Розовые тюльпаны

© Злата Лисицына, 2025

ISBN 978-5-0065-8433-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

Началось все со второго класса, когда я перешла в другую школу. До сих пор отчетливо помню тот день, хотя прошло уже много лет.

Новая школа была намного больше, чем моя первая, и я, естественно, растерялась при виде нее.

– Я тебя провожу до класса, – пообещала мама, глядя в мое растерянное лицо.

И мы зашли в большое здание. Я сразу огляделась и увидела недовольное лицо охранника, который внимательно за нами наблюдал.

На первый урок в этой школе я опаздывала. Все просто: мы с мамой проспали. Пока собирались, поняли, что вовремя точно не придем.

Сейчас начало сентября. Первого числа у меня не получилось пойти в школу, потому что заболела, поэтому для меня все это было в новинку. Зато эффектно появлюсь. Меня же из одноклассников никто еще не видел.

Мы с мамой поднялись на второй этаж и пошли по коридору. Я осматривала все вокруг. От большого количества кабинетов и нового пространства закружилась голова.

Внезапно я заметила женщину, которая стояла около открытой двери и, скрестив руки на груди, смотрела на меня.

– Это твоя учительница, – прошептала мне мама и начала подводить еще ближе.

Я нервно хихикнула, потому что у нее был не такой добрый и дружелюбный вид, как у моей прошлой преподавательницы.

Новая учительница зашла в кабинет и громко произнесла, чтобы услышали все:

– Класс, у нас новенькая! Лада, проходи!

Мама отпустила мою руку и улыбнулась.

– Ну, беги, тебя там уже ждут.

Я неуверенно отошла от нее на несколько шагов и, почти дойдя до кабинета, оглянулась. Мама помахала мне рукой и развернулась, чтобы уйти.

Я зашла в класс и первым делом принялась изучать детей. Двадцать или даже тридцать человек внимательно смотрели на меня. Сначала они мне показались практически одинаковыми.

– Можешь сесть за третью парту, – сказала учительница.

Я взглянула на свободное место. Там сидел мальчишка и наблюдал за мной своими карими глазами. Я села к нему и достала из рюкзака учебник.

– Привет, – поздоровался он, – ты же новенькая, да?

Я молча кивнула. С детства стеснялась знакомиться с детьми.

– Я Мирон, а тебя как зовут?

– Учительница же говорила мое имя.

– Я не слышал. Засмотрелся на голубей.

Мирон кивнул на окно, из которого был виден школьный двор.

– Лада.

– Красивое имя, никогда такое раньше не слышал.

– Спасибо… – ответила я. Не заметила, как учительница внимательно смотрит на нас.

– Лада, что я только что сказала? – спросила она.

Я опустила глаза, чтобы не смотреть на нее.

– Не разговаривай на уроках!

И она принялась вновь говорить. Ну вот! Только первый день, а я уже получила замечание!

– Открываем тетради и записываем сегодняшнее число, – сказала учительница и направилась к доске.

Я открыла тетрадку, взяла ручку и, поставив дату на полях, взглянула на Мирона.

– А ты почему не пишешь? – спросила я, смотря на пустой тетрадный лист.

– А зачем? Я это и так все знаю.

Я перевела взгляд на доску. Там уже красовались несколько примеров. Они и правда были легкие, но я все равно начала их записывать.

– Может, будем друзьями? Я буду тебя защищать, – предложил Мирон.

Я, оторвавшись от решения примеров, посмотрела на него, а затем поинтересовалась:

– А есть от кого?

Мой новый друг задумался, а потом ответил:

– Вообще нет, но ты же девочка, тебя нужно защищать. Мне так папа говорил.

– Ладно.

Мирон улыбнулся, а затем откинулся на спинку стульчика, скрестив руки на груди, и отвернулся к окну. Остальное время мы просидели молча. Когда прозвенел звонок, я начала складывать вещи в рюкзак и готовиться к следующему уроку. Потихоньку около нашей парты собирались ребята, чтобы со мной познакомиться.

– Я Катя!

– А я София!

– Меня зовут Алена.

Я пыталась запомнить каждого, но получалось плохо. Ну ничего!

Когда практически все побывали около меня, представляясь, прозвенел звонок. Перемена закончилась, и мы расселись по местам.

Увидев маму, я побежала к ней, раскинув руки в стороны и обняв. Я ей начала быстро рассказывать, как прошел первый день в новой школе, как я познакомилась со всеми одноклассниками и нашла друга. Мама внимательно слушала, а я тараторила, не замолкая.

– Вот видишь, а ты переживала! – сказала она и, улыбнувшись, взяла меня за руку. Мы пошли по школьному двору, который сейчас был залит солнечным светом. Я отметила, что на каких-то деревьях уже потихоньку стали желтеть листья. Вообще, я не любила осень, но сейчас она казалась мне волшебной.

Так я и подружилась с Мироном. Шли дни, недели, месяцы. Я все больше и больше общалась с ним и узнавала о нем много нового. Например, я узнала, что он любит кататься на коньках и ему нравится молочный шоколад.

А он, в свою очередь, узнавал обо мне. Я рассказывала ему про прошлую школу, про друзей, которые у меня там были (правда, их немного), про учительницу и еще много-много всего.

Мы стали настоящими лучшими друзьями. Но потом нас пересадили из-за разговоров на уроках. Ну, как нас… Меня.

В один день я пришла в школу впритык, зашла в класс по звонку и, естественно, не успела поболтать с Мироном. Вот и начала разговаривать на уроке. Нашей учительнице это, конечно, не понравилось.

– Лада, сколько можно говорить? Мне кажется, я тебе сделала уже достаточно замечаний, поэтому пересядь, пожалуйста, за первую парту.

Я грустно взглянула на Мирона.

– Пока…

Я взяла вещи и пересела к Алене. Ну вот, теперь не с кем пообщаться. С ней мне было не так интересно.

Весь оставшийся урок я просидела без настроения, слушая учительницу.

Вернувшись домой, я быстро пообедала, сделала домашнее задание и села смотреть мультики. Хоть что-то хорошее должно же быть.

Даже несмотря на то, что нас пересадили, мы все равно продолжали общаться. Только на переменах.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Будильник зазвенел слишком громко и резко. Или мне так показалось после трехмесячного отдыха от школы?.. Не знаю.

Я подскочила на кровати от неожиданности. Сон как рукой сняло. Посмотрев в экран, с ужасом вспомнила, что сегодня 1 сентября. Кошмар!

Я, мыча себе под нос что-то неразборчивое, присела на край кровати и оглядела комнату. Солнце светило мне в окно, поэтому она была золотистая.

Поднялась на ноги и пошла умываться. Взглянув на себя в зеркало, аж пошатнулась. Волосы растрепались и торчали в разные стороны, лицо сонное и немного опухшее. Ну, какая красотка!

Умылась холодной водой, почистила зубы и, зевая, направилась на кухню. Что-то готовить не было сил и смысла. Мне проще себе бутерброды нарезать и слопать, чем стоять около плиты и смотреть, чтобы какая-нибудь каша не убежала.

Так я и сделала: быстренько смастерила себе два бутерброда с сыром и начала жевать.

– Доброе утро, – зашла на кухню мама, – готова к школе?

– Угу, – промычала я и откусила еще один кусок завтрака.

Ни с кем разговаривать мне не хотелось.

– Ты же сегодня учебники получаешь?

Я кивнула.

– Они тяжелые, может, папу попросить тебе их донести?

– Не, не надо. Я сама.

Отряхнула руки от крошек и, встав из-за стола, направилась в свою комнату собираться.

Открыв шкаф, обнаружила, что у меня нет белой рубашки. Ну, она есть, но сейчас ее местоположение было неизвестно. Я ее на днях искала, не нашла и махнула рукой. Ладно, светло-голубую надену, не страшно.

Приведя себя в порядок и причесав волосы, я покрутилась возле зеркала. Сойдет! Быстро натянув кеды и взяв рюкзак, вышла из квартиры.

Сверху я решила ничего не накидывать, потому что погода была теплая. Выйдя из подъезда, мне в лицо сразу подул утренний ветер. Брюки и рубашка стали немного поддергиваться, а волосы развиваться.

Раннее солнце еще не пекло, на небе были красивые большие облака. Листва на деревьях шумела и качалась. В воздухе чувствовалась свежесть. Не погода, а сказка! Люблю такую.

Я направилась в сторону школы. По пути мне встречались младшеклассники с родителями и огромными букетами, которые были больше их головы. Ладно, преувеличила чуть-чуть. Но цветы правда красивые. Сразу вспомнила, как первый раз шла в эту школу, такая же маленькая, как девочка, идущая сейчас с мамой впереди меня. На лице появилась улыбка. А ведь сейчас я уже не во втором классе и не сижу за третьей партой с Мироном. Хотя, второе поправимо.

Дойдя до школы, я отметила, что там очень много людей. Кто-то с цветами, кто-то с подарками для учителей, а кто-то вообще с пустыми руками. Прямо как я!

Вот стоят первоклассники. Довольные, счастливые. Ну ничего, поучитесь пару месяцев и поймете, что надо было ценить время, когда можно было не вставать с первыми петухами и не делать домашку!

Я вновь улыбнулась. Ко мне кто-то подошел сзади и громко поздоровался.

– Лада! Привет!

Я обернулась. Передо мной стоял Мирон. Я аж рот открыла, как он за лето изменился. Раньше он был чуть выше меня, а сейчас вымахал на целую голову. И волосы как будто гуще стали. И загорел.

– Ничего себе! – сказала я вместо приветствия.

Мирон улыбнулся мне:

– Ты тоже изменилась. Конечно, сильно не выросла, но хоть что-то.

За лето мы вообще не виделись. Сначала я пошла на месяц в гости к бабушке, а когда вернулась, Мирон укатил на море, а потом в другой город к родственникам. Когда вернулся, уже уехала я. И так до конца лета.

– А это кто? – спросила я, кивнув в сторону какого-то, как мне показалось, незнакомого, но симпатичного мальчика.

– Так это Денис. Ты что, его не узнала?

Но Мирона я уже не слушала. Смотрела во все глаза на одноклассника. Как он похорошел за лето!.. Такой красивый стал, высокий… И рубашка эта белая ему очень идет. Пусть всегда в такой ходит!..

– Ку-ку! Лада, ты здесь? – спросил у меня Мирон, помахав перед глазами ладонью. – Ты чего зависла?

– А? – спросила я, поморгав и немного придя в себя. – Здесь, где мне еще быть?

Друг странно на меня покосился, а потом начал рассказывать, как его чуть не ужалила медуза на море. Но я его практически не слушала. За Денисом наблюдала!

Еще в мае он же был совсем другой. С недлинными волосами, низенький. Вот правду мама говорила: приду в школу и никого не узнаю. Так и случилось!

– …ну я, естественно, пошел спрашивать… – рассказывал Мирон. Я лишь иногда кивала. Для приличия.

Такое ощущение, что он мне начал потихоньку нравиться. Денис, если что! Но меня это вообще не радует. Так же не бывает: увидела одноклассника после трехмесячного расставания и хоп, он уже тебе нравится! Такое только в книжках встретить можно…

В классе было душно и солнечно. Шторы, конечно, помогали от жары, но не сильно. Мы с Мироном уселись за четвертую парту, подальше. Учебников было много, но они не настолько тяжелые, чтобы я не смогла их донести, к тому же…

– Пойдем вместе до твоего дома? Поболтаем побольше, все-таки давно не виделись. А я как раз помогу тебе с учебниками, – предложил Мирон, когда увидел, что я с раздражением достаю пакет, потому что в моем «чемодане» закончилось место.

– Ну… – начала я. Оглядела битком набитый рюкзак и рядом стоящий пакет, – было бы неплохо.

– Вот и славно.

Мирону мало того, что придется тащить все свои книги, так еще и мои.

– А тебе самому-то не тяжело будет? – с подозрением спросила я, поглядывая на друга и наблюдая за реакцией.

Мирон только рассмеялся. А я поняла, что мне очень повезло с ним подружиться.

На улице мои волосы еще сильнее растрепались. Я вручила тяжелый рюкзак Мирону, сложив в него самые объемные книжки, а сама шла налегке с пакетом, в котором их было значительно меньше.

– Слушай, – начал друг, – как ты думаешь, завтра будет много уроков?

Я, шагавшая впереди Мирона, остановилась, и он чуть в меня не влетел.

– Нам же говорили расписание, ты что не записал?!

Мирон, стоявший сейчас с двумя рюкзаками, заморгал.

– А надо было?

– Ну конечно! – закричала я.

– Я думал, ты запишешь.

– А я думала, что ты! Я в это время с учебниками вообще возилась!

И демонстративно подняла пакет и потрясла им перед носом друга. Насколько это было возможно с моим ростом.

Мирон еще пару секунд помолчал, а потом сказал:

– Да ладно тебе, что ты так раскричалась из-за какого-то расписания? Сейчас вон к Денису подойдем и узнаем.

Мирон кивнул на нашего одноклассника, который стоял неподалеку от нас. Вот чего не хватало для полного счастья!

– Не надо, – запротестовала я.

– Нет, Лад, тебя не поймешь! То надо, то не надо! Пойдем, чего ты?

И друг уверенно зашагал в сторону Дениса. Тот кому-то писал сообщение в телефоне и не обращал внимания на наши вопли.

– Дени-и-с! – крикнул Мирон и пошел к нему. Я поспевала сзади. Вот ненормальный!

Одноклассник, оторвавшись от телефона, посмотрел на друга. Меня он не замечал.

– Лада расписание на завтра не записала, прослушала, – начал Мирон. Вот придурочный! Сразу в дурном свете меня выставляет! – У тебя есть?

Денис вытянул шею и увидел меня. Я, уже запыхавшаяся, подбежала к ним. Сначала надо бы отдышаться. Еще пакет этот, мешается только!

– Нет, у меня нету. Я сам хотел у Лады спросить, но раз так получилось, придется у кого-то другого узнать.

Мирон, я тебе этого не прощу! Я хотела показать другу кулак, но передумала, потому что он на меня сейчас даже не смотрел.

– Ну ладно, мы тогда пойдем, – сказал Мирон и, развернувшись, зашагал прочь. Я, махнув Денису на прощание, тоже ушла.

Если бы не этот чудик, мне бы, может быть, написал Денис! Вечно все портит!

Практически всю дорогу до дома с Мироном я не разговаривала. Но ближе к моему подъезду поняла, что он не виноват, и начала тараторить, как будто мы ни к какому Денису за расписанием даже не подходили.

У Дениса серые глаза и темные волосы, аккуратные брови и ровный нос. Он, как я уже говорила ранее, высокий, а также спортивный. Но белая рубашка ему все-таки очень идет. Раньше я видела его только в футболках, иногда в кофтах, но в школьной форме – никогда.

Мирон, проводив меня до подъезда, решил, что мой рюкзак слишком тяжелый и предложил довести до квартиры. Он прекрасно знал мой адрес, потому что не раз был в гостях. Точно так же и я знаю, где он живет.

– Да ладно, я что, до квартиры учебники не смогу донести?

Мирон наблюдал, как я поднимала рюкзак.

– Точно не тяжело?

Я только махнула рукой:

– Нормально.

Придя домой, первым делом выложила все книги, чтобы поставить их на специально отведенную полку. Заняло это немного времени, но я все же немного устала. У меня целая зарядка получилась: то наклонялась за учебниками, то выпрямлялась, чтобы поставить их, затем снова наклонялась и снова выпрямлялась.

Расписания у меня так и не было. И я приняла решение написать кому-то из девочек, с которыми я более-менее нормально общалась. Кто-то из них точно записал.

Написала Алене. Она скинула мне это несчастное расписание сразу на всю неделю. Спасибо ей большое!

На следующий день я пришла в школу в хорошем настроении. Солнышко светит, можно ходить без сменки и куртки, что может быть лучше?

Но на литературе нам сказали писать сочинение про то, как мы провели лето. Я думала, что мы не будем, потому что за все годы обучения в этой школе мы таким не занимались. Но, увы, нам раздали листочки и отправили сочинять.

Я написала, что проводила время с друзьями (ага, конечно), была в нескольких городах (ври больше) и вообще лето прошло замечательно. А что? Это же сочинение, значит, могу сочинять, что захочу и сколько захочу.

Я покосилась на листок Мирона. Его кривой почерк было сложно понять, но я и не старалась. Местами он что-то зачеркивал, где-то подправлял. Со стороны это выглядело будто он – писатель, который усердно придумывает новый захватывающий сюжет.

– У вас осталось пять минут, – сказала Елена Борисовна, – поторопитесь!

Я быстренько пробежалась глазами по тексту, чтобы проверить, нет ли где-нибудь ошибок, и сдала работу.

– Мирон, следующая физика. Вместе сядем?

– Еще спрашиваешь?

– Ну, вдруг ты решишь переселиться за первую парту, поближе к физичке, чтобы задачи решать? – в шутку спросила я.

Друг покосился на меня и ничего не ответил.

В кабинете было прохладно. А все потому, что он находился не на солнечной стороне. Хоть какой-то плюс этого урока: не сжаримся на солнце.

Я кинула рюкзак на третью парту третьего ряда. И каково было мое удивление, когда Денис сел впереди нас с Мироном. С ним он практически не общался, а со мной уж подавно.

Мы с Мироном вышли из кабинета, чтобы прогуляться по школе, пока есть время. Вокруг была толпа учеников, практически каждый из которых спешил на занятие. До звонка оставалось еще целых пять минут, поэтому мы спустились на первый этаж. Вообще, мы там оказались потому, что мне приспичило посмотреть в зеркало (а то вдруг Денис будет крутиться, мне же нужно знать, как я выгляжу). Мирон, закатив глаза и вздохнув, поплелся за мной.

– Какой ужас! Что у меня на голове?! – закричала я, вертясь около зеркала, как юла.

– А что у тебя на голове? – не понял друг.

– А разве не видно? У меня петухи!

Мирон покосился на меня, как на чокнутую.

– Птицы? – осторожно спросил он, – ты давно у окулиста была?

Я лишь раздраженно начала переделывать прическу.

– Ничего ты не понимаешь! – с резинкой для волос в зубах ответила я, собирая волосы в более аккуратный хвост.

Мирон пожал плечами и посмотрел в экран телефона.

– Звонок был ровно две минуты назад, – сказал он.

– Че-его? – протянула я, закончив с прической.

Друг молча продемонстрировал мне экран блокировки.

– А что мы стоим??

Я и Мирон, не сговариваясь, быстрым шагом направились к лестнице.

– Стучи, – сказала я, скрестив руки на груди и кивнув на закрытую дверь кабинета.

– А почему это я? Мы опоздали из-за твоих петухов!

– Мои петухи тут ни при чем!

– Да что ты говоришь?

– Знаешь что?

– Что?

– Стучи давай, вот что!

– А ты чего командуешь?

– Я не командую!

– Что там за вопли? – раздался голос за дверью, она открылась, и перед нами появилась физичка. – А-а-а, наша парочка явилась. Ну проходите, проходите.

Логика железная! Я, по ее мнению, с Мироном дружить уже не могу? Кто-то в классе тихо захихикал, кто-то просто наблюдал за нами, а кому-то было все равно на наше опоздание.

Денис внимательно смотрел на меня. Я это заметила боковым зрением, когда шла к своей парте. В ответ смотреть не стала, обойдется.

– Раздражает она меня! – прошипела я Мирону, когда мы оба уселись.

– Меня тоже, – повернулся к нам Денис.

Я, наверное, немного покраснела, потому что не ожидала, что он вообще как-то отреагирует, но сделала вид, как будто все так и должно быть.

– Она с чего-то решила, что если я с Ладой хорошо дружу, значит, мы уже пара! – вставил свое друг.

Денис перевел взгляд на него.

– Она еще с прошлого года начала, – сказал он. Надо же, помнит.

– Угу! – недовольно промычала я.

– Лада, что ты там с Денисом общаешься? Потом с мальчиками успеешь время провести, сейчас направь свое внимание на учебу.

Я фыркнула и, взяв ручку, принялась списывать с доски. Денис отвернулся и тоже начал что-то писать. Ну вот! Такой момент испортила со своей физикой…

Весь оставшийся урок мы просидели молча. Все втроем. Мирон крутил ручку от скуки, подперев щеку рукой, а я слушала учительницу. Она рассказывала нам новую тему. В первый же день. Ну, я ничему уже не удивляюсь.

– Когда звонок? – спросила я у Мирона.

– Вон часы, – сказал он.

– Спасибо, а то я не знала.

– Обращайся.

Когда прозвенел звонок, я одна из первых вскочила с места, чтобы побыстрее собраться и смыться. Мирон быстро покидал все в рюкзак и направился ко мне.

– Ты вообще поняла что-то?

Я покачала головой.

– Вот я тоже. А она пообещала, что на следующем уроке будут задачи.

– Главное, чтобы не нас вызвала. Если кого-то другого, то все нормально.

Друг кивнул и зашагал в сторону кабинета алгебры и геометрии.

– Только первый день, а я уже устала, – сказала я.

– Да ладно тебе, еще немного осталось потерпеть, а потом домой, – подбодрил меня друг.

– И это только первый день! – вновь повторила я.

– Ну, с этим не поспоришь.

Последний урок тянулся целую вечность. Вот кто придумал ставить ИЗО в конец дня, когда все уставшие? Еще и голова начинала болеть.

– Сегодня мы рисуем на свободную тему, так как это первый урок.

Про себя я подумала, что мне очень не повезло, потому что на свободную тему рисовать я мало того, что не любила, так еще и не умела. Максимум могу двор со снеговиком изобразить и квадратный домик рядом. И все! На большее моя фантазия не способна.

– А тебе кто-нибудь нравится из класса? – внезапно спросил у меня Мирон.

Я к такому вопросу была не готова, поэтому растерялась. Так, нельзя говорить, что мне с недавнего времени понравился Денис. Путь это будет пока тайной.

– Не-а, а тебе?

Мирон задумался.

– Мне раньше Катя нравилась, – сказал он. – В прошлом году.

Я от удивления даже карандаш выронила, и он, упав, покатился по полу.

– А почему ты раньше со мной этим не поделился?

Друг только пожал плечами и продолжил, как ни в чем не бывало рисовать. Интересно.

– К чему вообще был этот разговор?

– Не знаю, что первое в голову пришло, то я и спросил.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Ничего у меня не получается! – ревела я, а Мирон сидел рядом и гладил меня по плечу.

Рядом лежал скомканный лист. Я решила попробовать себя в рисовании, но что-то пошло не по плану.

– Вот что это такое? – спросила я, расправив листок, и потрясла им перед носом друга.

Там должен был быть портрет Мирона. По идее.

– Что это за Кощей Бессмертный получился? – не унималась я, а друг терпеливо слушал.

Вытерла слезы с щек и, встав с кровати, уселась на ковер, скрестив ноги. Шмыгнула носом. Мирон присел рядом.

– Не переживай ты так из-за какого-то портрета! Может у тебя что-то другое хорошо получается. Например…

Друга оглядел мою комнату, а затем продолжил:

– Например, петь!

– Если я сейчас запою, у тебя уши в трубочку сложатся, – снова шмыгнув, сказала я. Представляю, как красиво выгляжу со стороны: лицо зареванное, нос и глаза опухшие и красные, ресницы склеились от слез. Только не хватало растрепать волосы, чтобы они торчали как ветки. И вылитая Баба Яга получится. Кощей вот уже есть.

– Я сейчас вернусь, – сказал Мирон и ушел, а я еще раз опустила взгляд на свой мятый шедевр. Н-да-а, не быть мне великим художником…

Друг вернулся быстро, буквально через минуту. В руках у него был стакан воды, который он принес с кухни.

– Держи, попей.

Я сделала пару глотков и поставила стакан на стол. Сама вновь уселась в ту же позу на ковер. Из-за солнца было жарковато, но сейчас мне не до этого.

– Рисовать у меня не получается, петь я тоже не умею…

– А ты попробуй… – Мирон задумался, – попробуй книгу написать. Про нас.

Я покосилась на друга:

– Думаешь, кому-то будет интересно читать, как встретились два придурочных и стали лучшими друзьями?

– Что сразу придурочных-то?

Ему явно не понравилось, что я держу его за такого. Но он больше ничего не сказал, потому что понимал, что я не специально, а на эмоциях.

– Пойдем прогуляемся? – неожиданно предложила я, – воздухом подышим. Это полезно. А я заодно успокоюсь.

Мирон кивнул, а я выгнала его из комнаты, чтобы переодеться в уличную одежду. Надев черную толстовку с капюшоном и джинсы, вышла. Он ждал меня в коридоре уже готовый. А что ему собираться? Накинул куртку и пошел.

На улице было прохладно и хорошо. Середина сентября все-таки. Зато в октябре начнутся постоянные дожди и тучи. Поэтому наслаждаемся последними теплыми днями.

Засунув руки в карманы, я пошла в сторону детской площадки, а Мирон шел рядом.

– Какой у тебя был самый запоминающийся момент из детства? – спросил друг, плюхнувшись на скамейку, когда мы дошли до места назначения.

Я, приземлившись около него и подняв голову, смотря в небо, ответила:

– Наверное, когда я ногу подвернула, упав с роликов.

Солнце ушло за облака, а я, прикрыв глаза, наслаждалась ветерком, который слегка дул в лицо. Руки так и оставила в карманах, чтобы не обсохли.