Все псы попадают в рай

Глава 1.

– Ребята, поторопитесь! Джейн, Роуз, хватит фотографироваться, – женщина пересчитывала ребят, сверяясь со своим списком, она поправила свою юбку-миди и посмотрела на последнего в списке, – Оливер, мы все ждать тебя должны?! – женщина, по совместительству учитель математики и классный руководитель этих ребят, строго посмотрела на парня, который усердно разглядывал высокие стены музея искусств, куда ребята приехали на школьную экскурсию.

Автобус, который подвез ребят прямо ко входу в здание музея уже уехал, а этот парень всё ещё стоял поодаль от своего класса. На нем были черные штаны карго, растянутая серая худи и массивные черные кроссовки. Он лениво перевел взгляд на учительницу и своих одноклассников и, убрав прямые темные пряди волос, которые лезли ему в глаза, направился к своему классу, сжимая в кармане штанов телефон.

Мадам Одли еще раз пересчитала ребят и первой направилась вверх по широкой каменной лестнице ко входу в музей. Сегодня был выходной, народу в музее было много. Да так, что в вестибюле яблоку негде было упасть. И это неудивительно, потому что у музея искусств впервые за десять лет такое масштабное мероприятие. Музей открывает три зала с живописью и скульптурой, которые были закрыты последние года. Там шли восстановительные работы после пожара, который произошел десять лет назад. Из-за такого события почти весь город собрался сегодня по этому поводу. Школа Оливера выделила двадцать пять билетов, чтобы его класс и мадам Одли сходили на такое важное событие. Сейчас учительница оставила ребят стоять и ждать её у массивной мраморной вазы, подальше от столпотворения, пока она сходит и возьмет забронированные для них билеты на кассе. Оливер оглядел своих одноклассников, которые переговаривались между собой, некоторые начали фотографироваться, однако из-за снующих туда-сюда людей они всё время толкали своими локтями Оливера и маячили макушками перед глазами. Одним словом – раздражали.

– Когда вы уже попадете внутрь? – четко донеслось из микронаушника парня, – Эван уже ждет на крыше.

Оливер огляделся и, когда удостоверился, что на него никто не смотрит, сказал:

– Мы даже билеты ещё не получили, – горько усмехнулся он, – разве нельзя заранее получить билеты? – ругая свою школу, пробурчал тот и огляделся на кассы, – так, оставайтесь на связи, она идет.

Парень посмотрел на женщину, которая держала стопку билетов в своей руке. Женщина-контролер в синей жилетке с эмблемой музея искусств, получив на руки двадцать пять билетов, четко отсчитала ребят и впустила их. Там же каждый ученик пропустил свои сумки через рентген и прошёл через металлоискатель.

– Ты ничего с собой не взял? – поинтересовался всё тот же голос в наушнике, – вообще никакое оружие?

– Нет, Брайан, – проговорил Оливер, забирая свой рюкзак и оглядывая помещение.

Из вестибюля шли два коридора, которые вели в противоположные части музея. Посетителей было много, экспозиции здесь ещё пока никакой интересной не было, поэтому все ютились по краям стен, ожидая своих гидов. Оливер перевел взгляд на камеры, что висели под потолком, как того толкнул его одноклассник, который также забирал свою сумку.

– Смотри, где стоишь, придурок, – сказал тот и прошел через Оливера, ещё раз намерено толкнув его в плечо, тот на это лишь цыкнул и раздраженно закатил глаза.

Группу школьников и мадам Одли встретил мужчина, который представился Заком. Он сказал, что в ближайшие два часа он будет их экскурсоводом, а также проведет по только что открытым залам. Оливер тихо шёл в конце, вместе с мадам Одли, которая тщательно следила за учениками, чтобы те не шумели или не сбегали, когда им скучно. Парня же вообще не волновала скучная экспозиция первых залов. Он её уже тысячу раз видел, больше его волновали входы и выходы этих самых залов, где у каждого стояло по охраннику.

– Как далеко статуэтка от меня? – тихо проговорил в наушник Оливер, когда учительница, наконец, отошла от него, чтобы сделать замечание двум девушкам, которые слушали музыку в наушниках.

Класс с гидом прошли уже четыре зала, останавливаясь почти у каждой картины или скульптуры. Гид что-то живо рассказывал ребятам, которые остановились у очередного произведения искусства. Кажется, только Заку, гиду, и было интересно в данный момент, Оливеру было скучно, всем его одноклассникам тоже, мадам Одли была больше занята поведением ребят, а не уникальной экспозицией музея.

– Через пять залов, если повернуть у выхода направо, – донесся другой голос в наушнике, немного шепелявый и тихий, – там стоит два охранника, камеры я выключу, когда скажешь.

– Отлично, Кевин, – слегка улыбнулся Оливер и огляделся, людей в этот зал прибыло ещё больше, ему это только на руку, сложно скрыться от пытливого взгляда мадам Одли.

– Артур идет, пробирайся к выходу, – проговорил первый голос, который принадлежал Брайану, он звучал четко и холодно, будто приказ.

– Смотри, это Артур Вудс? – восхищенно пропищала над ухом Оливера одна из одноклассниц парня, девушки подоставали свои телефоны из сумочек и направили их на высокого парня, который плывущей походкой зашел в зал.

Артур Вудс – один из самых известнейших модельеров и деятелей моды в стране. В свои двадцать четыре года молодой человек имеет достаточно успешный и крупный модный дом. Его неповторимый стиль узнают многие модные критики, которые достаточно редко критикуют его работы, отмечая тонкую нить балансирования между простыми моделями стиля кэжуал и достаточно пафосными и вычурными для выхода в свет. Чаще всего модельер создает коллекции мужской одежды, которые народ принимает с охотой. В последние годы Артур Вудс отмечает, что общается с пятью разными по характеру людьми, на основе которых он создает одежду для каждого типа, будь мужчина долговязым или низким, полным или худым, любителем пафоса или скромнягой. Но, как отмечают журналисты, сколько бы молодой человек не говорил о том, что он создает одежду для всех, подавляющее число его моделей по фасону роскошны, дороги и обладают своей долей вычурности, как и сам модельер, который и дня не может прожить без шелка и дорогих украшений. Артур Вудс – обладатель запоминающейся внешности. Он высок, строен. Его кожа гладкая и имеет цвет самой сладкой карамели. Лицо обрамляют хитрые раскосые такие же карамельные глаза с длинными нижними ресницами и длинные розовые губы, которые почти на всех фотографиях растянуты в бессовестно обаятельную улыбку. Артур Вудс не боится экспериментировать со своей внешностью, довольно часто меняя цвет своих волос, но всё же молодой человек отдает предпочтение пепельно-русому оттенку.

Модельер является одной из самых ярких и скандальных личностей всего Олимпа, а это сборище известных и богатых, для кого скандалы – обычная рутина. Множество изданий пытались обнаружить скелеты в его шкафу, но тот всегда выходил чистым из множества скандалов, которые устраивают издания. Так почти вся личная жизнь модельера находится за семью печатями, никому ничего про Артура Вудса не известно. Известно то, что он не женат, но и за интрижками не был пойман, а это открывает желтой прессе просто уйму дорожек, по которым можно пойти за однодневными (а если и повезет, недельными) сенсациями.

И сейчас Артур Вудс вежливо приветствовал всех своих поклонников, которые в эту же секунду отвлеклись от рассматривания произведений искусств. Одет он был в свободного кроя шерстяные штаны, черную водолазку и бежевое пальто. Он аккуратно поправил очки в тонкой позолоченной оправе рукой, на которой висело несколько серебряных браслетов.

Он четко выполнил свою работу, подумал Оливер, проходя мимо охранника, который отвлекся на приход такого громкого гостя. Не каждый день в скучный музей искусств посреди бела дня заявляется один из самых известных и скандальных модельеров. Оливер проскочил через своих одноклассников и мадам Одли, которая сделала девушкам, что стали фотографировать молодого человека, замечание.

– Она может скоро тебя хватиться, – прокомментировал очевидное Кевин, делая глоток бодрящего кофе и закусывая это всё недельными снэками, которые лежат в фургоне ещё с их прошлого дела.

Он увеличил лицо учительницы на экране, которая отобрала телефоны у двух учениц и строго посмотрела на них.

– Не хватится, – проговорил Оливер, проходя по коридорам, петляя между людьми и скрывая своё лицо под отросшими волосами, – если Брайан начнет нормально выполнять свою работу.

– Эй, ты мелкий, – послышалось незамедлительно из наушника, – если бы не я, вы даже леденец из магазина не украли бы, не то, чтобы статуэтку из музея искусств.

– Ладно, твоя взяла, Брайан, – усмехнулся Оливер, подходя к повороту, который вел в нужный зал.

Там временно ничего не выставлялось, к открытию трёх новых залов почти вся экспозиция была перемещена в центральные залы музея, оставляя в этом крыле несколько не очень ценных произведений. Пару тройку картин неизвестных художников и семь статуэток, которые входили в ансамбль «Смертные грехи», им нужна была жадность.

– Брайан, ты отвлекаешь там? – поинтересовался парень, поправляя наушник в ухе.

– Пожалуйста, это крыло временно не работает, там ведутся внезапно запланированные работы, прошу пройти в зал импрессионистов через парадную лестницу, – послышался голос Брайана, как подтверждение.

Оливер кивнул, хотя его никто и не видел, чтобы заметить этот жест.

– Кевин, отключай камеры, – сказал парень.

– У вас три минуты, – проговорил всё тот же шепелявый голос, – Эван, готовься.

– Я уже, – донесся голос того самого Эвана.

Парень стоял на крыше, смотря через стеклянные окна на то, как Оливер появляется перед двумя охранниками, предварительно нацепив черную тканевую маску на лицо. Он хватает руку одного из охранников, который собирался взять свой пистолет из кобуры на спине, и сразу же бьет того в нос, откидывая к стене. Оливеру хватает секунды, чтобы заметить Эвана, который открыл стеклянное окно и начал спускаться по веревке вниз к нише, в которой стояли семь статуэток.

Второй охранник хватается за рацию, чтобы сообщить о проникновении в зал под номером пятнадцать, но Оливер среагировал быстро, выбив рацию из рук мужчины и разбив её, следом он налетел на охранника, захватив обе его руки и нагнув, ломая нос тому своим коленом. Мужчина без сознания валится к ногам Оливера, тот застегивает на его шее черный кожаный ошейник с стальными шипами.

Двое парней оказались перед статуэтками и растерянно переглянулись. Все статуэтки были почти одинаковыми, не считая небольших различий в форме и цвете.

– И какая из них жадность? – поинтересовался Эван.

Его голос был достаточно низким, что никак не вязалось с его фигурой. Он был низковатым, но спортивным. В свои двадцать лет больше смахивал на школьника, как Оливер, но своими поступками и подходами к исправлению ошибок, которые чаще всего зачинял Оливер, он был умен не по годам и на удивление терпеливым. Сам парень своей стойкости и спокойному характеру благодарен своей спортивной школе и тренерам, которые хорошо его воспитали, но именно своих тренеров и эту самую школу он вспоминает с завидной яростью и ненавистью. Оливер поправил камеру, которая была прикреплена к его эмблеме на худи, показывая Кевину все статуэтки.

– Седьмая, она седьмая, – сказал после непродолжительной паузы тот.

Эван поместил статуэтку в вакуумную черную сумку, мгновенно выкачав из той воздух, и снова зацепился за веревку. Он кивнул Оливеру, который тоже поспешил на выход, потому что Брайан сообщил тому, что его отсутствие заметила мадам Одли. Снова появившись в толпе, Оливер подошел в своей учительнице, кивнув Артуру и Брайану. Та сразу же начала причитать о безалаберном поведении парня, потому что она заставила того администратора (в лице Брайана) начать его поиски. Тот заверил учительницу, что просто ходил в туалет, но там была длинная очередь, а отлить, как выразился Оливер, ему нужно было срочно.

– Ужас, Оливер, – поморщилась женщина, – так выражаться при даме.

Уже на выходе из музея его ждал черный джип с тонированными окнами. Парень попрощался с мадам Одли, сказав, что это за ним приехал отец. Внутри машины его ждал Брайан. Оливер прыгнул на пассажирское сидение и оглядел салон джипа.

– Эван уехал с Кевином? – поинтересовался у Брайана тот, когда машина начала выезжать с территории музея, в котором в данную секунду сработала сирена, пропажу обнаружили только сейчас.

– Они ждут нас в переулке, – коротко ответил тот, сворачивая в переулок.

Как только они проехали небольшой фургончик, фары того зажглись, и машина последовала за джипом, выезжая на главную магистраль.

– Уолтер, мы это сделали? – проговорил Артур, первым приехав в их секретный штаб.

В подвале никого не было, хотя обычно Уолтер их уже ждал там. Спустившись по трем ступеньками вниз, модельер подошёл к холодильнику и достал оттуда бутылку с шампанским, быстро открыв её, он налил себе бокальчик и, усевшись на черный замшевый диван, посмотрел на железную дверь, которая открылась. В подвале появилась компания из четырех парней, которые также спустились и разместились на диванах и креслах. Оливер полез в холодильник и достал оттуда остатки китайской лапши, что они заказывали позавчера. Он уместился на диване, закинув ноги на стеклянный журнальный столик, что стоял рядом. Эван принял от Артура бокал с шампанским и положил на стул черную сумку с статуэткой. Кевин тоже принялся за начатую уже пачку чипсов.

– А где Грег? – поинтересовался Эван и посмотрел на Брайана.

Брайан являлся бесспорным лидером ребят, которых пресса в городе назвала Ищейками, потому что парни на местах преступления оставляют черные кожаные ошейники. Группу из шести парней два года назад собрал парень по имени Уолтер по приказу Босса, как ребята между собой называют того, кого они ещё ни разу не видели. Они специализируются на кражах не только произведений искусств, но и драгоценностях, которые потом через Уолтера и Босса продают тем, кто за это заплатил неплохие деньги. Не любимы в полиции, потому что работают тихо, чисто и аккуратно, не оставляя за собой никаких следов, прямо как идеально обученный и натренированный пес-ищейка. Брайан без преувеличений считается головой и мозгом этой группы, потому что обладает незаурядным умом, смекалкой и сноровкой, которая не раз спасала Ищеек. Чаще всего он с помощью Уолтера продумывает ход дела в мельчайших деталях, а также разбирается со всеми возникшими по ходу проблемами. В свои двадцать пять лет он работает в достаточно известной адвокатской конторе. Какая ирония, считает Брайан до сих пор.

Брайан, который был достаточно высоким и атлетичным, огляделся и запустил руку в песочного цвета волосы. Присутствия ещё какого-либо человека он не заметил, значит Грега здесь нет.

– Не знаю, я сказал ему подойти, – Брайан опустился на диван и посмотрел на часы, скоро должен подойти Уолтер, чтобы забрать статуэтку.

Старенькие часы, которые стоят тут с самого появления Ищеек и которые никто не хочет выкидывать, хотя они и раздражают своим сломанным тиканьем, пробили ровно шесть вечера, когда железная дверь с электронным замком запищала и открылась. В помещение зашел высокий парень в строгом черном костюме со слегка расслабленным галстуком. Он прошелся до ребят, стуча каблуками начищенных лаковых туфель, и остановился, положив свой дипломат на стол, оглядывая Ищеек.

– Вижу статуэтку забрали, – проговорил тот, принимая в руки пакет со смертным грехом, – читал новости, сработали чисто, у полиции нет зацепок.

Ребята хмыкнули, плевое дело, как говорит Оливер.

– Вы точно «жадность» забрали, заказчику другие грехи не нужны? – молодой человек посмотрел на Брайана, убирая прядь черных волос.

– Точно, – проговорил Кевин, – если не веришь, можешь проверить.

Уолтер только кивнул головой, полностью доверяя Ищейкам, им нет смысла обманывать того, который лично нашёл всех, давая им второй шанс на жизнь. Уолтер не только тот, кто собрал всех ребят вместе, он ещё и тот, кто объединил их, хотя, как сам говорит Уолтер, он только исполнял приказ Босса, не больше, но у Артура и Эвана с Оливером другая точка зрения, особенно, когда те под алкогольной дымкой сидят в подвале и обсуждают всё на свете.

Уолтер оглядел ребят, не замечая одного.

– Где Грег? – тихо, но строго поинтересовался тот.

Обычно они редко задействовали помощь Грега, лишь тогда, когда им нужно подчищать за собой следы, но тот всегда исправно приходил на их собрания.

– Должен скоро подойти, – ответил Брайан, – я могу ему позвонить?

– Нет необходимости, – прервал того Уолтер, он предпочитал не часто пересекаться с тем, кого в банду привел не он, – статуэтку я забираю, а вы свободны, пока дела нет.

– Больше нет никаких дел? – спросил Оливер, выкидывая уже вторую коробку из-под лапши в урну, – че прям вообще нет?

– Босс прямо не говорил, но намекнул, что скоро появится новый заказ, не крупный. А что? – Уолтер перевел взгляд на школьника, забирая со стола свой дипломат.

– Завтра лабораторная по биологии, не хочу на неё идти, – недовольно пробурчал тот, всё ещё роясь в закромах их холодильника, обычно после дел он очень голодный, за состоянием холодильника чаще всего следит Уолтер, который заказывает ребятам еду, когда они разрабатывают дело или просто тренируются здесь.

Эван цыкнул и встал с дивана, прощаясь с Уолтером, ему надо немного потренироваться, Оливер поплелся за ним, потому что тот обещал научить очень крутому захвату, он обещает это уже два года. Артур поспешил покинуть подвал сразу же после Уолтера, он должен с утра присутствовать на фотоссесии его коллекции, без его ведома в агентстве ничем не занимаются. Брайан прошел в свою маленькую каморку, которую ребята специально выделили для него, посовещавшись всем вместе, он их мозг как никак. Он набрал номер Грега, но телефон того был выключен. Неужели он принялся за старое? Кевин завалился на диван, чтобы вздремнуть, ехать к себе, на окраину города, нет совершенно никакого желания, да и в квартире тихо и пусто в отличии от их подвала, где повсюду слышится падения Оливера на мягкий резиновый ковер в их тренировочном зале от удара Эвана и причитания, потому что это нечестно, он не успел подготовиться.

Глава 2.

Для весны сегодня было достаточно прохладно. Вдалеке на небе виднелись тяжелые серые с примесью синего тучи, в некоторых местах они были устрашающе черными. Они двигались по небу плавно, потихоньку надвигаясь на солнце, через несколько минут полностью задавив его в своей внушающей массе. Вдали пророкотал гром, гроза идет медленно, но верно. К обеду она, скорее всего, доберется до центра. Брайан не спеша шел по широкому тротуару, по которому мельтешили жители города. По правую сторону от парня располагалась огромная дорога в шесть полос, по левую- длинная стена из многоэтажных домов, первые этажи которых были сданы под модные магазины одежды, новые кофейни, также тут было несколько салонов красоты и книжных магазинов, но они были на другой стороне улицы. Зеленый свет светофора позволил Брайану перейти через дорогу по пешеходному переходу, он ловко лавировал через людей, которые спешили по своим делам. На часах было десять утра. Самое то, чтобы выпить свежий кофе.

– Черный кофе, – сказал милой бариста в черном фартуке парень, смотря на экран своего телефона.

Он бы уже давно занес этот контакт в черный список, но это его босс, его игнорировать нельзя, не каждый день тебе предлагают работу в одной из ведущих адвокатских фирм и берут в сильную и известную команду.

– Доброе утро, мистер Додсон, – максимально вежливо проговорил парень, хорошо что через экран телефона не видно, какую кислую мину составили оба участника разговора, – вам что-то очень срочное понадобилось в мой выходной?

– У тебя нет выходного, Моррис, – ядовито проговорил тот.

Скорее всего он сейчас сидит в просторном кабинете и чешет свою лысину. Явственно представив эту картину, Брайан тихо прыснул от смеха, смотря, как девочка-бариста пыхтит над его кофе.

– Завтра в контору, есть дельце, – продолжил тот.

– Я могу вам отказать? – усмехнулся парень, – у меня первые полные выходные за этот месяц, вы каждый мой выходной вызываете меня для важного «дельца», но дальше заполнения чужого отчета это дело не заходит. Простите меня, но я вынужден вам отказать, я вернусь послезавтра, когда закончится мой выходной.

– Либо ты тащишь свой зад сюда завтра утром, Моррис, либо я ищу нового адвоката в свою команду, – прокричал в трубку мужчина, Брайан отодвинул телефон от уха, позволяя только что подошедшей бариста расслышать надрывающийся голос мужчины, она понимающе кивнула, мол, начальников не выбирают.

Парень тихо взял свой кофе и только собирался убрать свой телефон в карман пальто, как дисплей снова загорелся от входящего звонка. На экране высветился Уолтер.

– Новое дело, про которое ты нам упоминал? – поинтересовался Брайан, отпивая свой кофе, то что надо, таким холодным днем.

– Да, наконец, мне от Босса поступил официальный заказ. Я уже обзвонил всех ребят, жду вас через час в подвале. И это…– парень на том конце замолчал и раздраженно вздохнул, – сообщи об этом Грегу.

– Он опять не берет трубку? – усмехнулся Брайан, и так зная ответ, Грег никогда никому не отвечает, он вообще редко с кем разговаривает.

И Уолтера это немного раздражает, потому что не всё под его контролем, потому что не на всех его власть распространяется, потому что авторитет падает.

– Ладно-ладно, я ему позвоню, – прервал затянувшуюся паузу Брайан.

** *

В подвале Ищеек как всегда пахнет китайской лапшой, ароматным кофе и сигаретами, которые курили только двое: Брайан, когда ему всё и вся надоест и Грег, который слишком много размышляет над своим прошлым. Эван не курит, он всё-таки спортсмен, хотя и бывший, Оливер хотел бы, но тогда Эван перестанет его учить всяким разным крутым приемчикам. Артур не хочет привыкать к этой пагубной привычке, хотя пару раз пьяным всё-таки это делал, но на утро получал люлей от Брайана, ибо нефиг тырить его сигареты, у Грега он красть боится, ему ещё жить хочется. Кевин просто курить не умеет, у него есть другая привычка, обычно он занят поеданием разных закусок, начиная мармеладками и заканчивая солеными палочками, которые продаются тут недалеко. А Уолтер просто не курит, а может и курит, ребята не знают, они про него мало что знают, если так подумать.

– Через три дня в порт должны прийти три картины Тоширо Комацу, – раскладывая перед ребятами папки с делом, проговорил Уолтер, – они изображают санзе – три мира: прошлый, настоящий и будущий. Через три дня в десять часов вечера их с порта забирает настоящий покупатель. Ваша задача: перехватить картины и доставить нашему заказчику.

Уолтер замолчал, посмотрев на ребят, которые сосредоточенно рассматривали папки со всей информацией по делу. Тут железная дверь с характерным пиком открылась и в помещение зашёл парень. Он застыл на пороге, все шесть пар глаз на него уставились, он слегка кивнул Ищейкам и сразу же постарался спрятать свои темные глаза за длинной челкой смольного цвета. Он взял папку, которую протянул ему Брайан и уместился на кресле в углу комнаты, там, где потемнее. Уолтер обвел вошедшего Грега изучающим взглядом и продолжил свой рассказ. Через пятнадцать минут он ушел, оставив ребят наедине. Он всегда на связи, если вдруг у тех возникнут проблемы.

– Приду в среду за картинами, – последнее что сказал молодой человек, прежде чем хлопнуть массивной железной дверью.

Оливер сразу же пошёл за пиццей, которую они заказали ещё утром, вернувшись с коробкой из местной пиццерии и несколькими банками с газировкой, он плюхнулся на диван, вытянув ноги и сладко зевая.

– Слишком легкое дело, – наконец сказал он, – просто перехватить картины, не слишком ли просто для нас?

– За эти санзе заказчик не плохо отвалит деньжат, – проговорил Эван, смотря на пометки Уолтера, – разве ты у нас не любитель халявы за большие деньги?

– Это то да, – перехватывая у Кевина кусок пиццы, выдал довольно Оливер.

– Тут не сказано сколько людей приедет за живописью, – протянул Кевин.

– Может машина, может две, – сказал Брайан, – в любом случае поедем все. Действуем, как и всегда. Грег, – парень посмотрел на силуэт в углу комнаты, тот перевел на него взгляд с папки, – работаешь сверху, если вдруг что пойдет не так, Оливер и Эван работают снизу, громилам этого покупателя явно наши действия не понравятся, Кевин сидит в ложной машине, мы в настоящей.

– Мы эту схему уже год не меняем, – вдруг завыл Оливер, – Грег, хочешь с нами внизу подраться, а то со своими пушками наверху совсем одичал?

– Очень смешно, – только и сказал Грег, прежде чем, кинув свою папку к ребятам на стол, выйти из подвала.