Роковой подвиг Геракла

Меркурий стократ уставший

Мирэй Нунтиудос смотрела в пустоту беззвездного пространства, совсем недавно вернувшись на борт космического эсминца. Капитан эсминца запросил приказ на бросок вспышки, чтобы преодолеть космическую бесконечность и как можно быстрее достичь цели назначения, которая, судя по грифу задания, была крайне срочной и крайне важной. Мирэй ответила: «Чуть позже», вернулась к себе в отсек и просто уставилась в абсолютную тьму космоса. Ей хотелось несколько минут просто посидеть, выдохнуть и сосредоточиться на выполнении поставленной цели.

Должность прокуцера, или, если полностью – прокуратора-кадуцера созвездия Лиги, означала, что она представляет само созвездие и напрямую подчиняется Первому легионеру созвездия. Его приказы она должна была выполнять в любое время, не считаясь ни с чем. Задания, которые он ей поручал, всегда носили существенный характер и имели значимость, как минимум, для звезды созвездия. Поручение, которое Мирэй летела выполнять сейчас, имело жизненно важное значение для созвездия в целом. Необходимо было освободить из плена фактически божество – канцлера жизненной силы и энергии созвездия, Ленни Интра-Гамйона.

Его и весь экипаж космического крейсера удерживали на комегелусе «Гермес» – огромном звездолете, больше походившем на огромный кусок камня шарообразной формы. «Гермес» одновременно был единственным обитаемым объектом цивилизации Фругис Силапис, которая кочевала по бескрайним просторам космоса. Канцлер Ленни Интра-Гамйон прибыл к ним с официальным визитом для заключения всезвездного соглашения об обеспечении комегелуса «Гермес» трансимпульсной энергией. Фрусилаписов не устроили условия соглашения, и когда канцлер сказал, что не может пойти на их условия без согласования с Первым легионером, они захватили крейсер, состыковали его с комегелусом, команду заморозили, а самого канцлера взяли под постоянный контроль.

Первый легионер сказал ей: «Освободи его любыми способами. Этот «Гермес» хоть и больше любого нашего крейсера, но по сравнению с любой планетой – так, большой камень. Если они только заподозрят опасность, то могут просто исчезнуть в мгновение ока. Их комегелус – самый быстрый звездолет в этой части Вселенной. Они скроются, захватив с собой крейсер канцлера. А там… весь наш Ленни… сама понимаешь».

Мирэй знала, о чем говорил Первый легионер, и его опасения были обоснованы. Поэтому с требованием об освобождении канцлера он послал ее. Официально она летела с ответом Первого легионера. Но задача стояла другая.

Комегелус Фругис Силапис получал ускорение в считанные доли времени и был самым быстрым не только звездолетом, но и населенным космическим объектом. Одним богам было известно, как и за счет чего он разгонялся. Не менее загадочны и чрезвычайно хитры были сами представители этой цивилизации – шарообразные живые существа из какой-то вязкой жидкости серебристо-белого цвета. Они просто парили в воздухе, если необходимо, то вытягивались, а летали просто с бешеной скоростью. У них не было ушей, но они воспринимали и понимали речь. У них не было ни рта, ни языка, но говорить они могли на любых языках. Когда они говорили, то их поверхность покрывалась легкой рябью.

Это была та миссия, к выполнению которой необходимо было готовиться тщательно. Надо было хорошо продумать, как сделать так, чтобы освободить и канцлера, и команду, и забрать то, что хранилось на крейсере. О соглашении речь уже фактически не шла.

Мирэй надела на голову обруч знаний, включила его, выбрала на пульте нужный раздел, закрыла глаза, откинулась на спинку кресла и сосредоточилась на поступающей в мозг информации о фрусилаписах в виде конкретных образов. Но не успело в часах просыпаться и пары горстей песчинок, как от Первого легионера поступило новое задание. Она прервалапоток данных и прослушала сообщение. Срочно требовалось ее присутствие в одной из звездных колоний созвездия. Там разгорались языки пламени возможного восстания недовольных рабочих. Усугублялась и подогревалась вся эта ситуация еще и тем, что сами управленцы не были довольны складывающейся обстановкой в колонии. Канцлер, руководивший колонией, не смог самостоятельно решить местные задачи, и они переросли в проблему созвездия. Чтобы потушить еще не разгоревшийся костер, необходимы были безотлагательные меры, и при том мирные. Ввод боевого флота созвездия в колонию лишь обострил бы ситуацию.

Мирэй направилась к капитану, сказала ему, чтобы тот направлял эсминец, как и прежде, а ей необходимо на время телепортироваться в другое место. Телепортироваться к фрусилаписам на комегелус «Гермес» она, конечно же, тоже могла, но сама миссия подразумевала важность и величественность прибытия, и, кроме того, к ней надо было подготовиться.

Мирэй надела скафандр телепортации, выбрала на пульте управления точку назначения, включила «Пуск» и исчезла с эсминца, как и не бывало. Тут же она появилась во дворце Феакса – одной из самых отдаленных колоний созвездия Лиги. Канцлер Феакса, понимая, что вызвал гнев Первого легионера, с одной стороны, и не желая лишаться должности, с другой стороны, увидев Мирэй, попытался придать своему лицу и голосу спокойствие относительно возникшей ситуации.

– Прокуцер Нунтиудос, приветствую вас. Для нас большая честь видеть вас на Феаксе, и право жаль, что вы отвлекаете свое время на этих забастовщиков. У нас все под контролем, и мы бы …

– Помолчите, канцлер, – оборвала его Мирэй. – Я сама не в восторге от своего присутствия здесь, но такова воля Первого легионера. А это значит, что у вас тут не все под контролем. Итак, какова ситуация? Только объективно и без прикрас.

– Я сейчас попрошу доложить об этом первого советника, – канцлер придал лицу важность и напыщенность.

– Вы не владеете ситуацией, канцлер? – тут же поставила его на место Мирэй, не желая при этом слышать дальнейший абсурд. – Хорошо, зовите первого советника, я пока сниму скафандр. Пусть меня проводят в мои покои. Встречаемся в зале советов безотлагательно.

Канцлер распорядился о сопровождении прокуцера до ее покоев, и не успели они с первым советником перекинуться и парой слов, как Мирэй уже стремительно вошла в зал советов, отказавшись занять место председательствующего.

– Это ваше место, канцлер, – сказала она и села за одно из мест, предназначенных для лиц, представляющих созвездие Лиги в целом. – Первый советник, какова ситуация? Объективно.

– Рабочие не выходят на работы два дня. Поставка руды не приостановлена, так как до этого добыча шла с опережением графика. Если сегодня к вечеру добыча не возобновится, завтра начнется проблема с поставками, – ответил тот кратко.

– Что требуют рабочие? Что не устраивает аппарат совета? – Мирэй не смотрела на канцлера.

– Рабочие – не стандартно. Требуют обновления системы по обеспечению безопасности. Аппарат … – первый советник посмотрел на канцлера и, опустив голову, продолжил: – Аппарат не согласен, что обновление системы безопасности должно произойти за их счет, это во-первых. А во-вторых, они не хотят выходить на места работ и следить за безопасностью, так как это должны обеспечивать роботы, которые частично выведены из строя. Технические проблемы.

Мирэй вывела на дисплей данные о технической проверке роботов, обеспечивающих безопасность работ в шахтах. Большая часть роботов нуждалась в замене.

– Канцлер, ситуацию с роботами надо было решать задолго до сегодняшнего дня, – она посмотрела на него и, так же не желая ничего слышать в оправдание, вновь обратилась к первому советнику. – Ситуация ясна, но почему они не вышли на работы? То, что часть роботов не функционирует, никогда не было проблемой.

– Дело в том … – советник замялся, но дал ответ: – Двое рабочих погибли накануне массового невыхода на работу. Собственно, это и стало причиной невыхода на работы.

– Есть доля активных шахт, тех, что обеспечены роботами по безопасности? – спросила она.

– Да, – первый советник тут же вывел на дисплей расчет.

– Хорошо, – Мирэй задумалась и сама вывела на дисплей данные по вводу и проверке роботов, обеспечивающих безопасность.

После этого она активировала личный дисплей, который в виде линзы был наложен на левый глаз. Информация с пульта управления, который в виде накладки размещался на левом предплечье, поступала в линзу и проецировалась отдельными ее сегментами в виде крупного текста и рисунков в пространство перед Мирэй. Эти данные, через другие сегменты линзы, она воспринимала, не опасаясь, что кто-нибудь сможет их увидеть. В результате никто не знал, какой информацией располагала Мирэй в ходе общения. Она вывела данные о сроках службы и назначении канцлера и первого советника.

– Итак, канцлер, ваши предложения, – обратилась она к тому, изучив сведения.

– Ну-у, наверно, можно попытаться продолжить работы в той части шахт, где это возможно с учетом находящихся в исправном состоянии роботов, – очень неуверенно промямлил канцлер.

– Простите, простите, – взволнованно вмешался первый советник. – Именно так я и хотел предложить. У нас есть расчет по доле активных шахт, в которых можно продолжить работы. Мы можем договориться с рабочими о беспрерывной работе, чтобы не было простоя с добычей руды и ее отправкой. Расчет уже готов, если начать работы в течение трех сегментов Светила. И срочно сделать запрос на поставку роботов. А рабочим пообещать, что с них не будут взысканы штрафные санкции за простой, если они безотлагательно продолжат работы там, где безопасно. В остальных же зонах шахт работы будут возобновлены после поставки роботов.

– Это уже сделано, – мрачно ответил канцлер, недовольно посмотрев на первого советника. – В смысле, что роботы уже заказаны.

– Прекрасно, советник, – сухо ответила ему Мирэй, игнорируя ответ канцлера.

– Благодарю вас, – первый советник привстал, слегка согнувшись, улыбнулся и обратно сел.

– Канцлер, вот так надо решать задачи, – Мирэй посмотрела с упреком на того, показывая рукой на первого советника.

Канцлер поджал нижнюю губу и опустил голову. Мирэй посмотрела на первого советника. Тот расцвел. Мирэй молча достала небольшой плазменный пистолет и выстрелила в голову первому советнику. Он умер, не успев сообразить, что произошло. Канцлер смотрел на Мирэй ошалевшим взглядом. Та спокойно убрала пистолет и начала говорить, не глядя на канцлера, а только потом уже неспешно перевела взгляд на него: «Канцлер, вам нужно более внимательно относиться к кандидатурам на пост первого советника. Как только вы его назначили, а это было 34 оборота планеты назад, у вас сразу начались проблемы. И обратите внимание, за все ваше правление проблем с безопасностью не было в принципе, а появились они только с началом руководства первого советника. И я не удивлюсь, если в ходе расследования инцидента в шахте станет известно, что советник способствовал ускорению смерти рабочих». «Он столько уже работал на должностях советников по различным сферам… Я даже не ожидал», – растерянно ответил канцлер. «Теперь с рабочими и с шахтами, – развивать тему с советником у нее не было времени. – Стратегия переговоров нам ясна. Первый советник уже все продумал и любезно поделился. Я думаю, вам надо собраться, канцлер, и провести переговоры лично с представителями рабочих на их территории, в шахтах. Естественно там, где безопасно. И самое главное – показать им, кто хозяин положения, но кто готов их услышать. По поводу того, освещать ли всю эту историю с первым советником … пока не спешите. Можно по-разному ее оценить, в том числе и не в вашу пользу». «Спасибо, Мирэй… Простите, прокуцер Нунтиудос. Я бы и сам предложил ту же позицию, что и советник. Вы сами слышали. Просто эти смерти ввели в ступор», – канцлер был еще растерян. «Все мы постепенно стареем, канцлер, – Мирэй встала. – Распорядитесь, чтобы меня проводили в мои покои».

Мирэй снова смотрела в черноту космоса за иллюминатором. Приняв двойную порцию препаратов, восстанавливающих организм после перемещения, она на какое-то мгновение вошла в состояние отрешенности от всего окружающего. Выдернуло ее из этого состояния осознание того, что она ни о чем не думала. Редкая способность отключать сознание, не погружаясь в сон. Капитан снова запросил разрешение на бросок вспышки. Она вновь отказала. Мирэй понимала, что капитану хотелось быстрее выполнить это задание и вернуться, но именно в этом деле спешка могла привести к затягиванию. Фрусилаписы были сложной задачей в части переговоров с ними. Никаких чувств, никаких эмоций. «Дельцы и торгаши в чистом виде», – вот кто они, подумала Мирэй. «Хотя на этом-то и можно играть, – предположила она. – Жадность, в любых ее проявлениях. Вот что движет этими обитателями космоса. Возможно, если они алчны, а не просто хотят совершить сделку, соответствующую их критериям разумности. Кроме того, на их стороне два козыря: канцлер Ленни, о чем они и сами знают, и еще кое-что на крейсере канцлера, о чем, судя по всему, они не знают. Нет, капитан, вы очень спешите». Мирэй надела обруч знаний, закрыла глаза и отдалась открытым и закрытым данным о фрусилаписах.

Первый легионер оставил ее без внимания на пять горстей песчинок, после чего направил еще одно поручение, не терпящее отлагательств. На этот раз наместник одной из звездных систем созвездия Лиги заявил Первому легионеру, что его звездная система становится автономно управляемой, и просил официально исключить из созвездия Лиги его звездную систему вместе с соответствующей звездой. Это фактически исключалось, поскольку созвездие Лиги тогда сразу превращалось в созвездие Разорванной лиги. Наместник сообщил, что до принятия решения находящиеся у него в гостях близкие брат и сестра Первого легионера останутся пока в его дворце. Щекотливость ситуации заключалась в том, что наместник был дважды близким братом Первого легионера. «Прямо какая-то тенденция пошла оставлять у себя в гостях прибывших гостей и при этом что-нибудь требовать», – подумала про себя Мирэй. Она известила капитана, что ей необходимо срочно явиться ко дворцу планеты Аолорум и поэтому звездный эсминец продолжит пока свой курс без нее.

Вновь надевая скафандр, Мирэй подумала, куда ей лучше телепортироваться: на флагманский крейсер, уже прибывший с боевым флотом к Аолоруму, или сразу во дворец Аолорума. В ее покои ей пройти явно не предложат, поэтому горячий душ и смену скафандра на костюм прокуцера придется отложить на неопределенное время. Попасть одной во дворец можно было без проблем, но что там делать без поддержки в такой ситуации? Явно все войска Аолорума были в готовности. С другой стороны, тотальная битва не приведет ни к чему хорошему. Главная угроза – это наместник. Изолировав его, можно было решить в целом всю задачу. Первый легионер наделил ее полномочиями на принятие любого решения, но при этом наместник должен быть доставлен к нему живым. Мирэй решила изначально посетить крейсер, чтобы получить данные о состоянии дел в целом. В последний момент она взглянула на расположение звезд в созвездии Лиги и решила сделать предварительный визит к Первому легионеру, а уже потом отправляться на крейсер.

Оказавшись на нем и узнав от капитана, что они уже договорились с наместником о свободной высадке на Аолоруме, Мирэй сказала, что отправляется вместе с десантом. Она попросила всех не выказывать никаких эмоций вне зависимости от того, что она будет говорить и как она себя будет вести. Войдя во дворец небольшой группой, она сразу встретила лучезарную улыбку наместника, который театрально склонился в легком поклоне и развел руки в стороны.

– Прокуцер Нунтиудос, мои почтения, – в его взгляде нескрываемо сияло торжество от упоения ситуацией. – Первый легионер направил вас, значит, это крайне важно.

– Наместник, – Мирэй была холодна, – вы прекрасно знаете, что вопросы любой звезды в созвездии – это вопросы созвездия. Но это мой первый и последний визит в вашу систему, как и нашего флота. Первый легионер удовлетворяет вашу просьбу на исключение уже вашей звезды из созвездия Лиги, и, соответственно, ваша звездная система становится исключительно вашей.

В зале воцарилась тишина. Наместник застыл с улыбкой на лице, и торжество в его взгляде сменилось подозрительностью. Он окинул взглядом лица десанта. Те были как камень. Наместник прищурил глаза.

– В чем подвох? – просипел он. – Как будет называться созвездие?

– Созвездие Ястреба, – холодно отчеканила Мирэй. – Три звездные системы вокруг вашей получают статус доминантных. Плазменный источник энергии в вашей системе, до того как она стала вашей, был передан цивилизации Фругис Силапис. Я как раз доставляла всезвездное соглашение к ним на комегелус «Гермес». Это…

– Я знаю, что это, – провизжал наместник. – Но …

– Да, было принято решение, что фрусилаписы разместятся в вашей системе, – холодно сказала Мирэй.

– А как же мы?! – наместник выкатил на нее глаза. – Здесь же все превратится в чертов кусок льда.

– До того как вы выдвинули ультиматум об автономном правлении, планировалось переселить население Аолорума на новую планету.

– Какую?! – наместник уже не владел собой.

– На новую планету третьей малой звезды созвездия Лиги. Теперь уже созвездия Ястреба, – сказала Мирэй, не меняя интонации. – Там сейчас запускают проект по созданию жизни.

– Рядом с Тинуксеном?! – во взгляде наместника горела ненависть.

– Да. Если бы это не получилось, аолорумцам предоставили бы континенты на других обитаемых планетах созвездия.

– А флот?! Боевой флот, который сейчас у Аолорума. Он зачем тогда здесь? – зло улыбаясь вытаращился наместник на Мирэй.

– Чтобы исключить проникновение в созвездие Ястреба тех лиц, которые побегут с Аолорума. Отдан приказ на их уничтожение как представителей чужой звездной системы, пытающихся нарушить границы. Исключение касается действующих боевых подразделений Аолорума. Им всем будет предоставлено право присоединиться к боевому флоту созвездия Ястреба, – Мирэй видела, как менялись выражения лиц военных Аолорума, находящихся в зале.

– А ему какая выгода от того, что фрусилаписы обоснуются здесь? – наместник не хотел верить происходящему.

– Мы получаем от комегелуса «Гермес» часть их энергетической мощи для создания топлива, делающего наш флот самым быстрым во Вселенной.

– Черт, нет! НЕТ! НЕТ и НЕТ! – наместник прыгал в бешенстве по залу.

– Документы… – у наместника тряслись руки. – Я хочу увидеть документы.

Мирэй включила на своей панели управления проекцию одобрения на предоставление его звездной системе автономного управления.

– А всезвездное соглашение? – протянул руку наместник.

– Оно вас не касается, – Мирэй выключила проекцию.

– То есть оно при вас, – медленно и коварно вымолвил наместник, обведя взглядом своих военных в полном боевом обмундировании.

– Не лишайте возможности свои боевые подразделения примкнуть к созвездию Ястреба, – спокойно ответила Мирэй. – Хотя я думаю, они и сами не станут атаковать нас. Выяснение отношений с фрусилаписами – это еще та задача.

Наместник нервно ходил кругами, не зная, что делать. Он был загнан. Шах и мат его звездной системе, получающей автономию вместе с таким подарком, как фрусилаписы. Он ничего не знал об этом, а это крайне меняло все. Он прекрасно понимал, что военные его скорее всего предадут, а что потом?

– Наместник, мы как раз направляемся к комегелусу «Гермес». Если желаете, можете вместе с нами направиться к ним и обсудить условия дальнейшего партнерства с Фругис Силапис, – Мирэй пришла ему на помощь. – Пока вы официально не приняли автономию, можете воспользоваться флотом созвездия.

– Да, да. Разумеется, – наместник сжал губы.

Вернувшись на борт эсминца вместе с наместником Аолорума, Мирэй предложила тому средства для восстановления сил. Наместник сразу бросился в уборную. Желудок вывернуло наизнанку после телепортации с флагманского крейсера. Выпив средства по настоятельной рекомендации Мирэй и наконец-то придя в себя, наместник упал в кресло рядом с ней.

– Никогда не думал, что в этот скафандр влезут два человека, – наместник был действительно ошарашен.

– Он вместит и большее количество, – Мирэй улыбнулась. – Столько, сколько я смогу взять. Он растягивается под пассажиров.

– Ты знаешь, Мирэй, – он отрешенно посмотрел перед собой, – я не думал, что он ТАК быстро согласится и что будет вот ТАК.

– Но вы же хотели автономию? – с состраданием сказала Мирэй.

– Да, это да, – он вытянул перед собой руки. – Просто, понимаешь, в нашей звездной системе находится один из плазменных источников энергии созвездия, а Первый легионер относится ко мне так, как будто я никто.

– Вы хотели почувствовать силу власти, наместник? – Мирэй посмотрела на него.

– Да, – жалобно посмотрел он на нее. – А теперь я не знаю, что делать.

– Наместник, вы дважды близкий брат Первого легионера, – Мирэй посмотрела на него возмущенно. – Он вверил вам звездную систему с одним из плазменных источников энергии созвездия, как вы сами правильно отметили. Это крайняя форма доверия, и о какой власти вы еще думали?

– Но сейчас-то он отдал его фрусилаписам, – в отчаянии посмотрел он на нее.

– Он дал, он взял, – спокойно ответила Мирэй. – У него же было предложение и к вам, разумеется.

– А какое, ты не знаешь? – с мольбой посмотрел он на нее.

– Нет, – поджала она губы. – В такие вопросы он меня не посвящает.

– А не подскажешь, как мне теперь поступить? – наместник стал перебирать руками перед собой. – Я, если честно, не знаю, как обговорить условия с фрусилаписами.

– Поговорите с Первым легионером. Объясните ему причину, по которой вы хотели автономию. Но только это надо сделать вам. Я не могу решать такие вопросы, это вне моей компетенции.

Наместник долго думал. Приняв решение, он спросил у Мирэй: «Я готов к нему на прием. К Первому легионеру. Надо снова лезть в скафандр?» Мирэй кивнула. «Хорошо, дай еще немного времени. Соберусь с силами», – наместник выдохнул и встал из кресла.

Мирэй вернулась на эсминец одна. Наместник остался дожидаться приема у Первого легионера. Не успела она снять скафандр как поступило новое сообщение от Первого легионера. Необходимо было отправиться на обитаемую планету третьей малой звезды созвездия Лиги, чтобы официально открыть и присутствовать на мероприятии, связанном с экспериментом по запуску жизни на второй планете этой звездной системы. Событие действительно важное для жизни созвездия. Мирэй телепортировалась во дворец Тинуксена – планеты третьей малой звезды. Наместник Тинуксена поклонился Мирэй. Она сразу попросила проводить ее в свои личные покои дворца. Привратник наместника тут же выполнил приказ. Мирэй сняла скафандр телепортации, сполоснулась, приняла массу препаратов, восстанавливающих организм после перемещения, надела костюм прокуцера и дожидавшийся ее привратник проводил ее в Зал совета Тинуксена.

Уже после официального открытия эксперимента, сидя за торжественным столом, Мирэй наклонилась к наместнику Тинуксена и шепотом спросила: «Когда планируется первое заселение? Ну так, ориентировочно». Он в раздумье помотал головой и еще тише, чем она, ответил: «Сложно сказать… много разных факторов. Плюс нам нужен Ленни с его детородной махиной, а он в плену». Мирэй подумала о наместнике Аолорума и понимающе кивнула.

Вернувшись на эсминец, Мирэй традиционно приняла средства после телепортации, горячий душ и снова села перед иллюминатором. Они приближались к звездной системе. Мирэй снова погрузилась в информацию о фрусилаписах. Первый легионер, на удивление, ее не беспокоил. Узнав все, что было нужно, Мирэй отдала приказ на бросок вспышки. Какое-то время ушло на подготовку, разгонку и, в итоге, эсминец, загудев, скрылся в звездной дали. Достигнув цели назначения, Мирэй отдала приказ не стыковаться и не приближаться к комегелусу. «Развернуть эсминец и приготовиться к броску?» – уточнил капитан. «Не надо, – ответила Мирэй. – Они быстрее нас. А так хотя бы будут думать, возможно, что мы ничего не замышляем. Я перемещусь на комегелус в скафандре». Не зная, как будут разворачиваться обстоятельства переговоров, Мирэй взяла несколько видов оружия.

Оказавшись в «Гермесе», она впервые столкнулась с тем, что комегелус одновременно и абсолютно ледяной, и максимально горячий. Она решила не принимать никаких средств, так как перемещение было крайне минимальным по сравнению с обычными. Она посмотрела на датчики. Данные менялись мгновенно, не фиксируясь на каком-то значении. Место, где она находилась, скорее всего, было залом приема, но больше походило на тюрьму. Гигантская каменная пещера с куполообразным потолком. Ни приборов, ни механизмов, ни иллюминаторов, ничего. Просто ледяная пещера с горячим полом. Освещение было приглушенное. Можно даже было сказать, что освещение создавалось за счет отраженного света от различных горных пород. Изначальным источником света были небольшие вмонтированные фонари. В зал влетело три небольших фрусилаписа, один из которых сказал ей, если можно так выразиться, чтобы она следовала за ними. Мирэй двинулась за ними и обнаружила, что из зала-пещеры есть несколько выходов, которые она не сразу заметила. Несмотря на непривычную обстановку, она была абсолютно спокойна. За период выполнения поручений Первого легионера в каких местах ей только не пришлось побывать. Она шла какими-то крутыми и извилистыми тоннелями, пока не вышла в еще один зал, напоминавший первый. Здесь в пространстве парил огромный фрусилапис, а рядом с ним таких же размеров каменный шар.