трудный ребёнок, про которого говорил бывший классный руководитель. Пришлось отвлекаться и делать замечание, что не нужно высказываться об умственных способностях, все сюда пришли учиться.
Как не билась Ольга, Испания была для класса далёкой и неизвестной, населённой страшными испанками, жующими пиццу.
Поняв, что всё придётся рассказывать самой, она открыла презентацию.
– А можно выйти? – поднял руку Никита
– Медведев, а почему нельзя было все дела на перемене сделать? – недоумённо спросила Ольга, но мальчика отпустила.
– Ой, а можно мне потом? – спросила Лена.
– А потом мне! – повторила Кристина.
– А давайте лучше послушаем про Испанию, – угрожающе сдвинула брови Ольга, понимая, что только что допустила тактическую ошибку.
Она не успела сделать половину того, что задумывала. Когда прозвенел звонок, Ольга чувствовала себя не то что выжатым лимоном, а уже настоящим цукатом.
Должны были прийти дети Колосова. Ольга подумала о том, что если второй урок пройдёт так же, то её вынесут из школы. И больше она не вернётся.
В класс заглянула девочка похожая на повзрослевшую Алёнку с обёртки шоколадки.
– Можно зайти?
– Что? – спросила Ольга, думая, что ей послышалось.
Девочка, испуганно шмыгнув носом, повторила вопрос.
Стараясь скрыть удивление, Ольга пригласила класс в кабинет.
Дети тихонько расселись за парты.
Не веря своему счастью, Ольга спросила, что они знают об Испании.
Руку подняло больше половины класса.
Ольга спросила мальчика, сидящего за второй партой.
– В Испании кушают паэлью, танцуют фламенко. Еще там самые сильные футбольные команды Реал Мадрид и Барселона.
Посмотрев на бэйджик юного эрудита, Ольга отметила, что его зовут Дима. Она остановила его.
– Сальвадор Дали – испанский художник, – медленно протянул толстощёкий Максим.
Известный художник передумал стреляться.
Радостная Кравцова успела сделать за урок всё, что хотела. Ученики благодарили её, выходя из класса.
К Ольге неожиданно подошла девочка, которая спрашивала, можно ли зайти в класс. Кравцова запомнила, что её зовут Алина.
Девочка оказалась очень общительной. Она рассказала, что Максим её брат, немного тормознутый, но он всегда всё выполняет, просто ему надо дать время подумать. Ещё Алина сделала комплимент, что Ольга очень красивая, и вообще это был самый классный урок. На прощание она угостила Кравцову конфетой и выпорхнула из кабинета.
Несмотря на то, что Ольга испытывала эйфорию от знакомства с классом Колосова, она чувствовала, как от эмоционального перенапряжения у неё трясутся руки. Хорошо, что на сегодня уроков больше нет.
Глава 4
Неделя прошла у Ольги как в тумане. Подготовка к урокам, школа, проверка домашнего задания, выяснение классных вопросов с родителями. Даже коллег она не видела кроме Верной. И то, перекидывалась парой фраз, и всё.
К ночи Ольга просто падала на кровать, чувствуя, как от бессилия дрожат руки и ноги. Она подозревала, что дети нечто большее, чем вампиры.
Но это всё оказалось таким незначительным по сравнению с тем, что случилось через две недели после начала работы.
Поздно вечером Ольга сидела и проверяла тетради, когда позвонил Колосов
Он извинился и сказал, что у них есть небольшие проблемы.
Сегодня к Колосову после четвёртого урока подошла Алина и рассказала, что в столовой Дима рассказывал, как родители наняли ему репетитора по испанскому, потому что язык ему очень нравится. Нечаянно он пролил чай на портфель Никиты Медведева из класса Ольги.
«Ты чё?!» «А ты чё?!» быстро перешло на дураков и дебилов, а потом вообще превратилось в стрелку после школы.
Алина обещала, что никому ничего не расскажет о случившемся. Но она очень сильно переживала, что мальчишки убьют друг друга.
Колосов поймал двух мушкетёров двадцать первого века в лесу недалеко за озером. Они уже стояли друг напротив друга как два подрощенных бройлера, собираясь выяснять, кто из них сильнее.
– Я отчитал их уже, конечно, но разберись завтра со своим Медведевым, – закончил рассказ Колосов.